Гражданский кодекс часть 1

установил: общество с ограниченной ответственностью «Урзус» обратилось в Арбитражный суд с иском к Министерству природных ресурсов Хабаровского края об урегулировании разногласий, возникших при заключении охотхозяйственного соглашения.

В процессе рассмотрения дела стороны урегулировали часть разногласий.

Истец отказался от иска в части урегулирования разногласий по следующим пунктам охотхозяйственного соглашения: раздел 3 таблица пункт 3.1 строка «птицы»; раздел 3 таблица пункт 3.2 строка «птицы»; раздел № 4 таблица пункт 4.1; раздел 6 пункт 6.2.8; раздел 6 пункт 6.2.16; раздел 6 пункт 6.2.17; раздел 6 пункт 6.2.18; приложение № 1.

В результате истец просил суд урегулировать разногласия, возникшие между сторонами при заключении охотхозяйственного соглашения, изложив спорные условия в следующей редакции:в пунктах 2.1; 2.2 слова «охотничье угодье» исключить; в заглавии пункта 3.1 слова «охотничьего угодья» исключить; в заглавии пункта 3.2 слова «охотничьего угодья» исключить; в заглавии пункта 4.1 и пункта 4.2 слова «охотничьего угодья» исключить; исключить слова «охотничьего угодья» из текста : «из описываемого охотничьего угодья - «Западный участок» исключается территория охотничьего угодья - охотхозяйства «Амгуньское» предоставленного в долгосрочное пользование общественной организацией Солнечное районное общество охотников и рыболовов в следующих границах:».

Решением суда от 23 сентября 2021 года прекращено производство по требованию об урегулировании разногласий в части раздела 3 таблица пункт 3.1 строка «птицы»; раздел 3 таблица пункт 3.2 строка «птицы»; раздел 4 таблица пункт 4.1; раздел 6 пункт 6.2.8; раздел 6 пункт 6.2.16; раздел 6 пункт 6.2.17; раздел 6 пункт 6.2.18; приложение № 1.

Остальные спорные условия охотхозяйственного соглашения изложены в следующей редакции:

- в пунктах 2.1; 2.2 слова «охотничье угодье» исключить;

- в заглавии пункта 3.1 слова «охотничьего угодья» исключить;

- в заглавии пункта 3.2 слова «охотничьего угодья» исключить;

- в заглавии пункта 4.1 и п.4.2. слова «охотничьего угодья» исключить;

- исключить слова «охотничьего угодья» из текста : «из описываемого охотничьего угодья - «Западный участок» исключается территория охотничьего угодья - охотхозяйства «Амгуньское» предоставленного в долгосрочное пользование общественной организацией Солнечное районное общество охотников и рыболовов в следующих границах:».

Ответчик обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять новый судебный акт, изложив спорные пункты охотхозяйственного соглашения в редакции ответчика. В обоснование указано неправильное применение судом норм материального права. Судом необоснованно не учтено, что охотхозяйственное соглашение заключается между сторонами не в соответствии со статьями 27, 28 Федерального закона от 24 июля 2009 года № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон об охоте), а в соответствии с частью 3 статьи 71 Закона об охоте, на основании которой охотхозяйственное соглашение заключается не в отношении охотничьего угодья, как это предусмотрено статьей 27 Закона об охоте, а в отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в пользование территорий и акваторий. Включение в проект охотхозяйственного соглашения двух охотничьих угодий было обусловлено содержанием лицензии, выданной истцу, и договором о предоставлении территории. Является неверным вывод суда о том, что согласно статьям 33, 37 и 38 Федерального закона от 24 апреля 1995 года № 52-ФЗ «О животном мире» (далее – Закон о животном мире» в редакции, действовавшей на момент вступления в силу Закона об охоте, предусматривалось заключение специально уполномоченным государственным органом субъекта Российской Федерации и пользователем животным миром договора о предоставлении в пользование территории или акватории, необходимых для осуществления пользования животным миром, в связи с чем необходимость деления такой территории на отдельные охотничьи угодья отсутствовала. Данная позиция суда не согласуется с частью 3 статьи 71 Закона об охоте. Судом применено произвольное толкование положений Закона об охоте. Неверным является и вывод суда о том, что указание в лицензии термина «охотничьи угодья» во множественном числе носило чисто стилистический характер. Приведенное судом толкование подлежащих применению нормативных положений имеет существенное значение для правильного разрешения спора, в связи с чем допущенное судом произвольное и неверное толкование положений Закона об охоте привело к принятию неправильного решения.

Представитель ответчика в судебном заседании доводы апелляционной жалобы полностью поддержал.

Представитель истца заявил о несостоятельности доводов апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемое решение без изменения как законное и обоснованное, по мотивам, приведенным в отзыве на жалобу.

Заслушав объяснения представителей, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

По материалам дела установлены следующие обстоятельства.

Истец является законным пользователем охотничьими ресурсами на основании долгосрочной лицензии серии XX № 1943, полученной 3 октября 2000 года в порядке статьи 37 Закона о животном мире, на территории Солнечного муниципального района Хабаровского края, а именно: охотхозяйство «Западный участок»; охотхозяйство «Восточный участок»; охотхозяйство «Среднеамгуньское приписное охотничье хозяйство».

В июле 2019 года истец воспользовался своим правом на заключение охотхозяйственного соглашения без проведения аукциона на 49 лет на основании части 3 статьи 71 Закона об охоте.

9 июля 2019 года истец обратился к ответчику с заявлением о заключении охотхозяйственного соглашения.

Письмом от 25 июля 2019 года № 123.45-17129 ответчик отказал в заключении такого соглашения по мотиву частичного наложения границ охотничьих угодий истца и общественной организации Солнечное районное общество охотников и рыболовов (далее - ООСРООИР) с площадью наложения - 25,35 тыс. га, предложив истцу решить вопрос о спорной территории в судебном порядке.

Истец обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением, которым просил признать недействительной долгосрочную лицензию на пользование объектами животного мира серия XX № 1929, выданную ООСРООИР 12 сентября 2000 года (срок действия лицензии с 25 августа 2000 года по 25 августа 2025 года) в части наложения охотничьих угодий истца площадью 25,35 тыс. га.

В свою очередь ООСРООИР обратилась в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании недействительной долгосрочной лицензии на пользование объектами животного мира серии XX № 1943, выданную ООО «Урзус» 3 октября 2000 года (срок действия лицензии с 18 апреля 2000 года по 18 апреля 2024 года) в части наложения охотничьих угодий ООСРООИР на площади 25,35 тыс. га.

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 27 января 2020 года по делу № А73-14587/2019 признана недействительной долгосрочная лицензия на пользование объектами животного мира серии XX №1943, выданная 3 октября 2000 года ООО «Урзус», в границах налагаемых угодий «Охотхозяйство «Амгуньское», на площади 25,35 тыс. га.

С учетом данного судебного акта истец 18 марта 2020 года обратился к ответчику с заявлением о заключении охотхозяйственного соглашения сроком на 49 лет без проведения аукциона на право заключения такого соглашения.

Письмом от 15 апреля 2020 года № 07-3330 заявление истца ответчиком возвращено по мотиву его несоответствия требованиям, установленным частью 3 статьи 71 Закона об охоте, поскольку ООО «Урзус» до 17 августа 2019 года не воспользовалось правом на заключение охотхозяйственного соглашения без проведения аукциона.

ООО «Урзус» оспорило отказ ответчика в заключении охотхозяйственного соглашения в судебном порядке.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Хабаровского края от 28 сентября 2020 года по делу № А73-9907/2020 признано незаконным решение ответчика об отказе в заключении охотхозяйственного соглашения, выраженного в письме от 15 апреля 2020 года № 07-3330; на ответчика возложена обязанность заключить с ООО «Урзус» охотхозяйственное соглашение сроком на 49 лет без проведения аукциона на право заключения такого соглашения на основании заявления ООО «Урзус» от 18 марта 2020 года в течение трех месяцев с даты вступления в законную силу решения суда.

30 ноября 2020 года истцом получено уведомление ответчика о принятии решения о заключении охотхозяйственного соглашения и о необходимости внесения единовременной платы в соответствии с частью 5 статьи 7 Закона об охоте.

7 декабря 2020 года истцом получен проект охотхозяйственного соглашения.

Истец подписал представленный ответчиком проект охотхозяйственного соглашения с протоколом разногласий и передал его 25 декабря 2020 года ответчику для окончательного оформления с перечислением единовременной платы.

Письмом от 4 марта 2021 года № 07-1953 ответчик направил истцу протокол согласования разногласий по проекту охотхозяйственного соглашения, из которого следует, что предложенная истцом редакция спорных пунктов, указанных в протоколе разногласий, ответчиком отклонена.

Поскольку условия соглашения сторонами не согласованы, указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Рассмотрев настоящий спор в пользу истца, и, урегулировав разногласия в редакции истца, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В силу части 4 статьи 71 Закона об охоте заключение охотхозяйственного соглашения обязательно для ответчика и исключает возможность отказа ответчика в заключении соответствующего соглашения в рассматриваемом случае.

Согласно статье 1 Закона об охоте добыча охотничьих ресурсов представляет собой деятельность, направленную на изъятие объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты, из среды их обитания с применением орудий охоты и способов охоты.

Охотничьи угодья определяются как территории, в границах которых допускается осуществление видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства (пункт 15 указанно статьи).

Согласно статье 7 Закона об охоте такие территории подразделяются на закрепленные (используемые юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями) и общедоступные, в которых физические лица имеют право свободного пребывания в целях охоты.

В соответствии с частями 1, 2, 3 статьи 27 Закона об охоте в целях привлечения инвестиций в охотничье хозяйство с юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями заключаются охотхозяйственные соглашения на срок от двадцати до сорока девяти лет.

Пунктами 1 и 2 части 4 статьи 27 Закона об охоте предусмотрено, что охотхозяйственное соглашение включает в себя, среди прочих, условия о границах охотничьего угодья и об охотничьих ресурсах в границах охотничьего угодья.

Охотхозяйственное соглашение является гражданско-правовым договором, заключаемым в целях привлечения инвестиций в охотничье хозяйство. По такому договору исполнительный орган власти субъекта РФ принимает на себя обязательство предоставить юридическому лицу либо предпринимателю в аренду лесные и земельные участки, указанные в соглашении, а также право на добычу охотничьих ресурсов в порядке, установленном законом.

Охотпользователь обязуется платить обусловленную соглашением арендную плату за пользование такими участками, а также проводить мероприятия по сохранению охотничьих ресурсов и среды их обитания, создавать охотничью инфраструктуру, обеспечивать внутрихозяйственное охотустройство.

Таким образом, охотхозяйственное соглашение должно содержать сведения о границах охотничьего угодья и об охотничьих ресурсах в границах охотничьего угодья.

В силу приведенных норм права охотхозяйственное соглашение заключается в отношении одного охотничьего угодья.

Частью 3 статьи 71 Закона об охоте предусмотрено, что юридические лица, индивидуальные предприниматели, у которых право долгосрочного пользования животным миром возникло на основании долгосрочных лицензий на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, вправе заключить охотхозяйственные соглашения в отношении охотничьих угодий, указанных в договорах о предоставлении в пользование территорий или акваторий, без проведения аукциона на право заключения охотхозяйственных соглашений.

Учитывая, что долгосрочная лицензия на право пользования животным миром получена истцом до вступления в силу Закона об охоте, охотхозяйственное соглашение заключается сторонами на основании части 3 статьи 71 названного закона в связи с наличием такой лицензии.

До вступления в силу Закона об охоте отношения в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов были урегулированы Законом о животном мире.

Согласно статье 1 Закона о животном мире долгосрочная лицензия на пользование животным миром - это специальное разрешение на осуществление хозяйственной и иной деятельности, связанной с использованием и охраной объектов животного мира.

Статьей 37 Закона о животном мире предусматривалось заключение специально уполномоченным государственным органом субъекта Российской Федерации по охране, контролю и регулированию использования объектов животного мира и среды их обитания и пользователем животным миром договора о предоставлении в пользование территории или акватории, необходимых для осуществления пользования животным миром.

В соответствии со статьей 38 Закона о животном мире сведения о границах и площади такой территории, акватории, а также условия пользования ими подлежали включению в долгосрочную лицензию.

Таким образом, заключение договора, согласно которому заинтересованному лицу предоставляется соответствующая территория (акватория) для реализации его права пользования животным миром, обусловленного долгосрочной лицензией, являлось обязательным элементом порядка ее выдачи.

Реализация права пользования животным миром в границах определенной территории (акватории) возможна только при наличии права пользования ею, закрепляемого за лицом соответствующим договором, соответственно, такой договор наряду с лицензией являлся обязательным условием осуществления пользования животным миром.

Основанием заключения охотхозяйственного соглашения явилось наличие у истца долгосрочной лицензии.

Выданной истцу лицензией определены границы и площадь территории, необходимой для осуществления пользования животным миром, при этом предоставленная территория не поделена на отдельные охотничьи угодья, соответственно, лицензия выдана на одно охотничье угодье, включающее в себя несколько участков.

В Приложении к долгосрочной лицензии (№ 1943) - «Описание границ охотничьих угодий, предоставленных в пользование ООО «Урзус» имеются описания границ Западного и Восточного участков, а не каждого «охотничьего угодья».

При этом указанные участки как отдельные охотничьи угодья не поименованы.

Судом также установлено, что ООО «Урзус» предоставлялась единая квота на одно охотничье угодье (распоряжение Губернатора Хабаровского края от 21 июля 2021 года № 392-р «Об утверждении лимитов и квот добычи охотничьих ресурсов на территории охотничьих угодий Хабаровского края... с 1 августа 2021 года до 1 августа 2022 года» (пункт 73); распоряжение Губернатора Хабаровского края от 23 июля 2018 года № 385-р «Об утверждении лимитов и квот добычи охотничьих ресурсов на территории охотничьих угодий Хабаровского края.. с 1 августа 2018 года до 1 августа 2019 года» (пункт 90).

Доводы апелляционной жалобы о том, что распределение квот по каждому в отдельности охотничьему угодью в соответствии с Законом об охоте возможно только в отношении лиц, заключивших охотхозяйственные соглашения, и не применяется в отношении охотпользователей, действующих на основании ранее выданных долгосрочных лицензий, несостоятельны, поскольку противоречат положениям Закона об охоте, который не предусматривает подобного разграничения.

На основании совокупности изложенного, дав надлежащую оценку собранным по делу доказательствам, суд первой инстанции пришел к правильному и обоснованному выводу о том, что законодательство об охоте не предусматривает включение в охотхозяйственное соглашение сведений о нескольких охотничьих угодьях.

Судом установлено, что истец ранее пользовался охотничьими животными на территории Хабаровского края на основании договора от 18 апреля 2020 года № 1/2000.

В соответствии с частью 3 статьи 71 Закона об охоте охотхозяйственное соглашение заключается в отношении тех же охотничьих угодий, что ранее были представлены охотпользователю на основании лицензии и были указаны в договорах о предоставлении в пользование территорий.

Таким образом, рассматриваемое охотхозяйственное соглашение заключается в порядке переоформления указанного договора и лицензии XX № 1943 от 3 октября 2000 года на основании части 3 статьи 71 Закона об охоте.

Доводы ответчика о том, что в договоре от 18 апреля 2020 года № 1/2000 и в лицензии было указано несколько охотничьих угодий, несостоятельны, поскольку согласно приложению № 2 к договору в пользование истцу предоставлено три участка одного охотничьего угодья с описанием их границ - западный участок, восточный участок и Среднеамгуньское приписное охотничье хозяйство.

Положением об охоте и охотничьем хозяйстве РСФСР, утвержденным Постановлением Совета Министров РСФСР от 10 октября 1960 года № 1548, было предусмотрено, что «охотничьими угодьями признаются все земельные, лесные и водопокрытые площади, которые служат местом обитания диких зверей и птиц и могут быть использованы для ведения охотничьего хозяйства».

Согласно данному Положению термин «охотничьи угодья» применялся по отношению ко всем территориям, подлежащим использованию для осуществления охоты, а не в отношении отдельного закрепленного за конкретным охотопользователем охотничьего хозяйства.

В аналогичном значении термин «охотничьи угодья» использовался и в Законе Хабаровского края от 28 июля 1999 года № 145.

В данном широком понятии термин «охотничьи угодья» использован и в тексте ранее выданной истцу долгосрочной лицензии от 18 апреля 2000 года.

Между тем, содержание термина «охотничьи угодья» в указанных нормативно-правовых актах, действовавших до принятия Закона об охоте, отлично от содержания данного термина, понятие которого приведено в статье 1 Закона об охоте.

На основании совокупности изложенного вывод суда о том, что указание в лицензии термина «охотничьи угодья» во множественном числе носило чисто стилистический характер, является правильным, поскольку нормативно такой термин не был определен, а законодатель использует как понятие «охотничьи угодья», так и «охотничье угодье», не давая конкретного определения указанным терминам в единственном и множественном числе.

Таким образом, поскольку участки, предоставленные истцу по долгосрочной лицензии 3 октября 2000 года на право пользования объектами животного мира, являются одним охотничьим угодьем, спорные пункты охотхозяйственного соглашения в редакции истца соответствуют применимым нормам права и фактическим обстоятельствам.

Доводы ответчика о возможном нерациональном использовании природных ресурсов носят предположительный характер и отклоняются судом апелляционной инстанции.

Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 25 ноября 2020 года № 965 «Об утверждении нормативов допустимого изъятия охотничьих ресурсов и нормативов численности охотничьих ресурсов в охотничьих угодьях» утверждены нормативы допустимого изъятия охотничьих ресурсов, в отношении которых утверждается лимит добычи охотничьих ресурсов.

Довод апелляционной жалобы ответчика о том, что охотничьи угодья, предоставляемые истцу, являются обособленными, не имеющими общих границ территориями, расположенными на значительном удалении друг от друга, также несостоятелен.

Согласно приказу Минприроды России от 25 ноября 2020 года № 965 охотничье угодье может состоять из нескольких участков, не имеющих общих границ.

Доводы ответчика о том, что в случае расчета добычи охотничьих ресурсов на одно охотничье угодье будет нарушен принцип рационального и не истощительного природопользования, так как теоретически, нагрузка на каждый обособленный участок может возрасти за счет других участков, а также может привести к полному истреблению вида на отдельной территории, отклоняются судом на основании пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оснований для иной оценки доказательств и обстоятельств дела судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение от 23 сентября 2021 года по делу № А73-4889/2021 Арбитражного суда Хабаровского края оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение двух месяцев со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий	Ж.В. Жолондзь
Судьи	В.Г. Дроздова
	И.В. Иноземцев