Гражданский кодекс часть 1

установил: непубличное акционерное общество «Чукотская торговая компания» обратилось в арбитражный суд к обществу с ограниченной ответственностью артель старателей «Сияние» с иском о признании недействительным условия договора от 8 мая 2020 года № 08/05/2020 о цене песчано-гравийной смеси и о возложении на ответчика обязанности возвратить истцу разницу между ценой договора поставки песчано-гравийной смеси для строительства работ от 22 октября 2019 года № 22/10/2019 и ценой договора поставки песчано-гравийной смеси от 8 мая 2020 года № 08/05/2020 в размере 750 тысяч рублей за 1 кубический метр в соответствии с общим объемом поставленного товара.

Решением суда 4 мая 2022 года по делу № А80-51/2022 в иске отказано.

Истец обратился в Шестой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, приняв новый судебный акт об удовлетворении иска, по мотиву неправильного применения судом норм материального права и несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Судом не рассмотрено заявленное истцом имущественное требование о взыскании убытков в размере 112 785 960 рублей, данное требование ошибочно квалифицировано судом как последствие недействительности сделки. Судом необоснованно не принято во внимание, что у ответчика отсутствовало право на изменение цены договора в одностороннем порядке. Ответчик добровольно принял на себя риски увеличения стоимости товара; данные риски неправомерно переложены на истца; колебание стоимости товара, изменение затрат на его производство не влияют на обязанность ответчика исполнить обязательство по поставке товара надлежащим образом. Суд ошибочно включил в предмет доказывания вопрос о сумме расходов на приобретение товара, заложенной в цену работ по договора подряда, а также вопрос о себестоимости товара. Судом дана ненадлежащая оценка собранным по делу доказательствам, что привело к неправильным выводам, в частности переписке сторон, из которой следует, в том числе что ответное предложение истца о цене товара не было результатом его свободного волеизъявления, из-за угрозы крайне неблагоприятных последствий истец был вынужден частично принять ультимативную позицию ответчика и предложить условие о цене, хотя и неприемлемое, но позволяющее продолжить функционирование предприятия. Судом неверно применен пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также положения Кодекса о сроке исковой давности. Выводы суда в данной части неверны, поскольку оспариваемая истцом сделка в части является ничтожной сделкой – сделкой, нарушающей антимонопольное законодательство.

Истец извещен, представитель в судебное заседание не явился.

Представитель ответчика заявил о несостоятельности доводов жалобы по мотивам отзыва, просил оставить обжалуемое решение суда без изменения, как законное и обоснованное.

Ходатайство истца об отложении судебного разбирательства судебной коллегией отклонено, поскольку не установлено предусмотренных законом оснований, обязывающий суд отложить судебное разбирательство. Препятствий к рассмотрению жалобы в отсутствие представителя истца не установлено.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

22 октября 2019 года между ответчиком (поставщик) и истцом (покупатель) заключен договор № 22/10/2019 на поставку песчано-гравийной смеси для строительных работ, по условиям которого поставщик обязался поставлять покупателю по его заявкам песчано-гравийную смесь природную в объеме 300 000 м3 для работ, связанных со строительством энергоцентра в г. Билибино, силами и средствами поставщика на площадку складирования товара.

Наименование товара, его характеристики, цена за единицу определены в Приложении № 1 (пункт 1.2 договора).

Согласно пунктам 5.1, 5.2 договора цена договора определяется исходя из стоимости фактически поставленного товара, в которую включены все расходы поставщика, в том числе все расходы по доставке товара до места его поставки, расходы на погрузочно-разгрузочные работы, на страхование груза, налоги и сборы, и другие обязательные платежи.

Согласно пункту 5.3 договора увеличение стоимости величины единицы товара не допускается.

Срок действия договора установлен до полного исполнения сторонами обязательств, в том числе по выполнению объема поставки, определенного Приложением № 1 к договору (пункт 8 договора).

В соответствии с приложением № 1 к договору условиями поставки является погрузка, доставка и выгрузка силами поставщика.

Цена за единицу товара установлена в размере 1 500 рублей, в том числе НДС, за 1 м3.

Платежным поручением от 24 октября 2019 года покупатель внес предоплату по договору в размере 150 000 000 рублей в соответствии с условием пункта 5.3 договора, что соответствует оплате за 100 000 м3 товара.

Письмом от 27 апреля 2020 года № 160 поставщик обратился к покупателю с предложением о внесении изменений в договор, заключив дополнительное соглашение об изменении цены товара, ссылаясь на итоги расширенных совещаний, состоявшихся с участием всех заинтересованных лиц, 22 и 24 апреля 2020 года, и на объективную невозможность исполнения поставщиком обязательства по перевозке и выгрузке товара. В предложении указан расчет цены договора исходя из стоимости товара в размере 4 022,57 за 1 м3, в которую включены все возможные затраты, связанные с добычей, погрузкой и доставкой, а также стоимость в размере 2 700 рублей за 1м3, с учетом НДС, в которую входит стоимость породы, ее переработка и погрузка на транспортное средство. К письму приложен сметный расчет разработки месторождения.

Письмом от 28 апреля 2020 года № 1510/1 покупатель не согласился с частичным отказом от исполнения обязательства по договору, и просил исполнить обязательства в установленный срок и по согласованной цене.

Электронным письмом от 29 апреля 2020 года покупатель просил поставщика по результатам переговоров внести корректировку в предложение о дальнейшем сотрудничестве: ограничиться объемом в 110 м3 на условиях ценового предложения поставщика или удовлетворить просьбу о цене в размере 2 200 рублей за 1 м3 при объеме поставки 200 тыс. кубометров.

Рассмотрев предложение покупателя, поставщик предложил рассмотреть цену в размере 2 450 рублей за 1м3, поскольку предложенная цена 2 200 рублей за 1м3 является не приемлемой; направлено дополнительное соглашение.

4 мая 2020 года покупатель посредством электронного письма направил предложения о прекращении договора от 22 октября 2019 года по соглашению сторон и о заключении нового договора на следующих условиях: приобретение грунта в карьере с погрузкой за счет ЧТК, цена грунта 2 250 рублей за 1м3 с НДС, объем 150 тыс. кубометров, и указал, что в случае принятия данных условий гарантирует отказ от всех писем уведомительного характера, в том числе направленных в Департамент промышленности ЧАО.

8 мая 2020 года между сторонами заключено соглашение о прекращении договорных обязательств в соответствии с пунктом 3 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 5.4 и 6.1 договора. Указанным соглашением стороны прекратили обязательства по взаимному соглашению сторон и определили порядок окончательного расчета, указав, что объем исполненных обязательств составляет 120 000 м3.

8 мая 2020 года между сторонами заключен договор на поставку песчано-гравийной смеси, по условиям которого поставщик обязался поставлять покупателю песчано-гравийную смесь в объеме 150 000 м3 номенклатура продукции: щебень песчано-гравийный (ПГС) (пункты 1.1, 1.2 Договора).

В соответствии с пунктами 3.1, 3.2, 3.3, 3.4, 3.6, 3.7 договора цена 1 м3 согласована в размере 2 250 рублей, с учетом 20% НДС; общая стоимость продукции – 337 500 000 рублей, в том числе 20% НДС; покупатель оплачивает часть продукции путем взаимозачета между сторонами на основании ранее заключенного договора купли-продажи нефтепродуктов от 17 марта 2020 года № 56; окончательный расчет за поставляемую продукцию покупатель осуществляет не позднее 15 августа 2020 года вне зависимости от количества выбранного объема продукции.

По условиям поставки в соответствии с пунктами 2.4, 2.6 договора поставка продукции осуществляется в карьере путем геометрического обмера терриконов, погрузка и доставка продукции с карьера на строительную площадку осуществляется силами покупателя.

Договор от 8 мая 2020 года подписан сторонами, скреплен печатями сторон.

Согласно универсальным передаточным документам от 31 мая 2020 года № 35, от 6 августа 2020 года № 46/1, от 17 августа 2020 года № 46/2, от 27 сентября 2020 года № 55/1 продавец поставил покупателю песчано-гравийную смесь в объеме 150 381,28 м3 на общую сумму 338 357 880 рублей.

Обязательство покупателя по оплате товара прекращено путем заключения соглашения о прекращении взаимных денежных обязательств от 1 октября 2020 года № 1 на сумму 165 727 992 рублей, а также платежными поручениями от 6 ноября 2020 года №№ 6841, 6842, 6843 на общую сумму 172 629 888 рублей.

После фактического исполнения договора истец заявил, что был вынужден заключить данный договор на кране невыгодных для себя условиях о цене, поскольку должен был действовать добросовестно по исполнению своих обязанностей по договору подряда № 01-44/2019, и не имел возможности пересмотреть условия о цене договора.

Произведя расчет разницы в цене договора поставки от 22 октября 2019 года № 22/10/19 и договора поставки от 8 мая 2020года № 08/05/2020, которая составила 112 785 960 рублей, истец обратился с иском суд за ее взысканием и признанием недействительным условия о цене договора № 08/05/2020 как ничтожного.

Отказывая истцу в иске, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующими мотивами.

В силу пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Пунктом 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 указанной статьи Кодекса).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации недопустимы действия граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25).

В третьем абзаце пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

В силу пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае несоблюдения названных требований суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Судом установлено, что договор поставки от 8 мая 2020года № 08/05/2020 исполнен истцом в полном соответствии с его условиями, а именно поставленный ему ответчиком товар принят без замечаний и возражений, и оплачен по согласованной при заключении договора цене.

Указанные действия безусловно и недвусмысленно давали ответчику основания полагаться на действительность соглашения сторон.

Приведенных обстоятельств достаточно для признания поведения истца недобросовестным, а обращение с настоящим иском – злоупотреблением правом.

В силу пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации при изложенной совокупности фактов и обстоятельств истцу в защите права должно быть отказано, в том числе в удовлетворении требования о взыскании убытков, указанных в иске.

Доводам истца о том, что ответчик своими действиями по расторжению договора от 22 октября 2019 года навязал истцу невыгодные условия, судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка.

Судом установлено, что истец обращался в антимонопольный орган с заявлением от 16 марта 2021 года, по результатам рассмотрения которого антимонопольным органом ответчику выдано предупреждение, которым предписано прекратить действия путем устранения причин и условий, способствующих возникновению нарушения пункта 3 части 1 статьи 10 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции», а именно путем восстановления договорных отношений на взаимовыгодных условиях, установленных договором от 22 октября 2019 года, в срок до 24 июня 2021 года.

Не согласившись с выданным предупреждением, ответчик оспорил его в судебном порядке.

Решением Арбитражного суда Чукотского автономного округа от 23 ноября 2021 года по делу № А80-351/2021 оспариваемое предупреждение антимонопольного органа отменено. Решение суда, ставшее предметом апелляционного пересмотра, вступило в законную силу.

При рассмотрении дела № А80-351/2021, к участию в котором настоящий истец привлечен в качестве третьего лица, судом установлено, что в спорный период ответчик действительно занимал доминирующее положение на рынке обращения товара – ПГС, как единственный владелец лицензий на право пользования недрами на территории Билибинского муниципального района; иные субъекты хозяйственной деятельности по обращению товара на данном рынке отсутствовали.

Между тем, суд не установил обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении обществом с ограниченной ответственностью артель старателей «Сияние» доминирующим положением на рынке.

Суд установил, что исходя их обоюдных, согласованных действий сторон, договор расторгнут по соглашению сторон; стороны согласовали новые условия по объему и цене, и заключили договор от 8 мая 2020 года, который исполнен, что свидетельствует о том, что стороны в рамках имевшихся договорных отношений действовали по своей воле, исходя из сложившихся обстоятельств.

Доказательств, позволяющих установить совершение ответчиком неправомерных, односторонних действий по навязыванию истцу условий договора о цене, не представлено.

При рассмотрении судом дела № А80-476/2020 (по иску о взыскании с покупателя неустойки по договору от 8 мая 2020 года) судом также проверялись доводы покупателя о кабальности указанной сделки. Судом не установлено наличие совокупности признаков, позволяющих применить к договору от 8 мая 2020 года положения статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации о навязывании невыгодных условий. Суду не представлено доказательств злоупотребления, недобросовестного поведения поставщика при реализации гражданских прав с намерением причинить вред покупателю, как и доказательств заключения договора на крайне невыгодных для него условиях или вследствие стечения тяжелых обстоятельств, которыми воспользовался ответчик, и которые вызвали бы необходимость заключения спорного договора против воли покупателя.

Таких доказательств по рассматриваемому делу истцом суду также не представлено.

Учитывая совокупность изложенного, фактических и правовых оснований для иной оценки доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

Довод жалобы о том, что судом не рассмотрено заявленное истцом имущественное требование о взыскании убытков в размере 112 785 960 рублей, данное требование ошибочно квалифицировано судом как последствие недействительности сделки, признан судом апелляционной инстанции несостоятельным.

Имущественное требование о взыскании убытков в размере 112 785 960 рублей заявлено истцом как требование, вытекающее из требования о недействительности сделки в части, а недействительность сделки – как основание возникновения у истца убытков в виде разницы в цене.

Признав сделку действительной, не противоречащей закону, суд первой инстанции обоснованно отказал и в данном исковом требовании.

Остальные доводы апелляционной жалобы опровергаются собранными по делу доказательствами и вступившими в законную силу судебными актами по вышеназванным делам.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом первой инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, соответственно, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены либо изменения обжалуемого судебного акта.

Нарушении? норм процессуального права, являющихся согласно пункту 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Учитывая результат рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, расходы на государственную пошлину по апелляционной жалобе истцу не возмещаются.

Руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Чукотского автономного округа от 4 мая 2022 года по делу № А80-51/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение двух месяцев со дня его принятия через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий

Ж.В. Жолондзь

Судьи

Т.Г. Брагина

А.И. Воронцов