Гражданский кодекс часть 1

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Капустиной Л.А., судей Дайнеко М.М. и Рыжовой Е.В.,при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Труновой И.Ю., при участии от истца – индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>) – ФИО2 (доверенность от 20.06.2019), от первого ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Строительное проектирование» (г. Тула, ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО3 (доверенность от 13.06.2019) и ФИО4 (доверенность от 30.07.2019), в отсутствие второго ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Строительная экспертиза» (г. Москва, ИНН <***>, ОГРН <***>), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Строительное проектирование» на решение Арбитражного суда Тульской области от 15.05.2019 по делу № А68-4379/2018 (судья Глазкова Е.Н.),

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – предприниматель) обратилась в Арбитражный суд Тульской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Строительное проектирование» (далее – общество) и обществу с ограниченной ответственностью «Строительная экспертиза» (далее – экспертная организация) о взыскании убытков в размере 702 756 рублей 81 копейки, из которых 582 756 рублей 81 копейки с ООО «Строительное проектирование» и 120 000 рублей с ООО «Строительная экспертиза» (т. 1, л. д. 5).

Решением суда от 13.05.2019 (т. 3, л. д. 58) исковые требования удовлетворены. Судебный акт мотивирован ненадлежащим исполнением ответчиками обязательств по договорам с истцом.

В апелляционной жалобе общество просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. Оспаривая судебный акт, заявитель ссылается на то, что формулируя, вопросы для назначения экспертизы суд не учел возражения
ответчика, а сформулированные вопросы содержали утверждения не соответствующие действительности, часть поставленных вопросов не относилась к существу спора. Указывает на то, что невозможность осуществления строительства обусловлена недостаточной площадью земельного участка, предоставленного истцу, а не недостатками проектной документации. Отмечает, что задание на проектирование было предоставлено самим заказчиком, при этом вопросы реальной возможности размещения объекта проектной организацией не рассматривались, поскольку такая возможность устанавливалась на стадии составления градостроительного плана. Считает, что замечания эксперта об отсутствии необходимых подпунктов в разделах № 5, № 6 и № 9 являются необоснованными и не влияющими на получение положительного заключения экспертизы. Отмечает, что условия задания на проектирование и договор на разработку проектной документации не содержат требований о том, чтобы строительная площадка была размещена исключительно в границах участка, предоставленного в аренду, на предоставленном в аренду участке необходимо было разместить объект строительства - нежилое здание и данное требование при проектировании было выполнено. Указывает на необоснованное непривлечение судом первой инстанции к участию в деле в качестве третьих лиц администрации города Тулы и министерства имущественных и земельных отношений Тульской области. Считает, что поскольку стоимость работ по договору с первым ответчиком составила 330 000 рублей, остальные расходы, понесенные истцом (на инженерные изыскания и согласования различных присоединений) возмещению за счет общества не подлежат, поскольку такие расходы являются обязательными при организации и разработке строительной документации. Ссылается на то, что с 28.01.2016 (даты отказа в выдаче разрешения на строительство) и до расторжения договора аренды земельного участка 12.05.2017 истец не обращался за устранением недостатков проектной документации. Поясняет, что на этапе заключения договора на разработку проекта, специалисты общества не могли с однозначной точностью определить, какая именно техника будет использована при производстве работ, в связи с чем не могли определить размер строительной площадки. Ссылается на показания специалистов ФИО5 и ФИО6, которыми подтверждено, что строительное законодательство позволяет включать в строительную площадку, кроме земельного участка, находящегося во владении застройщика, территории других (в том числе соседних) земельных участков (СП 48.13330.2011, пункт 6.2.2), неблагоприятных последствий для заказчика это обстоятельство не влечет. Считает, что отказ в предоставлении истцу дополнительного земельного участка для размещения строительной площадки был обусловлен неправильным оформлением заявления уполномоченному органу: вместо обращения за заключением договора аренды предпринимателю следовало обратиться за получением земельного участка в порядке статьи 39.33 Земельного кодекса Российской Федерации. Заявляет о пропуске срока исковой давности, полагая неправильным отказ суда в его применении.

В отзыве истец просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает, что заданием на проектирование к договору от 09.12.2014 № 46/14, которое разрабатывалось самим обществом, предусматривалось, что местом нахождения объекта проектирования является <...> (в границах земельного участка с кадастровым номером 71:30:0301111:9852). Сообщает, что причиной отказа в выдаче истцу разрешения на строительство стало указание обществом на стр. 50 раздела 6 «Проект организации строительства» площади строительной площадки в 575,1 кв. метр, что на 269,1 кв. метр превышало площадь находившегося в аренде у истца земельного участка с кадастровым номером 71:30:0301111:9852. Считает, что поскольку заданием на проектирование указывалось на необходимость размещения объекта строительства в границах указанного земельного участка (т.е. на площади 306 кв. метров), а подрядчик предусмотрел организацию строительной площадки на большей площади (575,1 кв. метр), результат работ не соответствует условиям договора, что свидетельствует о его ненадлежащем исполнении. Указывает, что позиция истца подтверждена выводами судебной экспертизы по делу и пояснениями эксперта. Выражает несогласие с доводом заявителя о том, что основанием иска явилось указание истца на несоответствие результата работ заданию на проектирование, поскольку о необходимости проверки проектной документации на соответствие постановлению Правительства Российской Федерации от 16.02.1998 № 87 было заявлено после дачи пояснений свидетелем ФИО5 Возражая против довода о невозможности строительства без проведения проектно-изыскательских работ, указывает, что пунктом 8 задания на проектирование предусматривалось его выполнение в стесненных условиях размещения на земельном участке по представленному заказчиком эскизному проекту. Отмечает, что заявитель без согласования с заказчиком не разработал разделы проекта «Сети связи» и «Технологические решения», которые являются обязательными. В связи с этим указывает на отсутствие у второго ответчика оснований для выдачи положительного заключения проектной документации. Считает не основанным на правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 17.06.2014 №2927/14, утверждение заявителя о пропуске предпринимателем срока исковой давности.

В судебном заседании представители истца и первого ответчика поддержали позиции, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее.

Второй ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителя не направил. С учетом мнений представителей истца и первого ответчика, судебное заседание проводилось в его отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав представителей истца и первого ответчика, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, в 2009 году предприниматель обратилась в департамент имущественных и земельных отношений Тульской области с заявлением о выборе земельного участка для строительства офисно-торгового здания к торцу многоэтажного жилого дома № 25 по ул. Кирова в Пролетарском районе г. Тулы. К заявлению прилагались схема размещения участка, фрагмент Правил землепользования и застройки, схема планировочной организации земельного участка, существующая ситуация, планы 3-х этажей здания, проектные предложения по застройке участка (т. 3, л. д. 26–37, 46–55).

По результатам выбора 22.03.2014 между предпринимателем (арендатор) и министерством имущественных и земельных отношений Тульской области (арендодатель) заключен договор аренды № 14П3188 земельного участка с кадастровым номером 71:30:030111:9852 площадью 306 кв. метров, расположенного по адресу: <...> для строительства здания административно-торгового назначения, на срок три года (т. 1, л. д. 27–32).

Для разработки проектной документации 09.12.2014 между предпринимателем (заказчик) и обществом (исполнитель) заключен договор № 46/14, по условиям которого заказчик поручает и оплачивает, а исполнитель принимает на себя обязательства по изготовлению проектной документации на строительство 3-этажного административного здания по адресу: <...> (т. 1, л. д. 33–36).

Цена работ, согласно пункту 2.1 договора, составила 320 000 рублей, которые подлежат уплате в следующем порядке: после подписания договора заказчика в течение 5 банковских дней перечисляется аванс в размере 50 % от общей стоимости работ, что составляет 160 000 рублей; после окончания работ по стадии «П», заказчик совместно с исполнителем в течение 10 дней подает проектную документацию в негосударственную экспертизу и подписывает договор на ее прохождение. В течение 5 дней после подписания заказчиком договора на прохождение экспертизы проектной документации, а также подписания акта сдачи-приемки, заказчик перечисляет исполнителю окончательный платеж в размере 160 000 рублей (пункты 2.2.1–2.2.2 договора).

В соответствии с пунктами 4.1–4.3 договора заказчик обязуется, в том числе, предоставить исполнителю исходные данные, необходимые для выполнения проектной документации, а также документы для прохождения экспертизы в соответствии с заданием на проектирование. Исполнитель обязуется в минимально возможный срок за собственный счет устранять недоделки и дополнять проектную документацию при получении от заказчика мотивированной претензии относительно ее качества и полноты, а также ее соответствия условиям договора; выполнять сопровождение проектной документации при прохождении негосударственной экспертизы.

К договору сторонами подписано задание на проектирование (т. 1, л. д. 37–39).

В целях исполнения договора и создания проектировщику условий для разработки проектной документации предпринимателем заключены договоры, в рамках которых оплачены денежные средства в сумме:

70 000 рублей по договору от 11.12.2014 № 197 с ООО «Стройгеология» за проведение инженерно-геологических изысканий (т. 1, л. д. 56–62);

60 000 рублей по договору от 12.12.2014 № 199 с ООО «Стройгеология» за проведение инженерно-экологических изысканий (т. 1, л. д. 63–70);

30 385 рублей по договору от 08.06.2015 № 130/8 с ФГБУ «Центральное управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» за получение справки о фоновых концентрациях воздуха ул. Кирова (т. 1, л. д. 88–94);

82 139 рублей 57 копеек по договору от 12.03.2015 № 95-15 с АО «Тульские городские электрические сети» за осуществление технологического присоединения (т. 1, л. д. 75–87);

2913 рублей 30 копеек за согласование проекта с ОАО «Тулагорводоканал» (т. 1, л. д. 72);

1100 рублей за получение 28.12.2015 согласования проектов инженерных сетей с АО «Тулагоргаз» (т. 1, л. д. 73–74);

1218 рублей 94 копеек за согласование проекта с ЗАО «Тулатеплосеть» (т. 1, л. д. 71);

5000 рублей в пользу ООО «Геостандарт» за топографическую съемку участка по адресу: <...> (т. 1, л. д. 95);

Квитанциями к приходным кассовым ордерам от 10.12.2014, от 28.05.2015 и от 09.12.2015 подтверждается оплата выполненных проектировщиком работ в общем размере 330 000 рублей (т. 1, л. д. 40).

После выполнения проекта для проведения его негосударственной экспертизы предпринимателем с экспертной организацией заключен договор от 26.05.2015 № 71/1505-141/К/0 (т. 1, л. д. 44–50), в рамках которого составлено положительное экспертное заключение проектной документации. Оплата экспертизы произведена истцом по платежному поручению от 28.05.2015 № 1471 в сумме 120 000 рублей (т. 1, л. д. 52).

После получения положительного заключения негосударственной экспертизы проектной документации истец обратился за получением разрешения на строительство, однако письмом от 28.01.2016 № 46-МУ/06/1 в выдаче разрешения было отказано по причине отсутствия правоустанавливающих документов на земельный участок общей площадью 269,1 кв. метра, на котором проектом предусмотрено временное размещение защитно-охранного ограждения строительной площадки, туалета, прорабской-диспетчерской, гардеробной (бытовки с душевой) (т. 1, л. д. 53).

В целях реализации проекта и осуществления строительства предприниматель обратилась в министерство имущественных и земельных отношений Тульской области с заявлением о предоставлении в аренду дополнительного земельного участка площадью 269,1 кв. метра (на котором, с учетом арендованного истцом земельного участка, согласно проекту предусмотрено размещение строительной площадки), граничащего с земельным участком с кадастровым номером 71:30:030111:9852, однако получила отказ (письмо от 04.03.2016 № 18-01-28/3410) (т. 1, л. д. 54–55, т. 3, л. д. 22–24).

В связи с окончанием срока министерство имущественных и земельных отношений Тульской области письмом от 12.05.2017 уведомило предпринимателя об отказе от дальнейшего продления договора аренды от 22.03.2014 № 14П3188 (т. 2, л. д. 142) и по акту от 09.08.2017 земельный участок возвращен арендодателю (т. 2, л. д. 143).

Ссылаясь на то, что невозможность реализации проекта по строительству офисно-торгового здания в период срока действия договора аренды обусловлена виной ответчиков (ненадлежащее исполнение обязательств по договору, выразившееся в несоответствии изготовленной проектной документации, по которой экспертная организация дала положительное экспертное заключение, техническому заданию и требованиям нормативных документов), предприниматель обратилась в арбитражный суд с настоящим иском.

В силу статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пунктах 1, 2, 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление Пленума № 7) разъяснено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (пункт 12 постановления Пленума № 25).

Обосновывая противоправность действий ответчиков, предприниматель сослалась на невозможность реализации проекта по строительству офисно-торгового здания на земельном участке, предоствленном для этих целей по вине ответчиков, а именно: несоответствием выполненной проектной документации, по которой экспертной организацией выдано положительное экспертное заключение, техническому заданию на проектирование и невозможностью ввиду этого реализовать проект на арендованном земельном участке ввиду отказа уполномоченного лица в предоставлении дополнительного земельного участка для строительства.

В соответствии со статьей 758 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат.

Согласно пункту 1 статьи 760 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик обязан: выполнять работы в соответствии с заданием и иными исходными данными на проектирование и договором; согласовывать готовую техническую документацию с заказчиком, а при необходимости вместе с заказчиком - с компетентными государственными органами и органами местного самоуправления; передать заказчику готовую техническую документацию и результаты изыскательских работ.

Статьей 761 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что подрядчик по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ несет ответственность за ненадлежащее составление технической документации и выполнение изыскательских работ, включая недостатки, обнаруженные впоследствии в ходе строительства, а также в процессе эксплуатации объекта, созданного на основе технической документации и данных изыскательских работ. При обнаружении недостатков в технической документации или в изыскательских работах подрядчик по требованию заказчика обязан безвозмездно переделать техническую документацию и соответственно произвести необходимые дополнительные изыскательские работы, а также возместить заказчику причиненные убытки, если законом или договором подряда на выполнение проектных и изыскательских работ не установлено иное.

С учетом заявленного в ходе рассмотрения дела довода о некачественности проектной документации, определением суда первой инстанции от 03.10.2018 по делу назначена судебная экспертиза, производство которой поручено ФИО7 (т. 5, л. д. 26–38).

Согласно экспертному заключению от 25.10.2018 № 469 (т. 5, л. д. 26), размещение и строительство 3-этажного административного здания адресу: <...>, спроектированного обществом по договору от 09.12.2014 № 46/14, на земельном участке с кадастровым номером 71:30:030111:9852, площадью 306 кв. метров невозможно, поскольку конструкции фундамента выходят за границы земельного участка с кадастровым номером 71:30:030111:9852 (приложение к заключению эксперта).

При этом в исследовательской части заключения содержатся ссылки на положения пункта 6.1.1 СП 45.13330.2012 Земляные сооружения, основания и фундаменты. Актуализированная редакция СНиП 3.02.01-87 (далее СП 45.13330.2012), указано, что размеры выемок, принимаемые в проекте, должны обеспечивать размещение конструкций и механизированное производство работ по забивке свай, монтажу фундаментов, устройству изоляции, водопонижению и водоотливу и других работ, выполняемых в выемке, а также возможность перемещения людей в пазухе согласно 6.1.2. В силу пункта 6.1.2. СП 45.13330.2012 при необходимости передвижения людей в пазухе расстояние между поверхностью откоса и боковой поверхностью возводимого в выемке сооружения (кроме искусственных оснований трубопроводов, коллекторов и т.п.) должно быть в свету не менее 0,6 метров. На основании пункта 6.1.3 СП 45.13330.2012 минимальная ширина траншей под ленточные фундаменты и другие подземные конструкции должна включать ширину конструкции с учетом опалубки, толщины изоляции и креплений с добавлением 0,2 м с каждой стороны. В соответствии с пунктом 5.6.11 СП 28.13330.2012 Защита строительных конструкций от коррозии. Актуализированная редакция СНиП 2.03.11-85 (с изменениями № 1, 2) (далее – СП 28.13330.2012) наружные боковые поверхности должны иметь гидроизоляцию. Таким образом, в рассматриваемом случае расстояние от наружной боковой поверхностью фундамента до верхней бровки котлована (траншеи) должно составлять не менее 0,6 м. Следовательно, для строительства требуется земельный участок, выходящий за пределы наружных боковых поверхностей фундаментов не менее чем на 0,6 метров. Разработанный обществом проект организации строительства в части размещения 3-этажного офисно-торгового здания по ул. Кирова, д. 25 в Пролетарском районе г. Тулы площадью застройки 154,26 кв. метров на земельном участке с кадастровым номером 71:30:030111:9852, площадью 306 кв. метров, не соответствует условиям договора и требованиям, обычно предъявляемым к такого виду работ.

Оценив экспертное заключение по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом представленных письменных пояснений эксперта (т. 5, л. д. 97), суд первой инстанции правомерно принял его в качестве надлежащего доказательства, ввиду соответствия требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ).

Изложенные заявителем возражения по экспертному заключению не принимаются судом, поскольку сводятся к несогласию с выводами, сделанными квалифицированным специалистом в области строительства и касаются вопроса специальных познаний.

В соответствии со статьей 7 Закона № 73-ФЗ, который распространяет свое действие и на лиц, осуществляющих производство судебных экспертиз вне государственных судебно-экспертных учреждений (статья 41), эксперт независим от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела, и дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, что соответственно предполагает независимость в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для выяснения поставленных вопросов и решения экспертных задач.

Принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений (часть 2 статьи 7 Закона № 73-ФЗ) предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования.

Оценка методики исследования, способов и приемов, примененных экспертом, не является предметом судебного рассмотрения, поскольку определяется лицом, проводящим исследование и обладающим специальными познаниями для этого.

С учетом изложенного, предупреждения судебного эксперта об уголовной ответственности, неоднократной дачи им пояснений суду, основания для вывода о сомнительности или противоречивости выводов составленных ими исследования отсутствуют.

Доводы заявителя о том, что поставленные судом вопросы не соответствуют предмету спора, при формировании вопросов для экспертизы судом не было учтено мнение общества, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку материалами дела подтверждается, что указанные вопросы сформулированы с учетом мнений сторон (протокол судебного заседания от 03.10.2018).

Кроме того, формирование предмета доказывания в ходе рассмотрения конкретного спора, а также определение источников, методов и способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются фактические обстоятельства дела, является исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор по существу.

В соответствии со статьей 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации круг и содержание вопросов, по которым должна быть проведена экспертиза, определяются арбитражным судом.

Таким образом, из смысла указанной правовой нормы следует, что формулировка конкретных вопросов эксперту является обязанностью суда. Суд при назначении экспертизы не связан доводами лиц, участвующих в деле, как по кругу вопросов, требующих разрешения.

Довод заявителя о том, что предприниматель в основание иска ссылался только на несоответствие проектной документации заданию на проектирование и не заявлял о несоответствии проектной документации требованиям постановления Правительства Российской Федерации от 16.02.1998 № 87, отклоняется.

Из материалов дела следует, что истец скорректировал основания своих требований после дачи свидетелем ФИО5 в судебном заседании 03.07.2018 пояснений о необходимости установления факта соответствия проектной документации требованиям постановления Правительства Российской Федерации от 16.02.1998 № 87.

Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не ограничивает стороны в представлении доводов и доказательств в обоснование заявленных требований и по смыслу части 1 статьи 612 и части 4 статьи 170 Кодекса суд должен исследовать все представленные сторонами доказательства по делу.

Как видно из материалов дела, в ходе рассмотрения дела истцом представлены полный комплект полученной от ответчика проектной документации для ее исследования на предмет соответствия постановлению Правительства Российской Федерации от 16.02.1998 № 87.

Кроме того, указанный выше довод не влечет отмены принятого решения, которым установлено ненадлежащее исполнение обязательств ответчика в части несоответствия результата работ техническому заданию.

Довод заявителя о том, что задание на проектирование было предоставлено заказчиком, вопрос о размещении объекта недвижимости исключительно на арендованном земельном участке проектной организацией не рассматривался, возможность размещения объекта была установлена при формировании градостроительного плана, правомерно не принят судом первой инстанции.

Пунктом 8 задания на проектирование на «Офисно-торговое здание по ул. Кирова, 25 в Пролетарском районе г. Тулы» (т. 1, л. д. 37–39) предусмотрено, что проектирование выполняется в стесненных условиях размещения на земельном участке по предоставленному заказчиком эскизному проекту.

Согласно эскизному проекту (т. 3, л. д. 28–37), офисно-торговое здание по ул. Кирова, 25 в Пролетарском районе г. Тулы размещено таким образом, что наружные стены здания примыкают к северо-западной и юго-западной границам земельного участка с кадастровым номером 71:30:030111:9852, что с очевидностью позволяет прийти к выводу о том, что при таком расположении здания на земельном участке невозможно проводить работы по возведению фундаментов в границах земельного участка с кадастровым номером 71:30:030111:9852 и требуется дополнительное получение смежных земельных участков шириной не менее 0,6 метров на период строительства.

Проведенное выше исследование с формированием категорического вывода о невозможности строительства офисно-торгового здания по ул. Кирова, 25 в Пролетарском районе г. Тулы, в границах земельного участка с кадастровым номером 71:30:030111:9852 без изъятия во временное (на период строительства) пользование смежных земельных участков выполнено без проведения каких-либо проектно-изыскательских работ и без использования результатов последних, что свидетельствует о возможности проведения рассмотренного анализа специалистами общества на этапе утверждения заказчиком задания на проектирование без проведения проектно-изыскательских работ.

В суде первой инстанции эксперт дополнительно пояснил, еще на стадии разработки задания на проектирование, до начала проектирования, проектировщик имея эскизный проект, градостроительный план земельного участка должен был учесть, что для выполнения строительных работ потребуется размещение строительного крана и организация строительной площадки, превышающей по площади земельный участок, предоставленный предпринимателю, о чем должен был уведомить заказчика. Однако после установления данного обстоятельства и до завершения разработки оставшихся разделов проектной документации и заключения договора на проведение негосударственной экспертизы, проектировщик не уведомил заказчика о данных обстоятельствах, чем увеличил расходы истца вместо их минимизации.

Из опроса свидетеля ФИО5 следует, что о том, что для строительства потребуется дополнительный земельный участок, она узнала при разработке ею раздела ПОС, о чем поставила в известность главного инженера проекта ФИО6 и руководителя общества, извещался ли далее заказчик об этих обстоятельствах свидетелю ничего не известно (т. 3, л. д. 18). Опрошенная в судебном заседании свидетель ФИО6 пояснила, что была главным инженером проекта и с ее слов после получения информации о земельном участке, заказчик не приостановил проектирование (т. 3, л. д. 42).

Однако письменных доказательств извещения заказчика о названных обстоятельствах не представлено.

В связи с этим суд пришел к правильному выводу, что общество, как профессиональный проектировщик, могло определить возможность (невозможность) строительства объекта на земельном участке с кадастровым номером 71:30:030111:9852. площадью 306 кв. метров, расположенном по адресу: <...>, на этапе утверждения заказчиком разработанного исполнителем задания на проектирование и без проведения проектно-изыскательских работ.

Как профессиональный участник подрядных отношений в области проектирования, общество должно и могло предвидеть последствия своих действий в отношении результата работ, в том числе имело возможность совершить действия по установлению обстоятельств, препятствующих ему исполнить договор надлежащим образом, и заблаговременно уведомить об этом заказчика как до начала производства работ, так и в процессе их выполнения в порядке, предусмотренном статьей 716 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанная норма предусматривает обязанность подрядчика немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок (пункт 1).

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства. Если заказчик, несмотря на своевременное и обоснованное предупреждение со стороны подрядчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, в разумный срок не заменит непригодные или недоброкачественные материал, оборудование, техническую документацию или переданную для переработки (обработки) вещь, не изменит указаний о способе выполнения работы или не примет других необходимых мер для устранения обстоятельств, грозящих ее годности, подрядчик вправе отказаться от исполнения договора подряда и потребовать возмещения причиненных его прекращением убытков.

Таким образом, указанная норма распределяет риски сторон договора подряда при возможном возникновении неблагоприятных последствий выполненных работ: в случае, если подрядчик, являющийся профессиональным субъектом соответствующей деятельности, предупредит заказчика о возможных неблагоприятных последствиях выполнения работ в соответствии с условиями договора и указаниями заказчика, однако последний будет настаивать на продолжении работ, риск таких последствий относится на заказчика; если предупреждение не сделано, риск результата работ относится на подрядчика.

Общество, как профессиональный участник подрядных взаимоотношений при выполнении работ должно было известить заказчика о непригодности технического задания, необходимости его корректировки, внесения изменений, возникновении негативных последствий в виде возможного отказа в выдаче разрешения на строительство т.п. (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 № 309-ЭС16-10790, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 26.02.2016 № Ф09-12128/15, постановление Арбитражного суда Центрального округа от 07.03.2017 по делу № А62-9198/2015) и дождаться его указаний о дальнейшем ходе работ.

Вопреки статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, подтверждающих совершение подрядчиком указанных действий, не представлено.

Довод заявителя о том, что разделы проекта «Сети связи», «Технологические решения» и «Требования к безопасности эксплуатации объектов капитального строительства» не разработаны ввиду получения в электронном виде письма заказчика, т.е. по его волеизъявлению, обоснованно не принят судом.

В подтверждение отказа заказчика от разработки указанных разделов общество представило ксерокопию соответствующего письма заказчика, однако истец заявил о его фальсификации в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (т. 6, л. д. 78).

В связи с согласием общества указанное письмо было исключено судом из числа доказательств (т. 6, л. д. 94).

Таким образом, остался неподтвержденным довод заявителя о выдаче заказчиком указаний на неразработку обязательных разделов проектной документации.

Довод заявителя о пропуске истцом срока исковой давности обоснованно не принят судом.

Общий срок исковой давности составляет три года (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации). В силу пункта 1 статьи 197 Гражданского кодекса Российской Федерации для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

Согласно пункту 1 статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, составляет один год, а в отношении зданий и сооружений определяется по правилам статьи 196 данного Кодекса.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Предметом договоров являлась проектная документация на строительство 3-этажного административного здания по адресу: <...>.

Таким образом, документация разрабатывалась для строительства объекта недвижимости, вследствие чего суд обоснованно применил положения пункта 1 статьи 725 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной в отношении зданий и сооружений по договору подряда на выполнение проектных работ, общий срок исковой давности в три года. Подход суда соответствует правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 2927/14.

Определяя начальный момент течения срока исковой давности, суд обоснованно исходил из того, что по смыслу статьи 761 Гражданского кодекса Российской Федерации все недостатки работ по составлению технической документации объективно не могут быть установлены заказчиком при приемке соответствующих работ. Недостатки проектной документации в той ее части, которая имеет непосредственное отношение к производству работ, могут быть обнаружены как на стадии получения разрешения на строительство, так и в процессе строительства объекта.

С учетом таких особенностей рассматриваемого обязательственного правоотношения даже наличие согласованной технической документации и обязательного положительного заключения экспертизы по ее качеству не гарантирует безусловное отсутствие дефектов выполненных работ.

В связи с этим, к договору на проектирование при выявлении недостатков в подготовленной документации на стадии строительства следует применять принцип исчисления срока исковой давности не с момента передачи проектной документации, а с момента обнаружения недостатков.

В рассматриваемом случае о недостатках проектной документации истцу стало известно после получения письма от 28.01.2016 № 46-МУ/06/1 об отказе в выдаче разрешения на строительство.

Исходя из этого, срок исковой давности истекает 28.01.2019 (28.01.2016 + 3 года). Поскольку с иском в суд предприниматель обратился 16.04.2018, исковая давность не является пропущенной.

Иные доводы апелляционной жалобы выражают несогласие общества с оценкой судом фактических обстоятельств спора и не опровергают сделанных им выводов. Рассмотрев дело повторно, апелляционная инстанция оснований для переоценки обстоятельств и отмены решения не нашла. Вторым ответчиком апелляционная жалоба на решение суда не подавалась, судебный акт не обжаловался.

Таким образом, оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

В соответствии со статьей 110, частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежат отнесению на заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Тульской области от 15.05.2019 по делу № А68-4379/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Л.А. Капустина

Е.В. Рыжова

М.М. Дайнеко