Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Кушнаревой Н. П., при ведении протокола судебного заседания секретарем Шаталовой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Бурятской таможне (ОГРН <***>, ИНН <***>) о признании недействительными решений таможенного органа №№10602000/08-39/1, 10602000/08-39/2, 10602000/08-39/3, 10602000/08-39/4, 10602000/08-39/5, 10602000/08-39/6, 10602000/08-39/7, 10602000/08-39/8, 10602000/08-39/9, 10602000/08-39/10, 10602000/08-39/11, 10602000/08-39/12, 10602000/08-39/13 от 27.11.2012, обязании возвратить уплаченную по требованиям №№336-348 денежную сумму в размере 627 678,87 рублей, в том числе таможенные платежи в сумме 505 896,94 рублей, пени в сумме 121 781,93 рублей,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО2 – представителя по доверенности №7 от 03.04.2013;

от ответчика: ФИО3 - представителя по доверенности №06/02466 от 07.03.2013; ФИО4 - представителя по доверенности №08-38/06456 от 07.06.2013;

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1, предприниматель) обратилась в суд с заявлением к Бурятской таможне (далее – таможенный орган) о признании недействительным решения №10602000/400/271112/Т0051/1 от 27 ноября 2012 года и возложении обязанности возвратить заявителю по требованиям №№ 336, 337, 338, 339, 340, 341, 342, 343, 344, 345, 346, 347, 348 денежные средства в размере 627 678,87 рублей, в т.ч. таможенные платежи в размере 505896,94 рублей и пени в размере – 121 781,93 рублей.

В ходе судебного разбирательства представитель заявителя уточнил заявленные требования. В связи с тем, что таможенным органом решение от 27 ноября 2012 года №10602000/400/271112/Т0051/1 отменено заявитель от требования об оспаривании указанного решения отказался, судом производство по делу в части оспаривания решения от 27 ноября 2012 года №10602000/400/271112/Т0051/1 прекращено. Просил суд признать недействительными решения Бурятской таможни №№10602000/08-39/1, 10602000/08-39/2, 10602000/08-39/3, 10602000/08-39/4, 10602000/08-39/5, 10602000/08-39/6, 10602000/08-39/7, 10602000/08-39/8, 10602000/08-39/9, 10602000/08-39/10, 10602000/08-39/11, 10602000/08-39/12, 10602000/08-39/13. На основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнение заявленных требований принято судом.

Представитель заявителя уточненные требования поддержал полностью и пояснил, что оспариваемыми решениями признано неправомерным предоставление ИП ФИО1 тарифных преференций в части уплаты таможенных платежей. На основании указанных решений заявителю выставлены требования об уплате таможенных платежей на общую сумму 627 678,87 рублей. 30 октября 2008 года между заявителем (покупателем) и внешнеторговой компанией (продавцом), расположенной в Китае, заключен контракт на продажу фруктов и овощей. В период с 01 июня по 30 июня 2010 года в адрес предпринимателя поступили овощи различных наименований общей стоимостью 384305,4 долларов США, оформленные в 13 декларациях на товары. При таможенном оформлении ИП ФИО1 заявлена льгота по уплате таможенных платежей в виде тарифной преференции по снижение ставки ввозной таможенной пошлины. К заявлению о предоставлении тарифной преференции приложены сертификаты о происхождении товаров по форме «А». Решением таможенного поста товары выпущены с предоставлением тарифной преференции. В период с 20 ноября по 27 ноября 2012 года Бурятской таможней проведена камеральная проверка по вопросу правильности предоставления заявителю таможенных преференций. По итогам проверки принят акт и оспариваемые решения, которыми признано, что тарифные преференции заявителю предоставлены незаконно. Основанием для принятия оспариваемых решений послужило то, что в графе 11 сертификатов о происхождении товаров по форме «А», содержится наименование органа его выдавшего «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA», однако, данная организация не содержится в перечне лиц, уполномоченных китайской стороной выдавать их. Вместе с тем, китайская сторона предоставила информацию о том, что названная организация уполномочена выдавать сертификаты о происхождении товаров. При выявлении противоречий в сведениях, содержащихся в сертификатах, таможенный орган обязан был направить китайской стороне соответствующий запрос. Однако, вместо этого, таможенный орган ограничился указанием на формальное нарушение порядка заполнения китайской стороной сертификата происхождения товара и на основании этого отказав в предоставлении тарифной преференции. Обжалуемые решения противоречат статьям 134, 61 Таможенного кодекса Таможенного Союза и Соглашению о правилах определения происхождения товаров из развивающихся и наименее развитых стран от 12 декабря 2008 года и нарушает права заявителя в сфере предпринимательской деятельности.

Представители Бурятской таможни возражали против удовлетворения заявленных требований и пояснили, что обжалуемые решения являются законными и обоснованными. В ходе камеральной проверки, проведенной Бурятской таможней, установлено, что заявителю необоснованно предоставлены льготы по уплате таможенных платежей в виде тарифных преференций. В сертификатах о происхождении товаров по форме «А», подтверждающих право на названную льготу, указано наименование выдавшего органа - «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA», однако, сертификаты заверены печатью организации – «INNER MONGOLIA ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA». Организация «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA» не включена в перечень организаций, осуществляющих выдачу сертификатов о происхождении товара, российской стороне сведения об этом не направлялись. В 2010 году Федеральная таможенная служба России обращалась к компетентным органам Китайской Народной Республики за информацией о подтверждении полномочий организации «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA» на выдачу сертификатов, однако, ответ, в период возникновения спорных правоотношений, не поступил. Письмо ФТС России от 18.10.2012 №05-92/52015 дсп было направлено значительно позднее, чем происходило таможенное оформление товаров предпринимателем. Оспариваемое решение соответствует требованиям статей 34, 36, 37, 99 и 131 Таможенного кодекса Таможенного Союза, международно-правовым актам и Федеральному закону от 27 ноября 2010 года №311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации».

Из материалов дела следует, что 14 октября 2008 года ФИО1 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя.

30 октября 2008 года ИП ФИО1 и ФИО5 компания по международной торговле с ограниченной ответственностью «ФЭНЦЗЯ» (Китайская Народная Республика) заключили внешнеторговый контракт №HLRH-051, по условиям которого китайская сторона обязалась поставить заявителю фрукты и овощи производства КНР, а ИП ФИО1 обязалась их принять и оплатить. Цена контракта составила 900 000 долларов США (т.1, л.д.77-80).

Дополнительными соглашениями №1 от 01 декабря 2008 года, №2 от 18 марта, №3 от 31 июля 2009 года, №4 от 07 сентября 2009 года, №5 от 27 мая 2010 года, №6 от 08 июня 2010 года, №7 от 06 декабря 2010 года, №8 от 25 августа 2011 года стороны названного контракта уточняли наименование, стоимость поставляемых товаров, а также иные данные, необходимые для исполнения контракта (т.1, л.д. 80-93).

Во исполнение условий контракта в период с 10 по 30 июня 2010 года в адрес заявителя поступили овощи различных наименований общей фактурной стоимостью 384 305,4 долларов США.

Таможенное оформление указанных товаров произведено на основании 13 таможенных деклараций, а именно: 10602040/100610/0003594, 10602040/110610/0003625, 10602040/150610/0003688, 10602040/170610/0003764, 10602040/190610/0003828, 10602040/210610/0003846, 10602040/220610/0003890, 10602040/230610/0003908, 10602040/240610/0003953, 10602040/250610/0004008, 10602040/260610/0004034, 10602040/280610/0004067, 10602040/300610/0004183 (т.1, л.д. 57-59, 66-67, 71-74, 146-148, 158-160, 167-169, 176-177, 181-182, 186-187, 191-193, 197-199, 215-217, 224-226).

При таможенном оформлении товаров по указанным декларациям ИП ФИО1 заявлена льгота по уплате таможенных платежей в виде тарифной преференции по снижению ставки ввозной таможенной пошлины, о чем проставлена отметка в графе 36 таможенных деклараций.

Для подтверждения льготы по уплате таможенных платежей в виде тарифной преференции заявителем в таможенный орган представлены сертификаты о происхождении товаров по форме «А»: G1023023 16830448, G1023023 16830449, G1023023 16830447, G1023023 16830461, G1023023 16830467, G1023023 16830468, G1023023 16830472, G1023023 16830473, G1023023 16830485, G1023023 16830496, G1023023 16830497, G1023023 16830508, G1023023 16830509, G1023023 16830511, G1023023 16830517, G1023023 16830524, G1023023 16830528, G1023023 16830529, G1023023 16830530, G1023023 16830538, G1023023 16830543, G1023023 16830544, G1023023 16830545, G1023023 16830553, G1023023 16830541, G1023023 16830552, G1023023 16830576, G1023023 16830577, G1023023 16830578 (т.1, л.д.118-121, 125-126, 132-133, 135-136, 138-139, 141-142, 144-145, 150-151, 153-154, 156-157, 162-163, 165-166, 171-172, 174-175, 179-180, 184-185, 189-190, 195-196, 201-203, 205, 207-208, 210-211, 213-214, 220-223, 228-229, 231-232, 234-235).).

С учетом названных сертификатов таможенным органом принято решение о выпуске товаров задекларированных по указанным таможенным декларациям с предоставлением тарифных преференций, на что указывают данные, изложенные в графах 36, 44 и 47 таможенных деклараций.

В период с 20 ноября по 27 ноября 2012 года должностным лицом Бурятской таможни проведена камеральная таможенная проверка соблюдения условий предоставления ИП ФИО1 тарифных преференций по вышеуказанным таможенным декларациям.

Актом №10602000/400/051212/А0051/00, составленным 27 ноября 2012 года по результатам таможенной проверки, установлено, что при декларировании товаров по вышеперечисленным грузовым таможенным декларациям декларанту ИП ФИО1 необоснованно предоставлены тарифные преференции на основании сертификатов о происхождении товаров формы «А», не соответствующих требованиям пункта 5 Правил определения происхождения товаров из развивающихся стран при предоставлении тарифных преференций в рамках общей системы преференций, принятых Соглашением стран СНГ от 12 апреля 1996 года «О правилах определения происхождения товаров развивающихся стран при предоставлении тарифных преференций в рамках общей системы преференций». Данный факт привел к занижению уплаты таможенных платежей в размере 505 896,94 рублей, в т.ч. таможенной пошлины в размере 459906, 29 рублей и налога на добавленную стоимость в размере 45990,65 рублей.

По результатам проверки предложено отменить решения нижестоящего таможенного органа по предоставлению тарифных преференций по указанным выше таможенным декларациям, принять решения об отказе в предоставлении тарифных преференций и ИП ФИО1 уплатить таможенные платежи в размере 505 896,94 рублей (т.1, л.д.15-21).

27 ноября 2012 года должностным лицом Бурятской таможни принято решение №№10602000/400/271112/Т0051/1, которым ИП ФИО1 отказано в предоставлении тарифных преференций на товары, оформленные по таможенным декларациям 10602040/100610/0003594, 10602040/110610/0003625, 10602040/150610/0003688, 10602040/170610/0003764, 10602040/190610/0003828, 10602040/210610/0003846, 10602040/220610/0003890, 10602040/230610/0003908, 10602040/240610/0003953, 10602040/250610/0004008, 10602040/260610/0004034, 10602040/280610/0004067, 10602040/300610/0004183 (т.1, л.д.11-14).

Письмом от 04 декабря 2012 года предпринимателю сообщено, что решение от 27 ноября 2012 года №№10602000/400/271112/Т0051/1 является недействительным в связи с технической ошибкой (т.1, л.д.94).

27 ноября 2012 года должностным лицом Бурятской таможни приняты решения №№10602000/08-39/1, 10602000/08-39/2, 10602000/08-39/3, 10602000/08-39/4, 10602000/08-39/5, 10602000/08-39/6, 10602000/08-39/7, 10602000/08-39/8, 10602000/08-39/9, 10602000/08-39/10, 10602000/08-39/11, 10602000/08-39/12, 10602000/08-39/13, которыми ИП ФИО1 отказано в предоставлении тарифных преференций на товары, оформленные по таможенным декларациям 10602040/100610/0003594, 10602040/110610/0003625, 10602040/150610/0003688, 10602040/170610/0003764, 10602040/190610/0003828, 10602040/210610/0003846, 10602040/220610/0003890, 10602040/230610/0003908, 10602040/240610/0003953, 10602040/250610/0004008, 10602040/260610/0004034, 10602040/280610/0004067, 10602040/300610/0004183 (т. 1, л.д. 64-76).

07 декабря 2012 года таможенным органом составлены требования №336-348 которыми ИП ФИО1 предложено уплатить таможенные платежи и пени на общую сумму 627 678,87 рублей (т.1, л.д.100-112).

Не согласившись с решениями об отказе в предоставлении тарифных преференций, заявитель обратился в суд.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных требований.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания незаконным решений таможенного органа необходимо совокупное наличие двух условий: несоответствие решений требованиям законодательства и нарушение прав и законных интересов заявителя.

Статьей 24 Федерального закона от 27 ноября 2010 года N 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» установлено, что если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом и иными федеральными законами, вышестоящий таможенный орган или вышестоящее должностное лицо таможенного органа в любое время в порядке ведомственного контроля вправе отменить или изменить не соответствующее требованиям таможенного законодательства Таможенного союза и законодательства Российской Федерации о таможенном деле решение нижестоящего таможенного органа или нижестоящего должностного лица таможенного органа в области таможенного дела, а также принять любые предусмотренные таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле меры в отношении неправомерных действий (бездействия) нижестоящих таможенных органов или нижестоящих должностных лиц таможенных органов в области таможенного дела. В случае, если после отмены (изменения) в порядке ведомственного контроля решения нижестоящего таможенного органа или нижестоящего должностного лица таможенного органа в области таможенного дела требуется принятие нового решения в области таможенного дела, такое решение принимается уполномоченным таможенным органом в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле в сроки, установленные для проведения таможенного контроля.

В силу статьи 164 данного Федерального закона таможенные органы проводят таможенный контроль после выпуска товаров в течение трех лет с момента окончания нахождения товаров под таможенным контролем.

Согласно статье 110 Федерального закона от 27 ноября 2010 года N 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» таможенные органы осуществляют контроль правильности определения страны происхождения товаров в целях обеспечения соблюдения мер таможенно-тарифного и нетарифного регулирования в случаях, когда применение таких мер зависит от страны происхождения товаров, до и после выпуска товаров. По результатам осуществления контроля правильности определения страны происхождения товаров таможенный орган принимает решение о стране происхождения товаров и (или) предоставлении тарифных преференций по форме и в порядке, которые определяются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в области таможенного дела. Если в ходе контроля правильности определения страны происхождения товаров таможенным органом обнаружено, что не соблюдены условия предоставления тарифных преференций, установленные таможенным законодательством Таможенного союза, таможенный орган в установленном порядке принимает решение об отказе в предоставлении тарифных преференций.

В соответствии с пунктом 61 Инструкции о действиях должностных лиц таможенных органов при проведении таможенного контроля в форме таможенной проверки, утвержденной приказом Федеральной таможенной службы от 06 июля 2012 года №1373, решение об отказе предоставления льгот по уплате таможенных платежей, предоставления полного или частичного освобождения от уплаты таможенных пошлин, налогов и об отказе в предоставлении тарифных преференций принимается таможенным органом, проводившим таможенную проверку, и подписывается начальником таможенного органа (лицом, его замещающим) либо председателем комиссии по проведению таможенной проверки (должностным лицом уполномоченного подразделения, проводящим камеральную таможенную проверку), уполномоченным начальником таможенного органа на принятие от имени этого таможенного органа решений в области таможенного дела в соответствии со статьей 178 Федерального закона от 27 ноября 2010 года N 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации».

Как следует из материалов дела, оспариваемые решения приняты по результатам камеральной таможенной проверки главным государственным таможенным инспектором отдела таможенного контроля после выпуска товаров ФИО6

С учетом вышеназванных правовых норм суд приходит к выводу о том, что решения об отказе в предоставлении тарифных преференций приняты полномочным на то лицом в пределах сроков, предусмотренных таможенным законодательством. Форма решений соответствует требованиям предъявляемым Приказом Федеральной таможенной службы от 02 августа 2012 года №1565. Данные обстоятельства заявителем по существу не оспариваются.

Частью 1 статьи 36 Закона Российской Федерации 21 мая 1993 года N 5003-1 «О таможенном тарифе» (в редакции, действовавшей в период декларирования товаров) предусматривалось, что при осуществлении торгово-политических отношений Российской Федерации с иностранными государствами допускается предоставление льгот (преференций) по Таможенному тарифу Российской Федерации в виде:

- установления тарифных квот на преференциальный ввоз сельскохозяйственных товаров, аналоги которых производятся (добываются, выращиваются) в Российской Федерации;

- освобождения от уплаты ввозных таможенных пошлин, снижения ставок ввозных таможенных пошлин в отношении товаров:

происходящих из государств, образующих вместе с Российской Федерацией зону свободной торговли или таможенный союз либо подписавших соглашения, имеющие целью создание такой зоны или такого союза;

происходящих из развивающихся стран, пользующихся национальной системой преференций Российской Федерации, пересматриваемой Правительством Российской Федерации периодически, но не реже чем один раз в пять лет.

Этой же правовой нормой, действующей в редакции от 06.12.2011 года, определено, что Российская Федерация предоставляет тарифные преференции в соответствии с международными договорами государств - членов Таможенного союза, международными договорами Российской Федерации. Для целей настоящей статьи под тарифной преференцией понимается освобождение от уплаты ввозных таможенных пошлин в отношении товаров, происходящих из стран, образующих вместе с Российской Федерацией зону свободной торговли либо подписавших соглашения, имеющие целью создание такой зоны, или снижение ставок ввозных таможенных пошлин в отношении товаров, происходящих из развивающихся или наименее развитых стран, пользующихся единой системой тарифных преференций Таможенного союза.

В соответствии со статьей 179 Таможенного кодекса Таможенного союза (далее – ТК ТС) товары подлежат таможенному декларированию при помещении под таможенную процедуру либо в иных случаях, установленных в соответствии с настоящим Кодексом. Таможенное декларирование товаров производится декларантом либо таможенным представителем, действующим от имени и по поручению декларанта. Таможенное декларирование производится в письменной и (или) электронной формах с использованием таможенной декларации.

Согласно статье 181 ТК ТС в декларации на товары, в числе прочих, указываются сведения об исчислении таможенных платежей, в т.ч. ставки таможенных пошлин, налогов, таможенных сборов; применение льгот по уплате таможенных платежей.

К льготам по уплате таможенных платежей в силу статьи 74 ТК ТС относятся тарифные преференции. При этом они представляются в соответствии с законодательством и (или) международными договорами государств - членов таможенного союза.

Частью 3 статьи 109 Федерального закона от 27 ноября 2010 года N 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» установлено, что страна происхождения товаров определяется декларантом, а в случаях, установленных настоящим Федеральным законом, таможенным органом. Страна происхождения товаров заявляется декларантом таможенному органу при таможенном декларировании товаров. Происхождение товаров из заявляемой декларантом страны происхождения товаров должно быть документально подтверждено в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза. Фактически аналогичные требования содержались и в Таможенном кодексе Российской Федерации.

В силу статьи 58 ТК ТС страной происхождения товаров считается страна, в которой товары были полностью произведены или подвергнуты достаточной обработке (переработке) в соответствии с критериями, установленными таможенным законодательством таможенного союза. При этом под страной происхождения товаров может пониматься группа стран, либо таможенные союзы стран, либо регион или часть страны, если имеется необходимость их выделения для целей определения страны происхождения товаров. Определение страны происхождения товаров производится во всех случаях, когда применение мер таможенно-тарифного и нетарифного регулирования зависит от страны происхождения товаров.

Статьей 59 ТК ТС определено, что в подтверждение страны происхождения товаров таможенный орган вправе требовать представления документов, подтверждающих страну происхождения товаров. Документами, подтверждающими страну происхождения товаров, являются декларация о происхождении товара или сертификат о происхождении товара.

Согласно статье 61 ТК ТС под сертификатом о происхождении товара понимается документ, однозначно свидетельствующий о стране происхождения товаров и выданный уполномоченными органами или организациями этой страны или страны вывоза, если в стране вывоза сертификат выдается на основе сведений, полученных из страны происхождения товаров. Сертификат о происхождении товара представляется одновременно с таможенной декларацией и другими документами, представляемыми при помещении товаров, ввозимых на таможенную территорию таможенного союза, под таможенную процедуру. При утрате сертификата принимается его официально заверенный дубликат.

В соответствии со статьей 62 ТК ТС при ввозе товаров на таможенную территорию таможенного союза документ, подтверждающий страну происхождения товаров, предоставляется в случае, если стране происхождения этих товаров на территории таможенного союза предоставляются тарифные преференции в соответствии с таможенным законодательством и (или) международными договорами государств - членов таможенного союза. В указанном случае документ, подтверждающий страну происхождения товаров, предоставляется таможенному органу одновременно с предоставлением таможенной декларации. При этом предоставление тарифных преференций может быть обусловлено необходимостью предоставления сертификата о происхождении товара по определенной форме в соответствии с законодательством и (или) международными договорами государств - членов таможенного союза. При обнаружении признаков того, что заявленные сведения о стране происхождения товаров, которые влияют на применение ставок таможенных пошлин, налогов и (или) мер нетарифного регулирования, являются недостоверными, таможенные органы вправе потребовать представить документ, подтверждающий страну происхождения товаров.

Согласно пункту 5 Правил определения происхождения товаров развивающихся стран при предоставлении тарифных преференций в рамках Общей системы преференций, являющихся приложением к Соглашению стран СНГ от 12 апреля 1996 года (далее – Правила 1996 года), в удостоверение происхождения товара в развивающейся стране, на которую распространяется тарифный преференциальный режим, лицо, перемещающее товары, представляет декларацию - сертификат о происхождении товара (далее - сертификат) по форме "А", принятой в рамках Общей системы преференций. Срок действия сертификата составляет 12 месяцев со дня его выдачи. Сертификат представляется таможенным органам в напечатанном виде, без исправлений, на русском или английском языке. При необходимости таможенные органы могут требовать перевода сертификата на национальный язык. Сертификат представляется вместе с таможенной декларацией и другими документами, представляемыми при таможенном оформлении товара. В случае возникновения обоснованных сомнений относительно достоверности заявленных сведений о происхождении товара таможенный орган вправе потребовать предоставления сертификата о происхождении товара.

В соответствии с пунктом 6 Правил 1996 года государства - участники СНГ получают от развивающихся стран, в отношении которых предоставлены тарифные преференции, наименования, адреса, оттиски печатей компетентных органов, уполномоченных заверять сертификаты. Тарифный преференциальный режим не распространяется на товар, происходящий из развивающейся страны, которая не предоставила вышеуказанную информацию. В случае возникновения обоснованных сомнений относительно безупречности сертификата или содержащихся в нем сведений, а также относительно сведений о происхождении товара таможенные или другие компетентные органы страны, предоставляющей тарифные преференции, могут обратиться в компетентные национальные органы развивающихся стран, заверившие сертификат, с мотивированной просьбой сообщить дополнительные или уточняющие сведения. Товар развивающейся страны не считается происходящим из этой страны, на которую распространяется тарифный преференциальный режим, до тех пор пока не будет представлен надлежащим образом оформленный сертификат о происхождении товара или запрошенные сведения. Тарифные преференции для такого товара предоставляются лишь после получения удовлетворительного ответа компетентных национальных органов страны, на которую распространяется тарифный преференциальный режим.

Требования аналогичные пунктам 5 и 6 Правил 1996 года содержатся в статьях VII и VIII Правил определения происхождения товаров из развивающихся и наименее развитых стран, являющихся приложением к Соглашению между Правительствами Республики Беларусь, Республики Казахстан и Российской Федерации от 12 декабря 2008 года (далее – Правила 2008 года).

Из содержания вышеприведенных норм таможенного законодательства, международных соглашений следует, что наличие оснований для предоставления льготы по уплате таможенных платежей в виде тарифной преференции должно доказать заинтересованное лицо, в данном случае – ИП ФИО1 При этом право на получение тарифной преференции должно быть подтверждено надлежащим образом оформленным сертификатом о происхождении товара по форме "А", выданным компетентным органом, уполномоченным заверять сертификаты.

Судом установлено, что в период с 10 июня по 30 июня 2010 года предпринимателем на таможенную территорию Российской Федерации ввезены овощи различных наименований.

В подтверждение права на тарифные преференции заявителем в таможенный орган представлены сертификаты о происхождении товаров по форме «А»: G1023023 16830448, G1023023 16830449, G1023023 16830447, G1023023 16830461, G1023023 16830467, G1023023 16830468, G1023023 16830472, G1023023 16830473, G1023023 16830485, G1023023 16830496, G1023023 16830497, G1023023 16830508, G1023023 16830509, G1023023 16830511, G1023023 16830517, G1023023 16830524, G1023023 16830528, G1023023 16830529, G1023023 16830530, G1023023 16830538, G1023023 16830543, G1023023 16830544, G1023023 16830545, G1023023 16830553, G1023023 16830541, G1023023 16830552, G1023023 16830576, G1023023 16830577, G1023023 16830578.

В графе 11 сертификатов указано наименование органа их выдавшего – «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA». Вместе с тем, сертификаты заверены печатью организации – «INNER MONGOLIA ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA».

В оспариваемых решениях таможенным органом сделан вывод о том, что сертификаты о происхождении товара формы «А», представленные ИП ФИО7 при таможенном оформлении указанных выше товаров, не соответствуют требованиям пункта 5 Правил определения происхождения товаров развивающихся стран при предоставлении тарифных преференций в рамках Общей системы преференций, принятых Соглашением стран СНГ от 12 апреля 1996 года «О Правилах определения происхождения товаров развивающихся стран при предоставлении тарифных преференций в рамках Общей системы преференций». В связи с чем, тарифные преференции предпринимателю предоставлены быть не могут.

Суд считает необходимым согласиться с выводами Бурятской таможни по следующим мотивам.

В соответствии с Перечнем развивающихся стран - пользователей системы тарифных преференций Таможенного союза, утвержденным решением Межгосударственного Совета Евразийского экономического сообщества (высшего органа Таможенного союза) от 27.11.2009 N 18 и решением Комиссии Таможенного союза от 27.11.2009 N 130, Китай включен в перечень стран - пользователей преференций Российской Федерации.

Согласно статье VIII Правил 2008 года Комиссия таможенного союза получает от развивающихся или наименее развитых стран, в отношении которых предоставлены тарифные преференции, наименования, адреса, оттиски печатей компетентных органов, уполномоченных заверять сертификаты. Тарифный преференциальный режим не распространяется на товар, происходящий из развивающейся или наименее развитой страны, которая не предоставила такую информацию. Товар из развивающейся или наименее развитой страны не считается происходящим из этой страны, на которую распространяется тарифный преференциальный режим, до тех пор, пока не будет представлен надлежащим образом оформленный сертификат о происхождении товара или запрошенные сведения.

Аналогичное требование содержится в пункте 6 Правил 1996 года.

Письмом Федеральной таможенной службы от 09 сентября 2005 года №06-48/31226дсп в адрес нижестоящих таможенных органов направлены образцы оттисков печатей 35 органов, уполномоченных в КНР выдавать и заверять сертификаты о происхождении товаров формы «А» на товары китайского происхождения.

Федеральной таможенной службой в письме от 15 октября 2010 года №05-90/50378дсп до сведения нижестоящих таможенных органов доведена информация о том, что компетентным правительственным департаментом Китайской Народной Республики, ответственным за выдачу сертификатов происхождения товаров формы «А» является Главная администрация контроля за качеством, инспектированию и карантину КНР и ее 35 подразделений, а именно, Орган эмиграционного контроля и Бюро карантина КНР. Упомянутые органы являются единственными компетентными органами, уполномоченными китайским правительством выдавать сертификаты. К данному письму приложены образцы оттисков печатей 36 компетентных органов КНР, уполномоченных выдавать и удостоверять сертификаты о происхождении товаров формы «А» на товары, происходящие и экспортируемые из КНР. Печати вступили в силу с 01 августа 2010 года взамен ранее действовавших.

В письмах от 09 сентября 2005 года и от 15 октября 2010 года среди компетентных органов, уполномоченных выдавать сертификаты о происхождении товаров формы «А», указана организация «INNER MONGOLIA ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA».Сведения о том, что организация «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA» уполномочена китайской стороной выдавать сертификаты о происхождении товаров формы «А» в перечнях, содержащихся в названных письмах, отсутствуют.

В соответствии с приложением 2 к Правилам 2008 года графа 11 сертификата о происхождении товара формы «А» содержит данные о дате и месте удостоверения сертификата, наименование и печать органа, уполномоченного в соответствии с законодательством удостоверять происхождение товаров, а также подпись должностного лица указанного органа, уполномоченного подтверждать достоверность сертификата. Печать должна иметь четкий оттиск, позволяющий при необходимости осуществить идентификацию на предмет ее подлинности.

С учетом этого, суд приходит к выводу о том, что организация, выдавшая сертификаты о происхождении товаров - «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA», не была указана китайской стороной в числе организаций, уполномоченных выдавать сертификаты о происхождении товаров формы «А». При таких обстоятельствах сертификаты о происхождении товаров, выданные организацией «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA» и представленные заявителем при таможенном оформлении вышеуказанных товаров, не соответствуют требованиям пункта 5 Правил 1996 года. В связи с чем, названные сертификаты являются ненадлежащими и не могут служить основанием для предоставления заявителю тарифных преференций. Следовательно, оспариваемые решения являются законными и обоснованными.

Судом проверены доводы заявителя о том, что при выявлении противоречивых сведений, содержащихся в сертификатах о происхождении товара, таможенный орган в ходе проверки не направил соответствующий запрос китайской стороне, и ограничившись формальным нарушением при заполнении сертификатов, принял оспариваемые решения. Компетентные органы КНР в январе 2011 года не получали запрос российской стороны относительно правомерности выдачи организацией «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA» сертификатов о происхождении товаров. В письме Посольства Российской Федерации от 21 сентября 2012 года указано, что включение организации «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA» в список 35 региональных управлений, уполномоченных выдавать сертификаты, невозможно, поскольку закрепленный нормативными актами порядок административного соподчинения карантинных органов КНР не позволяет этого сделать. На момент вынесения названных решений Китай уведомил Россию о правомерности выдачи сертификатов о происхождении товаров формы «А» организацией «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA». Суд находит вышеуказанные доводы несостоятельными по следующим основаниям.

Согласно статье 61 ТК ТС при проведении таможенного контроля таможенный орган вправе обратиться к уполномоченным органам или организациям страны, которые выдали сертификат о происхождении товара, с просьбой представить дополнительные документы или уточняющие сведения.

В силу статьи 134 ТК ТС при проведении таможенной проверки должностные лица таможенного органа имеют право направлять международные запросы в связи с проведением таможенной проверки.

Статьей VIII Правил 2008 года определено, что в случае возникновения обоснованных сомнений относительно достоверности сертификата или содержащихся в нем сведений, а также относительно сведений о происхождении товара таможенные или другие уполномоченные органы Сторон могут обратиться в компетентные национальные органы развивающейся или наименее развитой страны, заверившие сертификат, с мотивированной просьбой сообщить дополнительные или уточняющие сведения.

Бурятской таможней в материалы дела представлен запрос Федеральной таможенной службы в Главную Администрацию по контролю за качеством, инспектированию и карантину Китайской народной республики от 03 декабря 2010 года №05-88/59114 о проверке аналогичных сертификатов страны происхождения товара, выданных вышеназванной организацией.

Однако, от компетентных органов КНР в полномочные органы Российской Федерации информация, предусмотренная статьей VIII Правил 2008 года, в отношении организации «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA» не поступала, что в силу названных правовых норм исключает возможность реализации таможенными органами полномочий по получению дополнительных сведений.

Довод заявителя о том, что в январе 2011 года китайская сторона не получала запросов компетентных органов России относительно полномочий названной организации, с учетом изложенного, является необоснованным и не влияющим на законность обжалуемых решений.

Ссылка предпринимателя на Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2010 года №9172/10 судом отвергается, поскольку по настоящему делу установлены иные фактические обстоятельства.

Письмо Главного управления Китайской Народной Республики по контролю качества, инспекции и карантину от 18 июля 2012 года доводов заявителя также не подтверждает.

Из данного письма следует, что Управление инспекции и карантина Маньчжоули является филиалом Управления инспекции и карантина Внутренней Монголии, поэтому Управление инспекции и карантина Маньчжоули имеет полномочия выдавать сертификаты происхождения товара. В январе 2011 года Главного управления Китайской Народной Республики по контролю качества, инспекции и карантину не получало запросов от российской стороны относительно правомерности выдачи сертификатов Управлением инспекции и карантина Маньчжоули. Сертификаты происхождения товара, выдаваемые Управлением инспекции и карантина Маньчжоули, подлинны и имеют силу. Просим российскую сторону принимать сертификаты происхождения товара, выданные в 2010 года и первой половине 2011 года.

Информация китайской стороны, содержащаяся в данном письме, получена Федеральной таможенной службой 21 сентября 2012 года.

18 октября 2012 года до сведения всех таможенных органов Российской Федерации доведена информация о том, что Бюро провинции Маньчжоули по экспортно-импортному контролю и карантину КНР (MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA) является филиалом Бюро провинции Внутренней Монголии по экспортно-импортному контролю и карантину (INNER MONGOLIA ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA) и уполномочено выдавать и удостоверять сертификаты происхождения товаров по форме «А» на товары, происходящие и экспортируемые из КНР.

В соответствии со статьей VIII Правил 2008 года и пунктом 6 Правил 1996 года китайская сторона представила российской стороне информацию о том, что Правительство КНР уполномочило выдавать сертификаты о происхождении товара формы «А» 35 подразделений Главного управления Китайской Народной Республики по контролю качества, инспекции и карантину, в число данных подразделений организация «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA». Сведения о том, что организация «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA» уполномочена выдавать указанные сертификаты, были получены Российской Федерацией только 18 июля 2012 года.

Таким образом, на момент таможенного оформления заявителем вышеназванных товаров, тарифные преференции на основании сертификатов, выданных организацией «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE?S REPUBLIC OF CHINA», предоставлены ИП ФИО7 быть не могли.

Просьба, содержащаяся в письме от 18 июля 2012 принимать сертификаты о происхождении товара, выданные «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE'S REPUBLIC OF CHINA» в 2010 году и первой половине 2011 года, также не может быть принята во внимание, поскольку по смыслу статьи VIII Правил 2008 года китайская сторона должна представить в Комиссию таможенного союза информацию о наименовании, адресе, оттисках печатей компетентных органов, уполномоченных заверять сертификаты, своевременно и с соблюдением установленной административной процедуры, а не после выпуска товаров и не в виде содержащейся в письме просьбы. По мнению суда, невозможность включения названной организации в перечень 35 региональных управлений, уполномоченных выдавать сертификаты, в силу действующего в Китае законодательства, не является основанием для признания оспариваемых решений незаконными. Китайская сторона имела реальную возможность своевременно уведомить компетентные органы Российской Федерации о том, что организация «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE'S REPUBLIC OF CHINA» уполномочена выдавать сертификаты о происхождении товаров и представить соответствующие оттиски печатей и иную информацию.

Суд также считает необходимым отметить, что согласно статье 63 ТК ТС режим предоставления тарифных преференций применяется (восстанавливается) при условии подтверждения страны происхождения товаров до истечения 1 (одного) года со дня регистрации таможенным органом таможенной декларации.

По настоящему делу декларации на товары зарегистрированы таможенным органом в июне 2010 года, тогда как сведения, касающиеся полномочий организации «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE'S REPUBLIC OF CHINA» получены российской стороной в 2012 году, после истечения годичного срока, установленного статьей 63 ТК ТС.

Принятие оспариваемых решений после того как до сведения таможенных органов Российской Федерации была доведена информация о том, что организация «MANZHUOLI ENTRY-EXIT INSPECTION AND QUARANTINE BUREAU OF THE PEOPLE'S REPUBLIC OF CHINA» уполномочена выдавать сертификаты о происхождении товаров, не свидетельствует о противоречии названных решений закону.

На момент таможенного оформления (в 2010 году) вышеуказанных товаров право заявителя на тарифные преференции подтверждалось сертификатами о происхождении товара, выданными организацией, сведения о которой в установленном порядке российской стороне представлены не были, т.е. ненадлежащими документами. Для отказа в предоставлении преференций достаточного того, что название организации, выдавшей сертификаты формы «А», не содержится в сведениях, предоставленных страной экспортера таможенным органам Российской Федерации в соответствии с установленными правилами.

Поскольку китайской стороной не соблюдены требования, касающиеся административного и таможенного сотрудничества, следовательно, у таможенных органов отсутствуют основания для предоставления тарифных преференций в отношении товаров, происходящих из данной страны.

Таким образом, вышеприведенные доводы ИП ФИО1 являются необоснованными.

Следовательно, оспариваемые решения таможенного органа не нарушают права и законные интересы предпринимателя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности и приняты им в полном соответствии с нормами действующего законодательства.

Поскольку оспариваемые решения признаны судом законными, то оснований для удовлетворения требований заявителя о возложении на таможенный орган обязанности возвратить уплаченные таможенные платежи и пени, не имеется.

На основании части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Заявитель при подаче заявления в суд об оспаривании решения таможенного органа №10602000/400/271112/Т0051/1 от 27 ноября 2012 года и возложении обязанности возвратить заявителю по требованиям №№ 336, 337, 338, 339, 340, 341, 342, 343, 344, 345, 346, 347, 348 денежные средства в размере 627 678,87 рублей, уплатил государственную пошлину за рассмотрение заявления в суде в размере 200 рублей по платежному поручению №108 от 21.02.2013.

В ходе судебного разбирательства заявитель уточнил заявленные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просил признать недействительными решения Бурятской таможни №№10602000/08-39/1, 10602000/08-39/2, 10602000/08-39/3, 10602000/08-39/4, 10602000/08-39/5, 10602000/08-39/6, 10602000/08-39/7, 10602000/08-39/8, 10602000/08-39/9, 10602000/08-39/10, 10602000/08-39/11, 10602000/08-39/12, 10602000/08-39/13 от 27.11.2012, обязать возвратить уплаченную по требованиям №№336-348 денежную сумму в размере 627 678,87 рублей, в том числе таможенные платежи в сумме 505 896,94 рублей, пени в сумме 121 781,93 рублей.

31 мая 2013 года заявитель отказался от требования о признании недействительным решения Бурятской таможни №10602000/400/271112/Т0051/1 от 27.11.2012.

Определением суда от 31 мая 2013 года производство по рассматриваемому делу прекращено в части требований заявителя о признании недействительным решения Бурятской таможни №10602000/400/271112/Т0051/1 от 27.11.2012. Предпринимателю из федерального бюджета возвращена государственная пошлина в размере 200 рублей, уплаченная по платёжному поручению №108 от 21.02.2013. Определение суда о прекращении производства по делу в части и возврате предпринимателю государственной пошлины вступило в законную силу.

Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче заявлений о признании нормативного правового акта недействующим, о признании ненормативного правового акта недействительным и о признании решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными государственная пошлина уплачивается для физических лиц в размере 200 рублей.

Следовательно, при подаче заявления о признании недействительными 13 решений Бурятской таможни, подлежит уплате государственная пошлина в размере 2600 рублей.

Заявителем к ходатайству об уточнении заявленных требований приложены платежные поручения №№241-252 от 15.04.2013 на общую сумму 2400 рублей (л.д. 49-60 том 2).

В связи с тем, что решение по настоящему делу принято не в пользу заявителя, определением суда, вступившим в законную силу, государственная пошлина в размере 200 рублей возвращена, то с заявителя надлежит взыскать в доход федерального бюджета 200 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. В удовлетворении требований индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) отказать.

2. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) 200 рублей государственной пошлины в доход федерального бюджета.

3. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

4. Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения. Решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются в арбитражный суд апелляционной и кассационной инстанций через арбитражный суд, принявший решение.

Судья Н.П.Кушнарева