Гражданский кодекс часть 1

на определение Арбитражного суда Самарской области от 11 июня 2021 года об отказе в удовлетворении заявления к ФИО3 о признании сделки недействительной

в рамках дела № А55-8849/2017

о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Самарский подшипниковый завод»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.08.2017 в отношении ОАО «Самарский подшипниковый завод» введена процедура наблюдения. Временным управляющим должника утвержден ФИО5.

Сообщение о введении наблюдения опубликовано в газете «Коммерсант» No162 от 02.09.2017.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 13.04.2018 ОАО «Самарский подшипниковый завод» признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложены на ФИО5.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 11.07.2018 (резолютивная часть) конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.11.2019 конкурный управляющий ФИО6 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего Открытого акционерного общества «Самарский подшипниковый завод», конкурсным управляющим Открытого акционерного общества «Самарский подшипниковый завод» утвержден ФИО1, член Ассоциации «Московская саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Конкурсный управляющий ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением об оспаривании сделок должника, в соответствии с которым просил признать недействительной сделкой платежи по премированию ФИО3 в общем размере 521 886, 79 руб., в том числе: за апрель 2018 -180000 руб., за май -161886, 79 руб., за июнь 2018 -180000 руб.;

Применить последствия недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 11 июня 2021 года отказано в удовлетворении заявленного требования.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда самарской области от 11 июня 2021 года, удовлетворить заявленное требование.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 июля 2021 года апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 25 августа 2021 года.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего апелляционную жалобу поддержал.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям представленного отзыва.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 11 июня 2021 года об отказе в удовлетворении заявления к ФИО3 о признании сделки недействительной в рамках дела № А55-8849/2017, в связи со следующим.

Из материалов дела следует, между ОАО «Самарский подшипниковый завод» и ФИО3 заключен трудовой договор № 0000344 от 05.09.2017 года, по условиям которого ФИО3 принят на должность исполнительного директора ОАО «СПЗ» (отдел «Дирекция») с 05.09.2017 года на неопределенный срок.

Согласно п. 4.1. указанного трудового договора работнику ФИО3 установлен должностной оклад в размере 380 000 рублей, а также ежемесячная премия и надбавки, согласно положениям и приказам, действующих на предприятии.

К трудовому договору № 0000344 от 05.09.2017 года заключено дополнительное соглашение от 01.10.2017 года, в соответствии с которым ФИО3 установлен должностной оклад 180 000 рублей 00 коп. в месяц, без доплаты за вредные условия труда.

Кроме того, согласно трудовому договору (с учетом дополнительного соглашения к нему от 01.10.2017 года) помимо установленного должностного оклада, работнику ежемесячно, по фактически отработанному времени, выплачивается дополнительное вознаграждение в размере:

-150 % от должностного оклада в случае выполнения производственных показателей свыше 95 % и до 100 % от запланированных;

-100 % от должностного оклада в случае выполнения производственных показателей свыше 90 % и до 95 % от запланированных.

На основании отчетов о начислении премий, подписанных временным управляющим ОАО «Самарский подшипниковый завод» ФИО5, исполнительному директору ФИО3 начислена премия в размере 100 % от должностного оклада.

Согласно справки о доходах за 2018 год ФИО3 за апрель 2018 года выплачено 311 414, 66 рублей, в том числе премия 180 000 рублей, за май 2018 года - 298 571,79 рублей, в том числе премия 161 886, 79 рублей, за июнь 2018 года - 332 893,11 рублей, в том числе 180 000 рублей. Всего за период с апреля 2018 года по июнь 2018 года ФИО3 выплачено премиальное вознаграждение в размере 521 886,79 рублей. Выплаты подтверждаются выпиской из системы Сбербанк.Бизнес.Онлайн - реестром денежных средств с результатом зачислений на счет физических лиц (сотрудников).

Полагая, что выплата премий подлежит признанию недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий ФИО1 обратился с настоящим заявлением в суд.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

На основании пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве правила главы III. 1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, в том числе к оспариванию соглашений или приказов об увеличении размера заработной платы, о выплате премий или об осуществлении иных выплат в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и к оспариванию самих таких выплат.

Как следует из разъяснений, приведенных в подпункте 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), по правилам главы III. 1 Закона о банкротстве может также оспариваться выплата заработной платы.

Поэтому в силу прямого указания Закона о банкротстве и разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации действия по выплате заработной платы могут быть оспорены в рамках дела о банкротстве по признаку неравноценного встречного исполнения обязательств другой стороной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам, установленным Законом о банкротстве, оспаривается не сделка и не трудовой договор как специальное соглашение субъектов трудовых отношений, а действия по формированию отдельных условий, включенных в трудовой договор, направленных фактически не на регулирование трудовых правоотношений, а на создание дополнительных обязанностей у должника, препятствующих осуществлению расчетов с кредиторами в порядке, установленном законодательством о несостоятельности (банкротстве). Направленность спорных действий не на защиту прав и законных интересов работника, а на затруднение расчетов с кредиторами должника исключает возможность применения к ним положений трудового законодательства, поскольку фактически намерения по созданию прав и обязанностей в области трудовых отношений в этом случае отсутствуют. Применение при таких условиях к действиям должника по регулированию трудовых правоотношений положений Закона о банкротстве не противоречит положениям ни трудового, ни гражданско-правового законодательства.

С учетом положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также разъяснений, изложенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.2010 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», может быть оспорена сделка, совершенная в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Как указано в пункте 8 Постановления № 63, при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Заявление о признании ОАО «Самарский подшипниковый завод» несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом определением от 19.06.2017 года. Все оспариваемые сделки совершены должником после принятия указанного заявления, то есть в течение срока подозрительности, установленного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из положений статьи 57 Трудового кодекса РФ, под трудовой функцией понимается работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы.

Согласно указанной статье в трудовом договоре могут предусматриваться дополнительные условия, не ухудшающие положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

В силу части 1 статьи 129 Трудового кодекса РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные в выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и I надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

Таким образом, заработная плата, в том числе стимулирующие выплаты работникам, являются вознаграждением за трудовую деятельность, а встречным исполнением по указанной сделке является непосредственно осуществление трудовой функции.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий, полагает, что сумма 521 886,79 рублей, является необоснованной при выплате заработной платы ФИО3, поскольку при осуществлении полномочий исполнительного директора отсутствовал какой-либо реальный положительный результат для предприятия должника, за оспариваемый период работы предприятия получило отрицательные финансовые (экономические) показатели.

Представленные конкурсным управляющим сведения относительно платежеспособности ОАО «Самарский подшипниковый завод» правомерно не приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку не отражают исполнение трудовых функций ФИО3, как исполнительным директором.

Согласно выписке ЕГРЮЛ основным видом деятельности должника является «Производство шариковых и роликовых подшипников».

В обязанности ФИО3 как исполнительного директора ОАО «Самарский подшипниковый завод» входило руководство производственной деятельности должника. При этом повышение (улучшение) показателей финансового положения (платежеспособности) ОАО «Самарский подшипниковый завод» не входило в обязанности ФИО3

В соответствии с п. 1 дополнительного соглашения от 01.10.2017 года к трудовому договору № 0000344 от 05.09.2017 года основанием премирования работника являлось выполнение производственных показателей.

Доказательств относительно невыполнения ОАО «Самарский подшипниковый завод» производственных показателей в материалы дела не представлено.

Кроме того, заработная плата с учетом премиальных выплат исполнительному директору ФИО3 существенно не отличалась от окладов, ранее установленных штатным расписанием ОАО «Самарский подшипниковый завод», что подтверждается представленными в материалы дела документами.

При этом, дополнительное соглашение от 01.10.2017 года по сравнению с условиями ранее заключенного трудового договора № 0000344 от 05.09.2017 года, предусматривавшего должностной оклад в размере 380 000 рублей, также ежемесячные премии и надбавки согласно положений и приказов, действующих на предприятии, напротив, ухудшало условия по оплате труда работника ФИО3

Доказательств, подтверждающих, что уменьшение финансовых показателей произошло в следствие ненадлежащего исполнения ФИО3 должностных обязанностей также не представлено.

С учетом изложенного, конкурсным управляющим не приведены доказательства того, что встречное исполнение, а именно, исполнение ФИО7 трудовых функций по сравнению с произведенными ему выплатами было существенно хуже, чем по аналогичным сделкам, совершаемым должником либо иными участниками правоотношений.

Доводы о том, что временный управляющий не подписывал отчеты о премировании со ссылкой на заключение эксперта правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку не являются основанием для признания сделки недействительной.

Согласно заявлению, конкурсный управляющий ФИО1 просит признать недействительными сами платежи, а не основания их начисления.

При этом, доказательств возбуждения уголовного дела по фактам недействительности подписи временного управляющего в отчетах о премировании, привлечения виновных лиц к ответственности в рамках судебного разбирательства не представлено.

Отчеты о начислении премий на апрель, май, июнь 2018 года, подписанные ФИО5, как односторонние сделки, никем не оспорены, недействительными не признаны.

Доказательств, подтверждающих, что перечисление осуществлено в следствие неправомерных действий самого ответчика ФИО3 материалы дела не содержат.

Доказательств, подтверждающих доступ ФИО3 к бухгалтерским документам должника также не представлено.

Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, если цена передаваемого по ним имущества или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 14 Постановления 63, бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки, а бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

При определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Между тем, доказательств, того, что полученные ФИО3 денежные средства за период с мая 2018 года по июнь 2018 года, превышают 1% стоимости активов ОАО «Самарский подшипниковый завод» в материалы дела не представлено.

В соответствии с разъяснениями Пленума ВАС РФ, приведенными абзаце 4 пункта 4 Постановления от 23.12.2010 № 63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Вместе с тем, в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Договор, при заключении которого допущено нарушение положений пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, является ничтожным в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции от 30.07.2013) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

При этом, исходя из пункта 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, от которого требуются разумность и добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. Однако таких доказательств конкурсный управляющий должника в материалы дела не представил.

Поскольку доказательств неравноценности встречного исполнения и недобросовестного исполнения ФИО3 своих обязательств не представлено, следовательно отсутствуют основания для признания оспариваемых сделок как совершенных с целью реализации какого-либо противоправного интереса.

Доводы об аффилированности отклоняются судебной коллегией, поскольку доказательств, подтверждающих, что ФИО3 обладал фактически правом давать распоряжения (указания) как временному управляющему, так и иным лицам, действующим от имени ОАО «Самарский подшипниковый завод», материалы дела не содержат.

На основании изложенного заявление конкурсного управляющего правомерно оставлено без удовлетворения.

Возражая против удовлетворения заявленного требования ответчик указал на пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности.

Так, согласно п. 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если основание недействительности сделки связано с нарушением совершившим ее от имени должника арбитражным управляющим Закона о банкротстве, исковая давность по заявлению о ее оспаривании исчисляется с момента, когда о наличии оснований для ее оспаривания узнал или должен был узнать следующий арбитражный управляющий.

Конкурсный управляющий указал, что узнал о совершенной сделке только после проведения почерковедческой экспертизы - 01.08.2019, которая получена 09.08.2019 по результатам ознакомления с материалами проверки.

Вместе с тем, в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 31.08.2017 в отношении открытого акционерного общества "Самарский подшипниковый завод" (далее - ОАО "Самарский подшипниковый завод", должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 13.04.2018 ОАО "Самарский подшипниковый завод" признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства.

Исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО5

Вопрос о назначении конкурсного управляющего назначен на 15 мая 2018 года.

Определением суда от 16.07.2018 года конкурсным управляющим назначен ФИО6, который ранее не являлся временным управляющим.

Конкурсный управляющий ФИО1 утвержден определением Арбитражного суда Самарской области от 20.06.2019. При этом конкурсный управляющий ФИО6 отстранен этим же определением суда от 20.06.2019 года.

При этом конкурсный управляющий ФИО1 является процессуальным правопреемником ФИО6

Соответственно срок обжалования сделки подлежит определению с того момента когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, началом течения срока исковой давности следует считать дату назначения конкурсного управляющего ФИО6 16.07.2018 года.

Доказательств того, что конкурсный управляющий ФИО6 действуя добросовестно, не должен был узнать о выплаченных платежах по премированию ФИО3 в общем размере 521 886, 79 руб., в том числе: за апрель 2018 -180000 руб., за май -161886, 79 руб., за июнь 2018 -180000 руб., а именно в период действия процедуры конкурсного производства, в материалы дела не представлено.

С настоящим заявлением конкурсный управляющий обратился 24.12.2019.

С учетом изложенного, судебная коллегия полагает ошибочными выводы суда первой инстанции об исчислении срока исковой давности с 09.08.2019, а именно с даты получения экспертизы подписи временного управляющего.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Вместе с тем, ошибочные выводы суда первой инстанции не привели к принятию необоснованного судебного акта.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 11 июня 2021 года об отказе в удовлетворении заявления к ФИО3 о признании сделки недействительной в рамках дела № А55-8849/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Е.А. Серова

Судьи Я.А. Львов

Г.О. Попова