Гражданский кодекс часть 1

по делу по заявлению Акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» (ИНН <***>, ОГРН <***>, место нахождения: <...>) в лице Приморского регионального филиала (690091, <...>) к ФИО3 (19.12.1963 года рожд., место жительства: <...>) о признании несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

от ФИО4: ФИО5, паспорт, доверенность от 19.12.2018 сроком на 3 года (до перерыва); ФИО6, паспорт, доверенность от 19.12.2018 сроком на 3 года (после перерыва);

от ФИО7: ФИО8, паспорт, доверенность от 26.07.2020 сроком на 3 года (до перерыва);

от ФИО3: ФИО9, паспорт, доверенность от 05.12.2018 на 3 года (до и после перерыва);

от АО «Российский сельскохозяйственный банк»: ФИО10, паспорт, доверенность от 22.07.2019 сроком до 09.03.2021 (до перерыва);

от ФИО1: ФИО11, удостоверение адвоката, доверенность от 04.12.2019 сроком на 2 года (до перерыва);

финансовый управляющий ФИО2, паспорт, решение Арбитражного суда Приморского края от 13.09.2019 (до и после перерыва),

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – заявитель, банк, кредитор, АО «Российский сельскохозяйственный банк») 09.10.2018 обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО3 (далее – ФИО3) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Приморского края от 01.11.2018 заявление кредитора принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению его обоснованности.

Определением суда от 08.02.2019 в отношении ФИО3 введена реструктуризация долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2). Сообщение о введении процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в официальном органе издания газете «Коммерсантъ» на сайте 15.02.2019 (https://www.kommersant.ru), в печатной версии - 16.02.2019 № 29 стр. 134.

Финансовый управляющий имуществом должника 08.04.2019 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными сделок:

1) договора купли-продажи квартиры от 16.12.2016 (номер государственной регистрации перехода (прекращения) права 25-25/001-25/001/017/2016-5794/1 от 29.12.2016 ) с ФИО12;

2) договора купли-продажи квартиры от 07.05.2017 (номер государственной регистрации перехода (прекращения) права 25:28:000000:56907-25/001/2017-2 от 19.05.2017) с ФИО12;

3) договора купли-продажи квартиры от 07.05.2017 (номер государственной регистрации перехода (прекращения) права 25:28:010009:379-25/001/2017-1 от 19.05.2017) с ФИО12;

4) договора купли-продажи квартиры от 07.05.2017 (номер государственной регистрации перехода (прекращения) права 25:28:000000:56906-25/001/2017-2 от 19.05.2017 ) с ФИО12;

5) договора дарения квартиры от 07.05.2017 (номер государственной регистрации перехода (прекращения) права 25:28:000000:46584-25/001/2017-2 от 19.05.2017) с ФИО12;

6) договора дарения квартиры от 07.05.2017 (номер государственной регистрации перехода (прекращения) права 25:28:000000:44500-25/001/2017-2 от 19.05.2017) с ФИО12;

7) договора дарения квартиры от 07.05.2017 (номер государственной регистрации перехода (прекращения) права 25:28:000000:60261- 25/001/2017-2 от 19.05.2017) с ФИО12

и применения последствий недействительности сделок в виде обязания ФИО12 возвратить в конкурсную массу ФИО3 имущество: жилое помещение по адресу: <...>, площадь 13,7 кв.м., кадастровый номер: 25:28:010032:1660, также просил обязать ФИО7 вернуть в конкурсную массу должника квартиры №7, №8, №4 и комнаты №9, №12, №13, расположенные по адресу: <...> (с учетом уточнения от 08.10.2019).

Одновременно финансовый управляющий обратился с заявлением о принятии обеспечительных мер в отношении жилого помещения, расположенного по адресу: <...>, площадь 13,7 кв.м., кадастровый номер 25:28:010032:1660 в виде запрета ФИО12 распоряжаться жилым помещением и запрета Управлению Росреестра по Приморскому краю осуществлять регистрационные действия с указанным жилым помещением.

Определением суда от 09.04.2019 заявление финансового управляющего удовлетворено частично, Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии запрещено осуществлять регистрационные действия с недвижимым имуществом: жилым помещением по адресу: <...>, площадь 13,7 кв.м., кадастровый номер: 25:28:010032:1660.

Также финансовый управляющий 07.10.2019 обратился с заявлением о принятии обеспечительных мер в отношении квартир №7, №8, №4 и комнат №9, №12, №13, расположенных по адресу: <...>

Определением суда от 16.10.2019 заявление финансового управляющего удовлетворено, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю запрещено совершать любые регистрационные действия в отношении следующего имущества: квартира №7 общей площадью 20,20 кв.м., с кадастровым номером 25:28:000000:56907; квартира №8 общей площадью 18,10 кв.м., с кадастровым номером 25:28:000000:56906; комната №9 общей площадью 18 кв.м., с кадастровым номером 25:28:000000:44500; комната №12 общей площадью 27,6 кв.м., с кадастровым номером 25:28:000000:60261; комната №13 общей площадью 18,6 кв.м., с кадастровым номером 25:28:000000:46584; квартира №14 общей площадью 18,70 кв.м. с кадастровым номером 25:28:010009:379, расположенные по адресу: <...>

В рамках рассмотрения обособленного спора финансовым управляющим ФИО2 заявлено ходатайство о проведении экспертизы.

Определением суда от 16.10.2019 ходатайство финансового управляющего о назначении судебной экспертизы удовлетворено. Проведение экспертизы поручено ООО «Краевой центр оценки» эксперту ФИО13 (далее – ФИО13).

Определением суда от 27.01.2020 заявление финансового управляющего Карася О.В. удовлетворено, признаны недействительными сделки: договор купли-продажи квартиры от 16.12.2016, расположенной по адресу: <...>; договора купли-продажи от 07.05.2017, квартир №7, №8, №14 и договора дарения от 07.05.2017 комнат №9, №12, №13, расположенных по адресу: <...>, заключенные между ФИО3 и ФИО14; применены последствия недействительности сделок; взыскано с ФИО14 в конкурсную массу должника стоимость недвижимого имущества в размере 12 200 000 рублей; суд обязал ФИО14 возвратить в конкурсную массу должника - ФИО15 квартиру, расположенную по адресу: <...>, общей площадью: 13, 7 кв.м., кадастровый номер: 25:28:010032:1660; финансовому отделу Арбитражного суда Приморского края поручено перечислить с депозитного счета денежные средства в сумме 25 000 рублей стоимости проведения экспертного исследования, поступившие на расчетный счет ООО «Краевой центр оценки», с ФИО14 в доход федерального бюджета взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей; с ФИО14 в конкурсную массу должника – ФИО3 взысканы судебные расходы в размере 25 000 рублей.

Не согласившись с определением суда от 27.01.2020, финансовый управляющий обратился в суд с апелляционной жалобой, просил обжалуемый судебный акт изменить. Полагал, что оспариваемые сделки являются мнимыми по смыслу части 1 статьи 170 ГК РФ, поскольку возможность предоставления заемных средств со стороны ФИО16 и ФИО7 не исследована. Просил применить последствия недействительности сделок в виде возврата всего выбывшего имущества в конкурсную массу должника.

Одновременно с апелляционной жалобой на определение суда от 27.01.2020 обратилась ФИО1, указав на отсутствие доказательств того, что она злоупотребила правом и является заинтересованным лицом при заключении спорных сделок. Поскольку она в 2014-2016 годах осуществила реализацию двух квартир, указала на наличие финансовой возможности предоставить ФИО3 в заем денежные средства.

Определениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 14.02.2020 и от 16.03.2020 апелляционные жалобы финансового управляющего Карася О. В. и ФИО14 приняты к производству, назначено судебное заседание по их рассмотрению.

Определением Пятого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2020 в судебном составе, рассматривающем настоящее дело, в связи с нахождением судьи Палагеша Г. Н., в отпуске, а также в связи с уходом в почетную отставку судьи Скрипки Н. А., произведена их замена на судей Аппакову Т. А., Ветошкевич А.В.

В электронном виде через систему «Мой Арбитр» от ФИО4 поступили дополнения к отзыву на апелляционную жалобу, которые в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщены к материалам дела.

Через систему электронного документооборота «Мой арбитр» от финансового управляющего Карася О.В. поступили письменные дополнения к апелляционной жалобе, которые приобщены к материалам дела в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того от ФНС России поступил ответ на запрос суда сообщающий сведения о доходах ФИО1 и ФИО7, которые оглашены участникам арбитражного процесса в судебном заседании.

Представитель ФИО7 представила доказательства направления дополнений с приложением дополнительных доказательств согласно перечню приложений в адрес лиц участвующих в деле, ходатайствовала о приобщении к материалам дела ранее представленных письменных дополнений с приложением дополнительных доказательств согласно перечню приложений, а также доказательств их направления.

Финансовый управляющий ФИО2, представители ФИО1, ФИО3, не возражали по ходатайству представителя ФИО7 о приобщении дополнений с приложением дополнительных доказательств согласно перечню приложений.

Представитель ФИО4, указанное ходатайство оставил на усмотрение суда.

Коллегией рассмотрен вопрос о приобщении к материалам дела дополнения ФИО7 с приложением дополнительных доказательств согласно перечню приложений.

В связи с чем, апелляционный суд, руководствуясь статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил удовлетворить ходатайство представителя ФИО7 о приобщении письменных дополнений с приложением дополнительных доказательств согласно перечню приложений, как представленных в обоснование позиции изложенной в дополнениях.

В канцелярию суда от ФИО7 поступило ходатайство о вызове в суд свидетеля.

Финансовый управляющий ФИО2, представитель ФИО4, по ходатайству представителя ФИО7 о вызове в суд свидетеля возражали.

Представители ФИО1, ФИО3, АО «Российский сельскохозяйственный банк» разрешение указанного ходатайства оставили на усмотрение суда.

Совещаясь на месте, коллегия, руководствуясь статьями 88, 159, 184, 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определила в удовлетворении ходатайства ФИО7 о вызове в суд свидетеля отказать в связи с отсутствием необходимости.

Финансовый управляющий ФИО2 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, обжалуемый судебный акт просил отменить, полагал, что оспариваемые сделки мнимые, просил вернуть все имущество в конкурсную массу должника.

Представитель ФИО1 возражала по доводам финансового управляющего Карася О.В., настаивала на доводах своей апелляционной жалобы, определение суда от 27.01.2020 просила отменить в связи с наличием у нее финансовой возможности предоставить заемные денежные средства должнику и в связи с отсутствием ее заинтересованности.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель АО «Российский сельскохозяйственный банк» поддержал доводы апелляционной жалобы финансового управляющего Карася О.В., счел необоснованными доводы апелляционной жалобы ФИО1

Представитель ФИО3 по доводам апелляционной жалобы финансового управляющего Карася О. В. возражал, поддержал правовую позицию ФИО1 и доводы ее жалобы.

Представитель ФИО7 по доводам апелляционной жалобы финансового управляющего Карася О. В. возражал, вопрос о разрешении апелляционной жалобы ФИО1 оставил на усмотрение суда.

Представитель ФИО4 по доводам апелляционной жалобы ФИО1 возражал.

В судебном заседании 19.08.2020 суд апелляционной инстанции в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса объявил перерыв до 26.08.2020 на 10 часов 40 минут, вынесено протокольное определение.

Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на доске объявлений в здании суда и на официальном сайте суда http://5aas.arbitr.ru информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

После перерыва судебное заседание продолжено 26.08.2020 в 10 часов 41 минуту в том же составе суда при ведении протокола секретарем судебного заседания Меркуловой М.О., при участии представителей ФИО4 и ФИО3, а также финансового управляющего должника.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Исследовав и оценив материалы обособленного спора, доводы апелляционных жалоб и отзывов на жалобы, заслушав пояснения лиц, участвующих в судебном заседании, проверив в порядке правил статей 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции счел обжалуемое определение суда первой инстанции от 27.01.2020 подлежащим изменению в силу следующих обстоятельств.

Материалы дела подтверждают, что 16.12.2016 между ФИО3 (продавец) и ФИО12 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры б/н (том 1 л.д.11), согласно которого продавец продал, а покупатель купил квартиру, расположенную по адресу <...> кадастровый номер №25:28:010032:1660, площадью 13,7 кв.м., стоимостью 500 000 рублей (пункт 4 договора).

Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю 29.12.2016 осуществлена регистрация права собственности ФИО12 в отношении данной квартиры.

Между ФИО3 (продавец) и ФИО12 (покупатель) 07.05.2017 заключен договор купли-продажи квартиры б/н (том 1 л.д.12), согласно которого продавец продал, а покупатель купил квартиру по адресу: <...> кадастровый номер №25:28:000000:56906, площадью 18,10 кв.м., стоимостью 1 000 000 рублей (пункт 4 договора).

Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю 19.05.2017 осуществлена регистрация права собственности ФИО12 в отношении данного помещения.

Также между ФИО3 (продавец) и ФИО12 (покупатель) 07.05.2017 заключен договор купли-продажи квартиры б/н (том 1 л.д.13), в соответствии с которым продавец продал, а покупатель купил квартиру по адресу: <...> кадастровый номер №25:28:010009:379, площадью 18,70 кв.м., стоимостью 1 500 000 рублей (пункт 4 договора).

ФИО3 (продавец) и ФИО12 (покупатель) 07.05.2017 заключили договор купли-продажи квартиры б/н (том 1 л.д.14), согласно которого продавец продал, а покупатель купил квартиру, расположенную по адресу: <...> кадастровый номер №25:28:000000:56907, площадью 20,20 кв.м., стоимостью 1 000 000 рублей (пункт 4 договора).

Далее, между ФИО3 (даритель) и ФИО12 (одаряемый) заключены три договора дарения квартир от 07.05.2017, в отношении комнаты №9 общей площадью 18, 0 кв.м.; в отношении комнаты №12 общей площадью 27,6 кв.м.; в отношении комнаты №13, общей площадью 18,6 кв.м., расположенных по адресу: <...>, из содержания которых следует, что даритель безвозмездно подарил (передал в собственность) одаряемому, а одаряемый принял в дар (принял в собственность) комнаты №9, №12 и №13 в 10-ти комнатной квартире, расположенной по адресу <...>.

Материалы дела подтверждают, что 09.11.2017 ФИО16 (заемщик) получила в заем от ФИО7 денежные средства в размере 12 000 000 рублей сроком до 09.05.2018.

Из пояснений ФИО16 судом установлено, что она передала денежные средства, полученные ей по договору займа от 09.11.2017 в размере 12 000 000 рублей, ФИО12

В замен полученных денежных средств между ФИО12 (даритель) и ФИО16 (одаряемый) 19.10.2017 заключено шесть договоров дарения имущества, по условиям которых даритель безвозмездно подарил (передал в собственность), а одаряемый принял в дар (принял в собственность) помещения: комнату №7 площадью 20,2 кв. м.; комнату №8 площадью 18,1 кв. м.; комнату №9 площадью 18,0 кв. м.; комнату №12 площадью 27,6 кв. м.; комнату №13 площадью 18,6 кв. м.; комнату №14 площадью 18,7 кв. м.; расположенные по адресу: <...>.

Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю 30.10.2017 осуществлена регистрация права собственности ФИО16 в отношении помещений: комнаты №7 площадью 20,2 кв. м.; комнаты №8 площадью 18,1 кв. м.; комнаты №9 площадью 18,0 кв. м.; комнаты №12 площадью 27,6 кв. м.; комнаты №13 площадью 18,6 кв. м.; комнаты №14 площадью 18,7 кв. м.; расположенных по адресу: <...>.

В связи с неисполнением обязательств по возврату денежных средств в рамках договора займа от 09.11.2017 ФИО7 предъявила претензию по возврату долга к ФИО16 Поскольку ФИО12 не осуществила возврат денежных средств в размере 12 000 000 рублей ФИО16, а ФИО16 (заемщик) не располагала денежными средствами в достаточном размере для исполнения обязательств по договору займа от 09.11.2017, заемщик заключила с ФИО7 мировое соглашение.

Определением Ленинского районного суда г. Владивостока от 17.07.2018 по делу №2-3081/18 между ФИО7 и ФИО16 утверждено мировое соглашение, в соответствии с которым ФИО17 в счет погашения обязательств по договору займа от 09.11.2017 в размере 12 714 082 рубля перед ФИО7 передала недвижимое имущество - помещения: комнату №7 площадью 20,2 кв. м.; комнату №8 площадью 18,1 кв. м.; комнату №9 площадью 18,0 кв. м.; комнату №12 площадью 27,6 кв. м.; комнату №13 площадью 18,6 кв. м.; комнату №14 площадью 18,7 кв. м.; расположенные по адресу: <...>.

Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю 21.08.2018 произведена государственная регистрация права собственности помещений: комнаты №7 площадью 20,2 кв. м.; комнаты №8 площадью 18,1 кв. м.; комнаты №9 площадью 18,0 кв. м.; комнаты №12 площадью 27,6 кв. м.; комнаты №13 площадью 18,6 кв. м.; комнаты №14 площадью 18,7 кв. м.; расположенные по адресу: <...> за ФИО7, что подтверждается выписками из единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 06.03.2019 №25/001/003/2019-2213 (том 1 л.д.19), №25/001/003/2019-2220 (том 1 л.д.20), №25/001/003/2019-2215 (том 1 л.д.21), №25/001/003/2019-2212 (том 1 л.д.22), №25/001/003/2019-2219 (том 1 л.д.23), №25/001/003/2019-2218 (том 1 л.д.24).

Финансовый управляющий, полагая, что передача помещений комнаты №7 площадью 20,2 кв. м.; комнаты №8 площадью 18,1 кв. м.; комнаты №9 площадью 18,0 кв. м.; комнаты №12 площадью 27,6 кв. м.; комнаты №13 площадью 18,6 кв. м.; комнаты №14 площадью 18,7 кв. м.; расположенных по адресу: <...> и комнаты площадью 13,7 кв.м., расположенной по адресу <...> являющихся собственностью ФИО3, а затем перешедших в собственность ФИО12, ФИО16, ФИО7 направлено на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, обратился в суд с рассматриваемым заявлением, поскольку оспариваемые сделки соответствуют критериям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (01.11.2018). Полагал, что оспариваемые сделки являются мнимыми по смыслу части 1 статьи 170 ГК РФ, преследующими цель вывода имущества из владения должника.

Признав доказанной совокупность условий, предусмотренную в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 ГК РФ для признания оспариваемых сделки должника недействительной, суд первой инстанции удовлетворил заявление финансового управляющего, признав недействительными оспариваемые договора. В качестве последствий недействительности взыскал с ФИО14 стоимость недвижимого имущества в конкурсную массу должника в размере 12 000 000 рублей и обязал ее возвратить в конкурсную массу квартиру, расположенную по адресу: <...> кадастровый номер 25:28:010032:1660.

Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий наделен правом подачи в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке (пункт 3 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Согласно пунктам 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем законе.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Апелляционной коллегией установлено, что оспариваемые в рамках настоящего спора сделки должника, договор купли-продажи квартиры от 16.12.2016, расположенной по адресу: <...>; три договора купли-продажи квартир от 07.05.2017 (комнаты №7, комнаты №8, комнаты №14) и три договора дарения квартир от 07.05.2017 (комнаты №9, комнаты №12, комнаты №13) расположенных по адресу: <...>, заключены между ФИО3 и ФИО14 в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (01.11.2018), в связи с чем, вышеперечисленные сделки могут быть признаны недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, совершение сделки в отношении заинтересованного лица.

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Повторно рассмотрев заявление финансового управляющего ФИО3 – ФИО2 о признании оспариваемых сделок недействительными коллегией установлено следующее.

Из информации, отраженной в свободном доступе в картотеке арбитражных дел (https://kad.arbitr.ru) коллегией установлено, что на дату совершения оспариваемых договоров купли-продажи и договоров дарения, заключенных 16.12.2016 и 07.05.2017 соответственно, должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, поскольку имел неоплаченную задолженность в общем размере 12 169 883 рублей 84 копейки, а именно: перед АО «Российский сельскохозяйственный банк» в размере 6 422 011 рубля 37 копеек по договору поручительства физического лица от 12.08.2015 № 155400/0071-9 (определение Арбитражного суда Приморского края от 08.02.2019 по делу №А51-21000/2018; решение Ленинского районного суда г. Владивостока № 2- 2536/2018 от 24.07.2018); перед Банком ВТБ «ПАО» по кредитному договору от 08.12.2015 №625/0056-0135698 в размере 687 102 рубля 67 копеек (определение Арбитражного суда Приморского края от 16.04.2019); перед ПАО «Сбербанк России» по договору от 06.05.2017 на предоставление возобновляемой кредитной линии посредством выдачи международной кредитной карты №4854630243965111 в размере 37 493 рубля 14 копеек (определение Арбитражного суда Приморского края от 06.05.2019); перед ФИО4 по договору займа от 02.12.2016 в размере 3 737 032 рубля (решение Ленинского районного суда г. Владивостока от 16.03.2018 по делу №1366/2018; определение Арбитражного суда Приморского края от 20.05.2019); перед ФИО18 на основании перечислений за период с 09.08.2016 по 28.10.2016 денежных средств на счет должника в размере 1 286 244 рублей 66 копеек (определение Арбитражного суда Приморского края от 23.12.2019).

При этом доказательства удовлетворительного материального состояния должника на дату заключения оспариваемых договоров купли-продажи квартир от 16.12.2016 и от 07.05.2017, а также договоров дарения квартир от 07.05.2017 в материалы дела не представлены, что позволило суду сделать вывод о неплатежеспособности должника на дату совершения указанных сделок.

Кроме того, одним из необходимых условий для признания сделки недействительной по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве является наличие условия о том, что другая сторона сделки знала о совершении сделки должником с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность должника - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Правилами пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Материалами дела подтверждается и участниками обособленного спора не отрицается, что ФИО3 и ФИО14 проживали совместно, вели общее хозяйство, в связи с чем, по смыслу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве не являются случайными лицами и признаются заинтересованными.

Из отзыва ФИО14 (том 1 л.д.92-96) установлено, что ответчица отрицает факт осведомленности о неплатежеспособности ФИО3

Однако приведенное обстоятельство опровергается предоставленными в материалы дела расписками от 15.09.2014 и от 09.10.2014 (том 1 л.д.99-100), согласно которых ФИО14 предоставила ФИО3 в заем денежные средства в общем размере 6 500 000 рублей в срок до 15.09.2016.

Поскольку ФИО3 денежные средства в установленный срок не возвратил, изложенное подтверждает осведомленность ФИО14 о неплатежеспособности должника и о его невозможности исполнять обязательства по возврату заемных денежных средств.

Более того, несмотря на то, что ФИО3 до 15.09.2016 не произвел возврат заемных средств в размере 6 500 000 рублей, ФИО14 предоставила в заем должнику еще 2 500 000 рублей, оформив расписку от 10.11.2016. В отзыве ФИО14 не раскрыла разумных экономических причины предоставления должнику денежных средств в крупных размерах в условиях невозврата ранее предоставленных займов.

Также в материалы дела 17.07.2020 по запросу апелляционного суда предоставлен договор купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 06.06.2014, согласно которого ФИО3 за счет собственных и заемных денежных средств, предоставляемых Банком ВТБ 24 по кредитному договору от 06.06.2014 №623/1754-0000052, приобрел у ФИО14 квартиру по адресу: <...> за 7 550 000 рублей. Следовательно, ФИО14, являясь стороной договора купли-продажи недвижимости от 06.06.2014, располагала информацией о кредитных обязательствах ФИО3 перед Банком ВТБ 24 и отсутствии у него собственных денежных средств, что подтверждает ее осведомленность о неплатежеспособности должника.

В обоснование заключения оспариваемых сделок ФИО14 ссылалась на предоставление ей в период с сентября 2014 года по ноябрь 2016 ФИО3 в заем денежных средств в сумме 9 000 000 рублей, что подтверждается расписками от 15.09.2014, от 09.10.2014 и от 10.11.2016. Возможность предоставления указанных денежных средств у ФИО14 возникла в результате реализации ответчицей недвижимого имущества: квартиры в <...> и квартиры в <...>.

Коллегия проанализировав договора купли-продажи вышеперечисленных квартир, критически относится к доводам ответчицы, поскольку квартира по адресу: <...> реализована по договору купли-продажи объекта недвижимости с использованием кредитных средств от 06.06.2014, согласно которого ФИО3 за счет собственных и заемных денежных средств, предоставляемых Банком ВТБ 24 по кредитному договору от 06.06.2014 №623/1754-0000052 приобрел у ФИО14 квартиру по адресу: <...> за 7 550 000 рублей.

Учитывая изложенное, апелляционным судом установлено отсутствие экономического смысла совершенных сделок, поскольку ФИО3 приобрел у ответчицы квартиру в <...> за 7 550 000 рублей за счет заемных средств, полученных в банке, чтобы в последующем взять в долг денежные средства у ФИО14

Приведенные обстоятельства подтверждают, что стороны путем создания долговых обязательств у должника перед ФИО14 преследовали единственную цель – вывод ликвидного имущества из его владения в пользу заинтересованного лица.

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что в порядке статьи 82 АПК РФ по ходатайству финансового управляющего проведена судебная экспертиза, с целью подтверждения причинения вреда имущественным правам кредиторов и установления рыночной стоимости недвижимого имущества на момент заключения договоров от 07.05.2017 и 16.12.2016.

Согласно представленному в материалы дела заключению эксперта от 14.11.2019 рыночная стоимость по состоянию на 07.05.2017 следующих помещений составляет: комнаты №7, общей площадью 20, 2 кв.м., в размере 2 000 000 рублей; комнаты № 8, площадью 18,1 кв.м., в размере 1 800 000 рублей; комнаты №9, площадью 18,0 кв.м., в размере 1 800 000 рублей; комнаты №12; площадью 27,6 кв.м. в размере 2 800 000 рублей; комнаты №13, площадью 18,6 кв.м, в размере 1 900 000 рублей; комнаты №14, общей площадью 18, 70 кв.м., в размере 1 900 000 рублей, расположенные по адресу: <...>. Рыночная стоимость квартиры, расположенной по адресу: <...>, общей площадью: 13, 7 кв.м. по состоянию на 16.12.2016 составляет 1 400 000 рублей.

Представленное заключение эксперта от 14.11.2019 оценено судом первой инстанции, признано надлежащим доказательством, поскольку по форме и содержанию соответствует требованиям Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и не оспорено лицами, участвующими в деле.

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 12, 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ. В силу положений частей 4 и 5 названной статьи заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

В материалы обособленного спора не представлено доказательств того, что совершение сделок по продаже имущества и по передаче в дар по цене ниже рыночной (приобретательской) являлось экономически целесообразным для гражданина-должника. Фактически, должник передал в пользу ФИО14 недвижимое имущество на общую сумму в размере 13 600 000 рублей при фактическом предоставлении в денежных средств в заем в размере 9 000 000 рублей.

В отсутствие доказательств экономической целесообразности совершения гражданином-должником сделок по передаче указанного имущества на обозначенных в договорах купли-продажи от 16.12.2016 и от 07.05.2017, а также в договорах дарения от 07.05.2017 условиях о цене, апелляционный суд пришел к выводу о том, что такие условия не соответствуют интересам гражданина-должника.

С учетом этого коллегия пришла к выводу, что заключение спорных договоров купли-продажи и договоров дарения совершено между заинтересованными лицами с целью избежания обращения взыскания на имущество должника, а также с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Из пояснений ФИО16 следует, что она передала денежные средства, полученные ей по договору займа от 09.11.2017 в размере 12 000 000 рублей ФИО12

Между тем, коллегией установлено, что материалы дела не содержат доказательств передачи денежных средств в размере 12 000 000 рублей ФИО16 в пользу ФИО14 Приведенное обстоятельство подтверждается лишь их письменными пояснениями.

Судом установлено, что впоследствии ФИО14 заключила договор дарения имущества с ФИО16 в отношении нежилых помещений квартира 7, общей площадью 20, 2 кв.м.; квартира 8., площадью 18, 1 кв.м.; комната №9, площадью 18,0 кв.м.; комната №12; площадью 27,6 кв.м.; комната №13, площадью 18,6 кв.м; квартира 14, общей площадью 18,70 кв.м., расположенные по адресу: <...>.

В связи с неисполнением обязательств по возврату денежных средств в рамках договора займа от 09.11.2017 между ФИО16 и ФИО7 определением Ленинского районного суда г. Владивостока от 17.07.2018 по делу №2-3081/18 утверждено мировое соглашение в соответствии с которым ФИО17 в счет обязательств по договору займа от 09.11.2017 перед ФИО7 передала следующее имущество: квартиру 7, общей площадью 20, 2 кв.м.; квартиру 8., площадью 18, 1 кв.м.; комнату №9, площадью 18,0 кв.м.; комнату №12; площадью 27,6 кв.м.; комнату №13, площадью 18,6 кв.м; квартиру 14, общей площадью 18,70 кв.м., расположенных по адресу: <...>.

Суд первой инстанции, исследовав расписку от 09.11.2017, согласно которой ФИО7 передала денежные средства в размере 12 000 000 рублей ФИО16, в последующем ФИО16 передала 12 000 000 рублей ФИО14, установил отсутствие доказательств, свидетельствующих о заинтересованности ФИО16 и ФИО7 по отношению к должнику, признал ФИО7 добросовестным приобретателем.

Заявление финансового управляющего удовлетворено, договоры купли-продажи объектов недвижимости и договоры дарения от 07.05.2017, а также договор купли-продажи от 16.12.2016, заключенные между ФИО3 и ФИО14 на основании статей 10 и 168 ГК РФ признаны судом недействительными, суд обоснованно пришел к выводу о наличии совокупности оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемых сделок недействительными.

Общим последствием недействительности сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В силу статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Поскольку в материалы дела предоставлена выписка из ЕГРН, согласно которой квартира 7, общей площадью 20, 2 кв.м.; квартира 8., площадью 18, 1 кв.м.; комната №9, площадью 18,0 кв.м.; комната №12; площадью 27,6 кв.м.; комната №13, площадью 18,6 кв.м; квартира 14, общей площадью 18,70 кв.м., расположенные по адресу: <...> зарегистрированы за ФИО7 на основании определения Ленинского районного суда г. Владивостока от 17.07.2018, дата регистрации собственности 22.10.2018, суд отказал в применении последствий недействительности в виде возврата в конкурсную массу указанного имущества.

Учитывая изложенное, а также добросовестность ФИО7 и отсутствие заинтересованности ее с должником, суд применил последствие недействительности сделки в виде взыскания с ФИО14 в конкурсную массу ФИО3 рыночной стоимости объектов недвижимости по договорам дарения и купли-продажи от 07.05.2017 на момент приобретения недвижимого имущества в размере 12 200 000 рублей.

Поскольку согласно выписке из ЕГРН собственником квартиры, расположенной по адресу: <...>, общей площадью: 13, 7 кв.м. с кадастровым номером № 25:28:010032:1660 является ФИО14, судом правомерно применены последствия недействительности оспариваемой сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО3 квартиры, расположенной по адресу: <...>, общей площадью: 13, 7 кв.м. с кадастровым номером № 25:28:010032:1660.

Между тем, вывод о добросовестности ФИО7 не соответствует действительности, поскольку при вынесении обжалуемого определения судом не исследован вопрос о финансовой возможности предоставления ФИО7 заемных средств в размере 12 000 000 рублей, учитывая изложенное, коллегия считает необходимым отметить следующее.

Финансовый управляющий в заявлении о признании недействительными сделок должника просил признать оспариваемые сделки по отчуждению недвижимого имущества недействительными на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенных с целью вывода активов должника.

В силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Договор, при заключении которого допущено нарушение положений пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, является ничтожным в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В заявлении о признании сделок недействительными финансовый управляющий указал на то, что сделки имеют признаки мнимых сделок, совершенных без намерения создать соответствующие правовые последствия.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (в применимой при рассмотрении настоящего обособленного спора редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации») установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации под мнимой сделкой понимается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При совершении мнимой сделки стороны не преследуют цели совершения какой-либо сделки вообще, не намереваются совершить какие-либо действия, влекущие соответствующие данной сделке правовые последствия.

Согласно правовой позиции, сформулированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-2411 от 25.07.2016 по делу № А41-48518/2014, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение. Таким образом, по смыслу положений пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и с учетом приведенной выше правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 для признания сделки мнимой необходимо доказать наличие у лиц, участвующих в сделке, отсутствие намерений исполнять сделку. Однако исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон в условиях, когда конечная цель сделки не была достигнута, может свидетельствовать об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой.

Согласно позиции, выраженной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2014 по делу № А41-36402/2012 (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017), стороны сделки не лишены возможности представить в суд как прямые, так и косвенные доказательства, опровергающие сомнения в реальности ее исполнения.

Таким образом, при наличии убедительных доводов и доказательств бремя доказывания обратного возлагается в данном споре на ФИО7, ФИО16 и должника (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Однако, ответчики в материалы дела убедительных доказательств, опровергающих мнимость оспариваемых сделок не представили.

Предоставленные в материалы дела документы по запросу апелляционного суда опровергают довод ФИО7 о наличии у нее финансовой возможности предоставить ФИО16 денежные средства по договору займа от 09.11.2017 в размере 12 000 000 рублей, поскольку согласно ответов УФНС России по Приморскому краю от 13.07.2020 №19-24/3/27472дсп и от 17.06.2020 №19-24/3/23716дсп ФИО7 в 2014 году получила доход в размере 23 360 рублей, в 2015 году в размере 22 980 рублей, в 2016 году в размере 49 308 рублей.

Более того, согласно договору купли-продажи от 12.12.2013 ФИО7 продала двухкомнатную квартиру по адресу: <...>, общей площадью 45,0 кв.м. за 3 970 000 рублей.

Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю в материалы дела предоставлены договора купли-продажи квартир от 22.02.2018 и от 18.09.2018, заключенные ФИО7 с целью продажи недвижимого имущества. Согласно договору купли-продажи от 22.02.2018 ФИО7 реализовала принадлежащую ей квартиру по адресу: <...> общей площадью 52,5 кв.м. за 5 200 000 рублей; по договору купли-продажи от 18.09.2018 ФИО7 реализовала принадлежащую ей квартиру по адресу: <...>, общей площадью 65,0 кв.м. за 6 600 000 рублей.

Учитывая изложенное, коллегия установила, что денежные средства от реализации недвижимого имущества получены ФИО7 в 2018 году, после заключения договора займа от 09.11.2017, что опровергает наличие финансовой возможности ФИО7 предоставить в заем денежные средства в размере 12 000 000 рублей. Изложенное свидетельствует о недобросовестном поведении сторон и намерении должника осуществить вывод ликвидного имущества с целью избежания обращения на него взыскания без встречного предоставления денежных средств.

Отклоняя возражения ФИО7 по поводу наличия у нее финансовой возможности предоставить заемные средства, коллегия отмечает, что ответчицей в материалы дела не предоставлены убедительные доказательства наличия у нее на счетах либо в депозите денежных средств, вырученных в результате реализации ей недвижимости в 2013 году, на дату заключения договора займа от 09.11.2017. Апелляционным судом не принимается во внимание ссылка на предварительный договор купли-продажи квартиры (задаток) от 15.10.2017, в соответствии с которым покупатель квартиры по адресу: <...> общей площадью 52,5 кв.м. в счет причитающихся платежей выплатил продавцу задаток в размере 2 700 000 рублей, поскольку указанные денежные средства не обеспечили финансовую возможность ФИО7 предоставить в заем денежные средства в размере 12 000 000 рублей.

Отсутствие в материалах дела доказательств реальности спорных договоров, реальности предоставления займа ФИО7 в пользу ФИО16, предоставления займа ФИО16 в пользу ФИО14 позволяет апелляционному суду прийти к выводу о том, что сделки, оформленные спорными договорами, являются мнимыми, то есть совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия, а значит ничтожными по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом первой инстанции в судебном акте ошибочно сделан вывод о добросовестности ФИО16 и ФИО7, поскольку материалы дела свидетельствуют об обратном, изложенное является основанием для возврата спорного имущества в конкурсную массу в полном объеме.

Установленные арбитражным судом апелляционной инстанции обстоятельства являются основанием для изменения определения суда первой инстанции в связи с несоответствием выводов, изложенных в судебном акте, обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Апелляционный суд в целях недопущения двусмысленного толкования резолютивных частей определения суда первой инстанции (в неизмененной части) и постановления и обеспечения их надлежащего исполнения, полагает необходимым изложить в резолютивной части настоящего судебного акта выводы в отношении признания сделки недействительной и применения последствий признания ее недействительной.

Судебные расходы подлежат распределению по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом результата рассмотрения настоящего обособленного спора. Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны (часть 1). Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалобы, распределяются по правилам, установленным настоящей статьей (часть 5).

Как разъяснено в пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, подавшее апелляционную жалобу, имеет право на возмещение судебных издержек, понесенных в связи с рассмотрением жалобы, в случае, если по результатам рассмотрения дела принят итоговый судебный акт в его пользу.

В силу пункта 19 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 настоящего Федерального закона оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления по спорам, возникающим при заключении, изменении или расторжении договоров, а также по спорам о признании сделок недействительными государственная пошлина составляет 6 000 рублей. В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации за подачу апелляционной жалобы на решение арбитражного суда предусмотрена оплата государственной пошлины в размере 3 000 рублей.

Таким образом, в соответствии с частями 1, 5 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и поскольку финансовому управляющему ФИО2 при подаче заявления о признании сделок недействительными предоставлялась отсрочка государственной пошлины, судебные расходы по заявлению в размере 6 000 рублей и расходы за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 рублей подлежат взысканию в доход федерального бюджета с ФИО14 и ФИО7 в равных долях как на лиц, не в пользу которых принят судебный акт. Также в конкурсную массу должника ФИО3 подлежат взысканию расходы в размере 25 000 рублей за проведение судебной экспертизы по определению Арбитражного суда Приморского края от 16.10.2019 по делу №А51-21000/2018, которые подлежат отнесению на ФИО14 в размере 12 500 рублей и на ФИО7 в размере 12 500 рублей.

Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 27.01.2020 по делу № А51-21000/2018 изменить.

Заявление финансового управляющего ФИО2 удовлетворить, признать сделки:

- договор купли-продажи квартиры от 16.12.2016, расположенной по адресу: <...>;

- договор купли-продажи квартиры от 07.05.2017, расположенной по адресу: <...>;

- договор дарения квартиры от 07.05.2017, расположенной по адресу: <...>, комната №9;

- договор дарения квартиры от 07.05.2017, расположенной по адресу: <...>, комната №12;

- договор дарения квартиры от 07.05.2017, расположенной по адресу: <...>, комната №13

заключенные между ФИО3 и ФИО14, недействительными.

Применить последствия недействительности сделки:

Обязать ФИО14 возвратить в конкурсную массу должника ФИО3 квартиру, расположенную по адресу: <...>, общей площадью: 13, 7 кв.м., кадастровый номер: 25:28:010032:1660.

Обязать ФИО7 возвратить в конкурсную массу должника ФИО3:

квартиру по адресу: <...>, площадью 18,10 кв.м., кадастровый номер №25:28:000000:56906;

квартиру по адресу: <...>, площадью 18,70 кв.м., кадастровый номер №25:28:010009:379;

квартиру по адресу: <...>, площадью 20,20 кв.м., кадастровый номер №25:28:000000:56907;

комнату №9 по адресу: <...>, площадью 18,0 кв.м., кадастровый номер №25:28:000000:44500;

комнату №12 по адресу: <...>, площадью 27,6 кв.м., кадастровый номер №25:28:000000:60261;

комнату №13 по адресу: <...>, площадью 18,6 кв.м., кадастровый номер №25:28:000000:46584.

Поручить финансовому отделу Арбитражного суда Приморского края перечислить с депозитного счета денежные средства в сумме 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей стоимости проведения экспертного исследования, поступившие от ФИО2 платежным поручением №453251 от 26.04.2019 в размере 25 000 рублей по следующим реквизитам: получатель ООО «Краевой центр оценки», ИНН <***>, КПП 254001001, счет №40702810650260103720, банк получателя: Дальневосточный банк ПАО «Сбербанк России» г.Хабаровск, БИК 040813608, счет №30101810600000000608, назначение платежа «проведение судебной экспертизы по определению Арбитражного суда Приморского края от 16.10.2019 по делу №А51-21000/2018».

Взыскать с ФИО14 3 000 рублей и с ФИО7 3 000 рублей в доход федерального бюджета расходы по уплате государственной пошлины.

Взыскать с ФИО14 12 500 рублей и с ФИО7 12 500 рублей в конкурсную массу должника ФИО3 судебные расходы за проведение экспертизы.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

К.П. Засорин

Судьи

А.В. Ветошкевич

Т.А. Аппакова