Гражданский кодекс часть 1

решением Арбитражного суда Камчатского края от 06.06.2016 (дата объявления резолютивной части решения) общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Авиатор» (далее – ООО «УК «Авиатор», управляющая компания, общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, в настоящее время продленная до 06.08.2018; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 107 18.06.2016.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением (с учетом принятого судом уточнения) о взыскании солидарно с участников должника – ФИО1, ФИО3, ФИО4 17 351 585, 53 рублей убытков. Впоследствии в ходе рассмотрения дела конкурсным управляющим заявлено об отказе от требований, предъявленных к ответчикам ФИО3 и ФИО4

Определением от 12.12.2017 судом принят отказ конкурсного управляющего от требований, предъявленных к ответчикам ФИО3 и ФИО5, производство по заявлению в указанной части прекращено. Заявление ФИО2 о взыскании с ФИО1 в пользу ООО «УК «Авиатор» 17 351 585 рублей 53 копейки убытков удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обжаловал его в апелляционном порядке, настаивая на отмене определения суда от 12.12.2017.

Со ссылкой на положения пункта 11 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакции, действовавшей в период осуществления ФИО1 полномочий руководителя должника, апеллянт указывает, что правом на обращение с заявлением о взыскании убытков с органов юридического лица наделены его учредители, в связи с чем конкурсный управляющий не может заявлять соответствующие требования, в том числе с учетом пропуска ФИО6 срока исковой давности.

Кроме того, заявитель жалобы подчеркивает, что ФИО1 являлся директором управляющей компании в период с 13.09.2010 по 28.05.2012, в связи с чем не может быть отнесен к контролирующему должника лицу применительно к понятию, изложенному в статье 2 Закона о банкротстве.

Помимо этого, ФИО1 отрицает наличие причинно-следственной связи между ненадлежащим исполнением обязанностей директора и возникновением кредиторской задолженности ООО «УК «Авиатор» перед публичным акционерным обществом «Камчатскэнерго» (далее – ПАО «Камчатскэнерго», ресурсоснабжающая организация); перечисление же в период с 02.02.2011 по 05.04.2012 денежных средств с расчетного счета общества в пользу иных лиц было обусловлено необходимостью оплаты хозяйственных расходов действующей управляющей компании.

Апеллянт также указывает, что прекращение производства по делу в отношении ФИО3 и ФИО5 необоснованно освобождает последних от ответственности и нарушает права ФИО1

В судебном заседании заявитель жалобы настаивал на изложенных доводах; неявка в заседание суда иных лиц, участвующих в деле о банкротстве, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не препятствовала коллегии рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав материалы дела, проверив в порядке, предусмотренном статьями 266, 268, 272 АПК РФ правильность применения судом норм материального и процессуального права, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, судебная коллегия считает, что определение суда первой инстанции не подлежит отмене или изменению по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 1 статьи 10 Закона о банкротстве (действовавшей на момент обращения конкурсного управляющего в суд с рассматриваемым заявлением), в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника - унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений Закона о банкротстве, указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

Ответственность, установленная в названной норме закона, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно указанной норме права под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

По смыслу статей 15 и 1064 ГК РФ для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков необходимо доказать совокупность следующих необходимых элементов: наличие и размер убытков, противоправность поведения их причинителя, а также наличие причинно-следственной связи между соответствующим противоправным поведением и убытками. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительными документами.

Согласно пункту 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью), пункту 13.3 Устава ООО «УК «Авиатор» единоличный исполнительный орган общества осуществляет руководство его текущей деятельностью.

Как следует из материалов дела и установлено судом, согласно протоколу собрания участников ООО «УК «Авиатор» от 13.09.2010 с указанной даты обязанности генерального директора управляющей компании возложены на ФИО1 сроком на 5 лет.

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Из содержания пунктов 1, 2 и 5 статьи 44 Закона об обществах с ограниченной ответственностью также следует обязанность единоличного исполнительного органа общества действовать при осуществлении им прав и исполнении обязанностей в интересах общества добросовестно и разумно.

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Абзацем третьим пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ № 62) разъяснено, что при предъявлении иска о взыскании убытков с лица, входящего в состав органов юридического лица, истец в силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Согласно подпункту 5 пункта 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

В соответствии с абзацами 4 и 5 пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Устанавливая недобросовестность действий ФИО1, повлекших причинение убытков ООО «УК «Авиатор» в заявленном конкурсным управляющим размере, суд первой инстанции обоснованно руководствовался частью 4 статьи 69 АПК РФ и принял во внимание, что приговором Елизовского районного суда Камчатского края от 29.01.2015 по делу № 1-3/2015 ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере).

Из отраженных в приговоре от 29.01.2015 обстоятельств уголовного дела № 1-3/2015 следует, что в период с 02.02.2011 по 01.04.2012 ФИО1, используя административно-хозяйственные полномочия по распоряжению имуществом и денежными средствами ООО «УК «Авиатор», в частности, поступившими от потребителей и подлежащими перечислению на расчетные счета ПАО «Камчатскэнерго» коммунальными платежами, умышлено расходовал денежные средства на иные нужды.

Так, согласно заключению № 1501 от 22.10.2012 Экспертно-криминалистического центра Министерства внутренних дел Российской Федерации по Камчатскому краю, в период с 01.02.2011 по 01.04.2012 на счет управляющей компании поступили денежные средства в размере 44 958 169, 55 рублей, из которых 26 445 350, 91 рублей собрано с жильцов находящихся в управлении общества многоквартирных домов в счет оплаты жилищно-коммунальных услуг, в том числе 18 230 939, 73 рублей - по статьям «отопление и ГВС», «ГВС», «ГВС по счетчику», «ГВС со», «отопление», «отопление по счетчику». При этом в указанный период коммунальный ресурс, поставщиком которого выступало ПАО «Камчатскэнерго», оплачен обществом лишь на сумму 879 354, 20 рублей, в связи с чем задолженность по оплате составила 17 351 585, 53 рублей. Остальные имеющиеся на счету должника денежные средства были перечислены, в том числе на выплату заработной платы директору, а также оплату по гражданско-правовым договорам с третьими лицами.

Вследствие указанных виновных действий ФИО1 как единоличного исполнительного органа управляющей компании должник не исполнил обязательства перед ресурсоснабжающей организацией, что повлекло формирование кредиторской задолженности, взысканной, в том числе, постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2013 по делу № А24-3957/2012 (50 696 145,92 рубля за период с февраля 2011 года по май 2012 года).

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции считает подтвержденной совокупность условий, необходимую для привлечения бывшего руководителя должника к ответственности в виде возмещения убытков в заявленном конкурсным управляющим размере, отклоняя как необоснованные доводы апеллянта о недоказанности причинно-следственной связи между недобросовестными действиями ФИО1 и возникновением задолженности ООО «УК «Авиатор» перед ПАО «Камчатскэнерго».

Возражая против требований конкурсного управляющего должником, заявитель жалобы со ссылкой на пункт 11 статьи 10 Закона о банкротстве указал на невозможность отнесения ФИО1 к контролирующему должника лицу с учетом срока осуществления им полномочий директора управляющей компании, а также на отсутствие у конкурсного управляющего права на обращение с заявлением о взыскании убытков с органов юридического лица.

Между тем, апеллянтом не учтено, что выявление признаков контролирующего должника лица необходимо при предъявлении к такому лицу требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Исходя из этого, учитывая, что предметом настоящего обособленного спора является требование конкурсного управляющего о взыскании убытков (статья 15 ГК РФ), предъявленное к ФИО1 в связи с недобросовестным исполнением им обязанностей единоличного исполнительного органа общества (при осуществлении административно-хозяйственных и организационно-распорядительных функций вопреки интересам общества), наличие у ФИО1 признаков контролирующего лица, а также возникновение у общества вследствие действий ФИО1 неблагоприятных последствий в виде несостоятельности (банкротства) судом не рассматривались как не имеющие правового значения.

Одновременно коллегия отмечает ошибочность суждения апеллянта об отсутствии у ФИО2 права на обращение в суд как с рассматриваемым заявлением, так и с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. Соответствующие полномочия конкурсного управляющего закреплены пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве.

При этом, как обоснованно указано судом первой инстанции со ссылкой на абзац 2 пункта 10 Постановления Пленума ВАС РФ № 62, поскольку настоящее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом (в лице конкурсного управляющего должником, осуществляющего в силу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве полномочия руководителя должника), срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда ФИО2 мог узнать о нарушении прав должника действиями ФИО1, то есть не ранее даты открытия решением суда от 06.06.2016 (дата объявления резолютивной части) конкурсного производства. Учитывая, что настоящее заявление подано в арбитражный суд 14.12.2016, заявителем соблюдены положения статей 196 и 200 ГК РФ об общем трехлетнем сроке исковой давности

Коллегия также не усматривает нарушения прав ФИО1 принятым судом первой инстанции отказом ФИО2 от требований к ФИО3 и ФИО4

По правилам части 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Отказ от иска является безусловным правом истца, которое вытекает из конституционно значимого принципа диспозитивности. Указанный принцип, в частности, означает, что процессуальные отношения в гражданском судопроизводстве возникают, изменяются и прекращаются, главным образом, по инициативе непосредственных участников спорного материального правоотношения, имеющих возможность с помощью суда распоряжаться своими процессуальными правами, а также спорным материальным правом (Постановление Конституционного Суда РФ от 26.05.2011 № 10-П, пункт 25 Постановления Пленума ВАС РФ от 18.07.2014 № 50 «О примирении сторон в арбитражном процессе»).

Ограничение такого права истца установлено частью 5 статьи 49 АПК РФ, согласно которой арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц.

Учитывая, что требования конкурсного управляющего предъявлено к ФИО1 как к единоличному исполнительному органу (директору) управляющей компании, при том, что ФИО3 и ФИО4 соответствующих полномочий не исполняли, у суда первой инстанции не имелось оснований для отказа в принятии заявленных ФИО2 уточнении требований.

Таким образом, доводы апелляционной жалобы не нашли своего подтверждения и не опровергают выводы суда первой инстанции, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исследованным судом первой инстанции, дана надлежащая правовая оценка по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, выводы суда первой инстанции соответствуют материалам дела и действующему законодательству.

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку в соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба по данной категории дел не облагается государственной пошлиной, уплаченная апеллянтом государственная пошлина подлежит возврату ФИО1 из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Камчатского края от 12.12.2017 по делу А24-3898/2015 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины, ошибочно уплаченной по чеку-ордеру от 20.12.2017 (операция 128).

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Е.Н. Шалаганова

Судьи

Л.А. Мокроусова

ФИО7