Гражданский кодекс часть 1

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Капустиной Л.А., судей Дайнеко М.М. и Заикиной Н.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кузнецовой Ю.Н., при участии от истца – финансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>) ФИО2 – ФИО2 (паспорт) и ФИО3 (доверенность от 25.08.2021), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью Специализированный застройщик «Строймонтаж-С» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО4 (доверенность от 11.12.2020), в отсутствие третьих лиц – общества с ограниченной ответственностью «СтройАльянсСити» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО5 и ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобуфинансового управляющего индивидуального предпринимателя ФИО1 ФИО2 на решение Арбитражного суда Смоленской области от 20.04.2022 по делу № А62-9575/2020 (судья Савчук Л.А.),

УСТАНОВИЛ:

финансовый управляющий индивидуального предпринимателя ФИО1 ФИО2 (далее – предприниматель) обратился в Арбитражный суд Калужской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью Специализированный застройщик «Строймонтаж-С» (далее – общество) о взыскании задолженности по договору купли-продажи недвижимого имущества в размере 14 765 000 рублей и процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 1 623 811 рублей 79 копеек.

Определение Арбитражного суда Калужской области от 18.09.2020 дело передано по подсудности в Арбитражный суд Смоленской области.

Определением суда от 11.06.2021, принятым на основании статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены общество с ограниченной ответственностью «СтройАльянсСити», ФИО5 и ФИО6.

До рассмотрения спора по существу истец, в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, уточнил заявленные требования и просил взыскать с ответчика задолженность по договору в размере 13 265 000 рублей и проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 1 032 150 рублей 36 копеек. Судом уточнение принято.

Решением суда от 20.04.2022 в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе предприниматель просит решение отменить, исковые требования удовлетворить. Оспаривая судебный акт, заявитель считает, что основания для проведения повторной почерковедческой экспертизы расписки от 12.03.2019 на сумму 5 700 000 рублей, в связи с заявлением истца о ее фальсификации, отсутствовали, поскольку первоначальное экспертное заключение от 27.04.2021 № 0427/04/2021 дало определенный ответ о не принадлежности подписи ФИО1; о проведении повторной экспертизы ответчиком заявлено лишь после ознакомления с результатами повторной экспертизы, которыми не подтверждена его позиция. Считает, что показания свидетелей являются непонятными, ими не подтверждено, где и при каких обстоятельствах передавались деньги, исходя из того, что расчеты осуществлялись юридическим лицом; из кассовой книги общества видно, что 12.03.2019 от ФИО7 поступили денежные средства в сумме 5 700 000 рублей, отраженные на счете 67.03 как долгосрочные займы и в тот же день указанные средства были выданы ФИО7 под отчет (счет 71.01), а не для расчетов с поставщиками (что должно было бы отражаться на счете 51.1). В связи с данными обстоятельствами полагает, что расписки не являются надлежащим доказательством оплаты по договору. Выражает сомнения в реальности соглашений о зачете, отмечая, что ФИО6 и ФИО5 не представлены оригиналы договоров займа и доказательства предоставления денежных средств, их наличия у указанных лиц на момент предоставления займа (не представлены выписки с расчетного счета, справки о доходах). Указывает, что ни договор купли-продажи земельного участка от 20.06.2017, ни соглашение о переводе долга от 21.06.2017 и соглашение о переводе долга от 19.07.2017 не предусматривают такой порядок взаиморасчетов как зачет однородных требований. Заявляет об ошибочности вывода суда относительно отказа в рамках дела о банкротстве в признании недействительной сделки о зачете от 06.02.2019 (дело № А40-108531/19), отмечая, что оспаривание соответствующих сделок в деле о банкротстве осуществляется исключительно по специальным нормам законодательства о банкротстве и не препятствует суду в рамках гражданского спора оценить их как ничтожные.

В отзыве ответчик просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Утверждает, что спорная задолженность была погашена путем перечисления на счет предпринимателя денежных средств по платежным поручениям; путем передачи наличных сумм по распискам (подпись предпринимателя подтверждена заключением экспертизы); путем передачи жилых помещений третьим лицам ФИО6 и ФИО5 по соглашениям о зачете встречных требований (действительность которых оспаривалась в деле о банкротстве № А40-108531/19 и в удовлетворении требований о признании их недействительными было отказано). Отмечает, что действительность договоров займа не оспорена, имущественное положение займодавцев подтверждено представленными в суд доказательствами; соглашения о зачете подписаны предпринимателем. Ссылается на отсутствие доказательств обращения предпринимателя при жизни с требованиями об уплате долга. Указывает, что вопреки позиции истца, счет 51, на который он указывает как на правильный в части расчетов с поставщиками, носит название «Расчетные счета», в то время как кассовая книга показывает движение наличных, а не безналичных средств. Оценивает действия истца как злоупотребление правом.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои позиции, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее.

Третьи лица, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе путем размещения информации о движении дела в сети Интернет, в суд представителей не направили. С учетом мнений представителей истца и ответчика судебное заседание проводилось в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела и доводы жалобы, выслушав представителей сторон, Двадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, 29.04.2015 между предпринимателем (продавец) и ООО «СтройАльянсСити» (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель обязался принять и оплатить следующее недвижимое имущество: земельный участок категории земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: многоквартирные жилые дома 6-12 этажей, общей площадью – 4129 кв. метров, адрес: местоположение установлено относительно ориентира расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: <...>, кадастровый (или условный номер) 40:26:000300:1719.

Цена (стоимость) объекта, согласно пункту 2.1 договора, составляет 64 630 000 рублей.

19.06.2017 между сторонами подписано соглашение о признании долга по оплате стоимости земельного участка, являющегося предметом договора купли-продажи от 29.04.2015, в размере 46 840 000 рублей; в соглашении указано на погашение задолженности в срок до 20.12.2017 включительно.

По договору купли-продажи от 20.06.2017, заключенному между ООО «СтройАльянсСити» (продавец) и обществом (покупатель), спорный земельный участок с кадастровым номером 40:26:000300:1719 передан ответчику по цене 10 000 000 рублей (пункт 3.1 договора).

21.06.2017 между ООО «СтройАльянсСити» (первоначальный должник) и обществом (новый должник) заключено соглашение о переводе долга по договору купли-продажи недвижимого имущества от 29.04.2015 в размере 32 000 000 рублей перед предпринимателем (т. 1, л. д. 57).

Пунктом 1.3 указанного соглашения на нового должника возложено обязательство погасить долг ООО «СтройАльянс Сити» перед предпринимателем в размере 32 000 000 рублей путем перечисления денежных средств на банковский счет предпринимателя в безналичном порядке по банковским реквизитам, указанным в разделе 4 соглашения, либо по иным реквизитам по письменному указанию кредитора; этим же соглашением срок погашения новым должником долга в размере 32 000 000 рублей, предусмотренный пунктом 2.2 соглашения о переводе долга от 21.06.2017 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 29.04.2015 и графиком платежей, перенесен на 30.06.2019; срок считается неизменным с 22.06.2017, а новый должник осуществляет погашение долга перед кредитором перечислением денежных средств на его банковский счет, путем выплаты наличных денежных средств либо иным способом, предусмотренным действующим законодательством.

Согласно банковской выписке, в рамках соглашения от 21.06.2017 на счет предпринимателя в оплату стоимости имущества от общества поступило 17 235 000 рублей, платежными поручениями от 28.02.2019 № 198, от 26.12.2018 № 1805, от 04.12.2018 № 1698 также подтверждена оплата в сумме 1 500 000 рублей.

Ссылаясь на то, что непогашенной обществом осталась задолженность в размере 13 265 000 рублей (32 000 000 - 17 235 000 – 1 500 000), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Статьей 454 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130) (пункт 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Обязательства сторон по договору купли-продажи носят встречный характер, в которых на продавца относится обязанность передать согласованный сторонами товар, соответствующий условиям договора (статьи 486, 556 Гражданского кодекса Российской Федерации), а на покупателя - обязанность по оплате принятого товара (статьи 486, 555 названного Кодекса),

По смыслу вышеизложенного, по иску о взыскании задолженности по договору купли-продажи по общему правилу истец обязан доказать факт действительной передачи товара, в то время как ответчик обязан представить доказательства надлежащего исполнения собственных денежных обязательств или их прекращения по иным основаниям.

В доказательство оплаты задолженности ответчиком представлен оригинал расписки в получении денежных средств от 12.03.2019, согласно которой предпринимателем получены денежные средства в сумме 5 700 000 рублей; соглашения о зачете встречных однородных требований от 06.02.2019 на суммы 3 288 600 рублей и 2 881 440 рублей, а также оригиналы расписок предпринимателя от 17.06.2019 на сумму 300 000 рублей, от 04.04.2019 на сумму 500 000 рублей, от 23.05.2019 на сумму 300 000 рублей, от 16.05.2019 на сумму 300 000 рублей.

Истцом в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подано заявление о фальсификации платежных поручений от 28.02.2019 № 198, от 26.12.2018 № 1805, от 04.12.2018 № 1698 на общую сумму 1 500 000 рублей, а также расписки от 12.03.2019 на сумму 5 700 000 рублей.

Для проверки заявления определением суда от 26.01.2021 в ПАО «МИнБанк» (г. Москва) истребованы сведения о перечислении денежных средств по вышеуказанным платежным поручениям.

Согласно ответу АО «МИнБанк» (операционный офис «Калужской региональное управление) от 28.09.2021 № 52-10-45/1181 операции по платежным поручениям от 28.02.2019 № 198, от 26.12.2018№ 1805, от 04.12.2018 № 1698 проведены.

Для проверки о достоверности подписи предпринимателя в расписке от 12.03.2019 на сумму 5 700 000 рублей, определением суда первой инстанции от 25.03.2021 по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено ООО «Оценочная компания «Юрдис» (эксперт ФИО8). При этом экспериментально-условные образцы подписи ФИО1 не отбирались в связи с его смертью 07.08.2020 (свидетельство о смерти); предметом экспертизы являлся оригинал расписки в получении денежных средств от 12.03.2019.

Согласно экспертному заключению от 27.04.2021 № 0427/04/2021 подпись от имени ФИО1 выполнена не ФИО1, а другим лицом с подражанием подлинной подписи.

Возражая против выводов эксперта, общество заявило ходатайство о проведении повторной судебной экспертизы, обосновав необходимость такой экспертизы заключениями специалистов от 27.05.2021 № 36807 АНО «Экспертный центр «Консультант» (ФИО9) и № 3131-05.21 от 28.05.2021 АНО «Исследовательский центр «Независимая экспертиза» (ФИО10), в которых содержались выводы о нарушении методики проведения экспертизы и проведении экспертизы не в полном объеме (недостаточность образцов подписи ФИО1 для проведения экспертизы, как условно-свободных, так и экспериментально-свободных), при том, что в материалы дела были представлены оригиналы расписки от 12.03.2019 на сумму 5 700 000 рублей, а также оригиналы расписок от 17.06.2019 на сумму 300 000 рублей, от 04.04.2019 на сумму 500 000 рублей, от 23.05.2019 на сумму 300 000 рублей, от 16.05.2019 на сумму 300 000 рублей.

С учетом того, что истцом, несмотря на не подачу заявления о фальсификации расписок от 17.06.2019 на сумму 300 000 рублей, от 04.04.2019 на сумму 500 000 рублей, от 23.05.2019 на сумму 300 000 рублей, от 16.05.2019 на сумму 300 000 рублей, тем не менее оспаривалась подпись предпринимателя на них, однако указанные расписки не являлись предметом экспертизы, приняв во внимание выводы заключений специалистов относительно первоначальной экспертизы (в части недостаточности документов для проведения полного исследования подписи), в целях объективного и всестороннего рассмотрения спора, определением суда от 24.12.2021 была назначена повторная судебная экспертиза (в части расписки от 12.03.2019 на сумму 5 700 000 рублей) и экспертиза расписок от 29.04.2015 от 17.06.2019 на сумму 300 000 рублей, от 04.04.2019 на сумму 500 000 рублей, от 23.05.2019 на сумму 300 000 рублей, от 16.05.2019 на сумму 300 000 рублей, которая поручена НП «Юридический центр «Автоправо» (эксперт ФИО11).

Согласно заключению, полученному по результатам повторной экспертизы, подписи, выполненные от имени ФИО1 в строке «расписку составил: «кредитор» расписок о получении денежных средств по договору купли-продажи земельного участка от 20.06.2017 и соглашению о переводе долга от 21.06.2017 к договору купли-продажи недвижимого имущества от 29.04.2015, от 17.06.2019 на сумму 300 000 рублей, от 04.04.2019 на сумму 500 000 рублей, от 23.05.2019 на сумму 300 000 рублей, от 16.05.2019 на сумму 300 000 рублей, от 12.03.2019 на сумму 5 700 000 рублей и в доверенности № 77 АГ 0769308 от 19.03.2019, идентичны между собой.

Оценив экспертное заключение по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом данных экспертом пояснений, суд первой инстанции правомерно принял его в качестве надлежащего доказательства, ввиду соответствия требованиям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Федеральному закону от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 73-ФЗ).

Вопреки доводам апелляционной жалобы, представленное экспертное заключение, соответствует требованиям статей 82, 83 и 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в заключении отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения, эксперт надлежащим образом предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, его образование и квалификация проверены судом при назначении экспертизы; документы о квалификации также приложены к экспертному заключению. При проведении экспертизы эксперт руководствовался соответствующими нормативными документами, справочной и методической литературой. Ответы эксперта на поставленные вопросы являются определенными, понятными и не противоречивыми. Отводов эксперту ответчиком не заявлено, определение суда о приостановлении производства по делу в связи с назначением экспертизы не обжаловано.

Ссылка заявителя на рецензию ООО «Независимая экспертная оценка Вега», в которой изложены замечания по судебной экспертизе НП «Юридический центр «Автоправо» и которой, по его утверждению, опровергаются выводы судебной экспертизы, не принимается судом.

Указанная рецензия по существу представляют собой субъективное мнение лица, ее составившего, и не отменяет выводы судебной экспертизы. Между тем одно лишь субъективное несогласие и иное толкование экспертного заключения не может признаваться достаточным для непринятия экспертного заключения в качестве доказательства по делу.

Кроме того, в указанной рецензии фактически выражается несогласие с примененными экспертом методами исследования.

В соответствии со статьей 7 Закона № 73-ФЗ, который распространяет свое действие и на лиц, осуществляющих производство судебных экспертиз вне государственных судебно-экспертных учреждений (статья 41), эксперт независим от органа или лица, назначивших судебную экспертизу, сторон и других лиц, заинтересованных в исходе дела, и дает заключение, основываясь на результатах проведенных исследований в соответствии со своими специальными знаниями, что соответственно предполагает независимость в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для выяснения поставленных вопросов и решения экспертных задач.

Принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений (часть 2 статьи 7 Закона № 73-ФЗ) предполагает его самостоятельность в выборе методов проведения экспертного исследования.

Оценка методики исследования, способов и приемов, примененных экспертом, не является предметом судебного рассмотрения, поскольку определяется лицом, проводящим исследование и обладающим специальными познаниями для этого.

С учетом изложенного, предупреждения судебного эксперта об уголовной ответственности, данных им суду пояснений, основания для вывода о сомнительности или противоречивости выводов составленных им исследований отсутствуют.

Само по себе мнение другого исследователя о том, что заключение эксперта не отвечает принципам объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники в соответствии со статьей 4 Закона № 73-ФЗ, не является основанием для вывода о недопустимости экспертного заключения как доказательства.

Фактически истец просит отдать приоритет заключению первоначальной экспертизы, в то время, как с учетом совокупности исследованных доказательств, их оценка осуществляется судом (статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Помимо этого, в рамках проверки заявления о фальсификации доказательств ответчиком также представлены кассовая книга и расходные кассовые ордера, отражающие факт поступления в кассу и выдачу под отчет денежных средств, указанных в расписках, ФИО7

В качестве свидетеля судом первой инстанции опрошен ФИО12, который являлся заместителем генерального директора общества и присутствовал при передаче денежных средств ФИО1 и обстоятельствах такой передачи. Свидетель не смог указать суду конкретные даты передачи денежных средств, однако сообщил о нескольких фактах передачи денежных средств ФИО1 и проставлении последним в присутствии свидетеля подписи в расписках о получении денежных средств.

Довод истца о том, что показания свидетелей являются непонятными, ими не подтверждено, где и при каких обстоятельствах передавались деньги, исходя из того, что расчеты осуществлялись юридическим лицом; из кассовой книги общества видно, что 12.03.2019 от ФИО7 поступили денежные средства в сумме 5 700 000 рублей, отраженные на счете 67.03 как долгосрочные займы, и в тот же день указанные средства были выданы ФИО7 под отчет (счет 71.01), а не для расчетов с поставщиками (что должно было бы отражаться на счете 51.1), не принимается судом.

В данном случае свидетельские показания, оцененные судом в совокупности с иными доказательствами по делу, в силу статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, являются одним из видов доказательств, которые подтверждают обстоятельства, имеющие значение для дела (статья 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кассовая книга, как письменное доказательство, подтвердила факт наличия у ответчика денежных средств и их выдачи под отчет ответственному лицу в целях последующей передачи в оплату по спорному договору (передаче по расписке). При этом возможное неверное отражение в кассовой книге хозяйственных операций с наличными средствами не лишает ее доказательственного значения для подтверждения значимых для дела обстоятельств в сфере гражданско-правовых отношений. Применительно к пункту 3 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации с имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством.

Довод заявителя о том, что расписки не являются надлежащим доказательством произведенной оплаты, не принимается судом, так как согласно статье 408 Гражданского кодекса Российской Федерации надлежащее исполнение обязательств может быть оформлено распиской в получении исполнения, выдаваемой кредитором должнику.

Таким образом, представленными ответчиком в обоснование возражений расписками подтверждено исполнение обязательств перед предпринимателем на указанные в них суммы.

Помимо этого, в подтверждение оплаты по договору ответчик сослался на заключенное 06.02.2019 между предпринимателем, обществом и ФИО6 соглашение о зачете встречных однородных требований, согласно которому общество имеет перед предпринимателем задолженность в размере 13 765 000 рублей, а ФИО6 (участник долевого строительства) имеет перед обществом (застройщиком) задолженность в размере 3 288 600 рублей; ФИО1 имеет перед ФИО6 (участник долевого строительства) задолженность в размере 3 288 600 рублей на основании договора займа денежных средств 01.10.2018; стороны приняли решение о прекращении указанных денежных обязательств путем зачета встречных однородных требований на сумму 3 288 600 рублей

Также 06.02.2019 между предпринимателем, обществом и ФИО5 заключено соглашение о зачете встречных однородных требований, согласно которому общество имеет перед предпринимателем (кредитор) задолженность в размере 10 476 400 рублей, ФИО5 (участник долевого строительства) имеет перед обществом (застройщиком) задолженность в размере 2 881 440 рублей, предприниматель (кредитор) имеет перед ФИО5 задолженность в размере 2 881 440 рублей на основании договора займа денежных средств 01.11.2018; стороны приняли решение о прекращении указанных денежных обязательств путем зачета встречных однородных требований на сумму 2 881 440 рублей.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6 и ФИО5, указали на достоверность проводимых финансовых операций и подтвердили факт наличия договорных отношений по участию в долевом строительстве, факт предоставления займов и проведения взаимозачета.

Факт заключения договора участия в долевом строительстве от 14.12.2018 № 0005- П15 между обществом и ФИО6; договора участия в долевом строительстве от 14.12.2018 № 0060-П15 между обществом и ФИО5 проверен судом и подтвержден информацией, представленной Управлением Росреестра по Калужской области.

Вступившими в законную силу судебными актами Арбитражного суда г. Москвы по делу о банкротстве № А40-108531/19-109-82 истцу отказано в признании недействительными соглашений о зачете.

Ссылка заявителя на то, что ни договор купли-продажи земельного участка от 20.06.2017, ни соглашение о переводе долга от 21.06.2017, а также соглашение о переводе долга от 19.07.2017 не предусматривают такой порядок взаиморасчетов как зачет однородных требований, обоснованно отклонена судом как не основанная на условиях соглашения о переводе долга от 21.06.2017 по договору купли-продажи недвижимого имущества от 29.04.2015, согласно которому новый должник осуществляет погашение долга перед кредитором перечислением денежных средств на его банковский счет, путем выплаты ему наличных денежных средств либо иным способом, предусмотренным действующим законодательством.

Установив, что все платежи, в том числе зачетные сделки, совершены в срок, установленный соглашением о переводе долга от 21.06.2017 (до 30.06.2019), задолженности по договору не имеется (17 235 000 рублей (подтверждено банковскими выписками) + 1 500 000 рублей (подтверждено платежными поручениями и ответом банка) + 7 100 000 рублей (подтверждено расписками) + 3 288 600 рублей и 2 881 440 рублей (подтверждено соглашениями о зачетах)), оснований для взыскания в пользу истца процентов за пользование чужими денежными средствами по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку фактических обстоятельств спора. Рассмотрев дело повторно, апелляционная инстанция оснований для такой переоценки не нашла.

Нарушений процессуальных норм, влекущих отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

В соответствии со статьей 110, частью 3 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит отнесению на заявителя.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Смоленской области от 20.04.2022 по делу № А62-9575/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Л.А. Капустина

М.М. Дайнеко

Н.В. Заикина