Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании 22 августа 2022 года в помещении суда в зале № 4, апелляционную жалобу ФИО1, на определение Арбитражного суда Самарской области от 05 июля 2022 года о завершении процедуры реализации имущества должника в рамках дела № А55-21817/2019 о несостоятельности (банкротстве) ФИО3.

УСТАНОВИЛ:

Определением суда от 16.07.2019 на основании заявления ФИО1 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Решением Арбитражного суда Самарской области 10.12.2019 (резолютивная часть объявлена 03.12.2019) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом) в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина сроком на пять месяцев, финансовым управляющим должника утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 05 июля 2022 года завершена процедура реализации имущества гражданина-должника ФИО3.

ФИО3, освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении процедур банкротства, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 05 июля 2022 года о завершении процедуры реализации имущества должника в рамках дела № А55-21817/2019.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20июля 2022 года апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы, пояснив, что определение Арбитражного суда Самарской области от 05 июля 2022 года обжалуется в части освобождения должника от обязательств перед кредитором ФИО1; просил не применять в отношении должника правила об освобождении от обязательств перед кредитором ФИО1

В соответствии с ч.5 ст.268 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого определения проверена в обжалуемой части.

Другие лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Рассмотрев материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы в совокупности с исследованными доказательствами по делу, судебная коллегия Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда не усматривает оснований для отмены определения суда в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, при вынесении определения в обжалуемой части суд первой инстанции исходил из следующих обстоятельств.

30.05.2022 от финансового управляющего должника поступило ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, в котором он просил не применять правила об освобождении от обязательств, установленные ст. 213.28 Закона о банкротстве, в отношении ФИО3.

15.06.2022 в судебном заседании от должника поступил отзыв на ходатайство, в котором он просил завершить процедуру банкротства в отношении ФИО3, освободить ФИО3 от дальнейшего исполнения требований кредиторов по правилам пункта 3 ст. 213.28 Закона об банкротстве.

21.06.2022 от финансового управляющего должника поступило уточненное ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина, в котором он просил завершить процедуру банкротства в отношении ФИО3 и освободить ФИО3 от дальнейшего исполнения требований кредиторов по правилам пункта 3 ст. 213.28 Закона об банкротстве.

21.06.2022 через сервис подачи документов в электронном виде «Мой Арбитр» от ФИО1 поступило заявление, в котором он просил прекратить производство по делу о банкротстве №А55-21817/2019, не применять правила об освобождении от обязательств, установленные ст. 213.28 Закона о банкротстве, в отношении ФИО3.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве установлено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Согласно пункта 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

В ходе процедуры реализации имущества финансовым управляющим получена информация РЭО ГИБДД о том, что в настоящее время на имя должника не зарегистрированы транспортные средства. Ранее на имя ФИО3 был зарегистрирован автомобиль NISSAN ALMERA CLASSIC, 2007 г., дата перерегистрации на нового собственника 15.04.2017.

Из Управления Росреестра поступил ответ о наличии зарегистрированного объекта недвижимого имущества на имя должника (Выписка из ЕГРН №63/199/700/2020-202 от 17.02.2020):

жилое помещение, кад.номер 63:01:0714001:4946, адрес: Самарская область, г.Самара, Промышленный район, Московское <...>, площадь 43,2 кв.м, общая долевая собственность, доля в праве 1/2, дата гос.регистрации прекращения права 19.06.2017;

По результатам проведенной работы финансового управляющего по выявлению имущества должника установлено следующее:

- движимое имущество, зарегистрированное за должником, и на которое возможно обратить взыскание, отсутствует.

Финансовым управляющим проведена работа по подтверждению наличия (отсутствия), указанных должником открытых счетов в банках.

акции и (или) участие в коммерческих организациях должника не выявлено;

иных ценных бумаг, принадлежащих должнику, не выявлено;

наличные денежные средства должника не выявлены; банковские счета заблокированы.

Согласно ответу УМВД России по г. Самаре от 09.07.2020 за ФИО3 в период с 17.01.2008 по 15.04.2017 зарегистрирован автомобиль НИССАН АЛМЕРА КЛАССИК 1,6 SE, 2007 года выпуска, гос. номер <***>.

15.04.2017 автомобиль НИССАН АЛМЕРА КЛАССИК 1,6 SE, 2007 года выпуска, гос. номер <***> перерегистрирован на супругу ФИО5 на основании брачного договора, заключенного 11.04.2017.

Согласно заключению финансового управляющего имуществом должника оспаривание сделки по заключению брачного договора от 11.04.2017 нецелесообразно в связи со следующими обстоятельствами.

Средняя рыночная стоимость автомобиля НИССАН АЛМЕРА КЛАССИК 1,6 SE составляет 120 000 руб.

Согласно п. 1 ст. 34 СК РФ, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В соответствии со ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

По обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.

То есть при реализации автомобиля за 120 000 руб. в конкурсную массу поступит 60 000 руб. При этом судом первой инстанции учтено, что затраты на хранение автомобиля составят 3 000 руб./мес. (3000 руб. * 7мес. = 21 000 руб.); затраты на страхование автомобиля составят 3 500 руб.; затраты на торги по продаже данного имущества составят 15 000 руб.; ориентировочный срок утверждения положения о тогах и проведение самих торгов составит 7 мес.; ориентировочная величина всех затрат составит 21 000 руб.+3500руб. +15 000 руб.=39 500 руб.

Возможный размер денежных средств, подлежащих включению в конкурсную массу должника, составит: 60 000 руб. - 39 500 руб. = 20 500 руб.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что денежные средства от реализации не покроют расходы финансового управляющего по проведению процедуры реализация имущества гражданина, а также не позволят погасить требования кредиторов (общий размер требований кредиторов должника составляет 3568134,79 руб.).

ФИО3 заключен брачный договор, в котором указано, что в период брака супругами приобретено транспортное средство NISSAN ALMERA CLASSIC I 6SE, идентификационный номер (VIN) <***>, год выпуска 2007, модель, шасси (рама) отсутствует, кузов <***>. Указанное имущество оформлено на праве собственности на имя супруга ФИО3, но по брачному соглашению супругов, данное транспортное средство перешло в личную собственность супруги ФИО5.

ФИО1 полагал, что данный брачный договор нарушает его права, как кредитора в деле о банкротстве, поскольку заключение данного брачного договора является сделкой, направленной на вывод активов, а значит, прослеживается недобросовестное поведение участников гражданского оборота и злоупотребление правом со стороны должника, поскольку кредитор мог рассчитывать на удовлетворение своих требований за счет вышеуказанного имущества.

Согласно позиции, указанной в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2021)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021), если должник при возникновении или исполнении своих обязательств, на которых конкурсный кредитор основывал свое требование, действовал незаконно (пытался вывести активы, совершил мошенничество, скрыл или умышленно уничтожил имущество и т.п.), то в силу абзаца четвертого п. 4 ст. 213.28 Закона о банкротстве эти обстоятельства лишают должника права на освобождение от долгов.

Должник к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина, не привлекался.

Требования первой, второй очереди реестра требований кредиторов отсутствуют, согласно пояснениям финансового управляющего должника ФИО4, изложенным в сведениях о финансовом состоянии и выявлении признаков преднамеренного банкротства, информация, достаточная для принятия решения о необходимости оспаривания сделок должника, отсутствует.

Финансовым управляющим должника не установлено признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у гражданина-должника.

Согласно пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее -освобождение гражданина от обязательств). Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Вступившими в законную силу решением Промышленного районного суда г. Самара от 14.11.2018 по делу № 2-4722/2018, апелляционным определением Самарского областного суда от 07.02.2018 по делу №33-1166/2018, определением Промышленного районного суда г. Самара от 18.09.2018 установлена задолженность ФИО3 перед ФИО6 в размере 738 628 руб. 45 коп.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 03.12.2019 заявление кредитора ФИО1 о несостоятельности банкротстве ФИО3 признано обоснованным, заявленные требования включены в реестр.

Заявитель полагал, что указанный выше брачный договор нарушает его права, как кредитора в деле о банкротстве, поскольку заключение данного брачного договора является сделкой, направленной на вывод активов, а значит прослеживается недобросовестное поведение участников гражданского оборота и злоупотребление правом со стороны должника, поскольку кредитор мог рассчитывать на удовлетворение своих требований за счет такого имущества.

В ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника, суд в соответствии со ст. 213.28 Закона о банкротстве и с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств.

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о том, что недобросовестные должники не освобождаются от обязательств, а также о том, что банкротство лиц, испытывающих временные затруднения, недопустимо, направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ, обеспечивая тем самым защиту интересов кредиторов.

На этом основании ФИО1 полагал, что в данном случае действия должника свидетельствуют о его заведомо недобросовестном поведении и имеются основания для неприменения правил об освобождении должника от обязательств.

Доводы кредитора ФИО1 не приняты судом первой инстанции по следующим основаниям.

Материалы дела не содержат доказательств, позволяющих установить, что в случае несовершения должником брачного договора требования кредиторов могли быть погашены.

Как установлено судом, заключенный брачный договор не является сделкой, значимой для погашения требований кредиторов, и не мог быть расценен в качестве сделки, причинившей существенный ущерб кредиторам, поскольку возможный размер денежных средств, которые могли бы быть включены в конкурсную массу, составляет незначительную сумму

Брачный договор в рамках дела о банкротстве не оспорен финансовым управляющим, кредитором ФИО1 и другими участниками дела; судом не признавался недействительным.

Финансовый управляющий ФИО4 не представил доказательств, подтверждающих наличие оснований для оспаривания брачного договора, отдельно указал на отсутствие оснований для оспаривания сделок должника.

Сам по себе факт заключения брачного договора между супругами, то есть заинтересованными лицами, не свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника.

Заключение брачного договора не привело к объективному банкротству, не являлось существенной сделкой, направленной на причинение вреда кредиторам, и не причинило вред имущественным правам кредиторов должника вследствие ее совершения.

Недобросовестности должника при исполнении своих обязательств судом не установлено.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Согласно абзацу четвертому пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Как разъяснено в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Согласно заключению финансового управляющего - признаки фиктивного и преднамеренного банкротства отсутствуют, дебиторская задолженность отсутствует, сделок, подлежащих оспариванию, не выявлено.

Доказательств того, что должник действовал незаконно, привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве; злостно уклонялся от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, намеренно скрыл (передал не в полном объеме) сведения финансовому управляющему или суду, предоставил недостоверные сведения, скрыл или умышленно уничтожил имущество, в материалы дела не представлено.

Злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательство при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств. Признаки злостности уклонения обнаруживаются, помимо прочего, в том, что должник:

умышленно скрывает свои действительные доходы или имущество, на которые может быть обращено взыскание;

совершает в отношении этого имущества незаконные действия, в том числе мнимые сделки (статья 170 ГК РФ), с тем, чтобы не производить расчеты с кредитором; изменяет место жительства или имя, не извещая об этом кредитора;

противодействует судебному приставу-исполнителю или финансовому управляющему в исполнение обязанностей по формированию имущественной массы, подлежащей описи, реализации и направлению на погашение задолженности по обязательству;

несмотря на требования кредитора о погашении долга ведет явно роскошный образ жизни (определение ВС РФ от 03.09.2020 года по делу N 310-ЭС20-6956).

По смыслу абзаца четвертого пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве само по себе неудовлетворение требования кредитора, в том числе длительное, не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности.

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для не освобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

С учетом изложенного, у суда первой инстанции отсутствовали основания для неосвобождения должника от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об освобождении гражданина ФИО3 от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к обстоятельствам заключения должником указанного выше брачного договора, ранее приводились в ходатайстве кредитора о неосвобождении должника от обязательств в суде первой инстанции и им была дана надлежащая оценка судом.

У суда апелляционной инстанции не имеется оснований для иной оценки правильно установленных судом первой инстанции обстоятельств дела.

Таким образом, суд первой инстанции, исследовав в совокупности в соответствии со статьей 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, пришел к правомерному выводу о наличии оснований для освобождения должника от обязательств.

Доводы апелляционной жалобы в обжалуемой части не опровергают выводов суда первой инстанции, нарушений норм процессуального права, являющихся, в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта не установлено, в связи с чем определение суда в обжалуемой части является законным и обоснованным.

Согласно положениям ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 05 июля 2022 года по делу № А55-21817/2019 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Я.А. Львов

Судьи В.А. Копункин

Е.А. Серова