Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер АП-11770/2016 ) закрытого акционерного общества «Юрэнерго» на определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09.08.2016 по делу № А81-6846/2014 (судья Полторацкая Э.Ю.,), вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ямал-Электросетьсервис» Семашко Николая Степановича о признании недействительными пунктов 1.2. и 1.3. дополнительного соглашения от 27.05.2014 к договору №1-2/1-53С от 02.10.2013, заключённому между обществом с ограниченной ответственностью «Ямал-Электросетьсервис» и закрытым акционерным обществом «Юрэнерго»,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ямал-Электросетьсервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

установил:

Определением Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 16.03.2014 по делу № А81-6846/2014 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Ямал-Электросетьсервис» (далее – должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён ФИО1 (далее – ФИО1).

Решением арбитражного суда от 16.11.2015 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом), об открытии конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 28.11.2015 № 220.

Определением арбитражного суда от 02.12.015 конкурсным управляющим утверждён ФИО1

В материалы дела поступили заявления следующих кредиторов о включении в реестр их требований:

- 21.01.2016 ФИО2 (далее – ФИО2) с суммой требований в размере 27 010 305 руб. основного долга и 2 578 079 руб. 67 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами (т. 1 л.д. 6-15);

- 21.01.2016 ФИО3 (далее – ФИО3) с суммой требований в размере 3 189 508 руб. 16 коп. основного долга, 304 695 руб. 97 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами (т. 3 л.д. 11-19);

- 21.01.2016 ФИО4 (далее – ФИО4) с суммой требований в размере 3 505 275 руб. 40 коп. (т. 5 л.д. 10-18);

- 21.01.2016 ФИО5 (далее – ФИО5) с суммой требований в размере 3 494 204 руб. 13 коп. (т. 7 л.д. 11-19);

- 21.01.2016 ФИО6 (далее – ФИО6) с суммой требований в размере 3 494 204 руб. 13 коп. (т. 9 л.д. 12-20).

03.03.2016 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего должника ФИО1 о признании недействительными пунктов 1.2. и 1.3. дополнительного соглашения от 27.05.2014 к договору № 1-2/1-53С от 02.10.2013, заключённому между ООО «Ямал-Электросетьсервис» и закрытым акционерным обществом «Юрэнерго» (далее – ЗАО «Юрэнерго»), на основании пункта 1 статьи 61.2. Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

Определением арбитражного суда от 10.05.2016 требование конкурсного управляющего и требования вышеуказанных кредиторов объединены в одно производство для совместного рассмотрения ввиду установления судом того обстоятельства, что основная часть требований кредиторов основана на договоре № 1-2/1-53С от 02.10.2013, который в части пунктов 1.2. и 1.3. дополнительного соглашения от 27.05.2014 к указанному договору оспаривается в настоящем обособленном споре.

Этим же определением суд привлёк к участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований по договорам поручительства от 27.05.2014 № 1-7/1-2 ООО «ДенКли», № 1-7/1-3 ООО «Дирс Групп», № 1-7/1-5 ООО «Промстройинвест, № 1-7/1-4 ООО «Октан-Сервис», № 1-7/1-6 ООО «Юником» и договору поручительства от 01.10.2014 № 1-7/1-8 ООО «Рондо» в связи с наличием солидарных обязательств.

В ходе производства по объединенным требованиям кредиторы ФИО6, ФИО5, ФИО3, ФИО7 заявили ходатайства о процессуальном правопреемстве своих требований в общем размере 12 686 064 руб. 64 коп. (3 171 516 руб. 16 коп. * 4) в пользу ФИО2 (директора ЗАО «Юрэнерго»).

Определением арбитражного суда от 09.08.2016 заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании сделки недействительной удовлетворено. Признаны недействительными пункты 1.2. и 1.3. договора № 1-2/1-53С от 02.10.2013 в редакции дополнительного соглашения от 27.05.2014, заключённого между ООО «Ямал-Электросетьсервис» и ЗАО «Юрэнерго». В удовлетворении заявлений ФИО8, ФИО6, ФИО5, ФИО4 и ФИО3 о процессуальном правопреемстве в виде передачи прав требования долга от кредиторов ФИО6, ФИО5, ФИО4 и ФИО3 к ФИО8 отказано.

Суд признал требования кредиторов ФИО8, ФИО6, ФИО5, ФИО4 и ФИО3 установленными частично.

Суд включил требования ФИО6 в размере 16 992 руб. по договору цессии от 25.03.2015 о передаче прав требования долга, в том числе 7 552 руб. долга, возникшего на основании договора № 1-2/1-14С от 11.03.2014, и 9 440 руб. долга, возникшего на основании договора №1-2/1-15С от 11.03.2014, в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Суд включил требования ФИО5 в размере 16 992 руб. по договору цессии от 25.03.2015 о передаче прав требования долга, в том числе 7 552 руб. долга, возникшего на основании договора № 1-2/1-14С от 11.03.2014, и 9 440 руб. долга, возникшего на основании договора № 1-2/1-15С от 11.03.2014, в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Суд включил требования ФИО4 в размере 16 992 руб. по договору цессии от 25.03.2015 о передаче прав требования долга, в том числе 7 552 руб. долга, возникшего на основании договора № 1-2/1-14С от 11.03.2014, и 9 440 руб. долга, возникшего на основании договора № 1-2/1-15С от 11.03.2014, в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Суд включил требования ФИО3 в размере 16 992 руб. по договору цессии от 25.03.2015 о передаче прав требования долга, в том числе 7 552 руб. долга, возникшего на основании договора № 1-2/1-14С от 11.03.2014, и 9 440 руб. долга, возникшего на основании договора №1-2/1-15С от 11.03.2014, в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Суд включил требования ФИО2 в размере 12 744 руб. по договорам цессии от 25.03.2015 о передаче прав требования долга, в том числе 5 664 руб. долга, возникшего на основании договора № 1-2/1-14С от 11.03.2014, и 7 080 руб. долга, возникшего на основании договора № 1-2/1-15С от 11.03.2014, в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В оставшейся части заявленных требований суд отказал.

Не согласившись с вынесенным определением суда, ЗАО «Юрэнерго» подало апелляционную жалобу, в которой просит его отменить в части признания недействительными пунктов 1.2., 1.3. договора № 1-2/1-53С от 02.10.2013 в редакции дополнительного соглашения от 27.05.2014, отказа в удовлетворении заявлений кредиторов о процессуальном правопреемстве, отказа в удовлетворении требований кредиторов о включении в реестр требований кредиторов.

В обоснование своей жалобы заявитель приводит следующие доводы:

- суд квалифицировал спорные пункты ничтожными;

- заявителем были выполнены свои обязательства по договору;

- внесение сторонами изменений в договор об установлении окончательной ставки вознаграждения в размере 4,25% от суммы исковых требований (в случае отказа от иска) и от суммы задолженности, подлежащей взысканию (в случае отказа от услуг исполнителя), значительно снизила сумму размера вознаграждения по первоначальным условиям договора (54 502 105 руб. 38 коп. = 908 368 423 руб. (сумма исковых требований) * 6%);

- сумма компенсации в размере 4,25% являлась лишь обеспечением и не подлежала обязательной выплате в случае исполнения договора. Выплата вознаграждения также зависела от результатов взыскания, если бы денежные средства по иску не были взысканы, то вознаграждение также бы не выплачивалось;

- до момента отказа должника от исполнения договора (уведомление от 14.01.2015) в порядке пункта 1 статьи 782 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) заявитель выполнил свои обязательства по договору. Согласно нормам ГК РФ (в частности статьи 717 ГК РФ) при одностороннем отказе заказчика от договора он должен оплатить подрядчику стоимость фактически выполненных работ, а также убытки в пределах разницы между ценой, определённой за всю работу, и частью цены, выплаченной за выполненную работу;

- считает, что обжалуемые пункты договора не содержат неравноценного встречного исполнения обязательств, дополнительное соглашение не направлено на увеличение кредиторской задолженности и не создаёт препятствий для реализации нормальных экономических интересов должника;

- оспариваемые пункты дополнительного соглашения исследовались судами общей юрисдикции и признаны обоснованными;

- у суда не было оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего;

- ФИО2 стал правопреемником сотрудников, с которыми заключались первоначальные договоры уступки прав требований. Заключение договоров уступки внутри организации не может рассматриваться как злоупотребление правом.

От конкурсного управляющего ФИО1 поступил отзыв на жалобу, в котором он просит оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представители лиц, участвующих в деле, извещённых о судебном заседании 30.11.2016 надлежащим образом, в него не явились. Суд апелляционной инстанции считает возможным на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие их представителей.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на неё, проверив законность и обоснованность обжалуемого определения суда в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Как следует из материалов дела, 02.10.2013 между ООО «Ямал-Электросетьсервис» (заказчик) и ЗАО «Юрэнерго» (исполнитель) заключён договор № 1-2/1-53С (далее – договор) (т. 11 л.д. 37-40), по условиям которого исполнитель принимает на себя обязательства оказать заказчику комплекс юридических услуг, связанных с представлением и защитой интересов заказчика в досудебном порядке, а также в арбитражном суде (первой, апелляционной и кассационной инстанций) по иску заказчика к ЗАО «Инженерно-Строительная Компания «Союз-Сети» о взыскании задолженности по оплате результатов работ по договору субподряда от 22.08.2011 № 22-08/11, заключённому между заказчиком (субподрядчик) и ЗАО «Инженерно-Строительная Компания «Союз-Сети» (генподрядчик) на выполнение строительно-монтажных работ по строительству Больших переходов через реку Пур цепь 1, 2 по титулу «ВЛ 220 кВ Уренгойская ГРЭС-Мангазея №№ 1, 2»

В пунктах 1.2.-1.2.4. договора перечислено, что входит в комплекс юридических услуг.

В частности, в пункте 1.2.4. договора указано: организация исполнения вступившего в законную силу судебного акта (актов) о взыскании задолженности по иску в соответствии с пунктом 1.1. настоящего договора, включая получение и предъявление к исполнению исполнительного листа (исполнительных листов), представление интересов заказчика в отношениях с должником в связи с исполнением судебного акта в службе судебных приставов, кредитных организациях, участие в исполнительном производстве со всеми правами, представленными взыскателю Федеральным законом «Об исполнительном производстве», включая подачу дополнительных материалов, заявление ходатайств, возражений, обжалование действий (бездействия) судебных приставов-исполнителей.

В разделе 4 договора установлены стоимость услуг и порядок расчётов.

Так, в пункте 4.1. договора указано, что в стоимость услуг исполнителя по настоящему договору включается вознаграждение (или порядок его определения), предусмотренное пунктами 4.2.1. - 4.2.4. настоящего договора, а также вознаграждение, порядок определения которого предусмотрен пунктом 4.3. настоящего договора.

В частности, в пунктах 4.2., 4.2.1., 4.2.2., 4.2.3. договора стороны определили соответствующий размер вознаграждения за оказание услуг, предусмотренных в пунктах 1.2.1., 1.2.2., 1.2.3. договора.

За оказание услуг, предусмотренных пунктом 1.2.4. договора, по условию пункта 4.2.4. договора заказчик обязуется выплатить исполнителю вознаграждение после взыскания задолженности по иску в соответствии с пунктом 1.1. договора на условиях, приведённых в подпунктах а) - д).

Из условий пункта 4.2.4. договора следует, что в зависимости от взысканной суммы задолженности в пределах до 380 000 руб., от 380 001 руб. до 480 000 руб., от 480 001 руб. до 580 000 руб., от 580 001 руб. до 680 000 руб., свыше 680 000 руб. заказчик выплачивает исполнителю вознаграждение в размере 2,5%, 3%, 4%, 5%, 6%, соответственно.

Под взысканием задолженности в пункте 4.2.4. договора понимается фактическое поступление денег на расчётный счёт или в кассу заказчика (или депозитный счёт федеральной службы судебных приставов в пользу заказчика) в результате добровольного и\или принудительного исполнения вступившего в законную силу судебного акта о взыскании, и/или полного или частичного признания иска, и/или заключения мирового соглашения (пункт 4.2.5.).

В силу пункта 4.2.6. договора в случае полного или частичного отказа от иска заказчика он выплачивает исполнителю компенсацию в размере 2,5% (включая НДС) от суммы исковых требований, отказ от которых принят судом.

В дальнейшем, дополнительным соглашением от 27.05.2014 пунктами 1.1., 1.2., 1.3., соответственно, стороны внесли изменения в пункты 4.2.4., 4.2.6. и дополнили договор пунктом 4.2.7.

Согласно изменённой редакции пункта 4.2.4. договора – за оказание услуг, предусмотренных пунктом 1.2.4. договора, после взыскания задолженности по иску в соответствии с пунктом 1.1. договора заказчик обязуется выплатить исполнителю вознаграждение в размере 4,25% (включая НДС) от суммы, взысканной с ЗАО «Инженерно-Строительная Компания «Союз-Сети» в пользу заказчика задолженности (пункт 1.1. соглашения).

Согласно изменённой редакции пункта 4.2.6. договора – в случае полного или частичного отказа от иска заказчиком он выплачивает исполнителю компенсацию в размере 4,25% (включая НДС) от суммы исковых требований, отказ от которых принят судом (пункт 1.2. соглашения).

Кроме того, этим соглашением стороны дополнили договор пунктом 4.2.7. в следующей редакции: в случае отказа от услуг исполнителя на любой стадии арбитражного процесса (первой, апелляционной и/или кассационной и/или надзорной инстанциях) и/или на стадии исполнительного производства заказчик выплачивает исполнителю компенсацию в размере 4,25% (включая НДС) от суммы задолженности, подлежащей взысканию (заявленной к взысканию), но в любом случае не менее 10 000 000 руб., включая НДС. При этом, в компенсацию, предусмотренную настоящим пунктом, не включаются суммы, оплаченные заказчиком в соответствии с пунктами 4.2.1. - 4.2.3. настоящего договора (пункт 1.3. соглашения).

Конкурсный управляющий ФИО1 оспаривает пункты 1.2., 1.3. дополнительного соглашения к договору на основании пункта 1 статьи 61.2. Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), указывая на то, что стороны изменили условия договора, установив штрафную компенсацию за отказ от иска или его расторжение независимо от объёма оказанных услуг. ЗАО «Юрэнерго» не оказало должнику по договору юридических услуг. Размер обязательств должника по уплате штрафных санкций, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствует о неравноценности встречного исполнения обязательств другой стороной сделки.

Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства, признал оспариваемые пункты ничтожными по статье 10 ГК РФ, с чем выразил несогласие контрагент по сделке - ЗАО «Юрэнерго».

Повторно рассмотрев настоящий спор, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции об удовлетворении заявления конкурсного управляющего и отклоняет в указанной части доводы жалобы по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле; решает, подлежит ли иск удовлетворению.

В силу указанной нормы арбитражный суд не связан с правовой квалификацией, которую предлагают стороны, вправе применить соответствующие нормы права исходя из приведённых обстоятельств спора.

На основании пункта 1 статьи 61.1. Закона о банкротстве сделки, совершённые должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

Как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», судам следует иметь в виду, что предусмотренные статьями 61.2. и 61.3. Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок.

В связи с этим в силу статьи 166 ГК РФ такие сделки по указанным основаниям могут быть признаны недействительными только в порядке, определенном главой III.1 Закона о банкротстве.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2. и 61.3., само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Таким образом, несмотря на указание конкурсным управляющим ФИО1 в качестве оснований оспариваемых им пунктов дополнительного соглашения к договору специальной нормы Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 61.2.), суд вправе самостоятельно квалифицировать оспариваемые сделки ничтожными по статье 10 ГК РФ в случае установления факта их совершения со злоупотреблением правом.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой

Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено следующее.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Поэтому суд первой инстанции правомерно применил в данном случае положения статьи 10 ГК РФ.

В соответствии с положениями пунктов 1, 2, 5 статьи 10 ГК РФ в редакции на дату 27.05.2014 не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (далее – Постановление № 16) разъяснено, что в соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьёй 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано обязательными для сторон правилами, установленными законом или иными правовыми актами (императивными нормами), действующими в момент его заключения (статья 422 ГК РФ).

Таким образом, норма статьи 10 ГК РФ закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей: каждый субъект гражданских прав волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц.

Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьёй 180 ГК РФ недействительность части сделки не влечёт недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной её части.

На основании пункта 1 статьи 452 ГК РФ соглашение об изменении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев делового оборота не вытекает иное.

Оспариваемыми конкурсным управляющим пунктами 1.2., 1.3. дополнительного соглашения к договору должник с ЗАО «Юрэнерго» 27.05.2014 изменили редакцию пункта 4.2.6. договора и добавили в договор новый пункт 4.2.7.

В пункте 4.2.6. договора в новой редакции размер компенсации, причитающейся исполнителю в случае отказа заказчика от иска полностью или в части, увеличен с 2,5% до 4,25% от суммы исковых требований, отказ от которых принят судом.

По условию пункта 4.2.7. договора исполнителю причитается ранее не предусмотренная договором компенсация в размере 4,25% от подлежащей взысканию суммы задолженности (заявленной к взысканию), но не менее 10 000 000 руб., если заказчик откажется от услуг исполнителя.

Данные условия договора в редакции дополнительного соглашения от 27.05.2014 являются ничтожными в силу следующего.

По пункту 1.2. соглашения о внесении изменений в пункт 4.2.6. договора.

По общему правилу части 2 статьи 49 АПК РФ истец вправе до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу в арбитражном суде первой инстанции или в арбитражном суде апелляционной инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Таким образом, статьёй 49 АПК РФ закреплено процессуальное право истца на отказ от заявленного им иска полностью или в части.

Соответственно, должник вправе реализовать предоставленное ему законом право на отказ от своих требований полностью или частично на стадии рассмотрения спора в судах первой и апелляционной инстанций.

В то же время последствия для заказчика, которые предусмотрели стороны для него в изменённой редакции пункта 4.2.6. договора и новом пункте 4.2.7. договора в виде компенсации исполнителю за реализацию заказчиком как процессуального права на отказ от иска, так и права на отказ от услуг исполнителя, являются явно обременительными для заказчика и существенным образом нарушают баланс его интересов, а также интересов его кредиторов, принимая во внимание то обстоятельство, что изменение условий договора и включение в него новых условий имело место в преддверии банкротства (определением суда от 25.12.2014 принято к производству заявление о признании ООО «Ямал-Электросетьсервис» банкротом).

Заключённый сторонами договор, к которому они заключили дополнительное соглашение от 27.05.2014, регулируется нормами главы 39 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определённые действия или осуществить определённую деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Таким образом, по договору возмездного оказания услуг исполнитель получает оплату за фактически оказанные услуги.

В силу пункта 1 статьи 782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесённых им расходов.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 07.09.2010 № 2715/10, статья 782 ГК РФ закрепляет право заказчика и исполнителя на односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг и условия, при которых он допускается. Согласно пункту 1 этой статьи условием отказа заказчика от исполнения обязательств по договору является оплата исполнителю фактически понесённых им расходов.

Из смысла данной нормы следует, что отказ заказчика от исполнения договора возможен в любое время: как до начала исполнения услуги, так и в процессе оказания услуги.

Поскольку право сторон (как исполнителя, так и заказчика) на односторонний отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг императивно установлено статьёй 782 ГК РФ, оно не может быть ограничено соглашением сторон.

В пункте 4 Постановления № 16 разъяснено, что положения статьи 782 ГК РФ, дающие каждой из сторон договора возмездного оказания услуг право на немотивированный односторонний отказ от исполнения договора и предусматривающие неравное распределение между сторонами неблагоприятных последствий прекращения договора, не исключают возможность согласования сторонами договора иного режима определения последствий отказа от договора (например, полное возмещение убытков при отказе от договора как со стороны исполнителя, так и со стороны заказчика) либо установления соглашением сторон порядка осуществления права на отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг (в частности, односторонний отказ стороны от договора, исполнение которого связано с осуществлением обеими его сторонами предпринимательской деятельности, может быть обусловлен необходимостью выплаты определённой денежной суммы другой стороне).

В соответствии с указанными разъяснениями договором могут быть предусмотрены последствия одностороннего отказа.

При этом указание в данном Постановлении об установлении обязательства «возможности выплаты определённой денежной суммы другой стороне» является возможностью установить иной режим определения сторонами последствий отказа от договора и не свидетельствует о правомерности установления обязательством санкции (штрафа, компенсации, неустойки), которой может быть ограничено право заказчика на расторжение договора.

Разъяснение, содержащееся в пункте 4 Постановления № 16, не означает правомерность любых условий договора возмездного оказания услуг, определяющих последствия одностороннего отказа от исполнения договора.

То есть, во избежание выплаты компенсации по пункту 4.2.7. договора заказчик по сути условием, изложенном в этом пункте, ограничен в праве на одностороннее расторжение договора, а если заказчик всё же реализует право на отказ от исполнения договора, то в силу условий дополнительного соглашения без получения для себя услуг по договору будет обязан произвести исполнителю компенсацию, представляющую собой по сути штрафную санкцию за реализацию своего права.

Поэтому установление в договоре условия о безусловной оплате заказчиком компенсации за одностороннее расторжение договора по инициативе последнего вне зависимости от фактически понесённых исполнителем расходов и достигнутых результатов фактически представляет собой штрафную санкцию за отказ от услуг исполнителя, что ограничивает право заказчика на расторжение договора возмездного оказания услуг.

В случае досрочного расторжения заказчиком договора и уклонения от полной выплаты вознаграждения исполнитель вправе взыскать фактически понесённые расходы, что не может не повлиять на права и законные интересы кредиторов заказчика, перед которыми у последнего имеются реальные неисполненные и неоплаченные обязательства.

Кроме того, стороны предусмотрели для заказчика последствия отказа от исполнения договора в виде такой денежной компенсации, размер которой безусловно свидетельствует о возможном причинении вреда кредиторам заказчика в случае реализации им права на отказ от исполнения договора с исполнителем ЗАО «Юрэнерго».

Таким образом, условия оспариваемых пунктов, являются явно обременительным для заказчика и существенным образом нарушают баланс интересов сторон, а учитывая оспаривание пунктов соглашения в процедуре банкротства, - права и законные интересы конкурсных кредиторов должника (заказчика).

Оспариваемые пункты являются ничтожными, поскольку при заключении соглашения стороны злоупотребили своим правами на возможность внесения в договор изменений, установления условий договора по своему волеизъявлению, поскольку оспариваемыми пунктами соглашения на заказчика (должника) возложены обязательства, в случае исполнения которых заказчик утратит в значительном объёме своё имущество, не получив взамен от исполнителя равноценных услуг, в ущерб интересам кредиторов должника.

Тогда как по смыслу пункта 1 статьи 782 ГК РФ понесённые исполнителем расходы должны быть обусловлены его действиями по исполнению принятых обязательств по договору возмездного оказания услуг. Законодатель предусмотрел гарантии исполнителя в случае одностороннего расторжения заказчиком договора, и другие дополнительные обременения за реализацию права на расторжение договора не могут быть установлены.

Исходя из вышеизложенного суд апелляционной инстанции отклоняет доводы жалобы заявителя о том, что сумма компенсации в размере 4,25% являлась лишь обеспечением и не подлежала обязательной выплате в случае исполнения договора.

Далее, как установил суд первой инстанции, письмом № 115-2014 от 19.12.2014 заказчик отказался от услуг ЗАО «Юрэнерго» с 19.12.2014 (т. 1 л.д. 67), гарантировав до 20.01.2015 оплату за услуги в размере 280 000 руб.

Данный отказ явился основанием для начисления ЗАО «Юрэнерго» вознаграждения в размере 4,25% (39 643 951,96 руб.) от суммы задолженности, заявленной к взысканию (932 798 869,71 руб.) (претензия от 16.01.2015 № 1-2/1-ЮК-13 (т. 1 л.д. 69).

Исполнителем была предъявлена претензия заказчику на оплату компенсации в связи с расторжением договора уже в условиях принятия судом заявления о признании заказчика банкротом (определение от 25.12.2014).

По состоянию на дату подписания дополнительного соглашения (27.05.2014) у должника фактически отсутствовало имущество, денежные средства, позволяющие погасить установленный соглашением размер вознаграждения.

Об этом свидетельствуют данные бухгалтерского баланса должника за 2014 год, представленные в финансовом анализе временного управляющего, согласно которым активы должника составляют 274 292 тыс. руб., из которых дебиторская задолженность составляет 114 309 тыс. руб. (41,67%), а кредиторская задолженность составляет 416 209 тыс. руб. (151,74%), на протяжении трёх лет, предшествующих процедуре банкротства, предприятие работало в убыток (в 2013 убыток составил 34 800 тыс. руб., в 2014 – 18 023 тыс. руб.).

Это очевидно свидетельствует о невозможности исполнения обязательства в размере порядка 40 миллионов рублей.

Наличие оспариваемых пунктов соглашения указывает на отсутствие какой-либо

экономической выгоды для ООО «Ямал-Электросетьсервис», кроме увеличения обязательств на 39 643 951 руб. 96 коп.

А поскольку соглашение заключено 27.05.2014 в преддверии возбуждения производства по делу о банкротстве должника, то следует учесть также и следующее.

Размер требований исполнителя в случае включения их в реестр обеспечит ему достаточное количество голосов от числа обоснованных требований, включённых в реестр, для принятия необходимых решений в деле о банкротстве ООО «Ямал-Электросетьсервис» в обход совокупным интересам других кредиторов, поведение которых судом не было признано недобросовестным при рассмотрении их заявлений о включении задолженности в реестр.

Последующее поведение исполнителя помимо предъявления 16.01.2015 претензии об уплате компенсации по договору со ссылкой на пункт 1.3. соглашения свидетельствует о реальном получении от заказчика в процедуре банкротства данной компенсации при том, что её выплата никак не связана с фактическим оказанием со стороны исполнителя услуг на сумму компенсации.

Из материалов настоящего спора следует, что на основании оспариваемого пункта 1.3. соглашения:

кредитор ФИО2, которому ЗАО «Юрэнерго» уступило (т. 2 л.д. 2-3) частично права требования по рассматриваемому договору, предъявил заказчику требование о включении в реестр суммы в размере 17 839 778 руб. 40 коп.;

кредитор ФИО3, которому ЗАО «Юрэнерго» уступило (т. 3 л.д. 156-157) частично права требования по рассматриваемому договору, предъявил заказчику требование о включении в реестр суммы в размере 3 171 516 руб. 16 коп.;

кредитор ФИО4, которому ЗАО «Юрэнерго» уступило (т. 6 л.д. 5-6) частично права требования по рассматриваемому договору, предъявил заказчику требование о включении в реестр суммы в размере 3 171 516 руб. 16 коп.;

кредитор ФИО5, которому ЗАО «Юрэнерго» уступило (т. 7 л.д. 156-157) частично права требования по рассматриваемому договору, предъявил заказчику требование о включении в реестр суммы в размере 3 171 516 руб. 16 коп.;

кредитор ФИО6, которому ЗАО «Юрэнерго» уступило (т. 9 л.д. 157-158) частично права требования по рассматриваемому договору, предъявил заказчику требование о включении в реестр суммы в размере 3 171 516 руб. 16 коп.

ЗАО «Юрэнерго» уступило к должнику свои права требования к ФИО2 10.12.2015, а остальным вышеуказанным лицам по договорам уступки права (требований) от 25.03.2015.

В дальнейшем, на стадии проверки обоснованности требований кредиторов – физических лиц они уступили свои права (требования) одному лицу - ФИО2 (директору исполнителя ЗАО «Юрэнерго»), заявив о процессуальном правопреемстве предъявленных требований в общем размере 12 686 064 руб. 64 коп. (3 171 516 руб. 16 коп. * 4).

Кроме того, как установил суд первой инстанции, 52% (20 614 855,04 руб.) от суммы начисленного вознаграждения ЗАО «Юрэнерго» на основании договоров цессии передал директору ФИО2 как физическому лицу, в оставшейся части ЗАО «Юрэнерго» разбил начисленное вознаграждение (48%) на шесть частей по 8% (3 171 516,16 руб.) и передал на основании договоров уступки прав требований физическим лицам ФИО6, ФИО5, ФИО3, ФИО7, ФИО9 и ФИО10

ФИО9 и ФИО10 в арбитражный суд для включения в реестр требований, полученных по договорам уступки от ЗАО «Юрэнерго» 10.12.2014 и 15.12.2014 не обращались, а передали свои права требования 25.03.2015 ФИО2

(Директору ЗАО «Юрэнерго»). ФИО2 (директор ЗАО «Юрэнерго») в деле о банкротстве ООО «Ямал-Электросетьсервис» явился по сути единственным кредитором к должнику по договору с суммой требований в размере 39 643 951 руб. 96 коп.

Таким образом, ЗАО «Юрэнерго» уступило свои права требования физическим лицам, которые в свою очередь передали свои права одному лицу, также получившему от исполнителя определённую часть требований к заказчику, - директору самого исполнителя ЗАО «Юрэнерго».

По общему правилу пункта 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Однако в рассматриваемом случае основание уступок прав требований ЗАО «Юрэнерго» (пункт 1.3. соглашения) оспаривается конкурсным управляющим заказчика (должника).

Суд первой инстанции исходя из фактических обстоятельств спора, соответствующей оценки этих обстоятельств пришёл к правильному выводу о ничтожности, в том числе пункта 1.3. соглашения, по основанию статьи 10 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечёт юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения.

Следовательно, в силу ничтожности условий пунктов 1.2., 1.3. соглашения к договору у должника не возникло никаких обязательств перед исполнителем ЗАО «Юрэнерго» на основании этих пунктов, а ЗАО «Юрэнерго» считается, что передало цессионариям – физическим лицам недействительное требование.

Последствия для цедента за передачу недействительного требования предусмотрены в статье 390 ГК РФ.

По причине ничтожности лежащих в основе сделок цессий условий соглашения от 27.05.2014 к договору заявленные требования кредиторов не могут быть признаны судом обоснованными и включены в реестр, равно как и удовлетворены заявления о процессуальном правопреемстве.

В этой связи наличие судебных актов судов общей юрисдикции, на которые ссылаются кредиторы также при обращении в суд, не имеет правового и преюдициального значения в порядке части 3 статьи 69 АПК РФ.

Как верно указал суд первой инстанции, при принятии решений суды общей юрисдикции не давали оценку договору на предмет злоупотребления правом с целью создания искусственной кредиторской задолженности ООО «Ямал-Электросетьсервис».

Решения Коптевского районного суда города Москвы от 22.06.2015, Тимирязевского районного суда от 27.05.2015, Хорошевского районного суда города Москвы от 02.06.2015, Зюзинского районного суда города Москвы от 29.06.2015, Бабушкинского районного суда города Москвы от 06.07.2015, Головинского районного суда города Москвы от 06.07.2015, вступили в законную силу 23.07.2015, 25.06.2015, 03.08.2015, 30.07.2015, 08.08.2015, 26.09.2015, соответственно, в то время как в отношении ООО «Ямал-Электросетьсервис» 25.12.2014 было возбуждено дело о банкротстве.

Каких-либо возражений, основанных на ничтожности сделок и на недобросовестности действий сторон, не заявлялось при рассмотрении исков о взыскании.

Поэтому ссылка подателя жалобы на то, что оспариваемые пункты дополнительного соглашения исследовались судами общей юрисдикции и признаны обоснованными, является несостоятельной.

Доводы жалобы заявителя о том, что до момента отказа должника от исполнения договора заявитель выполнил свои обязательства по договору, не принимаются судом апелляционной инстанции в качестве оснований для отмены обжалуемого определения, поскольку оспариваемые условия соглашения никак не связаны с фактическим выполнением заявителем для должника каких-либо услуг, а пунктом 1 статьи 782 ГК РФ заявителю как исполнителю законом гарантировано право получения фактически понесённых расходов в связи с исполнение договора в случае отказа заказчика от договора.

В связи с чем признание судом первой инстанции ничтожными оспариваемых пунктов соглашения не влияет на права исполнителя по договору на реализацию права, предоставленного положениями пункта 1 статьи 782 ГК РФ.

Доводы жалобы заявителя о том, что оспариваемые пункты не содержат неравноценного встречного исполнения обязательств, являются несостоятельными также, поскольку никакой экономической выгоды заказчик не получает от самого исполнителя, при этом реализуя законные права на возможность отказаться от иска, от исполнения договора.

По вышеизложенным мотивам доводы апелляционной жалобы заявителя не опровергли правильности вывода суда первой инстанции о признании оспариваемых пунктов недействительными и об отказе во включении требований в реестр, в удовлетворении заявлений о процессуальном правопреемстве.

Следует отметить, что обжалуемым определением суд включил частично в реестр требования кредиторов ФИО8, ФИО6, ФИО5, ФИО4 и ФИО3

Определение суда в указанной части не обжалуется.

С учётом изложенного суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения суда. Нормы материального права судом первой инстанции при разрешении спора были применены правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, суд апелляционной инстанции не установил.

Апелляционная жалоба заявителя удовлетворению не подлежит.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. при подаче апелляционной жалобы в связи с отказом в её удовлетворении суд апелляционной инстанции по правилам статьи 110 АПК РФ относит на подателя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 4 статьи 272, статьями 270-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 09.08.2016 по делу № А81-6846/2014 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

Т.П. Семёнова

Судьи

Л.Р. Литвинцева

О.В. Зорина