Гражданский кодекс часть 1

по заявлению финансового управляющего ФИО4 к ФИО2 о признании сделки должника недействительной и применении последствий ее недействительности (вх. 209902)

по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения., ИНН <***>, СНИЛС <***>,

при участии третьих лиц: ФИО1, Публичного акционерного общества Банк «Финансовая корпорация «Открытие»,

при участии в судебном заседании: представитель ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 28.11.2019;

представитель ФИО1 – ФИО6 по доверенности от 25.01.2022;

представитель ФИО1 – ФИО7 по доверенности от 09.11.2021.

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 14.12.2018 на основании заявления ООО Мясокомбинат «ВЛАДИ» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.05.2019 в отношении ФИО3 открыта процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО4.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 04.10.2019 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО4.

Ранее, 29.10.2019 в Арбитражный суд Самарской области от финансового управляющего ФИО4 поступило заявление о признании недействительной сделки по отчуждению недвижимого имущества - земельного участка, кадастровый номер 63:09:0301168:751, по адресу: РФ, Самарская область, Центральный район, ул. Калиновая, дом. 9; здание, кадастровый номер 63:09:0301168:896, по адресу: РФ, Самарская область, Центральный район, ул. Калиновая, дом 9, применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу указанного имущества.

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Самарской области вынес определение от 28.10.2021 следующего содержания:

«Удовлетворить заявление финансового управляющего ФИО4 от 29.10.2019 вх. №209902 о признании сделки должника недействительной и применении последствий её недействительности.

Признать недействительной сделку – договор купли-продажи от 17.11.2016 по отчуждению недвижимого имущества:

- земельного участка, кадастровый номер 63:09:0301168:751, по адресу: Самарская область, Центральный район, ул. Калиновая, дом. 9;

- здания, кадастровый номер 63:09:0301168:896, по адресу: Самарская область, Центральный район, ул. Калиновая, дом 9.

Применить последствия недействительности сделки.

Обязать ФИО2 вернуть в конкурсную массу должника ФИО3:

- земельный участок, кадастровый номер 63:09:0301168:751, по адресу: Самарская область, Центральный район, ул. Калиновая, дом. 9;

- здание, кадастровый номер 63:09:0301168:896, по адресу: Самарская область, Центральный район, ул. Калиновая, дом 9.

Восстановить право требования ФИО2 в размере 4 800 000 руб. к ФИО3.

Взыскать с ФИО2 6 000 руб. судебных расходов по государственной пошлине в доход федерального бюджета Российской Федерации.».

ФИО1 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 28.10.2021. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2021 апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2021 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству.

ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 28.10.2021. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2021 апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2021 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству.

ФИО3 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Самарской области от 28.10.2021. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.11.2021 апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2021 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители заявителей апелляционных жалоб поддержали доводы указанных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд считает обжалуемый судебный акт подлежащим отмене, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Суд первой инстанции установил, что в обоснование заявленных требований финансовый управляющий имуществом должника ФИО4 ссылался на то, что согласно Выписке ЕГРН от 24.07.2019 должником ФИО2 реализовано, следующее имущество: земельный участок, кадастровый номер 63:09:0301168:751. по адресу: Самарская область, Центральный район, ул. Калиновая, дом. 9., площадью, дата прекращения права 25.11.2016; здание, кадастровый номер 63:09:0301168:896, по адресу: Самарская область. Центральный район, ул. Калиновая, дом. 9, площадью, дата прекращения права 25.11.2016.

Из материалов дела следует, что 02.11.2016 между ФИО1 (супруга должника), ФИО3 и ФИО8 (покупатель) заключен предварительный договор купли-продажи вышеуказанного недвижимого имущества, по условиям которого указанное имущество продано за 4 800 000 руб., из которых 4 600 000 руб. подлежали внесению покупателем на банковский счет продавца, с которого производится списание денежных средств в счет исполнения обязательств по кредитному договору №1522 от 22.09.2010, заключенному с ЗАО КБ «Открытие», а оставшаяся часть подлежит выплате наличными денежными средствами в день подписания основного договора (п.п. 2.2, 2.2.1, 2.2.2 предварительного договора).

В соответствии с условиями обязательств 14.11.2016 ФИО9, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности от 01.11.2016 №10АА0529914, выданной покупателем ФИО2, внесены денежные средства в сумме 4 693 900 руб. на банковский счет в ПАО Банк «ФК «Открытие» на имя ФИО1 в счет погашения кредита, что подтверждается приходным кассовым ордером указанного банка от 14.11.2016 №16940.

В дальнейшем данные денежные средства списаны в счет исполнения обязательств по кредитному договору что подтверждено выпиской ПАО Банк «ФК «Открытие» по расчетам по кредитным продуктам за период с 14.11.2016 по 31.12.2017, в связи с чем 15.11.2016 заемщиком ФИО10 получена в банке закладная и подтверждение о полном исполнении обязательств (акт приема передачи закладной от 15.11.2016).

17.11.2016 между ФИО10 (супруга должника), ФИО3 и ФИО2 заключен договор купли-продажи вышеуказанного имущества, при этом 25.11.2016 на основании указанного договора зарегистрирован в ЕГРН переход права на объекты недвижимого имущества к ФИО2

В договоре купли-продажи от 17.11.2016 стороны подтвердили факт осуществления покупателем ФИО2 платежа в сумме 4 693 900 руб. на банковский счет продавца, с которого производится списание денежных средств в счет исполнения обязательств по кредитному договору №1522 от 22.09.2010, заключенному с банком (пункт 2.2.1 договора).

Также стороны констатировали осуществление расчета наличными денежными средствами в оставшейся сумме (106 000 руб.), факт полного расчета между сторонами и отсутствие взаимных претензий (п. 2.2.2 договора).

Оспариваемая сделка совершена 17.11.2016, переход права зарегистрирован 25.11.2016, тогда как заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 14.12.2018, т.е. в течение трех лет до даты принятия заявления о признании должника банкротом.

Суд первой инстанции указал, что на момент заключения оспариваемых сделок должник имел неисполненные обязательства перед ФАКБ «Инвестторгбанк», у Должника имелись непогашенные обязательства перед ФАКБ «Инвестторгбанк», установленные решением Ленинского районного суда г. Самара от 25.02.2015, оставленным без изменения апелляционным определением Самарского областного суда от 07.05.2015 на сумму 39 453 713,84 руб. по договору поручительства по кредитным обязательствам ООО «МК ВЛАДИ».

В этой связи суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на момент совершения сделок по отчуждению выявленного имущества должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Определением Арбитражного суда самарской области от 26.06.2020 по делу назначена оценочная экспертиза, ее проведение поручено эксперту ООО «НПО «Азимут» ФИО11.

Заключением судебной экспертизы № 105-СЭ от 13.10.2020 определено, что по состоянию на дату проведения сделки, т.е. на 17.11.2016 стоимость спорного земельного участка составляет 2 863 114, 80 руб., стоимость спорного жилого дома составляет 2 950 042,72 руб., общая стоимость 5 813 157,52 руб.

Ссылаясь на то, что по оспариваемой сделке имущество реализовано дешевле (4 800 000 руб.) суд первой инстанции посчитал, что цена является явно заниженной, что повлекло за собой вред имущественным правам кредиторов.

В то же время, суд первой инстанции сославшись на то, что договором предусмотрен преимущественно безналичный расчет, критически оценил представленный в качестве подтверждения оплаты приходный кассовый ордер от 14.11.2016 №16940, указав, что плательщиком денежных средств является ФИО9, а денежные средства вносятся на счет: Расчеты филиала с ГО.

Также суд первой инстанции указал, что представленный приходный кассовый ордер от 14.11.2016 №16940 на сумму 4 693 900,76 руб. не подтверждает факт оплаты по договору купли-продажи от 17.11.2016 за объекты недвижимого имущества, поскольку сумма платежа не соответствует сумме оплаты по договору, в назначении платежа указано: источник поступления: пополнение счета до договору на имя ФИО1 в погашение кредита, в то время, как в назначении платежа должно быть указано: оплата по договору купли-продажи или оплата в счет купли-продажи спорных объектов с указание адреса или иных характеристик объектов.

Суд первой инстанции указал, что данные обстоятельства явно свидетельствует о том, что денежные средства были фактически направлены на погашение имеющегося кредита ФИО1, а договор купли-продажи заключался фиктивно под данный платеж.

Также суд первой инстанции указал, что согласно представленному платежному документу денежные средства в счет погашения кредита ФИО1 внесены ФИО9, тогда как доказательства передачи денежных средств ФИО2 ФИО9 отсутствуют, равно как отсутствуют и доказательства, подтверждающие наличие собственных у ФИО2 денежных средств в размере 4 800 000 руб. для расчетов по договору.

С учетом указанных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что расчеты по спорному договору купли-продажи не могут считаться подтвержденными, доказательства возмездности сделки отсутствуют.

Также суд первой инстанции посчитал, что поскольку информация о наличии судебных споров, исполнительных производств размещается на официальных сайтах государственных органов и находится в общем доступе, ФИО2 и ФИО9, действуя разумно, добросовестно и проявляя требующуюся от них по условиям оборота осмотрительность, на момент совершения сделок, имели возможность установить наличие этих обстоятельств и должны были знать об имеющейся задолженности Продавцов и сделать соответствующие выводы о наличии признаков неплатежеспособности.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции ссылаясь на положения статьи 10 ГК РФ и статьи 61.2 Закона о банкротстве пришел к выводу о том, что отчуждение имущества по договору купли-продажи привело к выбытию из состава имущества должника ликвидного имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, что причинило вред имущественным правам кредиторов, признать недействительной указанную сделку по отчуждению недвижимого имущества и применил последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 вернуть указанное имущество в конкурсную массу должника, а также восстановил право требования ФИО2 в размере 4 800 000 руб. к ФИО3.

Арбитражный апелляционный суд не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции.

Правонарушение, заключающееся в необоснованной передаче должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, является основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве. При этом такая сделка должна быть совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2019 по делу № 305-ЭС18-22069, баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Действующее законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя. В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 06.03.2019 № 305- ЭС18-22069).

В спорном случае финансовый управляющий в обоснование требования не указал, какие дефекты, выходящие за рамки подозрительной сделки, имеет оспариваемая сделка, позволяющая квалифицировать ее по статье 10 ГК РФ. Требования финансового управляющего, по сути, заключаются в признании недействительной сделки по отчуждению имущества должника. Совершение сделки, направленной на уменьшение имущества должника в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Следовательно, применение в данном случае к оспариваемой сделке положений статей 10, 168 ГК РФ приводит к тому, что содержание пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила как об исковой давности по оспоримой сделки, так и о возможности оспаривания сделок, совершенных только в установленный Законом о банкротстве период подозрительности (три года до принятия заявления о признании должника банкротом), что является недопустимым.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения требований финансового управляющего должником и признания оспариваемой сделки недействительной на основании положений статей 10, 168 ГК РФ у суда первой инстанции не имелось.

Кроме того, признавая сделку недействительной суд первой инстанции пришел к взаимоисключающим выводам, констатировав недоказанность расчета по сделке и ее фактическую безвозмездность для ответчика, и в то же время восстановил ответчику право требования к должнику в объеме фактически уплаченных денежных средств (4 800 000 руб.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

Право арбитражного управляющего на предъявление исков о признании недействительными сделок должника основано на положениях статями 61.9, 129 и 213.32 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В то же время, по смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как указано в абз. 7 п. 5 вышеназванного Постановления № 63, при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 7 Постановления № 63 разъяснено, что в силу первого абзаца пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом.

В пункте 3 статьи 19 Закона о банкротстве установлено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Суд первой инстанции посчитал, что заявителем доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания спорного договора недействительным, по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, однако с указанным выводом нельзя согласиться.

Вопреки выводам суда первой инстанции совокупность имеющихся доказательств свидетельствует о том, что расчет по оспариваемой сделке произведен.

Указанные обстоятельства подтверждаются, приходным кассовым ордером ПАО Банк «ФК «Открытие» от 14.11.2016 №16940, выпиской ПАО Банк «ФК «Открытие» по расчетам по кредитным продуктам за период с 14.11.2016 по 31.12.2017, актом приема передачи закладной от 15.11.2016, письмом ПАО Банк «ФК «Открытие» от 11.01.2021 б\н, письмом ПАО Банк «ФК «Открытие» от 28.12.2021 4Ф-27, платежными поручениями от 14.11.2018 №0180120 на сумму 4 675 313 руб. 39 коп. и 25 037 руб. 2 коп., содержанием договора купли-продажи от 17.11.2016 (об обстоятельствах произведенного расчета).

ФИО9, действуя на основании нотариально удостоверенной доверенности от 01.11.2016 №10АА0529914 от имени покупателя ФИО2 в соответствии с указанной доверенность имела конкретные полномочия, именно на осуществление сделки со спорным имуществом, в том числе на осуществление расчета по сделке.

Факт внесения денежных средств ФИО9, действующей именно от лица покупателя ФИО2, подтвержден в отзыве ПАО Банк «ФК «Открытие» на апелляционную жалобу.

При этом ответчик в ходе судебного разбирательства пояснял, что 27.06.2016 между ФИО2 и ООО «АСВИКОМТРЕЙД» заключен договор на оказание риэлторских услуг, в рамках которого ООО «АСВИКОМТРЕЙД» обязалась за установленную плату подобрать для ФИО2 жилой дом с земельным участком.

Ответчик указывал, что осенью 2016, со стороны ООО «АСВИКОМТРЕЙД» предложен дом в Центральном районе г. Тольятти, по адресу Калиновая д. 9, который по всем параметрам и характеристикам подошел ФИО2

Поскольку данный жилой дом имел обременение (непогашенный ипотечный кредит), между ФИО1 (супруга должника), ФИО3 и ФИО2 в лице ФИО9 заключен предварительный договор купли-продажи недвижимого имущества, в котором оговорены условия предстоящей сделки, в том числе необходимость внесения денежных средств в размере 4 693 900 руб. на банковский счет продавца, с которого данные средства подлежали списанию в счет исполнения обязательств по кредитному договору.

Ответчик указывал, что после регистрации права собственности ФИО2 зарегистрировался по данному адресу по месту жительства, произвел ремонт в доме, работы по облагораживанию прилегающей территории, приобрел мебель. Ответчик ссылался на то, что в данном доме проживает с момента совершения сделки по покупке недвижимого имущества, более трех лет.

Ответчик ссылался на то, что оплата по спорному договору осуществлена им за счет ранее сделанных накоплений в ходе трудовой деятельности, полученных в наследство, за счет средств возвращенных займов.

Указанные обстоятельства кем-либо не оспорены, не опровергнуты.

Таким образом, расчет по оспариваемой сделке произведен, поскольку подтвержден расчет по кредитному обязательству, ранее возникшему в связи с приобретением указанного имущества. В материалах дела не имеется доказательств того, что такой расчет произведен каким-либо иным лицом, либо что ФИО9 действовала в собственных интересах или интересах иного лица, а не ФИО2, что денежные средства, направленные на уплату принадлежали не ФИО2, а иному лицу.

Условие договора о получении причитающейся в счет оплаты суммы имеет силу расписки и не требует дополнительного подтверждения иными документами (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28.09.2021 № 305-ЭС21-8014).

Расписка в качестве долгового документа может подтверждать наличие задолженности не только из договора займа (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации), но и из любого иного вида гражданско-правовых обязательств (пункт 2 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 07.09.2020 № 305-ЭС19-13899(2) по делу № А40-32501/2018).

При указанных обстоятельствах, у суда первой инстанции не имелось оснований для констатации того, что оспариваемая сделка фактически являлась безвозмездной.

Кроме того, в рассматриваемом случае, реализовано недвижимое имущество более чем за два года до даты возбуждения дела о несостоятельности должника.

ФИО2 не является заинтересованным лицом по отношению к ФИО3 по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве, какие-либо доказательства его заинтересованности, аффилированности не представлены.

Доводы относительно наличия у должника признаков неплатежеспособности с учетом того, что в отношении должника были возбуждены исполнительные производства и со ссылкой на содержание официального сайта ФССП в сети Интернет, не свидетельствуют об осведомленности ответчика об указанных обстоятельствах.

В материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства известности ФИО2 о признаке неплатежеспособности должника или недостаточности его имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества при заключении оспариваемой сделки.

Доказательств того, что стороны оспариваемой сделки состояли в сговоре и их действия были направлены на вывод имущества должника с последующей его передачей заинтересованным лицам, не представлено.

В абзаце 7 пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что само по себе размещение на сайте Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о возбуждении дела о банкротстве должника не означает, что все кредиторы должны знать об этом. Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учетом характера сделки, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться, в том числе путем проверки его по указанной картотеке.

Между тем, в данном случае ни одно из обстоятельств, которые позволяют сделать вывод о том, что контрагент должника знал или должен был знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, судом первой инстанции не установлено; арбитражным управляющим, оспаривающим сделку, соответствующие доказательства не представлены.

При этом, в данном случае заявитель не доказал, что ответчик (ФИО2) знал или мог знать о неплатежеспособности должника: ответчик не являлся заинтересованным лицом по отношению к должнику, характер состоявшейся оспариваемой сделки (оплата поставленного товара) не предполагал обязательную проверку сведений о должнике, в том числе обо всех исковых производствах с участием должника, информация о которых размещена в картотеке арбитражных дел или сайте Федеральной службы судебных приставов; наличие судебных споров с участием должника само по себе не свидетельствует о его неисполненных обязательствах (до вступления решения суда в законную силу), а также об отсутствии у должника достаточных средств для погашения удовлетворенных судом требований.

Вместе с тем, само по себе размещение на официальных сайтах kad.arbitr.ru, fssp.gov.ru общедоступной информации об исковых заявлениях к должнику, возбужденных исполнительных производствах таким доказательством являться не может, и не свидетельствует о том, что ответчик знал или мог знать о неплатежеспособности должника, и то обстоятельство, что в рассматриваемый период к должнику были бы предъявлены требования третьими лицами, также не является безусловным доказательством признаков неплатежеспособности, поскольку предъявление требований в исковом порядке еще не означает недостаточность средств для погашения таких требований.

В этой связи, само по себе наличие задолженности перед контрагентами по договорным обязательствам не свидетельствует о недостаточности имущества и о том, что на момент осуществления оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или о том, что у должника было недостаточно имущества для погашения имеющейся кредиторской задолженности.

На дату совершения оспариваемой сделки в отношении должника не только не была применена ни одна из предусмотренных Законом о банкротстве процедур, но и не было возбуждено дело о банкротстве.

При указанных обстоятельствах, по мнению апелляционного суда, в данном случае не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Относительно вывода суд первой инстанции о неравноценности встречного исполнения со ссылкой на результаты судебной экспертизы необходимо указать следующее.

С учетом срока подозрительности в данном случае (3 года) и недоказанности обстоятельств, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, само по себе указанное обстоятельство не имеет значения для разрешения спора.

При этом, в соответствии с результатами судебной экспертизы цена имущества по оценке рыночной стоимости и фактически имевшая место в оспариваемом договоре различаются менее чем на 20 процентов.

При этом также следует указать, что рыночная стоимость носит вероятный характер и имеет как минимальный, так и максимальный размеры, при этом Законом о банкротстве не установлены критерии существенности отличия цены оспариваемой по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделки от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Оспаривание сделки по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве направлено на защиту имущественного положения должника с целью наиболее полного удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства, в связи с чем сделка может быть признана недействительной при наличии доказательств того, что она причинила явный ущерб ввиду совершения ее на заведомо и значительно невыгодных условиях.

В пункте 93 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что о наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

Об определении явного ущерба при совершении сделки упоминается также и в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», согласно пункту 2 которого под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Однако в настоящем обособленном споре общая рыночная стоимость реализованного имущества существенно не превышает общую фактическую цену реализации имущества в два или более раза. Аналогичная правовая позиция сформулирована в судебной практике (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 12.09.2018 № Ф06-36729/2018 по делу № А55-22185/2015; Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 16.08.2018 № Ф06-9750/2016 по делу № А65-27171/2015).

Закон установил достаточно жесткие последствия сделки, признанной недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: содействие достижению противоправной цели влечет не только возврат покупателем приобретенного им имущества в конкурсную массу должника, но и субординирует требования такого кредитора (пункт 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве). В реальных условиях банкротства, когда нередко не погашаются даже требования кредиторов третьей очереди, такие меры по своей экономической сути приближены к конфискационным. В связи с этим осведомленность контрагента должника о противоправных целях последнего должна быть установлена судом с высокой степенью вероятности.

Применение кратного критерия осведомленности значительно повышает такую вероятность, поскольку необъяснимое двукратное или более отличие цены договора от рыночной должно вызывать недоумение или подозрение у любого участника хозяйственного оборота. К тому же кратный критерий нивелирует погрешности, имеющиеся у всякой оценочной методики.

Иной подход подвергает участников хозяйственного оборота неоправданным рискам полной потери денежных средств, затраченных на покупку (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 N 305-ЭС21-19707 по делу N А40-35533/2018)

Учитывая указанные обстоятельства, обжалуемый судебный акт подлежит отмене по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 4 ч. 1 ст. 270 АПК РФ, с принятием нового судебного акта.

Расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ, статьей 59 Закона о банкротстве подлежат отнесению на должника.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Самарской области от 28.10.2021 по делу №А55-33969/2018 отменить, принять по делу новый судебный акт.

В удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО4 о признании сделки должника недействительной и применении последствий её недействительности отказать.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 6 000 руб. по заявлению.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 расходов по государственной пошлине по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходов по государственной пошлине по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Д.К. Гольдштейн

Судьи А.И. Александров

Л.Р. Гадеева