ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е
19 сентября 2018 года
Дело №
А33-4296/2018к1
г. Красноярск
Резолютивная часть постановления объявлена «12» сентября 2018 года.
Полный текст постановления изготовлен «19» сентября 2018 года.
Третий арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Радзиховской В.В.,
судей: Парфентьевой О.Ю., Шелега Д.И.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем Каверзиной Т.П.,
при участии:
ФИО1;
от товарищества собственников жилья «Мира-85» - ФИО2 - представителя по доверенности от 23.04.2018 № 1;
рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу товарищества собственников жилья «Мира-85» на определение Арбитражного суда Красноярского края от 20 июля 2018 года по делу № А33-4296/2018к1, принятое судьёй ФИО3,
установил:
товарищество собственников жилья «Мира-85» (ИНН <***>, ОГРН <***>) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании должника общество с ограниченной ответственностью «Позитив» (ИНН <***>, ОГРН <***>) несостоятельным (банкротом), и просит:
- признать общество с ограниченной ответственностью «Позитив» несостоятельным (банкротом) и ввести в отношении него процедуру наблюдения;
- включить требование ТСЖ «Мира-85» в реестр требований кредиторов должника в размере 2824740 рублей основного долга, 1502761 рубль 78 копеек неустойки, а также 44635 рублей 43 копейки расходов на оплату госпошлины;
- утвердить временным управляющим ФИО4, являющегося членом саморегулируемой организации Союз «СРО арбитражных управляющих Северо-Запада» (191060, <...>, п. 6)
Определением суда от 27.03.2018 заявление принято к производству арбитражного суда, назначено судебное заседание по рассмотрению заявления на 25.04.2018.
Определением суда от 03.05.2018 производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Позитив» прекращено.
В арбитражный суд поступило заявление товарищества собственников жилья «Мира-85» к ФИО1 о применении субсидиарной ответственности к учредителям (участникам) должника в размере 4372137 рублей 21 копейка, из которых: 2824740 рублей основного долга, 1502761 рубль 78 копеек неустойки, 44635 рублей 43 копейки, а также расходы по уплате государственной пошлины.
Определением Арбитражного суда Красноярского края от 20.07.2018 в удовлетворении заявления ТСЖ «Мира-85» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности отказано.
Не согласившись с данным судебным актом, товарищество собственников жилья «Мира-85» обратилось с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, вкоторой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.
Заявитель апелляционной жалобы указал, что ФИО1 является единственным учредителем пяти компаний (помимо ООО «Позитив»), осуществляющих полноценную хозяйственную деятельность и имеющих устойчивое финансовое положение (ООО «Зело», ООО «Терехов», ООО «Легстройсервис», ООО ТК «Ресурс», ИП ФИО1), в связи с чем, действуя разумно и добросовестно, был обязан своевременно и надлежащим образом исполнить обязательства перед кредитором – товариществом собственников жилья «Мира-85» путем перераспределения части прибыли от деятельности других смежных компаний на погашение просроченной задолженности. Признаки банкротства и фактическое отсутствие имущества у должника установлены определением Арбитражного суда Красноярского края от 03.05.2018 по делу №А33-4296/2018, которым прекращено производство по делу, в частности по причине отсутствия у заявителя денежных средств либо имущества у должника в объеме, необходимом для финансирования процедуры банкротства. Доказательства, свидетельствующие о добросовестности и разумности действий ответчика в интересах должника в материалы дела не представлены. Заявитель полагает, что ФИО1, как контролирующее должника лицо должен был обратиться с заявлением в арбитражный суд о признании должника банкротом до 27.01.2018 (с учетом вынесения постановления Третьего арбитражного апелляционного суда от 27.09.2017), поскольку располагал сведениями о сформировавшейся задолженности. При этом производство по делу в отношении общества с ограниченной ответственностью «Позитив» возбуждено 27.03.2018 по заявлению товарищества собственников жилья «Мира-85».
ФИО1 представил отзыв, в котором отклонил доводы апелляционной жалобы, указав на законность определения суда первой инстанции.
Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 03.08.2018 апелляционная жалоба принята к производству, ее рассмотрение назначено на 12.09.018.
В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016
№220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.
Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 03.08.2018, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://.kad.arbitr.ru/) 04.08.2018 08:19:36 МСК.
В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.
В судебном заседании представитель товарищества собственников жилья «Мира-85» поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.
ФИО1 поддержал возражения на доводы апелляционной жалобы, просил оставить определение суда первой инстанции без изменения.
Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/) и в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается без участия иных лиц, участвующих в деле, в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного кредитора, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии у ФИО1 С.В. обязанности по подаче заявления должника в срок, названный конкурсным кредитором, поскольку наличие судебного акта, принятого не в пользу должника при осуществлении должником обычной хозяйственной деятельности и наличия у должника активов, не позволяет констатировать факта недостаточности у общества имущества и об отсутствии у него возможности погашения денежных обязательств перед кредиторами.
Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдения норм процессуального права, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный апелляционный суд не установил оснований, предусмотренных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены обжалуемого судебного акта.
В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.
В силу пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).
С учетом разъяснений, изложенных в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» следует учитывать следующее.
Положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (в частности нормы материального права – статьи 61.11, 61.12) применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения к такой ответственности (например, неисполнение обязанности по подаче заявления о собственном банкротстве, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника одной или нескольких сделок), имели место после дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, то есть после 30.07.2017. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу от 29.07.2017 № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по заявлению.
При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Закона о банкротстве, подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского Кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда.
Материалами дела подтверждается, что с настоящим заявлением товарищество собственников жилья «Мира-85» обратилось 18.05.2018 (согласно штампу канцелярии суда заявление получено нарочно).
Определением суда от 03.05.2018 производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Позитив» (дело № А33-4296/2018) прекращено.
По смыслу пунктов 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве при прекращении производства по делу о банкротстве на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве на стадии проверки обоснованности заявления о признании должника банкротом (до введения первой процедуры банкротства) заявитель по делу о банкротстве вправе предъявить вне рамок дела о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, если задолженность перед ним подтверждена вступившим в законную силу судебным актом или иным документом, подлежащим принудительному исполнению в силу закона. В этом случае иные лица не наделяются полномочиями по обращению в суд вне рамок дела о банкротстве с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности.
Следовательно, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что заявление товарищества собственников жилья «Мира-85» подлежит рассмотрению по общим правилам искового производства с применением специальных положений Закона о банкротстве.
В силу части 1 статьи 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве) если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.
Согласно пункту 2 части 4 статьи 61.10 Закона о несостоятельности (банкротстве) пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:, в том числе, имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника, извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В силу части 1 статья 61.11 Закона о несостоятельности (банкротстве) если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.
Как разъяснено в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление от 21.12.2017 N 53), при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.
Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.
В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.
Согласно пункту 56 Постановления от 21.12.2017 N 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Вместе с тем отсутствие у членов органов управления, иных контролирующих лиц заинтересованности в раскрытии документов, отражающих реальное положение дел и действительный оборот, не должно снижать уровень правовой защищенности кредиторов при необоснованном посягательстве на их права. Поэтому, если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).
Из буквального содержания норм главы III.2 и приведенных в Постановлении от 21.12.2017 № 53 разъяснений не следует, что при рассмотрении заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности оценке подлежат исключительно действия указанных лиц, совершенные в рамках осуществления хозяйственной деятельности должника.
В обоснование довода о наличии оснований для привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника руководителя обществом с ограниченной ответственностью «Позитив» - ФИО1 заявителем указано, что последним не исполнена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве общества до 27.01.2018.
Неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд (п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве).
В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:
удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;
органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;
органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;
обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;
должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;
имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;
настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.
Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.
В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.
Пунктом 12 названного Постановления разъяснено, что согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.
Как следует из материалов дела верно установлено судом первой инстанции,единственным участником общества с ограниченной ответственностью «Позитив» является ФИО1 (размер доли в уставном капитале общества – 100 %), указанное подтверждается представленной в материалы дела выпиской из ЕГРЮЛ, и не оспаривается лицами, участвующими в деле.
Из заявления товарищества собственников жилья «Мира-85» следует, что момент возникновения обязанности руководителя должника по подаче заявления о банкротстве общества, связан с тем, что на основании решения Арбитражного суда Красноярского края от 25.04.2017 по делу № А33-22078/2016 с общества с ограниченной ответственностью «Позитив» в пользу товарищества собственников жилья «Мира-85» взыскано 2824740 рублей долга, 1502761 рубль 78 копеек неустойки, а также 44635 рублей 43 копейки расходов по оплате государственной пошлины.
Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 27.09.2017 решение Арбитражного суда Красноярского края от 25.04.2017 по делу № А33-22078/2016 оставлено без изменения.
Из заявления следует, что задолженность общества с ограниченной ответственностью «Позитив» (как правопреемника общества с ограниченной ответственностью «Виан-Трейд (С)») образовалась в связи с ненадлежащим исполнением должником принятых обязательств по договору аренды нежилого помещения от 01.01.2009 в связи с чем у последнего в пользу кредитора (арендодателя по договору) сформировалась задолженность за период с 01.07.2013 по 30.06.2016 в сумме 2824740 рублей, начислены пени за период с 01.08.2013 по 01.07.2016 в сумме 1503154 рубля. Денежные средства в общей сумме 4327501 рубль 78 копеек (2824740 рублей + 1503154 рубля) на момент обращения товарищества собственников жилья «Мира-85» с данным заявлением обществом с ограниченной ответственностью «Позитив» в пользу кредитора не перечислены.
В этой связи заявитель полагает, что ФИО1, как контролирующее должника лицо должен был обратиться с заявлением в арбитражный суд о признании должника банкротом до 27.01.2018 (с учетом вынесения постановления Третьего арбитражного апелляционного суда от 27.09.2017), поскольку располагал сведениями о сформировавшейся задолженности. При этом производство по делу в отношении общества с ограниченной ответственностью «Позитив» возбуждено 27.03.2018 по заявлению товарищества собственников жилья «Мира-85».
Согласно представленному должником бухгалтерскому балансу за 2016 год активы общества с ограниченной ответственностью «Позитив» составляют 20993000 рублей, при этом размер кредиторской задолженности – 2157000 рублей.
Бухгалтерский баланс общества с ограниченной ответственностью «Позитив» за 2017 год в материалы дела не представлен. Кроме того, ответчик указывает на возможную недостоверность данных бухгалтерского баланса общества 2017 год по причине частичного отсутствия в распоряжении руководителя должника первичных документов, отражающих деятельность ответчика. При таких обстоятельствах, судом приняты к рассмотрению данные бухгалтерского баланса общества за 2016 год.
В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом, недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.
Принимая во внимание данные бухгалтерского баланса должника за 2016 год (период, когда, по мнению заявителя, у должника возникли признаки неплатежеспособности), оснований полагать, что погашение требований кого-либо из кредиторов или всех, имевшихся требований, привело бы к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами, или того, что в 2016 году ООО «Позитив» отвечало признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества не имеется.
Кроме того, суд апелляционной инстанции также учитывает, что само по себе формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером оборотных активов не может являться свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у руководителя предприятия обязанности по подаче заявления должника. Ухудшение финансового состояния предприятия не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.
Гражданское законодательство Российской Федерации, регулируя отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, исходит из того, что таковой является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке (абзац третий пункта 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Убыточная деятельность, а равно деятельность, в результате которой общество не способно выполнять свои обязательства перед третьими лицами, а также налоговые обязанности и реально нести имущественную ответственность в случае их невыполнения, не соответствует его предназначению как коммерческой организации, преследующей в качестве основной цели извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.
Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния.
При таких обстоятельствах, у суда апелляционной инстанции оснований полагать, что ФИО1 в срок до 27.01.2018 возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, которую он не исполнил, не имеется.
Кроме того, отсутствуют и неисполненные должником обязательства, возникшие в период после 27.01.2018, что в соответствии с положениями пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве исключает возможность определения размера субсидиарной ответственности привлекаемого лица.
В силу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.
Пункт 2 указанной статьи предусматривает, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии обстоятельства, что причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.
При этом, редакция Закона о банкротстве не содержит критериев, по которым возможно квалифицировать вред как существенный или несущественный. Документальное подтверждение того, что в результате заключения договоров, либо совершения иных действий руководителя должника общество стало несостоятельным, отсутствует.
Как указывалось выше, согласно разъяснениям, данным в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 6/8), при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.
Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска (абзац второй пункта 1 разъяснений постановления Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", далее - Постановление N 62).
Если заявитель утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, то недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:
1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;
2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;
3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;
4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;
5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.) (пункт 2 разъяснений Постановления 62).
В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).
Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, необходимо установить наличие причинно-следственной связи между совершенными контролируемым лицом сделками и наступлением банкротства должника.
Частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.
В силу положений частей 1 и 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В силу частей 1, 2 статьи 9, части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.
Общая сумма субсидиарной ответственности ответчика указана заявителем в размере 4372137 рублей 21 копейка, то есть в размере денежных средств, взысканных на основании решения Арбитражного суда Красноярского края от 25.04.2017 по делу № А33-22078/2016 с общества с ограниченной ответственностью «Позитив» в пользу товарищества собственников жилья «Мира-85». При этом заявитель полагает, что причинение вреда кредитору – ТСЖ «Мира-85» проявляется в неисполнении должником – ООО «Позитив» вступившего в законную силу судебного акта.
Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что в материалах дела отсутствуют доказательства наличия у должника иных неисполненных обязательств перед кредиторами, возникших после 27.01.2018, а также то, что размер ответственности, возникшей после 27.01.2018, заявителем не указан.
В этой связи суд апелляционной инстанции также приходит к выводу об отсутствии возможности определить объективный размер субсидиарной ответственности руководителя должника.
При этом само по себе неисполнение ООО «Позитив» решения суда от 25.04.2017 по делу № А33-22078/2016 не является основанием для привлечения руководителя общества к субсидиарной ответственности на сумму, установленную в приведенном судебном акте в установленном Законом о банкротстве порядке.
Какие-либо действия ФИО1, совершенные во вред кредитору, совершенные как до возникновения задолженности перед кредитором, так и после вынесения судом решения (в частности, по продаже активов должника с целью вывода имущества и т.п.), судом не установлены, заявителем не доказаны.
Таким образом, документальное подтверждение того, что в результате заключения каких-либо сделок, либо совершения иных действий руководителя должника общество стало несостоятельным, отсутствует.
В рассматриваемом случае суд также принимает во внимание, что процедура банкротства должника в отношении ООО «Позитив» судом не вводилась, требования кредиторов в реестр требований кредиторов должника не включались.
Доказательств, свидетельствующих о недобросовестных или неправомерных действиях руководителя общества, заявителем не представлено.
Доводы апелляционной жалобы относительно того, что ФИО1 является единственным учредителем пяти компаний (помимо ООО «Позитив»), осуществляющих полноценную хозяйственную деятельность и имеющих устойчивое финансовое положение (ООО «Зело», ООО «Терехов», ООО «Легстройсервис», ООО ТК «Ресурс», ИП ФИО1), в связи с чем, действуя разумно и добросовестно, был обязан своевременно и надлежащим образом исполнить обязательства перед кредитором – товариществом собственников жилья «Мира-85» путем перераспределения части прибыли от деятельности других смежных компаний на погашение просроченной задолженности, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции как необоснованная.
Однако из представленных в дело доказательств достоверно не следует, что приведенные заявителем организации на момент формирования задолженности, обращения кредитора в суд с заявлением о признании должника банкротом обладали финансовой возможностью исполнить обязательства за ООО «Позитив» в пользу ТСЖ «Мира-85».
Кроме того, судом первой инстанции правомерно учтено, отсутствие наличия у данных организаций обязанности по исполнению обязательств третьего лица - ООО «Позитив». Сам по себе факт того, что ФИО1 является учредителем данных организаций, соответствующую обязанность не формирует.
Привлечение учредителей (участников) должника или иных лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника возможно при доказанности совокупности условий, включающих наличие у названных лиц права давать обязательные указания для должника либо возможности иным образом определять его действия; совершение ими действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием вышеуказанными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и наступившими последствиями в виде его банкротства; недостаточность имущества должника для расчетов с кредиторами.
Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.
Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства, безусловно свидетельствующие о наличии противоправного характера поведения лица, о привлечении к ответственности которого заявлено, наличии вины, наличии вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением и причиненным вредом, суд приходит к выводу об отсутствии достаточных и безусловных оснований, которые позволили бы установить признаки и основания для возложения субсидиарной ответственности на ФИО1
Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.
Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, их привлечение к субсидиарной ответственности по обязательствам должника осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности (нормы статей 15, 393 ГК РФ) для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправность действий (бездействия) причинителя убытков, наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправными действиями (бездействием) и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя.
При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.
Таким образом, при рассмотрении настоящего спора арбитражный суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь вышеизложенными нормами материального права, правомерно пришел к выводу о том, что доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и несостоятельностью должника заявителем в материалы дела не представлены. Отсутствие таких доказательств свидетельствует о необоснованности приведенных конкурсным управляющим доводов.
Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, поскольку оценив доказательства в совокупности и взаимной связи, суд первой инстанции пришел к законному и обоснованному выводу, что отсутствует совокупность обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника лица (объективный и субъективный (вина) факторы).
Изучив доводы жалобы, апелляционный суд пришел к выводу, что они не основаны на представленных в материалы дела доказательствах, не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.
При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции не усматривает.
Обжалуемый судебный акт соответствует нормам материального права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.
Таким образом, арбитражный апелляционный суд полагает, что при таких обстоятельствах оснований для отмены оспариваемого судебного акта не имеется.
Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.
Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Красноярского края от 20 июля 2018 года по делу № А33-4296/2018к1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.
Председательствующий
В.В. Радзиховская
Судьи:
О.Ю. Парфентьева
Д.И. Шелег