Гражданский кодекс часть 1

Установил: Индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании решения Инспекции ФНС РФ по г. Белгороду от 16.12.2005 года № 10795 ДСП о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения недействительным в части доначисления 5850630,50 руб. НДС, в том числе 968353,08 руб. пени и налоговых санкций.

В судебном заседании объявлялся перерыв с 22.10.2008 по 24.10.2008, по окончании которого представитель заявителя, а также заинтересованных лиц в судебное заседание не явился. Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежаще извещенного представителя заявителя и заинтересованных лиц.

В ходе рассмотрения спора заявитель в порядке ст. 49 АПК РФ уточнил предмет заявленных требований, просит признать решение ИФНС РФ по г. Белгороду от 16.12.2005 года № 10795 ДСП о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения недействительным в части доначисления 4927649,53 руб. налогов, 478825,50 руб. пени, 153181,60 руб. налоговых санкций, в том числе:

· НДФЛ (ИП) - за 2004 год в сумме 74998 руб. налога, 3424,31 руб. пени, 14999,6 руб. штрафа.

· НДС всего 4823027,53 руб. налога, 475401,19 руб. пени, 123182,6 руб. штрафа, в том числе:

· за 2003 год – 2462771,89 руб. НДС, 268265,10 руб. пени, 123182,6 руб. штрафа;

· за 2004 год – 2360255,64 руб. НДС, 207136,08 руб. пени.

· ЕСН за 2004 год в сумме 29624 руб.

Предприниматель в порядке ст. 49 АПК РФ заявил отказ от требования в части оспаривания решения инспекции о доначислении 79819 руб. ЕНВД за 2003 – 2004 годы (2003 год – 68400 руб., 2004 год – 11419 руб.).

Ответчиком – Инспекцией ФНС РФ по г. Белгороду заявлены встречные требования к ИП ФИО1, просит взыскать с ИП ФИО1 на основании оспариваемого решения:

· 74998 руб. недоимки по НДФЛ (ИП) за 2004 год, 3424,32 руб. пени за несвоевременную уплату НДФЛ и 14999,6 руб. штрафа;

· 1456 руб. НДФЛ (налоговый агент) за 2003 – 2004 годы (в том числе 988 руб. за 2003 год, 468 руб. за 2004 год), 1642,81 руб. пени и 291,2 руб. налоговых санкций;

· 4989226,37 руб. НДС за 2003 – 2004 годы (в том числе: за 2003 год – 2515110,12 руб., за 2004 год – 2474116,25 руб.), 815044,47 руб. пени, 142575 руб. штрафа;

· 29624 руб. ЕСН за 2004 год;

· 79819 руб. ЕНВД за 2003 – 2004 годы (в том числе за 2003 год – 68400 руб., за 2004 год – 11419 руб.) (л.д. 15-22, т. 2).

Ответчик в порядке ст. 49 АПК РФ также уточнил предмет встречного заявления, просит взыскать с ИП ФИО1 в доход бюджета на основании решения о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности:

· 74658 руб. НДФЛ за 2004 год, 3424,32 руб. пени за несвоевременную уплату НДФЛ, 14999,6 руб. налоговых санкций;

· 4875365,76 руб. НДС, 475566,38 руб. пени по НДС, 138181,6 руб. штрафа;

· 29624 руб. ЕСН за 2004 год, в том числе в федеральный бюджет – 22364 руб., в ФФОМС – 231 руб., в ТФОМС – 7029 руб.

При этом представитель налоговой инспекции пояснил, что решением инспекции о зачете № 196 от 19.01.2006 года недоимка по ЕНВД за 2003-2004 годы в сумме 79819 руб., доначисленная по результатам выездной налоговой проверки, зачтена инспекцией в соответствии со ст. 78 НК РФ полностью из переплаты по другому виду платежа. Решением ИФНС РФ по г. Белгороду о зачете № 7156 от 25.05.2007 года зачтено 4393,40 руб. штрафа по НДС, решением № 992 от 28.06.2007 года зачтено 113860,61 руб. НДС, решением № 7154 от 25.05.2007 года зачтено 18447,71 руб. пени по НДС, решением № 184 от 17.01.2006 года зачтено 340 руб. НДФЛ (ИП) в соответствии со ст. 78 НК РФ из переплаты по другому виду платежа. Также указал, что 21.03.2007 года стороны заключили соглашение в порядке ст. 70 АПК РФ, в соответствии с которым ответчиком признан факт совершения арифметической ошибки при исчислении сумм недоимки по НДС за декабрь 2003 года (п. 1.6 решения). При расчете при суммировании сумм НДС за декабрь 2003 года (по строке № 3 реестра счетов – фактур) вместо суммы 28705,66 руб. ошибочно указана сумма 81043,89 руб. Арифметическая ошибка составила 52338,23 руб. В этой связи доначисленная по НДС за 4 кв. 2003 года сумма налога подлежит уменьшению на 52338,23 руб. Кроме того, при перерасчете сумма пени по НДС ошибочно, в результате арифметической ошибки, составила 815044,47 руб. Арифметическая ошибка составила 315428 руб. После корректировки данная сумма пени должна составлять 499616,39 руб.

Заявитель уточненные требования поддержал, указав на незаконность решения инспекции в оспариваемой части и не правомерность доначисления оспариваемых сумм налогов, пени и штрафа.

Ответчик в отзывах на заявление и в судебных заседаниях уточненные требования ИП ФИО1 не признал, подержав требования встречного иска.

Заинтересованные лица – ИП ФИО1 и ИП ФИО2 – в отзывах на заявление и в судебных заседаниях указали на обоснованность и законность требований ИП ФИО1 Выявленные в ходе рассмотрения дела ошибки ответчика при доначислении НДС и пени свидетельствуют о том, что налоговым органом при проведении встречной проверки незаконно доначислено почти четыреста тысяч рублей. Указали, что вступившими в законную силу решениями арбитражного суда подтверждена необоснованность выводов ответчика о мнимости договоров аренды, заключенных между заявителем и заинтересованными лицами. Причем суд указал, что налоговый орган не доказал, что оспариваемые сделки совершены сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия. Фактическое исполнение обязательств по договору подтверждено актами передачи оборудования, платежными документами. Полагают, что состоявшиеся судебные акты являются безусловным основанием для признания оспариваемого решения недействительным.

Исследовав материалы дела, заслушав и проверив доводы представителей сторон, арбитражный суд находит уточненные требования ИП ФИО1, а также уточненные встречные требования Инспекции ФНС РФ по г. Белгороду подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, индивидуальный предприниматель ФИО1 зарегистрирован Белгородской регистрационной палатой администрации г. Белгорода на основании свидетельства № 00976 от 28.12.1994 года, о чем 18.05.2004 года Инспекцией МНС РФ по г. Белгороду внесена запись в ЕГР ИП за ОГРН № <***> и выдано свидетельство серии 31 № 000993773 (л.д. 87, т. 1).

В соответствии с выпиской из ЕГР ИП основными видами деятельности предпринимателя являются: оптовая торговля пищевыми продуктами, включая напитки, и табачными изделиями; оптовая торговля непродовольственными потребительскими товарами; розничная торговля в неспециализированных магазинах замороженными продуктами; розничная торговля в неспециализированных магазинах незамороженными продуктами, включая напитки, и табачными изделиями; розничная торговля фруктами, овощами и картофелем, мясом и мясом птицы, включая субпродукты, продуктами и консервами из мяса и мяса птицы; и т.д. (л.д. 104 – 115, т. 1).

Инспекцией ФНС РФ по г. Белгороду на основании решения заместителя руководителя налогового органа от 17.05.2004 года № 129, а также на основании решения № 144 от 21.06.2005 года о внесении дополнений (изменений) в решение ИФНС РФ по г. Белгороду от 17.05.2005 года № 125, проведена выездная налоговая проверка в отношении ИП ФИО1 по вопросам исчисления и уплаты налога на доходы, НДС, ЕСН, ЕНВД за период с 1.01.2003 года по 31.12.2004 года, а также налога с продаж за период с 1.01.2003 года по 31.12.2003 года.

Результаты выездной налоговой проверки зафиксированы в акте от 12.09.2005 года № 3123-14/11-7441ДСП (л.д. 8 – 28, т. 1), по результатам рассмотрения которого на основании решения заместителя руководителя ИФНС РФ по г. Белгороду от 7.10.2005 года № 3123-14/11-8366 ДСП назначено проведение дополнительных мероприятий налогового контроля по вопросам правильности исчисления и уплаты ЕНВД за 2003 – 2004 годы и исчисления НДС с доходов, полученных от сдачи в аренду имущества за 2003 год, в связи с обстоятельствами, возникшими в ходе рассмотрения возражений от 4.10.2005 года (л.д. 29-33, т. 1; л.д. 1 т. 2 приложения к делу). По результатам дополнительных мероприятий налогового контроля ИП ФИО1 составлен акт от 3.11.2005 года № 3123-14/11-9408 ДСП (л.д. 34-42, т. 1).

16.12.2005 года заместителем руководителя Инспекции ФНС РФ по г. Белгороду по результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки вынесено решение № 3123-14/11-10795 ДСП о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым ИП ФИО1 привлечен к налоговой ответственности:

· по п. 1 ст. 122 НК РФ за неполную уплату налогов в результате занижения налогооблагаемой базы и неправильного исчисления налогов в виде штрафа в сумме 142575 руб. по НДС за 2004 год и 14999,6 руб. по НДФЛ (ИП) за 2004 год;

· по ст. 123 НК РФ за неполное перечисление сумм НДФЛ, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом в результате занижения налогооблагаемой базы и неправильного исчисления налогов в виде штрафа в сумме 291,2 руб. (в том числе за 2003 год – 197,6 руб., за 2004 год – 93,6 руб.);

· по п. 1 ст. 126 НК РФ за непредставление книги учета доходов и расходов и хозяйственных операций за 2003 – 2004 годы в налоговый орган в виде штрафа в сумме 100 руб.

Кроме того, в соответствии с указанным решением налогоплательщику предложено в срок, указанный в требовании, уплатить в бюджет доначисленные в ходе выездной налоговой проверки суммы налогов и пени:

· 74998 руб. НДФЛ (ИП) и 3424,32 руб. пени;

· 1456 руб. НДФЛ (налоговый агент) и 1642,81 руб. пени;

· 29624 руб. ЕСН за 2004 год;

· 4989226,37 руб. НДС (за 2003 год – 2515110,12 руб.; за 2004 год – 2474116,25 руб.), 815044,47 руб. пени;

· 79819 руб. ЕНВД (за 2003 год – 68400 руб., за 2004 год – 11419 руб.) (л.д. 43-77, т. 1).

Во исполнение принятого решения Инспекцией ФНС РФ по г. Белгороду в адрес ИП ФИО1 направлены требования от 26.12.2005 года № 6227 и № 54995 об уплате в срок до 10.01.2006 года налоговых санкций, а также доначисленных сумм налогов и пени (л.д. 1-3, т. 2).

Не согласившись с решением о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности, считая неправомерным доначисление сумм НДС, ЕНВД, ЕСН, НДФЛ, а также соответствующих пени, ИП ФИО1 обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением, уточнив в ходе рассмотрения предмет спора. В связи с неисполнением налогоплательщиком требований об уплате штрафа, налогов и пени в установленный срок, Инспекция ФНС РФ по г. Белгороду заявила встречные требования о взыскании с ИП ФИО1 данных сумм, также уточнив в ходе рассмотрения дела предмет иска виду частичной уплаты предпринимателем сумм налогов, пени, штрафов, не оспариваемых им по настоящему делу, а также в связи с произведенным инспекцией зачетом налогов, пени, штрафов.

В соответствии с п. 1.1 оспариваемого решения установлено, что ИП ФИО1 в налоговом периоде за 2004 год занижен, не отражен в налоговой декларации и не уплачен в бюджет НДФЛ в сумме 74998 руб. ввиду того, что налогоплательщиком в нарушение п. 2 ст. 249 НК РФ занижена налоговая база по налогу на доходы на сумму 720392 руб. (в том числе 113861 руб. НДС) в связи с не включением в облагаемый оборот выручки, полученной от реализации товаров. При проверке учета выручки, по данным, представленным Белгородским филиалом Внешторгбанка с расчетных счетов предпринимателя № <***> и № 40802810016000000010, и по данным налогоплательщика, установлено движение денежных средств по всем счетам, открытым в банке. При определении выручки налогоплательщиком занижена налогооблагаемая база по налогу на доходы вследствие невключения в налогооблагаемый оборот выручки, поступившей на расчетный счет № <***> в сумме 606531 руб. (720392 руб. – 113861 руб. НДС). Сумма дохода от предпринимательской деятельности отражена ИП ФИО1 по стр. 2.3 Приложения в декларации по налогу на доходы физических лиц за 2004 год, представленной в ИФНС РФ по г. Белгороду в размере 620593841 руб., проверкой же установлено, что фактически сумма облагаемого дохода для целей налогообложения составила 621200372 руб. Занижение налоговой базы составило 576907 руб., в том числе +606531 руб. - в результате не включения в налогооблагаемую базу выручки от реализации товаров, а также -29624 руб. в результате занижения, не отражения в налоговой декларации и не уплаты в бюджет ЕСН в указанной сумме (л. 14 решения инспекции). В результате выявленных нарушений с учетом ставки налога на доходы физических лиц, действовавшей в проверяемый период, ИП ФИО1 занижена сумма НДФЛ, подлежащая уплате в бюджет в размере 74998 руб. (576907 х 13%).

По данному эпизоду налогоплательщиком были представлены возражения, указав, что по факту занижения доходов на сумму 606531 руб. он представил 28.07.2005 уточненную налоговую декларацию (л.д. 97-109, т. 3). Аналогичные доводы были изложены представителем заявителя и при оспаривании рассматриваемого решения налоговой инспекции о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения.

Ответчик полагает, что доводы налогоплательщика не основанным на п. 3 ст. 81 НК РФ, поскольку уточненная декларация подана ИП ФИО1 после завершения выездной налоговой проверки, которая окончена 15.07.2005. Согласно требования о представлении документов от 23.06.2005 № 3132-14/11-5215 ИП ФИО1 не представил для проверки книги учета доходов и расходов и хозяйственных операций, которые определены «Порядком учета доходов и расходов и хозяйственных операций для индивидуальных предпринимателей», утвержденным приказами МНС России от 21.03.2001 № 24н/БГ-3-08/419 и от 13.08.2002 № 86н/БГ-3/04/430.

Согласно п. 1 ст. 81 НК РФ при обнаружении налогоплательщиком в поданной им налоговой декларации неотражения или неполноты отражения сведений, а равно ошибок, приводящих к занижению суммы налога, подлежащей уплате, налогоплательщик обязан внести необходимые дополнения и изменения в налоговую декларацию.

Если предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи заявление о дополнении и изменении налоговой декларации делается после истечения срока подачи налоговой декларации и срока уплаты налога, то налогоплательщик освобождается от ответственности, если указанное заявление налогоплательщик сделал до момента, когда налогоплательщик узнал об обнаружении налоговым органом обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, либо о назначении выездной налоговой проверки. Налогоплательщик освобождается от ответственности в соответствии с настоящим пунктом при условии, что до подачи такого заявления налогоплательщик уплатил недостающую сумму налога и соответствующие ей пени (п. 4 ст. 81 Кодекса).

В п. 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.02.2001 № 5 «О некоторых вопросах применения части первой Налогового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при применении положений пунктов 3 и 4 ст. 81 Кодекса, предусматривающих освобождение налогоплательщика от ответственности в случае самостоятельного обнаружения и исправления им в установленном указанными нормами порядке допущенных при составлении налоговой декларации ошибок, судам необходимо исходить из того, что в данном случае речь идет об ответственности, предусмотренной п. 3 ст. 120 «Грубое нарушение правил учета доходов и расходов и объектов налогообложения» и ст. 122 «Неуплата или неполная уплата сумм налога» Кодекса.

При применении ст. 122 Кодекса судам необходимо иметь в виду, что «неуплата или неполная уплата сумм налога» означает возникновение у налогоплательщика задолженности перед соответствующим бюджетом (внебюджетным фондом) по уплате конкретного налога в результате совершения указанных в данной статье деяний (действий или бездействия).

В связи с этим, если в предыдущем периоде у налогоплательщика имеется переплата определенного налога, которая перекрывает или равна сумме того же налога, заниженной в последующем периоде и подлежащей уплате в тот же бюджет (внебюджетный фонд), и указанная переплата не была ранее зачтена в счет иных задолженностей по данному налогу, состав правонарушения, предусмотренный ст. 122 Кодекса, отсутствует, поскольку занижение суммы налога не привело к возникновению задолженности перед бюджетом (внебюджетным фондом) в части уплаты конкретного налога.

Если же у налогоплательщика имеется переплата налога в более поздние периоды по сравнению с тем периодом, когда возникла задолженность, налогоплательщик может быть освобожден от ответственности, предусмотренной ст. 122 Кодекса, только при соблюдении им условий, определенных п. 4 ст. 81 Кодекса (пункт 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.02.2001 № 5).

Из содержания приведенных норм следует, что налогоплательщик привлекается к ответственности, предусмотренной в п. 1 ст. 122 НК РФ, за совершение налогового правонарушения в конкретном налоговом периоде. При этом наличие у налогоплательщика переплаты, возникшей в более поздние периоды по сравнению с тем периодом, когда возникла задолженность, является основанием для освобождения налогоплательщика от ответственности только при соблюдении им условий, определенных в п. 4 ст. 81 Кодекса, одним из которых является подача налогоплательщиком заявления о дополнении и изменении налоговой декларации до момента, когда он узнал о назначении выездной налоговой проверки.

Как свидетельствуют материалы дела и установлено судом, ИП ФИО1 представил уточненную налоговую декларацию по НДФЛ за 2004 год в налоговый орган 28.07.2005, т.е. после проведения инспекцией выездной налоговой проверки, которая согласно справки № 248 окончена 15.07.2005, то есть не выполнено одно из условий, необходимых в соответствии с п. 4 ст. 81 Кодекса для освобождения налогоплательщика от ответственности.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об обоснованном привлечении ИП ФИО1 к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 Кодекса в виде штрафа в сумме 14999,6 руб., а также о правомерном доначислении инспекцией предпринимателю 74998 руб. НДФЛ и 3424,32 руб. пени за несвоевременную уплату НДФЛ. Доводы предпринимателя, приведенные в заявлении и дополнениях к нему в силу изложенного признаются несостоятельными.

Расхождения между сторонами по арифметическим расчетам доначисленных сумм налога, пени, штрафа отсутствуют.

В ходе выездной налоговой проверки Инспекций ФНС России по г. Белгороду установлено, что ИП ФИО1 в проверяемом периоде занижен и не уплачен в бюджет НДС в сумме 5316424,77 руб., в том числе за 2003 года – 2842308,52 руб., за 2004 год – 2474116,25 руб.

В соответствии с п. 1.3 оспариваемого решения налоговым органом при сличении оборотов, облагаемых НДС, по книге продаж, подтвержденной первичными документами за июль 2003 года с данными, отраженными в декларации по НДС за июль 2003 года установлено расхождение начисленного НДС. В частности по данным книги продаж налогооблагаемый оборот составил 11411815 руб., НДС по ставке 10 % - 1141181 руб., в то время как в налоговой декларации, сданной в налоговую инспекцию, налогооблагаемый оборот составил 11411815 руб., а НДС по ставке 10 % исчислен предпринимателем в сумме 114118 руб. (л.д. 128 – 129, приложение № 2 к делу). Тем самым налогоплательщиком занижен НДС в размере 1027063 руб. (1141181-114118).

В возражениях на акт проверки по рассматриваемому эпизоду ИП ФИО1 сослался на то, что по факту занижения НДС за июль 2003 года на сумму 1027063 руб. им 28.07.2005 была представлена уточненная налоговая декларация (л.д. 9-26, т. 3). Данные возражения налоговым органом не были приняты на основании п. 3 ст. 81 НК РФ, поскольку уточненная налоговая декларация подана ФИО1 после завершения выездной налоговой проверки, которая была фактически окончена 15.07.2008, в связи с чем налогоплательщик не может быть освобожден от налоговой ответственности, предусмотренной ст. ст. 75, 122 НК РФ.

Данный вывод налоговой инспекции суд считает обоснованным, ибо ИП ФИО1, не оспаривая факта неправильного исчисления в налоговой декларации НДС за июль 2003 года, представил уточненную налоговую декларацию только после завершения выездной налоговой проверки, т.е. после фактического установления налогового правонарушения налоговым органом, что свидетельствует о не выполнении налогоплательщиком одного из условий, необходимых в соответствии с п. 4 ст. 81 Кодекса для освобождения налогоплательщика от ответственности.

. Из смысла п. 3 ст. 81 НК РФ следует, что ответственность не применяется в двух случаях, если заявление подано по истечении срока подачи декларации, но до срока уплаты налога: 1) если заявление подано до момента, когда налогоплательщик узнал об обнаружении налоговым органом обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 81 НК РФ; 2) либо - о назначении выездной налоговой проверки.

Согласно п. 4 ст. 81 НК РФ налогоплательщик освобождается от ответственности в соответствии с настоящим пунктом при условии, что до подачи заявления о дополнении и изменении налоговой декларации уплатил недостающую сумму налога и соответствующие ей пени.

Таким образом, законодатель предусматривает возможность освобождения налогоплательщика от установленной п. 1 ст. 122 НК РФ ответственности в случае исполнения последним обязанности по уплате налога в полном объеме.

Вместе с тем, как следует из решения налогового органа, сумма НДС, задекларированного в уточненной налоговой декларации, заявителем уплачена не была и в бюджет не поступила, что свидетельствует об отсутствии оснований для освобождения ИП ФИО1 от ответственности, предусмотренной ст. ст. 75, 122 НК РФ. Доказательства иного заявителем в ходе рассмотрения настоящего спора представлены не были.

По п. 1.3 оспариваемого решения налоговым органом на сумму недоимки по НДС в размере 1027063 руб. на основании ст. 75 НК РФ было начислено 111807,09 руб. пени за несвоевременную уплату налога.

Вместе с тем сторонами по данному эпизоду представлено заключенное в соответствии со ст. 70 АПК РФ соглашение, согласно которому при расчете суммы пени по НДС была допущена арифметическая ошибка в связи с тем, что 8.08.2005 по карточке лицевого счета налогоплательщика по НДС была проведена уточненная налоговая декларация по НДС за июль 2003 года в сумме 1027064 руб., которая вошла в сумму налога, доначисленного по акту проверки (4989226,37 руб.), сумма пени при этом составила 815044,47 руб. В соответствии с уточненным расчетом пени по НДС вместо суммы 481167,59 руб. была указана сумма 815044,47 руб., арифметическая ошибка составила 333876,88 руб. Таким образом, сумма пени, доначисленная по НДС подлежит умен6ьшению на 333876,88 руб. (л.д. 78, т. 5).

С учетом данного соглашения сторон, согласно акту сверки расчетов оспариваемых сумм налогов, пени, санкций, по п. 1.3 решения налоговым органом было доначислено 1027063 руб. НДС и 111807,09 руб. пени. На указанную сумму недоимки по НДС фактически подлежало начислению 80711,92 руб. пени. Следовательно, в результате допущенной арифметической ошибки по п. 1.3 налоговым органом неправомерно начислено предпринимателю 31095,17 руб. пени.

В этой связи оспариваемое решение по п. 1.3 подлежит признанию недействительным в части начисления ИП ФИО1 31095,17 руб. пени.

В соответствии с п. 1.6 оспариваемого решения от 16.12.2005 (п. 2.3.1.4 акта проверки) налоговым органом доначислено налогоплательщику 549105,32 руб. НДС в связи с тем, что предпринимателем в нарушение п. 2, п.п. 2, 3, 4 п. 5, п. 6 ст. 169 НК РФ неправомерно включена в налоговые вычеты сумма НДС по приобретенным товаро – материальным ценностям по счетам – фактурам, составленным с нарушением установленного порядка, в том числе за 2003 год – 129947,73 руб., за 2004 год – 419157,59 руб. В решении указано, что реестр прилагаемых счетов – фактур отражен в приложении № 18 к акту налоговой проверки и(л.д. 105-107, т. 2), а также то, что в счетах – фактурах отсутствует или неправильно указан адрес и ИНН предпринимателя.

Представитель заявителя, оспаривая решение по рассматриваемому эпизоду, указал, что ИП ФИО1 представил и налоговой инспекции и суду оформленные счета-фактуры ( л.д. 4-8, 9-54, 85-296 Приложение №3, реестр счетов-фактур на л.д. 38-41 т. 2) на сумму 319 237,75 руб. Помимо этого, налоговый орган необоснованно не принял те счета фактуры, к которым были приложены платежные поручения ( л.д. 223, 225, 234, 236 приложения), в которых сумма НДС выделена отдельной строкой и имеется отметка банка об исполнении. Не ясно на каком основании не приняты к вычету НДС счета -фактуры на л.д. 9,10,11,12 – 27 приложения №1, представленных ответчиком, так как ИНН предпринимателя - <***> соответствует указанному в счетах фактурах. Кроме того, налоговое законодательство не содержит норм, запрещающих вносить изменения в счета фактуры, следовательно, если налогоплательщик своевременно предоставил правильно оформленные счета-фактуры и подтвердил право на вычет по НДС, то в его действиях отсутствует состав налогового правонарушения. Оставлено без внимания и то, что поставщики подтвердили свое существование и факт совершения операций по поставке товаров истцу. Не обоснованно ИФНС РФ не приняло счета-фактуры на сумму 229 867,57 руб. (л.д. 13-207 приложенеие №4) этой части решение нарушает ст. 101 НК РФ, так как ни из этого раздела решения, ни из приложения к решению, ни из акта проверки нельзя достаточно достоверно понять, где и какие конкретные нарушения выявлены ответчиком в составлении счетов фактур. Подробную проверку налоговая инспекция провела в ходе судебного разбирательства и только по запросу суда (л.д. 1-3 приложения). В результате чего и были выявлены арифметические ошибки на сумму 52 338,23 руб. Также сослался на неисполнение ответчиком ст. 101 НК РФ, что является самостоятельным основанием к признанию оспариваемого решения в данной части недействительным.

Инспекция изложенные доводы заявителя считает необоснованными, поскольку в соответствии с п. 2 ст. 169 НК РФ счета – фактуры, составленные и выставленные с нарушениями, не могут являться основанием для принятия НДС к вычету. Все исправления, вносимые в счет – фактуру, должны быть заверены подписью руководителя и печатью поставщика с указанием даты внесения исправлений. Налогоплательщиком представлены дооформленные счета – фактуры без указания даты исправления, заверенной подписью руководителя и печатью поставщика.

Порядок применения налоговых вычетов при исчислении НДС установлен в статье 172 НК РФ. В соответствии с пунктом 1 названной нормы налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), и документов, подтверждающих фактическую уплату им сумм налога, выставленных в счетах-фактурах. При этом вычетам подлежат только суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) либо фактически уплаченные при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, но после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов.

Положения первого абзаца п. 1 ст. 172 НК РФ консолидируются с п. 1 ст. 169 НК РФ, согласно которому счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 Налогового кодекса РФ. В связи с этим в пунктах 5 и 6 ст. 169 НК РФ указаны обязательные для счета-фактуры реквизиты и сведения, а пунктом 2 этой статьи предусмотрено, что счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 ст. 169 НК РФ, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению. Таким образом, право налогоплательщика на применение налоговых вычетов находится в прямой зависимости от соответствия выставленных ему счетов-фактур требованиям пунктов 5 и 6 ст. 169 НК РФ.

По настоящему спору инспекция не оспаривает, что на момент принятия оспариваемого решения предприниматель представил все предусмотренные п. 1 ст. 172 НК РФ документы, подтверждающие факты приобретения товаров (работ, услуг), их оприходования и уплаты НДС в составе стоимости этих товаров (работ, услуг). В числе этих документов счета-фактуры, составленные в соответствии с требованиями пунктов 5 и 6 ст. 169 НК РФ, и что в силу названных норм является основанием для вычета указанной суммы налога и возмещения в порядке, установленном статьями 173 и 176 НК РФ.

То обстоятельство, что в ходе налоговой проверки налогоплательщик заменил счета-фактуры, первоначально представленные с нарушением п. 2 ст. 169 НК РФ, не противоречит нормам главы 21 Налогового кодекса РФ и Правилам, которые не исключают право налогоплательщика на исправление таких счетов-фактур до принятия сумм НДС к вычету, в том числе путем их замены на надлежаще оформленные счета-фактуры, подписанные в соответствии с п. 6 ст. 169 НК РФ (л.д. 9 - 279, приложение № 1).

Инспекцией ни в ходе выездной налоговой проверки, ни при рассмотрении настоящего дела судом не опровергнуты факты совершения ИП ФИО1 хозяйственных операций, а также соблюдения плательщиком предусмотренных ст. 171, ст. 172 НК РФ условий, уплаты налога на добавленную стоимость, представленные им счета - фактуры содержат сведения о продавце, покупателе, наименовании, количестве товара, его стоимости, сумме налога на добавленную стоимость, при этом адрес и ИНН самого налогоплательщика мог быть проверен инспекцией в ходе проверки. Более того, ни акт выездной налоговой проверки, ни оспариваемое решение не содержат данных о том, проверялись ли инспекцией, помимо самих счетов – фактур, договоры предпринимателя с контрагентами, проводились ли встречные проверки контрагентов налогоплательщика.

Оспариваемое решение и акт выездной налоговой проверки не содержат сведений о том, в каких – именно счетах – фактурах отсутствуют либо не правильно указаны адрес и ИНН предпринимателя, в то время как представленные в дело счета – фактуры содержат указанные реквизиты, соответствующие зарегистрированным в ЕГРЮЛ (л.д. 114, т. 4 – выписка из ЕГР ИП от 10.07.2007).

Положения главы 21 НК РФ, предусматривающие право налогоплательщика на предъявление сумм налога к вычету и возмещению, рассчитаны на добросовестных налогоплательщиков, предполагают возможность возмещения налога на добавленную стоимость из бюджета при реальном осуществлении хозяйственных операций с реальными товарами.

Как разъяснил Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в Постановлении № 53, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Вместе с тем, как пояснил Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в названном постановлении, представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В данном случае необходимо учитывать, что в силу ч. 1 ст. 65 и ч. 5 ст. 200 АПК РФ именно на налоговые органы возложена обязанность по доказыванию обоснованности оспариваемого ненормативного правового акта и его соответствия закону и иному нормативному правовому акту. В этой связи, отказывая налогоплательщику в возмещении налога на добавленную стоимость, налоговая инспекция должна привести доводы и представить доказательства, с бесспорностью свидетельствующие о том, что ИП ФИО1 действовал исключительно с целью искусственно создать основания для возмещения налога из бюджета.

Между тем при рассмотрении настоящего дела Инспекция ФНС России по г. Белгороду не привела достаточных доказательств в опровержение факта совершения предпринимателем операций с реальными, имеющими действительную стоимость товарами.

Кроме того, статьей 101 НК РФ предусмотрен общий порядок привлечения налогоплательщика к налоговой ответственности. Данный порядок обязателен для соблюдения налоговым органом при выявлении правонарушения в ходе осуществления налогового контроля в любой предусмотренной налоговым законодательством форме, в том числе и по результатам проведения дополнительных мероприятий налогового контроля.

Пунктом 3 ст. 101 Налогового кодекса РФ установлено, что в решении о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения излагаются обстоятельства совершенного налогоплательщиком налогового правонарушения, как они установлены проведенной проверкой, документы и иные сведения, которые подтверждают указанные обстоятельства, доводы, приводимые налогоплательщиком в свою защиту, и результаты проверки этих доводов, решение о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за конкретные налоговые правонарушения с указанием статей настоящего Кодекса, предусматривающих данные правонарушения и применяемые меры ответственности.

Данные требования п. 3 ст. 101 НК РФ налоговым органом в п. 1.6 оспариваемого решения выполнены не были.

Исходя из позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в пункте 4 Определения от 18.01.2005 № 130-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запросов Арбитражного суда Орловской области о проверке конституционности п. 1 и п. 6 ст. 101, ст. 106, п. 1 и п. 6 ст. 108 и ст. 109 Налогового кодекса Российской Федерации», лицо, привлекаемое к ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового правонарушения; обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы; неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Согласно п. 6 ст. 101 Налогового кодекса РФ несоблюдение должностными лицами налоговых органов при принятии решения о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности требований названной статьи может являться основанием для признания судом указанного решения недействительным.

В соответствии со ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Согласно п. 1.11.2 Инструкции № 60, утвержденной Приказом МНС РФ от 10.04.2000 № АП-3-16/138, содержание описательной части акта выездной налоговой проверки должно соответствовать следующим требованиям:

а) объективность и обоснованность. Отражаемые в акте факты должны являться результатом тщательно проведенной проверки, исключать фактические неточности, обеспечивать полноту вывода о несоответствии законодательству о налогах и сборах совершенных налогоплательщиком деяний (действий или бездействия).

По каждому отраженному в акте факту налогового правонарушения должны быть четко изложены: вид налогового правонарушения, способ и иные обстоятельства его совершения, налоговый период, к которому данное правонарушение относится; оценка количественного и суммового расхождения между заявленными в налоговых декларациях организацией (индивидуальным предпринимателем) данными, связанными с исчислением и уплатой налогов (сборов), и фактическими данными, установленными в ходе проверки.

Соответствующие расчеты должны быть включены в акт выездной налоговой проверки или приведены в составе приложений к нему; ссылки на первичные бухгалтерские документы (с указанием, в случае необходимости, бухгалтерских проводок по счетам и порядка отражения соответствующих операций в регистрах бухгалтерского учета) и иные доказательства, подтверждающие наличие факта нарушения.

Акт не должен содержать субъективных предположений проверяющих, не основанных на достаточных доказательствах.

Это же подтверждено и п. 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 17.03.2003 № 71.

Однако по рассматриваемому спору акт выездной налоговой проверки от 12.09.2005 № 3123-14/11-7441ДСП не содержит ссылок на конкретные первичные документы и счета-фактуры, которые являются подтверждением наличия факта занижения НДС за каждый налоговый период в сумме 549105,32 руб.

Из содержания акта от 12.09.2005 № 3123-14/11-7441ДСП и решения от 16.12.2005 отсутствует возможность подтвердить или опровергнуть правильность исчисления НДС за 2003-2004 годы налоговым органом при проведении выездной налоговой проверки.

Судебные органы в силу норм ч. 4 ст. 200 АПК РФ и ст. 30 НК РФ не вправе проводить проверку (повторную проверку) правильности исчисления и уплаты налогоплательщиком НДС за 2003-2004 годы.

Восполнение дефектов выездной налоговой проверки в ходе судебного заседания противоречит п. 2 ст. 100, п. 3 ст. 101 НК РФ, ст. 65 АПК РФ.

В ходе рассмотрения дела сторонами было достигнуто соглашение в порядке ст. 70 АПК РФ по п. 1.6, согласно которому при составлении приложения № 18 к акту выездной налоговой проверки ИП ФИО1 инспектором ФИО3 была допущена арифметическая ошибка при суммировании сумм НДС за декабрь 2003 года (по строке № 3 реестра), вместо суммы 28705,66 руб. была указана сумма 81043,89 руб., арифметическая ошибка составила 52338,23 руб. В этой связи сумма, доначисленная по НДС за 4 кв. 2003 года по акту проверки подлежит уменьшению на 52338,23 руб. (129947,73 – 52338,23 = 77609,50 руб.) (л.д. 124-125, т. 2).

Данное соглашение было занесено в протокол судебного заседания и принято определением суда от 23.03.2007 (л.д. 138, л.д. 146-147, т. 2).

В соответствии с п. 2 ст. 70 АПК РФ признанные сторонами в результате достигнутого ними соглашениями обстоятельства принимаются арбитражным судом в качестве факто, не требующих дальнейшего доказывания.

При таких обстоятельствах следует признать неправомерным доначисление ИФНС России по г. Белгороду ИП ФИО1 по п. 1.6 решения 549105,32 руб. НДС, а также 47412,41 руб. пени. Разногласия между сторонами по расчетам оспариваемых сумм НДС и пени по рассматриваемому эпизоду отсутствует, что подтверждено актом сверки расчетов сумм налогов, пени, штрафов, подписанным сторонами без возражений.

В соответствии с п. 1.7 решения Инспекции ФНС России по г. Белгороду от 16.12.2005 налоговым органом установлено, что ИП ФИО1 в нарушение п. 1 ст. 172 НК РФ занижен, не отражен в налоговой декларации и не уплачен в бюджет НДС в сумме 3299197,44 руб. в результате предъявления к вычету налога на добавленную стоимость по имуществу, приобретенному не для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения по мнимой сделке сдачи в аренду имущества, приобретенного в лизинг.

Инспекцией установлено, что ИП ФИО1 (лизингополучатель) и ООО «Лизингинвест» (лизингодатель) в течение 2002 – 2003 годов заключили 8 договоров финансового лизинга (л.д. 23-83 приложение № 3).

В соответствии с данными договорами ООО «Лизингинвест» передает ИП ФИО1 в лизинг торговое оборудование для розничной торговли, указанное в спецификациях к договорам (карзина покупателя, нож для нарезки, доски разделочные, профиль для ценника, тележка, холодильный шкаф и т.д.). С согласия лизингодателя ООО «Лизингинвест» (письма от 5.11.2003, 28.03.2003, 15.01.2003, 13.12.2003, 6.03.2003, 26.05.2003, 11.09.2003) ИП ФИО1 на основании договоров аренды оборудования б/н от 16.10.2002 предоставляет во временное владение и пользование полученное оборудование третьим лицам, а именно ИП ФИО1 и ИП ФИО2. Собственником имущества на период действия договоров является ООО «Лизингинвест». ИП ФИО1 осуществляет ежемесячные лизинговые платежи в соответствии с согласованными и подписанными графиками в течение 2003-2004 годов, ежемесячно предъявляет к вычету в декларации по НДС уплаченный налог. По соглашению сторон ИП ФИО1 предоставляет ИП ФИО1 и ИП ФИО2 (арендаторам) отсрочку по оплате арендных платежей за эксплуатацию оборудования до 31.12.2005. В течение 2003 – 2004 годов доходы от аренды имущества лизингополучателю от арендаторов не поступали.

Налоговый орган в ходе проверки пришел к выводу о том, что ФИО1, ФИО1 и ФИО2 являются взаимозависимыми лицами. В частности установлен факт родственных отношений между ФИО1 и ФИО1.

Согласно выписки из книги продаж за июль 2003 года (л.д. 8-11 приложение № 2) товарооборот ФИО1 составил 35376805 руб., в том числе реализация товаров ФИО1 и ФИО2 – 21387044 руб., что составило 60 % товарооборота (ст. 20 НК РФ).

По мнению налогового органа факт предоставления отсрочки по арендным платежам указывает на то, что целью сделки было не получение выручки, являющейся объектом обложения НДС и прибыли. Заведомо предусмотренное договором не получение прибыли в течение длительного времени не имеет никакого разумного смысла и противоречит целям предпринимательской деятельности, определенной п. 1 ст. 2 ГК РФ, согласно которому предпринимательская деятельность должна осуществляться для систематического получения прибыли. О том, что прибыль не планировалась к получению свидетельствует то, что такие объекты имущества как ножи для нарезки, нож – струна для сыра, доски разделочные, профиль для ценника и др. имеют срок амортизации менее двух-трех лет и до наступления срока первого арендного платежа их стоимость должна погаситься путем списания на затраты, т.е. результатом сделки будет убыток.

Помимо этого налоговый орган сослался на отсутствие раздельного учета имущества переданного в аренду по каждому из арендаторов, а также расчеты размеров выручки, подлежащей получению от арендаторов.

По мнению инспекции, данные факты указывают на отсутствие у предпринимателей заинтересованности в ведении учета имущества по каждому субъекту сделки, т.к. они знали, что оплата по сделкам производиться не будет. Сделки по передаче ИП ФИО1 лизингового имущества в аренду третьим лицам содержат признаки мнимой сделки, поскольку отсутствовала доходность от сдачи в аренду лизингового имущества, имели место взаимозависимость арендодателя и арендаторов, а также факты приобретения ФИО1 имущества, которое заведомо было предназначено для использования арендаторами в целях одностороннего получения ими прибыли и приобретения ФИО1 имущества в лизинг не для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения.

Инспекция пришла к выводу о том, что осуществление мнимой сделки позволило ФИО1 производить налоговые вычеты по НДС без уменьшения их на суммы НДС, которые должны поступать с доходов от арендной платы в сроки обычно применяемые предпринимателями в сделках данного вида и являющиеся разумным условием предпринимательской деятельности. Осуществление мнимой сделки позволило ФИО1 в течение длительного времени не исчислять НДС с выручки, полученной от арендной платы и фактически пользоваться бюджетными средствами, а его партнерам по мнимой сделке, применяющим систему налогообложения в виде ЕНВД, не нести личных расходов на уплату арендных платежей и НДС по ним и получить прибыль от безвозмездного пользования имуществом.

Проверкой установлено, что ИП ФИО1 (лизингополучателем) за проверяемый период 2003 – 2004 г.г. предъявлен к вычету НДС по уплаченным лизинговым платежам в сумме 3299197,44 руб. (что подтверждено книгой покупок), в том числе за 2003 год – 1358099,39 руб., за 2004 год – 1941098,05 руб. Источниками выявления данного нарушения, согласно решения, явились: первичные документы, договоры, акты передачи имущества, книги покупок и книги продаж, налоговые декларации по НДС.

Оспаривая данный эпизод, ИП ФИО1 сослался на то, что налоговый орган не произвел надлежащий расчет объема реализации товара истцом по каждому из физических лиц - отдельно по ФИО1 и отдельно по ФИО2 ФИО1 и ФИО2 - это не одно физическое лицо, поэтому непонятно, почему инспекция суммирует их товарооборот, доведя его до 60%. В этой связи, истец, оценив доводы инспекции о взаимозависимости его и ФИО1, ФИО2 считает, что инспекция не представила доказательства ни взаимозависимости, ни влияния взаимозависимости на результаты сделок по приобретению истцом по договорам лизинга торгового оборудования. Инспекция не представила доказательств и того, что ФИО1 и ФИО1, ФИО2 совершали совместные согласованные действия, направленные на незаконное изъятие налога из бюджета, указанные доводы основаны лишь на предположениях. Факт приобретения товара заявителем не оспаривается инспекцией, а фактическая оплата товара с учетом налога на добавленную стоимость подтверждена документально - л.д. 5 - 123 приложения №2. Взаимозависимость сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, в указанном случае это обстоятельство не имеет налоговых последствий Налоговая инспекция не доказала нереальность заключенных сделок по передаче имущества в аренду. Указал, что ни акт, ни оспариваемое решение не содержит раздельных расчетов, цифр, сведений о том, какую сумму НДС, по мнению налогового органа, незаконно истец предъявил к вычету в связи с его правоотношениями со ФИО2 и с ФИО1, т.е. невозможно определить сумму НДС по лизинговым платежам, которую инспекция не принимает к вычету в связи с якобы мнимостью сделки с ФИО2, а какую сумму НДС по сделке с ИП ФИО1. Данное обстоятельство свидетельствует о недоказанности доводов инспекции. Довод инспекции о том, что торговое оборудование имеет срок амортизации 2-3 года сам по себе не свидетельствует и мнимости сделок и не является основанием для отказа налогоплательщику в возмещении сумм НДС из бюджета. Ссылка налогового органа в обоснование своей позиции на то, что договора аренды оборудования от 16.10.2002, заключенные между предпринимателями ФИО1 и ФИО1, ФИО1 и ФИО2, является по сути недействительной (ничтожной) сделкой, мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, а также совершенной с целью, заведомо противной основам правопорядка, в виде незаконного получения вычета по НДС из бюджета, является несостоятельной (Решения Арбитражного суда Белгородской области от 02.06.2006, Постановления ФАС Центрального округа от 06.10.2006, от 06.10.2006 – л.д. 85-86, 87-96), поскольку инспекция не представила доказательств осуществления сторонами при совершении указанной сделки согласованных действий, лишенных экономического содержания и направленных на искусственное создание условий для незаконного получения НДС из бюджета.

По мнению ответчика, доводы заявителя являются необоснованными, полагает, что имущество, приобретенное предпринимателем ФИО1 в лизинг заведомо приобреталось для получения прибыли не им, а непосредственно арендаторами путем бесплатного пользования имуществом, т.к. передача имущества в аренду происходила в течение нескольких дней после получения имущества в лизинг. Факты отсутствия доходности от сдачи в аренду лизингового имущества, взаимозависимости между арендаторами и арендодателем, приобретение арендодателем имущества для заведомого использования не в целях получения прибыли от собственной предпринимательской деятельности, указывает на то, что ИП ФИО1 приобрел имущество не для операций, признаваемых объектом налогообложения по НДС, чем нарушил условия правомерности вычета НДС, установленные п. 2 ст. 171 НК РФ.

Согласно материалов дела, 16.10.2002 между ИП ФИО1 (арендодатель) и ИП ФИО2 (арендатор) был заключен договор аренды оборудования, по условиям которого Арендодатель обязался передать во временное владение и пользование арендатору торговое оборудование, принадлежащее арендодателю на правах финансовой аренды (лизинга). (аналогичный договор был заключен с ИП ФИО1) (л.д. 1-13, л.д. 158-174, приложение № 3)

В п. 3.2 названных договоров стороны определили, что арендная плата уплачивается ежемесячно путем выдачи арендодателю суммы, определенной п. 3.1 договора, из кассы арендатора не позднее 5-го числа каждого месяца либо путем перечисления на расчетный счет арендодателя, указанный в разделе 10 договора, на основании составляемого между сторонами акта.

По соглашению сторон арендаторам была предоставлена отсрочка по оплате арендных платежей до 31.12.2005 (л. Д. 1-3, приложение № 3).

Заявителем представлены акты приема-передачи торгового оборудования, дополнительное соглашение от 01.01.2004 к договору аренды от 16.10.2002, а также платежные поручения за период с 05.10.2005 по 10.11.2005, подтверждающие произведение арендаторами арендных платежей во исполнение рассматриваемых договоров (л.д. 14-22, приложение № 3).

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В силу п.п. 3, 4, 9 названного Постановления № 53, налоговая выгода может быть признана необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), если налоговая выгода получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, а также в случае, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность

При этом в силу положений ст. 65, 200 АПК РФ обязанность доказывания получения налогоплательщиком необоснованной выгоды возлагается на налоговый орган.

Ответчиком мне представлено достаточных доказательств, которые в своей совокупности свидетельствовали бы о получении предпринимателем налоговой выгоды.

В ходе рассмотрения настоящего дела Инспекция ФНС России по г. Белгороду оспорила договоры аренды от 16.10.2003, заключенные между ИП ФИО1 и ИП ФИО1, а также между заявителем и ИП ФИО2, ссылаясь на то, что договоры от 16.10.2002 являются мнимыми сделками, совершенными лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, а также совершенные с целью, заведомо противной основам правопорядка, в виде незаконного получения вычета по НДС из бюджета.

Решениями Арбитражного суда Белгородской области от 2.06.2006 по делам № А08-3012/06-22 и № А08-3113/06-22, оставленными без изменения постановлениями ФАС Центрального округа от 6.10.2006 и от 9.10.2006, требования инспекции оставлены без удовлетворения (л.д. 85-86, л.д. 97-104, т. 2; л.д. 45047, т. 3).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении иска, исходил из того, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих доводы относительно мнимости и противоправности оспариваемого договора аренды.

Судом признано, что представленные в материалы документы указывают на отсутствие признаков мнимости договоров аренды от 16.10.2002, заключенных между предпринимателями, и свидетельствуют о их фактическом исполнении. В частности, ИП ФИО1 были представлены акты приема-передачи торгового оборудования, дополнительное соглашение от 01.01.2004 к договору аренды от 16.10.2002, а также платежные поручения за период с 01.01.2003 по 01.12.2005, подтверждающие произведение арендатором арендных платежей во исполнение оспариваемого договора.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемые договоры аренды не носят антисоциальной направленности и не могут быть признаны недействительными по основаниям, предусмотренным ст. 169 ГК РФ. Тот факт, что ответчик длительное время не получал доходов от сдачи оборудования в аренду, не свидетельствует о наличии у него противоправного умысла. Кроме того, как указывалось выше, представленными доказательствами подтверждается получение ответчиком арендных платежей. Следовательно, указанные налоговым органом обоснования «отсутствия доходности от сдачи в аренду лизингового имущества, приобретения его для заведомого использования не в целях получения прибыли» также не нашли своего подтверждения.

Как установлено судом первой инстанции, ответчик привлекается к ответственности на основании решения налогового органа о доначислении налогов, в том числе в связи с признанием налоговым органом взаимозависимыми лиц, являющихся сторонами по оспариваемой сделке. Законность решения налогового органа, на что по праву указал суд, должна проверяться в рамках оспаривания данного решения, так как результаты рассмотрения настоящего дела, не могут повлиять на отношения по уплате налогов в силу того, что нормами гражданского законодательства предусмотрены иные последствия признания сделки недействительной (ст. 167 ГК РФ).

Следовательно, названными судебными актами опровергается довод ответчика о мнимости совершенных 16.10.2002 заявителем с арендаторами сделок по аренде имущества.

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ, вышеназванные фактические обстоятельства имеют преюдициальное значение и не доказываются вновь при рассмотрении данного дела.

В соответствии с п.п. 1 и 2 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на установленные данной статьей налоговые вычеты.

В ст. 172 Кодекса определен порядок применения налоговых вычетов. Налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), и документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога.

Вычетам подлежат, если иное не установлено данной, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов.

Из содержания приведенных норм следует, что для получения возмещения налога на добавленную стоимость налогоплательщик должен представить документы, подтверждающие реальность совершенных хозяйственных операций, то есть обосновывающие его требования.

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», пунктом 6 разъяснено, что взаимозависимость участников сделок; сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Согласно ст. 20 НК РФ взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц.

Суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи, если отношения между этими лицами могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг).

Оценив представленные в дело доказательства, суд приходит к выводу о том, что изложенные в оспариваемом решении доводы налогового органа не подтверждены материалами дела. ИФНС России по г. Белгороду не представила в суд в соответствии со ст. 65 АПК РФ доказательства, свидетельствующие о недобросовестности налогоплательщика, как и не представила доказательств нереальности произведенных затрат по уплате лизинговых и арендных платежей.

Инспекция не представила доказательств, свидетельствующих о том, что характер осуществляемых предпринимателем видов деятельности либо имеющихся у инспекции данных о суммах начисленных и уплаченных им иных налогов свидетельствуют о наличии у налогоплательщика умысла, направленного на создание незаконных схем по неправомерному изъятию из бюджета сумм НДС.

В разъяснении к Определению от 08.04.04 № 169-О Конституционный Суд Российской Федерации указал, что правоприменители не могут ограничиваться только установлением факта уплаты налога на добавленную стоимость с помощью заемных средств. При обнаружении признаков фиктивности сделок, направленности их на уход от налогов, согласованности действий поставщиков и налогоплательщиков, предъявляющих налог на добавленную стоимость к возмещению, необходимо выявлять, нет ли в поведении налогоплательщика признаков недобросовестного поведения.

Представленный налоговым органом в качестве обоснования взаимозависимости предпринимателя с Предпринимателем ФИО1 и Предпринимателем ФИО2 расчет суммы товарооборота, составившего 60% от общего товарооборота в деятельности предпринимателя, не может быть использован для анализа и исчисления с целью определения его права на налоговые вычеты и возмещения налога на добавленную стоимость, поскольку расчет не отражает деятельности предпринимателя за период проверки (2003-2004г.г.), произведен за один месяц- июль 2003года, не содержит достаточных данных, позволяющих определить размер товарооборота по каждому из взаимозависимых лиц.

Указывая на взаимозависимость участников сделок, инспекция не представила каких – либо доказательств, каким образом взаимозависимость участников сделок повлияла либо могла повлиять на финансовый результат деятельности заявителя (ИП ФИО1) и на возникновение у него права применить налоговые вычеты по НДС.

Кроме того, совершение сделок взаимозависимыми лицами не запрещено законодательством, в том числе и налоговым. Сам по себе факт совершения сделок между взаимозависимыми лицами не свидетельствует о недобросовестности налогоплательщика.

Согласно положениям Определения Конституционного Суда РФ от 8.04.2004 № 169-О в их взаимосвязи с Постановлением от 20.02.2001 № 3-П и Определением от 25.07.2001 № 138-О вопрос о реальности затрат налогоплательщика на уплату начисленных поставщиками сумм НДС относится к числу обстоятельств, связанных с презумпцией добросовестности налогоплательщика, обязанность опровержения которой лежит на налоговом органе.

При рассмотрении настоящего дела налоговой инспекцией не представлены сведения о том, что предприниматель является недобросовестным налогоплательщиком.

Поскольку факт приобретения лизингового имущества не оспаривается инспекцией, а фактическая оплата товара с учетом налога на добавленную стоимость подтверждена документально, у налогового органа не имелось правовых оснований не принимать налоговые вычеты в сумме 3299187,44, заявленные предпринимателем в период 2003-2004 г.г. по налогу на добавленную стоимость.

Убыточность совершаемых сделок документально не доказана, законность договоров подтверждена вступившими в силу судебными актами, факт небольшой экономической выгоды от сделки не свидетельствует о недобросовестности налогоплательщика.

Такая же позиция указана в постановлении президиума ВАС РФ от 28.02.2006 №12669/05.

В соответствии со ст. 1 ГК РФ индивидуальный предприниматель приобретает и осуществляет свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий.

П.9 Постановления Пленума ВАС № 53 от 12.10.2006 разъяснено, что обоснованность получения выгоды не может быть поставлена в зависимость от эффективности использования капитала.

Гражданский кодекс РФ предусматривает существование договора аренды с рассрочкой платежа в предпринимательской деятельности, т.е.в любом случае подразумевает отсутствие «доходности» в период рассрочки.

Таким образом довод инспекции о неэффективности сделок не основан на законе.

Довод инспекции о том, что партнеры по мнимой сделке не понесли личных расходов на уплату арендных платежей и уплату НДС по ним в связи с тем, что осуществляют деятельность в рамках ЕНВД, также несостоятелен.

Не состоятельным следует признать и выводы инспекции в оспариваемом решении о том, что в связи с применением ЕНВД, стороны по сделке позволили себе не платить НДС, чем сэкономили личные расходы. Такой вывод ответчика не является доказательством отсутствия права на применение вычета по НДС.

Более того, представленные заявителем платежные поручения свидетельствуют об оплате арендаторами арендной платы за оборудование согласно договорам от 16.10.2002 года (л.д. 14-22, приложение № 3).

Следует также отметить, что отсрочка уплаты арендных платежей по договорам аренды от 16.10.2002, а также низкая рентабельность заключенных предпринимателем оговоров аренды в соответствии со ст.ст. 171-172 НК РФ не связано с правом ИП ФИО1 на возмещение НДС.

Все изложенное выше опровергает довод инспекции о неправомерности применения ИП ФИО1 вычета по НДС, в связи с приобретением, по мнению ответчика, имущества не для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений. При этом в силу п. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возлагается на орган, который принял данное решение.

Пунктом 1 ст. 64 АПК РФ предусмотрено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Поскольку по рассматриваемому эпизоду налоговая инспекция не представила доказательств недобросовестности заявителя, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для доначисления предпринимателю 3299197,44 руб. НДС за налоговый период – 2003 - 2004годы, отсутствуют, следовательно, неправомерным является доначисление налоговым органом соответствующих пени за несвоевременную уплату указанных сумм налогов в порядке статьи 75 Налогового кодекса Российской Федерации - 316181,69 руб., и штрафных санкций по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в сумме 123183 руб. В этой связи решение Инспекции ФНС России по г. Белгороду в указанной части подлежит признанию недействительным (п. 1.7).

В соответствии с п. 1.8 оспариваемого решения (по п. 2.4.1.1 акта проверки) налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки было установлено, что предпринимателем ФИО1 в налоговом периоде за 2004 год занижен, не отражен в налоговой декларации не уплачен в бюджет ЕСН в сумме 29624 руб., в том числе в Федеральный бюджет – 22364 руб., в ФФОМС – 231 руб., в ТФОМС – 7029 руб.

В частности налогоплательщиком в нарушение п. 3 ст. 237, п. 2 ст. 236 НК РФ занижена налоговая база по ЕСН в результате необоснованно заниженного дохода от предпринимательской деятельности. Объект налогообложении я по ЕСН отражен ИП по стр. 300 налоговой декларации для индивидуальных предпринимателей по единому социальному налогу, представленной в ИФНС РФ по г. Белгороду, в размере 84430 руб., в то время как проверкой выявлено, что объект налогообложения фактически составил 690961 руб. Занижение составило 606531 руб. (в результате нарушений, установленных в п. 1.1 оспариваемого решения). В результате выявленных нарушений и с учетом регрессивной шкалы ставки ЕСН, действовавшей в проверяемом периоде, сумма заниженного ЕСН составила 29624 руб. Возражения по данному эпизоду налогоплательщиком представлены не были.

В ходе рассмотрения дела представитель заявителя указал, что данный пункт решения оспаривается ИП ФИО1 в связи с тем, что он не согласен с доначислением суммы НДФЛ 74 998 руб. за 2004год, а сумма ЕСН вытекает из доначисления и исчислена из расчета ее неуплаты.

Ответчик полагает необоснованными доводы заявителя, указав на правомерность доначисления по п. 1.1 оспариваемого решения недоимки по НДФЛ.

Согласно п.п. 2 п. 1 ст. 235 НК РФ плательщиками единого социального налога признаются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе индивидуальные предприниматели.

Пунктом 3 ст. 237 НК РФ установлено, что налоговая база для данной категории налогоплательщиков определяется как сумма доходов, полученных такими налогоплательщиками за налоговый период как в денежной, так и в натуральной форме от предпринимательской либо иной профессиональной деятельности, за вычетом расходов, связанных с их извлечением.

На основании ст. 226 НК РФ объектом налогообложения для индивидуальных предпринимателей, производящих выплаты физическим лицам, признаются выплаты и иные вознаграждения, начисляемые налогоплательщиками в пользу физических лиц по трудовым и гражданско-правовым договорам, предметом которых является выполнение работ, оказание услуг (за исключением вознаграждений, выплачиваемых индивидуальным предпринимателям), а также по авторским договорам. Объектом налогообложения индивидуальных предпринимателей, признаются доходы от предпринимательской либо иной профессиональной деятельности за вычетом расходов, связанных с их извлечением.

Поскольку в период с 2003 по 2004 г. г. ИП ФИО1 получал доходы от предпринимательской деятельности, а также производил выплаты в пользу физических лиц по трудовым договорам, он обязан был исчислить к уплате ЕСН по каждому из названных оснований, а также НДФЛ.

При таких обстоятельствах следует признать правомерным доначисление ИП ФИО1 на основании оспариваемого решения 29624 руб. ЕСН за 2004 год.

По п. 1.5 оспариваемого решения, которое заявителем не оспаривается, инспекцией заявлено требование о взыскании с ИП ФИО1 14999,60 руб. налоговых санкций, не уплаченных предпринимателем в добровольном порядке, которое подлежит удовлетворению.

Следовательно, решение Инспекции ФНС России по г. Белгороду от 16.12.2005 подлежит признанию недействительным в части доначисления ИП ФИО1 3848302,76 руб. НДС, 394854,46 руб. пени и 123182 руб. налоговых санкций, в том числе:

- по п. 1.3 решения – 31095,17 руб. пени по НДС;

- по п. 1.6 решения – 549105,32 руб. НДС, 47577,60 руб. пени;

- по п. 1.7 решения – 3299197,44 руб. НДС, 316181,69 руб. пени, 123182 руб. штрафа по п. 1 ст. 122 НК РФ.

В остальной части уточненные требования ИП ФИО1 удовлетворению не подлежат.

Расчеты сумм налогов, пени, штрафов по оспариваемым эпизодам отражены в акте сверки, составленном и подписанном сторонами без замечаний и разногласий.

Встречные требования Инспекции ФНС РФ по г. Белгороду также подлежат частичному удовлетворению, с ИП ФИО1, подлежит взысканию:

- 74658 руб. НДФЛ, 3424,32 руб. пени по НДФЛ, 14999,6 руб. налоговых санкций;

- 1027063 руб. НДС, 80711,92 руб. пени по НДС, 14999,60 руб. налоговых санкций;

- 29624 руб. ЕСН;

В остальной части встречные требования ответчика подлежат оставлению без удовлетворения.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины относятся на сторон пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь ст. 167-170, 176, 201, 110 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Уточненные требования ИП ФИО1 удовлетворить частично.

Признать недействительным решение Инспекции ФНС РФ по г. Белгороду от 16.12.2005 № 3123-14/11-10795 ДСП о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления ИП ФИО1 3848302,76 руб. НДС, 394854,46 руб. пени и 123182 руб. налоговых санкций (п.п. 1.3, 1.6, 1.7).

В остальной части уточненные требования оставить без удовлетворения.

Встречные уточненные требования Инспекции ФНС РФ по г. Белгороду о взыскании с ИП ФИО1 74658 руб. НДФЛ за 2004 год, 3424,32 руб. пени за несвоевременную уплату НДФЛ, 14999,6 руб. налоговых санкций; 4875365,76 руб. НДС, 475566,38 руб. пени по НДС, 138181,6 руб. штрафа; 29624 руб. ЕСН за 2004 год, удовлетворить частично.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения – с. Салонец – Поляна Новооскольского района Белгородской области, проживающего по адресу: <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, в доход бюджета 74658 руб. НДФЛ, 3424,32 руб. пени по НДФЛ, 14999,6 руб. налоговых санкций; 1027063 руб. НДС, 80711,92 руб. пени по НДС, 14999,60 руб. налоговых санкций; 29624 руб. ЕСН, а всего – 1245480,44 руб.

В остальной части встречный иск Инспекции ФНС РФ по г. Белгороду оставить без удовлетворения.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения – с. Салонец – Поляна Новооскольского района Белгородской области, проживающего по адресу: <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, в доход федерального бюджета 17727,40 руб. государственной пошлины.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по г. Белгороду в пользу ИП ФИО1 1570,72 руб. государственной пошлины.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.

Судья О.И. Пономарева