Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-16027/2022) ФИО1 на определения Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.04.2022 по делу № А56-52529/2020/суб.1, принятое

по заявлению конкурсного управляющего ФИО4

о привлечении к субсидиарной ответственности

ответчики: ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО1

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Стройсервис»,

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 25.09.2020 в отношении ООО «Стройсервис» (адрес: 187401, <...>, ОГРН:<***>; далее – должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением от 19.04.2021 ООО «Стройсервис» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Определением от 09.03.2022 конкурсным управляющим утвержден ФИО8.

В рамках процедуры конкурсного производства 16.09.2021 конкурсный управляющий ФИО4 обратился с заявлением (с учетом уточнения последующим конкурсным управляющим) о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Стройсервис» бывших руководителей должника, а именно:

- ФИО5 – исполнительного директора должника в период с 27.02.2020 по 19.04.2021;

- ФИО6 – директора в период с 04.12.2019 по 26.02.2020;

- ФИО7 – генерального директора в период с 10.10.2018 по 03.12.2019;

- ФИО1 – генерального директора в период с 01.09.2015 по 09.10.2018.

Конкурсный управляющий ФИО8 просит взыскать с ответчиков солидарно в порядке субсидиарной ответственности в пользу должника 4495171,65 руб.

В обоснование заявления конкурсный управляющий сослался на положения подпунктов 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11, статью 9, пункта 1 статьи 61.12 ФЗ от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). С заявлением о признании должника банкротом руководитель должника, по мнению заявителя, должен был обратиться не позднее 21.09.2018.

Определением от 25.04.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено в полном объеме.

ФИО1 обратился с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции от 25.04.2022, которое просит отменить в части его привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, ссылаясь на то, что дело о банкротстве возбуждено на основании заявления кредитора АО «Петербургская сбытовая компания», в связи с наличием задолженности в размере 509570,22 руб. за период с 01.02.2019 по 30.04.2019, то есть за период не имеющий отношения к деятельности ФИО1 Согласно доводам жалобы, учитывая, что задолженность перед кредитором погашена, а деятельность организации по состоянию на 09.10.2018 велась в обычном режиме, у ФИО1 не было оснований для обращения в суд с заявлением о банкротстве должника. Также, по мнению подателя жалобы, отсутствовали основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности и в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, поскольку на ФИО1 не лежала обязанность по предоставлению какой-либо документации арбитражному управляющему, что исключает противоправность его поведения. Согласно объяснениям подателя жалобы, в материалах дела отсутствуют доказательства обращения временного или конкурсного управляющего должника к ФИО1 с требованием о предоставлении какой-либо документации, а также её нахождение у ФИО1

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий, выражая согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что согласно бухгалтерскому балансу за 31.12.2019 и отчету о финансовых результатах за 2019 год, по итогам 2018 года должник получил убыток в 1782000 руб., по итогам 2019 года убыток в 2 900 000 руб. Опираясь на финансовые результаты, конкурсный управляющий указывает, что должник не получал достаточно денег от основной деятельности, чтобы исполнять обязательства.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Представитель конкурсного управляющего возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, апелляционный суд, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения, в соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверена апелляционным судом в пределах доводов жалобы – в части привлечения Аникина И.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. При этом, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для его отмены в обжалуемой части.

Как следует из материалов дела, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято определением от 10.07.2020.

Таким образом, в силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, к контролирующим должника лицам могут быть отнесены лица, имевшие право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий, в период с 11.07.2017 по 16.04.2021 включительно.

Согласно выпискам из Единого государственного реестра юридических лиц, функции единоличного исполнительного органа осуществляли:

- с 01.09.2015 генеральным директором должника являлся ФИО1;

- с 10.10.2018 генеральным директором должника являлся ФИО7;

- с 04.12.2019 директором должника являлся ФИО6;

- с 27.02.2020 функции единоличного исполнительного органа (исполнительный директор) исполняла ФИО5.

Также, 04.12.2019 в уставный капитал должника (5/35 доли) вошла Кипрская компания «СИЛЬВАБОКС ХОЛДИНГС ЛТД», а 27.02.2020 ФИО7 вышел из состава участников должника, доля перешла во владение общества.

В этой связи, суд первой инстанции обоснованно отнес ФИО1, ФИО7, ФИО6 и ФИО5 к контролирующим должника лицам.

Заявленное требование о привлечении к субсидиарной ответственности основано на двух юридических составах для привлечения к данному виду ответственности – за невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие непередачи документации должника конкурсного управляющего (статья 61.11 Закона о банкротстве), а также за неподачу заявления о признании должника банкротом (статья 61.12 Закона о банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Настоящее заявление поступило после указанной даты, следовательно, к рассматриваемым правоотношениям в части процессуально-правовых норм подлежат применению положения главы III.2 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Так как обстоятельства, связанные с непередачей документации должника, на которые ссылается конкурсный управляющий, имели место после введения в действие Законом № 266-ФЗ главы III.2 Закона о банкротстве, к спорным правоотношениям в части материально-правовых норм также подлежат применению положения статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В приведенных нормах содержится презумпция причинно-следственной связи между приведенными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц и невозможностью удовлетворения требований кредиторов. При доказанности условий, составляющих названную презумпцию, бремя по ее опровержению переходит на другую сторону, которая вправе приводить доводы об отсутствии вины, в частности, о том, что банкротство вызвано иными причинами, не связанными с недобросовестным поведением ответчика.

Вступившим в законную силу определением от 26.06.2021 по обособленному спору № А56-52529/2020/истр.1 удовлетворено заявление конкурсного управляющего об истребовании у ФИО5 и ФИО7 материальных и иных ценностей, печатей, штампов, оригиналов первичных документов.

В этой связи, конкурсный управляющий на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве просил привлечь к субсидиарной ответственности за непередачу документов всех руководителей должника за последние три года.

Суд первой инстанции, установив, что ФИО5 не представила доказательства исполнения обязанности по передачи документов и материальных ценностей конкурсному управляющему, а предыдущие руководители не представили доказательства передачи документов и материальных ценностей новому руководителю должника при прекращении их полномочий в качестве единоличного исполнительного органа должника, а также доказательств истребования документации у предыдущего руководителя в случае неисполнения с его стороны обязанности по передаче документов, счел достаточными основания для привлечения всех ответчиков к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции, проверив указанное решение суда первой инстанции в части привлечения ФИО1, полномочия которого в должности генерального директора были прекращены более чем за 2,5 года до даты признания должника банкротом и возникновения у руководителя должника обязанности по передаче документации конкурсному управляющему, считает, что оно вынесено при неполном выяснении существенных для дела обстоятельств и в нарушение норм материального права.

В статье 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» установлена обязанность руководителя юридического лица по организации бухгалтерского учета, хранению учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности предприятия (организации).

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Таким образом, исходя из указанных дефиниций следует, что лицом, обязанным передать документы конкурсному управляющему, является только последний руководитель должника. Понуждение иных, помимо руководителя, лиц к передаче документации допустимо только при наличии прямых доказательств нахождения конкретных документов у определенного лица.

Определением от 26.06.2021 в качестве таких лиц, у которых находится документация должника, определены только и исключительно ФИО5 и ФИО7

Ссылаясь на отсутствие доказательств истребования документации у предыдущего руководителя в случае неисполнения с его стороны обязанности по передаче документов, как основание для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, суд первой инстанции, в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, фактически возложил на ответчика бремя доказывания отрицательного факта.

Материалами дела подтверждается, что после прекращения ФИО1 полномочий руководителя должник продолжал осуществлять хозяйственную деятельность, сдавать налоговую отчетность, при этом, документы не истребовал, об их отсутствии не заявлял.

Данные обстоятельства, исходя из корпоративной судебной практики, в силу статей 6, 7, 29 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», статей 32, 40, 44, 50 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» и статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, напротив, свидетельствует о надлежащем исполнении ФИО1 обязанности по передаче документации должника следующему руководителю.

Конкурсным управляющим не представлены доказательства того, что у должника возникли затруднения в осуществлении деятельности, в связи с отсутствием у него документов.

В этой связи, апелляционный суд признает необоснованным привлечение к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве лица, нахождение в распоряжении которого документации должника не подтверждено надлежащими доказательствами, а именно, ФИО1, после прекращения полномочий которого сменилось еще три руководителя, у которых не возникло каких-либо затруднений при осуществлении полномочий руководителя должника, ввиду недостаточности документации.

Кроме того, конкурсный управляющий просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности на основании статьи 9, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, полагая, что руководитель должника должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в срок до 21.09.2018.

Данный довод конкурсного управляющего основан на определениях Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 28.02.2019 по делу А56-166940/2018 и от 22.04.2019 по делу А56-18666/2019, из содержания которых следует, что 21.08.2018 должник перестал исполнять обязательства перед кредитором АО «ПСК» по договору энергоснабжения № 47110000308000 от 06.02.2018, в связи с чем кредитор вынужден был обратиться за взысканием задолженности в судебном порядке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

В предмет доказывания по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 закона.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявление в данной части применительно к ФИО1, согласился с доводом конкурсного управляющего о возникновении у должника по состоянию на 21.08.2018 признаков неплатежеспособности, в связи с чем, установив, что после 21.09.2018 у должника возникли обязательства на общую сумму 3740079,97 руб., привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 9, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве в указанной сумме.

Суд апелляционной инстанции считает, что указанный вывод сделан судом первой инстанции также без учета фактических обстоятельств дела.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 указанного Закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Между тем, возлагая на ФИО1 субсидиарную ответственность в сумме 3740079,97 руб. на основании статьи 9, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, суд первой инстанции не учел, что его полномочия в должности генерального директора прекратились уже 09.10.2018.

Таким образом, применительно к пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве ФИО1 может нести ответственность только в пределах дополнительных долговых реестровых обязательств, принятых на себя должником в период с 21.09.2018 по 09.10.2018, поскольку в последующий период обращение должника с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) находилось вне пределов его компетенции.

Из материалов дела следует, что после 21.09.2018 у должника возникли следующие обязательства перед кредиторами:

1) Перед ПАО «Сбербанк» по кредитному договору № 9600ZJHDCXAY1Q0QQ0QZ1Q от 04.03.2019 (дата возникновения 04.03.2019);

2) Перед АО «ПСК» по договору № 47110000308000 от 06.02.2018 (дата возникновения 01.02.2019-31.10.2019);

3) Перед ООО «Газпром Межрегионгаз» по договору поставки газа № 47-У-0251 от 01.02.2018 (дата возникновения 01.06.2019 – 30.06.2020);

4) По мировому соглашению по делу А56-166940/2018 и по делу А56-18666/2019 перед АО «ПСК» дата возникновения 30.10.2019 и 06.11.2019);

5) По соглашению об организации деятельности регионального оператора по обращению с твердыми коммунальными отходами от 20.04.2018 перед АО «УК по обращению с отходами в ленинградской области» (дата возникновения 01.11.2019-30.06.2020).

Апелляционным судом установлено, что ни один из вышеуказанных кредиторов не отвечает требованиям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, поскольку вся вышеуказанная задолженность возникла после прекращения его полномочий.

Следовательно, суд первой инстанции необоснованно привлек ФИО1 к субсидиарной ответственности на основании статьи 9, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве. Определение суда первой инстанции в данной части также подлежит отмене.

Кроме того, апелляционный суд обращает внимание на то, что конкурсный управляющий, заявляя о наличии признаков неплатежеспособности, сослался на задолженность АО «ПСК», подтвержденную судебными актами по делам №А56-166940/2018 и № А56-18666/2019, следовательно, по правилам пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, указанная задолженность не подлежит включению в состав задолженности при расчете размера субсидиарной ответственности.

Между тем, конкурсный управляющий включил ее в расчет задолженности и указал иной период возникновения обязанности по ее оплате - 30.10.2019 и 06.11.2019, соответственно.

Таким образом, либо расчет ответственности, приведенный конкурсным управляющим, является неверным, либо неверной является дата возникновения у должника признаков неплатежеспособности, указанная управляющим в заявлении.

Апелляционный суд обращает внимание на то, что из буквального смысла положений пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве следует, что для начала исчисления срока на обращение руководителя должника в суд с заявлением должника, необходимо одновременно наличие неисполненных обязательств как минимум перед двумя кредиторами, при том, чтобы исполнение требований перед одним кредитором исключало бы возможность расчетов с иными кредиторами.

При таких обстоятельствах определение суда первой инстанции в обжалуемой части – в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности подлежит отмене, с принятием в указанной части нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268 ч. 5, 269 п. 2, 270 ч. 1 п. 4, 271 Арбитражного процессуального кодекса РФи, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 25.04.2022 в обжалуемой части отменить.

Принять в данной части новый судебный акт.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

И.Н. Бармина

Судьи

Н.В. Аносова

И.В. Юрков