Гражданский кодекс часть 1

по заявлению уполномоченного органа - Федеральной налоговой службы
о признании открытого акционерного общества «Камчатцемент» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом),

рассмотрение заявления конкурсного управляющего должника ФИО1 о привлечении контролирующих должника лиц - ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 40489361,96 рублей

при участии:

конкурсный управляющий ОАО «Камчатцемент» ФИО1 лично, паспорт;

иные участники дела о банкротстве не явились, извещены.

УСТАНОВИЛ:

Определением суда от 17.02.2016 по заявлению ФНС России в лице УФНС России по Камчатскому краю в отношении открытого акционерного общества «Камчатцемент» (далее - ОАО «Камчатцемент», должник). введена процедура наблюдения сроком на четыре месяца; временным управляющим должника утвержден ФИО1.

Решением суда от 07.07.2016 ОАО «Камчатцемент» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Определением от 07.07.2016 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО1 обратился в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц - ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 (членов Совета директоров ОАО «Камчатцемент») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 40 489 361,96 рублей (с учетом уточнения от 13.06.2017).

Заявление обосновано ссылками на статью 2, пункт 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в ред. ФЗ № 222-ФЗ, далее - Закон о банкротстве), статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и статьи 3, 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее - Закон об акционерных обществах).

Определением суда от 25.08.2017 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего и привлечении контролирующих лиц должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано.

Не согласившись с определением суда от 25.08.2017, конкурсный управляющий обратился с апелляционной жалобой об его отмене как незаконного и необоснованного. Считал доказанной совокупность обстоятельств для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за доведение финансово стабильного предприятия до банкротства. Указал на нарушение принципа состязательности и равноправия участников процесса, применение утративших силу норм материального права. Полагал, что судом не дана оценка позиции уполномоченного органа.

В заседание арбитражного суда апелляционной инстанции, за исключением конкурсного управляющего должника, представители иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе с учетом публикации необходимой информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие по правилам статьи 156 АПК РФ.

Исследовав и оценив материалы дела, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что определение не подлежит отмене в силу следующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Основания и порядок привлечения к субсидиарной ответственности руководителя и (или) учредителей (участников) должника в случае нарушения ими положений действующего законодательства, повлекшего причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, предусмотрены нормами статьи 10 Закона о банкротстве (утратила силу в связи с принятием Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, однако в силу пункта 3 статьи 4 данного Закона привлечение к субсидиарной ответственности по новым правилам производится по заявлениям, поданным с 01.07.2017, а потому новый Закон к рассматриваемому заявлению не применятся).

При разрешении спора суд правомерно руководствовался нормами Закона о банкротстве в редакции Федеральных законов от 28.06.2013 № 134-ФЗ, от 23.06.2016 № 222-ФЗ, учитывая дату вменяемого ответчикам нарушения, дату обращения конкурсного управляющего в суд и общие правила действия закона во времени (статья 4 ГК РФ).

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, в том числе по вине руководителя должника, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

При наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника в связи с доведением его до банкротства. Размер ответственности лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, в данном случае определяется, исходя из разницы между размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и денежными средствами, вырученными от продажи имущества должника (пункт 5 статьи 129 Закона о банкротстве).

Для привлечения лица к субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, необходимо установить наличие у этого лица права давать обязательные для должника указания либо возможности иным образом определять его действия; совершение им действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием указанным лицом своего права и (или) своих возможностей в отношении должника и наступившими последствиями в виде банкротства должника.

Таким образом, привлечение к субсидиарной ответственности допустимо при доказанности следующих обстоятельств: наличие у лица права давать обязательные для должника указания либо возможности иным образом определять его действия; совершение контролирующим лицом действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием указанным лицом своего права и (или) своих возможностей в отношении должника и наступившими последствиями в виде банкротства должника.

При недоказанности хотя бы одного из вышеперечисленных обстоятельств (условий ответственности) требование о привлечении соответствующего лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворению не подлежит.

В пункте 22 постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть 2 пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является вина названных лиц в банкротстве должника и бремя доказывания вины ответчика в банкротстве должника возлагается на заявителя.

Ответственность, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на ответчика обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 ГК РФ.

Согласно протоколу заседания совета директоров от 09.01.2013 по состоянию на указанную в нем дату ФИО3, ФИО4 и ФИО5 входили в состав совета директоров ОАО «Камчатцемент», председателем которого являлся ФИО2 Исходя из буквального толкования статьи 2 Закона о банкротстве, с учетом положений статей 64, 65 Закона об акционерных обществах члены совета директоров хозяйственного общества являются контролирующими должника лицами и могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование своих доводов конкурсный управляющий ссылается на проведенную в отношении ОАО «Камчатцемент» выездную налоговую проверку, результаты которой оформлены актом от 27.05.2013 № 14-20/08, полагая, что в мае 2013 года совет директоров, как орган управления обществом, знал о наличии задолженности перед налоговым органом в размере 45 859 783 рубля и о том, что непринятие мер управленческого, организационного и финансового характера, которые он обязан принять в данной ситуации в соответствии со своими полномочиями, а также невыплата указанной суммы в бюджет, неминуемо приведет к банкротству.

Вступившим в законную силу определением суда от 24.11.2016 по заявлению уполномоченного органа бывший руководитель должника ФИО6 привлечена к субсидиарной ответственности по непогашенным должником обязательным платежам (за период с 16.01.2014 по 19.01.2016) в размере 5 969 868,40 рублей за неисполнение обязанности по подаче заявления должника, предусмотренной пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В ходе рассмотрения вопроса о наличии оснований для привлечения бывшего руководителя к ответственности суд первой инстанции установил, что решением ФНС от 28.06.2013 № 14-20/09184 должника привлечен к ответственности за совершение налогового правонарушения в виде взыскания штрафа в размере 5 827 792 рубля, ему доначислены налоги в сумме 32 941 429 рублей и пени в сумме 5 501 751 рубль; впоследствии должнику выставлено требование об уплате обязательных платежей от 27.08.2013 № 2610 (срок исполнения 16.09.2013). В связи с чем судом сделан вывод о том, что, исходя из установленного срока уплаты по требованию от 27.08.2013 № 2610, должник стал отвечать признакам неплатежеспособности с 16.12.2013, а не позднее 16.01.2014 руководителю необходимо было обратиться в суд с заявлением должника.

Согласно статье 66 Закона об акционерных обществах, если годовое общее собрание акционеров не было проведено в сроки, установленные пунктом 1 статьи 47 настоящего Федерального закона, полномочия совета директоров (наблюдательного совета) общества прекращаются, за исключением полномочий по подготовке, созыву и проведению годового общего собрания акционеров. В силу пункта 7.2 устава ОАО «Камчатцемент» члены совета директоров избираются общим собранием акционеров на срок до следующего годового общего собрания акционеров. Если годовое общее собрание акционеров не было проведено в установленные сроки, полномочия совета директоров общества прекращаются, за исключением полномочий по подготовке, созыву и проведению годового общего собрания акционеров.

В соответствии с абзацем 3 пункта 1 статьи 47 Закона об акционерных обществах годовое общее собрание акционеров проводится в сроки, устанавливаемые уставом общества, но не ранее чем через два месяца и не позднее чем через шесть месяцев после окончания отчетного года. Состав совета директоров определяется решением годового общего собрания акционеров.

В отсутствие проведенного по итогам 2012 года годового собрания акционеров ОАО «Камчатцемент» в срок до 30.06.2013 (предельный срок его проведения) по вопросам об избрании совета директоров общества, следует признать, что полномочия совета директоров, начиная с 01.07.2013, фактически прекратились, а потому по состоянию на 16.12.2013 – дату возникновения у должника признаков неплатежеспособности и позднее, в 2014-2015 годах ответчики не являлись членами совета директоров ОАО «Камчатцемент». Иное из материалов дела не следует.

Протокол заседания совета директоров от 09.01.2013 составлен до установленного абзацем 3 пункта 1 статьи 47 Закона об акционерных обществах срока проведения годового собрания акционеров (не ранее 01.02.2013), а потому доводы конкурсного управляющего о том, что совет директоров в указанном составе в 2013-2015 годах осуществлял руководство деятельностью должника, не подтверждает.

Следовательно, не доказано, что они по состоянию на момент возникновения у должника признаков банкротства и позднее по смыслу статьи 2 Закона о банкротстве являлись контролирующими должника лицами.

Далее, в обоснование заявления о привлечении членов Совета директоров к ответственности конкурсный управляющий сослался на их неграмотное руководство предприятием, поскольку, несмотря на наличие полученной в 2013 году значительной выручки, которая позволила бы погасить задолженность перед бюджетом, должник фактически прекратил хозяйственную деятельность.

Полномочия совета директоров общества установлены в статье 8 Устава ОАО «Камчатцемент», в частности, в компетенцию совета директоров входит решение вопросов общего руководства деятельностью общества, за исключением вопросов, отнесенных к компетенции собрания акционеров.

Заявляя требование о привлечении к субсидиарной ответственности членов совета директоров должника, как лиц, его контролирующих, конкурсный управляющий должен доказать, что своими действиями ответчики довели должника до банкротства, то есть до финансовой неплатежеспособности; до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев, с даты, когда они должны были быть исполнены (пункт 2 статьи 3 Закона о банкротстве).

Коллегией учтено, что по смыслу статьи 71 Закона о банкротстве контролирующие должника лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием).

В соответствии с разъяснениями изложенными в пункте 1 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Вместе с тем, указанные обстоятельства конкурсным управляющим не доказаны и из материалов дела не следуют. В частности, не представлено доказательств того, что именно принятые Советом директоров решения привели к банкротству предприятия, как не представлены доказательства, свидетельствующие о взаимосвязи образования кредиторской задолженности предприятия с действиями (бездействиями) членов совета директоров. Также не представлено достаточных доказательств того, что именно непроведение очередного годового общего собрания акционеров должника в 2013 году и в последующем привело к банкротству предприятия.

Доводы конкурсного управляющего о том, что с одобрения ответчиков в 2010 году совершены сделки по продаже имущества должника, что в свою очередь привело к банкротству предприятия, носят предположительный характер и не подтверждены материалами дела. Само по себе заключение сделок в пользу заинтересованных лиц не подтверждает уменьшение имущества должника или увеличение размера имущественных требований, факт уменьшения имущества должника вследствие заключения спорных сделок подлежал доказыванию в настоящем обособленном споре. Помимо этого сделки не оспорены и не признаны недействительными в установленном законом порядке (как по корпоративным основаниям – по мотиву совершения в пользу заинтересованного лица, так и специальным банкротным – по мотиву совершения по заведомо нерыночным ценам, в целях исключения из конкурсной массы ликвидного имущества и причинения вреда имущественным правам кредиторов).

Наряду с изложенным, конкурсным управляющим не представлено доказательств в отношении каждого из указанных в заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности лиц о принятых ими решениях и конкретных действиях, которые, по мнению заявителя, вызвали несостоятельность (банкротство) юридического лица.

Доводы конкурсного управляющего о том, что судом не исследованы все обстоятельства дела, дана ненадлежащая оценка представленным по делу доказательствам, а выводы суда, положенные в основу оспариваемого судебного акта, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нарушают действующие нормы права, не нашли своего подтверждения.

Иное толкование заявителем положений законодательства не свидетельствует о неправильном применении судом норм права. В частности, ссылаясь на ошибочное применение судом утратившего силу пункта 3 статьи 56 ГК РФ, конкурсный управляющий не учитывает, что хотя Федеральным законом от 05.05.2014 № 99-ФЗ с 01.09.2014 статья 56 ГК РФ изложена в новой редакции, из нее исключен пункт 3, предусматривающий ответственность членов коллегиальных органов юридического лица и иных лиц, определяющих действия юридического лица, но положения Федерального закона № 99-ФЗ применяются к правоотношениям, возникшим после дня вступления в силу указанного Федерального закона, в связи с чем, учитывая, что вменяемые в вину совету директором нарушения имели место в 2013 году, к сложившимся правоотношениям применяются положения ГК РФ в ранее действовавшей редакции и, в том числе, пункт 3 статьи 56 ГК РФ.

В обоснование жалобы конкурсный управляющий сослался на отступление судом от гарантированных статьями 8,9 АПК РФ принципов равноправия сторон и состязательности процесса. Апелляционный суд, исследовав обжалуемый судебный акт, пришел к выводу, что суд первой инстанции при вынесении определения по данному обособленному спору не допустил нарушений процессуальных прав конкурсного управляющего, норм арбитражного процессуального законодательства Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности и равноправия сторон. Иных нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При таких обстоятельствах основания для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при обжаловании данного определения не предусмотрена, соответственно, госпошлина, уплаченная конкурсным управляющим, на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит возврату из федерального бюджета как ошибочно уплаченная.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Камчатского края от 25.08.2017 по делу №А24-73/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить конкурсному управляющему ФИО1 из федерального бюджета 3000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе, уплаченной по платежному поручению от 01.09.2017 № 33.

Выдать справку на возврат государственной пошлины.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение одного месяца.

Председательствующий

Н.А. Скрипка

Судьи

К.П. Засорин

Л.А. Мокроусова