Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Химпром-Инвест» (ИНН <***>, ОГРН <***> к межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Волгоградской области (ИНН <***>, ОГРН <***>), управлению Федеральной налоговой службы по Волгоградской области (ИНН <***>, ОГРН <***>), с привлечением третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований – инспекции Федеральной налоговой службы по г. Мурманску Мурманской области, о признании недействительными ненормативных правовых актов

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1, доверенность от 29.08.2012;

от ответчика: от МИ ФНС № 11 по Волгоградской области – ФИО2, доверенность от 10.01.2012; ФИО3, доверенность от 19.08.2012, ФИО4, доверенность от 10.01.2012

от УФНС по Волгоградской области – ФИО5, доверенность от 10.01.2012 № 05-17/8;

от третьего лица: не явился, извещен.

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд Волгоградской области обратилось ООО «Химпром-Инвест» с заявлением, в котором, уточнив исковые требования в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просит признать недействительными решение межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Волгоградской области № 11.3085в от 31.12.2010 и решение управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области № 71 от 03.02.2012 в части:

-начисления налога на добавленную стоимость в сумме 5305888,06 руб., пени по налогу на добавленную стоимость в сумме 1069692,47 руб.;

-начисления налога на прибыль организаций, зачисляемого в федеральный бюджет, в сумме 1386938 руб., пени по налогу на прибыль организаций, зачисляемого в федеральный бюджет, в сумме 190115,34 руб.;

-начисления налога на прибыль организаций, зачисляемого в бюджеты субъектов Российской Федерации, в сумме 6694276 руб., пени по налогу на прибыль организаций, зачисляемого в бюджеты субъектов Российской Федерации, в сумме 677627,02 руб.;

-привлечения к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в сумме 2571945,37 руб.

Обществом заявлено ходатайство о восстановлении срока на обращение с заявлением в арбитражный суд, которое судом признано обоснованным и удовлетворено.

Ответчики иск не признают, представили отзывы. Третье лицо представило отзыв, в котором выразило несогласие с заявленными требованиями.

Рассмотрев материалы дела,

суд установил:

Как следует из материалов дела, 16.06.2010 – 29.11.2010 ответчиком была проведена выездная налоговая проверка в отношении общества по вопросам правильности исчисления и уплаты налогов за 2007-2009 г.г.

По результатам проверки налоговым органом составлен акт от 30.11.2010 № 151вДСП.

Решением межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Волгоградской области от 31.12.2010 общество привлечено к налоговой ответственности по ст. 122 НК РФ за неполную уплату налога на прибыль и налога на добавленную стоимость в виде штрафа на общую сумму 2571945,37 руб., по ст. 123 НК РФ в виде штрафа в размере 83,20 руб. Кроме того, обществу доначислены и предложены к уплате налог на прибыль, зачисляемый в федеральный бюджет, в размере 1386938 руб., пени в размере 190115,34 руб., налог на прибыль, зачисляемый в бюджеты субъектов Российской Федерации, в размере 6694276 руб., пени в размере 677627,02 руб., налог на добавленную стоимость в размере 5305888,06 руб., пени в размере 169692,47 руб., налог на доходы физических лиц в размере 416 руб., пени в размере 146 руб.

Не согласившись с решением ИФНС, представитель истца обжаловал его в управление Федеральной налоговой службы по Волгоградской области. Решением вышестоящего налогового органа № 71 от 03.02.2012 жалоба общества признана необоснованной, решение ИФНС оставлено без изменения.

Основанием для доначисления налога на прибыль и НДС послужили выводы налогового органа о неправомерном включении в состав расходов и применении налоговых вычетов по взаимоотношениям с ООО «Химтехснаб», ООО «Технология» (в 2008 году), ООО «Пластик» (в 2009 году) по приобретению у контрагентов химической продукции.

По мнению налогового органа, получение истцом необоснованной налоговой выгоды подтверждается наличием совокупности следующих обстоятельств, свидетельствующих о взаимоотношениях общества с недобросовестными контрагентами, а именно:

-регистрация организаций на формального учредителя и формальное руководство предприятиями, формальная смена должностных лиц и учредителя ООО «Пластик»;

-отсутствие персонала и технических средств и механизмов, необходимых для оптовой торговли химической продукцией;

-миграция с целью уклонения от осуществления мероприятий налогового контроля по завершению отношений с истцом;

-неисполнение налоговых обязанностей по завершению взаимоотношений с истцом;

-наличие единственного покупателя в лице истца, отсутствие платежей по заработной плате, аренде складских помещений и транспорта, за услуги связи, транспортные услуги;

-создание организаций незадолго до заключения договоров с истцом;

-систематическое снятие наличных денежных средств, поступивших на расчетный счет от истца в размере произведенной наценки;

-отсутствие у истца деловой цели при оформлении финансово-хозяйственных отношений с контрагентами;

-уклонение должностных лиц организаций от осуществления налогового контроля.

Общество полагает, что доводы налогового органа являются необоснованными, поскольку материалами проверки не опровергнуты его доводы о реальности хозяйственных операций с контрагентами, а также о проявлении при заключении договоров должной степени осмотрительности.

Рассмотрев материалы дела, выслушав мнение сторон, исследовав доводы ответчиков в совокупности с собранными по делу доказательствами, суд приходит к выводу, что требования общества подлежат удовлетворению исходя из следующего.

В соответствии со статьей 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов. Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетами о выполненной работе в соответствии с договором). Расходами признаются любые затраты, если они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В соответствии с пунктом 2 статьи 253 НК РФ к расходам, связанным с производством и (или) реализацией, относятся материальные расходы, к числу которых предписано относить расходы на приобретение сырья и (или) материалов, используемых в производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг) и (или) образующих их основу либо являющихся необходимым компонентом при производстве товаров (выполнении работ, оказании услуг).

В соответствии со статьей 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления производственной деятельности или иных операций, признаваемых для осуществления производственной деятельности или иных операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 «Налог на добавленную стоимость» НК РФ.

В силу статьи 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиками товаров (работ, услуг), и документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога. Вычетам подлежат только суммы налога, предъявленные налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров, после принятия этих товаров на учет при наличии соответствующих первичных документов.

Следовательно, при соблюдении указанных требований Кодекса налогоплательщик вправе претендовать на получение налогового вычета при исчислении налога на добавленную стоимость.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, – достоверны.

Предоставление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных Кодексом, в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Обязанность по составлению счетов-фактур, служащих основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком – покупателем товаров (работ, услуг), и отражению в них сведений, установленных статьей 169 Кодекса, возлагается на продавца. Соответственно, при соблюдении контрагентом указанных требований по оформлению необходимых документов, оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в указанных счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать об указании продавцом недостоверных либо противоречивых сведений.

При отсутствии доказательств не совершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, указанных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

О необоснованности налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

В соответствии с п.2 постановления Пленума ВАС РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Суд полагает, что формальное отношение к разрешению настоящего спора противоречило бы правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определениях от 16.11.2006 № 467-0, от 20.03.2007 № 209-О-О, от 24.01.2008 № 33-0-0, 17.06.2008 № 499-0-0, от 16.07.2009 № 923-О-О относительно разрешения споров о праве на налоговые вычеты по НДС, порядок применения которых определен статьей 172 НК РФ.

Конституционный Суд Российской Федерации указывает, что при разрешении споров, касающихся выполнения обязанности по уплате налогов, арбитражные суды не должны ограничиваться установлением только формальных условий применения норм законодательства о налогах и сборах и в случае сомнений в правильности применения налогового законодательства, в том числе правомерности применения налоговых вычетов, обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств - факт оплаты покупателем товаров (работ, услуг), действительные отношения продавца и покупателя, наличие иных, помимо счетов-фактур, документов, подтверждающих уплату налога в составе цены товара (работ, услуг), и т.п.

С учетом положений статьей 41, 247 Кодекса, определяющих объект налогообложения по налогу на прибыль как доход, уменьшенный на величину произведенных расходов (как экономическую выгоду), а также подпункта 7 пункта 1 статьи 31 Кодекса, устанавливающего основания для применения налоговым органом расчетного способа определения подлежащих уплате сумм налогов, суд полагает, что пункт 1 статьи 252 Кодекса, закрепляющий требование о документальном подтверждении понесенных затрат, является основанием для отказа в принятии расходов для цели налогообложения в случаях, когда представленные налогоплательщиком документы не подтверждают факт осуществления спорных расходов в рамках реальных хозяйственных операций.

Таким образом, при не опровержении инспекцией представленных обществом доказательств, свидетельствующих о реальности совершенных им хозяйственных операций по возмездному приобретению товара, и недоказанности того обстоятельства, что указанные операции в действительности не совершались, вывод о документальной неподтвержденности спорных расходов, как понесенных именно в рамках сделки с конкретным контрагентом, не влечет безусловного отказа в признании данных расходов для цели исчисления налога на прибыль и НДС со ссылкой на положения пункта 1 статьи 252, ст. 169 Кодекса.

Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09 определена правовая позиция, согласно которой, в случае реальности хозяйственных операций, вывод о недостоверности (противоречивости) счетов - фактур, подписанных не лицами, значащимися в учредительных документах поставщиков в качестве руководителей этих обществ, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.

Кроме того, согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 08.06.2010 № 17684/09 в случае, когда отсутствуют доказательства того, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и, исходя из условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующих договоров, знал или должен был знать об указании контрагентами недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания лицами, не являющимися руководителями контрагентов, или о том, что в качестве контрагентов по договорам были указаны лица, не осуществляющие реальной предпринимательской деятельности и не декларирующие свои налоговые обязанности по сделкам, оформляемым от их имени, у судов отсутствуют основания делать вывод о наличии у налогоплательщика цели получения необоснованной налоговой выгоды.

В ходе проверки налоговым органом установлено, что истец в проверяемом периоде осуществлял продажу химической продукции, для чего заключал договоры на ее приобретение с рядом организаций, в том числе, производителем ВОАО «Химпром», а также поставщиками ООО «Химтехснаб», ООО «Технология» (в 2008 году), ООО «Пластик» (в 2009 году).

На момент проведения налоговым органом выездной проверки бухгалтерская и налоговая документация была у истца изъята правоохранительными органами и не возвращена, о чем истец сообщил ответчику.

Инспекцией копии первичных документов истца по взаимоотношению со спорными поставщиками (договоры, счета-фактуры, накладные, товарно-транспортные накладные, железнодорожные квитанции) были получены из УНП ГУВД по Волгоградской области, из банковских учреждений истребованы и получены копии выписок из расчетных счетов контрагентов, из ВОАО «Химпром» - документы о взаимоотношениях поставщиками истца. Часть полученных налоговым органом в ходе проверки документов представлена суду.

Налоговым органом в ходе проверки установлено, что поставка истцу спорными контрагентами химической продукции оформлялась товарными накладными, железнодорожными накладными, товарно-транспортными накладными, счетами-фактурами. Услуги по перевозке продукции истец контрагенты также предъявляли истцу к уплате. Первичные документы оформлены от имени контрагентов руководителями, указанными в едином государственном реестре юридических лиц; подлинность подписей налоговым органом под сомнение не ставилась, претензий к содержанию и оформлению накладных, счетов-фактур также не предъявлялось. Налоговый орган также не оспаривал, что в действительности ВОАО «Химпром» документально оформлялась реализация контрагентам истца химической продукции, а также перечисления контрагентами истца стоимости продукции ВОАО «Химпром» в полном объеме. Налоговым органом также установлено, что химическая продукция, приобретенная истцом у спорных контрагентов, перепродавалась истцом, в случае использования железнодорожного транспорта продукция передавалась истцу на территории производителя представителями контрагентов по доверенностям и сразу же направлялась в адрес конечного приобретателя. Налоговым органом также установлено, что продукция, приобретенная контрагентами истца у ВОАО «Химпром», реализовывалась истцу с торговой наценкой.

В оспариваемом решении налоговый орган указывает, что оплата истцом контрагентам поставленного товара произведена в полном объеме путем перечисления денежных средств на расчетные счета в банках.

Налоговым органом факт несения затрат по приобретению у спорных контрагентов химической продукции по цене производителя, затрат по перевозке продукции, а также обоснованность таких затрат не оспаривается.

Вместе с тем, налоговый орган счел, что часть затрат по приобретению химической продукции на сумму произведенной контрагентами и оплаченной истцом торговой наценки включена истца о состав расходов и налоговых вычетов по НДС необоснованно, поскольку, по его мнению, контрагенты истца являются недобросовестными налогоплательщиками, созданными без цели осуществления предпринимательской деятельности, для обналичивания торговой наценки. По мнению налогового органа, истец располагал возможностью приобрести химическую продукцию непосредственно у ВОАО «Химпром» по ценам, согласованным ВОАО «Химпром» со спорными контрагентами.

Суд полагает, что решение налогового органа в оспариваемой части подлежит признанию недействительным, поскольку вынесено по результатам неполно проведенной проверки, не основано на должной оценки полученных в ходе проверки документов.

В ходе проверки налоговым органом установлено, что ООО «Химтехснаб» зарегистрировано в качестве юридического лица 10.10.2007, до 18.09.2008 состояло на налоговом учете в межрайонной ИФНС России № 11 по Волгоградской области, с 18.09.2008 снято с налогового учета в связи с изменением местонахождения в г. Элисту. На основании анализа выписки из лицевого счета ИФНС пришел к выводу о том, что взаимоотношения с истцом начаты с 19.10.2007. С момента регистрации и до изменения местонахождения учредителем, руководителем и бухгалтером организации являлся ФИО6, с 18.09.2008 по настоящее время – ФИО7 Основным видом деятельности организации является оптовая торговля химической продукцией. Права собственности на недвижимое имущество и транспортные средства за указанной организацией не зарегистрированы. Последняя налоговая отчетность представлена ООО «Химтехснаб» за 2 квартал 2008 года. Справка по форме 2-НДФЛ за 2007 год представлялась на 1 работника, за 2008 год не представлялась.

ООО «Технология» (взаимоотношения с истцом с 26.08.2008) зарегистрировано и поставлено на налоговый учет в межрайоной ИФНС России № 11 по Волгоградской области с 05.08.2008, юридическим адресом является <...> «б». Со дня регистрации и до 10.11.2009 учредителем организации являлся ФИО6, руководителем и главным бухгалтером – ФИО8, с 10.11.2009 и по настоящее время учредителем, руководителем и главным бухгалтером является ФИО9

Организация в собственности недвижимого имущества и транспортных средств не имеет, среднесписочная численность работников в 2008 – 2009 г.г. составляла 2 человека. Последняя налоговая отчетность представлена организацией за 3 квартал 2009 года.

ООО «Пластик» (взаимоотношения с истцом с 18.02.2009) зарегистрировано и поставлено на налоговый учет в межрайонной ИФНС России № 11 по Волгоградской области с 23.01.2009, юридический адрес - пр. Героев Малой Земли, 45. Со дня регистрации до 02.04.2010 учредителем, руководителем и главным бухгалтером организации являлся ФИО6, с 02.04.2010 – ФИО10 Основным видом деятельности организации является оптовая торговля химической продукцией. Права собственности на недвижимое имущество и транспортные средства за указанной организацией не зарегистрированы. Среднесписочная численность работников с 2009 году составляла 1 человек, в 2010 г. – 0 человек. Последняя налоговая отчетность была представлена организацией за 3 месяца 2010 года.

Налоговый орган в обоснование доводов о недобросовестности истца и его контрагентов также отметил, что истец являлся их единственным покупателем, руководителями контрагентов производилось систематическое снятие денежных средств с расчетных счетов организаций. Товарные накладные, подтверждающие отгрузку продукции от ВОАО «Химпром» в адрес спорных контрагентом подписывались на основании доверенностей ФИО11, ФИО12, ФИО13, состоявшими в штате истца.

Суд отмечает, что доводы налогового органа были основаны на результатах неполно проведенной проверки, противоречат собранным в ходе проверки доказательствам. Так, в ходе проверки налоговым органом об обстоятельствах взаимоотношений с ВОАО «Химпром» и друг с другом не были допрошены ни учредители и руководители истца и его контрагентов (как первоначальные, так и последующие), ни должностные лица ВОАО «Химпром», ни работники истца, состоявшие у него в штате и производившие приемку товаров от ВОАО «Химпром» на основании доверенностей, выданные спорными контрагентами. Ссылку налогового органа в оспариваемом решении на объяснения ФИО6, отобранные оперуполномоченным вне рамок налоговой проверки без предупреждения об уголовной ответственности за лжесвидетельствование, как на надлежащее доказательство по делу, суд находит несостоятельной.

Доводы ИФНС об отсутствии деловой цели у контрагентов опровергаются установленными самой же инспекцией фактами реализации ими продукции с торговой наценкой. Налоговым органом суду представлены копии налоговых деклараций, подававшихся контрагентами истца в ИФНС в период взаимоотношений с истцом, из которых усматривается, что организациями при определении налоговой базы учитывались суммы произведенной реализации товаров. Правомерность отражения в декларациях как сумм доходов, так и расходов ответчиком, на учете в котором состояли контрагенты истца в проверяемом периоде, в установленном законом порядке при проведении камеральных или выездных проверок под сомнение не ставилась, такие сведения отсутствуют и в оспариваемом решении.

Отсутствие контрагентов истца на момент проверки по юридическим адресам доказательством не нахождения их по адресам регистрации на момент взаимоотношений с истцом не является. Письмо ИП ФИО14, а также опросы ФИО15 и ФИО16, на которые ссылается ИФНС в решении, как на доказательство отсутствия ООО «Технология» и ООО «Пластик» по местам государственной регистрации налоговым органом в нарушение ст. 100, 101 НК РФ надлежащим образом не проверены, перечень собственников помещений и арендаторов не установлен, возможность заключения с контрагентами договоров субаренды также не исследовалась.

Утверждение налогового органа в решении о том, что истец являлся единственным покупателем у спорных контрагентов, все денежные средства в виде торговой наценки контрагенты обналичивали, опровергается представленными самим налоговым органом схемами, составленными на основании анализа выписок из расчетных счетов организаций.

Так, указанные документы в отношении ООО «Химтехснаб» свидетельствуют, что общество в 2008 году получало денежные средства помимо истца, от трех организаций, в том числе, от ВОАО «Химпром», ООО «Прогресс-Сервис» за поставку химической продукции, от ООО НПП «Метеор-Курс» по договору займа. При этом в том же периоде организация помимо снятия денежных средств со счета осуществляла расчеты с 11 контрагентами – ООО «ЕвроМаркет», ООО «Грайф Волга-Дон», ООО «Промсервис», ООО НПП «Метеор-Сервис», ООО «Нижняя Волга Трейд», ООО «Бекборн», ЗАО «ТПК «Юг Поволжья», ООО «Химия Юга», ВОАО «Химпром», ООО «ЕТК Волгоград» за поставки химической продукции, тару, транспортно-экспедиционное обслуживание перевозок. Снятые обществом наличные составили 4 % от поступившей выручки.

В отношении ООО «Пластик» налоговым органом установлено, что организация в период с 01.01.2009 по 30.06.2009 оплачивала химическую продукцию двум поставщикам – ВОАО «Химпром» и ООО «Полимерные технологии», получала оплату за химическую продукцию от истца и ЗАО База №1 химреактивов. Снятые обществом наличные составили 1,5% от поступившей выручки. В отношении ООО «Пластик» налоговый орган анализа не проводил, суду в нарушение ст. 65 АПК РФ, ст. 200 АПК РФ доказательств, подтверждающие доводы о том, что истец являлся единственным покупателем продукции, не представил. Суд отмечает, что в обоснование доводов инспекция представила выписки из выписок по расчетным счетам контрагентов, в которых учтены только операции с истцом.

Обладая сведениями о продавцах и покупателях товаров и услуг у спорных контрагентов, налоговый орган в нарушение ст. 100, 101 НК РФ мер к проверке сведений, содержащихся в выписках, не принял, встречных проверок указанных лиц не произвел, доводов истца о наличии у контрагентов иных покупателей и поставщиков не опроверг.

При таких обстоятельствах доводы ИФНС о систематическом снятии наличных денежных средств, поступивших на расчетные счета контрагентов от истца в размере произведенной наценки суд находит несостоятельными, основанными на предположениях и результатах неполно проведенной проверки.

Доводы налогового органа о том, что контрагенты истца не несли расходов по аренде помещений и транспортных средств, оплате труда и услуг основаны только на сведениях расчетных счетов и не опровергают возможности осуществления контрагентами таких расходов с использованием наличных расчетов. Кроме того, такие доводы противоречат имеющимся в деле документам.

Так, например, налоговым органом в ходе проверки получены данные о том, что контрагенты истца являлись плательщиками при отправлении химической продукции автомобильным и железнодорожным транспортом, предъявляли истцу акты выполненных работ и счета-фактуры на оплату транспортных расходов. В товарно-транспортных накладных содержатся сведения о транспортных средствах, осуществлявших перевозку, фамилиях водителей. Передача контрагентами истцу химической продукции осуществлялась представителями организаций на основании выданных им доверенностей. Налоговым органом должных мер к установлению и допросу в качестве свидетелей водителей и представителей контрагентов по доверенностям, в том числе, и по поводу способа оплаты за выполненные работы, оказанные услуги принято не было.

Суд отмечает, что при наличии данных о привлечении к участию с перевозке и передаче товара истцу физических лиц, не состоящих в штате контрагентов, а также транспортных средств, не находящихся в их собственности, доводы ИФНС о том, что контрагенты не располагали необходимыми трудовыми и материальными ресурсами для исполнения договоров, являются несостоятельными, основанными на результатах неполно проведенной проверки. Отсутствие штатных работников и собственного транспорта не является бесспорным доказательством невозможности осуществления контрагентами поставок, привлечения к исполнению договоров арендованных транспортных средств и работников по гражданско-правовым договорам. Из оспариваемого решения ИФНС усматривается, что денежные средства снимались со счетов контрагентов уполномоченными лицами, доказательств причастности истца к дальнейшему использованию наличных средств налоговым органом суду в ходе проверки не добыто.

Из материалов проверки и пояснений истца усматривается, что химическая продукция приобреталась спорными контрагентами у ВОАО «Химпром», отгружалась истцу на территории производителя, истец в свою очередь направлял ее конечному покупателю либо непосредственно с территории производителя железнодорожным транспортом, либо со своего склада. При таких обстоятельствах наличие у контрагентов в собственности складских помещений с учетом особенностей поставок химической продукции непосредственно со склада производителя не является необходимым условием для подтверждения реальности произведенных сторонами хозяйственных операций. Вопрос о нахождении у контрагентов складских помещений в аренде налоговым органом в ходе проверки не выяснялся.

Истец пояснил в судебном заседании, что договоры с контрагентами заключались при личном участии руководителей, для проверки правоспособности исследовались сведения из ЕГРЮЛ. Истец пояснил также, что не может представить суду подтверждающих документов в связи с их изъятием до проведения проверки правоохранительными органами. Налоговый орган доводов истца в указанной части не опроверг. Суд обращает внимание, что налоговый орган вменяет в вину истцу отсутствие сведений о проверке деловой репутации контрагентов перед заключением договоров, при этом сам указывает, что контрагенты были зарегистрированы в качестве юридических лиц незадолго до заключения договоров с истцом.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что доводы общества о том, что оно не знало и не могло знать о дальнейшем, после окончания взаимоотношений, неисполнении новыми руководителями контрагентов налоговых обязательств, изменении местонахождения, уклонении должностных лиц от налогового контроля, налоговым органом в ходе проверки и рассмотрения дела в суде доводы общества в указанной части не опровергнуты.

Учреждение одним физическим лицом в различных периодах трех организаций доказательством наличия у него умысла на получение необоснованной налоговой выгоды само-по себе не является. Регистрация контрагентов и дальнейших изменений в составе учредителей в установленном законом порядке не оспорена, недействительной не признавалась. Доводы ИФНС о фиктивной после завершения хозяйственных взаимоотношений с истцом, смене учредителя и руководителя в ООО «Пластик» основаны только на протоколе допроса в качестве свидетеля ФИО10, который, вместе с тем, признал факт перерегистрации фирмы, при этом пояснил, что первичных документов до настоящего времени от бывшего учредителя не получил. Заключение истцом договоров с недавно зарегистрированными организациями нарушением норм налогового и гражданского законодательства не является.

Доводы налогового органа об отсутствии у истца деловой цели при оформлении финансово-хозяйственных отношений с контрагентами суд находит основанными на результатах неполно проведенной проверки, невыясненных обстоятельствах.

Так, ИФНС указывала в решении, что истцом в проверяемом периоде химическая продукция (без указания наименования) на экспорт приобреталась непосредственно у ВОАО «Химпром», тогда как часть продукции для реализации на внутреннем рынке (также без указания наименования товаров) – у спорных контрагентов, минуя производителя. Это обстоятельство налоговый орган счел достаточным для вывода о том, что истец обладал реальной возможностью приобретения всей продукции для перепродажи на внутреннем рынке исключительно у самого производителя ВОАО «Химпром». При этом ИФНС не исследовались и не сопоставлялись ни условия договоров производителя продукции ни с истцом, ни со спорными контрагентами, ни условия договоров истца с иностранными и российскими покупателями, не конкретизировался перечень продукции, направленной на экспорт и реализованной на внутреннем рынке, не установлена рыночная стоимость приобретенных истцом у спорных контрагентов товаров.

Вместе с тем, истец пояснил суду, что приобретение продукции определенного наименования непосредственно у ВОАО «Химпром» осуществлялось им лишь при заключении договоров с покупателями на условиях получения 100% предоплаты, поскольку производитель продукции реализовывает ее только на условиях предоплаты. В ситуации, когда истец заключал договоры с российскими покупателями при условии оплаты продукции после ее получения истец, не располагая необходимыми средствами, был вынужден прибегнуть к заключению договоров со спорными контрагентами также на условиях последующей оплаты за товар. При этом истец пояснил, что приобретение им у спорных контрагентов товаров по большей цене, чем у производителя, во всяком случае, являлось экономически обоснованным с учетом полученной отсрочки платежа, отсутствием необходимости привлечения заемных средств, а также последующей реализации продукции в адрес коечных покупателей также с торговой наценкой. Представленные ИФНС суду частично договоры со спорными контрагентами, действительно, содержали условие о последующей плате товаров. Суд отмечает, что налоговый орган в рамках проверки в нарушение ст. ст. 100, 101 НК РФ ограничился лишь констатацией факта заключения истцом в одних периодах договоров как с производителем, так и со спорными контрагентами, при этом условия договоров и последующих договоров истца с конечными покупателями не анализировал, доводов истца об экономической обоснованности приобретения у спорных контрагентов продукции по такой цене по сравнению с расходами по привлечению заемных средств не опроверг. При таких обстоятельствах исключение ответчиками из понесенных истцом расходов размера торговой наценки, примененной спорными контрагентами при реализации истцу химической продукции, суд находит необоснованным. Налоговый орган фактически согласился с включением истцом в расходы и состав налоговых вычетов сумм, уплаченных спорных контрагентам, сопоставимых со стоимостью приобретения ими товаров у ВОАО Химпром» по 100% предоплате, при этом в нарушение ст. ст. 100, 101 НК РФ рыночную стоимость приобретенных истцом товаров и соответствие рыночных цен ценам приобретения контрагентами у ВОАО «Химпром» продукции не исследовал. Информацию относительно возможности заключения истцом договоров непосредственно с производителем на тех же условиях (последующей оплаты) налоговый орган у ВОАО «Химпром» не истребовал, обстоятельства заключения и исполнения контрагентами договоров с ВОАО «Химпром» не исследовал, доводы истца об отсутствии у него возможности для внесения производителю 100% предоплаты за продукцию не опроверг.

Кроме того, выводы об отсутствии у истца деловой цели при приобретении химической продукции у спорных контрагентов сделаны без исследования вопроса о дальнейшей цене перепродажи истцом продукции конечным покупателям.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что доначисление обществу налогов в оспариваемом размере произведено налоговым органом без должного анализа материалов неполно проведенной проверки, в отсутствие надлежащих доказательств фиктивности взаимоотношений истца со спорными контрагентами и направленности его деятельности на получение необоснованной налоговой выгоды. Суд отмечает, что налоговый орган реальность приобретения истцом продукции и ее дальнейшей реализации не опровергает. При наличии первичных документов о реализации ВОАО «Химпром» продукции не истцу напрямую, а его контрагентам, доводы ИФНС о том, что истец приобрел продукцию непосредственно у производителя, суд находит необоснованными. Приговором суда виновность каких-либо лиц в незаконной предпринимательской деятельности, в уклонении от уплаты налогов на момент проведения проверки и рассмотрения настоящего спора не установлена.

Налоговый орган в случае сомнений, что полученные первичные документы доказательством понесения истцом расходов в указанных в них размерах признаны быть не могут, при этом факт приобретения товаров сомнений не вызывает, должен был, исходя из позиции ВАС РФ, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 03.07.2012 №2341/12 по делу №А71-13079/2010-А17 определить размер налоговых обязательств истца исходя из рыночных цен, применяемых по аналогичным сделкам, однако этого в нарушение ст. ст. 100, 101 НК РФ не сделал.

Суд полагает, что налоговый орган фактически налоговую проверку свел к определению разницы между ценой приобретения химической продукции спорными контрагентами и ее реализации в адрес истца.

Вместе с тем, анализ представленных суду расчетов определения размера подлежащих исключению из расходов и вычетов сумм свидетельствует о том, что расчет на первичных документах не основан, позиции из счетов-фактур налоговым органом включались произвольно. Так, ответчик не соглашался с включением истцом в состав расходов и вычетов сумм, уплаченных лишь за часть продукции, полученной по счетам-фактурам. Например, ИФНС не согласилась с применением вычетов и расходов в части стоимости приобретенного у ООО «Химтехснаб» на основании счета-фактуры № 519 от 07.07.2008 трихлорэтилена в размере 2,48 тонн, тогда как не оспаривало правомерность включения в расходы стоимость указанных в том же счете-фактуре трихлорэтилена в оставшейся части – 1,5 тонны, спирта бензилового, бочек (л.д.16, т.37), др. аналогичные противоречия выявлены судом и в отношении расчетов по иным спорным контрагентам. Так, например, налоговый орган счел проявлением необоснованной налоговой выгоды получение истцом от ООО «Технология» по счету-фактуре № 210 от 01ю12.2008 только 1,5 тонны трихлорэтилена на сумму 53153, 10 руб., при том не оспаривал реальность хозяйственных операций истцом со спорным контрагентом по поставке на основании того же счета-фактуры 4,8 тонн карбида кальция общей стоимостью 121662,72 руб. Аналогичным образом ответчик поставил под сомнение реальность поставки истцу ООО Технология» ПВХ эмульсионного на основании счета-фактуры № 64 от 03.02.2009 (л.д.6, т.23), однако признал правомерным включение в состав расходов и вычетов стоимости иных товаров, указанных в этом счете-фактуре- белизны, пальмиры, БИО-5 эконом. Таким же образом налоговый орган усомнился в реальности поставки истца ООО «Пластик» белизны и СМС БИО-5 эконом по счету-фактуре № 760 от 28.12.2009 (л.д.66, т.19), однако нашел правомерным применение расходов и вычетов в отношении сумм за получение на основании того же счета-фактуры СМС Пальмира.

Анализ судом представленных налоговым органом расчетов и первичных документов контрагентов показал также, что налоговый орган, заявляя о невозможности осуществления контрагентами истца хозяйственной деятельности, вместе с тем, не оспаривает правомерность включения истцом в состав расходов и вычетов сумм, указанных в значительной части счетов-фактур и накладных, выставленных спорными контрагентами и представленных ИФНС суду: ООО «Химтехснаб» в счете-фактуре № 512 от 03.07.2008, № 506 от 07.07.2008 ( т.37, люд.16, 20), ООО «Технология» в счетах-фактурах № 70 от 02.02.2009 (л.д.4, т.23), № 121 от 26.02.2009, № 122 от 27.02.2009 (л.д.107, 109, т.23), ООО «Пластик» в счетах-фактурах № 530 от 06.10.20009 (л.д.2, т.19), № 572 от 20.10.2009 (л.д.4, т.19), 569 от 20.10.2009 (л.д.7, т.19), многих других.

Причин выборочного включения каких-либо товаров в расчет получения истцом налоговой выгоды налоговый орган суду не представил. Суд отмечает также, что налоговый орган по перечисленным и аналогичным счетам-фактурам, не участвовавшим в проведении расчета доначислений истцу сумм налогов не указывал в решении и расчете на получение перечисленных в них товаров от ВОАО «Химпром».

Кроме того, суд принимает во внимание доводы общества о том, что при определении размера торговой наценки налоговый орган руководствовался сведениями, содержащимися в первичных документах о приобретении истцом химической продукции у спорных контрагентов, которые были изъяты у истца в его помещении в ходе проведения 26.04.2012 осмотра места происшествия. Постановлением судьи Центрального района г. Волгограда от 19.03.2012, оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Волгоградского областного суда от 03.05.2012, признаны незаконными действия старшего оперуполномоченного Н.В.В., выразившиеся в проведении 26.04.2010 с 11-30 до 19-15 час. следственного действия – осмотра места происшествия в помещении ООО «Химпром-Инвест», оперуполномоченный обязан судом устранить допущенное нарушение.

В постановлении указано, что в ходе осмотра были обнаружены и изъяты обнаружены бухгалтерские документы ООО «Химпром-Инвест», которые истцу в последующем возвращены не были.

Налоговый орган в судебном заседании указал, что в ходе осмотра у истца были изъяты печати спорных контрагентов, что противоречит материалам дела. Так, в протоколе осмотра помещений истца ссылки на обнаружение печатей контрагентов не имеется. Печати были изъяты правоохранительными органами в ходе осмотра помещений иной организации - ООО «Алтайский химический комплекс» в присутствии директора ООО «Пластик» ФИО6, ранее также являвшегося учредителем других спорных контрагентов.

Предпринимая в рамках судебного разбирательства меры по восполнению пробелов проведенной проверки, налоговый орган представил суду ряд материалов уголовного дела №509882 расследуемого СУ СК России по Волгоградской области в отношении руководства истца. В частности, суду представлены копии протоколов допросов в качестве свидетелей работников истца и ВОАО «Химпром», родственников учредителей контрагентов, перевозчиков товара, в качестве подозреваемой и обвиняемой главного бухгалтера истца, а также экспертные заключения о заполнении чеков на получение контрагентами денежных средств работниками бухгалтерии истца.

Суд полагает, что представленные налоговым органом материалы следствия, полученные вне рамок налоговой проверки, достаточными и достоверными доказательствами правомерности произведенных налоговым органом доначислений НДС и налога на прибыль в оспариваемых размерах признаны быть не могут. На момент рассмотрения настоящего дела судом уголовное дело находилось в производстве следственных органов, показания свидетелей, подозреваемых и обвиняемых по делу судом оценки в рамках рассмотрения уголовного дела в совокупности с иными материалами следствия не получили. Более того, ряд показаний свидетелей содержит сведения, противоречащие установленным налоговым органом в ходе проверки обстоятельствам.

Так, свидетель ФИО17 при допросе указала, что являлась бухгалтером истца. В ее полномочия входила кадровая политика ООО «Химпром-Инвест», получение выписок с расчетных счетов истца в банках представление налоговой отчетности истца в налоговые органы. При этом свидетель показала, что как таковых финансово-хозяйственных отношений между истцом и контрагентами не было, все поступавшие от истца денежные средства сразу же снимались со счетов контрагентов их руководителями и возвращались лично директору истца.

Вместе с тем, в решении налоговый орган указал, что контрагентами снимались со счетов лишь денежные средства в размере примененной к истцу торговой наценки, а в составленных ИФНС схемах указано, что суммы снятых денежных средств составляли до 4% от полученной на расчетные счета выручки.

Налоговым органом указано на отсутствие у спорных контрагентов необходимого количества работников в штате, что, по его мнению, безусловно свидетельствует о невозможности выполнения контрагентами взятых на себя по договорам поставки обязательств. Вопрос о возможности привлечения контрагентами работников по гражданско-правовым договорам налоговым органом в ходе проверки должным образом не исследовался.

Вместе с тем, из показаний свидетелей ФИО17, ФИО18 усматривается, что ФИО18 по поручению директора истца изготавливалась налоговая и бухгалтерская отчетность контрагентов, первичные документы. При этом ФИО18 указала, что не знает, осуществлялась ли поставка химической продукции в действительности. Свидетель также пояснила, что учредитель и руководитель спорных контрагентов ФИО6 постоянно приходил в офис истца и находился в кабинете директора; что именно он там делал, свидетелю известно не было. Суд отмечает, что в ходе допроса вопрос о том, получала ли свидетель вознаграждение за выполнение дополнительных обязанностей по ведению отчетности сторонних организаций, не выяснялся.

Допрошенная в качестве подозреваемой главный бухгалтер ФИО19 указала, что, действительно, составляла по поручению своего директора отчетность спорных контрагентов, передавала ему на проверку, после чего по поручению директора передавала отчетность директору контрагентов ФИО6 Суд отмечает, что впоследствии ФИО19 при допросе в качестве обвиняемой от ранее данных показаний отказалась, вину в совершении представлений не признала.

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО13 подтвердил факт наличия хозяйственных взаимоотношений истца с ООО «Пластик», указал, что все переговоры с поставщиком вел директор, каким образом заключался договор, он не знает.

Свидетель ФИО20 пояснила, что в 2009 году работала в ВОАО «Химпром» в должности экономиста, организация ООО «Пластик» ей знакома, являлась покупателем химической продукции, свидетель лично оформляла накладные на поставку ей продукции, в случае возникновения вопросов переговоры вела с представителями организации ФИО6, ФИО21, ФИО22, которые находились ежедневно на территории ВОАО «Химпром».

Допрошенные в качестве свидетелей ФИО12, ФИО11 подтвердили факт получения химической продукции на ВОАО «Химпром» по доверенностям от спорных контрагентов, которые получали или на ВОАО «Химпром», либо от ФИО6 Продукция либо отгружалась для конечных покупателей, либо на склад ООО «Химпром-Инвест». Вопрос о дополнительной оплате свидетелям за получение и организацию отгрузки товара для сторонних организаций по доверенностям в ходе допроса не исследовался.

Свидетель ФИО23 подтвердил наличие между ним и ФИО6 договоренности о получении химической продукции от ВОАО «Химпром» в качестве представителя ООО «Химтехснаб», ООО «Технология», ООО «Пластик» и о ее доставке на склад по адресу <...> «а». Оплата за оказанные свидетелем услуги производилась в наличной форме.

Свидетель ФИО24 также указал о том, что по доверенностям от ООО «Технология» и ООО «Пластик» осуществлял на собственном транспорте доставку химической продукции от ВОАО «Химпром» на склад по адресу <...> «а». Оплата за оказанные свидетелем услуги производилась в наличной форме. Организация ООО «Химпром-Инвест» свидетелю не знакома. Налоговым органом возможность аренды спорными контрагентами указанного складского помещения не исследовалась.

Свидетели ФИО25 и ФИО26 пояснили, что получали с расчетного счета ООО «Пластик» денежные средства в оплату оказанных ООО «Химпром-Инвест» транспортно-экспедиционных услуг. Суд отмечает, что в рамках налоговой проверки налоговый орган указанное обстоятельство не выявлял, не проверял, оценку в решении не давал. Допрошенная в качестве свидетеля бывшая жена ФИО8 ФИО27 пояснила, что с мужем развелась в 2005 году, муж злоупотреблял спиртными напитками после разводя свидетель стала сожительствовать с ФИО6, который также вел аморальный образ жизни. Свидетель подтвердила, что ФИО28 предложит ее бывшему мужу работу директора в его фирме ООО «Технология». ФИО8 в ее присутствии подписывал какие-то документы от имени ООО «Технология», расписывался в чековых книжках, 3-4 раза снимал в банке денежные средства и передавал ФИО6 С апреля 2010 года свидетель отношения с ФИО6 не поддерживает.

Из показаний в качестве свидетеля брата учредителя и руководителя спорных контрагентов ФИО29 усматривается, что по просьбе брата около 15 раз посещал ВОАО «Химпром», на основании доверенностей от ООО «Технология» и ООО «Пластик» осуществлял контроль за погрузкой на автомашины химической продукции, передавал документы на товар водителям. Свидетель пояснил, что получал от брата ежемесячное вознаграждение в размере 6000 руб., за которое нигде не расписывался. Свидетель пояснил, что ему стало известно от брата о том, что указанные фирмы созданы ФИО30, который якобы являлся другом брата.

С учетом изложенного, суд соглашается с доводами общества о том, что представленные ИФНС суду протоколы допросов следственными органами свидетелей, подозреваемой и иные материалы уголовного дела (постановления о привлечении в качестве обвиняемых, о розыске, заключения экспертиз о заполнении банковских чеков контрагентов, носящие вероятностный характер), достаточными и бесспорными доказательствами правомерности доначисления истцу налогов в оспариваемом размере признаны быть не могут, поскольку сами по себе пробелов проведенной налоговой проверки не восполняют, о правильности произведенных ИФНС расчетов налогов не свидетельствуют, в отсутствие постановленного по уголовному делу обвинительного приговора доводов ИФНС доказательством необоснованного завышения истцом расходов и налоговых вычетов на сумму уплаченной контрагентам торговой наценки за химическую продукцию признаны быть не могут.

На момент рассмотрения настоящего дела судом уголовное дело находится в производстве следственных органов, показания свидетелей, подозреваемых и обвиняемых по делу судом оценки в рамках рассмотрения уголовного дела в совокупности с иными материалами следствия не получили.

Проанализировав собранные по делу доказательства в совокупности, суд, исследовав доводы сторон, приходит к выводу о недоказанности налоговым органом правильности произведенных налоговых доначислений, о неполноте налоговой проверки и об отсутствии в оспариваемом решении должной оценки полученных в ходе проверки противоречивых данных.

Вышестоящий налоговый орган при рассмотрении жалобы общества должной оценки доводам налогоплательщика не дал, решение ИФНС оставил без изменения, что свидетельствует о том, что требования о признании недействительным решения УФНС в оспариваемой части также подлежат удовлетворению.

Признавая обоснованным ходатайство общества о восстановлении пропущенного срока на подачу заявления в арбитражный суд, суд принимает во внимание доводы общества о том, что им на протяжении 2010-2012 г.г. предпринимались меры к истребованию у правоохранительных органов изъятых первичных документов, а также доводы о несвоевременном получении от вышестоящего налогового органа сведений о рассмотрении жалобы на решение ИФНС, о ненадлежащем исполнении поверенными в рамках договора об оказании юридических услуг обязанностей по договору и получении после расторжения договора комплекта документов, в том числе, решения УФНС, только 25.05.2012 на основании акта приема-передачи документов от 25.05.2012. Из материалов дела следует, что вышестоящий налоговый орган, несмотря на наличие в жалобе сведений о юридическом адресе самого общества, ограничился направлением решения только в адрес поверенного. Из ответа филиала Почты России на запрос суда усматривается, что решение было вручено ФИО31

Доводы общества налоговыми органами в суде не опровергнуты, доказательств надлежащего своевременного извещения общества по юридическому адресу о принятом решении не представлено.

Общество представило суду отчеты поверенного за период действия договора об оказании юридической помощи, в которых указание на получение ответа вышестоящего налогов органа на жалобу отсутствует. Кроме того, пропуск срока является незначительным: решение УФНС принято 03.02.2012, общество направило заявление в суд почтой 20.06.2012.

При подаче заявления обществом в федеральный бюджет была уплачена государственная пошлина в размере 4000 руб. В связи с удовлетворением требований общества с ответчиком в пользу общества в силу ст. 110 АПК РФ подлежит взысканию государственная пошлина в размере по 4000 руб. с каждого.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 167-171, 201, 110 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Заявление общества с ограниченной ответственностью «Химпром-Инвест» удовлетворить.

Признать недействительными, противоречащими Налоговому кодексу Российской Федерации, решение межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Волгоградской области № 11.3085в от 31.12.2010 и решение управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области № 71 от 03.02.2012 в части:

Обязать межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 11 по Волгоградской области, управление Федеральной налоговой службы по Волгоградской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «Химпром-Инвест».

Взыскать с межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 11 по Волгоградской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «Химпром-Инвест» государственную пошлину в размере 2000 руб.

Взыскать с управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «Химпром-Инвест» государственную пошлину в размере 2000 руб.

Решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в апелляционном порядке в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты его принятия.

В соответствии с ч. 2 ст. 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба подается через арбитражный суд Волгоградской области.

Судья Кострова Л.В.