Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на определение от 11.04.2018 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Умыскова Н.Г.) и постановление от 19.07.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Кудряшева Е.В., Логачёв К.Д., Фролова Н.Н.) по делу № А27-6642/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Энергоуголь» (650024, <...>,

ИНН <***>, ОГРН <***>), принятые по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (Свердловская область, город Асбест) о включении требования в размере 152 575 890 рублей 41 копейки в реестр требований кредиторов общества

с ограниченной ответственностью «Энергоуголь».

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО3, Федеральная служба по финансовому мониторингу в лице Межрегионального управления

Федеральной службы по финансовому мониторингу по Сибирскому Федеральному округу.

В заседании принял участие представитель индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО4 по доверенности от 25.12.2017.

Суд установил:

определением от 28.11.2017 Арбитражного суда Кемеровской области в отношении общества с ограниченной ответственностью «Энергоуголь» (далее – ООО «Энергоуголь», общество, должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО5

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2, предприниматель, кредитор) 29.12.2017 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требования

в размере 152 575 890 рублей 41 копеек, в том числе 135 000 000 рублей основного долга и 17 575 890 рублей 41 копейки процентов за пользование займом, в реестр требований кредиторов должника.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, Федеральная служба по финансовому мониторингу (Росфинмониторинг) в лице Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Сибирскому Федеральному округу.

Определением суда от 11.04.2018, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 19.07.2018, в удовлетворении заявления ИП ФИО2 отказано.

Предприниматель в кассационной жалобе просит их отменить и принять новый судебный акт, которым заявленное требование признать обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов должника в полном объёме.

По мнению подателя жалобы, выводы судов о том, что заявленное требование кредитора носит корпоративный характер финансирования участником деятельности общества являются неправомерными, исходя

из того, что выданные Еремеевым В.В. займы должнику не имеют отношения к обращению директора ООО «Энергоуголь» Данилко И.Н. с просьбой

о предоставлении кредита, поскольку все договоры займов с ФИО3 были заключены ранее и носили возмездный характер, что свидетельствует о разумных экономических мотивах. Это подтверждает, что займодавец

не имел намерений участвовать в капитале должника. Судами не принято

во внимание, что получение в качестве займа денежных средств отражалось в бухгалтерской, финансовой и налоговой отчётности. Кроме того,

у ООО «Энергоуголь» отсутствовала прибыль в предшествующем

и рассматриваемом периоде, что влечёт невозможность получения дивидендов участником и свидетельствует об отсутствии оснований

для квалификации договоров займа мнимыми или притворными сделками, а отношения, имеющими статус корпоративных. Необходимость

в исследовании источника формирования у ФИО3 денежных средств сумме 135 000 000 рублей отсутствовала, поскольку передача их в заём подтверждалась платёжными поручениями, в которых имеется прямая ссылка на договоры займов, что подтверждает реальность сделки

и финансовые возможности займодавца.

В судебном заседании представитель предпринимателя поддержал доводы, приведённые в кассационной жалобе.

Проверив в соответствии со статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между ФИО3 (займодавец) и ООО «Энергоуголь» (заёмщик) заключены договор от 29.07.2014 № 1 о передаче в заём средств в размере

с уплатой 18 процентов годовых; договор от 04.08.2014 № 1 о передаче

в заём средств в размере 58 000 000 рублей до 30.06.2018 с уплатой

Сумма задолженности ООО «Энергоуголь» по четырём договорам займа по состоянию на 20.11.2017, уступленная ИП ФИО2 по договорам уступки права требования от 01.03.2017, составила 152 575 890 рублей

Обращаясь в суд с настоящим требованием, предприниматель указал

на неисполнение ООО «Энергоуголь» обязательств по возврату заёмных денежных средств и уплате процентов на сумму займа.

Отказывая во включении требования кредитора в реестр требований кредиторов ООО «Энергоуголь», суд первой инстанции указал

на корпоративный характер предоставления ФИО3 денежных средств при наличии у него противоправной цели уменьшения в интересах аффилированных с должником лиц количества голосов, приходящихся

на долю независимых кредиторов.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции, сославшись на отсутствие разумных экономических мотивов предоставления займа должнику.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов соответствуют нормам законодательства и фактическим обстоятельствам дела.

Согласно положениям статьи 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в ходе наблюдения требования кредиторов рассматриваются судом для проверки

их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут

быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В рассматриваемом случае факт предоставления ФИО3 должнику денежных средств подтверждён допустимыми доказательствами, в частности, платёжными поручениями.

Вместе с тем судами установлено, что ФИО3 является участником общества с долей в уставном капитале размере 45 процентов.

Действующее законодательство о банкротстве не относит к конкурсным кредиторам учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия, поскольку характер обязательств этих лиц непосредственно связан с их ответственностью за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей.

Обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия (далее - корпоративные обязательства), носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных

с его деятельностью.

Как следствие, требования таких лиц по корпоративным обязательствам не подлежат включению в реестр требований кредиторов.

Безусловно, сама по себе выдача займа участником должника не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

В то же время, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать заёмные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, признав за спорным требованием статус корпоративного (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556).

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на то, что требование участника вытекает из факта его участия

в обществе, признанном банкротом, на такого участника переходит бремя по опровержению соответствующего довода (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017), утверждённый Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017).

В настоящем обособленном споре судами установлено, что займы были предоставлены участником на ведение хозяйственной деятельности созданного общества до 30.06.2018 ввиду недостаточности у него денежных средств. Косвенным доказательством отсутствия денежных средств является письмо ООО «Энергоуголь» от 29.09.2014, направленное в адрес акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный банк»,

из которого следует, что у общества имеется потребность в дополнительном финансировании в размере 670 000 000 рублей. Также должником

для осуществления хозяйственной деятельности были привлечены

иные заёмные средства, требования кредиторов по которым были включены в реестр требований кредиторов ООО «Энергоуголь».

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734 (4, 5), в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесённого ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования.

Предоставляя подобное финансирование в тяжёлый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной

обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчётов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им),

поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала (определение Верховного Суда Российской Федерации

от 21.02.2018 № 310-ЭС17-17994 (1, 2).

Учитывая, что установленные судами обстоятельства свидетельствуют о предоставлении ООО «Энергоуголь» денежных средств в форме займа с намерением ФИО3 как участника общества временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника, суды правомерно переквалифицировали заёмные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, признав за прикрываемым требованием статус корпоративного.

Принимая во внимание, что характер требования кредитора, основанного на договорах уступки прав требования по договорам займа, также являются докапитализацией должника путём предоставления финансирования посредством приобретения прав требования третьего лица к должнику, суд кассационной инстанции считает, что спорное требование также является внутрикорпоративным и оно не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов и не подлежит включению в реестр. Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выражают несогласие

её заявителя с выводом судов о корпоративном характере отношений по финансированию им деятельности должника, не указывают на неправильное применение судом положений законодательства о проверке обоснованности требований кредиторов и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 11.04.2018 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 19.07.2018 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-6642/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий

двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий В.А. Лошкомоева

Судьи М.Ю. Бедерина

ФИО1