Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Кайгородова А. Ю., при ведении протокола судьей, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие», г. Москва, в лице Алтайского регионального филиала, г. Барнаул, к обществу с ограниченной ответственностью «Бон», г. Барнаул, о признании договора недействительным

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО1 - о доверенности от 09.01.2008 г. № 1, ФИО2 – по доверенности от 04.06.2008 г. № 93;

от ответчика: ФИО3 - по доверенности от 03.04.2008 г.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Согласие», г. Москва, в лице Алтайского регионального филиала, г. Барнаул (далее – истец, Страховщик) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Бон», г. Барнаул (далее – ответчик, Страхователь) о признании договора страхования имущества № 1 220000-00231/06 ИЮ от 27.12.2006 г. (далее – договор, договор страхования) недействительным.

Исковые требования мотивированы тем, что 27.12.2006 г. между истцом и ответчиком заключен договор страхования имущества № 1 220000-00231/06 ИЮ на основании стандартного заявления страхователя (ответчика) о страховании имущества, предложенного истцом для составления при заключении договора. Договор страхования заключен на основании Правил страхования имущества от 01.11.2005 года, в полисе имеется отметка о получении ответчиком текста Правил страхования имущества от 01.11.2005 г. В разделе 7 заявления о страховании имущества, заполненного ответчиком, указано, что охрана страхуемого имущества обеспечена наличием охранной сигнализации, подключенной к пульту Вневедомственной охраны при ОВД, имеется кнопка тревожной сигнализации, в системе охранной сигнализации используются детекторы движения, кнопка тревожной сигнализации, режим работы персонала объекта круглосуточный, система допуска в здание (помещение, на территорию) свободный вход, в сопровождении кладовщика, менеджера, охрана осуществляется службой Вневедомственной охраны при ОВД, численность охраны днем - не указано, ночью - 2 человека, охрана невооруженная. 11 июня 2007 года в период с 11 час. 00 мин до 13 час. 00 мин неизвестные лица путем взлома дверных запоров незаконно проникли в помещение ответчика, расположенное по адресу <...>, откуда тайно похитили имущество, принадлежащее ООО «Бон», на общую сумму 5 203 352 руб. 32 коп. На основании договора ответчиком было предъявлено требование истцу о выплате страхового возмещения, в удовлетворении которого было отказано, в связи с чем ответчик обратился в суд с иском к истцу о взыскании суммы страхового возмещения. В ходе рассмотрения указанного иска было установлено, что охрана застрахованного имущества не была обеспечена наличием охранной сигнализации кроме установки кнопки тревожной сигнализации, в системе охранной сигнализации не используются детекторы движения, во время совершения кражи на объекте хранения застрахованного имущества не находилось ни персонала страхователя, ни иных лиц, которые бы могли по телефону вызвать сотрудников милиции или попросту своим присутствием помешать хищению украденного имущества. В отсутствие персонала объект хранения застрахованного имущества не был поставлен на сигнализацию, так как она не была установлена. В связи с изложенным истец пришел к выводу, что при заключении договора страхования ответчик сообщил в заявлении на страхование, предложенном ему к заполнению при заключении договора, заведомо ложные сведения об известных страхователю обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска). Указанные обстоятельства, по утверждению истца, ему не были известны и не должны были быть известны. В связи с изложенным, на основании статей 167, 179, 944 ГК РФ, истец обратился в суд с настоящим иском.

Ответчик, согласно отзыву на иск, представленному к предварительному судебному заседанию, состоявшемуся 13.10.2008 г., исковые требования не признает, ссылается на то, что при заключении договора представителем ответчика было заполнено заявления о страховании имущества, составленное по форме истца, ответы в котором были даны исходя из буквального толкования предложенных вариантов ответов Режим охраны, отраженный в указанном заявлении, ответчик соблюдал. Также ответчик указал, что правдиво сообщил истцу известные ему сведения о состоянии охраны, отвечая на вопросы, содержащиеся в заявлении, с приложением копии договора на обслуживание тревожной кнопкой. Соответствие этих сведений действительности Страховщик не оспаривал. Ответчик считает, что в случае недостаточности сообщенных Страхователем существенных обстоятельств либо сомнений в их достоверности Страховщик мог сделать письменный запрос в адрес Страхователя для их
конкретизации, чего однако он не сделал, а также не воспользовался своим
правом проверить состояние страхуемого имущества, а также достаточность предоставленных страхователем сведений. Считает, что не вводил истца в заблуждение, умышленно заведомо ложных сведений не сообщал, неполнота либо неточность приведенных страховщиком в заявлении о страховании имущества сведений, подлежащих раскрытию, не может быть поставлена в вину страхователю, поскольку согласно пункту 2 статьи 944 ГК РФ бремя истребования и сбора информации о риске возложено на страховщика. В связи с изложенным считает, что страховщик согласно ст. 944 ГК РФ не может требовать признания недействительным договора страхования. Обращает внимание на то, что к исковому заявлению приложены документы, которые являются недопустимыми доказательствами, не имеющими отношения к предмету спора. Указывает на пропуск истцом срока исковой давности о признании договора недействительным.

В судебном заседании истец на удовлетворении иска настаивает по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Также истец дополнительно отметил, что ответчиком не был соблюден режим охраны по сравнению с теми условиями, которые были сообщены в заявлении о страховании имущества: в заявлении указано, что в системе охранной сигнализации используются детекторы движения, однако свидетельские показания ФИО4, данные в ходе рассмотрения дела в арбитражном суде по иску ООО «БОН» к ООО «СК «Согласие» о взыскании суммы страхового возмещения, опровергают это: «... детекторов движения не было... предполагалось закупать детекторы движения...». Также в заявлении о страховании имущества указано, что режим работы персонала круглосуточный, однако в момент кражи с 11 до 14 часов 11.06.2007 года на объекте хранения застрахованного имущества никого не находилось. Также истец указал, что согласно пп.пп. 11.6.6-11.6.8. Правил страхования имущества от 01.11.2005 г. страховщик имеет право направлять запросы в компетентные органы о предоставлении информации и соответствующих документов, подтверждающих факт и причину наступления страхового случая, самостоятельно выяснять причины и обстоятельства страхового случая, проводить собственное служебное расследование в отношении причин и размера ущерба (убытка), в связи с чем представленные в материалы дела доказательства - протоколы допроса свидетелей по уголовному делу являются допустимыми доказательствами по делу. Истец также считает, что им не пропущен срок исковой давности, поскольку он узнал о нарушении своего права, как страховщика, только после получения объяснений ФИО5 от 14.08.2007 г.,, дачи ФИО4 свидетельских показаний 26.06.2008 г. и получением 22.04.2008 г. искового заявления ООО «Бон» к ООО «СК «Согласие» о взыскании суммы страхового возмещения. По мнению истца, только из совокупности этих обстоятельств можно было заключить, что право истца нарушено.

Ответчик в судебном заседании по иску возражает, ссылаясь на доводы, указанные в отзыве на иск и на пропуск срока исковой давности, отсутствие датчиков движения на момент совершения кражи не оспаривает.

Выслушав представителей сторон, рассмотрев материалы дела, суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению в связи со следующим.

Между истцом и ответчиком 27 декабря 2006 г. заключен договор страхования имущества № 1 220000-00231/06ИЮ, согласно которому Страховщик (истец) обязался за обусловленную плату (страховую премию) при наступлении предусмотренных в Договоре событий (страховых случаев) возместить Страхователю (ответчику), ущерб (убыток), вызванный уничтожением (гибелью), повреждением, утратой застрахованного имущества в результате этих событий.

Согласно пункту 1.2 и подпунктам 1.2.1-1.2.5 пункта 1.2 договора объектом страхования явились имущественные интересы Страхователя, связанные с владением, пользованием, распоряжением имуществом, указанным в Заявлении на страхование № 1 220000-00231/06 ИЮ от 27 декабря 2006 года, а именно: Конструктивные элементы (фундамент, несущие стены, перекрытия, перегородки, крыша); инженерные коммуникации здания (системы отопления, водоснабжения, канализации, вентиляция, газопровод, электросеть); Внешняя отделка здания (отделка фасада здания); Внутренняя отделка помещений (включая окна и двери); Системы кондиционирования, охранной и пожарной сигнализации; Движимое имущество Страхователя - электронное и производственное оборудование, мебельные ткани, мебельная фурнитура - согласно прилагаемой к договору описи. Место страхования имущества - <...>, <...> Е.

В соответствии с п. 2.1.4 договора по договору страхования, помимо прочих, застрахован риск «ПРОТИВОПРАВНЫЕ ДЕЙСТВИЯ ТРЕТЬИХ ЛИЦ» - кража, совершенная третьими лицами с проникновением в здание, строение, помещение, при наличии следов взлома; грабеж; разбой; хулиганство; вандализм.

11 июня 2007 года в период с 11 час. 00 мин. до 13 час. 00 мин неизвестные лица путем взлома дверных запоров незаконно проникли в помещение ответчика, расположенное по адресу <...>, откуда тайно похитили имущество, принадлежащее ответчику.

Ответчик предъявил истцу требование о выплате страхового возмещения, в удовлетворении которого ответчику было отказано, в связи с чем последний обратился в суд с иском к истцу о взыскании суммы страхового возмещения.

Основанием для отказа в выплате страхового возмещения и для предъявления настоящего иска о признании договора недействительным явилось то, что, по мнению истца, при заключении договора страхования ответчик сообщил в заявлении на страхование, предложенном ему к заполнению при заключении договора, заведомо ложные сведения об известных страхователю обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска): ответчиком не был соблюден режим охраны по сравнению с теми условиями, которые были сообщены его уполномоченным представителем в заявлении о страховании имущества; в заявлении указано, что в системе охранной сигнализации используются детекторы движения - фактически на момент кражи детекторы движения отсутствовали; в заявлении указано, что режим работы персонала круглосуточный - фактически в момент кражи на объекте хранения застрахованного имущества никого не находилось. Указанные обстоятельства, по мнению истца, не были известны и не должны были быть ему известны. Изложенные обстоятельства и явились основанием предъявления в суд иска о признании договора страхования недействительным.

В соответствии с п. 1 ст. 944 ГК РФ при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Как разъяснено в п. 13 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 28.11.2003 N 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования» разработанный страховщиком стандартный бланк заявления на страхование применительно к правилам статьи 944 ГК РФ имеет такое же значение, как и письменный запрос.

Согласно п. 3 ст. 944 ГК РФ если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в п. 1 ст. 944 ГК РФ, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных п. 2 ст. 179 ГК РФ.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Из буквального толкования договора № 1 220000-00231/06 ИЮ от 27.12.2006 г. следует, что указанный договор заключен на основании Правил страхования имущества от 01.11.2005 г., утвержденных истцом, а также на основании заполненного ответчиком заявления на страхование № 1 2200000-00231/06 ИЮ от 27.12.2006 г.

Вместе с тем, истцом в материалы дела и на обозрение арбитражного суда представлено заявление о страховании имущества от 27.12.2006 г. без номера, которое является приложением № 2 к договору страхования имущества № 11220000-00231/06 ИЮ от 27.12.2006 г.

Ответчик не признает, что заявление о страховании имущества от 27.12.2006 г. без номера, которое является приложением № 2 к договору страхования имущества № 11220000-00231/06 ИЮ от 27.12.2006 г., относится к договору № 1 220000-00231/06 ИЮ от 27.12.2006 г.

Надлежащих доказательств того, что при заполнении заявления от 27.12.2006 г. без номера в нем допущена описка в номере договора либо что при составлении договора в последнем допущена опечатка при указании номера заявления, истцом не представлено.

При таких обстоятельствах суд не может считать доказанным факт того, что договор № 1 220000-00231/06 ИЮ от 27.12.2006 г. заключен именно на основании заявление о страховании имущества от 27.12.2006 г. без номера, в котором указано, что оно является приложением № 2 к договору страхования имущества № 11220000-00231/06 ИЮ от 27.12.2006 г.

Истец, ссылаясь на указание ответчиком в заявлении о страховании имущества заведомо ложных сведений об использовании в системе охранной сигнализации датчиков движения и о круглосуточной работе персонала ответчика, указывает на то, что заявление о страховании заполнялось непосредственно представителем страхователя. Ответчик, в то же время, данное обстоятельство не признает и говорит о том, что заявление о страховании имущества заполнялось представителем истца.

При том, что оригинал заявления находится у истца, а у ответчика данное заявление отсутствует, и учитывая противоречивые показания сторон, суд не может достоверно установить кем и когда в заявлении о страховании имущества от 27.12.2006 г. без номера сделана отметка об использовании в системе охранной сигнализации датчиков движения.

Вместе с тем, согласно абзацу 2 п. 8.2 Правил страхования имущества от 01.11.2005 г., утвержденных истцом, страховщик или его представитель вправе производить осмотр объекта, принимаемого на страхование.

Истец не представил доказательств того, что воспользовался правом на осмотр объекта страхования.

Cуд соглашается с доводами ответчика о том, что страховщик, являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг и вследствие этого более сведущим в определении факторов риска, должен выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска и, в случае недостаточности сообщенных Страхователем существенных обстоятельств либо возникновения сомнений в их достоверности Страховщик имел возможность сделать письменный запрос в адрес Страхователя для их конкретизации, чего, однако, истец не сделал, не воспользовавшись своим правом проверить состояние страхуемого имущества, а также достаточность предоставленных страхователем сведений.

Суд также учитывает и то, что ответчик факт отсутствие датчиков движения на момент кражи признал, а факт отсутствия указанных датчиков на момент заключения договора не подтвердил.

В силу п. 3 ст. 944 ГК РФ возможность признания сделки недействительной по предусмотренному статьей 179 ГК РФ основанию наступает в случае умышленного сообщения страхователем заведомо ложных сведений. Исходя из положений статьи 179 ГК РФ обман - это преднамеренное введение другого лица в заблуждение путем ложного заявления, обещания, а также умолчания о фактах, которые могли бы повлиять на совершение сделки. При этом обман должен затрагивать такие представления о сделке, при достоверном представлении о которых сделка бы не состоялась или состоялась, но на иных условиях.

На основании представленных в материалы дела документов и пояснений сторон суд пришел к выводу, что ответчик не вводил истца в заблуждение ни в отношении охраны имущества, ни в отношении самого имущества. Данный вывод подтверждается, в том числе, договором об экстренном вызове милиции в случае угрозы имущественной безопасности «Заказчика» от 24.08.2006 г. № ТО-03/0185, предоставленном страховому агенту до заключения договора страхования, что истцом не оспорено, неизменностью условий договора от 24.08.2006 г. № ТО-03/0185 на весь период его действия, неизменностью указанного режима охраны и не совершением каких либо иных действий, связанных с охраной застрахованного имущества. Указанные обстоятельства истцом не опровергнуты.

Довод истца о сообщении заведомо ложных сведений, основанный на отсутствии персонала ответчика в момент кражи, суд находит необоснованным, поскольку отсутствие работников в момент кражи не может свидетельствовать о ложности сведений о режиме работы, указанных при заключении договора.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу, что истец не доказал факт сообщения ему ответчиком заведомо ложных сведений, что исключает признание договора недействительным на основании п. 3 ст. 944 ГК РФ.

Более того, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности по иску о признании договора недействительным.

Согласно ст. 200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Страхователь установил предоставление страховщиком заведомо ложных, по мнению истца, сведений об условиях охраны имущества не позднее 17.08.2008 г., что подтверждается отказом в выплате страхового возмещения № 01-2/242 от 17.08.2007 г., содержащим ссылку на то, что надлежащая охрана объекта не осуществлялась, следовательно, с этого момента (17.08.2007 г.) и начал течь срок исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ иск о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности может быть предъявлен в течение года со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истец обратился в суд с иском о признании договора недействительным 26.08.2008 г. – за пределами срока исковой давности

В силу п. 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

При вышеизложенных обстоятельствах суд не находит правовых оснований для удовлетворения иска.

На основании ст. 110 АПК РФ государственная пошлина подлежит отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 4, 17, 27, 28, 34, 35, 65, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в апелляционную инстанцию – Седьмой арбитражный апелляционный суд, г. Томск в течение месяца со дня принятия решения, либо в кассационную инстанцию – Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Судья А. Ю. Кайгородов