Гражданский кодекс часть 1

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

ответчика, публичного акционерного общества «Уральский банк реконструкции и развития»,

на решение Арбитражного суда Свердловской области
от 25 июля 2018 года
по делу № А60-13202/2018,
принятое судьей Трухиным В.С.

по иску общества с ограниченной ответственностью «Азимут» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к публичному акционерному обществу «Уральский банк реконструкции и развития» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании недействительными действий по установлении тарифа, взыскании неосновательного обогащения,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Азимут» (далее – ООО, общество «Азимут», истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к публичному акционерному обществу «Уральский банк реконструкции и развития» (далее – Банк, ПАО «Уральский банк реконструкции и развития», ответчик) о признании недействительной односторонней сделки по установлению тарифа в размере 10% от суммы перевода (пункт 1.19 Тарифов на услуги филиала «Новосибирский» ПАО КБ «УБРиР») в отношении ООО «Азимут», о взыскании 123 775 руб. 67 коп. неосновательного обогащения.

Решением суда от 25.07.2018 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 123 775 руб. 67 коп. долга, а также 4 713 руб. государственной пошлины. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Ответчик с принятым решением не согласен, обжалует его в апелляционном порядке, просит отменить и принять по делу новый судебный акт. Заявитель жалобы отмечает, что подписанием заявления об акцепте оферты истец полностью и безоговорочно принял предложенные Банком условия договора, размещенные на официальном сайте Банка в сети «Интернет» www.ubrr.ru и состоящие из Правил банковского обслуживания юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и физических лиц, занимающихся в установленном законодательством Российской Федерации частной практикой, в Публичном акционерном обществе «Уральский банк реконструкции и развития» (далее Правила) и Тарифов Банка; истец подтвердил, что ознакомлен и согласен с Правилами и Тарифами Банка, согласился с правом Банка в одностороннем порядке вносить в них изменения, и присоединился к Правилам и Тарифам. Ответчик также ссылается на непредставление истцом доказательств того, что указанный выше тариф введен Банком в одностороннем порядке после заключения договора банковского счета. Заявитель жалобы отмечает, что истцом согласно запросу не были представлены ряд документов (договоры, заключенные с ООО «НЕПТУН», ООО Брайт, ООО «ШЕВРО», ИП ФИО2, ИП ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО7, ИП ФИО8, ИП ФИО9, ИП ФИО10; пояснения о численности работников, их должностях, функциях, выплате им заработной платы (ведомости, реестры и т.д.); пояснения об экономическом смысле проводимых операций по расчетному счету, открытому в ПАО КБ «УБРиР», а также подробная схема ведения бизнеса), в связи с чем Банк, руководствуясь договором,

положениями пункта 11 статьи 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115- ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее – Федеральный закон № 115-ФЗ), а также разъяснениями, содержащимися в письме Центрального Банка Российской Федерации от 26.12.2005 № 161-Т «Об усилении работы по предотвращению сомнительных операций кредитных организаций», отказал истцу в проведении операций. По мнению ответчика, в рассматриваемом случае двустороннее соглашение между Банком и истцом о применении такой комиссии («заградительный» тариф), неустойки было заключено при заключении договора банковского счета и нашло свое отражение в пункте 1.19. Тарифов. Безосновательным, по убеждению ответчика, является утверждение суда о том, что проведение банком банковских операций в случае наличия обоснованных сомнений по поводу отнесения сделки клиента к операции, связанной с легализацией доходов, полученных преступным путем, без предоставления соответствующих документов при условии взимания повышенного тарифа на расчетно- кассовое обслуживание, прямо противоречит целям, задачам и смыслу Федерального закона № 115-ФЗ. При этом ответчик отмечает, что Банк не взимал комиссию в размере 10% от суммы операций, проводимых по счету клиента, которые по заключению банка являлись сомнительными, напротив, в проведении операций истцу было отказано, а комиссия в размере 10% была удержана при переводе остатка денежных средств в размере 1 362 302 руб. 40 коп. по заявлению клиента при закрытии счета в случае предоставления не в полном объеме клиентом документов и информации, запрошенных банком. По изложенным основаниям ПАО «Уральский банк реконструкции и развития» полагает, что установленная банком комиссия в размере 10% от суммы перевода денежных средств по заявлению клиента при закрытии счета в случае непредставления/предоставления не в полном объеме клиентом документов и/или информации, запрошенных банком при реализации своих полномочий, предусмотренных Федеральным законом № 115-ФЗ, не противоречит указанному закону, согласована истцом и ответчиком при заключении договора банковского счета, и представляет собой меру ответственности клиента перед банком в виде штрафа.

Истцом представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором указанная сторона просит оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения, поддерживает выводы, сделанные судом первой инстанции.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции 25.10.2018 представитель ответчика на доводах апелляционной жалобы настаивал, просил отменить решение суда первой инстанции.

Истец, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителя в судебное заседание не направил, что в силу статьи 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в его отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, 25.09.2017 между ПАО «Уральский банк реконструкции и развития» (банк) и обществом «Азимут» (клиент) путем присоединения в порядке статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) заключен договор банковского счета № 2010540924, по условиям которого клиенту в Новосибирском филиале Банка открыт расчетный счет № <***> в валюте Российской Федерации.

Судом первой инстанции установлено, что для направления платежных документов дистанционно в электронном виде 25.09.2017 счет был подключен к системе «Клиент-Банк» (также – система ДБО).

Согласно пункту 3.7 Правил банковского обслуживания юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и физических лиц, занимающихся в установленном законодательством Российской Федерации частной практикой, в Публичном акционерном обществе «Уральский банк реконструкции и развития» Банк обязался принимать и зачислять поступающие на счет денежные средства, а также выполнять распоряжения клиента о переводе и выдаче денежных средств со счета и проведении других операций по счету.

Пунктом 1.19 Тарифов на услуги Банка установлено, что при переводе остатка денежных средств по заявлению клиента при закрытии счета в случае непредставления/предоставления не в полном объеме клиентом документов и/или информации, запрошенных Банком при реализации своих полномочий, предусмотренных 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» от 07.08.2001, вознаграждение Банка составляет 10% от суммы перевода.

Материалами дела подтверждается, что 15.11.2017 по системе ДБО в общество «Азимут» поступил запрос от банка о предоставлении в срок до 22.11.2017 информации и документов о деятельности клиента за последний месяц: 1) по зачислению и расходованию денежных средств: договоры, заключенные с основными контрагентами (не более 10), на основании которых выставлялись счета и производилась оплата, в том числе спецификации, приложения, счета-фактуры, товарно-транспортные накладные (в том числе транспортный раздел), акты выполненных работ (оказанных услуг); документы, обосновывающие переводы, а также подтверждающие целевое расходование денежных средств, перечисленных на счета физических лиц (договоры, кассовые чеки, акты выполненных работ / оказанных услуг, и т.п.); 2) по численности работников, их должностях, функциях, выплате им заработной платы (штатное расписание, ведомости, реестры и т.д.); 3) уплате налоговых платежей в 2017 году, проведенных со счетов, открытых не в ПАО КБ «УБРиР»; 4) экономический смысл проводимых операций по р/счету, открытому в ПАО КБ «УБРиР»,

подробную схему ведения бизнеса; 5) налоговую декларацию по налогу на прибыль организаций за последний отчетный период, отчет о финансовых результатах за последний отчетный период, декларацию формы 6-НДФЛ; 6) о наличии офисных и/или складских помещений (договор аренды / свидетельство о праве собственности и т.д.), договоры хранения товара; 7) лицензии на лицензируемые виды деятельности).

Из искового заявления следует, что одновременно банк со ссылкой на статью 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ в одностороннем порядке приостановил обслуживание ООО «Азимут» по системе ДБО до предоставления запрошенных документов.

Поскольку осуществление расчетов на бумажном носителе без использования системы ДБО представляло ряд технических неудобств, истец принял решение перевести остаток денежных средств на свой счет в другом банке (ПАО «БАНК УРАЛСИБ»).

Руководитель ООО «Азимут» 16.11.2017 представил в банк платежное поручение от 16.11.2017 № 20 на сумму 1 362 000 руб. с назначением платежа: «Перевод денежных средств на собственный расчетный счет для ведения хозяйственной деятельности».

Банк отказал истцу в выполнении указанного распоряжения, устно отказ был мотивирован пунктом 11 статьи 7 Закона № 115-ФЗ.

Посредством системы ДБО 21.11.2017 общество «Азимут» предоставило запрошенные банком документы и информацию.

Между ПАО Сбербанк и ООО «Азимут» 06.12.2017 путем присоединения в порядке статьи 428 ГК РФ заключен договор выдачи простых векселей ПАО Сбербанк № ПУ-8047/00599-007.

Во исполнение указанного договора 07.12.2017 общество «Азимут» предъявило в банк к исполнению на бумажном носителе платежное поручение от 07.12.2017 № 5 на сумму 1 355 000 руб. с назначением платежа: «Оплата на приобретение векселей ПАО Сбербанк по договору № ПУ- 8047/00599-007 от 06.12.2017 НДС не предусмотрен».

Банк без объяснения причин отказал обществу «Азимут» в выполнении указанного распоряжения.

Общество «Азимут» 11.12.2017 направило в банк претензию с требованием обеспечить возможность распоряжаться собственными средствами на счете.

Письмом от 11.12.2017 общество «Азимут» отозвало заранее данный акцепт на списание денежных средств со счета, выраженный в договоре банковского счета, а счета на оплату услуг, оказанных банком по расчетно- кассовому обслуживанию, с 11.12.2017 просил направлять в адрес клиента.

При таких обстоятельствах общество «Азимут», как следует из искового заявления, вынуждено было принять решение о расторжении банковского счета.

Заявление о расторжении договора банковского счета содержало реквизиты счета общества «Азимут» в другой кредитной организации, по

которым банку надлежало перевести остаток денежных средств.

Расчетный счет № <***> был закрыт18.12.2017.

На начало операционного дня 18.12.2017 остаток денежных средств, находящихся на указанном счете, составлял 1 362 302 руб. 40 коп., из которых:

- 123 845 руб. 67 коп. списаны банком в свою пользу как комиссия за перевод остатка при закрытии счета по заявлению клиента в случае непредоставления документов согласно действующим тарифам банка;

- 1 238 456 руб. 73 коп. переведены как остаток денежных средств в связи по заявлению клиента от 11.12.2017, что подтверждается выпиской по счету.

Претензионные требования общества «Азимут» о незаконности удержания комиссии в размере 123 845 руб. 67 коп. и возврате указанной суммы оставлены банком без ответа.

Полагая, что установление и применение «заградительного» тарифа банком к расходной операции при закрытии счета является незаконным, нарушает права общества «Азимут», последнее обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском.

При этом расчет неосновательного обогащения произведен истцом с учетом установленной пунктом 4.2.1.2 Тарифов суммы тарифа за операцию по переводу денежных средств, составляющего 70 руб. (123 845 руб. 67 коп. – 70 руб. = 123 775 руб. 67 коп.).

Частично удовлетворяя исковые требования, в том числе о взыскании 123 775 руб. 67 коп. неосновательного обогащения, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 845 ГК РФ, статей 6, 7 Федерального закона № 115-ФЗ и исходил из того, что установление Банком спорного «заградительного тарифа», не предусмотренного в законе, является платой за проведение «сомнительных» операций без предоставления установленных законом документов, что противоречит Федеральному закону № 115-ФЗ. Судом также сделан вывод о штрафном характере указанной комиссии («заградительного» тарифа), являющейся, по сути, мерой ответственности клиента перед Банком за непредставление документов и за совершение «сомнительных операций». Кроме того суд пришел к выводу о ничтожности установления и применения Банком специального тарифа в размере 10 % от суммы перевода, предусмотренного пунктом 1.19 Тарифов, за проведение операций, обладающих признаками сомнительности, без предоставления документов, как противоречащих закону. Признав, что спорная комиссия является ничтожной в силу закона, суд сделал вывод об отсутствии оснований для признания ее недействительной и указал, что удержанные Банком денежные средства в размере 123 775 руб. 67 коп. являются неосновательным обогащением и подлежат возврату на основании статьи 1102 ГК РФ.

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, выслушав явившегося в судебное заседание представителя

ответчика, суд апелляционной инстанции оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта не установил.

На основании пункта 1 статьи 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту, денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

Согласно статье 846 ГК РФ при заключении договора банковского счета клиенту или указанному им лицу открывается счет в банке на условиях, согласованных сторонами. Банк обязан заключить договор банковского счета с клиентом, обратившимся с предложением открыть счет на объявленных банком для открытия счетов данного вида условиях, соответствующих требованиям, предусмотренным законом и установленными в соответствии с ним банковскими правилами.

В силу пункта 1 статьи 848 ГК РФ банк обязан совершить для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленным в соответствии с ним банковскими правилами, и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, если договором банковского счета не предусмотрено иное.

Статья 858 ГК РФ допускает ограничение прав клиента на распоряжение денежными средствами, находящимися на счете, только в случаях, предусмотренных законом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 845 ГК РФ банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие, не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

Отношения граждан, организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, а также государственных органов, осуществляющих контроль на территории Российской Федерации за проведением операций с денежными средствами или иным имуществом, в целях предупреждения, выявления и пресечения деяний, связанных с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, и финансированием терроризма регулируются Федеральным законом от № 115-ФЗ.

Целью названного Федерального закона является защита прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

В силу подпункта 1 пункта 1 статьи 6 названного Федерального закона № 115-ФЗ операция с денежными средствами или иным имуществом подлежит обязательному контролю, если сумма, на которую она совершается, равна или превышает 600 тыс. рублей либо равна сумме в иностранной валюте, эквивалентной 600 тыс. рублей, или превышает ее, а по

своему характеру данная операция относится к такой операции с денежными средствами в наличной форме как снятие со счета или зачисление на счет юридического лица денежных средств в наличной форме в случаях, если это не обусловлено характером его хозяйственной деятельности.

По смыслу пункта 1 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ у клиента банка имеется обязанность по представлению документов, необходимых для его идентификации и фиксирования информации, содержащей сведения о совершаемой операции.

Как верно указал суд первой инстанции, проведение банковских операций в случае наличия обоснованных сомнений по поводу отнесения сделки клиента к операции, связанной с легализацией доходов, полученных преступным путем, без предоставления соответствующих документов при условии взимания повышенного тарифа на расчетно-кассовое обслуживание, прямо противоречит целям, задачам и смыслу Федерального закона № 115- ФЗ.

Несмотря на то, что ответчик отказал истцу в проведении «сомнительных операций», взыскание с общества «Азимут» в порядке пункта 1.19 Тарифов платы за перевод остатка денежных средств при закрытии счета не может быть признано правомерным.

Банк должен документально фиксировать «основания совершения» операций, подлежащих обязательному контролю, а также операций, по которым у Банка (в результате реализации программ внутреннего контроля) возникли подозрения, что они осуществляются в целях легализации доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма (подпункт 4 пункта 1 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ).

При этом в качестве меры оперативного реагирования и воздействия на клиента, при наличии оснований полагать, что были совершены операции, противоречащие указанному закону, банку предоставлены полномочия по запросу у клиента документов для идентификации клиента, представителей, выгодоприобретателей, документальному фиксированию сведений об операциях и представлению их в уполномоченный орган.

В обязанность банка по идентификации клиента включается установление места государственной регистрации и адреса местонахождения клиента - юридического лица, и эта обязанность осуществляется банком в течение всего периода нахождения клиента на расчетно-кассовом обслуживании как при заключении договора банковского счета, так и в последующем – при совершении расчетных операций (подпункт 1 пункта 1 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ).

Обязанность по документальному фиксированию информации об операциях с денежными средствами или иным имуществом возложена на кредитные организации пунктом 2 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ, согласно которому кредитные организации должны разработать правила внутреннего контроля и программы его осуществления. Названный закон не устанавливает перечень данных, подлежащих обязательному фиксированию,

тем самым позволяя кредитной организации самостоятельно определять объем соответствующих сведений.

При этом Банк вправе отказать клиенту в приеме распоряжения на проведение операции по счету в случае проведения операции, подпадающей под критерии сомнительных операций или необычных операций.

Непредставление клиентом запрошенных документов в силу пункта 11 статьи 7 Федерального закона № 115-ФЗ является основанием для отказа банком в выполнении распоряжения клиента о совершении операции.

Ссылка ответчика на то, что указанный тариф применяется банком в связи с положениями Федерального закона № 115-ФЗ, в соответствии с которыми банк вправе и обязан отслеживать операции с денежными средствами и при выявлении сомнительных сделок сообщать об этом в уполномоченный орган, судом во внимание не принимается.

Положения Федерального закона № 115-ФЗ не содержат норм, позволяющих кредитным организациям в качестве мер противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, устанавливать специальное комиссионное вознаграждение или взимать штраф.

Так, именно отказ банка от осуществления сомнительных переводов денежных средств соответствует целям Федерального закона № 115-ФЗ.

При это право на взыскание штрафа установлено не само по себе за непредоставление документов, а во исполнение Федерального закона № 115- ФЗ.

Соответственно взыскание комиссии за непредставление клиентом документов и (или) исчерпывающих пояснений либо представление недостоверных и (или) недействительных документов, формой контроля не является.

Оценив представленные в дело доказательства в порядке, установленном в статье 71 АПК РФ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии однозначных и безусловных доказательств, подтверждающих запутанный или необычный характер сделок, не имеющих очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, иной противоправной цели при заключении сделок.

В материалах дела отсутствует обоснование Банка в необходимости запрашивания у истца именно такого объема документов, отчетности для установления подозрительных признаков операций.

Суд апелляционной инстанции не может прийти к выводу о безусловно правомерном затребовании Банком указанного им объема информации, повлекшего, как следствие, отказ в выполнении поручений клиента и расторжение договора банковского счета, а также перевод остатка денежных средств клиента на его счет, открытый в другом банке, за что и была списана ответчиком комиссия.

Ответчик обосновывает право на применение штрафных санкций исключительно непредставлением истцом всех истребованных документов. Однако ответчик не доказал, какие у него имелись основания и

необходимость для истребования всего объема указанных им документов и их относимость к конкретным спорным операциям.

По правилам статьи 859 ГК РФ договор банковского счета расторгается по заявлению клиента в любое время.

В пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.04.1999 № 5 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета» разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 859 ГК РФ договор банковского счета прекращается с момента получения банком письменного заявления клиента о расторжении договора (закрытии счета), если более поздний срок не указан в заявлении.

Остаток денежных средств на счете выдается клиенту либо по его указанию перечисляется на другой счет не позднее семи дней после получения соответствующего письменного заявления клиента (пункт 3 статьи 859 ГК РФ).

Из материалов дела следует, что комиссия, установленная в пункте 1.19 Тарифов, была удержана не в момент совершения спорных операций и квалификации их Банком в качестве сомнительных, а при закрытии счета и перечислении остатка денежных средств на расчетный счет истца в другом банке.

Между тем действия Банка по закрытию счета в данном случае не являлись самостоятельной банковской услугой, создавшей для клиента какое-либо дополнительное благо в рамках спорного договора.

В данной части значимым суд апелляционной инстанции также признает то, что противодействие незаконным финансовым операциям должно осуществляться на стадии исполнения банком поручения клиента о совершении соответствующей операции, когда банк вправе в одностороннем порядке отказать своему клиенту в исполнении его конкретного поручения.

При указанных обстоятельствах с учетом положений, закрепленных в Федеральном законе № 115-ФЗ, а также фактических обстоятельств дела суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что установление спорной комиссии не является формой контроля по смыслу Федерального закона № 115-ФЗ.

Поскольку банк, выполняя требования Федерального закона № 115-ФЗ и осуществляя функции публично-правового контроля, при этом не предоставляет клиенту какой-либо услуги, за которую могла бы применяться банковская комиссия, а сами нормы указанного Федерального закона не наделяют кредитные организации правом взимания комиссий за непредоставление клиентами необходимых сведений (именно при расторжении договора банковского счета), действия Банка направлены не на противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем и не на оплату услуг Банка, а на получение неосновательного обогащения.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о штрафном характере указанной комиссии, являющейся, по сути, мерой ответственности клиента перед банком за непредставление документов, так как никаких специальных услуг при начислении комиссии Банк не оказывает. В нарушение статьи 65 АПК РФ ответчик не представил доказательств несения каких-либо расходов и потерь, подлежащих компенсации путем взимания спорной комиссии.

Согласно положениям статьи 331 ГК РФ, обязывающим участников гражданских правоотношений заключать соглашение о неустойке в письменной форме независимо от формы основного обязательства, несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке. Если подтверждено, что спорная комиссия (неустойка) в одностороннем порядке введена банком-ответчиком после заключения договора банковского счета с клиентом-истцом, то к отношениям истца и ответчика она не применима в соответствии с нормами пункта 1 статьи 450 ГК РФ, так как двустороннее соглашение между истцом и ответчиком о применении такой комиссии (неустойки) не заключалось.

Соответственно, поскольку «заградительный тариф» не является платой за оказание Банком какой-либо специальной услуги клиенту, а представляет собой меру ответственности за ненадлежащее исполнение обязательств по представлению клиентом документов, истребованных банком при совершении операций по счету клиента, возможность введения банком в одностороннем порядке меры ответственности за неисполнение договорных обязательств ни законом, ни договором банковского счета не предусмотрена, в связи с чем введена и изменена в одностороннем порядке быть не может.

Поскольку Банком не представлено суду бесспорных доказательств того, что истец при подписании договора (либо в последующем) был ознакомлен с комиссией, установленной в Тарифах в пункте 1.19, комиссия носит штрафной характер («заградительный»), являющийся, по сути, мерой ответственности Клиента перед Банком за непредставление документов, условиями договора ответственность общества за неисполнение или нарушение сроков исполнения запросов Банка не предусмотрена, Банк, в одностороннем порядке определил объем необходимых для представления клиентом документов, то есть фактически в одностороннем порядке установил возможность применения к клиенту штрафных санкций, что в силу статьи 331 ГК РФ недопустимо и свидетельствует о неправомерности действий Банка.

Несостоятельным признается и указание ответчика в апелляционной жалобе на то, что подписанием заявления об акцепте оферты истец полностью и безоговорочно принял предложенные Банком условия договора, размещенные на официальном сайте Банка в сети «Интернет» www.ubrr.ru и состоящие из Правил банковского обслуживания юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и физических лиц, занимающихся в установленном законодательством Российской Федерации частной

практикой, в Публичном акционерном обществе «Уральский банк реконструкции и развития» (далее Правила) и Тарифов Банка, а также подтвердил, что ознакомлен и согласен с Правилами и Тарифами Банка, согласился с правом Банка в одностороннем порядке вносить в них изменения, и присоединился к Правилам и Тарифам.

Данное обстоятельство не свидетельствует о правомерности списания спорной денежной суммы с учетом вышеизложенного.

При этом, по утверждению истца, спорный тариф установлен Банком в одностороннем порядке и введен в действие в период после заключения с истцом договора банковского счета.

Наличие указанной «заградительной комиссии» в тарифах не снимает с Банка обязанности заключить соглашение между Банком и клиентом о применении данной конкретной комиссии, в противном случае данная комиссия не применима к клиенту.

Таким образом, действия Банка по списанию денежных средств в сумме 123 775 руб. 67 коп. в виде комиссии за непредставление запрашиваемых документов и сведений за проведение операции с денежными средствами, в отношении которой возникли подозрения, что данная операция осуществляется в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, на основании реализации правил внутреннего контроля, не основаны на законе.

Как следует из пункта 21 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.1998 № 13/14, необоснованным списанием денежных средств с расчетного счета клиента является списание, произведенное в сумме, большей, чем предусмотрено платежным документом, а также списание без соответствующего платежного документа либо с нарушением требований законодательства.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Указанные правила применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

С учетом изложенного и конкретных обстоятельств, учитывая, что ответчиком в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие наличие у него оснований для удержания денежных средств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что удержание Банком денежных средств в размере 123 775 руб. 67 коп. не основано на законе и является неосновательным обогащением, которое подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

По изложенным основаниям суд апелляционной инстанции соглашается и с указанием суда на ничтожность односторонних действий банка по установлению тарифа в размере 10 % от суммы перевода.

Указания суда первой инстанции на то, что проведение банком банковских операций в случае наличия обоснованных сомнений по поводу отнесения сделки клиента к операции, связанной с легализацией доходов, полученных преступным путем, без предоставления соответствующих документов при условии взимания повышенного тарифа на расчетно- кассовое обслуживание прямо противоречит целям, задачам и смыслу Федерального закона № 115-ФЗ, а также указание на установление и применение банком специального тарифа в размере 10 процентов от суммы перевода, предусмотренного пунктом 1.19 Тарифов, за проведение операций, обладающих признаками сомнительности, без предоставления документов, не в полной мере применимы к фактическим обстоятельствам дела.

Вывод суда о том, что спорная комиссия является мерой ответственности клиента перед банком за совершение «сомнительных операций», также не соответствует фактическим обстоятельствам дела и толкованию пункта 1.19 Тарифов, поскольку в рассмотренном случае Банк, воспользовавшись предоставленным ему правом, отказал истцу в осуществлении «сомнительных операций» по перечислению денежных средств.

Однако к принятию неправильного судебного акта изложенные судом первой инстанции суждения и выводы не привели, поскольку на правомерный вывод суда первой инстанции о наличии оснований для взыскания неосновательного обогащения не повлияли.

Исходя из изложенного суд первой инстанции обоснованно удовлетворил исковые требования в соответствующей части.

Доводов, основанных на доказательственной базе, позволяющих отменить либо изменить обжалуемый судебный акт, в апелляционной жалобе не содержится.

Ссылки ответчика на судебную практику по иным делам во внимание не принимаются, поскольку при рассмотрении спора суды учитывают конкретные обстоятельства каждого спора и доказательства, представленные сторонами, на основании исследования и оценки которых принимается судебный акт.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта по изложенным в апелляционной жалобе доводам.

Нарушений судом первой инстанции норм материального или процессуального права, которые согласно статье 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. Решение суда от 25.07.2018 является законным, обоснованным и отмене не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина по

апелляционной жалобе относится на ответчика.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 25 июля 2018 года по делу № А60-13202/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий Т.В. Макаров

Судьи В.Ю. Дюкин

Т.Л. Зеленина