Гражданский кодекс часть 1

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Капустиной Л.А., судей Дайнеко М.М. и Мосиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кузнецовой Ю.Н., при участии от истца – общества с ограниченной ответственностью «Лайт коммуникейшн Калуга» (г. Калуга, ОГРН <***>, ИНН <***>) – ФИО1 (доверенность от 15.07.2022), в отсутствие ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Калужская земельная корпорация» (г. Калуга, ОГРН <***>, ИНН <***>) и третьего лица – Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калужской области, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Калужская земельная корпорация» на решение Арбитражного суда Калужской области от 11.05.2023 по делу № А23-1707/2019 (судья Микина О.В.),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Лайт коммуникейшн Калуга» (далее – общество) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Калужская земельная корпорация» (далее – корпорация) о расторжении договора участия в долевом строительстве от 14.03.2013 № ОП/2013 на основании пункта 3 части 1 статьи 9 Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 214-ФЗ), взыскании уплаченных по договору денежных средств в размере 1 000 000 рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 443 872 рублей на основании части 2 статьи 9 Закона № 214-ФЗ.

До рассмотрения спора по существу истец, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уточнил исковые требования и просил признать договор расторгнутым в одностороннем порядке с 07.03.2018 по инициативе участника долевого строительства, взыскать с ответчика уплаченные по договору денежные средства в размере 1 000 000 рублей, проценты, предусмотренные частью 2 статьи 9 Закона № 214-ФЗ за период с 04.03.2016 по 02.04.2020 и с 01.01.2021 по 28.03.2022 в общем размере 485 750 рублей, а также проценты, предусмотренные частью 6 статьи 9 Закона № 214-ФЗ за период с 10.04.2018 по 02.04.2020 и с 01.01.2021 по 28.03.2022 в общем размере 294 000 рублей. От требования о расторжении договора заявлен отказ. Судом уточнение и частичный отказ приняты.

В свою очередь корпорация, в порядке статьи 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обратилась со встречным исковым заявлением к обществу о взыскании неустойки за просрочку уплаты денежных средств по договору в сумме 857 743 рублей 86 копеек и убытков в виде упущенной выгоды в размере 691 822 рублей.

Определением первой инстанции от 10.10.2019 встречное исковое заявление принято к производству для его совместного рассмотрения с первоначальными требованиями (т. 1, л. д. 83–84).

До рассмотрения спора по существу корпорация, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уточнила встречный иск и просила взыскать с общества неустойку за просрочку исполнения обязательств по оплате за период с 31.12.2023 по 20.03.2018 в сумме 1 064 119 рублей 57 копеек, а также убытки в виде упущенной выгоды в размере 691 822 рублей. Судом уточнение встречных требований принято.

Определением суда от 07.06.2019, принятым на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калужской области (далее – управление).

Решением суда от 11.05.2023 производство по делу в части первоначального иска о расторжении договора участия в долевом строительстве от 14.03.2013 № ОП/2013 прекращено. Первоначальные исковые требования удовлетворены. Встречные исковые требования удовлетворены частично: с общества в пользу корпорации взыскана неустойка в сумме 385 320 рублей 39 копеек. В удовлетворении оставшейся части

встречных исковых требований отказано. В результате судебного зачета с корпорации в пользу общества взыскано 1 424 521 рубль 61 копейка.

В апелляционной жалобе корпорация просит решение отменить и принять новый судебный акт об отказе в первоначальном иске и полном удовлетворении встречных требований. Оспаривая судебный акт, заявитель ссылается на то, что отмеченные участником долевого строительства недостатки не носят существенного характера и являются устранимыми, что подтверждается выводами экспертного заключения; стоимость их устранения составляет 6,85 % от стоимости спорного помещения. Указывает, что истец не обращался к ответчику с требованиями, предусмотренными частью 2 статьи 7 Закона № 214-ФЗ, и не устанавливал разумный срок для устранения выявленных недостатков. Утверждает, что имеется техническая возможность переноса общедомовых коммуникаций из спорного помещения; названное обстоятельство подтверждается проектным решением № ПСО/2022-ВК, согласием собственника смежного помещения, а также письмом ООО «СПЕЦСТРОЙ» от 23.06.2022 № 0622/СМ/1-2 с приложением локально-сметного расчета. Утверждает, что изменение проектной документации не противоречит Закону № 214-ФЗ и является правом застройщика. Заявляет о пропуске обществом срока исковой давности, указывая на расторжении договора в одностороннем порядке по инициативе застройщика. Сообщает об уклонении общества от приемки офисного помещения и на наличие оснований для применения к предъявленной неустойке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации. Отмечает, что в доказательство возникновения у застройщика упущенной выгоды представлено внесудебное экспертное заключение, подготовленное ООО «Малтон», подтверждающее убытки застройщика в связи с невнесением участником денежных средств в рамках долевого строительства. Выражает несогласие с выводом суда о наличии в действиях застройщика признаков недобросовестного поведения.

В отзыве истец просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Сообщает, что договор расторгнут обществом в пределах гарантийного срока, с учетом того, что спорное помещение не было готово к передаче (не соответствовало обязательным нормам и правилам); отсутствовала возможность его использования по назначению; недостатки носили существенный характер, поскольку создавали не оговоренные договором обременения в виде общедомовых коммуникаций, перенос которых требовал значительных трудозатрат и являлся невозможным без согласия жильцов. Утверждает, что с лета 2014 года застройщик не пытался привести помещение в нормативное состояние, что подтверждено заключением эксперта. Информирует, что возникновение недостатков обусловлено изменением застройщиком

проекта прокладки сетей, что им не отрицается. Отмечает, что участник долевого строительства не обязан принимать помещение, которое имеет существенные недостатки по качеству и не может быть использовано по назначению (в данном случае – для офиса) (в двух комнатах, составляющих более половины площади, проложена бытовая канализация; к общедомовому имуществу требуется регулярный допуск обслуживающего персонала; наличие магистральных сетей, по которым под давлением поступает горячая вода на нужды дома, исключает пребывание в помещении людей). Считает, что представленное ответчиком согласие собственника смежного помещения на перенос коммуникаций (полученное в 2023 году после расторжения договора) является недостаточным, поскольку для такого переноса требуется согласие всех собственников дома, а представленное корпорацией проектное решение повторяет первоначальный проект, от исполнения которого ответчик отказался без согласования с истцом. Заявляет о недоказанности корпорацией наличия упущенной выгоды, поскольку доказательств намерений размещения денежных средств не представлено, а возможное возникновение убытков обусловлено действиями самого ответчика, который вследствие отклонения от проекта создал помещение, непригодное для истца. Поясняет, что неуплата конечного платежа по договору со стороны истца обусловлена несоответствием помещения условиям, согласованным в договоре условиям. Сообщает, что спорное помещение во владение истца никогда не поступало и это свидетельствует о наличии у ответчика возможности устранить недостатки до прекращения договора. Считает не подлежащим удовлетворению ходатайство о снижении неустойки, поскольку доказательств ее явной несоразмерности допущенному нарушению не представлено.

В судебном заседании представитель истца поддержал позицию, изложенную в отзыве на апелляционную жалобу.

Ответчик и третье лицо, извещенные надлежащим образом о времени и месте

рассмотрения дела, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителей не направили. С учетом мнения представителя истца судебное заседание проводилось в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав представителя истца, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, 14.03.2013 между обществом (участник долевого строительства) и корпорацией (застройщик) заключен договор участия в долевом строительстве № ОП/2013 (т. 1, л. д. 13), по условиям которого застройщик обязуется в

предусмотренный договором срок своими силами или с привлечением других лиц построить объект недвижимости – офисное помещение согласно проекту, предварительной площадью 128,58 кв. метров, расположенное в многоквартирном шестисекционном жилом доме этажностью 9 этажей и цокольным этажом (в котором расположены офисные помещения) по строительному адресу: г. Калуга, район ул. Кибальчича на земельном участке с кадастровым номером 40:26:000012:91 и в двухмесячный срок после ввода объекта недвижимости в эксплуатацию передать участнику объект долевого строительства и все необходимые документы для государственной регистрации права собственности на офисное помещение, а участник обязуется уплатить в согласованные договором сроки обусловленную договором цену и принять офисное помещение.

Согласно пунктам 4.1, 4.2 договора на момент подписания договора стоимость 1 кв.м определена в размере 30 000 рублей, стоимость спорного офисного помещения установлена в 3 857 400 рублей.

В соответствии с пунктом 5.2 договора первый взнос в размере 450 000 рублей уплачивается участником в срок до 22.03.2013; второй взнос в размере 550 000 рублей - в срок до 01.08.2013; оставшаяся сумма в размере 2 857 400 рублей - в срок до 30.12.2013.

В соответствии с разделом 6 договора застройщик обязан обеспечить строительство офисного помещения в соответствии с проектной документацией; в двухмесячный срок после ввода объекта недвижимости в эксплуатацию передать участнику соответствующий объект долевого строительства и все необходимые документы для государственной регистрации права собственности на офисное помещение.

План создаваемого объекта долевого строительства (приложение № 1) прилагается к договору и является его неотъемлемой частью (пункт 13.1 договора).

Договор зарегистрирован в установленном порядке 27.05.2013 (т. 1, л. д. 15).

По платежным поручениям от 15.03.2013 № 161, от 29.07.2013 № 611 участником на расчётный счет застройщика перечислено 1 000 000 рублей (первый и второй взносы).

Уведомлением от 07.03.2018 № 4, полученным ответчиком 13.03.2018, участник долевого строительства сообщил об одностороннем отказе от договора на основании пункта 3 части 1 статьи 9 Закона № 214-ФЗ в связи с существенными нарушениями требований к качеству объекта долевого строительства (размещение в спорном помещении сетей отопления, водопровода и канализации, являющихся общим имуществом собственников многоквартирного дома, а также отсутствие аварийных выходов) и потребовал возвратить уплаченные денежные средства в размере 1 000 000

рублей, а также уплатить проценты, предусмотренные частью 2 статьи 9 Закона № 214- ФЗ.

Поскольку застройщик в добровольном порядке не возвратил участнику полученные по договору денежные средства и не выплатил проценты, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

В свою очередь, ссылаясь на нарушение участником сроков внесения денежных средств по договору, направлением в связи с этим в адрес истца 19.03.2018 уведомления о расторжении договора, корпорация обратилась в арбитражный суд со встречным иском неустойки за просрочку внесения очередного платежа и убытков в виде упущенной выгоды.

Разрешая спор, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Отношения между застройщиком и участником долевого строительства регулируются нормами Закона № 214-ФЗ.

Согласно части 1 статьи 7 указанного Закона застройщик обязан передать участнику долевого строительства объект долевого строительства, качество которого соответствует условиям договора, требованиям технических регламентов, проектной документации и градостроительным регламентам, а также иным обязательным требованиям.

В случае, если объект долевого строительства построен (создан) застройщиком с отступлениями от условий договора и (или) указанных в части 1 настоящей статьи обязательных требований, приведшими к ухудшению качества такого объекта, или с иными недостатками, которые делают его непригодным для предусмотренного договором использования, участник долевого строительства, если иное не установлено договором, по своему выбору вправе потребовать от застройщика:

Согласно части 3 статьи 7 Закона № 214-ФЗ в случае существенного нарушения требований к качеству объекта долевого строительства или неустранения выявленных недостатков в установленный участником долевого строительства разумный срок участник долевого строительства в одностороннем порядке вправе отказаться от исполнения договора и потребовать от застройщика возврата денежных средств и уплаты процентов в соответствии с частью 2 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Условия договора об освобождении застройщика от ответственности за недостатки объекта долевого строительства являются ничтожными (часть 4 статьи 7 Закона № 214- ФЗ).

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона № 214-ФЗ участник долевого строительства в одностороннем порядке вправе отказаться от исполнения договора, в том числе в случае неисполнения застройщиком обязанностей, предусмотренных частью 2 статьи 7 настоящего Федерального закона; существенного нарушения требований к качеству объекта долевого строительства.

Таким образом, по смыслу указанных норм права основанием для отказа участника долевого строительства в одностороннем порядке от исполнения договора участия в долевом строительстве и его расторжения является неисполнение застройщиком обязанности по устранению безвозмездно в разумный срок недостатков объекта долевого строительства, приведших, в частности, к ухудшению качества объекта долевого строительства.

В качестве оснований для одностороннего расторжения договора участия в долевом строительстве общество в письме от 07.03.2018 № 4 сослалось на наличие существенных недостатков – размещение в спорном помещении сетей отопления, водопровода и канализации, являющихся общим имуществом собственников многоквартирного дома, а также отсутствие аварийных выходов в помещении.

Для определения характера и сущности размещенных в спорном помещении инженерных коммуникаций, соответствия такого размещения нормативным требованиям в офисном помещении, определением суда от 01.12.2020, по делу была назначена судебная экспертиза, производство которой поручено экспертам ФИО2 и ФИО3.

Согласно экспертному заключению № 8/21-ЭЗ, объект исследования – спорное офисное помещение цокольного этажа (в осях Ас-Дс, 1с-4с согласно плану цокольного этажа проекта П21-11-АР, лист 16. (1.4.3)), имеет отдельный вход с проектируемым тамбуром. Объемно-планировочное решение предполагает: три комнаты ( № 001); коридор (б/н); санузел ( № 005); кладовую уборочного инвентаря ( № 004). При входе в офисное помещение отсутствует тамбурная перегородка с входной дверью (тамбур № 016). В коридоре в осях Б2, Б1-В1 отсутствует перегородка, разделяющая помещение № 001 офиса и помещение № 008 управляющей компании. Отсутствует перегородка, отделяющая помещение № 001 офиса от помещения для пропуска инженерных коммуникаций № 006. В помещениях офиса № 001 отсутствует запроектированные

вертикальные лестницы к оконным проемам (1500 (h) мм * 900 мм) в осях 3с, Ас-Бс; (1850 (h) мм * 1500 мм) в осях Г1, А2-Б2.

Экспертизой установлено, что через спорное офисное помещение транзитом проходят следующие инженерные коммуникации: трубопроводы холодного водоснабжения В1 жилого дома, проложенные под перекрытием цокольного этажа офисного помещения № 001, санузле № 005; трубопроводы горячего водоснабжения Т3, Т4 жилого дома, проложенные под перекрытием цокольного этажа офисного помещения № 001, санузле № 005; транзитные магистрали системы отопления Т1, Т2 системы отопления офисов 2 секции Т1.1, Т2.1, проложенные под перекрытием цокольного этажа офисного помещения № 001 через помещения № 005, 004; трубы системы канализации К1, проложенные в помещениях офиса № 001, помещениях № 004, 005 под перекрытием цокольного этажа и над полом с выпуском в дворовый колодец № 10; транзитные кабели электроснабжения дома и слаботочных систем. Указанные инженерные коммуникации являются общедомовым имуществом жилого дома, в котором расположено спорное офисное помещение. Инженерные коммуникации имеют устройства управления и регулирования (запорную арматуру, клапана, спускные вентили). Доступ обслуживающего персонала к указанным инженерным коммуникациям для проведения регламентных, профилактических и/или работ по устранению аварий, произошедших на сетях, находящихся за пределами спорного офисного помещения, необходим. Размещение инженерных коммуникаций в спорном офисном помещении соответствует строительным нормам и правилам за исключением изъятий, подробно отраженных экспертами при ответе на пятый вопрос экспертизы.

Спорное офисное помещение соответствует требованиям технических регламентов, договора и разработанной к нему проектной и рабочей документации, градостроительным регламентам, правилам пожарной безопасности, а также иным обязательным требования к такого рода помещениям за исключением изъятий, подробно отраженных экспертами при ответе на шестой вопрос экспертизы. При этом указано, что без устранения недостатков, подробно описанных экспертами при ответе на шестой вопрос экспертизы, спорное офисное помещение не может эксплуатироваться по назначению; стоимость устранения выявленных экспертами недостатков по состоянию на 01.12.2020 составляет 264 079 рублей 20 копеек с НДС.

Довод заявителя о том, что указанные участником долевого строительства недостатки не носят существенного характера и являются устранимыми, что подтверждается выводами экспертного заключения, стоимость их устранения составляет

6,85 % от стоимости спорного помещения, правомерно не принят судом первой инстанции.

Согласно выводам экспертного заключения, размещение канализационной сети в помещении № 001 вне коридора под потолком офисной комнаты не соответствует СНиП (пункт 8.2.9) и рабочей документации; между тем, размещение канализационного лежака К1 с выпуском в дворовый колодец № 10 соответствует СНиП (пункт 8.2.8) при условии устройства короба (т. 4, л. д. 69). При этом канализационный лежак К1 с выпуском в дворовый колодец № 10 также находится в спорном офисном помещении. По проекту – первая комната у входа является также офисной, что подтверждается проектной документацией (т. 3, л. д. 6–7, 16 ПД 21-11-АР), а также выполненным затем техническим паспортом на спорное помещение.

Между тем, впоследствии в проект внесены изменения и канализационный колодец, в котором осуществлена врезка домовой канализации, был перенесен со стороны жилых подъездов на противоположную сторону – на сторону входов в офисы.

В пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 Кодекса. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства (часть 7 статьи 71, пункт 2 части 4 статьи 170 АПК РФ).

Оценив экспертное заключение по правилам статей 64, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что из экспертного заключения не ясно, куда именно (в какое помещение и каким образом) планируется перенос канализации и насколько это фактически возможно. В связи с этим суд правильно указал, что вывод об устранимости недостатков является недостаточно обоснованным.

Кроме того, обременение спорного офисного помещения в виде размещения в нем транзитных общедомовых коммуникаций с запорной арматурой, обслуживающей весь жилой дом (отключающей жилые секции), общедомовых стояков со спускными устройствами, не было согласовано договоре долевого участия, а потому участник долевого строительства имел обоснованные основания ожидать передачи офисного помещения без указанных обременений.

Нарушение застройщиком согласованных в договоре условий повлекло обременение спорного помещения правами третьих лиц, так как в соответствии с пунктом 1 статьи 290 Гражданского кодекса Российской Федерации собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры.

В силу части 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы), а также крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения, земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства и иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома объекты.

Состав общего имущества определен в пункте 2 Правил содержания имущества в многоквартирном доме, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491.

Согласно разъяснениям указанных норм, данным Конституционного Суда Российской Федерации в определении от 19.05.2009 № 489-О-О, следует, что если внутри помещений, не являющихся частями квартир, расположено оборудование, предназначенное для обслуживания нужд владельцев помещений, т.е. общее имущество в многоквартирном доме, то и сами эти помещения, также предназначенные для обслуживания нескольких или всех помещений в этом доме и не имеющие самостоятельного назначения, относятся к общему имуществу собственников.

Таким образом, согласно статьям 289, 290 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, помещения, в которых имеются инженерные коммуникации, обслуживающие более одного помещения

многоквартирного дома, являются общей собственностью собственников помещений дома и могут быть переданы иным лицам только в пользование.

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации

от 23.07.2009 № 64 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров о правах собственников помещений на общее имущество здания» разъяснено, что при рассмотрении споров судам следует исходить из того, что к общему имуществу здания относятся, в частности, помещения, предназначенные для обслуживания более одного помещения в здании, а также лестничные площадки, лестницы, холлы, лифты, лифтовые шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном здании оборудование (технические подвалы), крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции этого здания, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения; право общей долевой собственности на общее имущество принадлежит собственникам помещений в здании в силу закона вне зависимости от его регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

По смыслу приведенных выше норм материального права отнесение помещений к общему имуществу многоквартирного дома или признание их самостоятельными объектами недвижимости обусловлено их предназначением.

При изложенных обстоятельствах, до момента устранения застройщиком обременения спорного офисного помещения в виде размещения в нем транзитных общедомовых коммуникаций с запорной арматурой, относящейся ко всему дому (отключающей жилые секции), общедомовых стояков со спускными устройствами, спорное помещение не может быть отнесено к самостоятельному объекту недвижимости в данном многоквартирном доме.

При таких обстоятельствах отказ участника долевого строительства от спорного договора является обоснованным.

Согласно статье 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается расторгнутым или измененным.

Правовые нормы Закона № 214-ФЗ являются специальными по отношению к нормам гражданского законодательства и предусматривают различные способы

восстановления нарушенных прав участника долевого строительства, в том числе путем одностороннего отказа от сделки.

По общему правилу при расторжении договора исполненное по обязательствам не возвращается, если к моменту расторжения встречные имущественные предоставления осуществлены надлежащим образом (пункт 4 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако это правило не исключает возможности истребовать ранее исполненное до расторжения договора при отсутствии эквивалентного предоставления, если другая сторона неосновательно обогатилась (статья 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении», пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» (далее – постановление Пленума № 35)).

В пункте 5 постановления Пленума № 35 разъяснено, что, если при рассмотрении спора, связанного с расторжением договора, по которому одна из сторон передала в собственность другой стороне какое-либо имущество, судом установлено нарушение эквивалентности встречных предоставлений вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей одной из сторон, сторона, передавшая имущество, вправе требовать возврата переданного другой стороне в той мере, в какой это нарушает согласованную сторонами эквивалентность встречных предоставлений. Например, если покупатель оплатил пять партий товара, а получил только две, при расторжении договора он вправе требовать либо возврата сумм, уплаченных за три партии товара, либо возврата всей оплаты при условии возвращения им полученного товара. Указанное правомочие покупателя не ограничивает иные права, принадлежащие ему в связи с нарушением обязательства другой стороной, в частности право на возмещение убытков.

С учетом изложенного, установив, что на полученную сумму застройщиком не представлено встречного удовлетворения, суд первой инстанции обоснованно признал договор участия в долевом строительстве расторгнутым (прекращенным) по инициативе участника долевого строительства и возникновении у ответчика обязанности возвратить полученные по нему денежные средства.

Указание заявителя на то, что допущенные недостатки объекта не являются существенными и могут быть устранены, отклоняется, поскольку по смыслу части 2

статьи 7 Закона № 214-ФЗ такое устранение могло бы иметь место в разумный срок и при согласии участника долевого строительства.

В данном случае, исходя из характера спорных правоотношений и фактического отнесения спорного помещения к общедомовому имуществу (ввиду расположения в нем инженерных коммуникаций, обслуживающих весь жилой дом), такое устранение не зависит от одного лишь волеизъявления ответчика, поскольку затрагивает права и законные интересы всех собственников дома.

Ссылка заявителя на отсутствие правовых оснований для признания договора долевого участия в строительстве расторгнутым по инициативе застройщика, мотивированная тем, что истец не обращался к ответчику с требованиями, предусмотренными частью 2 статьи 7 Закона № 214-ФЗ, и не устанавливал разумный срок, в который ответчику необходимо было устранить выявленные недостатки, опровергается материалами дела и пояснениями сторон, а также основана на неправильном толковании частей 1 и 2 статьи 7 и пункта 2 части 1 статьи 9 Закона № 214- ФЗ.

Кроме того, исходя из вышеизложенных обстоятельств, устранение таких недостатков (которые по существу представляют собой перенос общедомовых инженерных коммуникаций в иное место) является невозможным без согласия всех собственников многоквартирного дома.

Применительно к пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума № 7) при предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным. Разрешая вопрос о допустимости понуждения должника исполнить обязанность в натуре, суд учитывает не только положения ГК РФ, иного закона или договора, но и существо соответствующего обязательства.

По смыслу пункта 1 статьи 308.3 ГК РФ, кредитор не вправе требовать по суду от должника исполнения обязательства в натуре, если осуществление такого исполнения объективно невозможно, в частности, в случае гибели индивидуально-определенной вещи, которую должник был обязан передать кредитору, либо правомерного принятия органом государственной власти или органом местного самоуправления акта, которому будет противоречить такое исполнение обязательства (пункт 23 постановления Пленума № 7).

Согласно части 2 статьи 9 Закона № 214-ФЗ застройщик в случае расторжения договора по основаниям, предусмотренным частью 1 настоящей статьи, в течение двадцати рабочих дней со дня расторжения договора или в случае расторжения договора по основаниям, предусмотренным частью 1.1 настоящей статьи, в течение десяти рабочих дней со дня расторжения договора обязан возвратить участнику долевого строительства денежные средства, уплаченные им в счет цены договора, а также уплатить проценты на эту сумму за пользование указанными денежными средствами в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день исполнения обязательства по возврату денежных средств, уплаченных участником долевого строительства. Указанные проценты начисляются со дня внесения участником долевого строительства денежных средств или части денежных средств в счет цены договора до дня их возврата застройщиком участнику долевого строительства. Если участником долевого строительства является гражданин, указанные проценты уплачиваются застройщиком в двойном размере. Если в течение соответствующего установленного срока участник долевого строительства не обратился к застройщику за получением денежных средств, уплаченных участником долевого строительства в счет цены договора, и процентов на эту сумму за пользование указанными денежными средствами, застройщик не позднее дня, следующего за рабочим днем после истечения указанного срока, обязан зачислить денежные средства и проценты за пользование денежными средствами в депозит нотариуса по месту нахождения застройщика, о чем сообщается участнику долевого строительства.

В силу части 6 статьи 9 Закона № 214-ФЗ в случае нарушения застройщиком срока возврата денежных средств или срока зачисления этих денежных средств в депозит нотариуса застройщик уплачивает участнику долевого строительства проценты на эту сумму за пользование указанными денежными средствами в размере одной трехсотой ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации, действующей на день соответствующего исполнения обязательства по возврату денежных средств, уплаченных участником долевого строительства. Указанные проценты начисляются со дня, следующего за днем истечения срока возврата застройщиком денежных средств участнику долевого строительства или срока зачисления этих денежных средств в депозит нотариуса, до дня возврата денежных средств застройщиком участнику долевого строительства или дня зачисления таких денежных средств в депозит нотариуса. Если участником долевого строительства является гражданин, указанные проценты уплачиваются застройщиком в двойном размере.

При этом проценты, предусмотренные частью 2 статьи 9 Закона № 214-ФЗ, не являются мерой ответственности, применяемой к застройщику, и фактически представляют собой плату за пользование денежными средствами.

Проценты за пользование денежными средствами, предусмотренные частью 6 статьи 9 Закона № 214-ФЗ, представляют собой меру гражданско-правовой ответственности застройщика за нарушение сроков возврата участнику долевого строительства денежных средств, подлежащих возврату в случае расторжения договора долевого участия.

Расчет процентов по правилам части 2 статьи 9 Закона № 214-ФЗ за период с 04.03.2016 по 02.04.2020 и с 01.01.2021 по 28.03.2022 составил 485 750 рублей, процентов по правилам части 6 статьи 9 Закона № 214-ФЗ за период с 10.04.2018 по 02.04.2020 и с 01.01.2021 по 28.03.2022 - 294 000 рублей, которые правомерно взысканы в пользу истца.

Довод заявителя о пропуске участником долевого строительства срока исковой давности в отношении первоначального иска правомерно не принят судом первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности устанавливается в три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В силу части 2 статьи 9 Закона № 214-ФЗ застройщик в случае расторжения договора по основаниям, предусмотренным частью 1 настоящей статьи, застройщик в течение двадцати рабочих дней со дня расторжения договора обязан возвратить участнику долевого строительства денежные средства, уплаченные им в счет цены договора, а также уплатить проценты на эту сумму за пользование указанными денежными средствами.

В соответствии с положениями части 6 статьи 9 Закона № 214-ФЗ в случае нарушения застройщиком предусмотренных частями 2 и 5 настоящей статьи срока возврата денежных средств или срока зачисления этих денежных средств в депозит нотариуса застройщик уплачивает участнику долевого строительства проценты на эту сумму за пользование указанными денежными средствами.

При этом, в силу части 4 статьи 9 Закона № 214-ФЗ в случае одностороннего отказа одной из сторон от исполнения договора договор считается расторгнутым со дня

направления другой стороне уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора.

Поскольку судом признан обоснованным односторонний отказ участника долевого строительства от договора от 07.03.2018 в связи с существенными нарушениями застройщиком требований к качеству объекта строительства (т.е. по основаниям, предусмотренным частью 1 статьей 9 Закона № 214-ФЗ), срок исковой давности по требованию участника о возврате уплаченных по договору денежных средств в размере 1 000 000 рублей, а также процентов по правилам частей 2, 6 статьи 9 Закона № 214-ФЗ, начал течение не ранее 07.04.2018 (07.03.2018 + 20 рабочих дней) и истекал не позднее 07.04.2021.

Поскольку с иском общество обратилось 04.03.2019, указанный срок не является пропущенным.

Указание заявителя на то, что спорный договор следует считать прекращенным в связи с односторонним отказом от него застройщика (неуплата конечного взноса), обоснованно отклонено судом.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с частью 5 статьи 5 Закона № 219-ФЗ в случае, если в соответствии с договором уплата цены договора должна производиться участником долевого строительства путем внесения платежей в предусмотренный договором период, систематическое нарушение участником долевого строительства сроков внесения платежей, то есть нарушение срока внесения платежа более чем три раза в течение двенадцати месяцев или просрочка внесения платежа в течение более чем два месяца, является основанием для одностороннего отказа застройщика от исполнения договора в порядке, предусмотренном статьей 9 настоящего Федерального закона.

Таким образом, указанная норма отсылает к статье 9 Закона № 214-ФЗ

Согласно части 3 статьи 9 Закона № 214-ФЗ в случае наличия оснований для одностороннего отказа застройщика от исполнения договора, предусмотренных частями 4 и 5 статьи 5 настоящего Федерального закона, застройщик вправе расторгнуть договор не ранее чем через тридцать дней после направления в письменной форме участнику долевого строительства в порядке, предусмотренном частью 4 статьи 8 настоящего Федерального закона, предупреждения о необходимости погашения им задолженности по уплате цены договора и о последствиях неисполнения такого требования. При неисполнении участником долевого строительства такого требования и при наличии у

застройщика сведений о получении участником долевого строительства предупреждения о необходимости погашения им задолженности по уплате цены договора и о последствиях неисполнения такого требования либо при возврате заказного письма оператором почтовой связи с сообщением об отказе участника долевого строительства от его получения или в связи с отсутствием участника долевого строительства по указанному им почтовому адресу застройщик имеет право в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора в соответствии с частью 4 настоящей статьи.

По смыслу изложенного застройщик обязан направить участнику долевого строительства предупреждение, из которого бы ясно и определенно следовало, какая задолженность имеется у участника, содержалось требование погасить данную задолженность, а также указание на последствия неисполнения такого требования.

В случае одностороннего отказа одной из сторон от исполнения договора договор считается расторгнутым со дня направления другой стороне уведомления об одностороннем отказе от исполнения договора (часть 4 статьи 9 Закона № 214-ФЗ). При этом, как указано выше, такое уведомление должно быть направлено застройщиком не ранее чем через тридцать дней после направления в письменной форме участнику предупреждения о необходимости погашения им задолженности по уплате цены договора и о последствиях неисполнения такого требования.

Таким образом, при установлении возможности одностороннего отказа от исполнения договора законодатель исходит из принципа юридического равенства участников гражданских отношений, презумпции не злоупотребления правом стороной, управомоченной на такой отказ и соблюдения предусмотренного законом порядка одностороннего отказа. Поэтому застройщик может реализовать право на односторонний отказ от исполнения договора лишь при соблюдении требований и порядка, предусмотренного вышеуказанной нормой.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, застройщиком нарушена предусмотренная законом процедура для одностороннего расторжения договора участия в долевом строительстве, поскольку им не соблюден месячный срок для направления уведомления об одностороннем отказе от договора (уведомление направлено 19.03.2018, т. 7, л. д. 72) после направления в письменной форме участнику предупреждения о необходимости погашения им задолженности по договору и о последствиях неисполнения такого требования (направлено 28.02.2018, т. 7, л. д. 69–70), в связи с чем, суд пришел к верному выводу о не наступлении правовых последствий в виде прекращении спорного договора по причине одностороннего отказа от него застройщика.

Ссылка заявителя на несоразмерность неустойки, взысканной в пользу истца, последствиям нарушения обязательства, не принимается судом апелляционной инстанции.

В пункте 33 Обзора практики разрешения судами споров, возникающих в связи с участием граждан в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.12.2013) разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона об участии в долевом строительстве в случае расторжения договора участия в долевом строительстве по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 1.1 названной статьи, застройщик обязан возвратить участнику долевого строительства денежные средства, уплаченные им в счет цены договора, а также уплатить участнику долевого строительства проценты на эту сумму за пользование указанными денежными средствами (зачислить денежные средства и проценты в депозит нотариуса). Размер процентов за пользование денежными средствами участника долевого строительства может быть уменьшен судом на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Согласно пункту 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

В соответствии с пунктом 73 постановления Пленума № 7 бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на

определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.) (пункт 74 постановления Пленума № 7).

Согласно пункту 75 постановления Пленума № 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Принимая во внимание положения пункта 2 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснения Пленума № 7, при отсутствии доказательств явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, неисполнение со стороны корпорации встречных договорных обязательств, суд обоснованно не усмотрел оснований для снижения ответственности застройщика.

Разрешая требование застройщика о взыскании с участника убытков в виде упущенной выгоды в общем размере 691 822 рублей, обусловленной неисполнением участником долевого строительства своих договорных обязательств по своевременному внесению платежей, в подтверждение которых представлен отчет оценщика от 12.03.2018, суд правомерно руководствовался следующим.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 настоящего Кодекса. При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов

справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума № 25) разъяснено, что по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений (пункт 14 постановления Пленума № 25).

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 2 постановления Пленума № 7.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить, что им совершены конкретные действия, направленные на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, ставшим единственным препятствием для получения дохода (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2016 № 18-КГ15-237).

В пункте 3 постановления Пленума № 7 разъяснено, что при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода в заявленном размере не была бы получена кредитором.

В доказательство наличия упущенной выгоды застройщиком представлено внесудебное экспертное заключение, подготовленное ООО «Малтон», согласно которому

у застройщика возникла упущенная выгода в связи с невнесением участником долевого строительства денежных средств по договору.

Не принимая указанное заключение, суд обоснованно исходил из следующего.

В силу разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в пункте 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Из представленного заключения специалиста ООО «Малтон» от 07.03.2018 (т. 1, л. д. 122–125) следует, что денежные средства в размере 2 857 400 рублей, подлежащие внесению истцом, рассматривались как предоставленная участнику сумма займа от застройщика в период с января 2014 года по февраль 2018 года, на которую начислены проценты за пользование коммерческим кредитом, составившие 691 822 рубля, оцененные как упущенная выгода застройщика.

В то же время в соответствии со статьей 4 Закона № 214-ФЗ по договору участия в долевом строительстве одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

Таким образом, исходя из смысла Закона № 214-ФЗ, цена договора является возмещением затрат на строительство.

Пунктом 4.3 договора предусмотрено, что цена договора определена как сумма денежных средств на возмещение затрат застройщика на строительство и денежных средств на оплату услуг застройщика, которые составляют 5 % от общей цены договора.

Документов, подтверждающих согласование сторонами условия о том, что не переданная участником в согласованные сроки та или иная денежная сумма будет рассматриваться как предоставление коммерческого кредита, в материалы дела не представлено; из толкования спорного договора этого также не следует (статья 431

Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 43-46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Кроме того, суд обоснованно отметил, что причиной невнесения оставшегося платежа в размере 2 857 400 рублей явилось, как нарушение застройщиком сроков строительства, так и существенные нарушения к результату договора (качеству объекта).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 1 Раздела «Основные положения гражданского законодательства» Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015), при наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания добросовестности и разумности своих действий.

Однако застройщиком в материалы дела не представлены документы, свидетельствующие о добросовестности и разумности своих действий как в части согласования с участником изменений в проектную документацию, касающуюся спорного помещения, так и в части согласования с участником долевого строительства фактического размещения в спорном помещении сетей отопления, водопровода и канализации, являющихся общим имуществом собственников многоквартирного дома, в котором расположено спорное помещение.

Частично удовлетворяя встречные исковые требований о взыскании с участника долевого строительства неустойки за просрочку внесения платежей, суд первой инстанции применил срок исковой давности, о котором было заявлено обществом, и взыскал неустойку, начисленную участнику долевого строительства на основании части 6 статьи 5 Закона № 214-ФЗ за период с 09.09.2016 (начальная дата, которая находится за пределами срока исковой давности, с учетом даты подачи встречного иска) по 07.03.2018 (дата прекращения договора в связи с односторонним отказом от него участника долевого строительства) в сумме 385 320 рублей 39 копеек.

Истец решение суда в части удовлетворения встречного иска не оспаривает, доводов относительно неверности примененного судом срока исковой давности по встречным требованиям апелляционная жалоба не содержит.

Иные доводы заявителя выражают несогласие с оценкой фактических обстоятельств спора, данной судом, и не влияют на существо принятого решения. Рассмотрев дело повторно, апелляционная инстанция оснований для переоценки указанных обстоятельств не нашла.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

В соответствии со статьей 110, частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Калужской области от 11.05.2023 по делу № А23-1707/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Л.А. Капустина

Судьи М.М. Дайнеко Е.В. Мосина