Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 13 июня 2019 года по делу №А12-4599/2019 (судья Пильник С.Г.)

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области (ОГРН <***>, ИНН <***>, 404130, Волгоградская область, г. Волжский, проспект им Ленина, д. 46)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО3 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО4 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО5 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО6 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО7 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО8 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО9 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО10 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО11 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО12 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО13 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

индивидуальный предприниматель ФИО14 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>)

о признании недействительным ненормативного акта.

при участии в судебном заседании:

от индивидуального предпринимателя ФИО1 - ФИО15, доверенность от 11.05.2016 (срок действия доверенности 10 лет);

от Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области - ФИО16, доверенность от 29.12.2018 (срок действия доверенности по 31.12.2019); ФИО17, доверенность от 09.01.2019 (срок действия доверенности по 31.12.2019).

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 13-16/32 от 10.09.2018.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены: индивидуальный предприниматель ФИО2, индивидуальный предприниматель ФИО3, индивидуальный предприниматель ФИО4, индивидуальный предприниматель ФИО5, индивидуальный предприниматель ФИО6, индивидуальный предприниматель ФИО7, индивидуальный предприниматель ФИО8, индивидуальный предприниматель ФИО9, индивидуальный предприниматель ФИО10, индивидуальный предприниматель ФИО11, индивидуальный предприниматель ФИО12, индивидуальный предприниматель ФИО13, индивидуальный предприниматель ФИО14.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 13 июня 2019 года заявленные требования оставлены без удовлетворения.

Индивидуальный предприниматель ФИО1, не согласился с принятым по делу судебным актом, обратилось в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

ИП ФИО4, ФИО18, ИП ФИО3, ИП ФИО2 представили отзывы на апелляционную жалобу, считают, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению, а решение суда первой инстанции отмене.

Налоговым органом представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Третьи лица в судебное заседание не явились. Надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства путем направления определения, выполненного в форме электронного документа, в соответствии со статьей 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа.

Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru) 01.10.2019, 29.10.2019, что подтверждено отчетом о публикации судебных актов на сайте.

Согласно пункту 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае неявки в судебное заседание лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела, суд рассматривает дело в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Инспекцией Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области (далее - Инспекция, налоговый орган) проведена выездная налоговая проверка индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее - ИП ФИО1, предприниматель, заявитель, налогоплательщик) по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 31.12.2016.

По результатам проверки составлен акт от 20.07.2018 № 13-16/23, в котором отражены выявленные нарушения.

По результатам рассмотрения акта проверки, имеющихся материалов проверки и возражений налогоплательщика, Инспекцией принято решение о привлечении предпринимателя к ответственности за совершение налогового правонарушения от 10.09.2018 № 13-16/32.

Названным решением № 13-16/32 от 10.09.2018 предпринимателю доначислен налог на добавленную стоимость в сумме 70 547 683 руб., налог на доходы физических лиц в сумме 10 784 944 руб., а также начислены пени в связи с неисполнением обязанности по уплате НДС в сумме 20 699 138 руб., пени в связи с неисполнением обязанности по уплате НДФЛ в сумме 2 598 872 руб., а также налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ в виде штрафа за неуплату НДС в сумме 4 792 470 руб., за неуплату НДФЛ в сумме 804 331 руб. (т. 1 л.д. 35-87).

Указанное решение обжаловалось предпринимателем в вышестоящий налоговый орган. Решением Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области от 24.12.2018 № 1385 решение инспекции от 10.09.2018 № 13-16/32 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, отменено в части доначисленной суммы НДФЛ в размере 1 887 018 руб., соответствующих сумм пени и штрафа. В остальной части решение ИФНС России по г. Волжскому Волгоградской области от 10.09.2018 № 13-16/32 оставлено без изменения, апелляционная жалоба ИП ФИО1 – без удовлетворения.

Не согласившись с решением Инспекции от 10.09.2018 № 13-16/32 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в редакции решения УФНС России по Волгоградской области от 24.12.2018 № 1385, Общество обратилось за защитой своих прав в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, пришел к выводу о том, что участие перечисленных индивидуальных предпринимателей в осуществлении деятельности по оптовой продаже кондитерской продукцией носило формальной характер, поскольку фактическое управление финансово-хозяйственной деятельностью всех указанных в решении индивидуальных предпринимателей осуществлялось ИП ФИО1 Индивидуальный предприниматель  ФИО1 и перечисленные взаимозависимые индивидуальные предприниматели фактически выступали в качестве единого хозяйствующего субъекта.

Суд апелляционной инстанции считает выводы суда первой инстанции обоснованными, в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 146 НК РФ объектом налогообложения НДС признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

Из положений пунктов 1 и 2 статьи 153 НК РФ следует, что налоговая база при реализации товаров (работ, услуг) определяется налогоплательщиком в соответствии с главой 21 Кодекса в зависимости от особенностей реализации произведенных им или приобретенных товаров (работ, услуг).

При определении налоговой базы выручка от реализации товаров (работ, услуг), передачи имущественных прав определяется исходя из всех доходов налогоплательщика, связанных с расчетами по оплате указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав, полученных им в денежной и (или) натуральной формах, включая оплату ценными бумагами.

Пунктом 1 статьи 154 НК РФ предусмотрено, что налоговая база при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), если иное не предусмотрено настоящей статьей, определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 40 Кодекса, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения в них налога.

В то же время в силу основных начал законодательства о налогах и сборах, закрепленных в статье 3 Налогового кодекса, каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы. Законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения.

Избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановления N 53) разъяснено, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

На основании пункта 3 названного постановления налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 9 Постановления N 53, установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Таким образом, проявлением недобросовестности может являться создание (выделение) юридического лица (предпринимателя) исключительно для уменьшения налоговой нагрузки без цели ведения фактической предпринимательской деятельности.

Сам по себе факт взаимозависимости налогоплательщика и его контрагентов не является основанием для консолидации их доходов и для вывода об утрате права на применение упрощенной системы налогообложения данными лицами, если каждый из налогоплательщиков осуществляет самостоятельную хозяйственную деятельность.

Вместе с тем налоговый орган не лишен права приводить доказательства, указывающие на направленность действий налогоплательщика и взаимозависимых с ним лиц в обход установленных главой 26.2 Налогового кодекса ограничений в применении упрощенной системы налогообложения как специального налогового режима, предназначенного для субъектов малого и среднего предпринимательства.

На налоговом органе в этом случае лежит бремя доказывания того, что имело место деление по существу единого хозяйствующего субъекта, чья деятельность в силу значительности своего объема фактически не отвечает (перестала отвечать) ограничениям, установленным пунктом 3 статьи 346.12, пунктом 4 статьи 346.13 Налогового кодекса, связанным, в частности, с размером полученного дохода, численностью работников, стоимостью основных средств.

При оценке обоснованности налоговой выгоды судом могут учитываться такие обстоятельства, как: особенности корпоративной структуры (история создания взаимозависимых лиц, причины их реорганизации и др.), практика принятия управленческих решений внутри группы взаимозависимых лиц, использование общих трудовых и производственных ресурсов, особенности гражданско-правовых отношений внутри группы (пункт 4 Обзора практики рассмотрения дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 Налогового кодекса Российской Федерации в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

В рассматриваемом случае суд первой инстанции согласился с доводами налогового органа, что посредством распределения доходов от реализации товаров между взаимозависимыми лицами налогоплательщик создал ситуацию, при которой видимость действий нескольких лиц прикрывала фактическую деятельность одного хозяйствующего субъекта.

Как следует из материалов дела, основанием для вынесения оспариваемого решения послужил вывод налогового органа об использовании ИП ФИО1 "взаимозависимых" индивидуальных предпринимателей для формального разделения дохода от реализации товара между хозяйствующими субъектами с целью выведения части прибыли от налогообложения по общей системе.

Оценив во взаимосвязи представленные участниками процесса доказательства и установленные обстоятельства, суд первой инстанции согласился с позицией налогового органа.

Данные выводы суда первой инстанции судебная коллегия апелляционной инстанции считает обоснованными, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в проверяемом налоговым органом периоде при осуществлении операций по реализации оптом сахаристых и кондитерских изделий, а также при сдаче в наем имущества ИП ФИО1 применял общий режим налогообложения. Кроме того, налогоплательщик оказывал автотранспортные услуги по перевозке грузов, а также розничную торговлю и в отношении данных видов деятельности применял систему налогообложения ЕНВД.

В ходе налоговой проверки установлены взаимоотношения ИП ФИО1 с применяющими упрощенную систему налогообложения (далее - УСНО) индивидуальными предпринимателями - ФИО4, ФИО12, ФИО5, ФИО6, ФИО2, ФИО3, ФИО10, ФИО8, ФИО13, ФИО11, ФИО14, ФИО7 и ФИО9, состоящими с налогоплательщиком в родственных связях, либо являющихся его работниками. Все указанные индивидуальные предприниматели осуществляли один и тот же вид деятельности - оптовую торговлю шоколадом и сахаристыми кондитерскими изделиями.

Наличие родственных связей установлено исходя из представленных в ходе проверки сведений из органов ЗАГС.

По результатам проверки налоговый орган пришел к выводу о том, что взаимоотношения налогоплательщика с указанными индивидуальными предпринимателями носили формальный характер, при этом инициатором и выгодоприобретателем являлся ИП ФИО1, что свидетельствует о взаимозависимости данных лиц и проверяемого налогоплательщика.

Инспекцией в ходе выездной налоговой проверки на основании книг продаж ИП ФИО1 за 2014-2016 годы (т. 23 л.д. 3-60) установлена продажа товара в адрес следующих индивидуальных предпринимателей: ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО10, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО7, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО9, осуществляющих оптовую торговлю кондитерскими изделиями и применяющих УСН с объектом налогообложения - "доходы, уменьшенные на величину расходов".

На основании информации о движении денежных средств по расчетным счетам указанных индивидуальных предпринимателей в банке установлено, что ИП ФИО1 являлся основным поставщиком (более 95%) кондитерских изделий в адрес данных лиц.

Инспекцией на основании информации, из органа записи актов гражданского состояния № 1 администрации городского округа г. Волжский Волгоградской области, а также на основании имеющихся в налоговом органе справок 2-НДФЛ за период с 2014-2016 годы, установлено, что ФИО1 и ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО10, ФИО8, ФИО4, ФИО12 состоят в родственных отношениях (т. 20 л.д. 25-68); ФИО7, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО9 являются работниками ИП ФИО1

Апелляционная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции и налогового органа о том, что ФИО1 и указанные лица являются взаимозависимыми лицами.

Также в ходе проверки налоговым органом исследован вопрос о порядке регистрации указанных выше лиц в качестве индивидуальных предпринимателей.

Исходя из установленных в ходе проверки обстоятельств, налоговым органом сделан вывод о том, что регистрация новых взаимозависимых лиц в качестве предпринимателей осуществлялась в целях выведение части выпадающей выручки ИП ФИО1 в результате прекращения деятельности одними предпринимателями на вновь зарегистрированных взаимозависимых лиц или увеличения объема продаж.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ИП ФИО1 ссылается на то, что большинство указанных лиц зарегистрировались в качестве индивидуальных предпринимателей и осуществляли деятельность с 2005, 2006, 2007 годов и имеют большой стаж предпринимательской деятельности. Некоторые из них зарегистрированы в качестве индивидуального предпринимателя ранее самого ФИО1 (ФИО8), что опровергает вывод налогового органа о регистрации указанных ИП с целью занижения проверяемым налогоплательщиком налогооблагаемой базы и уменьшения налоговых обязательств.

При рассмотрении данного довода апелляционная коллегия исходит из следующего.

Действительно ряд указанных лиц зарегистрированы в качестве индивидуальных предпринимателей в период с 2005 по 2007 годы, а именно ИП ФИО2, ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО12, ФИО4, ФИО10 Вместе с тем, согласно выписки из ЕГРИП ФИО1 (ОГРНИП <***>) зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя Администрацией города Волжского Волгоградской области 20.05.1999 года.

Относительно регистрации ФИО8 судом установлено, что первоначально он был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 12.02.1997 (ОГРНИП <***>) и утратил государственную регистрацию в качестве индивидуального предпринимателя 01.01.2005. Впоследствии, ФИО8 вновь зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя (ОГРНИП <***>) 21.06.2006.

Таким образом, возражения ИП ФИО1 о порядке регистрации указанных лиц в качестве индивидуальных предпринимателей противоречат фактическим обстоятельствам и не опровергают выводов налогового органа.

Также в ходе проверки налоговым органом в качестве свидетелей допрошены указанные индивидуальные предприниматели. В оспариваемом решении налогового органа отражено, что в ходе допросов предпринимателей инспекцией установлено, что все взаимозависимые лица зарегистрированы по инициативе ФИО1 и их деятельность осуществлялась только на условиях, предложенных налогоплательщиком.

ИП ФИО19 в апелляционной жалобе также оспаривает данный вывод налогового органа, как противоречащий фактическим показаниям указанных свидетелей.

В материалы дела представлены протоколы допросов ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО10, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО7, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО9 (т. 5 л.д. 104), из которых усматривается, что указанные предприниматели действительно показали в ходе допросов, что решение о регистрации в качестве индивидуальных предпринимателей приняли самостоятельно.

Вместе с тем, из протокола допроса ФИО12 от 17.05.2018 № 13-16/7371 следует, что при принятии решения все условия осуществления деятельности она обсуждала с ФИО1 и только после того, как предложенные им условия ее устроили, она решила зарегистрироваться в качестве индивидуального предпринимателя (т. 5 л.д. 2-11).

Из показаний свидетеля ФИО4 следует, что решение о регистрации в качестве индивидуального предпринимателя принималось им с учетом того, что условия его деятельности будут аналогичны условиям ФИО12 (протокол допроса от 28.03.2018 № 13-16/7197 – т. 5 л.д. 76-86).

Из протокола допроса индивидуального предпринимателя ФИО13 от 16.05.2018 № 13-16/7369 следует, что решение о регистрации в качестве ИП она приняла совместно со своей хорошей знакомой ФИО14 При этом, ими было учтено то обстоятельство, что мать ФИО19 - ФИО5 прекращала предпринимательскую деятельность и передала им список покупателей. Кроме того, ФИО19 помогал с организацией торговли и предложил свои услуги (транспортные, складские, аренда офиса), на которые ФИО13 согласилась (т. 5 л.д. 17-26).

Аналогичные показания даны свидетелем ФИО14 (протокол допроса от 26.03.2018 № 13-16/7191 (т. 5 л.д. 32-40).

Таким образом, из показаний указанных свидетелей следует, что решение о регистрации в качестве индивидуальных предпринимателей принималось ими с учетом предложенных ИП ФИО19 условий осуществления деятельности, что, по мнению апелляционной коллегии, свидетельствует о том, что именно ФИО19 повлиял на решение указанных лиц о регистрации в качестве ИП.

К показаниям иных допрошенных в качестве свидетелей индивидуальных предпринимателей относительно самостоятельности принятия решения о регистрации в качестве ИП суд апелляционной инстанции относится критически, по причине родственных отношений между проверяемым налогоплательщиком и его контрагентами – индивидуальными предпринимателями.

Также в ходе проверки налоговым органом установлено, что ИП ФИО1 и вышеуказанные индивидуальные предприниматели осуществляли деятельность по одним и тем же адресам с использованием одних и тех же помещений.

Из материалов дела усматривается, что ИП ФИО1 на основании договоров аренды, оформленных с ООО "Плодоовощ", ООО "Булочно-кондитерский комбинат" и ООО "Пульсар" использовал складские помещения, расположенные в Волгоградской области. Часть складских помещений ИП ФИО1 в 2014-2016 годах сдавал вышеуказанным взаимозависимым лицам на основании договоров субаренды (т. 6 л.д. 2-86).

Из протокола допроса свидетеля ФИО20 (водитель-экспедитор) от 20.04.2018 № 13-16/7297 (т. 5 л.д. 119-125) следует, что в складских помещениях одновременно с ИП ФИО1 иные индивидуальные предприниматели не располагались, весь склад был занят продукцией ФИО1, складские помещения не были разделены какими-либо перегородками или сигнальными (полосатыми) лентами. На складе присутствовали только работники ИП ФИО1

Аналогичные показания даны кладовщиком ФИО21 (протокол допроса свидетеля от 19.04.2018 № 13-16/7287 – т. 5 л.д. 126-131).

Свидетелем ФИО22 (кредитный контролер) также подтверждаются показания ФИО21 и ФИО20 Помимо этого, свидетель показала, что обозначенные фамилии индивидуальных предпринимателей ей знакомы, они были в компьютерной программе и значились как поставщики товара в адрес покупателей, указанные предприниматели никакой деятельности не вели, всеми руководил ФИО1 При этом, ФИО8, ФИО7 являлись работниками ИП ФИО1 (протокол допроса свидетеля от 24.05.2018 № 13-16/7340 - т. 5 л.д. 132-137).

Из пояснений работников ИП ФИО1 - водителя-экспедитора ФИО23, грузчиков ФИО24 и ФИО25, следует, что складские помещения не были разделены, товар складировался весь вместе на один склад (протоколы допроса от 11.05.2018 № 15/2/2154, от 19.04.2018 № 325, от 19.04.2018 №134 - т. 18 л.д. 25-41, 66-72).

Также в ходе проверки налоговым органом установлено, что все затраты, связанные с осуществлением деятельности, учитывались в расходах ИП ФИО1, который не предъявлял их в полном объеме взаимозависимым предпринимателям, арендующим у него площади и закупающим у него 80-90% всего товара.

За проверяемый период, по данным расчетного счета, ИП ФИО1 произведено расходов на сумму 16 468 тыс. руб., в том числе аренда площадей - 8182 тыс. руб.; Волгоградэнергосбыт - 3 066 тыс. руб.; Газпромраспределение - 726 тыс. руб.; вывоз отходов - 169 тыс. руб.; услуги связи - 932 тыс. руб.; услуги интернета - 185 тыс. руб.; обслуживание программным обеспечением - 3 208 тыс. руб.

При этом, взаимозависимыми предпринимателями оплачено только 200 тыс. руб. в качестве оплаты за оказание услуг торгового склада и 426 тыс. руб. за аренду помещений.

Налоговым органом установлено, что показатели расходов подконтрольных лиц покрывали менее 10% всех расходов налогоплательщика, при этом они числились работниками ИП ФИО1 или ООО "ТД Соболь", директором которого является ФИО3 - жена ФИО1, либо являлись ближайшими родственниками налогоплательщика.

Кроме того, Инспекцией в ходе проверки установлено, а также подтверждается материалами дела, что между ИП ФИО1 и взаимозависимыми лицами подписаны договоры перевозки, по условиям которых ИП ФИО1 (исполнитель) обязуется по поручению указанных выше индивидуальных предпринимателей (заказчиков) принять, доставить и передать товар (кондитерские изделия) – т. 6 л.д. 125-226.

При этом акты выполненных работ к указанным договорам перевозки не содержат информацию о маршрутах и количестве совершенных рейсов.

Также в ходе проверки установлено, что сдача налоговой отчетности взаимозависимыми предпринимателями производилась через оператора АО "ПФ "СКБ Контур". В документах, представленных оператором по требованию налогового органа, по взаимоотношениям со всеми взаимозависимыми лицами имеются доверенности, выданные ФИО26, на представление документов, необходимых для изготовления квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи, получении квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи, получении сформированных ключей подписи и квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи и подписать копию на бумажном носителе квалифицированного сертификата ключа проверки электронной подписи без права передоверия (т. 17 л.д. 2-134).

По сведениям по форме 2-НДФЛ за 2014-2016 ФИО26 являлась работником (бухгалтером) ИП ФИО1 (т. 55 л.д. 4-6).

Все участники при осуществлении финансово-хозяйственной деятельности использовали одни и те же адреса электронной почты, одинаковый IP-адрес и телефонные номера (27-27-18, 31-82-42), которые указывались в договорах, товарных накладных, доверенностях и прочих документах.

По информации оператора телефонной связи ПАО "Ростелеком", указанные телефонные номера предоставлялись в пользование ИП ФИО1 (т. 20 л.д. 20-24). Расчетные счета ИП ФИО1 и взаимозависимых предпринимателей открыты в одном и том же кредитном учреждении.

В банковском досье взаимозависимых предпринимателей в ряде случаев имеются доверенности, выданные на имя ФИО1 и отозванные в 2014-2015 годах, на открытие расчетного счета, на распоряжение расчетным счетом с правом производить все расчеты, снятия денег со счета, получение документов, закрытие счета. В заявлениях на получение электронного цифрового сертификата взаимозависимые лица просят банк оказывать консультационные услуги в получении электронного цифрового сертификата и соответствующего секретного ключа в Удостоверяющем центре www. authority.ru для своего сотрудника со следующими правами ФИО1 на: создание платежного документа; подпись/отправку платежного документа; запрос выписки; использование для записи ключа ЭЦП электронный носитель смарт-ключ "MS_Key"; право первой подписи (тома 3, 4).

В указанных заявлениях также содержится номер телефона и адрес электронной почты ФИО27 - главного бухгалтера ИП ФИО1 Карточки с образцами подписей оформлены на ФИО1, доверенности на право получения электронного ключа к системе Банк-Клиент выданы ФИО27

Кроме того, в досье имеется письмо ФИО1, адресованное ОАО КБ "РусЮгБанк", в котором последний просит присоединить к своему электронному ключу следующих лиц ИП ФИО3, ИП ФИО12, ИП ФИО5, ИП ФИО6, ИП ФИО8, ИП ФИО10 и ИП ФИО4 (т. 3 л.д. 64).

Также имеется письмо за подписью всех вышеперечисленных лиц, в котором они просят дать возможность дистанционного управления банковскими счетами, открытыми ими в ОАО КБ "РусЮгБанк", ФИО1 (т. 3 л.д. 65).

В досье имеется заключение на установление тарифного плана "Индивидуальный" от клиента ИП ФИО6, в котором имеется графа с наименованием "Вхождение в единую технологическую цепочку, или наличие общего владельца бизнеса, вхождение в формальный (неформальный) холдинг (наименование клиентов и владельцев бизнеса", в которую включены: ИП ФИО1, ИП ФИО8, ИП ФИО4, ИП ФИО12, ИП ФИО5, ИП ФИО10, ИП ФИО3, ИП ФИО8, ИП ФИО13, ИП ФИО11, ИП ФИО14, ИП ФИО7 и ИП ФИО9 (т. 3 л.д. 66-71).

Также в ходе проверки налоговым органом установлено, что денежные средства на расчетные счета взаимозависимых лиц вносятся как лицами, являющимися работниками взаимозависимых индивидуальных предпринимателей, так и работниками ИП ФИО1 - ФИО28, ФИО8, ФИО29, ФИО30

Согласно пояснениям бухгалтера - кассира в 2014-2016 годах ИП ФИО1 - ФИО28 по просьбе индивидуальных предпринимателей ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО10, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО7, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО9 она сдавала выручку в банк на расчетные счета указанных индивидуальных предпринимателей. При этом ФИО28 сообщила, что не является работником указанных индивидуальных предпринимателей и не получала от них вознаграждение за оказанные услуги по сдаче денежных средств в банк (т. 5 л.д. 112-118).

По информации Российского объединения инкассации (РОСИНКАС) Центрального банка Российской Федерации индивидуальные предприниматели ФИО9, ФИО14, ФИО7, ФИО11, ФИО5, ФИО4 сдавали выручку в банк с привлечением инкассаторов. При этом согласно договоров между Российским объединением инкассации (РОСИНКАС) Центрального банка Российской Федерации и индивидуальными предпринимателями ФИО9, ФИО11, ФИО13, указаны ответственные лица по решению вопросов, возникших в процессе исполнения договоров, - ФИО31, ФИО32, ФИО33, соответственно.

При этом по справкам 2-НДФЛ за 2014-2016 годы ФИО31, ФИО32, ФИО33 являются работниками ИП ФИО1.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции установлено следующее.

По пояснениям работника ИП ФИО7 и впоследствии работника ИП ФИО5 - ФИО34, работника ИП ФИО5 - ФИО35, работника ИП ФИО4 - ФИО36, работника ИП ФИО4 и впоследствии работника ИП ФИО11 - ФИО37, работников ИП ФИО12 - ФИО38, ФИО39, ФИО40, работника ИП ФИО8 - ФИО41, работника ИП ФИО4 и впоследствии работника ИП ФИО13 - ФИО42 кадровые и иные вопросы решали с участием ИП ФИО1 или его работников; в случае прекращения деятельности одного индивидуального предпринимателя трудоустраивались к другому индивидуальному предпринимателю, при этом условия труда, оплата и график работы не изменялись (т. 49).

В обоснование апелляционной жалобы ИП ФИО1 указывает на то, что налоговым органом, а также судом первой инстанции показания свидетелей искажены.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции искажения показаний не установлено. Так, из протокола допроса ФИО42 от 06.04.2018 № 268 (т. 49 л.д. 83-85) следует, что он являлся работником ИП ФИО13 и ИП ФИО4 при приеме на работу собеседование проводил супервайзер Дмитрий, он же предложил сменить работодателя. При этом, условия труда не изменились, покупатели товара (торговые точки) не изменились.

Из показаний свидетеля ФИО43 (протокол от 20.02.2018 № 21 – т. 49 л.д. 107-111) следует, что она являлась работником ИП ФИО12 При приеме на работу собеседование проводил ФИО1, решение о ее трудоустройстве принимал ФИО1, деятельностью руководил ФИО1

Из протокола допроса ФИО36 от 15.03.2018 № 1738 (т. 49 л.д. 119-123) следует, что он являлся работником ИП ФИО4 При трудоустройстве собеседование проводил ФИО19 Деятельностью ИП ФИО4 руководил ФИО19

Из показаний свидетеля ФИО35 (протокол допроса от 16.02.2018 № 4840 – т. 49 56-58) следует, что он являлся работником ИП ФИО5 Бухгалтерский учет предпринимателя вела ФИО27

Таким образом, обстоятельства, изложенные в решении суда, соответствуют показаниям свидетелей, полученным в ходе проверки налоговым органом. При этом, тезисное отражение наиболее значимых показаний свидетелей в одном абзаце не свидетельствует об искажении обстоятельств, установленных в ходе налоговой проверки.

Переход работника от одного взаимозависимого индивидуального предпринимателя к другому, а также одновременное совмещение работы у нескольких взаимозависимых лиц подтверждается имеющимися в налоговом органе справками 2-НДФЛ за 2014-2016 годы.

Инспекцией установлено, что ФИО44 в период с 2014 года по январь 2015 года являлся работником ИП ФИО13, с января 2015 года по декабрь 2015 года - ИП ФИО7, с января 2016 года - ИП ФИО9; ФИО42 в период с июля 2016 года по август 2016 года являлся работником ИП ФИО4, с августа 2016 года по ноябрь 2017 года - ИП ФИО13; ФИО37 в период с 2014 года по февраль 2015 года являлся работником ИП ФИО4, с февраля 2015 года по 2016 год - ИП ФИО11; ФИО30 в период с 2014-2016 годы являлся одновременно работником ИП ФИО1 и ИП ФИО4 и в период с октября 2014 года по январь 2015 года - работником Е.Н. ФИО13.

Также в ходе проверки налоговым органом установлено, что взаимозависимые индивидуальные предприниматели использовали единую схему погрузки, разгрузки и доставки товаров покупателям. Взаимоотношения с ИП ФИО1 строились на одних и тех же условиях, формирование партий товара, оформление бухгалтерских документов, погрузка и разгрузка товара, доставка его в адрес конечных покупателей осуществлялась работниками и транспортными средствами, принадлежащими на праве собственности ФИО1 При этом, расходы подконтрольных лиц не покрывали значительной части расходов, понесенных налогоплательщиком. При формировании товарных накладных, как в адрес взаимозависимых предпринимателей, так и в адрес их покупателей у работников ИП ФИО1 имелась информация об ассортименте товара, его количестве и цене.

Из показаний ИП ФИО11 следует, что товарные накладные по ее просьбе оформлялись оператором ФИО32 или другими (работниками ИП ФИО1) находящимися на территории склада и направлялись в адрес покупателя (протокол допроса свидетеля от 27.03.2018 № 13-16/7200 (т. 5 л.д. 87-96).

Форма и условия договоров, подписанных с конечными покупателями как ИП ФИО1, так и взаимозависимыми предпринимателями идентичны. Поставка товара в адрес взаимозависимых лиц осуществлялась налогоплательщиком по ценам закупки или с минимальной наценкой, а реализация товара вышеназванными предпринимателями в адрес покупателей в один и тот же день, в свою очередь, осуществлялась по цене сопоставимой с ценой, установленной ИП ФИО1 в адрес своих конечных покупателей.

Из установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств в их совокупности и взаимной связи усматривается, что ИП ФИО1 и взаимозависимые индивидуальные предприниматели ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО10, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО7, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО9 использовали в проверяемом периоде при осуществлении оптовой продажи кондитерской продукцией одни и те же имущественные объекты и трудовые ресурсы.

При указанных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что ИП ФИО1 и перечисленные взаимозависимые индивидуальные предприниматели фактически выступали в качестве единого хозяйствующего субъекта.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ИП ФИО1 ссылается на то, что несмотря на взаимозависимость проверяемого налогоплательщика и его контрагентов, каждый из контрагентов имел свои штат сотрудников, клиентскую базу, а их деятельность осуществлялась по раздельным сегментам рынка.

Вместе с тем, из приведенных выше показаний свидетелей следует, что кадровые и иные вопросы взаимозависимые индивидуальные предприниматели решали с участием ИП ФИО1 или его работников; при переходе какого-либо работника от одного индивидуального предпринимателя к другому, условия труда, оплата и график работы не изменялись. При этом самостоятельными материальными ресурсами указанные индивидуальные предприниматели не обладали, и при осуществлении деятельности пользовались услугами ИП ФИО45 (аренда складских помещений, офисов, оргтехники, транспортные услуги). Факт того, что каждый индивидуальный предприниматель осуществлял деятельность по конкретному сегменту рынка и имел собственную клиентскую базу не свидетельствует о самостоятельности данных индивидуальных предпринимателей.

Также в обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель ссылается на то, что ИП ФИО1 и взаимозависимые предприниматели занимали различные уровни в иерархии поставок кондитерской продукции, их функции не пересекались и не дублировались.

Вместе с тем, из представленных в материалы дела протоколов допросов свидетеля ФИО46 (директор Центрального потребительского общества Новоаннинского района Волгоградской области), ИП ФИО47, ИП ФИО48, ИП ФИО49, ИП ФИО50, ФИО51 (продавца ИП ФИО52) следует, что указанные лица осуществляли реализацию кондитерских изделий, поставщиками которой являлись как ИП ФИО1 так и взаимозависимые индивидуальные предприниматели. При этом из протоколов допросов следует, что условия поставок были идентичны (т. 49 л.д. 37-46, 65-72, 75-78, 79-82, 125-128, 134-137).

Таким образом, довод предпринимателя о том, что ИП ФИО1 осуществлял поставки продукции крупным оптом, а указанные предприниматели – мелки оптом, в связи с чем их функции не пересекались, опровергается показаниями свидетелей – розничных продавцов.

На основании изложенного апелляционная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и налогового органа о том, что участие вышеуказанных индивидуальных предпринимателей в осуществлении деятельности по оптовой продаже кондитерской продукцией носило формальной характер, поскольку фактическое управление финансово - хозяйственной деятельностью всех вышеуказанных индивидуальных предпринимателей осуществлялось ИП ФИО1

Доводы инспекции о том, что ИП ФИО1 создана схема выведения части выручки из под общей системы налогообложения посредством распределения доходов от реализации товара (кондитерских изделий) на вышеуказанных индивидуальных предпринимателей, применяющих специальный налоговый режим в виде УСН, не опровергнута налогоплательщиком в ходе судебного разбирательства.

Апелляционная коллегия также считает правомерным включение Инспекцией в налоговую базу по НДС и НДФЛ дохода, полученного вышеуказанными индивидуальными предпринимателями, в том числе дохода ИП ФИО12 и ФИО3, полученного от продажи товаров, приобретенных у иных поставщиков.

Доводы заявителя о необоснованном применении Инспекцией расчетного метода определения налоговой базы по НДС и НДФЛ обоснованно не приняты судом первой инстанции, при этом суд обоснованно исходил из следующего.

Инспекцией доход индивидуальных предпринимателей ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО10, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО7, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО9 определен на основании имеющихся выписок по расчетным счетам в банке и фискальных отчетов кассовых аппаратов указанных индивидуальных предпринимателей, что не противоречит действующему законодательству.

При этом общая сумма доходов взаимозависимых индивидуальных предпринимателей за 2014-2016 годы, определенная инспекцией по результатам проверки, меньше общей суммы доходов, отраженных вышеуказанными индивидуальными предпринимателями в декларациях по УСН за 2014-2016 годы.

Инспекцией в ходе выездной налоговой проверки в адрес индивидуальных предпринимателей ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО10, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО7, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО9 направлены требования о представлении документов (информации), подтверждающих понесенные расходы от осуществления предпринимательской деятельности.

Вышеуказанные индивидуальные предприниматели, за исключением индивидуальных предпринимателей ФИО11 и ФИО8, документы (информацию) о произведенных расходах не представили.

Инспекцией на основании документов, полученных от контрагентов вышеуказанных индивидуальных предпринимателей, в том числе контрагентов индивидуальных предпринимателей ФИО3, ФИО12 и ФИО2 учтены расходы по приобретению товара (кондитерских и хлебобулочных изделий) у иных поставщиков.

Налоговым органом с учетом выписок по расчетным счетам в банках учтены расходы индивидуальных предпринимателей ФИО6, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО10, ФИО8, ФИО4, ФИО12, ФИО7, ФИО14, ФИО13, ФИО11, ФИО9 на уплату налогов по УСН, страховых взносов, расходы на выплату заработной платы, банковские расходы, что отражено в оспариваемом решении от 10.09.2018 N 13-16/32 и в приложениях NN 71, 72, 73, 74, 75, 76, 77, 78, 79, 80, 81, 82, 83 к акту проверки.

Также правомерно отклонен судом первой инстанции довод заявителя о необоснованном включении в налоговую базу по НДС и НДФЛ за 2014 год доходов взаимозависимых индивидуальных предпринимателей за 2013 год в общем размере 12 759 641 руб.

Заявителем с дополнением к жалобе в УФНС России по Волгоградской области представлены акты сверки взаимных расчетов и приходно - кассовые ордера, оформленные от индивидуальных предпринимателей ФИО7, ФИО3, ФИО12, ФИО8, ФИО6, ФИО10, ФИО4 в 2014 году, по которым денежные средства в общем размере 12 759 641 руб. за отгруженный в 2013 году товар, получены указанными индивидуальными предпринимателями в 2014 году.

Вместе с тем, инспекцией доход вышеуказанных индивидуальных предпринимателей, в том числе полученный в 2014 году, определен на основании имеющихся в инспекции выписок по расчетным счетам в банке и фискальных отчетов кассовых аппаратов указанных индивидуальных предпринимателей. В связи с чем, поступление денежных средств в кассу индивидуальных предпринимателей ФИО7, ФИО3, ФИО12, ФИО8, ФИО6, ФИО10, ФИО4 в 2014 году подтверждается представленными ИП ФИО1 с дополнением к жалобе актами сверки взаимных расчетов и приходно - кассовыми ордерами, оформленными вышеуказанными индивидуальными предпринимателями, и денежные средства в размере 12 759 641 руб. подлежат учету при определении налоговых обязательств ИП ФИО1 за 2014 год.

Доводы заявителя о необоснованном включении в налоговую базу по НДС и НДФЛ сумм возврата денежных средств по неиспользованным кассовым чекам за 2014-2016 годы в размере 265 989 руб. также правомерно отклонены судом первой инстанции.

С апелляционной жалобой в УФНС России по Волгоградской области в подтверждение возврата денежных средств по неиспользованным кассовым чекам за 2014-2016 годы представлены выписки из журналов кассира-операциониста от ИП ФИО8 на возврат денежных средств в размере 79 930 руб.; от ИП ФИО14 - 147 279 руб.; от ИП ФИО12 - 38 780 руб.

Согласно пунктам 4.2 и 4.3 Типовых правил эксплуатации контрольно - кассовых машин при осуществлении денежных расчетов с населением (далее - Правила), утвержденных Письмом Министерства финансов Российской Федерации от 30.08.1993 N 104, в случае возврата денежных сумм покупателям (клиентам) или ошибки кассира - операциониста составляется акт о возврате денежных сумм покупателям (клиентам) по неиспользованным кассовым чекам по форме N КМ-3 (далее - акт), утвержденной Постановлением Госкомстата Российской Федерации от 25.12.1998 N 132 "Альбом унифицированных форм первичной учетной документации по учету денежных расчетов с населением при осуществлении торговых операций с применением контрольно - кассовых машин".

В акте указывается номер кассового чека, по которому производится возврат, а также сумма денежных средств, подлежащая возврату. На основании акта уменьшается выручка по кассе в конце рабочего дня. Заполненный акт вместе с погашенными чеками, наклеенными на лист бумаги, хранятся вместе с кассовыми документами за данное число. Акт должен быть заверен подписями комиссии, в присутствии которой происходит возврат, в том числе индивидуального предпринимателя и кассира (старшего кассира) индивидуального предпринимателя.

При этом ИП ФИО1 для подтверждения возврата денежных средств по неиспользованным кассовым чекам за 2014-2016 годы не представлены акты о возврате денежных сумм покупателям по форме N КМ-3 с приложением к ним кассовых чеков.

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае отсутствует документальное подтверждение ИП ФИО1 возврата денежных средств по неиспользованным кассовым чекам индивидуальных предпринимателей ФИО8, ФИО14, ФИО12 для уменьшения налоговой базы по НДС и НДФЛ.

С учетом изложенного апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что индивидуальный предприниматель ФИО2, индивидуальный предприниматель ФИО3, индивидуальный предприниматель ФИО4, индивидуальный предприниматель ФИО5, индивидуальный предприниматель ФИО6, индивидуальный предприниматель ФИО7, индивидуальный предприниматель ФИО8, индивидуальный предприниматель ФИО9, индивидуальный предприниматель ФИО10, индивидуальный предприниматель ФИО11, индивидуальный предприниматель ФИО12, индивидуальный предприниматель ФИО13, индивидуальный предприниматель ФИО14 не являлись самостоятельными субъектами предпринимательской деятельности, распоряжающимися своими трудовыми, административными и финансовыми ресурсами; ИП ФИО1 и указанные индивидуальные предприниматели фактически выступали в качестве единого хозяйствующего субъекта.

Однако судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что инспекцией правомерно, с учетом статьи 168 Кодекса доначислен НДС по ставкам 18% и 10%, поскольку оснований для применения в данном случае расчетной налоговой ставки не имеется. ИП ФИО1 не является добросовестным налогоплательщиком, и требование о выделении НДС налогоплательщиком целенаправленно не соблюдено.

Как установлено судами, налоговым органом стоимость фактически реализованных заявителем товаров для целей обложения НДС увеличена на выручку, полученную взаимозависимыми лицами, не являвшимися плательщиками НДС, НДС исчислен дополнительно к цене реализованных товаров по ставке 10 и 18 процентов.

В силу положений пункта 2 статьи 153 и подпункта 2 пункта 1 статьи 162 НК РФ при совершении налогооблагаемых операций сумма НДС определяется исходя из всех поступлений налогоплательщику, связанных с расчетами по оплате реализованных товаров (работ, услуг). При этом на основании пункта 1 статьи 168 НК РФ сумма НДС, исчисленная по соответствующим операциям реализации товаров (работ, услуг), предъявляется продавцом к оплате покупателю.

Таким образом, по общему правилу НДС является частью цены договора, подлежащей уплате налогоплательщику со стороны покупателей.

Из пункта 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.05.2014 № 33 «О некоторых вопросах, возникающих у арбитражных судов при рассмотрении дел, связанных с взиманием налога на добавленную стоимость» (далее - Постановление № 33) следует, что бремя надлежащего учета сумм НДС при определении окончательного размера указанной в договоре цены, ее выделения в расчетных и первичных учетных документах, счетах-фактурах отдельной строкой лежит только на одной из сторон сделки - на продавце как налогоплательщике.

Соответственно, как вытекает из абзаца второго пункта 17 Постановления № 33, в тех случаях, когда соотношение договорной цены и суммы НДС относительно друг друга прямо не определено в договоре и не может быть установлено по обстоятельствам, предшествующим заключению договора, или иным условиям договора, то по общему правилу сумма налога, предъявляемая покупателю продавцом, выделяется последним из указанной в договоре цены, для чего определяется расчетным методом (пункт 4 статьи 164 НК РФ).

Поэтому возможность увеличения цены сделки и дополнительного взыскания сумм НДС с покупателя в случае неправильного учета налога продавцом при формировании окончательного размера цены договора допускается судебной практикой в случаях, когда такая возможность согласована обеими сторонами договора в соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо предусмотрена нормативными правовыми актами (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2018 № 306-КГ18-13128, от 23.11.2017 № 308-ЭС17-9467, от 24.11.2014 № 307-ЭС14-162).

Пунктом 1 статьи 154 НК РФ предусмотрено, что налоговая база при реализации налогоплательщиком товаров (работ, услуг), если иное не предусмотрено настоящей статьей, определяется как стоимость этих товаров (работ, услуг), исчисленная исходя из цен, определяемых в соответствии со статьей 105.3 настоящего Кодекса, с учетом акцизов (для подакцизных товаров) и без включения в них налога.

Вышеприведенные нормы НК РФ подлежат применению с учетом пункта 6 статьи 168 НК РФ, которым установлено, что при реализации товаров населению по розничным ценам соответствующая сумма налога включается в указанные цены.

При таких обстоятельствах является неправомерным исчисление налога по ставке 10 и 18 процентов вместо выделения налога из доходов с применением расчетной ставки 10/110 и 18/118.

Однако неверный вывод суда первой инстанции не привел к неправильному решению и нарушению прав заявителя в силу следующего.

Решением УФНС России по Волгоградской области от 15.11.2019 № 07-11/28233 отменено решение Инспекции от 10.09.2018 № 13-16/32 в части доначисленных налогов при доначислении НДС по ставке 18%; Управление поручило инспекции произвести перерасчет налогов с учетом ставки НДС 18/118, а так же соответствующих сумм штрафных санкций и пени.

В силу статьи 9 Закона Российской Федерации от 21.03.1991 № 943-1 «О налоговых органах Российской Федерации» (далее - Закон о налоговых органах) и пункта 3 статьи 31 НК РФ вышестоящим налоговым органам предоставлено право отменять решения нижестоящих налоговых органов в случае их несоответствия Конституции Российской Федерации, федеральным законам и иным нормативным правовым актам.

Вышестоящий налоговый орган вправе осуществлять контроль за нижестоящими налоговыми органами не только в рамках проведения контрольных налоговых мероприятий, предусмотренных налоговым законодательством (в виде выездных, повторных выездных налоговых проверок, когда проверке подвергается как налогоплательщик, так и полнота мероприятий налогового контроля, осуществленных налоговым органом), но и в порядке подчиненности в рамках контроля за деятельностью нижестоящих налоговых органов (когда оценивается только законность решения налогового органа без участия налогоплательщика).

Данная правовая позиция поддержана определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.10.2017 № 305-КГ17-5672 по делу № А40-101850/2016 .

Решение УФНС России по Волгоградской области от 15.11.2019 № 07-11/28233 не привело к новым доначислениям в отношении предпринимателя (пункт 81 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации»); налогоплательщик реализовал свое право на судебную защиту.

Таким образом, поскольку заявителем оспаривается решение Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области от 10.09.2018 № 13-16/32, действующее в редакции решений Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области от 24.12.2018 № 1385, от 15.11.2019 № 07-11/28233 оснований для изменения решения суда первой инстанции не имеется.

Согласно пункту 5 статьи 79 НК РФ сумма излишне взысканного налога подлежит возврату с начисленными на нее процентами в течение одного месяца со дня получения письменного заявления налогоплательщика о возврате суммы излишне взысканного налога. Проценты на сумму излишне взысканного налога начисляются со дня, следующего за днем взыскания, по день фактического возврата. Процентная ставка принимается равной действовавшей в эти дни ставке рефинансирования Центрального банка Российской Федерации.

Правила, установленные статьей 79 НК РФ, применяются также в отношении возврата сумм излишне взысканных пени (пункт 9 статьи 79 Кодекса).

В случае, если налоговой инспекцией по оспариваемому решению денежные средства были взысканы с налогоплательщика без учета решения Управления от 15.11.2019 № 07-11/28233, излишне взысканный налог и пени будут возвращены предпринимателю с начисленными на них процентами.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о неверном и приблизительном расчете налогового органа, судебная коллегия считает необоснованными, поскольку расчет налоговым органом произведен на основании имеющихся в материалах выездной налоговой проверки первичных документов, данных отраженных в книге продаж предпринимателя, выписок по расчетным счетам в банке и фискальных отчетов кассовых аппаратов указанных индивидуальных предпринимателей. Иного заявителем апелляционной жалобы не доказано.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно отказал ИП ФИО1 в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционная коллегия приходит к выводу, что все имеющие значение для правильного и объективного рассмотрения дела обстоятельства выяснены судом первой инстанции, всем представленным доказательствам дана правовая оценка.

Доводы налогоплательщика, приведенные в апелляционной жалобе, повторяют утверждения, которые являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции, получили соответствующую правовую оценку и обоснованно были отклонены.

Данные доводы не могут служить основаниями для отмены принятого решения, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм права, не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, а по существу сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных обстоятельств по делу.

Судебная коллегия считает, что оснований для отмены решения суда первой инстанции не имеется.

При указанных обстоятельствах, апелляционная жалоба ИП ФИО1 удовлетворению не подлежит.

Доводы налогового органа о необходимости прекращения производства по делу в части, с учётом принятого Управлением Федеральной налоговой службы по Волгоградской области решения от 15.11.2019 № 07-11/28233, суд апелляционной инстанции считает необоснованными, при этом суд учитывает правовую позицию Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 18 Информационного письма от 22.12.2005 N 99 "Об отдельных вопросах практики применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", согласно которой отмена оспариваемого ненормативного правового акта или истечение срока его действия не препятствует рассмотрению по существу заявления о признании акта недействительным, если им были нарушены законные права и интересы заявителя.

В данном случае судом апелляционной инстанции установлено, что оспариваемое решение Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Волжскому Волгоградской области от 10.09.2018 № 13-16/32 на момент его принятия не отвечало требованиям законности и было отменено решением Управления ФНС по Волгоградской области от 15.11.2019 № 07-11/28233 после обращения ИП ФИО1 в арбитражный суд, в связи с чем, нарушало права предпринимателя.

Руководствуясь статьями 268 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 13 июня 2019 года по делу №А12-4599/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции, принявший решение, в порядке, предусмотренном статьями 275-276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий В.В. Землянникова

Судьи О.В. Грабко

А.В. Смирников