Гражданский кодекс часть 1

апелляционную жалобу акционерного общества "Агрофирма "Старомайнская" на решение Арбитражного суда Ульяновской области от 31 марта 2021 года по делу № А72-10550/2020 (судья Рыбалко И.В.)

по иску Акционерного общества «Агрофирма «Старомайнская» (ОГРН <***>, ИНН <***>), Ульяновская обл., Старомайнский р-н, с.Прибрежное

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>), Ульяновская обл., Старомайнский р-н, с.Прибрежное

третьи лица:

1.Министерство строительства и архитектуры Ульяновской области,

2.Ситдиков Ильмас Амярович

о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Агрофирма «Старомайнская» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Ульяновской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ответчик), в котором просит:

признать недействительным (ничтожным) договор субаренды земельного участка от 13.06.2016, заключенный между Акционерным обществом «Агрофирма «Старомайнская» и индивидуальным предпринимателем ФИО2,

применить последствия недействительности сделки в виде:

-возложения на ИП ФИО5 обязанности передать АО «Агрофирма «Старомайнская» по акту возврата части земельного участка с кадастровым номером 73:16:061302:153 с обозначением 73:16:061302:153/чзу1 по адресу: Ульяновская область, р-н Старомайнский, ОГУСП «Восход», состоящей из двух контуров: 73:16:061302:153/чзу1(1) площадью 3 835 058,48 кв.м. и 73:16:061302:153/чзу1(2) площадью 3002764,05 кв.м.

-взыскания с ИП ФИО5 в пользу АО «Агрофирма «Старомайнская» убытков и задолженности по арендным платежам за период с 13.06.2016 в общей сумме 4 962 660 руб. 73 коп.

Определением от 09.11.2020 Арбитражный суд Ульяновской области привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Министерство строительства и архитектуры Ульяновской области.

Определением от 12.01.2021 Арбитражный суд Ульяновской области привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4.

Определением от 03.03.2021 Арбитражным судом Ульяновской области удовлетворено ходатайство истца об уточнении основания исковых требований, в котором истец просит:

применить последствия недействительности сделки как крупной сделки по ст.173.1 ГК РФ в виде:

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 31.03.2021 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции, принять новый судебный акт, удовлетворить исковые требования в полном объеме, ссылаясь на неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными; несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает, что суд первой инстанции не дал оценки содержанию Соглашения об образовании части в существующем земельном участке кадастровым номером 73:16:061302:153, с целью передачи образованной части в субаренду Главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО5 Форма Отметки о согласовании данного соглашения Инструкции по делопроизводству в Правительстве Ульяновской области.

Суд первой инстанции в нарушение ст. 82 АПК РФ приобщил к материалам дела представленный ответчиком Акт экспертного исследования №61 от 22.03.2021, составленный ООО "Научно-исследовательский центр судебной экспертизы" (т. 9 л.д. 13-33).

В решении нет оценки положениям Устава истца, предусматривающим, что решение о заключении договора субаренды с ответчиком относится к компетенции Совета директоров истца; нет оценки письменным доказательствам, подтверждающим, что акционеры и совет директоров истца не были уведомлены о заключении и исполнении договора субаренды; нет оценки прочим следкам, подтверждающим сговор ответчика с генеральным директором ФИО4

Кроме того, судом не проанализированы многочисленные договоры (более 30) различных предметов заключенные истцом, которые заключались в обход конкурсных процедур. без одобрения Совета директоров, и свидетельствуют о сговоре ФИО4 и ФИО5

Суд первой инстанции не упомянул ст. 174 ГК РФ в решении, не применил ее к спорным отношениям.

Также заявитель не согласен с выводом суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности, а также с тем, что оспариваемая сделка не является крупной.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.llaas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы, заявил ходатайство об отложении судебного заседания, в связи с необходимостью представления дополнительных доказательств, которые не были представлены в суд первой инстанции.

От ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Кроме того, от ответчика поступило ходатайство об отложении судебного заседания, в связи с невозможностью явки представителя, занятого уходом за больным родственником, другого - в другом процессе.

Учитывая, что приобщение к материалам дела дополнительных доказательств и их оценка на стадии рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции не соответствует положениям части 2 статьи 268 АПК РФ, и, не усмотрев оснований для отложения судебного разбирательства, предусмотренных ст.158 АПК РФ, а также невозможности рассмотрения дела в данном судебном заседании, суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении ходатайств об отложении судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителя истца, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Как следует из материалов дела, и установлено судом первой инстанции, 26.10.2007 между Министерством государственного имущества и земельных отношений Ульяновской области (Арендодатель) и Открытым акционерным обществом «Агрофирма «Старомайнская» (правопредшественник истца) (Арендатор) был заключен договор аренды земельного участка, находящегося в государственной собственности Ульяновской области, №01/24-63, согласно которому Арендодатель предоставляет, а Арендатор принимает в аренду земельный участок из категории земель сельскохозяйственного назначения площадью 43 340 032 кв.м с кадастровым номером 73:16:061302:153, расположенный в Ульяновской области, в Старомайнском районе, ОГУСП «Восход», в границах, указанных на плане земельного участка, являющемся неотъемлемой частью настоящего договора (Приложение №1), для сельскохозяйственного производства (п.1.1 договора) (т.1 л.д.22-27).

В границах земельного участка объекты недвижимости отсутствуют (п.1.2 договора).

В п.2.1 договора №01/24-63 от 26.10.2007 сторонами установлен срок действия договора - до 01.09.2056.

В п.3.1 договора аренды №01/24-63 от 26.10.2007 стороны договорились о том, что арендная плата по договору рассчитывается в соответствии с постановлением Правительства Ульяновской области от 02.11.2006 №321 (действующим на дату заключения договора).

Согласно Приложению №2 к договору аренды №01/24-63 от 26.10.2007 размер арендной платы составляет 500 577 руб. 36 коп.

По передаточному акту (т.1 л.д.29) земельный участок был передан арендатору.

Договор зарегистрирован в установленном законом порядке 05.02.2008.

13.06.2016 между Открытым акционерным обществом «Агрофирма «Старомайнская» (правопредшественник истца) (Арендатор) и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (Субарендатор) заключен Договор субаренды земельного участка, согласно которому Арендатор обязуется предоставить Субарендатору за плату в пользование часть земельного участка с кадастровым номером 73:16:061302:153, состоящую из двух контуров. Площадь части земельного участка с обозначением 73:16:061302:153/чзу1 по адресу: Ульяновская область, р-н Старомайнский, ОГУСП «Восход» составляет 6 837 823 кв.м, из них:

-контур 73:16:061302:153/чзу1(1) – 3 835 058,48 кв.м;

-контур 73:16:061302:153/чзу1(2) – 3 002 764,05 кв.м, разрешенное использование: для сельскохозяйственного производства (далее – часть земельного участка).

Границы арендуемой части земельного участка указаны в прилагаемом к настоящему договору соглашении об образовании части в существующем земельном участке с кадастровым номером 73:16:061302:153, расположенном по адресу: Ульяновская область, р-н Старомайнский, ОГУСП «Восход», с целью передачи образованной части в субаренду Главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (Приложение №1), которое является неотъемлемой частью настоящего договора (п.1.1 договора) (т.1 л.д.14-17).

В п.1.2 договора субаренды земельного участка от 13.06.2016 сторонами установлен срок аренды участка на 35 лет, что не превышает срока действия основного договора аренды от 26.10.2007 №01/24-63, и вступает в силу с момента государственной регистрации.

В п.2.1 договора субаренды земельного участка от 13.06.2016 сторонами согласовано, что субарендная плата по настоящему договору превышает размер арендной платы, указанной в основном договоре аренды от 26.10.2007 №01/24-63 на 5%.

В соответствии с п.2.2 договора субаренды земельного участка от 13.06.2016 субарендная плата вносится Субарендатором ежемесячно с 1 по 10 число месяца, следующего за расчетным. Оплата за декабрь производится с 16 по 25 декабря.

По акту приема-передачи земельного участка Арендатор передал Субарендатору земельный участок в субаренду (т.1 л.д.20-21).

Договор субаренды зарегистрирован в установленном законом порядке 12.07.2016.

Довод апелляционной жалобы о не исследовании судом первой инстанции данного документа не соответствует материалам дела и содержанию обжалуемого судебного акта.

Соглашение об образовании части в существующем земельном участке с кадастровым номером 73:16:061302:153, расположенном по адресу: Ульяновская область, р-н Старомайнский, ОГУСП «Восход», с целью передачи образованной части в субаренду Главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО5о, приобщено к материалам настоящего дела из дела правоустанавливающих документов, представленного по запросу суда Управлением Ростреестра по Ульяновской области (дело правоустанавливающих документов исследовалось в судебном заседании). Оригинал данного соглашения также представлялся на обозрение в судебном заседании представителем ФИО5

Изучив его содержание в совокупности с Актом экспертного исследования №61 от 22.03.2021, суд первой инстанции отметил, что из текста соглашения усматривается, что в результате проведения кадастровых работ образовалась многоконтурная часть земельного участка с кадастровым номером 73:16:061302:153, состоящая из двух контуров: контур 73:16:061302:153/чзу1(1) и контур 73:16:061302:153/чзу1(2) общей площадью 6 837 823 кв.м. (т.5 л.д.18). Соглашение подписано представителем собственника – Департамента государственного имущества и земельных отношений Ульяновской области директором Департамента ФИО6 и арендатора - ОАО «Агрофирма «Старомайнская». Следовательно, собственник земельного участка был уведомлен о заключении Агрофирмой договора субаренды с ИП ФИО5 и даже согласовал для этого выдел части земельного участка.

Обратившись с настоящим исковым заявлением, истец просит признать недействительным (ничтожным) договор субаренды земельного участка от 13.06.2016, заключенный между Акционерным обществом «Агрофирма «Старомайнская» и индивидуальным предпринимателем ФИО2, и применить последствия недействительности сделки.

Согласно доводам истца, договор субаренды от 13.06.2016 заключен при наличии сговора между ФИО5 и бывшим генеральным директором АО «Агрофирма «Старомайнская» ФИО4, направленного на личное обогащение ФИО5 и ФИО4 в ущерб интересам и за счет АО «Агрофирма «Старомайнская». Факт сговора, по мнению истца, подтверждается тем, что ФИО4, передав земельный участок в субаренду по заниженной стоимости, сам извлекал личный доход путем аренды у ФИО5 сельскохозяйственной техники.

В подтверждение своих доводов истец представил в материалы дела отчет №0185/20 от 07.08.2020, подготовленный Союзом «Ульяновская областная торгово-промышленная палата», из которого следует, что рыночная стоимость годового размера арендной платы за право пользования в виде аренды земельным участком, являющимся предметом договора субаренды от 13.06.2016, составляет 1 242 979 руб. Также истцом представлены в материалы дела множественные договоры аренды сельскохозяйственной техники и оказания услуг с использованием сельскохозяйственной техники, документы во исполнение указанных договоров (т.3 л.д.1-79, т.7 л.д.146, т.8 л.д.141).

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии со ст. 606 Гражданского кодекса РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить в пользование арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно ст.615 Гражданского кодекса РФ арендатор вправе с согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем). Договор субаренды не может быть заключен на срок, превышающий срок договора аренды.

К договорам субаренды применяются правила о договорах аренды, если иное не установлено законом или иными правовыми актами.

В соответствии с п. 1 ст. 614 Гражданского кодека РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

В соответствии со ст.168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ст.166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии со ст.10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Оценивая правоотношения сторон, суд первой инстанции правомерно руководствовался разъяснениями, изложенными в Информационном письмо Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", и постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации",

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу, суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Довод заявителя о наличии в действиях бывшего руководителя истца ФИО4 при совершении оспариваемой сделки признаков, предусмотренных п.2 ст. 174 ГК РФ, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными по следующим основаниям.

На основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В соответствии с пунктом 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ" (далее - Постановление N 25) на основании статьи 174 ГК РФ сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали бы о сговоре, либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Исходя из изложенного, в предмет доказывания недействительности сделок на основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ входит причинение Обществу явного ущерба, о чем другие стороны сделки знали или должны были знать, или наличие сговора либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, а также собственно причинение ущерба интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов.

Из пункта 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019), следует, что составной частью интереса общества являются, в том числе, интересы участников. В связи с этим ущерб интересу общества также имеет место, когда сделка хотя и не причиняет ущерб юридическому лицу, но не является разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, совершена в интересах только части участников и причиняет неоправданный вред остальным участникам общества, которые не выражали согласие на совершение соответствующей сделки.

Одним из признаков причинения ущерба юридическому лицу является отсутствие разумной необходимости в совершении сделки.

Судебная практика признает наличие ущерба в согласовании неценовых условий сделки, которые явно невыгодны соответствующей стороне и носят нерыночный и экономически нерациональный характер, а также изменении договора, влекущем появление в договоре такого рода условий (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2017 N 305-ЭС17-2441).

При оценке оспариваемой сделки и последствий ее исполнения сторонами суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии со ст.ст.421, 424 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора; исполнение договора оплачивается по цене, установленной соглашением сторон.

В соответствии с п. 3 ст. 39.7 Земельного кодекса РФ порядок определения размера арендной платы в отношении земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена и предоставленные в аренду без торгов, устанавливается органом государственной власти субъекта Российской Федерации.

Порядок определения размера арендной платы для земельных участков, находящихся в государственной собственности Ульяновской области, предусмотрен постановлением Правительства Ульяновской области от 25.12.2007 N 510 "Об утверждении порядка определения размера арендной платы за земельные участки, находящиеся в государственной собственности Ульяновской области, и земельные участки, государственная собственность на которые не разграничена, предоставленные в аренду без торгов". Данный порядок предусматривает определение размера арендной платы в зависимости от ставки земельного налога, которая, в свою очередь, представляет собой процент от установленной кадастровой стоимости земельного участка.

Судом первой инстанции установлено, и материалами дела подтверждается, что арендная плата по договору субаренды от 13.06.2016 привязана к регулируемому размеру арендной платы, примененному по договору аренды земельного участка, находящегося в государственной собственности Ульяновской области, №01/24-63 от 26.10.2007.

Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.

Согласно статье 12 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

В данном случае размер субарендной платы по договору субаренды от 13.06.2016 превышает размер арендной платы на 5%; доказательства того, что цена оспариваемой сделки существенно (в худшую сторону) отличается от цены, при которой в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, истцом не представлены.

Как верно указал суд первой инстанции, из материалов дела не следует, что АО «Агрофирма «Старомайнская» имело возможность сдать земельный участок в субаренду на иных, более выгодных, условиях, однако отказалось от этого в пользу заключения договора с ФИО5

В отчете об оценке №0185/20 от 07.08.2020 оценщиком применен доходный подход, при этом анализ спроса и предложения на рынке аренды земельных участков сельскохозяйственного назначения оценщиком не производился.

В то же время, согласно пояснениям представителей ответчика и показаниям свидетеля ФИО7, работающего агрономом АО «Агрофирма «Старомайнская» с марта 2016 года, других желающих получить в субаренду и обрабатывать сельскохозяйственные земли Агрофирмы, не было, а сама Агрофирма полностью обрабатывать переданные ей земли не успевала, сельхозугодья простаивали.

Истец не представил доказательств того, что в результате совершения сделки причинен вред имущественным интересам АО «Агрофирма «Старомайнская», что заключение договора субаренды на указанных условиях является экономически нецелесообразным и ухудшает положение Агрофирмы. Из материалов дела вообще не следует, что в результате совершения оспариваемой сделки обществу причинен ущерб. Заключение договора субаренды части земельного участка отвечал целям деятельности юридического лица, каких-либо доказательств неразумности при заключении оспариваемой сделки в материалах дела не имеется.

Довод апелляционной жалобы о том, что между сторонами в период с 2016 по 2017 годы заключались многочисленные договоры аренды сельскохозяйственной техники и оказания услуг с использованием сельскохозяйственной техники не принимается во внимание, так как данные обстоятельства сами по себе не свидетельствуют о злоупотреблении правом и причинении ущерба Агрофирме, сговоре между ФИО4 и ФИО5, и никак не связаны с предметом заявленного иска.

В судебном заседании ФИО5 пояснил, что земли он принял в субаренду от Агрофирмы «Старомайнская», проект договора субаренды был предложен ему для подписания представителями Департамента госимущества Ульяновской области; никакого совместного бизнеса с ФИО4 он не вел и не ведет. Земельный участок ему был необходим для ведения сельскохозяйственного производства, в том числе для выпаса скота и выращивания кормовых культур.

Согласно пояснениям ФИО4 (т.5 л.д.99) ФИО5 обращался к нему с просьбой передать ему в субаренду часть земельного участка, но в удовлетворении этой просьбы ФИО4 отказывал. Тогда предприниматель обратился с письмом к власти. На совместном совещании по вопросу выделения земельного участка ФИО5 с участием депутата Законодательного собрания Ульяновской области, специалиста аграрного комитета Законодательного собрания, представителя Департамента государственного имущества и земельных отношений Ульяновской области, главы администрации Старомайнского района было принято решение: земельный участок ФИО3 выделить. Летом 2016 года договор субаренды между АО «АФ «Старомайнская» и ИП ФИО5 был подписан.

Материалами дела подтверждается, и участвующими в деле лицами не оспаривается, что задолженности по субарендной плате у ФИО5о перед АО «АФ «Старомайнская» не имеется.

При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о недоказанности факта злоупотребления сторонами сделки своими правами, равно как и наличие умысла у ответчика и директора истца на причинение вреда обществу, основан на указанных нормах и установленных по делу обстоятельствах.

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, также были предметом рассмотрения в суде первой инстанции и им дана надлежащая правовая оценка.

Так, истец в качестве основания недействительности договора субаренды от 13.06.2016 указывает отсутствие одобрения крупной сделки в порядке, установленном уставом общества для одобрения крупных сделок.

Согласно п.1 ст.173.1 Гражданского кодекса РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

В соответствии со ст. 79 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" на совершение крупной сделки должно быть получено согласие совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания акционеров в соответствии с настоящей статьей.

Подпунктом 17 пункта 14.2 Устава ОАО «Агрофирма «Старомайнская» в редакции, утв.распоряжением Департамента государственного имущества и земельных отношений Ульяновской области от 30.04.2014 №790-р, действовавшей на дату совершения оспариваемой сделки, предусмотрено, что принятие решений об одобрении крупных сделок в случаях, предусмотренных Федеральным законом «Об акционерных обществах», относится к компетенции общего собрания акционеров общества.

Согласно п.9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 №27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" для квалификации сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью):

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или) пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость) которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов (пункт 4 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть квалифицирована как влекущая существенное изменение масштабов деятельности общества, если она влечет для общества существенное изменение региона деятельности или рынков сбыта.

Как разъяснено в п.13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 №27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" договоры, предусматривающие обязанность производить периодические платежи (аренды, оказания услуг, хранения, агентирования, доверительного управления, страхования, коммерческой концессии, лицензионный и т.д.) для лица, обязанного производить по ним периодические платежи, признаются отвечающими количественному (стоимостному) критерию крупных сделок, если сумма платежей за период действия договора составляет более 25 процентов балансовой стоимости активов общества (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах, пункт 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, статья 15 Федерального закона от 6 декабря 2011 года N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете").

Как верно отмечено судом первой инстанции, договор субаренды земельного участка от 13.06.2016, заключенный между Открытым акционерным обществом «Агрофирма «Старомайнская» и индивидуальным предпринимателем ФИО2, не отвечает критериям крупной сделки, установленным законом.

Сдача части земельного участка в аренду иному сельхозпроизводителю не выходит за пределы обычной хозяйственной деятельности Агрофирмы «Старомайнская» и не привела к прекращению деятельности общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов; доказательств иного суду стороны не представили.

Сумма арендных платежей за весь период действия договора субаренды составляет не более 25 процентов балансовой стоимости активов общества на 31.12.2015. Согласно заключению специалиста ФИО8 (представлено ответчиком в судебное заседание 24.03.2021) процентное отношение передаваемого имущества общества к активам составило 3,91 %. При этом специалистом правомерно принят во внимание размер арендной платы, установленный соглашением сторон - договором субаренды от 13.06.2016, а не рыночная стоимость арендной платы, определенная отчетом об оценке Союза «Ульяновская областная торгово-промышленная палата»№0185/20 от 07.08.2020.

Таким образом, передача прав на земельный участок по договору субаренды от 13.06.2021 находилась (и находится) в пределах, не требующих одобрения в соответствии с законом «Об акционерных обществах» и уставом общества.

Довод апелляционной жалобы о недействительности договора субаренды части земельного участка в отсутствии согласования арендодателя на его заключение в нарушение п. 4.4.4 договора субаренды подлежит отклонению по следующим основаниям.

Согласно п.4.4.4. договора аренды земельного участка, находящегося в государственной собственности Ульяновской области, от 26.10.2007 №01/24-63 Арендатор вправе передавать земельный участок в субаренду в пределах срока договора аренды с согласия Арендодателя.

Как следует из материалов дела, АО «Агрофирма «Старомайнская» не получило как такового согласия собственника в лице Департамента государственного имущества и земельных отношений Ульяновской области на заключение договора субаренды от 13.06.2016.

Отсутствие согласия собственника следует также из пояснений Министерства строительства и архитектуры Ульяновской области, являющегося уполномоченным органом по распоряжению земельными участками, находящимися в государственной собственности Ульяновской области на дату рассмотрения спора судом (т.7 л.д.108-109).

Согласно п.6 ст.22 Земельного кодекса РФ арендатор земельного участка имеет право передать арендованный земельный участок в субаренду в пределах срока договора аренды земельного участка без согласия арендодателя при условии его уведомления, если договором аренды земельного участка не предусмотрено иное. На субарендаторов распространяются все права арендаторов земельных участков, предусмотренные настоящим Кодексом.

В соответствии с п.9 ст.22 Земельного кодекса РФ при аренде земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, на срок более чем пять лет арендатор земельного участка имеет право, если иное не установлено федеральными законами, в пределах срока договора аренды земельного участка передавать свои права и обязанности по этому договору третьему лицу, в том числе права и обязанности, указанные в пунктах 5 и 6 настоящей статьи, без согласия арендодателя при условии его уведомления.

Таким образом, наряду с общим правилом, предусмотренным Земельным кодексом РФ для любых земельных участков (п.6 ст.22), для земель, находящихся в государственной собственности предусмотрены специальные нормы, регламентирующие порядок передачи в аренду и субаренду таких земельных участков. При конкуренции общих и специальных норм подлежат применению специальные нормы права.

Исходя из содержания п.9 ст.22 Земельного кодекса РФ и принимая во внимание, что договор аренды земельного участка, находящегося в государственной собственности Ульяновской области, от 26.10.2007 №01/24-63 заключен сроком на 49 лет, включение в договор аренды положения о праве арендатора передать в субаренду земельный участок лишь с согласия арендодателя противоречит действующему законодательству.

На основании изложенного, пункт п.4.4.4. договора аренды земельного участка, находящегося в государственной собственности Ульяновской области, от 26.10.2007 №01/24-63 не подлежит применению как противоречащий закону.

В поддержку указанных выводов суда первой инстанции суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Постановлением Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах" разъяснено, что при отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора. В таком случае суд констатирует, что исключение соглашением сторон ее применения или установление условия, отличного от предусмотренного в ней, недопустимо либо в целом, либо в той части, в которой она направлена на защиту названных интересов (п.3 Постановления).

Арендатор публичного земельного участка в рассматриваемых правоотношениях в смысле, изложенном в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах", является слабой стороной.

Вместе с тем, как интерес слабой стороны оспариваемого договора, так и публичный интерес муниципального образования, а также неопределенного круга лиц состоит в обеспечении соблюдения принципов свободной конкуренции и равенства прав участников гражданско-правовых отношений и экономических интересов публично-правового образования, обеспечении интересов общества в правовой стабильности и определенности, недопустимости нарушения явно выраженных законодательных запретов и обхода закона.

Таким образом, норма, закрепленная в п.9 ст. 22 Земельного Кодекса РФ является императивной, и обязательна для сторон.

Как разъяснено в п. 15 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ №11 от 24.03.2005 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства», при применении пунктов 5, 6, 9 статьи 22 Земельного кодекса Российской Федерации, предоставляющих арендатору земельного участка право передавать в пределах срока договора аренды свои права и обязанности по договору третьему лицу, в том числе отдавать арендные права на земельный участок в залог и вносить их в качестве вклада в уставный капитал хозяйственного товарищества или общества либо паевого взноса в производственный кооператив, а также в субаренду без согласия собственника земельного участка при условии его уведомления, необходимо руководствоваться следующим.

Поскольку пункт 2 статьи 607 и пункт 2 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации допускают возможность установления законом или иными правовыми актами особенностей сдачи в аренду земельных участков и такие особенности предусмотрены ЗК РФ, то в случае, указанном в пункте 9 статьи 22 Земельного кодекса Российской Федерации, для передачи арендатором своих прав и обязанностей по договору аренды земельного участка достаточно уведомления об этом арендодателя.

Согласно п. 18 вышеназванного Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда арендодатель и арендатор не вправе предусматривать в договоре аренды условия, по которым арендатор может передавать свои права и обязанности по договору третьему лицу только после получения на это согласия от арендодателя.

Как указано выше основной договор аренды земельного участка заключен на срок 49 лет.

С учетом изложенного, передача в субаренду части земельного участка по договору от 13.06.2016, соответствует земельному законодательству.

Доводы апелляционной жалобы о неправильном исчислении судом первой инстанции являются ошибочными ввиду следующего.

В соответствии со ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В силу ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Как предусмотрено ст.181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 №27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" разъяснено, что срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее - совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

В случае если лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, находилось в сговоре с другой стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда о соответствующих обстоятельствах узнало или должно было узнать лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, иное, чем лицо, совершившее сделку.

Согласно объяснениям заявителя апелляционной жалобы, содержание и существенные условия договора субаренды от 13.06.2016 стали известны новому директору общества ФИО9 лишь в декабре 2019 года, когда экземпляр данного договора, по утверждению истца, был передан ФИО4 ФИО9 по журналу учета договоров (пояснения истца т.2 л.д.92).

Однако, данные доводы истца нельзя признать правомерными.

Определяя момент начала исчисления срока исковой давности суд первой инстанции верно исходил из следующих обстоятельств.

ФИО9 назначена генеральным директором АО «Агрофирма «Старомайнская» решением единственного акционера общества №10 от 24.04.2019 года (т.1 л.д.138).

Основным видом деятельности Агрофирмы «Старомайнская» является сельское хозяйство, в том числе растениеводство и животноводство. Земельные участки, необходимые для сельскохозяйственного производства, общество арендует у Ульяновской области; данные земельные участки являются основным активом, необходимым для осуществления производственной деятельности общества.

Переданные в субаренду ФИО5 земли представляют собой значительную часть одного из двух арендуемых обществом земельных участков. При этом земли, переданные ФИО5, расположены не на окраине, а в центральной части земельного участка с кадастровым номером 73:16:061302:153 (представитель истца в судебном заседании даже пояснял, что пользование ФИО3 его частью земельного участка препятствует использованию Агрофирмой остальных земель). Переданные земли обрабатывались ФИО3 в 2019 году в полном объеме, что следует из пояснений сторон, данных статистической отчетности и свидетельских показаний агронома Агрофирмы «Старомайнская» ФИО7

Договор субаренды от 13.06.2016 прошел государственную регистрацию в установленном порядке; сведения о нем и сам текст договора содержатся в Едином государственном реестре недвижимости и могли быть запрошены АО «Агрофирма «Старомайнская» и получены в установленные законом сроки.

Арендные платежи субарендатор вносил в полном объеме.

Таким образом установлено, что договор субаренды от 13.06.2016 начал исполняться с момента его заключения, то есть с июня 2016 года.

С учетом изложенного, действуя разумно и осмотрительно, надлежащим образом исполняя свои должностные обязанности, генеральный директор общества ФИО9 могла и должна была в течение года с момента ее назначения на должность, то есть до 24 апреля 2020 года, узнать о существовании договора субаренды от 13.06.2016 с ФИО5, а также о его содержании и существенных условиях, и обратиться в суд с настоящим иском.

Истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением 27.08.2020 (согласно штампу почтового отделения отправки искового заявления в суд).

Таким образом срок исковой давности истцом пропущен.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что срок исковой давности по заявленному требованию о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности истцом пропущен.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (п.2 ст.199 Гражданского кодекса РФ). Требование о взыскании упущенной выгоды, производное от требования о признании недействительной сделки - договора субаренды от 13.06.2016 также правомерно оставлено без удовлетворения.

По результатам рассмотрения апелляционной жалобы судом апелляционной инстанции установлено, что доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Материалы дела исследованы судом первой инстанции полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела, представленных доказательств и иное толкование положений закона не являются основанием для отмены судебного акта суда первой инстанции.

Суд первой инстанции при рассмотрении дела не допустил нарушения норм материального и процессуального права. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции также не установлено.

При указанных обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным.

В силу ч.1 ст. 110 АПК РФ расходы по оплате госпошлины по апелляционной жалобы относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ульяновской области от 31 марта 2021 года по делу № А72-10550/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества "Агрофирма "Старомайнская" – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев, в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий судья А.Э. Ануфриева

Судьи Д.А. Дегтярев

С.Ш. Романенко