Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Меньшиковой И.А., рассмотрев в открытом заседании (протокол судебного заседания вела секретарь судебного заседания Дементьева А.А.) дело по заявлению открытого акционерного общества «Архангельский КоТЭК» (ОГРН <***>; <...>) к Северо-Западному управлению Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (ОГРН <***>, <...>) об оспаривании предписания,

при участии в заседании представителя заявителя ФИО1 (доверенность от 01.01.2013), представителя ответчика ФИО2 (доверенность от 28.12.2012),

установил: заявитель оспаривает предписание правопредшественника ответчика по проверке соблюдения обязательных требований от 5.10.2012 № 10-28-433/П.

Требования заявителя обоснованы следующим. Распоряжение о проведении проверки подписано не уполномоченным на то лицом в нарушение подпункта 3 пункта 2 статьи 10 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля». Проверка незаконна. В августе-сентябре 2012 года представителями МО «Город Архангельск» проведена проверка готовности основного и вспомогательного оборудования котельных и тепловых сетей к работе в осенне-зимний период 2012-2013 годов, по результатам составлены соответствующие акты. Проведение повторной проверки незаконно. Распоряжение о проверке поступило заявителю 13 сентября 2012 года в конце рабочего дня, проверка начата 14 сентября 2012 года. Срок, установленный пунктом 16 статьи 10 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ, нарушен. Незаконны выводы ответчика в акте проверки и предписании.

Ответчик в отзыве с заявлением не согласился.

В судебном заседании представитель заявителя требования к ответчику поддержал. Представитель ответчика с заявлением не согласился.

Исследовав доказательства, заслушав представителей заявителя и ответчика, суд установил следующие обстоятельства.

Приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзора) от 20 июля 2012 года № 414 руководителям территориальных органов предписано организовать проведение проверок хода подготовки электро- и теплоснабжающих организаций к работе в осенне-зимний период 2012-2013 годов. Приказ издан во исполнение протокольных решений заседания Правительства Российской Федерации от 31 мая 2012 года № 18 и совещания у заместителя Председателя Правительства Российской Федерации от 10 июля 2012 года № ДК-П9-119пр.

12.09.2012 правопредшественник ответчика издал распоряжение № 1001 о проведении внеплановой выездной проверки ОАО «Архангельский КоТЭК» с целью подготовки организации к осенне-зимнему периоду 2012-2013 годов во исполнение приказа Ростехнадзора от 20 июля 2012 года № 414. Распоряжение подписано исполняющей обязанности заместителя руководителя Северного управления Ростехнадзора
ФИО3

По итогам внеплановой выездной проверки ответчик составил акт от 5 октября 2012 года № 10-28-433/А, выдал заявителю предписание по проверке соблюдения обязательных требований от 5 октября 2012 года № 10-28-433/П.

Заявитель обратился в суд, просит признать названное предписание недействительным.

Суд находит заявление подлежащим удовлетворению частично по следующим основаниям.

В соответствии со статьёй 10 Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» основанием для проведения внеплановой проверки является, в частности, приказ (распоряжение) руководителя органа государственного контроля (надзора), изданный в соответствии с поручениями Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и на основании требования прокурора о проведении внеплановой проверки в рамках надзора за исполнением законов по поступившим в органы прокуратуры материалам и обращениям.

Внеплановая выездная проверка заявителя проведена, как следует из распоряжения от 12.09.2012 № 1001, во исполнение приказа Ростехнадзора от 20 июля 2012 года № 414, изданного в соответствии с решениями заседания Правительства Российской Федерации от 31 мая 2012 года № 18 и совещания у заместителя Председателя Правительства Российской Федерации от 10 июля 2012 года № ДК-П9-119пр. Протокол последнего суду представлен.

Из статей 10, 12 названного Федерального закона следует, что распоряжение о проведении внеплановой выездной проверки юридического лица издаётся руководителем либо заместителем руководителя органа государственного контроля (надзора).

Согласно приказу Северного управления Ростехнадзора от 15 августа 2012 года
№ 170-лс на период отпуска ФИО4 с 3 сентября по 4 октября 2012 года исполнение обязанностей заместителя руководителя возложено на ФИО3 В компетенцию же ФИО4, что следует из приказа от 18.05.2011 № 164, входит организация и проведение проверок соблюдения юридическими и физическими лицами требований законодательства, нормативных правовых актов, норм и правил в области, в том числе, промышленной, энергетической безопасности.

Таким образом, распоряжение о проведении внеплановой выездной проверки заявителя издано уполномоченным должностным лицом.

Пунктом 16 статьи 10 Федерального закона «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» установлено, что о проведении внеплановой выездной проверки, за исключением внеплановой выездной проверки, основания проведения которой указаны в пункте 2 части 2 этой статьи, юридическое лицо, индивидуальный предприниматель уведомляются органом государственного контроля (надзора), органом муниципального контроля не менее чем за двадцать четыре часа до начала её проведения любым доступным способом.

В акте проверки от 5 октября 2012 ода отмечено, что с копией распоряжения о проведении проверки 12.09.2012 ознакомлен исполнительный директор ФИО5 Проверка начата 14.09.2012, таким образом, установленный законом срок соблюдён.

Довод заявителя о получении распоряжения 13 сентября 2012 года, что следует из штампа на первом листе распоряжения с входящим номером 2062, опровергается отметкой ФИО5 о получении им копии распоряжения 12.09.2012.

Относительно довода заявителя о том, что проверка ответчика являлась повторной, суд отмечает следующее. Вышеназванный Федеральный закон (статья 3) не допускает проверок исполнения одних и тех же обязательных требований и требований, установленных муниципальными правовыми актами, проводимых в отношении одного юридического лица или одного индивидуального предпринимателя несколькими органами государственного контроля (надзора), органами муниципального контроля.

Из актов проверки технического состояния основного и вспомогательного оборудования котельной (ЦТП) для оценки готовности объекта к работе в осенне-зимний период 2012-2013 годов от 24 августа 2012 года не усматривается, что эта проверка проводилась в порядке, предусмотренном Федеральным законом «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля». Проверочная комиссия включала сотрудников ОАО «Архангельский КоТЭК» и представителя департамента городского хозяйства МО «Город Архангельск». Комиссия проверяла техническое состояние оборудования котельных и тепловых сетей, используемых заявителем, сделала вывод о готовности их к работе в осенне-зимний период 2012-2013 годов.

Проверка, регулируемая Федеральным законом «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля», представляет собой совокупность проводимых органом государственного контроля (надзора) или органом муниципального контроля в отношении юридического лица, индивидуального предпринимателя мероприятий по контролю для оценки соответствия осуществляемых ими деятельности или действий (бездействия), производимых и реализуемых ими товаров (выполняемых работ, предоставляемых услуг) обязательным требованиям и требованиям, установленным муниципальными правовыми актами (статья 2).

Проверка, проведённая ответчиком, не может считаться повторной по отношению к проверке готовности котельного и теплового оборудования к отопительному сезону, которую проводит сам заявитель с привлечением специалиста мэрии г. Архангельска.

Положения статьи 20 Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении», согласно которым проверка готовности теплоснабжающих организаций, теплосетевых организаций и потребителей тепловой энергии к отопительному периоду осуществляется органами местного самоуправления поселений, городских округов, на которые ссылается заявитель, не исключают права ответчика на проведение проверки по приказу Ростехнадзора от 20 июля 2012 года № 414.

Суд приходит к выводу о том, что нарушений Федерального закона «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» ответчик не допустил.

По спорным пунктам предписания суд отмечает следующее.

В пунктах 9, 41, 110 указано на то, что в нарушение пункта 10.1.8 Правил устройства и безопасной эксплуатации паровых и водогрейных котлов (ПБ 03-574-03), утверждённых постановлением Госгортехнадзора России от 11 июня 2003 года № 88, водогрейный котел (регистрационный номер 00549) в котельной по ул. Лермонтова, д. 2, стр. 2, паровые котлы (регистрационные номера 00548, 00550, 00551) в котельной по ул. Лесозаводской, д. 8, стр. 1, паровые котлы (регистрационные номера 00513, 23708) в котельной по ул. Капитана ФИО6, д. 10, корп. 1 не перерегистрированы при приёме в эксплуатацию.

Пунктом 10.1.8 названных Правил предусмотрено, что при передаче котла другому владельцу, а также после демонтажа и установки его на новое место до пуска в работу котёл подлежит перерегистрации.

Заявитель утверждает, что эксплуатирует котлы на основании договора аренды, владельцем котлов является ОАО «Архинвестэнерго».

Между тем в силу пункта 10.1.3 Правил регистрация котла производится на основании письменного заявления владельца котла или арендующей организации.

Из статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при аренде (имущественном найме) имущество предоставляется арендатору во временное владение и пользование или во временное пользование.

Владением считается фактическое обладание имуществом. При аренде котлов арендатор владеет ими. Из приведённых Правил следует, что при аренде котлов необходима их перерегистрация.

Суд считает, что предписание ответчика в части оспариваемых пунктов является законным, признанию недействительным не подлежит.

В пунктах 10, 42, 112, 116, 122, 124, 126 указано на отсутствие перечней подлежащих регистрации в органах Ростехнадзора и учёту на предприятии трубопроводов, отсутствие паспорта на трубопровод острого пара после запорных органов паровых котлов (котельная по ул. Капитана ФИО6, д. 10, корп. 1), отсутствие паспорта на трубопроводы пара в котельных по ул. Лесозаводской, <...>, отсутствие журналов по эксплуатации дымовой трубы, графика осмотра (котельная по ул. Маслова, д. 17, стр. 1).

Оспаривая данные пункты, заявитель утверждает, что паспорта на трубопроводы имеются, регистрация их в специальном журнале ведётся, имеется журнал по эксплуатации зданий и сооружений, в 2011 году проведена экспертиза промышленной безопасности дымовой трубы, заключение зарегистрировано в Ростехнадзоре.

Возражая, ответчик ссылается на то, что соответствующие документы не были предъявлены к проверке.

В распоряжении ответчика от 12.09.2012 № 1001 заявителю указано на необходимость представления, в том числе, технических паспортов котлов, трубопроводов пара и горячей воды, дымовых труб, журналов. Согласно письму ответчика в адрес заявителя от 19.10.2012, его отзыву на заявление, указанные в названных пунктах документы не были представлены к проверке, отсутствовали в котельных. Для их представления в оспариваемом предписании установлен срок.

По мнению суда, при таких обстоятельствах спорные пункты предписания незаконными не являются, прав заявителя не нарушают.

В пунктах 13, 45 оспариваемого предписания ответчик указал на частичное отсутствие антикоррозионного покрытия дымовых труб модульной котельной в нарушение пунктов 3.3.23, 3.3.26 «ПТЭ ТЭ», пункта 2.2.1 «РД 34.03.201-97». Срок для устранения установлен до 1 августа, 1 сентября 2013 года.

Заявитель пояснил, что труба находится в защитном кожухе, имеющем заводское покрытие. Восстановление покрытия вне завода невозможно, по истечении срока эксплуатации или выходе из строя до истечения этого срока защитный кожух подлежит замене. Контроль за состоянием дымовой трубы осуществляется при чистке дымохода, при подготовке к отопительному сезону, также проводится проверка состояния защитного кожуха трубы.

Ответчик пояснил в суде, что проверкой установлены следы коррозии на защитном кожухе трубы. На это указано и в письме ответчика от 19.10.2012 (о разногласиях заявителя к акту проверки).

Пунктом 3.3.23 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок (приказ Минэнерго России от 24.03.2003 № 115) установлено, что металлические конструкции зданий и сооружений тепловых энергоустановок необходимо защитить от коррозии, при этом устанавливается систематический контроль за состоянием их защиты.

Заявитель не опровергает частичное отсутствие антикоррозионного покрытия защитного кожуха дымовых труб. Предписание ответчика, направленное на устранение данного недостатка, с установлением срока до 1.08.2013, 1.09.2013 нельзя признать незаконным. Из пояснений представителей заявителя и ответчика следует, что защитный кожух также является металлическим. Следовательно, на него распространяется пункт 3.3.23 Правил технической эксплуатации тепловых энергоустановок.

Довод заявителя об отсутствии замечаний при регистрации в Ростехнадзоре заключения экспертизы промышленной безопасности дымовой трубы суд отклоняет, поскольку регистрация состоялась 7.08.2012, недостаток же выявлен ответчиком в сентябре 2012 года.

Пункты 21–37 оспариваемого предписания касаются нарушений Федерального закона от 21.07.1997 № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», Правил промышленной безопасности нефтебаз и складов нефтепродуктов
ПБ 09-560-03, утверждённых постановлением Госгортехнадзора России от 20.05.2003
№ 33, РД 09-539-03 Положение о порядке проведения экспертизы промышленной безопасности в химической, нефтехимической и нефтеперерабатывающей промышленности, утверждённого постановлением Госгортехнадзора России от 18.03.2003 № 8, выявленных в котельной по адресу ул. Лермонтова, д. 2, стр. 2.

Пункты 48–61 оспариваемого предписания содержат нарушения тех же нормативных правовых актов, выявленные в котельной по ул. Лесозаводская, д. 8 , стр. 1, пункты 98-109 – в котельной по ул. Гидролизная, 12, стр. 1.

Оспаривая предписание в части названных пунктов, заявитель ссылается на то, что мазутное хозяйство котельных не идентифицировано им как опасный производственный объект, поэтому требования вышеназванных нормативных правовых актов на мазутное хозяйство не распространяются.

Ответчик, ссылаясь на Приложение 1 к Федеральному закону «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», приказ Ростехнадзора России от 16.04.2011 № 168, считает, что площадки хранения мазутного топлива относятся к опасным производственным объектам. Предельное количество горючих жидкостей, используемых в технологическом процессе, составляет 200 т, соответственно минимальное количество вещества, учитываемое при идентификации объекта «Площадка хранения мазутного топлива» с целью регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов, составляет 4 т (2%).

Суд пришёл к следующим выводам.

Опасными производственными объектами в соответствии с Федеральным законом «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (статья 2) являются предприятия или их цехи, участки, площадки, а также иные производственные объекты, указанные в Приложении 1 к Федеральному закону «О промышленной безопасности опасных производственных объектов».

Опасные производственные объекты подлежат регистрации в государственном реестре в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации. При этом требования к регистрации опасных производственных объектов в государственном реестре, в том числе к идентификации опасных производственных объектов, устанавливаются федеральным органом исполнительной власти в области промышленной безопасности совместно с федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на решение задач в области защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций.

В Приложении 1 сказано, что к категории опасных производственных объектов относятся объекты, на которых получаются, используются, перерабатываются, образуются, хранятся, транспортируются, уничтожаются, в том числе, горючие вещества - жидкости, газы, пыли, способные самовозгораться, а также возгораться от источника зажигания и самостоятельно гореть после его удаления; используется оборудование, работающее под давлением более 0,07 мегапаскаля или при температуре нагрева воды более 115 градусов Цельсия.

Согласно Приказу Ростехнадзора от 7.04.2011 № 168 «Об утверждении требований к ведению государственного реестра опасных производственных объектов в части присвоения наименований опасным производственным объектам для целей регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов» в раздел 12 Опасные производственные объекты тепло- и электроэнергетики, другие опасные производственные объекты, использующие оборудование, работающее под давлением более 0,07 МПа или при температуре нагрева воды более 115 °C, включена площадка хранения мазутного топлива, которая идентифицируется по признаку хранения и использования опасного вещества и использования оборудования, работающего под давлением более 0,07 МПа или при температуре нагрева воды более 115 °C.

В Приложении 2 к Федеральному закону «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» приведены предельные количества опасных веществ, наличие которых на опасном производственном объекте является основанием для обязательной разработки декларации промышленной безопасности. Для горючих жидкостей, используемых в технологическом процессе или транспортируемых по магистральному трубопроводу, предельное количество установлено в 200 тонн. Для горючих жидкостей, находящихся на товарно-сырьевых складах и базах, - 50 000 тонн.

Приказом Ростехнадзора от 4.09.2007 № 606 утверждён Административный регламент Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору по исполнению государственной функции по регистрации опасных производственных объектов и ведению государственного реестра опасных производственных объектов.

Регистрация опасных производственных объектов осуществляется на основании результатов их идентификации. Провести идентификацию опасных производственных объектов должна сама организация, эксплуатирующая их (пункт 14).

Приложение № 8 к Административному регламенту содержит критерии идентификации.

Процедура идентификации опасных производственных объектов проводится для обеспечения исполнения государственной функции по регистрации опасных производственных объектов. Идентификация опасных производственных объектов проводится с целью выявления опасных производственных объектов, эксплуатируемых в составе организации. При идентификации опасных производственных объектов осуществляются выявление и отнесение объекта к категории опасного производственного объекта, определение его наименования, признаков опасности и типа в соответствии с требованиями Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов».

Идентификация опасных производственных объектов осуществляется в соответствии с Перечнем типовых видов опасных производственных объектов для целей регистрации, на основании пункта 1.4 «Общих правил безопасности для организаций, осуществляющих деятельность в области промышленной безопасности опасных производственных объектов», ПБ 03-517-02, требований Регламента.

Установлены, в частности, следующие особенности идентификации опасных производственных объектов. Опасным производственным объектом не является отдельный механизм, оборудование (техническое устройство), ёмкость с опасным веществом, сосуд под избыточным давлением. Опасным производственным объектом признаётся определённая площадка производства, на которой при осуществлении определённого вида деятельности применяется то или иное техническое устройство, есть обращение опасного вещества или горючей пыли (пункт 9 Критериев идентификации). При отнесении объекта к категории опасного производственного по признаку, связанному с обращением опасного вещества, необходимо руководствоваться следующим. Опасные вещества, обращающиеся на объекте в количестве, равном или менее 2% от указанного в Приложении 2 к Закону, можно не учитывать (если нормативными документами на конкретное вещество не установлено другое), если в силу размещения на территории эксплуатирующей организации они не могут стать причиной возникновения крупной аварии.

Заявитель настаивает на том, что его мазут относится к горючим жидкостям, находящимся на товарно-сырьевых складах и базах. Следовательно, ёмкости до 1000 тонн, что не превышает 2% от предельно допустимого, указанного в приложении 2 Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», можно не учитывать при отнесении такого объекта к категории опасного производственного объекта.

Ответчик, напротив, считает, что мазутное хозяйство котельных относится к площадкам хранения мазутного топлива, которые идентифицируются по признаку хранения и использования опасного вещества. Мазут используется в технологическом процессе.

Представители заявителя и ответчика пояснили суду, что мазутное хозяйство котельных представляет собой цистерны с мазутом ёмкостью 1000 куб. м. Мазут привозят автомобилями, заливают в цистерну. Мазут из цистерны подаётся в котельную по трубопроводу.

Суд находит ошибочным отнесение заявителем мазутного хозяйства котельных (площадок хранения мазута) к товарно-сырьевым складам и базам. Используемый заявителем в работе котельных мазут не является товаром, сырьём, а обеспечивает технологический процесс отопления. Емкости цистерн превышают 2% от указанного в Приложении 2 к Федеральному закону «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» предельного количества опасного вещества, поэтому выводы ответчика о необходимости идентификации мазутного хозяйства как опасного производственного объекта суд считает правильными. Для признания предписания в части спорных пунктов недействительным оснований нет.

Пункты 62, 123, 125, 128 содержат следующее описание нарушения – трубопровод пара не зарегистрирован в органах Ростехнадзора. При этом ответчик сослался на пункт 5.1.3 Правил устройства и безопасной эксплуатации трубопроводов пара и горячей воды, утверждённых Постановлением Госгортехнадзора России от 11.06.2003 № 90 (зарегистрировано в Минюсте России 18 июня 2003 г. № 4719).

В соответствии с данным пунктом трубопроводы IV категории, расположенные в пределах зданий тепловых электростанций и котельных с условным проходом более 100 мм, должны быть зарегистрированы до пуска в работу в органах Госгортехнадзора России.

Заявитель, оспаривая предписание ответчика в этой части, указывает на то, что регистрация трубопроводов пара ведёт в специальном журнале.

Суд считает, что предписание ответчика является законным. Ссылку заявителя на письмо Федеральной службы по технологическому надзору от 20.07.2004 № 03-01/71 суд отклоняет, поскольку письмо не является нормативным правовым актом.

В пункте 127 предписания ответчик отметил, что в нарушение пункта 4 раздела 3 Основные положения Правил безопасности при эксплуатации дымовых и вентиляционных промышленных труб, утверждённых Постановлением Госгортехнадзора России от 03.12.2001 № 56 (шифр ПБ 03-445-02), не ликвидирована дымовая труба в котельной по ул. Маслова, д. 17, стр. 1.

Заявитель утверждает, что ликвидации этой трубы не требуется.

В пункте 4 раздела 3 Правил сказано, что строительство, реконструкция, эксплуатация, консервация и ликвидация труб должны осуществляться в соответствии с проектами, выполненными с учётом требований Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», других федеральных законов, нормативных правовых актов и нормативно-технической документации в области промышленной безопасности, утверждённых в установленном порядке, и этих Правил.

В соответствии с пунктом 23 раздела 5 Правил вывод из эксплуатации труб должен производиться в случаях:

- заключения организации, выполнившей обследование, о невозможности технически усиления или ремонта трубы, находящейся в аварийном состоянии;

- общей реконструкции промышленного объекта, в результате которого отпала необходимость в использовании трубы или потребовалось возведение новой;

- остановки обслуживаемых технологических агрегатов (установок), требующих выполнения работ по консервации трубы.

Согласно пункту 24 того же раздела выведенные из эксплуатации трубы подлежат ликвидации.

Предписывая заявителю ликвидировать трубу в срок до 1.09.2013, ответчик не привёл обоснования такому требованию. В акте проверки, в оспариваемом предписании не указано, что для ликвидации трубы имеются правовые основания. Ответчик не установил, что труба выведена заявителем из эксплуатации. Согласно пояснениям представителя заявителя в суде, труба в момент проверки действительно не работала, однако это не означает, что она выведена из эксплуатации.

Предписание ответчика в части пункта 127 суд признаёт недействительным.

В пунктах 78, 81, 87 предписания ответчик указал на то, что не проведена экспертиза промышленной безопасности здания насосной станции, резервуаров, мазутопроводов. В пункте 86, – на не проведение идентификации опасного производственного объекта. Претензии касаются мазутного хозяйства котельной по адресу ул. Силикатчиков, д. 14. Срок для выполнения данных пунктов предписания установлен ответчиком до 15.04.2013.

Заявитель представил суду свидетельство о регистрации А27-02027, выданное ответчиком 24.01.2013. В приложении к свидетельству приведён перечень опасных производственных объектов заявителя, среди которых под порядковыми номерами 10, 11 значатся площадка хранения мазутного топлива и котельная по ул. Силикатчиков, д. 14. Свидетельства на эти объекты выданы ответчиком 4.10.2012.

Представитель ответчика подтвердил в суде, что поскольку объекты зарегистрированы как опасные производственные, значит, экспертиза промышленной безопасности осуществлена.

При таких обстоятельствах для выдачи предписания в части пунктов 78, 81, 86, 87 законных оснований у ответчика не было.

В пунктах 77, 80 указано на отсутствие технической документации на здание насосной станции, резервуары (мазутное хозяйство котельной по ул. Силикатчиков, д. 14).

Заявитель пояснил, что техническая документация по насосной станции находится у собственника котельной – ОАО «Силбет», паспортизация резервуаров выполняется в соответствии с дополнительным соглашением от 10 июля 2012 года к договору
№ 04.2011/0259.

В суде представитель заявителя сообщил, что договор аренды котельной с ОАО «Силбет» расторгнут.

Суд считает, что предписание ответчика в части пунктов 77, 80 не может быть признано незаконным, поскольку организация, эксплуатирующая котельную (в том числе насосную станцию, резервуары) должна располагать технической документацией и предъявить её органу Ростехнадзора. Договор аренды котельной, как установлено ответчиком при проверке в январе 2013 года, расторгнут 10 января 2013 года. Прав заявителя оспариваемые пункты предписания не нарушают. К тому же, как следует из акта ответчика от 31 января 2013 года № 57-149-519/А, пункты 62 – 88 предписания от 5 октября 2012 года № 10-28-433/П сняты с контроля.

В пункте 82 оспариваемого предписания указано на то, что не обеспечивается безопасная эксплуатация резервуаров, корпуса покрыты ржавчиной, нарушена теплоизоляция. В этом ответчик усмотрел нарушение пункта 2.1.3 Правил промышленной безопасности нефтебаз и складов нефтепродуктов (ПБ 09-560-03).

Заявитель пояснил, что мазутные резервуары объёмом 100 куб. м выведены из эксплуатации собственником, трубопроводы подачи мазута и пара заглушены, теплоизоляция будет восстановлена в установленный предписанием срок.

Пунктом 2.1.3 ПБ 09-560-03 (постановление Госгортехнадзора России от 20.05.2003
№ 33), действовавших в период проверки заявителя, установлено, что промышленная безопасность должна обеспечиваться, в том числе, безопасной эксплуатацией технических устройств, отвечающих требованиям нормативно-технической документации при эксплуатации, обслуживании и ремонте.

Оспариваемый пункт предписания не противоречит закону, не нарушает прав заявителя, недостатки в эксплуатации резервуаров им не опровергнуты. В связи с расторжением договора аренды котельной по ул. Силикатчиков, д. 14 пункты 62 – 88 оспариваемого предписания сняты ответчиком с контроля.

В пункте 88 предписания ответчик указал на то, что заявитель не обеспечил готовность организации к действиям по локализации и ликвидации последствий аварий в мазутном хозяйстве по ул. Силикатчиков, д. 14 (отсутствуют ПЛАС, ПЛАРН). Нарушены требования пункта 1.7 Правил промышленной безопасности нефтебаз и складов нефтепродуктов. Срок для устранения установлен ответчиком до 15.04.2013.

В соответствии с пунктом 1.7 Правил промышленной безопасности нефтебаз и складов нефтепродуктов (ПБ 09-560-03) организация, эксплуатирующая ОПО (опасные производственные объекты) нефтебаз или складов нефтепродуктов, обязана обеспечивать готовность организации к действиям по локализации и ликвидации последствий аварии: иметь планы локализации аварийных ситуаций (ПЛАС) и планы ликвидации аварийных разливов нефти и нефтепродуктов (ПЛАРН).

Заявитель подтвердил, что ПЛАС, ПЛАРН на момент проверки отсутствовали, на сегодняшний день имеются.

Предписание ответчика в части спорного пункта законодательству не противоречит, прав заявителя не нарушает. Этот пункт предписания также снят ответчиком с контроля.

В пункте 117 предписания ответчик указал на то, что не проведена экспертиза промышленной безопасности мазутопроводов, отработавших более 20 лет (котельная по ул. Капитана ФИО6, д. 10, корп. 1). Нарушен пункт 5 статьи 7 Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», пункт 3.2.1
РД 09-539-03.

Пунктом 5 статьи 7 Федерального закона «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» установлено, что технические устройства, применяемые на опасном производственном объекте, в процессе эксплуатации подлежат экспертизе промышленной безопасности в порядке, установленном федеральным органом исполнительной власти в области промышленной безопасности, если иная форма оценки соответствия таких технических устройств обязательным требованиям к ним не установлена техническими регламентами.

В пункте 3.2.1 Положения о порядке проведения экспертизы промышленной безопасности в химической, нефтехимической и нефтеперерабатывающей промышленности (утвержден Постановлением Госгортехнадзора России от 18.03.2003
№ 8), действовавшего в момент проверки, экспертиза промышленной безопасности технических устройств проводится в случаях, предусмотренных нормативными документами в области промышленной безопасности, а также, в частности, при отсутствии в технической документации данных о сроке службы технического устройства, если фактический срок его службы превышает 20 лет; по требованию органов Госгортехнадзора России.

Заявитель пояснил, что экспертиза промышленной безопасности мазутопроводов проведена, заключение готовится экспертной организацией.

В суде представитель заявителя сообщил, что на момент проведения ответчиком проверки не было готово заключение по результатам экспертизы промышленной безопасности, 27.03.2013 заявитель сообщил ответчику о выполнении предписания, направил заключение экспертизы. В подтверждение представил письмо от 27.03.2013
№ 1075.

Спорный пункт предписания не противоречит законодательству, прав заявителя не нарушает, выполнен в установленный ответчиком срок. Оснований для признания его недействительным не имеется.

Суд признаёт оспариваемое предписание недействительным в части пунктов 78, 81, 86, 87, 127 как противоречащее закону и нарушающее права заявителя в сфере предпринимательской деятельности. В остальной части отказывает в удовлетворении заявления.

Расходы заявителя по уплате государственной пошлины в размере 2000 руб. подлежат возмещению ответчиком в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Излишне уплаченная пошлина в размере 2000 руб. подлежит возврату заявителю из федерального бюджета.

Арбитражный суд, руководствуясь статьями 110, 167, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

признать недействительным как противоречащее Федеральному закону «О промышленной безопасности опасных производственных объектов», Правилам безопасности при эксплуатации дымовых и вентиляционных промышленных труб, утверждённым Постановлением Госгортехнадзора России от 03.12.2001 № 56, предписание Северного управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 5 октября 2012 года
№ 10-28-433/П по проверке соблюдения обязательных требований, выданное открытому акционерному обществу «Архангельский КоТЭК», в части пунктов 78, 81, 86, 87, 127.

В удовлетворении остальной части заявления отказать.

Обязать Северо-Западное управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору устранить нарушение прав открытого акционерного общества «Архангельский КоТЭК».

Взыскать с Северо-Западного управления Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в пользу открытого акционерного общества «Архангельский КоТЭК» 2000 руб. в возмещение судебных расходов.

Возвратить открытому акционерному обществу «Архангельский КоТЭК» из федерального бюджета 2000 руб. излишне уплаченной государственной пошлины.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путём подачи жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в течение месяца со дня принятия.

Судья И. А. Меньшикова