Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Алтай в составе судьи Черепановой И. В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Приваловым А.Ю., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>, ул. Алтайская, д. 14, кв. 41, г. Горно-Алтайск, Респ. Алтай) к Управлению Федеральной налоговой службы по Республике Алтай (ОГРН <***>, ИНН <***>, ул. Чорос-Гуркина Г.И., д. 40, г. Горно-Алтайск, Респ. Алтай) о признании незаконным решения №11131 от 28.06.2019 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, с участии третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования ФИО2 (г. Горно-Алтайск)

при участии:

от заявителя – ФИО2, представителя по доверенности от 28.08.2018, сроком на 10 лет (в деле), диплом не представлен;

от ответчика – ФИО3, представителя по доверенности от 11.01.2021, сроком по 31.12.2021 (в деле) диплом КО 67823 от 16.06.2012 (в деле), ФИО4, представителя по доверенности от 23.04.2021 г.,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1, заявитель) обратилась в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной налоговой службы по Республике Алтай (далее – УФНС по РА, налоговый орган, ответчик) о признании незаконным решения №11131 от 28.06.2019 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Данное заявление принято судом к рассмотрению определением от 27.08.2020.

Определением от 18.11.2020 суд назначил по делу строительно-техническую экспертизу по вопросу о действительной стоимости выполненных работ, оказанных услуг и использованных материалов, затраченных на строительство Административно-торгового здания, расположенного по ул.Проточная, дом 12/2 в городе Горно-Алтайке в ценах 2017 года, производство которой поручил экспертам общества с ограниченной ответственностью «СМР» ФИО5, ФИО6.

05.04.2021 в суд от общества с ограниченной ответственностью «СМР» поступило заключение строительно-технической экспертизы.

Определением суда от 06.04.2021 суд привлек в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора ФИО7

В судебном заседании представитель заявителя поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении.

Представитель УФНС по Республике Алтай с заявленными требованиями не согласилась по основаниям, изложенным в отзыве.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, суд считает требования заявителя не подлежащими удовлетворению.

Как следует из материалов дела, Управлением ФНС по Республике Алтай проведена камеральная налоговая проверка на основании представленной ФИО1 налоговой декларации по налогу на доходы физических лиц по форме 3-НДФЛ за 2017, по результатам которой 29.08.2018 г. составлен акт № 8741 и вынесено решение № 11331 от 28.06.2019, которым ФИО1 привлечена к ответственности по п. 1 ст. 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в сумме 57687,50 рублей, налогоплательщику доначислен НДФЛ в размере 2 600 000 рублей и пени в сумме 228 410 руб.

Основанием для доначисления НДФЛ послужил вывод налогового органа о нарушении порядка определения дохода от продажи недвижимого имущества и расходов на строительство этой недвижимости и как следствие занижение налогооблагаемой базы. Учитывая, что реализованная недвижимость находилась в собственности налогоплательщика мене трех лет, документы, подтверждающие расходы на строительство объектов представлены только на сумму 4 230 846,51 руб., применив профессиональный налоговый вычет, налоговый орган доначислил НДФЛ в размере 2 600 000 рублей (25 000 000-(25000000х20%))х13%).

Не согласившись с решением, заявитель обратился в суд с требованием о признании решения незаконным.

В обоснование своих доводов заявитель указывает, что ИП ФИО1 о применении п. 1 ст. 221 НК РФ (применении налогового вычета) не заявляла, в связи с чем действия налогового органа по самостоятельному применению указанной нормы не законно, а возможность применения профессионального налогового вычета в размере 20% об общей суммы доходов, не освобождают налоговый орган от обязанности определения налоговой базы по НДФЛ расчетным путем в соответствии с положениями подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ, чего налоговым органом сделано не было. При этом, по мнению налогоплательщика, указанным подходом необходимо руководствоваться как в случае отсутствия у налогоплательщика соответствующих документов, так и при признании их ненадлежащими. ФИО8 за приобретенное имущество перечислили ФИО1 25000000 руб. ФИО1 передала эти денежные средства ФИО2 по договору оказания услуг технического заказчика (в строительстве) от 01.08.2014, что подтверждается распиской ФИО2 от 26.12.2017г. Иных документов у ФИО2 быть не может, поскольку она лично строительством не занималась. Более того, существенным нарушением прав налогоплательщика также является тот факт, что налоговый орган нарушил нормы материального права не рассчитав размер амортизационных отчислений и остаточной стоимости амортизируемого имущества по правилам п. 1 ст. 221Эбпп.3 п.2 ст. 253, пп.1 п.1 ст. 268 НК РФ.

В соответствии со статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, и иные лица, вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном Кодексом.

Особенности порядка рассмотрения дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц содержатся в главе 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу статей 65, 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.

Суд оценил заявленные требования и пришел к следующим выводам.

Согласно п. 75 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации" если решением вышестоящего налогового органа по жалобе решение нижестоящего налогового органа в обжалованной части было оставлено без изменения полностью или частично, судам необходимо исходить из того, что в указанном случае при рассмотрении в суде дела по заявлению налогоплательщика, поданному на основании главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценке подлежит решение нижестоящего налогового органа с учетом внесенных вышестоящим налоговым органом изменений (если таковые имели место).

Решение вышестоящего налогового органа, принятое по жалобе налогоплательщика, может являться самостоятельным предметом оспаривания в суде, если оно представляет собой новое решение, а также по мотиву нарушения процедуры его принятия либо по мотиву выхода вышестоящего налогового органа за пределы своих полномочий.

ФИО1 оспаривается решение Управления ФНС России по Республики Алтай, оставленное вышестоящим органом без изменения, в силу чего судом оценивается решение нижестоящего органа на его законность и обоснованность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 23 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги и выполнять законные требования налогового органа об устранении выявленных нарушений законодательства о налогах и сборах.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ, объектом налогообложения признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.

В статье 11 НК РФ установлено, что физические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, но не зарегистрировавшиеся в качестве индивидуальных предпринимателей в нарушение требований гражданского законодательства Российской Федерации, при исполнении обязанностей, возложенных на них НК РФ, не вправе ссылаться на то, что они не являются индивидуальными предпринимателями.

Из материалов дела следует, что ФИО1 состояла на налоговом учете в качестве индивидуального предпринимателя в период с 19.12.2017г. по 16.02.2018г. А также состоит в настоящее время с 27.11.2018г.

Согласно сведений, имеющихся в налоговом органе, в собственности ФИО1 и ФИО9 имелся земельный участок, расположенный по адресу: <...> площадью 631 кв.м., кадастровый номер 04:11:020:129:138 по ? и ? доли соответственно.

01.08.2014 между ФИО10 и ФИО11 с одной стороны (Заказчики) и ФИО2 с другой стороны (Исполнитель) заключен договор на оказание услуг технического заказчика по осуществлению строительства, контроля и надзора за ходом строительства, качеством используемых в строительстве материалов, соблюдения сроков выполнения работ в рамках договора, достоверности выполнения проектной документации при строительстве Административно-торгового здания, находящегося по адресу: <...>.

Цена договора составила 30 000 000 рублей. В цену договора входит стоимость всего комплекса работ по строительству здания.

Согласно п.22 ст.1 Градостроительного кодекса РФ технический заказчик - физическое лицо, действующее на профессиональной основе, или юридическое лицо, которые уполномочены застройщиком и от имени застройщика заключают договоры о выполнении инженерных изысканий, о подготовке проектной документации, о строительстве, реконструкции, капитальном ремонте объектов капитального строительства, подготавливают задания на выполнение указанных видов работ, предоставляют лицам, выполняющим инженерные изыскания и (или) осуществляющим подготовку проектной документации, строительство, реконструкцию, капитальный ремонт объектов капитального строительства, материалы и документы, необходимые для выполнения указанных видов работ, утверждают проектную документацию, подписывают документы, необходимые для получения разрешения на ввод объекта капитального строительства в эксплуатацию, осуществляют иные функции, предусмотренные Градостроительным кодексом РФ.

Таким образом ФИО2 взял на себя обязательства технического заказчика в строительстве административно-торгового здания о чем заключен договор, условиях которого не противоречат закону.

17.10.2014 г. между ФИО11 и ФИО1 был заключен договор простого товарищества, согласно которого товарищи обязались объединить вклады с целью строительства Административно-торгового здания по адресу: <...> на земельном участке площадью 631 кв.м.

Строительство осуществляется в соответствие с проектной документацией, на основании разрешения на строительство № RU 02301000»-«3935» от 17.10.2014, выданного Администрацией города Горно-Алтайска, сроком до 16.03.2016г.

Непосредственное строительство Объекта и ведение общих дел, связанных со строительством Объекта осуществляет ФИО1 (п.3.1 Договора).

Разрешение на строительство административно-торгового здания по ул.Проточная, 12/2 было выдано 17.10.2014г. на имя ФИО2 и ФИО11

25.02.2016 между ФИО1 и ФИО1 заключен договор дарения недвижимого имущества:

- 9/52 долей в праве общей собственности на земельный участок по ул. Проточная, 12/2 и 9/52 долей в праве общей долевой собственности на объект незавершенного строительства, площадью 393,8 кв.м., степень готовности 51%, находящийся по ул. Проточная, 12/2.

В последствие 02.12.2016 было выдано разрешение на строительство на имя ФИО1 и ФИО11

02.02.2017 ФИО1 и ФИО11 было выдано разрешение на ввод объекта в эксплуатацию.

14.02.2017 между ФИО1 и ФИО11 было заключено соглашение о выделении долей в административно-торговом здании, расположенном по адресу: <...> общей площадью 1340,2 кв.м. количество этажей 4, в том числе подземных 1 и прекращении режима долевой собственности на него в натуре.

По указанному соглашению право собственности на 12/13 долей здания принадлежит ФИО1, 1/3 – ФИО11 Стороны решили выделить в натуре пропорционально принадлежащим им долям в праве собственности на здание ФИО12:

- помещение 1, площадью 413,5 кв.м., находящееся на первом этаже;

- помещение 2, площадью 362,2 кв.м., находящееся на втором этаже;

- помещение 3, площадью 170,4 кв.м., находящееся на третьем этаже;

- помещение 5, площадью 232,2 кв.м., находящееся в цокольном этаже.

ФИО11 – помещение 4 площадью 99,6 кв.м., находящееся в цокольном этаже.

20.10.2017 соглашение о разделе земельного участка и прекращении долевой собственности.

В результате указанных соглашений ФИО1 стала собственником административно-торгового здания по ул.Проточная, 12/2 на земельном участке с кадастровым номером 04:11:020129:360 и нежилых помещений 1,2,3,5 в административно-торговом здании.

10.04.2017г. между ФИО2 с одной стороны и ФИО1 и ФИО11 с другой стороны подписан акт оказанных услуг. В подтверждение исполнения обязательств в полном объеме переданы разрешение на ввод в эксплуатацию объекта и выписки из единого государственного реестра.

Согласно указанного акта ФИО2 получил в счет оплаты по договору от ФИО11 сумму 2 500 000 руб., ФИО1 обязалась передать денежные средства в размере 27 500 000 рублей в срок до 31.12.2017г.

Таким образом, судом установлено, что административно-торговое здание, расположенное по ул. Проточная, 12/2 в г. Горно-Алтайске, на земельном участке с кадастровым номером 04:11:020129:360 является вновь построенным зданием.

Строительством здания, начиная от получения разрешения на строительство, согласования проектной документации до сдачи здания в эксплуатацию и регистрации права собственности на объекты недвижимости, занимался ФИО2

Учитывая, что здание сдано в эксплуатацию, условия договора на оказание услуг технического заказчика по осуществлению строительства, контроля и надзора за ходом строительства, качеством используемых в строительстве материалов, соблюдения сроков выполнения работ в рамках договора, достоверности выполнения проектной документации при строительстве ФИО2 выполнены в полном объеме.

02.02.2017 г. получено разрешение на ввод объекта административно-торговое здание, расположенное по ул. Проточная, 12/2 в г. Горно-Алтайске, на земельном участке с кадастровым номером 04:11:020129:138 в эксплуатацию.

Согласно данных налогового органа ФИО2 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 26.05.2014 по 20.09.2017. Основной вид экономической деятельности – строительство жилых и нежилых зданий.

19.04.2017г. ФИО1 на имя ФИО2 выдана доверенность № 04АА0184019, которой ФИО1 уполномочила ФИО2 оформлять и регистрировать на свое имя любые права, в том числе право собственности на любые объекты недвижимости, с правом заключения и подписания любых договоров и соглашений.

01.06.2017 между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор безвозмездного пользования нежилыми помещениями, расположенными по адресу: <...> сроком на 10 лет, согласно которому ФИО2 вправе использовать помещения по своему усмотрению, вправе без согласия «Ссудодателя» передавать помещения в аренду, безвозмездное пользование третьим лицам.

Таким образом, ФИО1 доверенностью от 19.04.2017г. и договором безвозмездного пользования фактически делегировала своему сыну полномочия по занятию предпринимательской деятельностью в отношении принадлежащего ей недвижимого имущества.

По указанному адресу свою деятельность осуществляли ООО «Бирсал», ООО «РИКОНТ-2»,ИП ФИО13, ФИО14 при этом договор с ООО «РИКОНТ-2» был заключен с ФИО2

На основании изложенного, налоговым органом установлено и нашло подтверждение в судебном заседании, что административно-торговое здание, расположенное по ул. Проточная, 12/2 в г. Горно-Алтайске, на земельном участке с кадастровым номером 04:11:020129:138 является вновь построенным нежилым объектом недвижимости и использовалось ФИО1 в предпринимательской деятельности опосредовано, путем его передачи взаимозависимому третьему лицу – ФИО2

Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2015 N 307-КГ15-8849, нежилое помещение по своему назначению не может использоваться собственником в личных целях независимо от наличия либо отсутствия договоров аренды, безвозмездного пользования и других аналогичных договоров с третьими лицами.

В силу изложенного, выводы налогового органа о том, что ФИО1, несмотря на отсутствие регистрации в качестве предпринимателя в рассматриваемый период, фактически занималась предпринимательской деятельностью, в связи с чем несет ответственность за своевременное исчисление и уплату налога на доходы обоснованы.

Согласно статье 209 НК РФ объектом обложения НДФЛ является доход, полученный налогоплательщиками от источников в Российской Федерации и (или) от источников за пределами Российской Федерации - для физических лиц, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации; от источников в Российской Федерации - для физических лиц, не являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 210 НК РФ при определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 НК РФ.

Перечень видов доходов, являющихся доходами от источников в Российской Федерации, установлен пунктом 1 статьи 208 НК РФ.

К числу доходов от источников в Российской Федерации, подлежащих обложению НДФЛ, статья 208 НК РФ относит доходы, полученные от реализации недвижимого имущества, находящегося в Российской Федерации (абзац второй подпункта 5 пункта 1).

На основании пункта 17.1 статьи 217 НК РФ (в редакции, действовавшей в спорный период) не подлежат налогообложению доходы, получаемые физическими лицами, являющимися налоговыми резидентами Российской Федерации, за соответствующий налоговый период от продажи объектов недвижимого имущества, а также долей в указанном имуществе с учетом особенностей, установленных статьей 217.1 настоящего Кодекса; от продажи иного имущества, находившегося в собственности налогоплательщика три года и более.

Пунктом 2 статьи 217.1 Кодекса установлено, что доходы, получаемые налогоплательщиком от продажи объекта недвижимого имущества, освобождаются от налогообложения при условии, что такой объект находился в собственности налогоплательщика в течение минимального предельного срока владения объектом недвижимого имущества, в оспариваемый период 3 года и более.

14.12.2017г. между ФИО1 и ФИО8 заключен договор купли-продажи объекта недвижимости с одновременным обременением его ипотекой, согласно которого ФИО1 реализовано следующее имущество:

- Земельный участок площадью 586 кв.м., расположенный по адресу: Россия, <...> кадастровый номер 04:11:020129:360;

- нежилое помещение, общей площадью 232,2 кв.м., находящееся на цокольном этаже, административно-торгового здания, расположенного по адресу: Россия, <...>,кадастровый номер 04:11:020129:357;

- нежилое помещение, общей площадью 413,5 кв.м., находящееся на первом этаже, административно-торгового здания, расположенного по адресу: Россия, <...>,кадастровый номер 04:11:020129:356;

- нежилое помещение, общей площадью 362.2 кв.м., находящееся на втором этаже, административно-торгового здания, расположенного по адресу: Россия, <...>,кадастровый номер 04:11:020129:3575;

- нежилое помещение, общей площадью 170,4 кв.м., находящееся на третьем этаже, административно-торгового здания, расположенного по адресу: Россия, <...>,кадастровый номер 04:11:020129:357.

Сумма сделки составила 35 000 000 рублей:

- 10 000 000 руб. уплачивается в течение 10 дней с момента заключения договора наличными,

- 25 000 000 в течение 2 рабочих дней после подписания договора купли-продажи объекта недвижимости с одновременным обременением ипотеки в силу закона за счет средств целевого кредита.

Сумма 25 000 000 была перечислена ФИО1 на счет 18.12.2017г.

При этом налоговым органом установлено, что фактически цена сделки составляла 25 000 000 рублей. Именно эту сумма ФИО1 получила по договору. 10 000 000 рублей ФИО8 не передавал.

Пунктом 1 статьи 235 Гражданского кодекса предусмотрено, что право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях.

В соответствии с пунктом 4 статьи 229 Кодекса в налоговых декларациях физические лица указывают все полученные ими в налоговом периоде доходы, если иное не предусмотрено пунктом 4 статьи 229 Кодекса, источники их выплаты, налоговые вычеты, суммы налога, удержанные налоговыми агентами, суммы фактически уплаченных в течение налогового периода авансовых платежей, суммы налога, подлежащие уплате (доплате) или возврату по итогам налогового периода.

Учитывая, что недвижимость находилась в собственности ФИО1 менее минимального периода, предусмотренного НК РФ для освобождения от уплаты налога в связи с его реализацией, имущество является недвижимостью, используемой в предпринимательских целях, ФИО1 использовала эту недвижимость в предпринимательских целях опосредованно через своего сына, доводы налогового органа и необходимости исчисления и уплаты ФИО1 НДФЛ в связи с реализацией недвижимости обоснованы.

Вместе с тем, согласно пункту 1 статьи 210 Кодекса при определении налоговой базы по НДФЛ учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло.

В пункте 3 статьи 210 НК РФ указано, что для доходов, в отношении которых предусмотрена налоговая ставка, установленная пунктом 1 статьи 224 названного Кодекса, налоговая база определяется как денежное выражение таких доходов, подлежащих налогообложению, уменьшенных на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьями 218 - 221 НК РФ, с учетом особенностей, установленных главой 23 данного Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 221 НК РФ индивидуальные предприниматели имеют право на получение профессионального налогового вычета в сумме фактически произведенных ими и документально подтвержденных расходов, непосредственно связанных с извлечением доходов при исчислении налоговой базы в отношении доходов, облагаемых по налоговой ставке, предусмотренной пунктом 3 статьи 210 НК РФ и составляющей 13 процентов.

При этом Конституционный Суд Российской Федерации (Определения от 14.07.2011 N 1017-О-О, 19.11.2015 N 2552-О, от 29.03.2016 N 486-0, от 28.02.2017 N 238-0, от 28.06.2018 N 1634-0, от 17.07.2018 N 1678-0) указывал, что возможность применения имущественного налогового вычета по налогу на доходы физических лиц (далее - НДФЛ) при продаже имущества для целей исчисления и уплаты НДФЛ не распространяется на физических лиц, использующих имущество в предпринимательской деятельности, что определено в статье 220 НК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 9 Федерального закона "О бухгалтерском учете" от 06.12.11 г. N 402-ФЗ каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной деятельности.

Пунктом 14 Порядка учета доходов и расходов и хозяйственных операций для индивидуальных предпринимателей, утвержденного Приказом Минфина России N 86н, МНС России N БГ-3-04/430 от 13.08.2002, предусмотрено, что в книге учета доходов и расходов и хозяйственных операций индивидуального предпринимателя (разд. I книги учета) отражаются все поступления от реализации товаров, выполнения работ и оказания услуг, а также стоимость имущества, полученного безвозмездно.

ФИО1 в налоговые органы первичные учетные документы, подтверждающие расходы на строительство административно-торгового здания не представлены, и не могли быть представлены, в силу того, что ФИО1 самостоятельно строительством не занималась, в качестве индивидуального предпринимателя зарегистрирована не была, бухгалтерскую документацию, фиксирующую и подтверждающую расходы и доходы, не вела.

Фактически строительством здания по договору оказания услуг технического заказчика занимался ФИО2 При этом, как указывалось выше, он является предпринимателем и занимался экономической деятельностью в виде строительства жилых и нежилых зданий. В силу чего, учитывая отсутствие регистрации ФИО1 в качестве предпринимателя и наличие договора с ФИО2, у ФИО1 не могут быть первичные учетные документы, подтверждающие расходы на строительство здания.

ФИО2 были предоставлены документы, подтверждающие его расходы на строительство здания, которые налоговым органом взяты в качестве доказательств, подтверждающих расходов только в части на сумму 4 230 846,51 руб.

Учитывая, что указанная сумма меньше налогового вычета, предусмотренного ст. 221 НК РФ, налоговым органом определена налоговая база для исчисления НДФЛ за 2017 год как разница между стоимостью проданного имущества (25000000 руб.) и размером налогового вычета (25000000х20%=5000000). 20 000 000х13%=2 600 000 руб.

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, учитывая установленные по делу конкретные обстоятельства, а также положения вышеуказанных норм права, суд приходит к выводу, о неправомерности действий налогового органа в части определения налоговых обязательств ФИО1 в таком порядке.

В соответствии с пунктом 2 статьи 210 НК РФ, уплачиваемый в связи с продажей недвижимости, налог определяется исходя из разницы между полученным гражданином доходом и соответствующими расходами, непосредственно связанными с извлечением доходов.

При этом состав указанных расходов, принимаемых к вычету, определяется налогоплательщиком самостоятельно в порядке, аналогичном порядку определения расходов для целей налогообложения, установленному главой «Налог на прибыль организаций».

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации в целях главы 25 Кодекса «Налог на прибыль организаций» налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

Учет доходов и расходов и хозяйственных операций индивидуальными предпринимателями осуществляется в соответствии с Порядком учета доходов и расходов и хозяйственных операций для индивидуальных предпринимателей, утвержденным совместным приказом Минфина России и Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 13.08.2002 N 86н; БГ-3-04/430 (далее - Порядок учета доходов и расходов).

Расходы, непосредственно связанные с извлечением доходов от предпринимательской деятельности, согласно пункту 16 названного Порядка подразделяются на материальные расходы, расходы на оплату труда, амортизационные отчисления и прочие расходы.

Пунктом 24 к основным средствам отнесена часть имущества, используемого в качестве средства труда для изготовления и реализации товаров (выполнения работ, оказания услуг). При этом установлено, что стоимость объектов основных средств, созданных самим индивидуальным предпринимателем для целей осуществления предпринимательской деятельности, определяется как сумма фактических расходов на их создание (в том числе материальных расходов, расходов на услуги сторонних организаций).

При этом в случае возникновения спора о должной сумме налога, подлежащей уплате в бюджет, на налоговом органе лежит бремя доказывания факта и размера дополнительно вмененного налогоплательщику дохода, а на налогоплательщике - факта и размера понесенных им расходов.

В силу подп. 7 п. 1 ст. 31 Кодекса налоговые органы вправе определять суммы налогов, подлежащие уплате налогоплательщиками в бюджетную систему Российской Федерации, расчетным путем, на основании имеющейся у них информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках в случаях отказа налогоплательщика допустить должностных лиц налогового органа к осмотру производственных, складских, торговых и иных помещений и территорий, используемых налогоплательщиком для извлечения дохода либо связанных с содержанием объектов налогообложения, непредставления в течение более двух месяцев налоговому органу необходимых для расчета налогов документов, отсутствия учета доходов и расходов, учета объектов налогообложения или ведения учета с нарушением установленного порядка, приведшего к невозможности исчислить налоги.

Пунктом 7 ст. 166 Кодекса предусмотрено специальное правило, согласно которому в случае отсутствия у налогоплательщика бухгалтерского учета или учета объектов налогообложения налоговые органы имеют право исчислять суммы налога, подлежащие уплате, расчетным путем на основании данных по иным аналогичным налогоплательщикам.

Данные нормы создают дополнительные гарантии прав налогоплательщика и обеспечивают баланс публичных и частных интересов.

Статья 52 Кодекса устанавливает, что налогоплательщик самостоятельно исчисляет подлежащую уплате сумму налога. Однако в предусмотренных законом случаях обязанность исчислить соответствующий налог может быть возложена на налоговые органы, что не противоречит задачам их деятельности.

Наделение налоговых органов правом исчисления налогов расчетным путем направлено как на реализацию целей и задач налогового контроля, осуществление которых не должно иметь произвольных оснований, так и на создание дополнительных гарантий прав налогоплательщиков и обеспечение баланса публичных и частных интересов.

В отношении данной нормы в Определении КС РФ от 5 июля 2005 г. N 301-О отмечается, что допустимость применения расчетного пути исчисления налогов непосредственно связана с обязанностью правильной, полной и своевременной их уплаты и обусловливается неправомерными действиями (бездействием) налогоплательщика. В Постановлении Президиума ВАС РФ от 25 мая 2004 г. N 668/04 рассмотрено дело о доначислении подоходного налога в связи с утратой налогоплательщиком документов о расходах, суд указал, что определение расчетным путем суммы налога, подлежащего внесению в бюджет, производится на основании данных о доходах и расходах. При невозможности установить одну из составляющих, необходимых для исчисления налога, следует руководствоваться соответствующим правилом, предусмотренным ст. 31 НК РФ, создающим дополнительные гарантии прав налогоплательщика и обеспечивающим баланс публичных и частных интересов.

Вариантом невозможности установления доходов (расходов) при проверке является частичное представление документов налогоплательщиком.

В Постановлении Президиума ВАС РФ от 19 июля 2011 г. N 1621/11 сделан вывод, что частичное представление налогоплательщиками в рамках проведения выездной налоговой проверки первичных документов бухгалтерского и налогового учета не является обстоятельством, освобождающим налоговые органы от применения подп. 7 п. 1 ст. 31 НК РФ, поскольку задачей налогового контроля является объективное установление размера налогового обязательства проверяемого налогоплательщика.

Как указывалось выше, ФИО1, в чьей собственности находилось спорное имущество, в качестве индивидуального предпринимателя зарегистрирована не была, самостоятельно строительством и закупкой строительных материалов не занималась. Строительством по договору на оказание услуг технического заказчика занимался ФИО2 В силу казанных обстоятельств, ФИО1 лишена возможности представить первичные учетные документы, подтверждающие расходы на приобретение строительных материалов и оплату услуг по строительству здания.

Вместе с тем в нарушение указанных норм права, налоговым органом объективно размер налогового обязательства не установлен, расходы на строительство здания определены в размере 4 230 841,51 рубль, как частично подтвержденные документами, представленными ФИО2 Указанные расходы не отражают объективные расходы на строительство здания, являются явно несоразмерными фактически понесенным расходам, а действия налогового органа при определении расходов в таком порядке противоречат вышеперечисленным нормам права, регулирующих порядок определения налогооблагаемой базы для исчисления НДФЛ.

Так из договора оказания услуг технического заказчика, цена договора, стоимость которой включает в себя на только строительные материалы, но и услуги по контролю и надзору за строительством, составляет 30 000 000 рублей.

ФИО1 во исполнение условий указанного договора передала ФИО2 полученную ею сумму от продажи спорной недвижимости 25 000 000 рублей, что подтверждается представленной распиской и подтверждено в судебном заседании ФИО2

Стоимость услуг, включающая в том числе стоимость строительных материалов и работ по строительству здания, указанная в договоре, налоговым органом не опровергнута.

Согласно Договора купли-продажи недвижимости от 14.12.2017г. (п.5.4) залоговая стоимость недвижимости банком определена 34 705 261,84 рубля, что также косвенно подтверждает несоразмерность расходов на строительство, взятая за основу налоговым органом.

Согласно заключения судебной строительно-технической экспертизы от 02.04.2021г. действительная стоимость выполненных услуг и использованных материалов, затраченных на строительство Административно-торгового здания, расположенного по ул. Проточная, 12/2 в г. Горно-Алтайске в ценах 2017г. (момент сдачи здания в эксплуатацию) составляет 40 814 434 рубля, из которых стоимость предварительного этапа подготовки к строительству – 817 174 рубля, затраты на оплату выполненных работ, оказанных услуг и использованных материалов, затраченных на строительство здания – 39 997 260 рублей.

Заключение соответствует требованиям закона и не опровергнуто в судебном заседании.

Доводы налогового органа о том, что указанное заключение эксперта не может быть принято как доказательства стоимости понесенных расходов, поскольку стоимость определена в ценах 2017г., в то время как здание строилось с 2014г., суд находит несостоятельными, поскольку, даже если учесть удорожание цен на строительные материалы, которое произошло за 2 года и 3 месяца (17.10.2014 г. первое разрешение на строительство, 02.12.2016 (повторное разрешение на строительство), 02.02.2017г – разрешение на ввод в эксплуатацию), такое удорожание не может превышать учтенные налоговым органом расходы (4 707 904,14 руб.) более чем в 9 раз.

Более того, согласно п. 8 "Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и статьи 269 Налогового кодекса Российской Федерации" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017), при разрешении вопроса о назначении экспертизы по спорам, связанным с применением раздела V.1 НК РФ, следует принимать во внимание, направлено ли проведение экспертизы на устранение недостатков налоговой проверки, либо она необходима для устранения сомнений в достоверности и противоречий в представленных доказательствах.

Поскольку заключение эксперта является одним из доказательств по делу, а судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, назначение экспертизы не должно быть направлено на восполнение недостатков проведенной в отношении налогоплательщика налоговой проверки, например в связи с недопустимостью и (или) недостоверностью заключения эксперта, полученного налоговым органом в порядке статьи 95 НК РФ, как доказательства.

В то же время назначение судебной экспертизы может быть обусловлено необходимостью устранения сомнений в достоверности представленных налогоплательщиком и налоговым органом доказательств при наличии противоречий между ними, когда эти сомнения (противоречия) не могут быть устранены судом самостоятельно.

В данном случае судом назначена экспертизы в соответствие с вышеуказанными разъяснениями не с целью устранения недостатков налоговой проверки и определения реальных налоговых обязательств налогоплательщика, а с целью устранения сомнений в достоверности и противоречий в представленных доказательствах налогоплательщиком и принятых во внимание доказательств налоговым органом.

В соответствии с п. 1 ст. 95 Налогового кодекса Российской Федерации эксперт может быть привлечен для участия в любых действиях по осуществлению налогового контроля. Поскольку камеральная проверка является одной из форм такого контроля (п. 1 ст. 82 Кодекса), то проведение экспертизы в рамках камеральной налоговой проверки правомерно.

В данном случае налоговый орган в нарушение положений пп. 7 п.1 ст. 31, п. 7 ст. 166 Налогового кодекса Российской Федерации, в рамках проводимой проверки, правом на установление достоверных расходов не воспользовался, экспертизу не провел.

При этом налоговым органом установлен факт строительства четырехэтажного, включая цокольный этаж Административно-торгового здания, расположенного по ул. Проточная, 12/2 в г. Горно-Алтайске общей площадью 1 340,2 кв.м. и у налогового органа должны были возникнуть обоснованные сомнения в несоразмерности стоимости работ по проектированию здания, получению разрешительных документов на его возведение, стоимости строительных материалов и оплаты работ по строительству сумме 4 707 904,14 рублей, принятой налоговым органом в качестве расходов при определении налоговой базы.

Как следует из материалов дела, на момент проведения выездной налоговой проверки предпринимателем не были представлены первичные бухгалтерские и иные документы, позволяющие инспекции произвести соответствующие действия по осуществлению мероприятий налогового контроля и определению размера полученного предпринимателем дохода и произведенных расходов.

Данное обстоятельство обязывало инспекцию применить положения подп. 7 п. 1 ст. 31 Кодекса и определить размер налоговых обязательств предпринимателя по НДФЛ исходя из особенностей деятельности проверяемого налогоплательщика и сведений, полученных как из документов, находящихся в распоряжении инспекции, так и путем сопоставления таких сведений с информацией о деятельности аналогичных налогоплательщиков, в частности о стоимости строительствам аналогичных зданий, а также путем назначения экспертизы.

Поскольку задачей налогового контроля является объективное установление реального размера налогового обязательства проверяемого налогоплательщика, действия инспекции по начислению НДФЛ в размере 2 600 000 рублей, соответствующих пеней и штрафов не соответствуют требованиям Кодекса и фактическим налоговым обязательствам налогоплательщика.

Заключение эксперта, полученное судом опровергает законность и обоснованность действий налогового органа по определению расходов налогоплательщика только на основании частично предоставленных первичных учетных документов.

При таких обстоятельствах исходя из того, что инспекцией с достоверностью не установлены фактический расходы на строительство спорной недвижимости, определенный налоговым органом размер расходов опровергнут заключением экспертизы, проведенной судом, суд приходит к выводу, что налоговым органом не соблюдены требования, предъявляемые законодательством к определению размера налогооблагаемой базы и налоговых обязательств, в связи с чем размер налоговых обязательств, определенный инспекцией, не может быть признан достоверным.

Более того, суд считает необходимым отметить, что в силу статей 256 - 259 НК РФ нежилое помещение, приобретенное предпринимателем для осуществления профессиональной деятельности, признается амортизируемым имуществом, стоимость которого учитывается в составе расходов, принимаемых к вычету, в течение срока его полезного использования путем начисления амортизации.

Согласно пункту 1 статьи 221, подпункту 1 пункта 1 статьи 268 НК РФ при реализации амортизируемого имущества налогоплательщик имеет право уменьшить полученные доходы на остаточную стоимость реализованного имущества.

Порядок определения стоимости амортизируемого имущества установлен статьей 257 НК РФ, в силу пункта 1 которого, первоначальная стоимость основного средства определяется как сумма расходов на его приобретение, а остаточная стоимость основных средств определяется как разница между их первоначальной стоимостью и суммой амортизации, начисленной за период эксплуатации.

В данном случае, здание введено в эксплуатацию 02.02.2017г., реализовано14.12.2017г., то есть эксплуатировалось более 10 месяцев. Налоговым органом положения вышеуказанных норм Налогового кодекса Российской Федерации при определении налоговых обязательств учтены также не были.

Исходя из положений пункта 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации, постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики, в силу чего бремя доказывания недобросовестности налогоплательщика возлагается на налоговый орган.

Тот факт, что ФИО1 и ФИО2 являются родственниками, не исключает обязанности налогового органа определить реальные налоговые обязательства налогоплательщика и не опровергают факта строительства Административно-торгового здания, расположенного по ул. Проточная, 12/2 в г. Горно-Алтайске и несения расходов, связанных со строительством этого здания. Стоимость затраченных средств, согласно заключению эксперта превышает как 25 000 000 рублей, которые ФИО1 получила от продажи здания, так и 30 000 000 рублей – цена договора оказания услуг технического заказчика, так и цену недвижимости, указанную в договоре купли-продажи, заключенному между ФИО1 и ФИО8 от 14.12.2017г. (35 000 000 руб.). Факт передачи денежных средств ФИО1 ФИО2 подтвержден не только распиской, но и показаниями ФИО2

Тот факт, что ФИО2 строил здание на свои денежные средства, подтверждается представленными в материалы дела документами, истребованными налоговым органом в рамках камеральной проверки, а также кредитными договорами (<***> от 14.08.2015г. на сумму 1 950 000 руб.; № 010/ГА/15-НКЛ-МСП от 20.10.2015г. на сумму 7 000 000 руб.; № ЛП044/8558/064-458 от 08.12.2014г. на сумму 2 000 000 руб.) на общую сумму 10 950 000 руб. выдача денежных средств по указанным договорам носила целевой характер – реконструкция и капитальное строительство здания, расположенного по ул. Проточная, 12/2 в г. Горно-Алтайске.

В данном случае строительством здания фактически занимался и вкладывал свои денежные средства ФИО2, в дальнейшем по договору безвозмездного пользования, заключенного с ФИО1 сдавал в аренду помещения и был конечным получателем денежных средств от продажи здания, часть из которых пошла на досрочное погашение кредита на сумму 7 000 000 руб. от 20.10.2015г., что также нашло свое подтверждение представленными в материалы дела сведениями из Банка Зенит(ПАО).

Таким образом, суд приходит к выводу, что доначисление инспекцией НДФЛ в сумме 2 600 000 руб., соответствующих пеней и штрафа на основании пункта 3 статьи 122 НК РФ произведено в отсутствие законных оснований, не соответствует объективному установлению размера налогового обязательства.

Доводы ответчика о том, что на налоговом органе не лежит обязанность назначать экспертизу для определения стоимости расходов, понесенных налогоплательщиком на строительство недвижимости, поскольку такая обязанность не установлена Налоговым кодексом Российской Федерации и налогоплательщиком представлена часть документов, подтверждающих расходы, а кроме этого в рамках камеральной проверки не может быть применен расчетный метод, суд находит несостоятельными.

Наделяя налоговые органы правами по осуществлению контроля за соблюдением налогового законодательства, в частности за своевременным исчислением и уплатой налогов, законодатель установил обязанности, корреспондирующие данным правам. В частности задачей налогового контроля является объективное установление реального размера налогового обязательства проверяемого налогоплательщика, в связи с чем налоговый орган обязан соблюдать законодательство о налогах и сборах.

В силу Налогового кодекса Российской Федерации одной из форм проведения налогового контроля являются налоговые проверки, при их осуществлении налоговые органы вправе привлекать специалистов и экспертов, которые относятся к субъектам, способствующим контрольной деятельности налоговых органов (статья 87, подпункт 11 пункта 1 статьи 31).

Как ранее отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, данное регулирование направлено на получение при осуществлении мероприятий налогового контроля достоверной и объективной информации для целей налогообложения, при этом оно не предусматривает возможности проведения экспертизы специалистом, привлеченным налоговым органом (Определение от 29 сентября 2016 года N 1749-О).

Отсутствие сведений об аналогичных налогоплательщиках не лишает налоговый орган права определить размер налоговых обязательств расчетным путем на основе имеющейся информации о налогоплательщике, а при неполноте такой информации назначить экспертизу в порядке статьи 95 Кодекса.

Налоговая инспекция по причине неполноты информации о деятельности ФИО1 или ФИО2 (как фактического исполнителя строительства здания), установив отсутствие у налогоплательщика документов о финансово-хозяйственной деятельности, подтверждающих расходы на строительство здания, объективно располагая информацией о характеристиках здания, объемах строительства, имела возможность назначить экспертизу по определению рыночной стоимости выполненных строительно-монтажных работ и стоимости затраченных строительных материалов.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее - ВАС РФ), изложенной в постановлениях от 19.07.2011 N 1621/11 и от 10.04.2012 N 16282/11, отсутствие у предпринимателя учета доходов и расходов, а у налогового органа в момент проведения проверки первичных бухгалтерских и иных документов, позволяющих ему провести мероприятия налогового контроля и определить размер полученного налогоплательщиком дохода и произведенного расхода, обязывает налоговый орган применить положения подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ и определить размер налоговых обязательств налогоплательщика исходя из особенностей деятельности проверяемого налогоплательщика и сведений, полученных как из документов, находящихся в распоряжении Инспекции, так и путем сопоставления таких сведений с информацией о деятельности аналогичных налогоплательщиков.

Довод Инспекции об отсутствии у нее оснований для применения расчетного методу суд отклоняет, поскольку неприменение положений подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ повлекло необоснованное исчисление Инспекцией налога в сумме, не соответствующей размеру фактических обязательств налогоплательщика перед бюджетом.

Следуя названной норме, Инспекция должна была определить размер налога исходя из особенностей деятельности проверяемого налогоплательщика и сведений, полученных как из документов, находящихся в ее распоряжении, так и путем назначения экспертизы.

С учетом положений подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ именно налоговому органу надлежало установить расходы налогоплательщика, а также основанную на них первоначальную стоимость основных средств, реализованных предпринимателем в проверяемом периоде.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 88 НК РФ камеральная налоговая проверка проводится по месту нахождения налогового органа на основе налоговых деклараций (расчетов) и документов, представленных налогоплательщиком, а также других документов о деятельности налогоплательщика, имеющихся у налогового органа. Если камеральной налоговой проверкой выявлены ошибки в налоговой декларации (расчете) и (или) противоречия между сведениями, содержащимися в представленных документах, либо выявлены несоответствия сведений, представленных налогоплательщиком, сведениям, содержащимся в документах, имеющихся у налогового органа, и полученным им в ходе налогового контроля, об этом сообщается налогоплательщику с требованием представить в течение пяти дней необходимые пояснения или внести соответствующие исправления в установленный срок.

Следовательно, установив несоответствие суммы дохода, отраженной предпринимателем в налоговой декларации по НДФЛ, налоговый орган в силу вышеизложенных положений Налогового кодекса Российской Федерации обязан был сообщить об этом заявителю и потребовать представления пояснений и внесения исправлений в декларацию по спорному налогу.

Поскольку, как отмечалось ранее, налогоплательщик не предъявил запрашиваемые документы, Инспекция, применив положения подпункта 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ, должна была установить действительную обязанность налогоплательщика по уплате НДФЛ за 2017 год, чего ею сделано не было.

Кроме этого, следует отметить что, за исключением места проведения выездной проверки и оснований для ее переноса в налоговую инспекцию, налоговое законодательство в целом не предусматривает каких-либо существенных особенностей проведения налоговых проверок (как выездных, так и камеральных) для налогоплательщиков - индивидуальных предпринимателей.

Доводы налогового органа о том, что при проведении проверки расписка о получении денежных средств ФИО2 от ФИО1 в размере 25 000 000 рублей налогоплательщиком не предоставлялась, в связи с чем не может быть принята во внимание, а также, что ФИО2 на момент продажи недвижимости уже прекратил предпринимательскую деятельность, в связи с чем не выполнял налоговых обязательств, связанных с получением дохода от реализации административно-торгового здания, не опровергают выводы суда о том, что налоговым органом не установлена действительная обязанность налогоплательщика по уплате НДФЛ за 2017 год за реализованную недвижимость.

Более того, следует отметить, что налоговым органом при проведении проверки истребовались от налогоплательщика первичные документы, подтверждающие именно расходы на строительство здания, проверялись контрагенты ИП ФИО2, а не оценивался договор на оказание услуг технического заказчика, заключенный между ФИО1, ФИО11 и ФИО2 по строительству здания на предмет исполнения сторонами обязательств по этому договору, в том числе и в части передачи денежных средств ФИО1 Вместе с тем ФИО1 при проведении проверке давала пояснения, что полученные денежные средства от продажи недвижимости были ею сразу переданы сыну ФИО2 во исполнение договора. Договор оказания услуг технического заказчика от 01.08.2014 предусматривает, что денежные средства на выполнение комплекса работ по строительству Административно-торгового здания исполнитель (ФИО2) изыскивает самостоятельно. Заказчики (ФИО1 и ФИО11) оплачивают стоимость договора наличными денежными средства после завершения строительства и ввода Административно-торгового здания в эксплуатацию (п. 3 Договора).

При этом, как указывалось выше, заключением судебной строитель-технической экспертизы опровергнуты доводы налогового органа о том, что доход от реализации административно-торгового центра превышает расходы на его строительство, в связи с чем суд приходит к выводу, что прекращение ФИО2 предпринимательства до продажи имущества, также не является основанием для исчисления НДФЛ исходя расходов в размере 4 707 904,14 рублей.

Судебные расходы (госпошлина, расходы на проведение экспертизы), в соответствие с положениями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд относит на ответчика.

Из материалов дела следует, что ФИО1 в рамках дела № А02-327/2019 по чек-ордеру № 62 от 07.03.2019 уплачена госпошлина в размере 8000 руб.

На основании решения суда от 23.05.2019 судом частично возвращена госпошлина из федерального бюджета в размере 4000 рублей, выдана справка на возврат госпошлины №А02-327/2019 от 25.06.2019.

Указанная справка с копией чек-ордера приобщены в материалы настоящего спора в качестве доказательства оплаты госпошлины при подаче заявления об оспаривании решения налогового органа. Судом приняты указанные документы в качестве доказательств, подтверждающих оплату госпошлины.

В соответствие с положениями пп.3 п.1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче заявлений о признании ненормативного правового акта недействительным и о признании решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными размер государственной пошлины для физических лиц составляет 300 рублей.

При таких обстоятельства истцу подлежит возврату из федерального бюджета сумма 3700 рублей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

признать незаконным и отменить решение Управления Федеральной налоговой службы России по Республике Алтай № 11331 от 28.06.2019 года о привлечении ФИО1 к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Взыскать с Управления Федеральной налоговой службы России по Республике Алтай в пользу ФИО1 расходы по оплате госпошлины в размере 300 рублей, расходы по оплате экспертизы в размере 84013 (восемьдесят четыре тысячи тринадцать) рублей.

Возвратить из федерального бюджета индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>, г. Горно-Алтайск, <...>) излишне уплаченную государственную пошлину в размере 3700 (три тысячи семьсот) рублей.

На возврат государственной пошлины выдать справку.

Перечислить с депозитного счета Арбитражного суда Республики Алтай Обществу с ограниченной ответственностью «СМР» (656015, <...>, офис22) денежные средства в размере 84013 (восемьдесят четыре тысячи тринадцать) рублей в счет оплаты за проведение судебной строительно-технической экспертизы по делу № А02-1269/2020 по следующим реквизитам:

Банк получателя Филиал «Новосибирский» АО «Альфа-Банк» г. Новосибирск, БИК 045004774, сч. 30101810600000000774

Получатель ООО «СМР»

ИНН <***>, КПП 226301001, сч. 40702810223160001917

Решение может быть обжаловано в месячный срок с момента его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Судья

И.В. Черепанова