Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Денека И.М. и Мацко Ю.В., в отсутствие в судебном заседании участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Кузбасский завод горношахтного оборудования» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.10.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 по делу № А32-56206/2019 (Ф08-4669/2022), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Торговый дом "ПромТехника"» (далее – должник) ООО «Кузбасский завод горношахтного оборудования» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением
о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в общем размере 18 271 719 рублей 74 копеек.

Определением суда от 29.10.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 18.03.2022, в удовлетворении заявления общества о включении в реестр требований кредиторов отказано. Суды пришли к выводу о непредставлении заявителем в условиях аффилированности доказательств реальности правоотношений.

В кассационной жалобе общество просит отменить судебные акты. По мнению заявителя жалобы, вывод судов о непредставлении первичной документации, обосновывающей заявленные требования, не соответствует действительности. У общества отсутствовали основания для сомнений в правомочности действительности сделки по договору уступки права требования. Договоры уступки права требования подтверждали наличие обязательств должника перед обществом, возникшие в результате исполнения за должника по просьбе должника обязательств в пользу третьих лиц. Кроме того, суды не приняли во внимание тот факт, что при составлении должником платежных поручений допущена ошибка. Наличие в договорах подряда условия о том, что подрядные работы могли быть выполнены непосредственно подрядчиком, не противоречит ни одному из обязательств, изложенных обществом.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника просит оставить судебные акты без изменения, указывая на их законность и обоснованность.

ООО «Кузбасский завод горношахтного оборудования» заявило ходатайство об отложении судебного заседания. Согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неявка в судебное заседание арбитражного суда кассационной инстанции лица, подавшего кассационную жалобу, и других лиц, участвующих в деле, не может служить препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие, если они были надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства. Таким образом, нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не требуют обязательного присутствия участвующих в деле лиц в суде кассационной инстанции. Заявитель жалобы извещен о судебном заседании на 25.05.2022, что в том числе подтверждается и содержанием ходатайства. Новые доказательства по делу суд кассационной инстанции принимать и исследовать не вправе. Доводы, по которым заявитель жалобы не согласен с судебными актами, достаточно подробно изложены в тексте кассационной жалобы. Неявка в судебное заседание участвующих в деле лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания и явка которых судом признана необязательной, не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие. При таких обстоятельствах отсутствуют основания для отложения судебного заседания.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 08.07.2020 заявление
ООО «Шахта "Грамотеинская"» признано обоснованным, в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО1

В ходе наблюдения общество обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника, ссылаясь на то, что должник ненадлежащим образом осуществлял обязанность по погашению задолженности, возникшей из договора субподряда, договоров уступки прав требований и договоров займа.

В обоснование заявленного требования общество ссылается на наличие задолженности в сумме 18 271 719 рублей 74 копейки, которая основана на следующих договорах: 1) договор уступки права требования от 21.06.2018 № 54-18/1 о покупке долга, согласно которому общество купило долг должника перед ООО «Технология ремонта» на сумму 42 740 453 рубля 54 копейки; 2) договор субподряда от 13.02.2018 № 6-18/ПР на сумму 9 886 603 рубля 67 копеек; 3) договор уступки права требования от 19.03.2019
№ 1-19/УПТ на сумму 26 617 651 рубля; 4) договор уступки права требования
от 01.10.2019 № 2-19/УПТ на сумму 82 591 рубль; 5) договор уступки права требования
от 30.11.2019 № 3-19/УПТ на сумму 1 121 242 рубля 52 копейки; 6) договор уступки права требования от 31.03.2020 № 1-20/УПТ на сумму 28 650 рублей; 7) договор уступки права требования от 23.04.2020 № 2-20/УПТ на сумму 55 226 рублей 27 копеек; 8) договор уступки права требования от 22.05.2020 № 3-20/УПТ на сумму 48 268 рублей 45 копеек;
9) договор уступки права требования от 29.05.2020 № 4-20/УПТ на сумму
14 325 рублей; 10) договор уступки права требования от 03.07.2020 № 5-20/УПТ на сумму
542 863 рубля 27 копеек. Задолженность должника перед обществом составила
54 786 400 рублей 23 копейки, однако с учетом уменьшения данной задолженности на
36 514 680 рублей 49 копеек на основании заключенных сторонами договоров займа
от 27.12.2017 № 1-17, от 08.02.2018 № 6 и № 7, договора субподряда от 13.02.2018 № 6-18, договора поставки от 01.03.2018 № 43-18/КПТ, письма от 06.09.2018 б/н, договоров займа от 22.04.2019 № 8, от 18.07.2019 № 07-19/3, от 25.07.2019 № 13-19/3, письма от 05.07.2019 б/н, договоров займа от 19.09.2019 № 74-19/3, от 18.10.2019 № 98-19/3, от 08.11.2019
№ 118-19/3, от 14.02.2020 № 13-20/3 сумма задолженности составила
18 271 719 рублей 74 копейки.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в порядке статей 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ
«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35), в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, в деле о банкротстве включение задолженности в реестр требований кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях данного закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признается лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Суды установили, что общество и должник выступают заинтересованными по отношению друг к другу лицами, поскольку согласно выпискам из ЕГРЮЛ участником общества является ФИО2, которая также является участником должника с долей участия равной 62,5%.

Суды верно отметили, что наличие заинтересованности само по себе об отказе во включении требований не свидетельствует, однако является основанием для применения повышенного стандарта доказывания, что отражено в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020 (далее – Обзор). Применение повышенного стандарта доказывания заключается в том, что аффилированный кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе, повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6), от 11.09.2017
№ 301-ЭС17-4784, от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788 (2)), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. В связи с этим основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления № 35).

Суды установили, что первичная документация представлена заявителем в отношении договора уступки права требования от 21.06.2018 № 54-18/1 (требование
ООО «Технология ремонта» из договора оказания услуг, полученное по цессии) и договора субподряда от 13.02.2018 № 6-18/ПР, в то время как в отношении договоров уступки права требования от 19.03.2019 № 1-19/УПТ, от 01.10.2019
№ 2-19/УПТ, от 30.11.2019 № 3-19/УПТ, от 31.03.2020 № 1-20/УПТ, от 23.04.2020
№ 2-20/УПТ, от 22.05.2020 № 3-20/УПТ, от 29.05.2020 № 4-20/УПТ, от 03.07.2020
№ 5-20/УПТ первичная документация не представлена и не систематизирована.

Суды отметили, что, несмотря на отраженные в договорах цессии условия их заключения, не представлены письма должника, а также платежные документы, подтверждающие перечисления денежных средств в пользу третьих лиц.

С целью устранения данного обстоятельства судом апелляционной инстанции в определении от 21.12.2021 предложено обществу описать и представить первичные документы по каждому заявленному требованию, указать, в какой момент возник финансовый кризис у должника, раскрыть какие требования предъявлены ко включению в реестр с указанием момента возникновения обязательств и просрочки по ним.

Во исполнение определения апелляционного суда об описании и предоставлении суду первичных документов по каждому заявленному требованию общество представило в материалы дела дополнения к апелляционной жалобе, в которых раскрыло погашенные за должника обязательства и приложило первичные документы, опосредующие исполнение обязательств по договору оказания услуг (акты и счета-фактуры), по договору поставки (товарные накладные и спецификации), по договору субподряда (сметы затрат на ремонт), а также платежные документы и акты взаимных расчетов.

Оценив данные доказательства, апелляционный суд установил, что по договору уступки права требования от 21.06.2018 № 54-18/1 ООО «Технология ремонта» (цедент) передал ООО «ТД "Промтехника имени О.Б. Басманова"» (цессионарий) право требования к должнику в размере 42 740 453 рубля 54 копейки, возникшее из договора оказания услуг от 15.09.2015 № 1, подтверждаемого первичными бухгалтерскими документами, которые перечислены в договоре и акте приема-передачи документов.

Документы, подтверждающие наличие задолженности в заявленном размере, неоднократно запрашиваемые судом, в нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлены в суд первой инстанции и отсутствовали в деле при вынесении оспариваемого судебного акта судом первой инстанции. В суд апелляционной инстанции заявителем представлены в обоснование наличия задолженности по договору оказания услуг спецификации, акты и счета-фактуры, однако первичные документы (счета-фактуры) являются исправленными. Кроме того, из банковской выписки должника по лицевому счету, открытому в
АО «Кузнецкбизнесбанк», следует, что задолженность по договору оказания услуг
от 15.09.2015 № 1 перед ООО «Технология ремонта» погашена в полном объеме. Данные выводы также подтверждаются ответом Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 23 по Краснодарскому краю об отсутствии на балансе ООО «Технология ремонта» дебиторской задолженности. Косвенно это также подтверждается тем, что в книгу продаж ООО «Технология ремонта» счета-фактуры внесены как исправленные, не непосредственно в налоговый период.

Исходя из этого, является обоснованным вывод апелляционного суда о том, что предъявленная ко включению задолженность фактически погашена в пользу первоначального кредитора, а заключенная уступка совершена в отношении отсутствующего в действительности требования.

Кроме того, суды отметили, что ООО «Технология ремонта» в настоящий момент ликвидировано, договор уступки от 21.06.2018 № 54-18/1 от его имени подписан неуполномоченным лицом и отсутствуют доказательства одобрения сделки, совершенной неуполномоченным лицом, в связи с чем факт наличия задолженности, уступленной заявителю ООО «Технология ремонта» не является доказанным.

Оценив документы, представленные в обоснование действительности задолженности по договорам уступки права требования от 19.03.2019 № 1-19/УПТ,
от 01.10.2019 № 2-19/УПТ, от 30.11.2019 № 3-19/УПТ, от 31.03.2020 № 1-20/УПТ,
от 23.04.2020 № 2-20/УПТ, от 22.05.2020 № 3-20/УПТ, от 29.05.2020 № 4-20/УПТ,
от 03.07.2020 № 5-20/УПТ, суды исходили из того, что основанием возникновения права требования по указанным договорам цессии послужило погашение заявителем за должника обязательств перед третьими лицами на основании писем должника. Соответственно, данные правоотношения подпадают под действие статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации и уступкой требования не являются.

При этом должник в указанный период осуществлял предоставление займов заявителю по договорам займа от 22.04.2019 № 8, от 18.07.2019 № 07-19/3 , от 25.07.2019 № 13-19/3, письму от 05.07.2019 б/н, от 19.09.2019 № 74-19/3, от 18.10.2019 № 98-19/3,
от 08.11.2019 № 118-19/3, от 14.02.2020 № 13-20/3. Соответственно, должник в период, предшествующий направлению писем об исполнении за него обязанностей перед третьими лицами, предоставил в заем обществу 20 159 тыс. рублей.

В отношении указанных выше договоров уступки прав требований, которые опосредуют транзитное движение денежных средств, суды пришли к выводу о том, что они заключены в период имущественного кризиса.

Помимо этого суды отметили, что в период возникновения значительного размера обязательств перед независимым кредитором должник с заинтересованным по отношению к нему лицом предпринимал меры по созданию искусственной задолженности. Данные действия взаимному перечислению денежных средств от должника заявителю, а затем от заявителя в пользу третьих лиц свидетельствуют о транзитном движении денежных средств, что не может свидетельствовать о действительности предъявленной ко включению задолженности.

Рассматривая вопрос в отношении договора субподряда от 13.02.2018 № 6-18/ПР, суды установили, что договор заключен с целью исполнения обязанностей по договору подряда от 01.09.2018 № ДГМР7-000839, согласно которому должник (подрядчик) обязуется выполнять по заданию ООО «Монтажник Распадская» (заказчик), лично, без привлечения третьих лиц, работу, указанную в договоре. Однако должник в нарушение данного условия договора подряда привлек субподрядную организацию, а также не исполнил обязанность по оплате субподрядных работ на сумму 9 886 603 рубля 67 копеек. Между тем, в акте сверки взаимных расчетов по договору субподряда от 13.02.2018
№ 6-18/ПР не указаны платежи в рамках данного договора на общую сумму
8 120 тыс. рублей.

Оценивая довод конкурсного управляющего о том, что сотрудниками должника и общества являлись одни и те же лица, суды пришли к верному выводу о том, что субподрядные работы осуществлялись с привлечением сотрудников должника и с использованием производственных мощностей должника, в условиях транзитного движения денежных средств между аффилированными лицами, что свидетельствует о невозможности противопоставления требований из данных правоотношений требованиям независимых кредиторов.

При таких обстоятельствах является обоснованным вывод судов о непредставлении заявителем доказательств наличия требований, соответствующих повышенному стандарту доказывания, а также наличия задолженности ни по одному из заявленных оснований.

Доводы кассационной жалобы не основаны на нормах права, направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в силу статей 286 и 287 Кодекса подлежат отклонению. Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов
(статья 288 Кодекса), не установлены.

При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 29.10.2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2022 по делу
№ А32-56206/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Е.В. Андреева

Судьи И.М. Денека

Ю.В. Мацко