Гражданский кодекс часть 1

от материального истца АО «Уралкомпрессормаш»: ФИО1, предъявлен паспорт, диплом, доверенность от 21.09.2021; ФИО2, предъявлен паспорт, диплом, доверенность от 03.06.2020 (путем использования системы веб-конференции посредством информационной системы «Картотека арбитражных дел»);

от процессуального истца ФИО3: ФИО4, предъявлен паспорт, диплом, доверенность от 17.08.2021 (путем использования системы веб-конференции посредством информационной системы «Картотека арбитражных дел»);

от ответчика: ФИО5, предъявлен паспорт, диплом, доверенность от 24.05.2021;

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы истцов акционерного общества «Уралкомпрессормаш», ФИО3,

на решение Арбитражного суда Свердловской области от 17 ноября 2021 года по делу №А60-55578/2020

по иску акционерного общества «Уралкомпрессормаш» (ОГРН <***>, ИНН <***>), ФИО3

к ФИО6,

третьи лица: Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы № 24 по Свердловской области (ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Инновейшен трейд ком» (ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Промышленные технологии» (ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Рейлинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Спецтехарсенал» (ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Симбирская оптовая компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>), временный управляющий ФИО7,

о взыскании убытков,

установил:

акционерное общество «Уралкомпрессормаш» (далее – общество, АО «Уралкомпрессормаш») обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к ФИО6 (далее – ответчик, ФИО6) о взыскании убытков в сумме 8 808 520 руб.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 16.02.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке ст. 51 АПК РФ привлечены Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №24 по Свердловской области, общество с ограниченной ответственностью «Инновейшен трейд ком», общество с ограниченной ответственностью «Промышленные технологии», общество с ограниченной ответственностью «Рейлинг», общество с ограниченной ответственностью «Спецтехарсенал», общество с ограниченной ответственностью «Симбирская оптовая компания» (т. 1 л.д. 121-124).

Определением от 27.08.2021 суд в порядке ст. 46 АПК РФ привлек к участию в деле в качестве соистца ФИО3 (далее – ФИО3). Этим же определением в качестве третьего лица по делу привлечен временный управляющий АО «Уралкомпрессормаш» ФИО7 (т. 2 л.д. 9-12).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 17.11.2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым решением, истцы АО «Уралкомпрессормаш» и ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

В обоснование апелляционной жалобы АО «Уралкомпрессормаш» приводит доводы о неверном определении судом обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу. По мнению общества, суд не включил в предмет доказывания и уклонился от исследования экономических связей с контрагентами по сделкам, наличия между ними реальных хозяйственных отношений, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения дела. Считает ошибочными выводы суда о том, что сделки с фирмами-однодневками носили обычный характер, отмечая, при этом, что непредставление истцом уточненной налоговой декларации, само по себе, не является свидетельством признания спорных расходов обоснованными. Анализируя основные виды деятельности АО «Уралкомпрессормаш» и спорных контрагентов, являющихся отличными, указывает на отсутствие у общества реальной необходимости заключения сделок с ними. Кроме того, убытки обосновываются обществом отсутствием доказательств какого-либо встречного предоставления от совершенных сделок. Учитывая, что начальник финансового отдела, полномочия которого в спорный период осуществляла ФИО8, непосредственным образом подчиняется генеральному директору, подписание ею первичной налоговой декларации за 2019 г., поданной в налоговый орган, какого-либо правового значения иметь не может; именно действия директора в данном случае образуют состав убытков. Указывает на обстоятельства, дающие основания полагать направленность действий ФИО6 по легализации (отмыванию) денежных средств, их перечислению в адрес фирм-однодневок с целью вывода (транзита). Полагает, что судом дана неверная оценка информационному письму налогового органа от 09.09.2021 №13-06/36122, из которого следует, что спорные контрагенты имеют признаки «транзитных», а также установлено обналичивания ими денежных средств через физических лиц на сумму перечислений от АО «Уралкомпрессормаш» - 8 808 520 руб. Кроме того, в материалах дела имеются иные доказательства, свидетельствующие о том, что спорные контрагенты отвечали признакам фирм-однодневок, не способных исполнять обязательства перед истцом (выписки из ЕГРЮЛ, отчеты КонтурФокус). Выводы суда о том, что наличие соответствующих признаков было установлено в отношении контрагентов лишь по состоянию на 09.09.2020 (дата составления информационного письма) полагает ошибочными с учетом того обстоятельства, что из информационного письма прямо следует на транзитный характер операций, производимых в 2019 г. По убеждению заявителя жалобы, ФИО6 при исполнении возложенных на него обязанностей при выборе контрагентов действовал недобросовестно и неразумно, не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для принятия решения о заключении сделок информации; не организовал контроль за действиями контрагентов по гражданско-правовым договорам и работников общества; ненадлежащим образом организовал управление обществом, результатом чего явилось перечисление денежных средств в отсутствии встречного предоставления, что в соответствии с п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 является основанием для привлечения его к гражданско-правовой ответственности. Выражает несогласие с выводами суда о том, что на момент заключения сделок за выбор и контроль контрагентов отвечала, в том числе ФИО8 Полагает, что подобного рода выводы противоречат обстоятельствам, установленным в рамках дела №А60-32169/2020, при рассмотрении которого уже давалась оценка доводам ФИО6 о том, что за убытки должна отвечать ФИО8 Полагает имеющим место неверное распределение судом бремени доказывания. Поведение ответчика, уклонившегося от пояснений относительно того, что было предоставлено в качестве встречного предоставления от спорных контрагентов, по мнению АО «Уралкомпрессормаш», следовало признать недобросовестным с возложением на ответчика бремени доказывания отсутствия нарушения. Обращает внимание на то, что ФИО6 неоднократно допускал действия (бездействие), которые повлекли убытки для АО «Уралкомпрессормаш», факты которых установлены вступившими в законную силу судебными актами.

ФИО3 в своей апелляционной жалобе также акцентирует внимание на необоснованности выводов суда об имевших место обычных хозяйственных взаимоотношениях с фирмами-однодневками, основывающихся исключительно на принятии обществом к учету спорных сумм расходов и непредставлении уточненной декларации в налоговый орган; недоказанности факта встречного предоставления со стороны фирм-однодневок; неразумности действий ФИО6 по ненадлежащей проверке контрагентов и последующее перечисление в их адрес денежных средств в отсутствии какого-либо встречного предоставления, результатом чего явилось причинение ущерба обществу.

18.03.2022 ФИО3 в электронном виде через систему подачи документов «Мой Арбитр» представлены письменные дополнения к апелляционной жалобе, в которых процессуальный истец, ссылаясь на новые доказательства, а именно, полученный 22.11.2021 акт №15-17/8219 выездной налоговой проверки от 22.10.2021, и сделанные в нем выводы в отношении контрагента истца ООО «Промгаздеталь», а также на результаты проведенного на основании данных выводов анализа бухгалтерского учета общества по контрагенту ООО «Промгаздеталь», приводит доводы о том, что первоначально числившиеся на субсчете 60.02 расчеты по авансам с рядом спорных контрагентов (ООО «АМК», ООО «Макростройгрупп», ООО «Промтех») впоследствии 01.10.2019 были перенесены на субсчет 60.01 путем проведения корректировки по взаимозачету с ООО «Промгаздеталь», не способному осуществлять, согласно выводов налогового органа, в спорный период какой-либо деятельности; в 1С операции с ООО «Спецтехарсенал», ООО «Симбирская оптовая компания», ООО «Инновейшен трейд ком», ООО «Рейлинг», ООО «Технотрейд» учтены как операции с ООО «Промгаздеталь». Указанное, по мнению истца, является дополнительным свидетельством того, что спорные перечисления были произведены в отсутствие реальных правоотношений и встречного предоставления; свидетельствует об искажении бухгалтерского учета и является основанием для взыскания с ФИО6 заявленных убытков. Ссылаясь на невозможность представления в суд первой инстанции новых доказательств: акта №15-17/8219 выездной налоговой проверки от 22.10.2021, карточки счета 60 за 01.01.2019-05.03.2022 по контрагенту ООО «Промгаздеталь», оборотно-сальдовых ведомостей и скриншотов из 1С, ФИО3 ходатайствует об их приобщении к материалам дела.

21.03.2022 АО «Уралкомпрессормаш» представило в апелляционный суд посредством системы подачи документов «Мой Арбитр» отзыв на апелляционные жалобы, в котором, по сути, со ссылками на новые доказательства (акт выездной налоговой проверки №15-17/8219 от 22.10.2021, карточки счета 60 по ряду контрагентов) приводит дополнительные к изложенным в жалобе доводы о реализации ответчиком схемы по выводу денежных средств в пользу фирм-однодневок с заменой операций с данными лицами в бухгалтерском учете на ООО «Промгаздеталь», также не осуществлявшего реальной хозяйственной деятельности. Отмечает, что ФИО6, как бывший генеральный директор истца, не мог не знать о фиктивном документообороте в АО «Уралкомпрессормаш» и об отсутствии встречного предоставления со стороны мнимого поставщика ООО «Промгаздеталь», которым прикрывалось необоснованное перечисление денежных средств на сумму 8 800 520 руб. в пользу 8 фирм-однодневок. Дополнительные доказательства, обосновывающие приведенные доводы, а именно, выдержки из акта №15-17/8219 выездной налоговой проверки от 22.10.2021, карточки счета 60 по контрагентам ООО «Промгаздеталь», ООО «Промтех», ООО «Макростройгрупп», ООО «АМК» просит приобщить к материалам дела.

ФИО6 представил отзыв с возражениями против доводов жалоб истцов, решение суда оценивает как законное и обоснованное, не подлежащее отмене.

Кроме того, ФИО8, ссылаясь на то, что судом, без привлечения ее к участию в деле в качестве третьего лица, были установлены не соответствующие действительности обстоятельства, связанные с осуществлением ей в 2019 г., будучи начальником финансового отдела, выбора и контроля контрагентов, полагая свои права нарушенными принятым судебным актом, в порядке ст. 42 АПК РФ обратилась с апелляционной жалобой на указанное выше решение суда, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.03.2022 производство по апелляционной жалобе общества ФИО8, поданной в порядке ст. 42 АПК РФ, прекращено.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции рассматривает по существу апелляционные жалобы истцов АО «Уралкомпрессормаш» и ФИО3

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, состоявшемся сиспользованием системы веб-конференции посредством информационной системы «Картотека арбитражных дел», представители истцов на доводах апелляционных жалоб настаивали.

Заявленные в поступивших в суд письменных дополнениях к жалобам ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных документов (акта №15-17/8219 выездной налоговой проверки от 22.10.2021, карточек счета 60, оборотно-сальдовых ведомостей и скриншотов из 1С) поддерживали.

Поскольку суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам. Признание доказательства относимым и допустимым само по себе не является основанием для его принятия судом апелляционной инстанции.

Рассмотрев вопрос о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, апелляционный суд отказывает в их приобщении на основании ч. 2 ст. 268 АПК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 №12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в силу недоказанности истцами уважительности причин невозможности представления указанных документов в суд первой инстанции.

Объективных препятствий для представления ответчиком данных доказательств в суд первой инстанции апелляционная коллегия не установила. Карточки счета, оборотно-сальдовые ведомости являются внутренними документами бухгалтерского учета общества и могли быть представлены в суд первой инстанции с раскрытием приводимых доводов, являющихся новыми и основывающихся на их оценке, по результатам самостоятельно проведенного анализа в отношении спорных контрагентов, безотносительно выводов акта налоговой проверки от 22.10.2021. Получение акта налоговой проверки лишь 22.11.2021 о невозможности представления данного доказательства суду первой инстанции не свидетельствует. Указанный акт датирован 22.10.2021, т.е. до вынесения обжалуемого судебного акта, соответственно, общество, располагая сведениями о проведенной в отношении него проверке, имело возможность обеспечить его представление в суд первой инстанции, в том числе, позаботившись о получении акта до итогового судебного заседания по существу спора, а также принятия мер, направленных на отложение судебного разбирательства в целях обеспечения представления данного доказательства.

Поскольку указанные документы поступили в апелляционный суд в электронном виде посредством сервиса «Мой Арбитр», фактический возврат истцам данных документов не производится.

Представитель ответчика против удовлетворения апелляционных жалоб истцов возражал по основаниям, изложенным в отзыве.

Третьи лица письменные отзывы на жалобы не представили, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу ч. 5 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела судом в их отсутствии.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, установлено судом, АО «Уралкомпрессормаш» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.09.2002 с присвоением основного государственного регистрационного номера <***>.

В период с 29.09.2002 по 16.10.2019 ФИО6 являлся генеральным директором АО «Уралкомпрессормаш», после чего в октябре 2019 года генеральным директором общества назначена ФИО8.

Как пояснил истец, новым директором общества ФИО8 в октябре 2019 года были выяснены обстоятельства, связанные с причинением ФИО6 убытков АО «Уралкомпрессормаш» в размере 8 808 520 руб. в виде перечисления обществом денежных средств в адрес восьми юридических лиц, имеющих признаки транзитных организаций, а именно: в адрес 1) ООО «ИТК» (ИНН <***>) по платежному поручению №116 от 22.01.2019 на сумму 800 000 руб.; 2) ООО «Промтех» (ИНН <***>) по платежным поручениям №1, №2 от 23.05.2019 на суммы 300 000 руб., 295 000 руб.; 3) ООО «Рейлинг» (ИНН <***>) по платежному поручению №446 от 19.02.2019 на сумму 1 470 000 руб., платежному поручению №511 от 26.02.2019 на сумму 100 000 руб.; 4) ООО «Спецтехарсенал» (ИНН <***>) по платежному поручению №26 от 07.02.2019 на сумму 800 000 руб.; 5) ООО «Симбирская Оптовая Компания» (ИНН <***>) по платежному поручению №295 от 29.03.2019 на сумму 590 520 руб.; 6) ООО «Макростройгрупп» (ИНН <***>) по платежному поручению №1024 от 11.06.2019 на сумму 1 755 000 руб.; 7) ООО «АМК» (ИНН <***>) по платежному поручению №768 от 17.05.2019 на сумму 1 243 000 руб.; 8) ООО «Технотрейд» (ИНН <***>) по платежному поручению №21 от 29.01.2019 на сумму 1 455 000 руб. (представлены в электронном виде 29.01.2021 с дополнением к исковому заявлению).

Соответствующие обстоятельства, как отмечает истец, стали известны обществу после получения информационного письма Межрайонной ИФНС России №24 по Свердловской области от 09.09.2020 (т. 2 л.д. 114-115).

В информационном письме инспекции исх. №13-06/36122 от 09.09.2020, адресованном АО «Уралкомпрессормаш», налоговый орган сообщил обществу об установленных в ходе контрольно-аналитической работы в отношении истца обстоятельствах перечисления в 2019 г. денежных средств в адрес поименованных юридических лиц, имеющих признаки «транзитных» организаций, задействованных в «веерном обналичивании» через физических лиц, на общую сумму 8 808 520 руб. В этой связи инспекцией предложено обществу проанализировать сумму расходов, указанных в декларации по налогу на прибыль за 2019 г., на предмет неправомерного включения в сумму расходов суммы, перечисленной в адрес спорных контрагентов в размере 8 808 520 руб., и уточнить свои налоговые обязательства в срок до 17.09.2020, путем представления уточненной налоговой декларации по налогу на прибыль за 2019 г., самостоятельно произвести уплату дополнительно начисленного налога в бюджет, представить письменное пояснение.

Уточнение своих налоговых обязательств по налогу на прибыль за 2019 г. во исполнение поименованного в информационном письме инспекции требования при наличии оснований для такового не было произведено обществом.

Согласноинформации, поступившей в материалы дела от УФНС России по Свердловской области по запросу суда (письмо от 21.09.2021 №20-20/32310 – т. 2 л.д. 20-22), уточненная налоговая декларация по налогу на прибыль за 2019 год после получения информационного письма АО «Уралкомпрессормаш» не подавалась, истец в инспекцию для дачи пояснений явку представителей не обеспечил. Уточненная налоговая декларация за 2019 год была представлена обществом 02.07.2021 - уже во время рассмотрения настоящего дела, при этом, налоговая база по налогу на прибыль не изменилась.

По утверждению истца в дополнении к исковому заявлению (т. 1 л.д. 20-23), в распоряжении АО «Уралкомпрессормаш» не имеется необходимых и достаточных сведений для подачи уточненной декларации ввиду отсутствия документов по взаимоотношениям с данными контрагентами; на момент инициирования настоящего спора истребование документов от ответчика являлось предметом спора по делу №А60-55454/2020.

При этом, АО «Уралкомпрессормаш», проведя анализ сведений о контрагентах, из открытых источников установило, что компании, которым ФИО6 перечислял денежные средства, действительно имеют признаки «фирм-однодневок» и, исходя из имеющейся о них информации, не могли реально осуществлять деятельность, в том числе с истцом. Кроме того, у всех указанных организаций в ЕГРЮЛ в качестве вида деятельности значится: производство прочих строительно-монтажных работ, не согласующегося с видом основной деятельности АО «Уралкомпрессормаш» - производство прочих насосов и компрессоров.

Ссылаясь на то, что соответствующие перечисления в пользу сомнительных контрагентов, фирм-однодневок, не способных исполнить встречное обязательство, не вызваны хозяйственными интересами АО «Уралкомпрессормаш» и представляют собой незаконное расходование средств общества, а также основываясь на данных информационного письма налогового органа от 09.09.2020 №13-06/36122, АО «Уралкомпрессормаш» и его акционер ФИО3, обратились в суд с требованием о взыскании с бывшего директора общества ФИО6 убытков в размере 8 808 520 руб.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции руководствовался положениями ст. 10, 15, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), разъяснениями, изложенными в п. 1, 3, 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62), и исходил из недоказанности наличия оснований для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков.

Изучив материалы дела, исследовав доводы апелляционных жалоб, письменных дополнений к ним и возражений ответчика на жалобы истцов, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу п. 1 ст. 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно (п. 3 ст. 53 ГК РФ).

При этом в соответствии с ч. 2 ст. 71 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах» единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор) несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами.

Исходя из анализа вышеприведенных правовых норм, взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между противоправными действиями и возникшими убытками. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В соответствии с подп. 8 п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (подп. 2 п. 3 указанного постановления).

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (подп. 3 п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

В том числе руководитель несет ответственность по возмещению причиненных юридическому лицу убытков в случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом (п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

По смыслу абз. 2 п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 при оценке добросовестности и разумности действий (бездействия) директора по выбору и контролю за действиями контрагентов по гражданско-правовым договорам арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора, такие выбор и контроль, в том числе, не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могутбыть взысканы с директора (п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62).

Таким образом, для определения недобросовестности и неразумности в действиях (бездействии) конкретного лица его поведение нужно сопоставлять с реальными обстоятельствами дела, в том числе с характером лежащих на нем обязанностей и условиями оборота и с вытекающими из них требованиями заботливости и осмотрительности, которые во всяком случае должен проявлять любой разумный и добросовестный участник оборота.

Недобросовестное поведение ответчика как директора общества, повлекшее возникновение убытков в заявленном размере, истцы связывают с результатами контрольно-аналитической работы, проведенной налоговым органом в отношении АО «Уралкомпрессормаш», по итогам которой выявлено перечисление в 2019 г. денежных средств в размере 8 808 520 руб. на расчетные счета юридических лиц, имеющих признаки «транзитных» организаций, с последующим их обналичиванием, полагая, в этой связи, что правоотношения со спорными контрагентами в период руководства деятельностью общества ФИО6 носили формальный характер, имело место выбытие денежных средств в обозначенной размере в отсутствии какого-либо встречного предоставления, что образует состав убытков, ответственность за которые должна быть возложена на ФИО6

Давая оценку приведенным истцами доводам, суд первой инстанции верно исходил из того, что информационное письмо налогового органа является документом предпроверочного анализа, в котором налогоплательщику сообщается, что выявлены факты, которые могут свидетельствовать о нарушении, и предлагается в определенный срок подать уточненные декларации, доплатить налоги или дать соответствующие пояснения. Информационное письмо с содержащимися в нем сведениями носит предположительный характер и не может являться достаточным основанием для установления факта причинения обществу убытков.

Само по себе выявление налоговым органом в отношении контрагентов общества признаков «фирм-однодневок» однозначно не свидетельствует о противоправности действий ответчика по перечислению в их адрес денежных средств, не может являться безусловным доказательством вины руководителя в причинении убытков.

Кроме того, как верно акцентировал внимание суд, указанные признаки были установлены налоговым органом по состоянию на 09.09.2020 (дата составления информационного письма); данные о недостоверности сведений в отношении контрагентов истца были внесены в ЕГРЮЛ после заключения сделок и совершения платежей (преимущественно в 2020 году).

Данные обстоятельства подтверждаются открытыми сведениями из ЕГРЮЛ (т. 1 л.д. 90-114), следуют из информации, предоставленной по запросу суда УФНС по Свердловской области письмом от 21.09.2021 №20-20/32310 (т. 2 л.д. 20-22).

Таким образом, на момент совершения сделок с контрагентами и перечисления денежных средств основания сомневаться в добросовестности данных лиц у ответчика отсутствовали.

В ходе рассмотрения настоящего дела ответчик в своих пояснениях суду первой инстанции в судебном заседании, состоявшемся 10.11.2021, факт осуществления им недобросовестных действий, направленных на вывод активов общества путем перечисления денежных средств в адрес спорных контрагентов в отсутствии встречного предоставления, не опосредованных реальными правоотношениями, отрицал; настаивал на наличии в обществе всей необходимой документации по правоотношениям с контрагентами. При этом указывал на то, что с учетом принципа и масштабов деятельности общества, взаимодействовавшего в период руководства деятельностью АО «Уралкомпрессормаш» ФИО6 с порядка 3500 контрагентов в год, при ежедневном формировании платежных ведомостей, измеряемых десятками, лично не осуществлял и не мог осуществлять проверку контрагентов общества, за исключением тех, взаимоотношения с которыми имели долгосрочный характер.

Как пояснил ФИО6, структура компании была устроена следующим образом: в обществе существовало 3 подразделения (коммерческое, производственное и сервисное), каждое из которых курировалось своим руководителем, ответственным за подбор контрагентов; существовал отдел снабжения, который также осуществлял проверку на предмет соответствия/несоответствия, был ответственен за поставку товара на склад, где аккумулировались все приходные и расходные документы; все заключенные договоры проверялись юристом; окончательным этапом являлось формирование платежной ведомости в бухгалтерии, которая была оснащена всем необходимым программным обеспечением для проверки контрагентов и только после наличия согласований со стороны указанных ответственных лиц, ФИО6, как директор осуществлял согласование сделок с контрагентами; физическая возможность личной проверки каждого контрагента общества у ФИО6 отсутствовала.

Апелляционным судом в ходе судебного заседания из пояснений представителей истцов установлено, что общество являлось крупным предприятием, имеющим порядка 800 действующих контрагентов; штатная численность общества в 2019 г. составляла порядка 60 человек. Из имеющихся в деле бухгалтерской отчетности следует, что АО «Уралкомпрессормаш» в спорный период (2019 год) имело существенные финансовые обороты и удовлетворительные результаты хозяйственной деятельности, с отражением крупной дебиторской задолженности, предполагающей наличие большого количества контрагентов (должников) (т. 1 л.д. 82-89).

Как было выше отмечено со ссылкой на разъяснения подп. 3 п. 3 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62, арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Изложенное в совокупности подтверждает доводы ответчика о том, что в период руководства им деятельностью АО «Уралкомпрессормаш», общество активно вело деятельность, приносящую доход; затруднительности, в силу ее характера и масштабов непосредственного контроля директором общества за заключением и исполнением договоров с каждым контрагентом, включая спорных.

Иного истцами в соответствии со ст. 65 АПК РФ не доказано. Доказательств, определенно свидетельствующих о причастности ФИО6 к созданию фиктивного документооборота общества, совершении сделок в отрыве от обычной хозяйственной деятельности общества, направленности его действий на обналичивание денежных средств в заявленном в качестве убытков размере, не приведено. Ссылки АО «Уралкомпрессормаш» на обстоятельства, дающие, по его мнению, все основания полагать направленность действий ФИО6 на легализацию (отмывание) денежных средств с целью вывода (транзита) голословны, документально не подтверждены.

В целом, позиция истцов строится не на представлении доказательств неправомерности действий бывшего директора общества ФИО6, а на констатации того факта, что ответчик являлся руководителем, соответственно, должен нести ответственность за убытки, в наличии которых, как таковых, исходя из имеющихся в материалах дела возражений на отзыв на исковое заявление (т. 2 л.д. 48-51), само АО «Уралкомпрессормаш» не уверено. Так, обосновывая в данных возражениях невозможность представления в налоговый орган уточненной декларации по налогу на прибыль за 2019 г., общество указывало на отсутствие в его распоряжении необходимых сведений, невозможности достоверно установить отсутствие обязательств и осуществление перечислений денежных средств в пользу фирм-однодневок, указанных в информационном письме инспекции, исключительно лишь ссылками на которое обосновываются исковые требования.

Тогда как с учетом презумпции добросовестности лица, в отношении которого выдвигаются требования, основанные на порочности сделок, наличии умысла на причинение вреда, на истце лежит бремя доказывания неправомерности действий исполнительного органа, в основу которого должны быть положены объективные данные, с бесспорностью подтверждающие, что его действия не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание неблагоприятных последствий.

К занятой истцами позиции относительно отсутствия в распоряжении общества какой-либо документации, опосредующей спорные перечисления, по убеждению апелляционного суда, с учетом выводов судов по делу №А60-55454/2020, следует отнестись критически.

В рамках дела №А60-55454/2020 судами рассматривались требования АО «Уралкомпрессормаш» к ФИО6 об обязании передать обществу документы.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 05.02.2021 по делу №А60-55454/2020, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении требований общества было отказано.

При рассмотрении названного дела, суды также критически отнеслись к доводам общества о непередаче бывшим директором ФИО6 документации общества; пришли к выводу об отсутствии достоверных доказательств факта отсутствия спорных документов в обществе, а также факта их нахождения именно у ответчика (при их отсутствии у общества). Кроме того, с учетом направления ответчику требования о передаче документов лишь 08.10.2020, т.е. по истечении года со дня прекращения полномочий ответчика как руководителя общества, суд указал на возможность утраты соответствующих документов по причинам, за которые ответчик не отвечает, например, в связи с необеспечением их надлежащего хранения новым руководителем.

Суд апелляционной инстанции в своем постановлении от 10.06.2021, поддерживая выводы суда первой инстанции, отметил, что в силу норм п. 2 ст. 89 Закона об акционерных обществах документация общества хранится по месту его нахождения, при этом имеет место факт нормального функционирования общества на протяжении длительного периода времени после прекращения полномочий ФИО6, более того, принял во внимание возражения ФИО6, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, о том, что обществом в этот период предоставлялись в суд документы в рамках дела №А60-31650/2020, которые общество истребует у ФИО6 Так, апелляционным судом из информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, было установлено, что, действительно, в рамках дела №А60-31650/2020 обществом 08.09.2020 было представлено решение Межрайонной ИФНС России №24 по Свердловской области от 28.09.2016 №15-72, аудиторское заключение о бухгалтерской (финансовой) отчетности общества за 2016 год, соответственно, общество располагало документацией и имело возможность осуществлять свою деятельность, что косвенно свидетельствует о наличии у общества соответствующей документации.

Кроме того, истцы, заявляя апелляционному суду в письменных дополнениях к жалобам новые доводы и представляя новые доказательства, приводят данные, основывающиеся на анализе бухгалтерской документации, касающейся, в том числе спорных контрагентов, по каким-то причинам не раскрытые перед судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела по существу, что также является косвенным свидетельством наличия в обществе документации по взаимоотношениям со спорными контрагентами.

Вместе с тем, учитывая, что соответствующие доводы суду первой инстанции не приводились, обосновывающие их доказательства при наличии такой возможности не представлялись, и предметом исследования суда не являлись, дополнительно изложенные апелляционному суду доводы, анализ и сделанные на его основе умозаключения, основывающиеся на новых доказательствах, в приобщении которых коллегией апелляционного суда отказано, оценке не подлежат.

Приводя новые доводы в суде апелляционной инстанции, заявители жалоб нарушают принцип состязательности, установленный ст. 9 АПК РФ, а также ч. 3 ст. 257, ч. 7 ст. 268 АПК РФ, согласно которым новые требования, которые не были предметом рассмотрения в суде первой инстанции, не принимаются и не рассматриваются судом апелляционной инстанции.

Доводы жалобы общества о неправильном распределении судом первой инстанции бремени доказывания, необходимости расценивать поведение ответчика, уклонившегося от пояснений относительно того, что было предоставлено в качестве встречного предоставления от спорных контрагентов, в качестве недобросовестного с возложением на ФИО6 бремени доказывания отсутствия нарушения, противоречат разъяснениям, содержащимся в абзацах 4 и 5 п. 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62.

Ответчиком даны разумные пояснения на предмет того, как в обществе была выстроена работа с контрагентами и невозможности осуществления директором непосредственного контроля за сделкой с каждым из них; осуществление соответствующих полномочий охватывалось функционалом ответственных за это сотрудников. Учитывая обороты общества, объемы его деятельности, а также установленный вступившим в законную силу судебным актом по делу №А60-55454/2020 факт отсутствия в распоряжении ФИО6 документов АО «Уралкомпрессормаш», невозможность дать пояснения о том, какие конкретно товары в качестве встречного предоставления были поставлены спорными восьмью контрагентами в 2019 г., не может быть расценена как недобросовестное уклонение ответчика от раскрытия данных обстоятельств с возложением на него бремени доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

При таких обстоятельствах, принимая их в совокупности, истцами не доказано, что совершение обществом в период руководства его деятельностью ФИО6 сделок по перечислению денежных средств в общем размере 8 808 520 руб. в адрес ООО «ИТК», ООО «Промтех», ООО «Рейлинг», ООО «Спецтехарсенал», ООО «Симбирская Оптовая Компания», ООО «Макростройгрупп», ООО «АМК», ООО «Технотрейд» не было опосредовано обычной хозяйственной деятельностью общества.

Материалами дела не подтверждается направленность действий ФИО6 на причинение вреда возглавляемому им обществу. Данных о том, что бывший руководитель АО «Уралкомпрессормаш» действовал умышленно с целью причинения убытков обществу в материалы дела не представлено.

Содержащиеся в жалобе общества ссылки на судебную практику в обоснование правомерности исковых требований не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку обстоятельства, установленные в рамках дел, на которые ссылается истец, не тождественны обстоятельствам, установленным в рамках настоящего дела. При этом результаты рассмотрения иных дел, по каждому из которых устанавливаются фактические обстоятельства на основании конкретных доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, сами по себе не свидетельствуют о различном (неверном) толковании и нарушении единообразного применения судами норм материального и процессуального права.

Установленные в рамках иных дел факты недобросовестного поведения ФИО6, на которые в жалобе ссылается общество, какого-либо правового значения для рассматриваемого спора не имеют, поскольку не могут презюмировать недобросовестность его поведения в спорных правоотношениях, о безусловном причинении убытков в связи с перечислениями в адрес третьих лиц по настоящему делу не свидетельствуют.

Резюмируя все вышеизложенное, отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу, что в нарушение положений ст. 9, 65 АПК РФ истцы не представили доказательств, подтверждающих наличие оснований для возложения на ответчика ответственности в виде убытков. Совокупность необходимых оснований для привлечения ФИО6 к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков признана отсутствующей апелляционным судом.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства, судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы.

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы существенное значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу ст. 270 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения решения суда первой инстанции, судом не допущены. В удовлетворении жалоб истцов следует отказать.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб относятся на заявителей жалоб.

Руководствуясь статьями 110, 258, 268, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 17 ноября 2021 по делу № А60-55578/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий

М.Н. Кощеева

Судьи

О.А. Бояршинова

О.В. Суслова