Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Адыгея в составе судьи З.М. Шебзухова, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Дамницкой А.А., рассмотрев материалы дела № А01-2353/2011 по исковому заявлению Азово – Черноморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФГУП «Южный производственный осетрово-рыбоводный центр» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО1, ООО «СПЕКТРУМ» о признании сделки недействительной, третье лицо – Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Адыгея (ИНН <***>, ОГРН <***>), при участии в заседании:

от истца – ФИО2 (доверенность от 23.12.2011), ФИО3 (доверенность от 02.04.2012),

от третьего лица – ФИО4 (доверенность от 21.03.2011),

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

У С Т А Н О В И Л :

В Арбитражный суд Республики Адыгея обратилось Азово – Черноморское территориальное управление Федерального агентства по рыболовству (далее – истец, территориальное управление) с исковым заявлением к ФИО1 (далее - ФИО1), Федеральному государственному унитарному предприятию «Южный производственный осетрово-рыбоводный центр» (далее - ФГУП «ЮПОРЦ»), обществу с ограниченной ответственностью «СПЕКТРУМ» (далее - общество) о признании сделки по предоставлению вексельного поручительства директором ФГУП «ЮПОРЦ» по простому векселю серии СП 0007325 на сумму 70 000 000 рублей от 12.11.2010, выданному обществом, ничтожной.

Заявленные требования мотивированы тем, что проставление аваля директором ФГУП «ЮПОРЦ» на простом векселе СП № 0007325 от 12.11.2010 со сроком по предъявлении, но не ранее 25 февраля 2011 года, номинальной стоимостью 70 000 000 рублей, от имени ФГУП «ЮПОРЦ» произведено с нарушением требований статей 18, 23, 24 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» - без согласия собственников имущества унитарного предприятия – Азово Черноморского территориального управления Росрыболовства и Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Адыгея в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, является ничтожной сделкой.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, требования заявителя поддерживает.

Конкурсный управляющий ФГУП «ЮПОРЦ» заявляет о пропуске срока исковой давности, предусмотренного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ФИО1 против удовлетворения иска возражает, считает, что в силу подпункта «б» пункта 3.1 Постановления Правительства Российской Федерации № 739 от 03.12.2004 территориальное управление не может выступать истцом по оспариванию сделок государственных унитарных предприятий.

Общество отзыв на исковое заявление не представило.

Изучив материалы дела, выслушав доводы представителей сторон, суд полагает, что заявленные требования территориального управления удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Из материалов дела усматривается, что в соответствии с инвестиционным соглашением от 14.05.2010, между обществом в лице генерального директора ФИО5 и ФГУП «ЮПОРЦ» в лице внешнего управляющего ФИО6, действовавшего на основании определения Арбитражного суда Республики Адыгея от 14.04.2010 по делу №А01-221/2008-1 (производство по делу впоследствии прекращено определением суда от 22.06.2010), стороны определили создать рыбо- торговую базу на площадях и мощностях ФГУП «ЮПОРЦ» с использованием финансовых средств общества в размере, не превышающем 70 000 000 рублей и с условием возврата инвестиций ФГУП «ЮПОРЦ» в объеме 60 % чистой прибыли на счет инвестора. Также ФГУП «ЮПОРЦ» обязалось с согласия собственника имущества предприятия выступать поручителем при заключении сделок по кредитованию инвестиционного проекта.

Условием начала финансирования проекта также являлось согласие собственника имущества предприятия.

Вместе с тем, в соответствии с абзацем третьим пункта 1 статьи 94 . Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)" в редакции, действовавшей на момент заключения инвестиционного соглашения, прекращаются полномочия органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия, полномочия руководителя должника и иных органов управления должника переходят к внешнему управляющему, за исключением полномочий органов управления должника, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи.

Согласно пунктам 1-4 статьи 101 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" в редакции, действовавшей на момент заключения инвестиционного соглашения, крупные сделки, а также сделки, в совершении которых имеется заинтересованность, заключаются внешним управляющим только с согласия собрания кредиторов (комитета кредиторов), если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В целях настоящего Федерального закона к крупным сделкам относятся сделки или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более чем десять процентов балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату, предшествующую дате заключения такой сделки.

Сделки, влекущие за собой получение или выдачу займов, выдачу поручительств или гарантий, уступку прав требований, перевод долга, отчуждение или приобретение акций, долей хозяйственных товариществ и обществ, учреждение доверительного управления, совершаются внешним управляющим после согласования с собранием кредиторов (комитетом кредиторов). Указанные в настоящем пункте сделки могут заключаться внешним управляющим без согласования с собранием кредиторов (комитетом кредиторов), если возможность и условия заключения таких сделок предусмотрены планом внешнего управления (пункт 4 статьи 101 закона о банкротстве).

При изложенных обстоятельствах суд полагает, что соглашение от 14.05.2010 между обществом и ФГУП «ЮПОРЦ» было заключено в установленном законодательством о несостоятельности (банкротстве) порядке, согласие собственника на заключение соглашения и его реализацию не требовалось.

В соответствии с планом внешнего управления ФГУП «ЮПОРЦ», утвержденным 29.09.2008 г. собранием кредиторов и руководителем Федерального агентства по рыболовству 25.08.2008, принятым в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФГУП «ЮПОРЦ» №А01-221/2008-1 и действовавшим на момент заключения инвестиционного соглашения от 14.05.2010 , внешнему управляющему было разрешено для реализации плана внешнего управления привлекать дополнительные средства в соответствии с пунктом 4 статьи 101 Закона о банкротстве в форме займов и кредитов.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что обязательства, возложенные соглашением от 14.05.2010 на общество и ФГУП «ЮПОРЦ», являлись действительными.

Соглашением о новации от 01.11.2010 общество (сторона- 1) и ФГУП «ЮПОРЦ» (сторона -2) заключили договор о нижеследующем:

Сторона -1 и сторона -2 заключили 14.05.2010 г. инвестиционное соглашение о реализации инвестиционного проекта - создания рыбо- торговой базы. Настоящим соглашением о новации сторона -1 и сторона -2 договорились заменить инвестиционное соглашение от 14.05.2010 на предварительный договор аренды от 01.11.2010 в порядке статьи 414 ГК РФ.

При этом, в соответствии с пунктом 3 статьи 414 ГК РФ обязательство стороны 2 выступить в роли поручителя не прекращается и действует в форме вексельного поручительства (аваля) по следующему простому векселю, выдаваемому стороной-1 третьему лицу в срок не превышающий 1 месяц в целях финансирования обязательств по предварительному договору аренды от 01.11.2010: векселедатель – общество, номинал векселя – 70 000 000 рублей.

Согласно предварительному договору от 01.11.2010 арендодатель (ФГУП «ЮПОРЦ») передает, а арендатор (общество) принимает в аренду нежилые помещения в состоянии, позволяющем их эксплуатировать, для эксплуатации рыбной базы, объекты недвижимости – гидротехнические сооружения для выращивания рыбы, земельный участок, площадью 1000 кв.м., расположенные по адресу: 385 228, Республика Адыгея, пос. Тлюстенхабль.

При изложенных обстоятельствах, суд полагает, что ФИО1 принимая вышеназванный вексель общества, авалированный ФГУП «ЮПОРЦ» на основании действительного соглашения от 14.05.2010, имел своей целью осуществление предпринимательской деятельности в целях извлечения прибыли совместно с обществом и ФГУП «ЮПОРЦ» без намерения причинить вред имущественным интересам должника. Признаков недобросовестности в действиях ФИО1 суд не усматривает.

Доказательств обратного сторонами по делу не представлено.

Определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 21.12.2010 по делу №А01-1156/2010 в отношении ФГУП «ЮПОРЦ» введено наблюдение сроком на шесть месяцев, временным управляющим должника утвержден ФИО7.

Решением суда от 02.08.2011 ФГУП «ЮПОРЦ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8, член НП «Сибирская гильдия антикризисных управляющих».

Из материалов дела следует, что ФИО1 по делу №А01-1156/2010 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в третью очередь реестра требований кредиторов ФГУП «ЮПОРЦ» задолженности по авалированному простому векселю серии СП № 0007325 от 12 ноября 2010года на вексельную сумму 70 000 000 рублей.

Статьей 1 Федерального закона от 11.03.1997 N 48-ФЗ «О переводном и простом векселе» установлено, что на территории Российской Федерации применяется Постановление Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров СССР «О введении в действие Положения о переводном и простом векселе» от 07.08.1937 № 104/1341 (далее - Положение о векселе).

Простой вексель является ценной бумагой, содержащей, согласно статье 75 Положения о переводном и простом векселе, обязательство векселедателя уплатить в пользу векселедержателя вексельную сумму в определенный срок.

Статьями 30, 31 и 32 Положения о векселе предусмотрено, что платеж по переводному векселю может быть обеспечен полностью или в части вексельной суммы посредством аваля.

Это обеспечение дается третьим лицом или даже одним из лиц, подписавших вексель.

Аваль дается на переводном векселе или на добавочном листе; он может быть дан и на отдельном листе, с указанием места его выдачи.

Для аваля достаточно одной лишь подписи, поставленной авалистом на лицевой стороне переводного векселя, если только эта подпись не поставлена плательщиком или векселедателем.

В авале должно быть указано, за чей счет он дан. При отсутствии такого указания он считается данным за векселедателя.

Авалист отвечает так же, как и тот, за кого он дал аваль. Его обязательство действительно даже в том случае, если то обязательство, которое он гарантировал, окажется недействительным по какому бы то ни было основанию, иному, чем дефект формы.

Статья 47 Положения о векселе предусматривает, что все выдавшие, акцептовавшие, индоссировавшие переводной вексель или поставившие на нем аваль являются солидарно обязанными перед векселедержателем. Векселедержатель имеет право предъявить иск ко всем этим лицам, к каждому в отдельности и ко всем вместе, не будучи принужден соблюдать при этом последовательность, в которой они обязались.

Такое же право принадлежит каждому, подписавшему переводный вексель, после того, как он его оплатил.

Иск, предъявленный к одному из обязанных, не препятствует предъявлению исков к другим, даже если они обязались после первоначального ответчика.

В силу статьи 77 Положения о векселе к простому векселю применяются, поскольку они не являются несовместимыми с природой этого документа, положения, относящиеся к переводному векселю.

ФИО1 в подтверждение данной задолженности представил в материалы дела №А01-1156/2010 подлинный вексель, который по форме и содержанию соответствует требованиям статей 1 и 75 Положения о векселе.

В соответствии с пунктами 1, 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2000 N 33/14 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей» вексельные сделки (в частности, по выдаче, акцепту, индоссированию, авалированию векселя, его акцепту в порядке посредничества и оплате векселя) регулируются нормами специального вексельного законодательства, то есть особыми правилами, отличными от правил о поручительстве и гарантии. Общие нормы гражданского законодательства применяются к вексельным сделкам с учетом их особенностей, в случае отсутствия специальных норм в вексельном законодательстве.

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2000 N 33/14 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей" указано, что в случае предъявления требования об оплате векселя лицо, обязанное по векселю, не вправе отказаться от исполнения со ссылкой на отсутствие основания обязательства либо его недействительность, кроме случаев, определенных статьей 17 Положения о векселе.

Авалист по векселю отвечает перед векселедержателем солидарно с векселедателем, и также как тот, за кого он дал аваль; лицо, обязанное по векселю не вправе отказаться от исполнения со ссылкой на отсутствие основания обязательства либо его недействительность, кроме случаев, определенных статьей 17 Положения о векселе.

В силу статьи 17 Положения о векселе лицо, к которому предъявлен иск по векселю, не может противопоставить векселедержателю возражения, основанные на его личных отношениях к векселедателю или предшествующим векселедержателям, если только векселедержатель, приобретая вексель, не действовал сознательно в ущерб должнику, то есть знал об отсутствии законных оснований к передаче векселя до или во время его приобретения.

Таким образом, выдача векселя, соответствующего требованиям, предъявленным к его форме и содержанию, влечет правовые последствия, установленные вексельным законодательством.

Как следует из положений главы 7 Гражданского кодекса Российской Федерации, вексель является документарной ценной бумагой, содержащей абстрактное денежное обязательство.

Исходя из характера сделок по выдаче векселей и авалированию векселя, оценка возмездности и соответствия требованиям Федерального закона "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" не может производиться без учета отношений, повлекших выдачу этого векселя.

Оспаривая аваль векселя, заявитель должен оспаривать его не только с точки зрения Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», но и с учетом положений законодательства о ценных бумагах.

Согласно пункту 32 Положения о векселе обязательство авалиста действительно даже в том случае, если обязательство, которое он гарантировал, окажется недействительным по какому бы то ни было основанию, иному, чем дефект формы.

Действующее законодательство (пункт 2 статьи 144 Гражданского кодекса Российской Федерации) предусматривает, что только отсутствие обязательных реквизитов ценной бумаги или несоответствие ценной бумаги установленной для нее форме влечет ее ничтожность.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что сделка по авалированию указанного векселя не может быть признана недействительной по заявленным основаниям (нарушение требований Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» и норм Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку при рассмотрении данного спора вышеназванные нормы не подлежат применению.

Указанные обстоятельства и выводы установлены определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 15.11.2011 по делу А01-1156/2010 при рассмотрении обоснованности требований ФИО1 при включении в реестр требований кредиторов ФГУП «ЮПОРЦ».

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2012 указанное определение было отменено, в удовлетворении требований ФИО1 о включении требования в сумме 70 000 000 рублей в реестр требований кредиторов ФГУП «ЮПОРЦ» отказано.

При этом суд апелляционной инстанции в своем постановлении согласился с доводами территориального управления, обосновывающими апелляционную жалобу на определение от 15.11.2011 по делу А01-1156/2010 и заявленными по настоящему спору о недействительности сделки по проставлению аваля.

Исследовав в совокупности все имеющиеся доказательства по делу, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что проставление аваля на простом векселе СП № 0007325 от 12.11.2010 со сроком платежа по предъявлении, но не ранее 25 февраля 2011 года, номинальной стоимостью 70 000 000 рублей, от имени ФГУП «ЮПОРЦ» произведено с нарушением требований статей 18, 23, 24 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ "О государственных и муниципальных унитарных предприятиях" - без согласия собственников имущества унитарного предприятия - Азово-Черноморского территориального управления Росрыболовства и Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Адыгея; и сделка по авалированию данного векселя в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной, поскольку может повлечь отчуждение имущества унитарного предприятия, в 79,5 раз превышающего размер его уставного фонда (880 000 рублей), и совершена без согласия собственников имущества предприятия.

Кроме того, совершение сделки по проставлению аваля на спорном простом векселе, совершенное с нарушением прав и законных интересов ФГУП «ЮПОРЦ» в сфере экономической деятельности, может быть квалифицировано как злоупотребление правом с учетом положений пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Однако, указанное постановление суда апелляционной инстанции от 03.02.2012 было отменено, а определение суда первой инстанции от 15.11.2011 оставлено в силе Постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.04.2012 по делу А01-1156/2010.

При этом суд кассационной инстанции указал, что суд первой инстанции, удовлетворив требования ФИО1, исходил из того, что доказательства, подтверждающие его недобросовестность, в дело не представлены.

Из содержания названных соглашений следует, что воля общества и предприятия, в том числе при выдаче векселя и аваля, направлена на осуществление совместной предпринимательской деятельности и извлечение прибыли, а не на причинение имущественного вреда предприятию и его кредиторам.

Ссылки суда апелляционной инстанции на недействительность соглашений общества и предприятия, по условиям которых выданы вексель и аваль, не определяют в данном случае иную волю сторон на их заключение, чем ту, которую установил суд первой инстанции.

Утверждения суда апелляционной инстанции о том, что действия ФИО1 могли преследовать формальное увеличение кредиторской задолженности и нарушение интересов как добросовестных кредиторов, так и должника носят предположительный характер и не основаны на фактических обстоятельствах.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 15.02.2011 № 13603/10, сами по себе факты приобретения векселей, авалированных лицом, находящимся в процедуре банкротства, или безвозмездность получения векселей, либо же приобретения векселей в целях участия в деле о банкротстве в качестве кредитора в отдельности не свидетельствуют о наличии оснований для заявления возражений в порядке, предусмотренном статьей 17 Положения о векселе.

Для вывода о том, что ФИО1 действовал явно в ущерб авалисту, что, в свою очередь, позволяет противопоставить заявленному к авалисту требованию об исполнении вексельного обязательства личные возражения в соответствии со статьей 17 Положения о векселе, необходима совокупность этих фактов.

Территориальное управление и конкурсный управляющий ФИО8 такой совокупности документально подтвержденных фактов не представили.

Из обстоятельств дела также не усматривается, что, приняв авалированный вексель, ФИО1 осознавал недобросовестность своего поведения. Сведения о том, что в момент принятия ФИО1 векселя общество не было способно исполнить принятые на себя обязательства, отсутствуют, что препятствует квалификации и применению к спорным правоотношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, обстоятельства, установленные вступившими в законную силу определением Арбитражного суда Республики Адыгея от 15.11.2011 и постановлением Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.04.2012 по делу № А01-1156/2010, не подлежат доказыванию и не допускают опровержения как преюдициально установленные и имеющие юридическое значение факты для разрешения спора, в позднее возникающем арбитражном процессе, в частности, вывод о неприменении Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» и Гражданского кодекса Российской Федерации, а также об отсутствии признаков злоупотребления правом при совершении вексельного поручительства.

Принимая указанное решение, суд также учитывает следующее.

Исковое заявление о признании сделки по предоставлению вексельного поручительства директором ФГУП «ЮПОРЦ» по простому векселю серии СП 0007325 от 12.11.2010, выданному обществу, ничтожной подано Территориальным управлением.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленуме Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – Постановление) определен следующий подход к применению положений гражданского законодательства.

Как предусмотрено в пункте 9 Постановления, сделки унитарного предприятия, заключенные с нарушением абзаца первого п. 2 ст. 295 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с нарушением положений Федерального закона «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», в частности пункты 2, 4, 5 ст. 18, статьи 22-24 этого Закона, являются оспоримыми, поскольку могут быть признаны недействительными по иску самого предприятия или собственника имущества, а не любого заинтересованного лица.

В силу абзаца 3.1 пункта 1 статьи 2 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» имущества унитарного предприятия принадлежит на праве собственности Российской Федерации. На основании п. "д" ст. 71 Конституции Российской Федерации федеральная государственная собственность и управление ею находятся в ведении Российской Федерации.

Управление и распоряжение объектами федеральной собственности, за исключением случаев, предусмотренных законодательными актами Российской Федерации, осуществляет Правительство Российской Федерации (п. "г" ч. 1 ст. 114 Конституции Российской Федерации, п. 15 Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 N 3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность"). Правительство Российской Федерации может делегировать министерствам и ведомствам следующие полномочия в отношении объектов федеральной собственности, в том числе в отношении подведомственных им предприятий: заключение договоров с руководителями предприятий, организаций и учреждений; утверждение уставов предприятий, организаций, учреждений.

По смыслу названных норм, Правительство Российской Федерации, действуя от имени собственника федерального имущества, самостоятельно определяет условия, при соблюдении которых имуществом, передаваемым государственным унитарным предприятиям, могут управлять и распоряжаться федеральные органы исполнительной власти.

В соответствии с пунктом 5.3 Положения о Федеральном агентстве по управлению федеральным имуществом, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.11.2004 № 691 в редакциях Постановлений Правительства Российской Федерации от 14.12.2006 № 767 и от 19.11.2007 № 792, Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом осуществляет полномочия собственника в отношении имущества федеральных государственных унитарных предприятий. На основании абзаца 3 пункта 10 Указа Президента Российской Федерации от 12.05.2008 № 724 «Вопросы системы и структуры федеральных органов исполнительной власти» Федеральное агентство по управлению федеральным имуществом преобразовано в Федеральное агентство по управлению государственным имуществом с предоставлением соответствующих полномочий собственника в отношении имущества федеральных государственных унитарных предприятий (Постановление Правительства Российской Федерации от 05.06.2008 № 432).

В силу абзаца 2 пункта 1 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом (утверждено Постановлением правительства Российской Федерации от 05.06.2008 № 432; далее – Положение о Росимуществе) Федеральное агентство по управлению государственным имуществом является уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции в области приватизации и полномочия собственника, в том числе права акционера, в сфере управления имуществом Российской Федерации (за исключением случаев, когда указанные полномочия в соответствии с законодательством Российской Федерации осуществляют иные федеральные органы исполнительной власти).

В соответствии с пунктом 3.1 Постановления правительства Российской Федерации от 03.12.2004 № 739 «О полномочиях федеральных органов исполнительной власти по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия» именно Росимуществу предоставлено право предъявлять в суд иски о признании недействительными сделок, совершенных предприятиями в нарушение установленного порядка.

Какие-либо нормативные или ненормативные акты, делегирующие полномочия по осуществлению прав собственника имущества федерального государственного унитарного предприятия «ЮПОРЦ» Федеральному агентству по рыболовству или его территориальному управлению Правительством Российской Федерации, не принимались.

Соответственно, в рамках настоящего дела, территориальное управление избрало ненадлежащий способ защиты имущественных интересов Российской Федерации, не являясь лицом уполномоченным собственником на предъявление соответствующего иска.

В ходе судебного заседания конкурсным управляющим ФГУП «ЮПОРЦ» было заявлено ходатайство о применении срока исковой давности на основании пункта 2 статьи 181 ГК РФ.

Истец считает, что территориальное управление узнало о заключении крупной сделки с момента предъявления в Арбитражный суд Республики Адыгея требований ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов ФГУП «ЮПОРЦ» задолженности в размере 70 000 000 рублей по делу №А01-1156/2010.

В соответствии с частью 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В силу пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» ответчик вправе заявить об истечении срока исковой давности для признания такой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 181 ГК РФ.

Согласно части 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179),либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Материалами дела подтверждается, что истец, не обладая возможностью узнать об оспариваемой сделке ранее, узнал о его заключении при рассмотрении Арбитражным судом Республики Адыгея заявления ФИО1 о включении в реестр требований кредиторов ФГУП «ЮПОРЦ» задолженности в размере 70 000 000 рублей по делу №А01-1156/2010 - не ранее ноября 2011 года, а данное исковое заявление поступило в суд 19 декабря 2011 года.

Следовательно, суд считает, что срок исковой давности не пропущен территориальным управлением.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

в удовлетворении искового заявления Азово – Черноморского территориального управления Федерального агентства по рыболовству (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ФГУП «Южный производственный осетрово-рыбоводный центр» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО1, ООО «Спектрум» о признании сделки по предоставлению вексельного поручительства по простому векселю от 12.11.2010 года серии СП 0007325 на сумму 70 000 0000 рублей, выданному ООО «Спектрум» недействительной, отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в порядке, предусмотренном главой 34 и главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение направить лицам, участвующим в деле.

Судья З.М. Шебзухов