Гражданский кодекс часть 1

в рамках дела о признании ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения; место рождения: гор. Волгоград, место регистрации: 400023, <...>) несостоятельным (банкротом)

при участии:

представители ФИО1 – ФИО5 по доверенности от 13.04.2019, ФИО6, дов. от 13.04.2019г.

представитель ФИО2 – ФИО7 по доверенности от 27.04.2019

представитель арбитражного управляющего - ФИО8 по доверенности от 18.02.2019

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 13.06.2018 заявление ФИО9 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО4 признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Информационное сообщение в газете «Коммерсант» опубликовано 23.06.2018.

04.10.2018 в суд поступило заявление финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности, а именно:

- признать недействительным договор купли-продажи от 13.11.2015, недвижимости: жилой дом общей площадью 447,7 кв.м., инвентарный номер 000510, кадастровый номер 34:34:07:0049:0112:000510:000 и земельный участок общей площадью 603 кв.м., кадастровый номер 34:34:070049:0112, расположенные по адресу: <...>, заключенный между ФИО4 и ФИО1;

Применить последствия признания сделки недействительной, обязав ФИО1 возвратить недвижимое имущество, проданное по договору купли-продажи от 13.11.2015г.: жилой дом общей площадью 447,7 кв.м., инвентарный номер 000510, кадастровый номер 34:34:07:0049:0112:000510:000 и земельный участок общей площадью 603 кв.м., кадастровый номер 34:34:070049:0112, расположенные по адресу: <...> (с учетом уточнения требований, принятых судом к рассмотрению).

- признать недействительным договор купли-продажи № 3 от 02.12.2015 автотранспортного средства, марки МАЗ 544018-1320-031, тип ТС груз.тягач сед, год выпуска 2012, цветсиний, гос. Знак <***>, ПТС 64 ОК №316068, выданного 10.06.2015г., РЭО ГИБДД УМВД РФ по г. Саратову, заключенный между ФИО4 и ФИО2.

Применить последствия признания сделки недействительной, обязав ФИО2 возвратить имущество - автотранспортное средство, марки МАЗ 544018-1320-031, тип ТС груз.тягач сед, год выпуска 2012, цвет синий, гос. знак <***>, ПТС 64 ОК №316068, выданного 10.06.2015г., РЭО ГИБДД УМВД РФ по г. Саратову.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12 марта 2019 года заявление финансового управляющего удовлетворено, признана недействительной сделка – договор купли-продажи от 13.11.2015, заключенный между ФИО4 и ФИО1 жилого дома общей площадью 447,7 кв.м., инвентарный номер 000510, кадастровый номер 34:34:07:0049:0112:000510:000 и земельного участка общей площадью 603 кв.м., кадастровый номер 34:34:070049:0112, расположенные по адресу: <...> и применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО1 возвратить в конкурсную массу ФИО4 жилой дом общей площадью 447,7 кв.м., инвентарный номер 000510, кадастровый номер 34:34:07:0049:0112:000510:000 и земельный участок общей площадью 603 кв.м., кадастровый номер 34:34:070049:0112, расположенные по адресу: <...>.

Признана недействительной сделка – договор купли-продажи автомототраспорного средства № 3 от 02.12.2015, заключенный между ФИО4 и ФИО2 автомобиля марки МАЗ 544018-1320-031, тип ТС груз.тягач сед, год выпуска 2012, цвет синий, гос. знак <***>, ПТС 64 ОК № 316068, выданного 10.06.2015, РЭО ГИБДД УМВД РФ по г. Саратову и применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу ФИО4 автомобиль марки МАЗ 544018-1320-031, тип ТС груз.тягач сед, год выпуска 2012, цвет синий, гос. знак <***>, ПТС 64 ОК № 316068, выданного 10.06.2015, РЭО ГИБДД УМВД РФ по г. Саратову.

Не согласившись с определением суда, ФИО1 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда в части удовлетворения требований к ФИО1 и отказать в удовлетворении требований.

Апелляционная жалоба мотивирована следующим: 1) расчеты произведены, сделка реальная и фактически исполнена; 2) на момент заключения сделки отсутствовали неисполненные обязательства; 3) отсутствие доказательств недостаточности имущества и неплатежеспособности должника. ФИО1 не был осведомлен о неплатежеспособности должника.

Не согласившись с определением суда, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда в части удовлетворения требований к ФИО2 и отказать в удовлетворении требований.

Апелляционная жалоба мотивирована следующим: 1) ФИО2 не является заинтересованным лицом по отношению к должнику; 2) отсутствие доказательств осведомлённости о неплатежеспособности должника; 3) денежные средства по сделке уплачены по рыночной стоимости, финансовая возможность у ФИО2 имелась

В судебное заседание явились представители ФИО1, ФИО2, финансового управляющего.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 06 апреля 2019 года, что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Представители ФИО1 и ФИО2 поддержал доводы апелляционных жалоб в полном объеме.

Представитель финансового управляющего, полагает, что основания для удовлетворения апелляционных жалоб отсутствуют, обжалуемое определение является законным и обоснованным.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив законность принятого по делу судебного акта, в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Двенадцатый арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

В соответствии с абзацем 2 пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

По смыслу пункта 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п. п. 3 - 5 ст. 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ).

Заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (п. 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве).

Как следует из материалов дела, между ФИО4 и ФИО1 заключен договор купли-продажи от 13.11.2015 недвижимости: жилой дом общей площадью 447,7 кв.м., инвентарный номер 000510, кадастровый номер 34:34:07:0049:0112:000510:000 и земельный участок общей площадью 603 кв.м., кадастровый номер 34:34:070049:0112, расположенные по адресу: <...>.

Между ФИО4 и ФИО2 заключен договор купли-продажи № 3 от 02.12.2015 автотранспортного средства, марки МАЗ 544018-1320-031, тип ТС груз.тягач сед, год выпуска 2012, цветсиний, гос. Знак <***>, ПТС 64 ОК №316068, выданного 10.06.2015г., РЭО ГИБДД УМВД РФ по г. Саратову.

Финансовый управляющий ФИО4 полагая, что спорные договоры купли-продажи от 13.11.2015 и от 02.12.2015 являются недействительными и подпадают под признаки подозрительности на основании п. 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что доказана совокупность условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания спорных сделок недействительными, а также по основаниям статьи 10 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника банкротом поступило в суд 22.05.2018, принято к производству определением суда от 25.05.2018.

Следовательно, сделки по заключению договоров купли-продажи от 13.11.2015 и от 02.12.2015 совершены за пределами годичного срока до принятия заявления о признании должника банкротом, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве подозрительная сделка может быть признана судом недействительной при доказанности следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; в результате совершенной сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В соответствии с разъяснениями пункта 6 Постановления Пленума ВАС N 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на лицо имеются одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена в отношении заинтересованного лица, либо при условии передачи в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятия обязательства и (или) обязанности, стоимость которых составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

Понятие недостаточности имущества, неплатежеспособности дано в статье 2 Закона о банкротстве. Так, под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов дела, оспариваемые сделки совершены в период, когда у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед кредитором ПАО Сбербанк России. 16.07.2013 Банком должнику выдана во временное пользование кредитная карта, являющаяся собственностью Банка, с возможностью использования кредитного лимита в размере 500 000 рублей, на имя должника открыт счет для учета операций, совершаемых с использованием Карты № 40817810154027409307. По данному кредитному договору сумма задолженности должника составляет 907 125, 87 рублей, из которых 490 052, 83 рублей основной долг, 417 073, 04 руб. неустойка. 02.02.2016 Банком принято заявление от должника на выдачу кредитной карты Сбербанка России, была выдана кредитная карта, являющаяся собственностью Банка, с возможностью использования кредитного лимита в размере 190 000 рублей, на имя должника был открыт счет для учета операций, совершаемых с использованием карты № 40817810954027168482, по данному счету долг составил 216 180,48 рублей.

06.04.2017 мировым судьей судебного участка № 121 Волгоградской области Вирабовой Э.А. вынесен судебный приказ о взыскании с должника в пользу ПАО «Сбербанк России» задолженности по счету кредитной карты № 4279015400795922 по состоянию на 12.03.2017 в размере 215 511, 07 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 2 677, 56 рублей.

Определением суда от 08.11.2018 требования ПАО «Сбербанк России» в размере 1 123 306,35 рублей включены в третью очередь реестра требований должника.

07.11.2013 между должником и ООО «Русфинанс Банка» заключен кредитный договор, в соответствии с которым, должнику был предоставлен кредит в размере 360 792,5 рублей.

13.05.2016 решением Кировского районного суда г. Волгограда с должника в пользу ООО «Русфинанс Банк» взыскана задолженность в размере 209 309,6 рублей.

Определением суда от 27.11.2018 требования ООО «Русфинанс Банк» в размере 214 602,7 рублей включены в третью очередь реестра требований должника.

Таким образом, на момент заключения оспариваемых сделок, у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, по которым он прекратил исполнение своих денежных обязательств, отвечал признаку неплатежеспособности.

Доказательства, опровергающие презумпцию неисполнения должником обязательств по причине недостаточности денежных средств, лицами, участвующими в деле, не представлены.

Поскольку не доказано иное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что соответствующие денежные обязательства не исполнялись должником ввиду недостаточности денежных средств, что свидетельствует о его неплатежеспособности.

Как следует из материалов дела, 13.11.2015 между ФИО4 (продавец, должник) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимости: жилой дом общей площадью 447,7 кв.м., инвентарный номер 000510, кадастровый номер 34:34:07:0049:0112:000510:000 и земельный участок общей площадью 603 кв.м., кадастровый номер 34:34:070049:0112.

По условиям п. 1 договора продавец обязуется передать в собственность дом с земельным участком, находящиеся по адресу: <...>, а покупатель обязуется принять дом с земельным участком в собственность и уплатить за него установленную настоящим договором денежную сумму.

Соглашением сторон цена отчуждаемого дома с земельным участком определена 1 000 000 руб. Из них жилой дом 800 000 руб., земельный участок 200 000 руб. (п. 4. договора).

В договоре купли-продажи от 13.11.2015г. указано, что указанная сумма уплачена покупателем продавцу полностью наличными деньгами до подписания настоящего договора. В договоре имеется расписка продавца о том, что деньги по договору получены полностью.

26.11.2015 произведена государственная регистрация перехода права собственности к ФИО1 на указанные объекты недвижимого имущества, в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним внесена соответствующая регистрационная запись.

Согласно справке ООО «АОК «Аудит-Эксперт» от 14.09.2018 № 14/09-1 о среднерыночной стоимости недвижимого имущества и земельного участка, рыночная стоимость жилого дома и земельного участка, находящихся по адресу: <...> по состоянию на дату совершения спорной сделки 13.11.2015 составляет 13 803 934 рублей, что существенно (более чем в 10 раз) превышает стоимость, определенную соглашением сторон спорной сделки.

Доказательств, подтверждающих иную рыночную стоимость объектов недвижимого имущества на дату совершения спорной сделки (13.11.2015), не представлено. Ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы не заявлено.

Согласно пояснениям представителя ФИО1 данным в ходе рассмотрения настоящего дела, следует, что в ходе переговоров между ФИО1 и должником по условиям заключения сделки с недвижимостью, должник выразил желание получить от продажи домовладения 2 500 000 рублей, так как изначально на приобретение указанной недвижимости последний понес затраты в размере 2 400 000 рублей. Но в связи с тем, что у ФИО1 не было в наличии такой суммы денежных средств, то стороны договорились о продаже домовладения за 1 000 000 рублей, но с условием, что должник вместе с семьей будет проживать в доме в течение полутора лет. В подтверждение данного обстоятельства ФИО1 были представлены заверенные нотариусом г. Волгограда ФИО10 протоколы допросов свидетелей ФИО11 и ФИО12

Таким образом, ФИО1 сам указал, что стоимость спорного объекта недвижимости фактически составляла 2 500 000 рублей.

Вместе с тем в соответствии с п. 4 оспариваемого договора соглашением сторон цена отчуждаемого дома с земельным участком составляет 1 000 000 рублей, из них дом 800 000 рублей, земельный участок 200 000 рублей. Какие-либо иные условия, на которых ФИО1 приобрел у должника ФИО4 недвижимое имущество, в договоре отсутствуют.

Таким образом, фактически условия сделки (цена договора) отличаются от условий, согласованных сторонами в договоре.

Судом первой инстанции правомерно отклонен довод о том, что для должника указанный жилой дом являлся единственным жилым помещением, в связи с чем, не мог быть включен в конкурсную массу должника.

Из материалов дела следует, что согласно сообщению ГУ МВД РФ по Волгоградской области № 19/1015В от 17.12.2018, должник с 18.11.2017 зарегистрирован по адресу: <...>.

Согласно выписке из ЕГРН от 15.01.2019 № КУВИ-001/2019-531759, жилое помещение (квартира), расположенная по адресу: <...>, находится в собственности у ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, 1/2 доли; ФИО14, 03.10.1952г.р., 1/2 доли. Дата государственной регистрации 29.08.2014. Согласно справке № 12а/1784/15 от 20.07.2018 архива отдела записи актов гражданского состояния Комитета юстиции Волгоградской области, брак между должником и ФИО15 (после заключения брака ФИО16) Ольгой Александровной заключен в 2010 (актовая запись о заключении брака № 1273), данные о прекращении и расторжении брака отсутствуют.

Согласно прилагаемым ФИО1 документам по обслуживанию дома (договора), свидетельствуют об отсутствии признаков фактического проживания должника и его семьи в отчужденном жилом доме с земельным участком.

Таким образом, на момент подачи заявления о признании спорной сделки с недвижимостью недействительной, должник не проживал в спорном домовладении.

У должника имеется иное недвижимое имущество, в котором он в настоящий момент и проживает (по адресу регистрации).

В материалах дела имеются доказательства, что должник проживал в отчуждаемом доме после заключения оспариваемой сделки с недвижимостью до середины лета 2018 (регистрация в отчуждаемом доме до 18.11.2018).

Кроме того, в период февраль-март 2017, должник, заключая договора займы с кредиторами ФИО9, ФИО17 (определения суда о включении в реестр требований кредиторов от 13.06.2018 и от 03.09.2018) указывал о своем месте нахождении по адресу: <...>, что также свидетельствует об использовании отчужденного недвижимого имущества после его продажи должником еще более двух лет, после его отчуждения ФИО1

Пунктом 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» предусмотрено, что целью оспаривания сделок в рамках дела о банкротстве является возврат в конкурсную массу того имущества, которое может быть реализовано для удовлетворения требований кредиторов. Поэтому не подлежит признанию недействительной сделка, направленная на отчуждение должником жилого помещения, если на момент рассмотрения спора в данном помещении продолжают совместно проживать должник и члены его семьи и при возврате помещения в конкурсную массу оно будет защищено исполнительским иммунитетом (статья 446 ГПК РФ).

Отчуждаемое имущество подлежит защите исполнительным иммунитетом при обязательном наступлении двух условий: на момент подачи заявления (04.10.2018) о признании сделки недействительной, должник с семьей должен проживать в отчуждаемом домовладении.

Однако, в рассматриваемом случае названные условия отсутствуют, доказательств обратного не представлено.

Заключение оспариваемой сделки между должником и ФИО1 на условиях, отличающихся от фактических условий, при недобросовестном поведении сторон сделки, свидетельствуют о том, что ФИО1, заключая оспариваемый договор по заниженной цене, способствовал должнику в занижении рыночной стоимости имущества, заключая договор на условиях, отличающихся от фактических условий, сознательно и добровольно участвовал с должником в ущемлении интересов кредиторов. Приобретая имущество по заниженной цене, ФИО1 знал или должен был знать о цели причинения вреда кредиторам.

02.12.2015 между ФИО4 (продавец, должник) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи автотранспортного средства № 3.

По условиям п. 1 договора, продавец продает, а покупатель покупает автомобиль марки МАЗ 544018-1320-031, тип ТС груз.тягач сед, год выпуска 2012, цвет синий, гос. знак В356- ЧМ 134, ПГС 64 ОК №316068, выданного 10.06.2015г., РЭО ГИБДД УМВД РФ по г. Саратову.

Продажная цена отчуждаемого транспортного средства определена сторонами в сумме 1 650 000 руб. (пункт 4. Договора).

02.12.2015 в паспорт транспортного средства внесены сведения о собственнике ФИО2 на основании совершенной сделки.

Согласно справке о среднерыночной стоимости ООО «ЭкспертЪ» от 13.11.2018, рыночная стоимость автомобиля на дату совершения спорной сделки (02.12.2015) составляет 2 056 363 рублей, что на 20 % (406 363 руб.) выше продажной цены, определенной соглашением сторон спорной сделки.

ФИО2, в нарушение положений ст. 65 АПК РФ, доказательства, подтверждающие иную рыночную стоимость транспортного средства на дату совершения спорной сделки (02.12.2015), не представлены.

Материалами дела установлено, что рыночная стоимость спорного имущества на дату заключения сделки составляла 2 056 363 руб., (при этом должник как следует из ПТС спорного автомобиля приобрел его 26.11.2015 у ООО «САРТРАНС», реализует его спустя пять дней 02.12.2015 по заниженной цене).

Как указывалось выше, в соответствии с пунктом 4 договора стороны пришли к соглашению о продажной цене отчуждаемого транспортного средства 1 650 000 руб.

В подтверждение финансовой возможности для оплаты денежных средств по договору купли-продажи от 02.12.2015 ФИО2 указывает, что супруга ФИО18 является индивидуальным предпринимателем, вид деятельности – грузовые перевозки. ФИО2 с 9 апреля 2019 по 31 января 2019 работал в должности механика у ИП «ФИО18.». Согласно выписке по операциям на счете ИП «ФИО18.» филиала ПАО «МТС- БАНК» в г.Ростове-на-Дону с указанного расчетного счета 29.10.2015 года и 18.11.2015 сняты денежные средства в общей сумме 400 000 рублей, по 200 000 рублей соответственно за каждое снятие. Также с банковского счета ИП «ФИО18.» на банковский счет ФИО2 в ПАО «Сбербанк» № 4276110010828115 перечислялись суммы задолженности: 24.03.2015 - 35 000 рублей, 07.04.2015 - 40 000 рублей, 15.04.2015 – 30 000 рублей, 23.09.2015 - 90 000 рублей (две операции по 45 000 рублей), 14.10.2015 - 150 000 рублей, а всего на сумму 345 000 рублей. Согласно анализа договоров ИП «ФИО18.» на осуществляемые последней грузоперевозки, где оплата предусматривала наличный расчет, следует, что в 2015 за оказание услуг по перевозкам грузов ИП «ФИО18.» получено наличных денежных средств в общей сумме 1 428 000 рублей по 29 договорам. Таким образом, ФИО2 документально подтверждается, что на момент заключения договора купли продажи автомобиля, последний располагал денежными средствами в сумме 2 173 000 рублей.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что доказательств бесспорно подтверждающих, что из указанных денежных средств была произведена оплата спорного транспортного средства, не представлено, поскольку совокупный размер денежных средств по представленным ФИО2 документам, значительно превышают цену спорного транспортного средства по договору купли-продажи от 02.12.2015, большая часть из которых является доходами его супруги, размер расходов, которой в связи с ведением ею предпринимательской деятельности не подтвержден; кроме того, по представленным договорам оказания услуг по перевозке факт оплаты наличными денежными средства не подтвержден.

Из представленного в материалы дела договора купли-продажи транспортного средства следует, что текст договора не содержит в себе собственноручной расписки ФИО4 о получении денежных средств в сумме 1 650 000 руб. от ФИО2

Текст договора купли-продажи от 02.12.2015г. о том, что продавец получил указанную сумму полностью, факт расчета подтверждается подписями сторон под текстом договора, напечатан с использованием технических средств, что свидетельствует о шаблонной форме спорного договора и формальном включении при его составлении условий, характерных для договора купли - продажи, в том числе, о его возмездности.

Принимая во внимание, отсутствие в спорном договоре купли-продажи расписки ФИО4 о получении денежных средств от ФИО2, отсутствие у ФИО2 финансовой возможности для оплаты денежных средств по договору купли-продажи от 02.12.2015г., судом первой инстанции правомерно установлено, что бесспорных, относимых и допустимых доказательств оплаты ФИО2 денежных средств ФИО4 по спорному договору купли-продажи, не представлено.

На основании изложенного, апелляционная инстанция соглашается с выводами суда о недобросовестности действий ФИО4 и ФИО2, которые привели к нарушению прав и причинили вред кредиторам, что в свою очередь, свидетельствует о ничтожности сделки.

В силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона знала о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В свою очередь, при решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Материалами дела подтверждается и сторонами не оспаривается, что договор купли-продажи недвижимого имущества от 13.11.2015, договор купли-продажи транспортного средства от 02.12.2015 заключены в период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве, продажа имущества позволила освободить ФИО4 от риска обращения взыскания по долговым обязательствам перед Банками.

То есть к моменту введения в отношении должника процедуры банкротства у ФИО4 произошло уменьшение его ликвидного имущества, в результате реализации которого, могли бы быть полностью или частично погашены требования конкурсных кредиторов.

Совершение оспариваемых договоров привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов, поскольку средства от реализации переданного по договорам имущества должны были быть направлены на погашение расходов по делу о банкротстве и удовлетворение требований кредиторов, однако при этом оно было отчуждено фактически по заниженной стоимости, соответственно, конкурсные кредиторы должника утратили возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Вред имущественным правам кредиторов причинен на стоимость имущества, в отношении которого должником было принято решение об отчуждении по договорам купли-продажи.

Доказательств того, что ФИО1 и ФИО2 не знали и не могли знать о заключении договоров с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в материалы дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что ФИО1 и ФИО2, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ, не представили доказательств, опровергающих выводы суда о наличии у должника признаков неплатежеспособности, недостаточности имущества на момент совершения оспариваемых сделок.

В связи с чем, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности конкурсным управляющим, что целью сделок по продаже имущества являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Согласно пункту 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п.9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации").

В связи с изложенным, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о правомерности выводов суда первой инстанции о том, что продажа имущества повлекла за собой уменьшение конкурсной массы должника, что является препятствием для осуществления расчетов с кредиторами и нарушает их права и охраняемые законом интересы; ФИО4, ФИО1, ФИО2 не могли не знать о такого рода последствиях своих действий; оспариваемые сделки купли-продажи недвижимого имущества, транспортного средства направлены на неправомерное уменьшение конкурсной массы должника, что свидетельствует о злоупотреблении лицами, совершившими данные сделки, своими правами.

Доводы апелляционных жалоб о том, что должник на момент заключения спорных сделок не обладал признаками неплатежеспособности, не подтверждены.

Таким образом, наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых сделок апелляционный суд считает установленным.

В силу пункта 1 стати 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества.

Признав оспариваемые сделки недействительными, суд первой инстанции правомерно обязал ФИО1 и ФИО2 возвратить в конкурсную массу должника переданное по спорным сделкам имущество.

Согласно пункту 29 Постановления Пленума ВАС РФ от 23 декабря 2010 г. N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» если сделка, признанная в порядке главы III. 1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В соответствие с разъяснениями пунктов 25, 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (далее - восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве). В случае, когда упомянутая сделка была признана недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 или пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановленное требование подлежит включению в реестр требований кредиторов, но удовлетворяется за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр, то есть в очередности, предусмотренной пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве (пункт 2 статьи 61.6); такое требование может быть предъявлено к должнику в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве, в любое время в ходе внешнего управления или конкурсного производства. Указанное требование не предоставляет права голоса на собрании кредиторов. Кроме того, если в таком случае по признанной недействительной сделке кредитор получил от должника имущество, то в силу пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве предъявить восстановленное требование к должнику кредитор может только после возврата в конкурсную массу (должнику) этого имущества или его стоимости.

Материалами дела установлено, что в договоре купли-продажи недвижимости от 13.11.2015г. указано, что сумма 1 000 000 рублей уплачена покупателем продавцу полностью наличными деньгами до подписания настоящего договора.

В договоре имеется расписка продавца о том, что деньги по договору получены полностью.

Таким образом, ФИО1 спорное недвижимое имущество приобретено за 1 000 000 рублей и покупателем продавцу уплачены денежные средства до подписания договора, что подтверждается распиской и свидетельствует о реальности исполнения договора на сумму 1 000 000 руб.

Указанные обстоятельства оспорены не были, доказательств обратного, не представлено.

Таким образом, установив наличие оплаты со стороны ФИО1 по спорной сделке в размере 1 000 000 руб., подлежит восстановлению право требования ФИО1 к должнику - ФИО4 денежных средств полученных по договору от 13.11.2015 в размере 1 000 000 руб.

С учетом выше изложенного, определение суда первой инстанции подлежит изменению.

В силу пункта 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе изменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

Руководствуясь статьями 188, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Волгоградской области от 12 марта 2019 года по делу № А12-16930/2018 изменить, изложив в следующей редакции.

Признать недействительной сделку – договор купли-продажи от 13.11.2015, заключенный между ФИО4 и ФИО1 жилого дома общей площадью 447,7 кв.м., инвентарный номер 000510, кадастровый номер 34:34:07:0049:0112:000510:000 и земельного участка общей площадью 603 кв.м., кадастровый номер 34:34:070049:0112, расположенные по адресу: <...>.

Применить последствия недействительности сделки обязать ФИО1 возвратить в конкурсную массу ФИО4 жилой дом общей площадью 447,7 кв.м., инвентарный номер 000510, кадастровый номер 34:34:07:0049:0112:000510:000 и земельный участок общей площадью 603 кв.м., кадастровый номер 34:34:070049:0112, расположенные по адресу: <...>.

Признать недействительной сделку – договор купли-продажи автомототраспорного средства № 3 от 02.12.2015, заключенный между ФИО4 и ФИО2 автомобиля марки МАЗ 544018-1320-031, тип ТС груз.тягач сед, год выпуска 2012, цвет синий, гос. знак <***>, ПТС 64 ОК № 316068, выданного 10.06.2015, РЭО ГИБДД УМВД РФ по г. Саратову.

Применить последствия недействительности сделки обязать ФИО2 возвратить в конкурсную массу ФИО4 автомобиля марки МАЗ 544018-1320-031, тип ТС груз.тягач сед, год выпуска 2012, цвет синий, гос. знак <***>, ПТС 64 ОК № 316068, выданного 10.06.2015, РЭО ГИБДД УМВД РФ по г. Саратову.

Восстановить задолженность ФИО4 перед ФИО1 в размере 1 000 000 рублей.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 рублей.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме, через Арбитражный суд 1-ой инстанции, вынесший определение.

Председательствующий Е.В. Пузина

Судьи А.Ю. Самохвалова

Л.А. Макарихина