Гражданский кодекс часть 1

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Бейтуганова З.А., судей: Джамбулатова С.И., Жуков Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Фатьяновой А.Х., при участии в судебном заседании представителя ФИО1 – ФИО2 (по доверенности от 11.09.2020), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобуконкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Крован-КМВ» ФИО3 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 07.12.2020 по делу № А63-4453/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего должником о признании недействительным договора уступки (цессии) от 11.02.2019, заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО1, и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Крован-КМВ» (г. Пятигорск, ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Ставропольского края от 16.04.2019 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Крован-КМВ» (далее – ООО «Крован-КМВ», должник), при банкротстве должника применены правила параграфа 7 «Банкротство застройщиков» Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Решением от 20.08.2019 (резолютивная часть объявлена 13.08.2019) ООО «Крован-КМВ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком на один год, конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

Сведения о введении в отношении должника указанной процедуры в порядке статьи 28 Закона о банкротстве опубликованы 23.08.2019 в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ) номер сообщения 4093992 и в периодическом издании – газете «Коммерсантъ» от 31.08.2019 №157.

13.08.2020 в суд поступило заявление конкурсного управляющего должником о признании недействительным договора уступки (цессии) от 11.02.2019, заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1), и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу транспортного средства – BMW 530i xDrive, 2017 года выпуска, VIN: <***>, цвет – черный, в случае невозможности возврата предмета лизинга, взыскать с ответчика денежные средства в размере рыночной стоимости транспортного средства.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 07.12.2020 в удовлетворении заявленных требований отказано. Судебный акт мотивирован отсутствием предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 и пунктом 1 статьи 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) оснований для признания недействительным оспариваемого конкурсным управляющим договора уступки прав (цессии). Суд исходил из равноценности встречного исполнения обязательства, отсутствия злоупотребления правами у сторон сделки.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий обратилась в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просила определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. Апеллянт ссылается на нарушения судом первой инстанции норм материального права. Так, суд не учел, что спорный договор заключен в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом, в отсутствие равноценного встречного исполнения. Кроме того, конкурсный управляющий указывает на то, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов и в отношении заинтересованного лица. Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 и пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

В судебном заседании ФИО1 возражал против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

Информация о времени и месте судебного заседания с соответствующим файлом размещена 29.12.2020 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://arbitr.ru/ в соответствии с положениями статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ответчика и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 07.12.2020 по делу № А63-4453/2019 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, общество с ограниченной ответственностью «Пламя» (далее – ООО «Пламя») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «Крован-КМВ» несостоятельным (банкротом).

Решением суда от 20.08.2019 ООО «Крован-КМВ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства.

Конкурсным управляющим должника установлено, что 16.03.2018 между ООО «Каркаде» (лизингодатель) и ООО «Крован-КМВ» (лизингополучатель) заключен договор лизинга № 1968/2018 (далее – договор лизинга), по условиям которого лизингодатель посредством заключения договора купли-продажи обязался приобрести в собственность у выбранного лизингополучателем продавца ООО «СБСВ-КЛЮЧАВТО БАВАРИЯ КМВ» легковой автомобиль BMW 530i xDrive, 2017 года выпуска, VIN: <***>, двигатель – бензиновый, цвет – черный, мощность двигателя – 248,81 л.с. (183 кВт) (далее – предмет лизинга), который обязуется предоставить лизингополучателю в лизинг по договору лизинга за плату во временное владение и пользование. Стоимость предмета лизинга составляет 2 826 440,68 рубля (пункт 3.1.1.1. договора лизинга). Срок лизинга 23 месяца с даты подписания договора (пункт 3.2 договора лизинга). Размер и сроки уплаты лизинговых платежей установлены сторонами в графике платежей. Общая сумма лизинговых платежей составила 3 741 445,01 рубля, в т.ч. НДС. Размер выкупного платежа составляет – 33 352 рубля (пункт 3.2 договора лизинга). Согласно пункту 3.3.1 договора лизинга выкупная стоимость (выкупная цена, выкупной платеж) предмета лизинга не входит в состав лизинговых платежей, предусмотренных графиком платежей.

Во исполнение договора лизинга ООО «Каркаде» приобрело и передало ООО «Крован-КМВ» транспортное средство – BMW 530i xDrive, 2017 года выпуска, VIN: <***>, цвет – черный, которое должник принял и в соответствии с согласованным в договоре графиком осуществлял оплату лизинговых платежей.

Согласно реестру проведенных платежей по договору лизинга ООО «КрованКМВ» и ФИО4, являвшимся директором должника, в период с 16.03.2018 по 29.10.2018 внесены денежные средства в общей сумме 2 314 402,64 рубля. В период с 19.11.2018 по 24.01.2019 денежные средства в общей сумме 307 511,50 рубля по договору лизинга за должника внесены ФИО6 Аланом.

11.02.2019 между ООО «Крован-КМВ» (цедент) и ИП ФИО1 (цессионарий) заключен договор уступки (цессии) (далее – договор цессии), по условиям которого цедент уступил цессионарию права и обязанности по договору лизинга от 16.03.2018 № 1968/2018.

В соответствии с пунктом 2.1 договора цессии цессионарий обязался оплатить лизингодателю за цедента задолженность цедента перед лизингодателем по лизинговым платежам в размере 1 548,50 рубля.

В счет уступаемых прав и обязанностей цессионарий произвел оплату в размере 1 000 рублей (пункт 4.1 договора цессии).

Договор вступает в законную силу только с момента полного и надлежащего исполнения цессионарием обязательств, указанных в пункте 2.1 договора (пункт 6.1 договора цессии).

Согласно выписке по счету должника № 40702810100140001794, открытому в ПАО «Ставропольпромстройбанк», ИП ФИО1 оплатил 11.06.2019 уступленные ему права требования по договору лизинга в размере 1 000 рублей.

По договору купли-продажи транспортного средства от 15.03.2020 ответчик продал спорное транспортное средство ФИО5, регистрация смены собственника произведена РЭО ГИБДД (г. Лермонтов) ГУ МВД России по Ставропольскому краю 20.03.2020.

Ссылаясь на отсутствие равноценного встречного предоставления, полагая, что в результате заключения спорного договора цессии был причинен вред имущественным правам кредиторов должника, конкурсный управляющий обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Пунктом 1 статьи 32 Закон о банкротстве установлено, что дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Право конкурсного управляющего на предъявление заявлений о признании недействительными сделок должника предусмотрено статьей 129 Закона о банкротстве.

Материалами дела подтверждается, что заявление о признании должника банкротом принято к производству определением суда от 16.04.2019, оспариваемая сделка заключена 11.02.2019, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. Оспаривание подозрительных сделок должника регулируется правилами статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63) разъяснено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Соответственно, юридически значимым обстоятельством для признания сделок недействительными по указанному основанию является неравноценность встречного исполнения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 8 постановления Пленума ВАС РФ № 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Пунктом 9 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления и неравноценное встречное исполнение обязательств.

В соответствии с пунктом 8 Постановления Пленума ВАС РФ № 63, неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

В целях установления обстоятельств, подтверждающих наличие встречного исполнения, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Согласно статье 665 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

Статьей 19 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге) установлено, что договором лизинга может быть предусмотрено, что предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя по истечении срока договора лизинга или до его истечения на условиях, предусмотренных соглашением сторон.

Из материалов дела видно, что заключение договора цессии между ООО «Каркаде» и должником было направлено на замену лизингополучателя по договору лизинга без права выкупа, поскольку выкупная цена предмета лизинга не включена сторонами договора лизинга в периодические лизинговые платежи.

Пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что принадлежащее на основании обязательства кредитору право, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае условиями договора лизинга право последующего приобретения лизингополучателем права собственности на предмет лизинга не предусмотрено.

В результате совершения оспариваемой сделки, оформленной договором цессии от 11.02.2019, к ответчику, которому передан предмет лизинга по акту приема-передачи, перешли соответствующие права и обязанности, связанные с временным владением и пользованием предметом лизинга.

Как справедливо указал суд первой инстанции, на момент заключения оспариваемого договора уступки срок действия договора лизинга не истек; имущество, являющееся предметом договора лизинга, на момент заключения договора цессии принадлежало на праве собственности лизингодателю – ООО «Каркадэ», а не должнику.

В этой связи, на основании договора цессии новый лизингополучатель - ФИО1 приобрел права владения и пользования предметом лизинга, а также обязанности по договору лизинга, в том числе обязанность по содержанию предмета лизинга и по выплате лизинговых платежей.

Во исполнение договора лизинга, ФИО6 за ответчика и ФИО1 лично выплатили ООО «Каркаде» оставшиеся лизинговые и выкупной платежи, предусмотренные договором лизинга, что подтверждается чеками по операции Сбербанк Онлайн от 15.03.2019, от 19.04.2019, от 20.05.2019, от 14.06.2019, от 17.07.2019, от 19.08.2019, от 16.09.2019, от 15.10.2019, от 08.11.2019 на общую сумму 1 203 075,08 рубля.

Кроме того, в качестве доказательств исполнения договора лизинга в материалы настоящего обособленного спора представлены доказательства того, что денежные средства в размере 1 600 000 рублей, внесенные ФИО1 по расторгнутому предварительному договору купли-продажи транспортного средства от 16.03.2018 были также направлены на частичное погашение лизинговых платежей в период до 11.02.2019 ООО «Крован-КМВ» (предварительный договор купли-продажи транспортного средства от 16.03.2018, квитанция к приходному кассовому ордеру от 16.03.2018 № 47, соглашение от 11.02.2019 о расторжении предварительного договора купли-продажи транспортного средства от 16.03.2018).

Указанные обстоятельства конкурсным управляющим не опровергнуты.

Таким образом, по оспариваемому договору цессии фактически произошла замена стороны в договоре лизинга. При этом ввиду того, что договор лизинга не исполнен лизингополучателем (должником) в полном объеме, к цессионарию перешли, в том числе и обязанности по внесению лизинговых платежей и по содержанию предмета лизинга. Транспортное средство на момент заключения договора цессии принадлежало на праве собственности ООО «Каркаде».

Учитывая, что право собственности на спорное транспортное средство должнику на момент заключения оспариваемой сделки по уступке прав и обязанностей по договору лизинга не переходило ни по условиям лизинга, ни по фактическим обстоятельствам невыполнения обязательств по уплате всех лизинговых платежей, предусмотренных договором лизинга, транспортное средство не могло быть включено в конкурсную массу должника.

Следовательно, в результате действий сторон по заключению договора цессии конкурсная масса не уменьшилась на сумму подлежащих выплате лизинговых платежей за оставшийся период действия договора лизинга.

Фактически спорное транспортное средство, приобретенное должником в 2018 году по стоимости 2 826 440,68 рубля, было выкуплено ответчиком в 2019 году за 2 719 530,87 рублей.

В связи с чем, доводы конкурсного управляющего о неравноценном встречном предоставлении и о сопоставлении рыночной стоимости автомобиля с ценой уступленного права правомерно отклонены судом первой инстанции как необоснованные.

Доказательств наличия заинтересованности между сторонами сделки не представлено.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии совокупности оснований, влекущих недействительность оспариваемой сделки по пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции также исходил из того, что конкурсный управляющий не доказал совокупность условий для оспаривания сделки по основаниям, предусмотренным статьей 61.3 Закона о банкротстве, то есть сделка совершена должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований.

При этом суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

Согласно пункту 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.

Материалами дела подтверждается, что задолженность в размере 1 548,50 рубля оплачена за должника ФИО6 Аланом 24.01.2019, первый платеж ответчиком в пользу лизингодателя осуществлен 15.03.2019 в размере 98 015,08 рубля, превышающем очередной лизинговый платеж (96 381,50 рубля). Спорное транспортное средство перерегистрировано на ФИО1 05.03.2019 в связи с уступкой ему прав и обязанностей по договору цессии.

Факт того, что договор лизинга ФИО1 исполнен в полном объеме, подтверждается имеющимися в материалах обособленного спора чеками и паспортом транспортного средства, из которого следует, что ООО «Каркаде», являвшееся собственником спорного транспортного средства в период с 22.03.2018 по 19.11.2019, передало автомобиль ответчику 19.11.2019.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно заключил, что основания полагать, что договор цессии не был заключен до 11.06.2019, то есть, в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, отсутствуют.

В силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Закона о банкротстве» разъяснено, что при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице (пункт 10 постановления № 63).

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор цессии заключен в пределах полугода до возбуждения дела о банкротстве, следовательно, он подпадает в шестимесячный период подозрительности, определенный пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Между тем, для признания сделки недействительной по данному основанию недостаточно одного лишь факта оказания предпочтения кредитору. Помимо прочего требуется установление реальной или потенциальной осведомленности кредитора об обстоятельствах, позволявших сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При этом бремя доказывания недобросовестности контрагента должника лежит на заявителе, за исключением случаев совершения должником сделки с заинтересованным лицом (абзац 2 пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Конкурсным управляющим не доказано, что ФИО1 является заинтересованным лицом по отношению к ООО «Крован-КМВ». Доказательств обратного материалы обособленного спора не содержат.

Переданные 16.03.2018 ФИО1 должнику денежные средства по предварительному договору купли-продажи в размере 1 600 000 рублей, фактически внесены ООО «Крован-КМВ» в ООО «Каркаде» в качестве первого лизингового платежа 16.03.2018.

Кроме того, ФИО1 не являлся кредитором ООО «Крован-КМВ» в рамках рассматриваемых правоотношений.

Таким образом, в результате заключения спорной сделки ответчик не получил преимущественного удовлетворения требований, следовательно, суд первой инстанции обоснованно указал, что оспариваемый договор цессии не может быть признан судом недействительным по основаниям, изложенным в статье 61.3 Закона о банкротстве.

С учетом изложенного, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что по спорному договору цессии к ответчику перешли права и обязанности по договору лизинга, обязательства по договору лизинга ответчиком исполнены в полном объеме,что свидетельствует о наличии встречного предоставления, при недобросовестность ответчика, как и наличие причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате заключения договора цессии заявителем не доказаны.

При таких обстоятельствах арбитражный апелляционный суд полагает, что оснований для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 и пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве не имеется, как и не имеется оснований для признания оспариваемых платежей недействительными на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции у суда апелляционной инстанции не имеется.

Фактически апелляционная жалоба содержит доводы, аналогичные доводам, изложенным заявителем при обращении в суд первой инстанции, которые были рассмотрены судом первой инстанции и им была дана надлежащая правовая оценка.

Иные доводы жалобы основаны на неверном толковании норм материального права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционной жалобы судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы основаны на неверном толковании норм материального права и не влияют на правильность принятого по делу судебного акта, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и являющихся безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

В абзаце четвертом пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве уплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе относится на заявителя. Поскольку при подаче апелляционной жалобы заявителем было заявлено ходатайство об отсрочке уплаты государственной пошлины, с ООО «Крован-КМВ» надлежит взыскать в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 07.12.2020 по делу
№ А63-4453/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Крован-КМВ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

З.А. Бейтуганов

Судьи

С.И. Джамбулатов

Е.В. Жуков