Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Кушнаревой Н.П., при ведении протокола секретарем Шаталовой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Карос» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) к старшему авиационному начальнику аэродрома генеральному директору ООО «Аэропорт «Байкал (Улан-Удэ)» ФИО1 о признании незаконными действий, выразившихся в несогласовании обществу с ограниченной ответственностью «Карос» строительства АЗС на земельном участке с кадастровым номером 03:24:011602:9 ,

при участии в судебном заседании:

заявителя: ФИО2, представителя по доверенности от 01.11.2012;

ответчика – старшего авиационного начальника аэродрома г. Улан-Удэ – ФИО1 третьего лица ООО «Аэропорт «Байкал (Улан-Удэ)»: ФИО3, представителя по доверенности от 25.09.2012

старшего авиационного начальника аэродрома г. Улан-Удэ ФИО4: не явился, извещен (почтовое уведомление от 28.02.2013)

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора – Федерального агентства воздушного транспорта: не явился, извещен,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Карос» (далее – Общество, ООО «Карос») обратилось в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к старшему авиационному начальнику – генеральному директору общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)» ФИО1 (далее – должностное лицо) о признании незаконными действий, выразившихся в отказе в согласовании строительства автозаправочной станции.

Определением суда от 04 февраля 2013 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено Федеральное агентство воздушного транспорта.

Определением суда от 26 февраля 2013 года к участию в деле в качестве соответчика привлечен старший авиационный начальник аэропорта «Байкал (Улан-Удэ)» ФИО4, а в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Байкал» (Улан-Удэ)».

Представитель заявителя в судебном заседании требования поддержал в полном объеме и пояснил, что Общество обратилось к старшему авиационному начальнику – генеральному директору общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)» ФИО1 с заявлением о согласовании размещения и строительства автозаправочной станции, расположенного на земельном участке с кадастровым номером 03:24:011602:9. Данный земельный участок расположен в пределах приаэродромной территории на расстоянии около 4 км от взлетно-посадочной полосы аэропорта. Письмом должностного лица от 18 октября 2012 года в согласовании строительства отказано со ссылкой на то, что земельный участок находится в границах полосы подходов грунтовой взлетно-посадочной полосы №1, а планируемый объект относится к категории взрывопожароопасных. Данное письмо не содержит правового обоснования отказа в размещении автозаправочной станции и противоречит действующему законодательству. Автозаправочные станции не относятся к взрывопожароопасным объектам, поскольку объекты, предназначенные для розничной торговли бензином и дизельным топливом, лицензированию не подлежат. Общий объем резервуаров автозаправочного комплекса составляет 85 куб.м или 66 тонн. При этом планируемый объект не будет создавать помехи при взлете и посадке воздушных судов, угрожать жизни и здоровью граждан и препятствовать нормальной эксплуатации аэродрома. Оспариваемые действия нарушают права заявителя в сфере предпринимательской деятельности, поскольку лишают возможности использовать земельный участок с целью строительства. Оспариваемые действия по отказу в согласовании Обществу строительства АЗС на земельном участке с кадастровым номером 03:24:011602:9, выражены в письме от 18.10.2012 №112-06/1150 и противоречат статье 47 Воздушного кодекса Российской Федерации и пунктам 58,60 Федеральных правил использования воздушного пространства Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.03.2010 N 138.

Представитель старшего авиационного начальника заявленные требования не признал, сославшись на законность и обоснованность оспариваемых действий, выраженных в письме от 18.10.2012 №1123-06/1150. Расположение автозаправочной станции в полосе воздушных подходов непосредственно угрожает безопасности полетов. Согласно пункту 9.12 Строительных норм и правил СНиП 32-03-96 «Аэродромы» для вновь строящихся аэродромов расстояния от границ летного поля до границ селитебной территории, размещение в районах аэродромов, в границах и вне границ воздушных подходов к ним, зданий, сооружений и других объектов, которые могут угрожать безопасности полетов, необходимо принимать с учетом СНиП 2.07.01. При этом если трасса полетов не пересекает границу селитебной территории, следует обеспечивать минимальное расстояние между горизонтальной проекцией трассы полетов по маршруту захода на посадку и границей селитебной территории, для аэродромов с длиной взлетно-посадочной полосы 1500 м и более – 3 км, остальных – 2 км. Расстояние от взлетно-посадочной полосы от границ земельного участка, на котором предполагается размещение автозаправочной станции, составляет менее 3 км. При этом названный земельный участок расположен в границах полос воздушных подходов грунтовой взлетно-посадочной полосы №1. Автозаправочная станция является опасным объектом, что подтверждается рядом нормативно-правовых актов. В случае пожара на ней возникший дым парализует работу аэропорта, в результате выкатывания самолета за пределы взлетно-посадочной полосы возможно столкновение с названным объектом. По мнению специалистов ФГУП ГПИ и НИИ ГА «Аэропроект», старший авиационный начальник аэродрома вправе не согласовывать строительство автозаправочного комплекса как объекта, относящегося к взрывоопасному и находящегося на расстоянии менее 3 км от торца взлетно-посадочной полосы. В удовлетворении заявленных требований просил отказать.

Старший авиационный начальник аэродрома ФИО4 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, - Федерального агентства воздушного транспорта в судебное заседание не явился, направил телеграмму, в которой просил рассмотреть дело в его отсутствие, оставив принятие решения по делу на усмотрение суда.

Руководствуясь статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии соответчика и представителей третьего лица.

Из материалов дела следует, что 07 сентября 2006 года общество с ограниченной ответственностью «Карос» зарегистрировано в качестве юридического лица.

Решением Комитета по управлению имуществом и землепользованию г. Улан-Удэ от 03 июля 2009 года №З-2089 жилищно-строительному потребительскому кооперативу «Техностройбайкал» в аренду предоставлен земельный участок с кадастровым номером 03:24:011602:8, площадью 11 200 кв.м., из категории земель – земли населенных пунктов, для строительства здания придорожного сервиса.

03 июля 2009 года Комитет по управлению имуществом и землепользованию г. Улан-Удэ и жилищно-строительный потребительский кооператив «Техностройбайкал» заключили договор аренды названного земельного участка сроком на 3 года.

Земельный участок с кадастровым номером 03:24:011602:8 разделен на два земельных участка с кадастровыми номерами 03:24:011602:9 и 03:24:011602:10, площадью 5600 кв.м. каждый. В связи с чем, в договор аренды от 03 июля 2009 года внесены соответствующие изменения (т.1, л.д.61).

09 марта 2010 года права арендатора по указанному договору аренды земельного участка с кадастровым номером 03:24:011602:9 переданы обществу с ограниченной ответственностью «Байкальская региональная компания» (т.1, л.д.23).

26 апреля 2011 года права арендатора по указанному договору аренды земельного участка с кадастровым номером 03:24:011602:9 переданы обществу с ограниченной ответственностью «Карос» (т.1, л.д.22).

24 января 2012 года Обществу выдано разрешение на строительство автозаправочной станции, срок действия которого продлен до 01 марта 2013 года.

14 июня 2012 года срок договора аренды названного земельного участка продлен до 01 июня 2013 года (т.1, л.д.62).

18 июля 2012 года путем преобразования открытого акционерного общества «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)» создано общество с ограниченной ответственностью «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)».

Основным видом деятельности общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)» является обеспечение приема, обслуживания, хранения и вылета воздушных судов, в т.ч. иностранных.

На основании договора аренды от 12 октября 2007 года в пользовании общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)» находится федеральное имущество в имущественном комплексе аэродрома «Мухино», а именно: искусственная взлетно-посадочная полоса, 2 грунтовые взлетно-посадочные полосы, рулежные дорожки.

Главным оператором аэропорта «Байкал» является общество с ограниченной ответственностью «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)» (т.2, л.д.55).

Старшим авиационным начальником названного аэродрома являлся генеральный директор общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)» - ФИО1 (т.1, л.д.74-75, 127).

11 сентября 2012 года общество с ограниченной ответственностью «Карос» обратилось к генеральному директору общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)» - ФИО1 с просьбой согласования размещения объектов придорожного сервиса на земельном участке с кадастровым номером 03:24:011602:9.

Письмом от 18 октября 2012 года №112-06/1150 с приложенным к нему протоколом генеральный директор общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)» - ФИО1 сообщил заявителю о невозможности согласования строительства объектов придорожного сервиса, поскольку указанный земельный участок находится в границах полосы воздушных подходов грунтовой взлетно-посадочной полосы №1, а планируемый объект – автозаправочная станция относится к категории взрывопожароопасных (т.1, л.д.10-11).

24 октября 2012 года решением единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт «Байкал (Улан-Удэ)» полномочия генерального директора Общества ФИО1 прекращены с названной даты, временно исполняющим обязанности генерального директора назначен ФИО4

Не согласившись с действиями старшего авиационного начальника, выраженными в письме от 18 октября 2012 года, и полагая, что они противоречат действующему законодательству и нарушают права заявителя в сфере предпринимательской деятельности, Общество обратилось в арбитражный суд.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд считает необходимым заявленные требования удовлетворить.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно статье 2 Воздушного кодекса Российской Федерации воздушное законодательство Российской Федерации состоит из настоящего Кодекса, федеральных законов, указов Президента Российской Федерации, постановлений Правительства Российской Федерации, федеральных правил использования воздушного пространства, федеральных авиационных правил, а также принимаемых в соответствии с ними иных нормативных правовых актов Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 11 марта 2010 г. N 138 утверждены Федеральные правила использования воздушного пространства Российской Федерации (далее – Федеральные правила).

Пункт 2 Федеральных правил определяет старшего авиационного начальника как должностное лицо, наделенное правами и обязанностями, определенными воздушным законодательством Российской Федерации. Для аэродромов, вертодромов и посадочных площадок гражданской авиации старшим авиационным начальником является должностное лицо, назначаемое главным оператором аэропорта, вертодрома или владельцем посадочной площадки, а для аэродромов государственной и экспериментальной авиации, аэродромов совместного базирования старшим авиационным начальником аэродрома является должностное лицо, назначенное уполномоченным органом, в ведении которого находится такой аэродром.

В соответствии с пунктами 58 и 60 Федеральных правил старший авиационный начальник аэродрома уполномочен согласовывать строительство различных объектов в пределах приаэродромной территории и границ аэродрома. При этом строительство без его согласования запрещается.

Таким образом, действующим законодательством старший авиационный начальник как должностное лицо наделен публичными полномочиями, связанными с выдачей разрешений на строительство в пределах приаэродромной территории или границ аэродрома.

В связи с этим, суд приходит к выводу о том, что действия и решения старшего авиационного начальника, препятствующие реализации юридическими лицами своих прав, могут быть обжалованы в суд в порядке, установленном главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По мнению заявителя, им оспариваются действия должностного лица, выразившиеся в отказе в согласовании строительства автозаправочной станции, а не решение должностного лица.

В связи с этим, суд отмечает, что в порядке, установленном главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оспариваются как действия, так и решения должностного лица.

Согласно разъяснениям, содержащимися в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 г. N 2 «О практике рассмотрения судами дел об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих» к решениям относятся акты органов государственной власти, органов местного самоуправления, их должностных лиц, государственных, муниципальных служащих и приравненных к ним лиц, принятые единолично или коллегиально, содержащие властное волеизъявление, порождающее правовые последствия для конкретных граждан и организаций. При этом необходимо учитывать, что решения могут быть приняты как в письменной, так и в устной форме (например, объявление военнослужащему дисциплинарного взыскания). В свою очередь, письменное решение принимается как в установленной законодательством определенной форме (в частности, распоряжение высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации), так и в произвольной (например, письменное сообщение об отказе должностного лица в удовлетворении обращения гражданина). К действиям органов государственной власти, органов местного самоуправления, их должностных лиц, государственных или муниципальных служащих по смыслу главы 25 ГПК РФ относится властное волеизъявление названных органов и лиц, которое не облечено в форму решения, но повлекло нарушение прав и свобод граждан и организаций или создало препятствия к их осуществлению. К действиям, в частности, относятся выраженные в устной форме требования должностных лиц органов, осуществляющих государственный надзор и контроль.

В ходе судебного разбирательства представитель заявителя пояснил, что оспариваемые действия по отказу в согласовании Обществу строительства АЗС на земельном участке с кадастровым номером 03:24:011602:9, выражены в письме от 18.10.2012 №112-06/1150.

Как следует из материалов дела, оспариваемый отказ выражен в письме от 18 октября 2012 года должностного лица, содержит властное предписание запрещающее строительство объекта. Следовательно, данный отказ выражен в форме решения. При таких обстоятельствах суд считает, что заявителем фактически оспаривается решение об отказе в согласовании строительства АЗС, а не действия должностного лица.

Из содержания части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что для признания незаконными действий и решений должностного лица суду необходимо установить совокупное наличие двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение ими прав и законных интересов заявителя.

В соответствии со статьей 11 Воздушного кодекса Российской Федерации использование воздушного пространства представляет собой деятельность, в процессе которой осуществляются перемещение в воздушном пространстве различных материальных объектов (воздушных судов, ракет и других объектов), а также другая деятельность (строительство высотных сооружений, деятельность, в процессе которой происходят электромагнитные и другие излучения, выброс в атмосферу веществ, ухудшающих видимость, проведение взрывных работ и тому подобное), которая может представлять угрозу безопасности воздушного движения.

Согласно статье 40 Воздушного кодекса Российской Федерации под аэродромом понимается участок земли или акватория с расположенными на нем зданиями, сооружениями и оборудованием, предназначенный для взлета, посадки, руления и стоянки воздушных судов, а под аэропортом - комплекс сооружений, включающий в себя аэродром, аэровокзал, другие сооружения, предназначенный для приема и отправки воздушных судов, обслуживания воздушных перевозок и имеющий для этих целей необходимые оборудование, авиационный персонал и других работников.

В силу статьи 46 Воздушного кодекса Российской Федерации проектирование, строительство и развитие городских и сельских поселений, а также строительство и реконструкция промышленных, сельскохозяйственных и иных объектов в пределах приаэродромной территории должны проводиться с соблюдением требований безопасности полетов воздушных судов, с учетом возможных негативных воздействий оборудования аэродрома и полетов воздушных судов на здоровье граждан и деятельность юридических лиц и по согласованию с собственником аэродрома.

Статьей 47 Воздушного кодекса Российской Федерации установлено, что размещение в районе аэродрома зданий, сооружений, линий связи, линий электропередачи, радиотехнических и других объектов, которые могут угрожать безопасности полетов воздушных судов или создавать помехи в работе радиотехнического оборудования, устанавливаемого на аэродроме, должно быть согласовано с собственником аэродрома и осуществляться в соответствии с воздушным законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 2 Федеральных правил под приаэродромной территорией понимается прилегающий к аэродрому участок земной или водной поверхности, в пределах которого (в целях обеспечения безопасности полетов и исключения вредного воздействия на здоровье людей и деятельность организаций) устанавливается зона с особыми условиями использования территории, а под районом аэродрома - часть воздушного пространства установленных размеров, предназначенная для организации выполнения аэродромных полетов, а также расположенный под ней участок земной или водной поверхности.

Безопасность использования воздушного пространства названным пунктом Федеральных правил определяется комплексная характеристика установленного порядка использования воздушного пространства, определяющая его способность обеспечить выполнение всех видов деятельности по использованию воздушного пространства без угрозы жизни и здоровью людей, материального ущерба государству, гражданам и юридическим лицам;

В соответствии с пунктом 58 Федеральных правил для каждого аэродрома устанавливается приаэродромная территория, в ее пределах запрещается проектирование, строительство и развитие городских и сельских поселений, а также строительство и реконструкция промышленных, сельскохозяйственных объектов, объектов капитального и индивидуального жилищного строительства и иных объектов без согласования со старшим авиационным начальником аэродрома.

Пунктом 60 Федеральных правил предусмотрено, что в пределах границ района аэродрома (вертодрома, посадочной площадки) запрещается строительство без согласования старшего авиационного начальника аэродрома (вертодрома, посадочной площадки): а) объектов высотой 50 м и более относительно уровня аэродрома (вертодрома); б) линий связи и электропередачи, а также других источников радио- и электромагнитных излучений, которые могут создавать помехи для работы радиотехнических средств; в) взрывоопасных объектов; г) факельных устройств для аварийного сжигания сбрасываемых газов высотой 50 м и более (с учетом возможной высоты выброса пламени); д) промышленных и иных предприятий и сооружений, деятельность которых может привести к ухудшению видимости в районе аэродрома (вертодрома).

Анализ вышеприведенных требований воздушного законодательства позволяет сделать вывод о том, что согласование собственника аэродрома и старшего авиационного начальника аэродрома являются необходимыми условиями для строительства различных зданий и сооружений в пределах приаэродромной территории и границ района аэродрома. При этом отказ в согласовании строительства не может являться произвольным. Главным критерием для согласования или отказа в согласовании строительства какого-либо объекта является влияние данного объекта на безопасность полетов воздушных судов.

Статьей 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Следовательно, по настоящему делу старший авиационный начальник обязан доказать наличие обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, а именно то, что планируемое размещение автозаправочной станции угрожает или может угрожать безопасности полетов воздушных судов.

Оспариваемое решение, выраженное в письме от 18 октября 2012 года, обосновано тем, что земельный участок, предназначенный для строительства, находится в границах полосы воздушных подходов грунтовой взлетно-посадочной полосы №1, а планируемый объект – автозаправочная станция относится к категории взрывопожароопасных.

В связи с этим, должностное лицо обязано представить доказательства того, что названный земельный участок находится в границах полос воздушных подходов взлетно-посадочной полосы, а автозаправочная станция является взрывопожароопасным объектом и в результате этого, данный объект угрожает или может угрожать безопасности воздушных полетов.

В соответствии с пунктом 58 Федеральных правил границы приаэродромной территории определяются по внешней границе проекции полос воздушных подходов на земную или водную поверхность, а вне полос воздушных подходов - окружностью радиусом 30 км от контрольной точки аэродрома.

Согласно пункту 23 названных правил на аэродроме устанавливается полоса воздушных подходов (воздушное пространство в установленных границах), примыкающая к торцу взлетно-посадочной полосы и расположенная в направлении ее оси, в которой воздушные суда производят набор высоты после взлета и снижение при заходе на посадку. Границы полос воздушных подходов устанавливаются в порядке, определенном Министерством транспорта Российской Федерации, Министерством обороны Российской Федерации, Министерством промышленности и торговли Российской Федерации соответственно для гражданской, государственной и экспериментальной авиации.

Согласно инструкции по производству полетов в районе аэродрома Улан-Удэ контрольная точка аэродрома имеет географические координаты 51°48?28? северной широты и 107°26?18? восточной долготы. В данной точке пересекаются оси искусственной взлетно-посадочной полосы.

Параллельно искусственной взлетно-посадочной полосе расположена грунтовая взлетно-посадочная полоса №1, являющаяся запасной и имеющая размеры 2050 м на 100 м.

Порядок установления границ полос воздушных подходов на гражданских аэродромах определен Приказом Министерства транспорта Российской Федерации от 09 ноября 2010 года №243 (далее – Порядок).

Согласно пункту 9 Порядка при наличии на аэродроме более одной взлетно-посадочной полосы границы полос воздушных подходов устанавливаются для каждой взлетно-посадочной полосы.

Пунктами 3-6 Порядка предусмотрено, что полосы воздушных подходов на гражданских аэродромах имеют ближнюю границу, дальнюю границу и боковые границы. Ближняя граница полосы воздушных подходов прилегает к концу летной полосы и совпадает с ней по размерам. Дальняя граница полосы воздушных подходов параллельна ближней и расположена на расстоянии 30 км от конца летной полосы. Боковые границы полосы воздушных подходов на гражданских аэродромах начинаются от ближней границы полосы воздушных подходов и расходятся под углом 8,5° (15%) в каждую сторону от продолжения осевой линии взлетно-посадочной полосы до пересечения с дальней границей полосы воздушных подходов.

Как следует из материалов дела земельный участок, предоставленный заявителю для строительства автозаправочной станции, расположен в пределах приаэродромной территории аэропорта «Байкал (Улан-Удэ)». Данное обстоятельство лицами, участвующими в деле, по существу не оспаривается. Из ответов на запросы суда известно, что приаэродромная территория на схеме территориального планирования Республики Бурятия не отображена.

В обоснование своих доводов должностным лицом представлен расчет местонахождения спорного земельного участка относительно полос воздушных подходов, выполненный старшим штурманом аэропорта ФИО5 Из данного расчета известно, что земельный участок с кадастровым номером 03:24:011602:9 находится в границах полос воздушных подходов ГВПП. При этом из данного расчета следует, что названный земельный участок расположен на расстоянии более 3 км (3307 м) от порога грунтовой взлетно-посадочной полосы.

Оснований не доверять данному расчету у суда не имеется.

Несмотря на то, что автозаправочная станция планируется к размещению на земельном участке, находящемся в границах полос воздушных подходов, суд полагает, что автозаправочный комплекс не может угрожать безопасности полетов воздушных судов, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 9.12 Строительных норм и правил Российской Федерации «Аэродромы» СНиП 32-03-96, принятых Постановлением Минстроя РФ от 30 апреля 1996 г. N 18-28 для вновь строящихся аэродромов расстояния от границ летного поля до границ селитебной территории с учетом их перспективного расширения, размещение в районах аэродромов, в границах и вне границ воздушных подходов к ним зданий, сооружений, включая линии связи, высоковольтные линии электропередачи, радиотехнические и другие объекты, которые могут угрожать безопасности полетов воздушных судов или создавать помехи для нормальной работы радиотехнических средств аэродромов, а также порядок согласования размещения этих объектов необходимо принимать с учетом требований СНиП 2.07.01. При этом, если трасса полетов не пересекает границу селитебной территории, следует также обеспечивать минимальное расстояние между горизонтальной проекцией трассы полетов по маршруту захода на посадку и границей селитебной территории для аэродромов с длиной ВПП 1500 м и более - 3 км, остальных - 2 км.

Таким образом, данными правилами установлено минимальное расстояние между взлетно-посадочной полосой и границей селитебной территории, обеспечивающее безопасность воздушного движения и взлета-посадки судов.

Как видно из материалов дела, длина грунтовой взлетно-посадочной полосы составляет 2050 м. Следовательно, расстояние от ее края до земельного участка, на котором планируется строительство автозаправочной станции должно превышать 3 км.

Из вышеприведенного расчета старшего штурмана аэропорта ФИО5 следует, что расстояние от указанной взлетно-посадочной полосы до названного земельного участка превышает 3 км и составляет 3307 м.

Согласно информации Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Бурятия, направленной в прокуратуру Советского района г. Улан-Удэ, расстояние от торца взлетно-посадочной полосы аэропорта «Байкал» до границ земельного участка с кадастровым номером 03:24:011602:9 составляет 3312 м, что в целом соответствует названным расчетам (т.1, л.д.135).

В связи с этим, суд приходит к выводу о том, что указанный земельный участок расположен на расстоянии более 3 км от торца грунтовой взлетно-посадочной полосы, а данное расстояние обеспечивает безопасность воздушного движения и взлета-посадки воздушных судов.

На основании изложенного доводы представителя старшего авиационного начальника, изложенные в отзыве на заявление о том, что названное расстояние составляет менее 3 км, являются необоснованными.

Информация специалистов ФГУП ГПИ и НИИ ГА «Аэропроект» о невозможности согласования строительства автозаправочной станции в коридоре подхода воздушных судов основана на том, что расстояние между взлетно-посадочной полосой и автозаправочной станцией составляет менее 3 км (т.2, л.д.56-57). Однако, судом установлено, что данное расстояние превышает 3 км, и соответственно, названная информация противоречит доказательствам положенным судом в основу решения.

Судом допрошены работники аэропорта «Байкал», входящие в состав комиссии, рассматривающей вопросы согласования строительства различных объектов в пределах приаэродромной территории.

Из показаний старшего штурмана аэропорта ФИО5 известно, что порядок определения границ полос воздушных подходов регламентирован приказом Министерства транспорта Российской Федерации. Расчетным путем установлено, что земельный участок, принадлежащий заявителю, находится в границах полос воздушных подходов. На основании заключения комиссии аэропорта старшим авиационным начальником принято решение об отказе ООО «Карос» в согласовании строительства автозаправочной станции. Основанием для его принятия послужило то, что автозаправочная станция будет угрожать безопасности воздушных судов при взлете и посадке. В дальнейшем планируется удлинение взлетно-посадочной полосы. На удалении 6 км от нее возможно строительство объекта.

Свидетель ФИО6 показал, что является начальником аэродромной службы аэропорта. В его обязанности входит обследование аэродромной территории с целью определения объектов, которые могут являться препятствиями для полетов. ООО «Карос» отказано в согласовании строительства автозаправочной станции, т.к. данный объект является взрывопожароопасным. Грунтовая взлетно-посадочная полоса №1 является полосой для аварийной посадки воздушных судов, в дальнейшем планируется ее реконструкция для приема современных типов воздушных судов. В границах полос воздушных подходов существует санитарно-защитная зона. В границах полос воздушных подходов возможно размещений иных объектов. В случае если самолет столкнется с автозаправочной станцией, может произойти взрыв, в связи с чем, данный объект угрожает безопасности полетов.

Оценивая показания свидетелей, суд приходит к выводу о том, что они не опровергают выводов суда о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований. Показания ФИО5 относительно безопасного расстояния для размещения объекта в 6 км противоречат пункту 9.12 Строительных норм и правил Российской Федерации «Аэродромы» СНиП 32-03-96, принятых Постановлением Минстроя РФ от 30 апреля 1996 г. N 18-28, согласно которому данное расстояние составляет 3 км. Сведения о планируемой реконструкции и удлинении взлетно-посадочной полосы суду не представлены, данные доказательства запрошены определением суда от 15 января 2013 года.

По мнению должностного лица, автозаправочный комплекс является взрывопожароопасным объектом. Однако, конкретных данных в письме от 18 октября 2012 года со ссылками на нормы права, свидетельствующих о том, что данный объект является взрывопожароопасным, не приведено.

Поэтому суд считает необходимым отметить следующее.

Как следует из содержания пунктов 58 и 60 Федеральных правил в пределах приаэродромной территории и в пределах границ района аэродрома допускается строительство промышленных и иных предприятий, в т.ч. взрывоопасных объектов, но с согласия старшего авиационного начальника.

В соответствии с пунктом 12 части 1 статьи 12 Федерального закона от 4 мая 2011 года N 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» лицензированию подлежит эксплуатация взрывопожароопасных производственных объектов. При этом в силу статьи 2 названного Федерального закона лицензирование отдельных видов деятельности осуществляется в целях предотвращения ущерба правам, законным интересам, жизни или здоровью граждан, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, обороне и безопасности государства, возможность нанесения которого связана с осуществлением юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями отдельных видов деятельности. К лицензируемым видам деятельности относятся виды деятельности, осуществление которых может повлечь за собой нанесение указанного выше ущерба и регулирование которых не может осуществляться иными методами, кроме как лицензированием.

Согласно приложению к Положению о лицензировании эксплуатации взрывопожароопасных производственных объектов, утвержденному Постановлением Правительства Российской Федерации от 5 мая 2012 г. N 454 хранение воспламеняющихся и горючих веществ на объектах, предназначенных для осуществления розничной торговли бензином и дизельным топливом, не подлежит лицензированию.

Статьей 5 Федерального закона от 27 июля 2010 года №225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» предусмотрено, что автозаправочные станции жидкого моторного топлива отнесены к опасным объектам, владельцы которых обязаны осуществлять обязательное страхование. Статьей 2 названного Федерального закона под аварией на опасном объекте понимается повреждение или разрушение сооружений, технических устройств, применяемых на опасном объекте, взрыв, выброс опасных веществ, отказ или повреждение технических устройств, отклонение от режима технологического процесса, сброс воды из водохранилища, жидких отходов промышленных и сельскохозяйственных организаций, которые возникли при эксплуатации опасного объекта и повлекли причинение вреда потерпевшим.

Поскольку на автозаправочных станциях розничной торговли хранятся горючие вещества, способные при определенных обстоятельствах, образовывать взрывоопасные смеси, то данные станции относятся к взрывопожароопасным объектам.

Данный вывод также основан на пункте 1.6.1 Межотраслевых правил по охране труда при эксплуатации нефтебаз, складов ГСМ, стационарных и передвижных автозаправочных станций, утвержденных Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 6 мая 2002 г. N 33.

Вместе с тем, должностным лицом в письме от 18 октября 2012 года не указано каким образом планируемая к размещению автозаправочная станция будет угрожать безопасности воздушного движения. Не приведены такие мотивы и в протоколе комиссии аэропорта от 18 октября 2012 года №112-06/1150 (т.1, л.д.69). При этом суд отмечает, что член комиссии – главный инженер службы ЭРТОС Улан-Удэнского центра организации воздушного движения филиала «Аэронавигация Восточной Сибири» ФГУП «Госкорпорация по организации воздушного движения» ФИО7 счел возможным согласовать строительство указанного объекта (пункт 4 названного протокола).

Суд считает необходимым учесть, что проектной документацией автозаправочной станции предусмотрено подземное размещение резервуаров для хранения бензина и дизельного топлива, а общий объем резервуаров составляет 85 куб.м. или 66 тонн.

Следовательно, указанным техническим решением риск возможного взрыва или пожара и возникшего вследствие этого дыма минимизирован.

Кроме того, суд повторно отмечает, что автозаправочная станция расположена на расстоянии более 3 км от взлетно-посадочной полосы и данным расстоянием обеспечивается безопасность воздушных судов при взлете и посадке.

В соответствии с пунктом 22 Федеральных правил установлено, что схемы вылета и захода на посадку, ухода на второй круг должны исключать, а при невозможности исключения - максимально ограничивать пролет воздушных судов над населенными пунктами, опасными производственными объектами.

Из объяснения представителя старшего авиационного начальника следует, что заход на посадку воздушных судов на аэродром «Байкал (Улан-Удэ)» осуществляется над городом Улан-Удэ и земельным участком с кадастровым номером 03:24:011602:9. Взлет воздушных судов осуществляется в сторону противоположную от земельного участка, на котором планируется размещение автозаправочной станции.

В связи с этим, суд полагает, что строительство автозаправочной станции не повлияет на безопасность воздушного движения, поскольку взлет воздушных судов осуществляется в противоположную от автозаправочной станции сторону, а посадка осуществляется на взлетно-посадочную полосу, расположенную от земельного участка, на безопасном расстоянии – более 3 км. Автозаправочная станция не будет каким-либо образом препятствовать заходу самолетов на посадку и ухудшать видимость взлетно-посадочной полосы.

Данных, касающихся возможного развития и удлинения грунтовой взлетно-посадочной полосы №1 в ходе дальнейшей эксплуатации, ответчиками не представлено.

Помимо этого, суд считает необходимым учесть, что на земельном участке с кадастровым номером 03:24:011609:2, расположенном на расстоянии 3007 м от торца искусственной взлетно-посадочной полосы (т.е. в пределах приаэродромной территории аэропорта «Байкал») обществом с ограниченной ответственностью «Альянс-Байкалнефтесбыт» также планируется размещение автозаправочной станции (т.2, л.д.119-120).

18 февраля 2013 года строительство данного объекта согласовано старшим авиационным начальником аэропорта «Байкал» ФИО4 (т.2, л.д.124).

Из протокола согласования, составленного комиссией аэропорта, следует, что земельный участок с кадастровым номером 03:24:011609:2 расположен в границах полосы воздушных подходов взлетно-посадочной полосы аэропорта (т.2, л.д. 125).

Таким образом, как на земельном участке с кадастровым номером 03:24:011609:9, так и на земельном участке с кадастровым номером 03:24:011609:2 планируется размещения аналогичных объектов – автозаправочных комплексов. Оба земельных участка находятся в пределах приаэродромной территории и в границах полос воздушных подходов взлетно-посадочных полос. Однако, при наличии одинаковых обстоятельств старший авиационный начальник в одном случае отказал заявителю в строительстве объекта, а в другом – разрешил обществу с ограниченной ответственностью «Альянс-Байкалнефтесбыт» строительство автозаправочной станции.

По мнению суда, подобный выборочный подход не основан на требованиях действующего законодательства и нарушает права заявителя, поскольку при наличии одинаковых условий одному из юридических лиц отдано предпочтение, необоснованное какими-либо объективными данными.

Также суд полагает необходимым указать, что до принятия обжалуемого решения старший авиационный начальник имел реальную возможность запросить у ООО «Карос» необходимые для рассмотрения вопроса о согласовании строительства документы, в т.ч. касающиеся характеристик предполагаемого объекта, данных о пожаровзрывоопасности и т.д. Однако, должностное лицо указанной возможностью не воспользовалось.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что оспариваемое решение противоречит требованиям статей 11, 46 и 47 Воздушного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с пунктами 58 и 60 Федеральных правил, поскольку не содержит мотивировки отказа в согласовании строительства автозаправочной станции и оценки его влияния на безопасность полетов воздушных судов.

Обжалуемый отказ в согласовании строительства АЗС нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности, поскольку в результате отказа в согласовании строительства названного объекта Общество лишено возможности осуществлять экономическую деятельность в виде торговли горюче-смазочными материалами.

В соответствии со статьей 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Заявленные требования удовлетворить полностью.

Признать незаконным отказ старшего авиационного начальника аэродрома Улан-Удэ – генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Аэропорт Байкал (Улан-Удэ)» ФИО1 в согласовании обществу с ограниченной ответственностью «Карос» строительства АЗС на земельном участке с кадастровым номером 03:24:011602:9, выраженный в письме от 18.10.2012 №112-06/1150, как не соответствующий Воздушному кодексу Российской Федерации и Федеральными правилами использования воздушного пространства Российской Федерации, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 11.03.2010 N 138

Обязать старшего авиационного начальника аэродрома Улан-Удэ устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного или кассационного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Четвертого арбитражного апелляционного суда http://4aas.arbitr.ru/ или Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа http://fasvso.arbitr.ru/.

Судья Н.П.Кушнарева