Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-10399/2022) финансового управляющего ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.03.2022 по делу № А56-38599/2020/сд.2, принятое

по заявлению финансового управляющего ФИО2

к ФИО4

об оспаривании сделки должника

в деле о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: гор. Гатчина Ленинградской обл., СНИЛС <***>, ИНН <***>),

установил:

18.05.2020 гражданин ФИО5 (далее – должник, ФИО5) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом), которое было принято к производству суда определением от 22.05.2020.

Определением арбитражного суда от 17.08.2020 заявление ФИО5 признано обоснованным; в отношении должника введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина; финансовым управляющим утвержден ФИО6 (далее – ФИО6); к участию в деле привлечен орган опеки и попечительства по месту жительства несовершеннолетнего ребенка должника.

Решением арбитражного суда от 07.06.2021 ФИО5 признан несостоятельным (банкротом); в отношении должника введена процедура реализации имущества; ФИО6 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего, а определением арбитражного суда от 30.06.2021 финансовым управляющим должником утвержден ФИО2 (далее – ФИО2).

10.11.2021 финансовый управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), о признании недействительной сделкой соглашения об уплате алиментов на содержание ребенка от 06.05.2020 серии 47 БА №3318931, заключенного между должником и ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик), а также о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО4 в конкурсную массу ФИО5 562 333,38 руб.

Определением арбитражного суда от 15.03.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит определение суда отменить, заявленные требования удовлетворить, мотивируя жалобу неполным выяснением судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также нарушением норм материального и процессуального права и указывая на недействительность оспариваемой сделки по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и на основании статей 10 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Податель жалобы ссылается на наличие процессуальных нарушений, в частности – несвоевременное направление ответчиком письменного отзыва в адрес заявителя, в связи с чем управляющий был лишен возможности ознакомиться с доводами ответчика и представить свои возражения.

По существу заявленных требований апеллянт указывает, что установленный в соглашении размер алиментов является завышенным с учетом размера заработной платы должника, при том, что, как полагает податель жалобы, ответчик, являясь в спорный период супругой должника, не могла не знать о наличии у него на момент совершения оспариваемой сделки признаков несостоятельности (банкротства).

Должник представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда оставить без изменения.

В судебном заседании апелляционной инстанции представитель финансового управляющего доводы жалобы поддержала, полагала, что размер алиментов не может быть установлен выше, чем ? от заработка должника.

Представитель должника возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, сославшись при этом на то, что размер алиментов ? от заработка должника устанавливается только в случае отсутствия соответствующего соглашения, что в рассматриваемом случае не имеет места.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства.

Законность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, финансовым управляющим установлено, что должник состоит в браке с ФИО4 и супруги имеют несовершеннолетнюю дочь – ФИО7

Между должником и ФИО4 заключено соглашение об уплате алиментов на содержание ребенка от 06.05.2020 (далее – соглашение), в соответствии с пунктом 1.1 которого ФИО5, начиная с 01.06.2020 и не позднее 15 числа каждого месяца, обязуется ежемесячно перечислять ФИО4 алименты на дочь - ФИО7 в твердой денежной сумме в размере 35 000 руб. ежемесячно.

Финансовый управляющий, полагая, что соглашение является недействительной сделкой по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и на основании статей 10 и 170 ГК РФ, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, правильно применив нормы процессуального и материального права, сделал вывод об отсутствии условий для удовлетворения заявленных требований.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы.

Частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При этом, как следует из пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Исходя из пункта 6 Постановления № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В соответствии с пунктом 7 Постановления № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Кроме того, согласно пункту 9 Постановления № 63, если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

В данном случае, как установлено судом, дело о банкротстве в отношении должника было возбуждено определением арбитражного суда от 22.05.2020.

При этом, оспариваемая сделка совершена 06.05.2020, то есть менее, чем за месяц до принятия заявления о признании должника банкротом, соответственно, для может быть оспорена по заявленным основаниям (пункт 2 статьи 61.2. Закона о банкротстве).

Кроме того, финансовый управляющий указал на недействительность спорной сделки на основании статей 10 и 170 ГК РФ, с учетом того, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (пункт 4 Постановления № 63).

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Также недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки является основанием для признания сделки недействительной в соответствии со статьями 10, 168 ГК РФ и согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации».

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна, и из данной нормы следует, что для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида, а обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон; при этом, мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений исполнять ее либо требовать ее исполнения.

В данном случае в обоснование заявленных требований финансовый управляющий указал, что ему неизвестен источник дохода должника, из которого ФИО5 имеет реальную возможность осуществлять выплаты алиментов в размере, установленном соглашением; спорное соглашение заключено в период неплатежеспособности должника; размер алиментов, установленный соглашением, завышен; заключение спорного соглашения имело своей целью не исполнение обязанностей по содержанию ребенка, а увеличение размера имущественных требований к должнику, влекущее утрату для кредиторов возможности получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, то есть имело целью причинение имущественного вреда правам кредиторов. Таким образом, по мнению заявителя, при заключении оспариваемого соглашения сторонами допущено злоупотребление правом, поскольку имеет место недобросовестное поведение, направленное на искусственное увеличение текущей кредиторской задолженности должника.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» разъяснено, что размер алиментов, взыскиваемых в твердой денежной сумме на несовершеннолетних детей, определяется судом исходя из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств.

При этом, указанные разъяснения не содержат положений, позволяющих определять сумму алиментов произвольно, без учета реальной возможности выплатить данную сумму.

В случае добросовестного поведения при заключении соглашения об уплате алиментов и установлении порядка и размера выплаты, стороны должны руководствоваться материальным положением должника, средним уровнем его заработка, установленными федеральным законодательством правилами определения размера алиментов с учетом интересов ребенка.

Согласно пункту 1 статьи 101 Семейного кодекса Российской Федерации, к заключению, исполнению, расторжению и признанию недействительным соглашения об уплате алиментов применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие заключение, исполнение, расторжение и признание недействительными гражданско-правовых сделок.

Согласно правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405, особенность рассмотрения споров о признании недействительным соглашения об уплате алиментов на содержание несовершеннолетних детей состоит в том, что интересу кредитора в возврате долга противопоставляется не запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения взятых на себя обязательств, а интересы несовершеннолетних детей как кредиторов должника по алиментному соглашению.

Таким образом, разрешая вопрос о допустимости оспаривания соглашения об уплате алиментов на содержание несовершеннолетних детей, необходимо соотносить две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенка от 20.11.1989), с одной стороны, и закрепленное в статьях 307 и 309 ГК РФ право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, а также установить баланс между названными интересами.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов, поскольку Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам, о чем, в частности, свидетельствуют положения пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым, алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

Вместе с тем, в случае, если сумма алиментов явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (постановление от 14.05.2012 № 11-П Конституционного Суда Российской Федерации), то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 Семейного кодекса).

В этой связи в отличие от обычных условий, в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица, существенное превышение размера определенных в соглашении алиментов относительно установленного в регионе на дату его заключения размера величины прожиточного минимума для детей, может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

В настоящем случае судом первой инстанции установлено, что в реестр требований кредиторов должника включено требование одного кредитора ПАО «Банк Санкт-Петербург» в общем размере 2 579 769,31 руб., основанное на кредитных договорах от 10.01.2020, от 21.11.2019, от 26.12.2019 и от 26.11.2019.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, должник указал, что установленный размер алиментов в сумме 35 000 руб. обусловлен необходимостью сохранения прежнего уровня обеспечения ребенка с учетом материального и семейного положения сторон.

Из материалов дела усматривается, что согласно сведениям о трудовой деятельности, предоставляемым из информационных ресурсов Пенсионного фонда Российской Федерации в отношении ФИО5, должник был трудоустроен как на момент заключения соглашения, так и на момент подачи заявления о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии со справками о доходах должника доход последнего за 2017 год составил 874 40,47 руб., за 2018 год – 179 326,05 руб., за 2019 год – 1 272 895,30руб., за 2020 год – 1 214 425,28 руб., за 2021 – 1 391 668,10 руб., а в настоящее время его доход составляет 120 000 рублей в месяц, из которых 70 000 рублей поступают в конкурсную массу для расчета с единственным кредитором.

Таким образом, по мнению суда, средний ежемесячный доход ФИО5 позволял ему выплачивать алименты в размере, установленном в соглашении.

При этом, согласно сведениям о трудовой деятельности, предоставляемым из информационных ресурсов Пенсионного фонда Российской Федерации, ФИО4 не трудоустроена.

В нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ финансовым управляющим не представлено достаточных доказательств, подтверждающих, что сумма алиментов в размере 35 000 руб. ежемесячно имеет неразумный, существенно завышенный характер и направлена на ущемление имущественных прав кредитора должника.

В этой связи суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что соглашение в части установления размера алиментов не может быть квалифицировано в качестве причиняющего вред кредитору должника, а потому не подлежит признанию недействительным, поскольку спорное соглашение было заключено с намерением исполнить обязанности по содержанию ребенка, а доказательств того, что оспариваемая сделка повлекла неисполнение должником перед кредитором своих обязательств, в материалы дела не представлено.

Также сделка не может быть признана недействительной по общегражданским основаниям, и в частности – как совершенная при злоупотреблении правом и как мнимая, в этой связи суд правомерно исходил из того, что управляющим не доказано, что обстоятельства совершения оспариваемой сделки выходят за пределы диспозиции специальных норм, предусмотренных для оспаривания сделок Законом о банкротстве.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы финансового управляющего о завышенном размере алиментов, суд апелляционной инстанции исходит из того, что с учетом общего размера заработка должника (120 000 рублей в месяц) и поступающих в конкурсную массу денежных средств (70 000 рублей в месяц), а также необходимости обеспечения прав ребенка (его уровня жизни, затрат на содержание, обучение и т.д.), отсутствия дохода у супруги должника – размер алиментов в размере 35 000 рублей в месяц не является завышенным (неразумным) и не нарушает баланс интересов сторон (права кредитора), следовательно, отсутствует вред и цель причинения вреда имущественным правам кредитора (по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), как и не доказано злоупотребление правом (по статье 10 ГК РФ), применительно к чему суд также учитывает недоказанность заявителем выхода заключения оспариваемого соглашения за пределы диспозиции специальных норм, предусмотренных для оспаривания сделок Законом о банкротстве.

Таким образом, апелляционный суд признает обжалуемое определение соответствующим нормам материального и процессуального права и фактическим обстоятельствам дела (при отсутствии помимо прочего и оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса РФ), а апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.03.2022 г. по делу № А56-38599/2020/сд.3 оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО5 – ФИО2 - без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО5 в доход федерального бюджета 3 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.В. Сотов

Судьи

Н.А. Морозова

И.Ю. Тойвонен