Гражданский кодекс часть 1

Общества с ограниченной ответственностью «СтройГрад» (ОГРН <***>; ИНН <***>), Общества с ограниченной ответственностью «Объединенная строительная компания» (ОГРН <***>; ИНН <***>) о признании незаконным Решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Ивановской области № 037/01/11-259/2019 (02-11/2019-001) от 19.05.2020,

орган (должностное лицо) чье решение, действия (бездействия) оспариваются: Управление Федеральной антимонопольной службы по Ивановской области,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО1,

при участии в судебном заседании:

- от ООО «СтройГрад» - ФИО2 на основании доверенности от 15.07.2020, удостоверения адвоката;

- от ООО «ОСК» - ФИО2 на основании доверенности от 15.07.2020, удостоверения адвоката;

- от Управления Федеральной антимонопольной службы по Ивановской области - ФИО3 по доверенности от 03.12.2020, документу, удостоверяющему личность, диплому о высшем юридическом образовании, ФИО4 по доверенности от 04.06.2020, документу, удостоверяющему личность, диплому о высшем юридическом образовании;

- ФИО1 - по документу, удостоверяющему личность,

установил:

в Арбитражный суд Ивановской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Ивановской области (далее – Ивановское УФАС, Управление, антимонопольный орган) обратились Общество с ограниченной ответственностью «СтройГрад» (далее – ООО «СтройГрад»), Общество с ограниченной ответственностью «Объединенная строительная компания» (далее – ООО «ОСК») с заявлением о признании незаконным Решения Управления № 037/01/11-259/2019 (02-11/2019-001) от 19.05.2020 (далее - Решение).

Определением от 3 августа 2020 года Арбитражный суд Ивановской области по ходатайству заявителя привлек ФИО1 для участия в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В обоснование заявленных требований ООО «ОСК», ООО «СтройГрад» указали, что соглашения, которое могло бы повлиять на поддержание цен на торгах, между заявителями не заключалось. Заявители входят в группу лиц, предусмотренную ч. 7 ст. 11 Федерального закона от 26.07.2006 N 135-ФЗ "О защите конкуренции" (далее – Закон № 135-ФЗ, Закон о защите конкуренции). При этом ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» имели единый бюджет и подчинялись одному физическому лицу - ФИО1 (находились под ее контролем). Управление признало установленным тот факт, что ФИО1 осуществляла руководство обеими организациями, в том числе управляя их работниками, распоряжаясь денежными средствами обеих организаций, действуя от лица обеих организаций во взаимоотношениях с третьими лицами (банками, контрагентами по договорам и пр.). В то же время, Управление ошибочно сделало вывод о том, что ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» не подпадают под исключения, предусмотренные ч.ч. 7, 8 ст. 11 Закона о защите конкуренции. В обоснование такого вывода Управление руководствовалось только сведениями, содержащимися в едином государственном реестре юридических лиц (ЕГРЮЛ), в то время как в п.2 ч. 8 ст. 11 Закона № 135-ФЗ говорится не о лице, являющемся исполнительным органом юридического лица в соответствии со сведениями ЕГРЮЛ, а об осуществлении функций исполнительного органа юридического лица. Кроме того, условия корпоративного договора, заключенного между ФИО1 и ФИО5, свидетельствуют о том, что именно ФИО1 распоряжается 100% голосов единственного участника данного общества (имеет полномочия по принятию решений за такого участника), что свидетельствует о наличии в данном случае также оснований, предусмотренных п. 1 ч. 8 ст. 11 Закона о защите конкуренции. Учитывая наличие одного лица, выполняющего функции единоличного исполнительного органа обоих заявителей, достижение соглашения между заявителями, предполагающего наличие как минимум двух договаривающихся сторон, по определению невозможно. При этом, каких-либо действий заявителей, которые могли повлечь ограничение конкуренции (введение иных участников торгов в заблуждение, применение недобросовестных схем участия в открытых аукционах в электронной форме (далее - ОАЭФ, электронный аукцион)), по делу не установлено. Цена, предложенная победителем торгов по спорным аукционам, была наименьшей ценой, по которой любой из заявителей готов был заключить соответствующий контракт. Договоренность хозяйствующих субъектов об участии в ОАЭФ с близкими ценовыми предложениями, на наличие которой ссылается Управление, не имеет никакого экономического смысла. В оспариваемом Решении отсутствует какой-либо анализ поведения участников торгов с точки зрения их экономической выводы. Учитывая что ООО «СтройГрад» и ООО «ОСК» имели общий бюджет, управлялись одним лицом, представляя собой, по сути, единый «семейный» бизнес, экономическая целесообразность в конкуренции друг с другом (т.е. самими с собой) у них отсутствовала. Заявители в ходатайстве от 23.01.2020 приводили Управлению доводы о тех аукционах, в которых участвовал только один из них по аналогичной схеме (минимальное снижение начальной минимальной цены контракта (НМЦК)), однако оценки указанным доводам в оспариваемом Решении не изложено. Целью участия в торгах двумя организациями была «страховка» на случай возможных технических сбоев, либо недостатков в оформлении документов, которые могли бы повлечь отклонение, в том числе, второй части заявки, но никак не повышение (поддержание) цен на торгах. Заявители также указали, что Управлением 12 мая 2020 года допущено нарушение порядка рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства. Заявители не имели возможность обеспечить участие представителя в заседании Комиссии 12 мая 2020 г. по уважительной причине, в связи с установленным п. 7 Указа Губернатора Ивановской области от 17.03.2020 № 23-уг запретом гражданам, находящимся на территории Ивановской области, покидать место проживания. Об указанных обстоятельствах Управление было заблаговременно уведомлено заявителями, которые ходатайствовали об отложении рассмотрения дела по указанной причине, однако ходатайство неправомерно отклонено Управлением.

Ивановское УФАС считает требования заявителей не подлежащими удовлетворению, пояснив, что материалы дела о нарушении антимонопольного законодательства №037/01/11-259/2019 (02-11/2019-001) доказывают наличие между ООО «СтройГрад» и «ОСК» соглашения, направленного на достижение цели заключения договора по итогам аукционов по наиболее выгодной цене. Положения части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции устанавливают запрет на ценовые соглашения конкурентов на торгах, независимо от того принесет это кому-либо из участников преимущества или нет. В качестве картельного соглашения следует квалифицировать не только очевидное соглашение, направленное на получение преимущества, а любое соглашение, участники которого договорились об установлении, снижении цен, размера или условий предоставления скидок или надбавок к цене. В ходе рассмотрения дела №037/01/11-259/2019 (02-11/2019-001) факт достижения ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» в период участия в ОЭАФ №№0133200001718000977, 0133200001717002989, 0133200001718000516, 0133200001718000791, 0333100002317000322 антиконкурентного соглашения, результатом которого явилось поддержание цен на торгах, доказан. Предусмотренный в части 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции перечень действий, подпадающих под понятие контроля, при наличии которых хозяйствующим субъектам предоставлен иммунитет в отношении антиконкурентных соглашений, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. Заявители ошибочно утверждают, что ФИО1 в период проведения электронных аукционов №№0133200001718000977, 0133200001717002989, 0133200001718000516, 0133200001718000791, 0333100002317000322 одновременно осуществляла функции исполнительного органа в ООО «СтройГрад» и «ОСК». Материалы регистрационного дела ООО «ОСК» не содержат сведений, указывающих на то, что ФИО1 осуществляла функции исполнительного органа в ООО «ОСК». Ссылки заявителей на корпоративный договор Управление отклонило, указав, что условия корпоративного договора от 16.01.2015, заключенного между ФИО1 и ФИО5, устанавливают для ФИО1 возможность давать обязательные для исполнения указания ФИО5 Вместе с тем, такого основания контроля как заключение договора (подписание иного документа), позволяющего одному физическому лицу давать другому физическому лицу или хозяйствующему субъекту обязательные для исполнения указания, норма части 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции не содержит. Доводы заявителей о том, что ООО «СтройГрад» и «ОСК» не являются конкурентами и на них не распространяются запреты, установленные статьей 11 Закона о защите конкуренции, ошибочны, так как в данном случае названные лица являются конкурентами уже потому, что участвуют в одном аукционе. Процессуальных нарушений Управлением не допущено. Уведомляя заявителей о назначенном на 12.05.2020 заседании, Управление извещало о наличии возможности участия в заседании с использованием видео-конференц связи. Заявив ходатайства об отложении рассмотрения дела, ООО «СтройГрад» и ООО «ОСК» не представили подтверждающих невозможность явки документов, а также не указали на отсутствие технической возможности участия в заседании с использованием видео-конференц связи. При этом, согласно приказу Департамента строительства и архитектуры Ивановской области от 20.04.2020 №72 ООО «СтройГрад» имело право на осуществление деятельности в рамках нерабочих дней. Срок рассмотрения дела истекал 20 мая 2020 года. Заседание комиссии Управления по рассмотрению дела №037/01/11-259/2019 (02-11/2019-001) 12 мая 2020 года в 14-00 час. состоялось с использованием системы видео-конференц-связи. В период с 21.08.2019 по 12.05.2020, на протяжении более 8 месяцев, ООО «СтройГрад» и ООО «ОСК» пользовались всеми правами, предоставленными статьей 43 Закона о защите конкуренции, в том числе выразили свою позицию по заключению об обстоятельствах дела.

ФИО1 поддержала позицию заявителей, указав, что Управлением не приведено никаких возражений, опровергающих позицию заявителей о наличии аукционов, в которых участвовал один из заявителей по аналогичной со спорными аукционами схеме (единственное предложение, близкое к НМЦК). Соглашение, на наличие которого ссылается Управление, предполагает наличие не менее чем двух договаривающихся сторон. ФИО1 считает, что в данном случае, являясь руководителем как ООО «СтройГрад», так и ООО «ОСК», не могла договариваться сама с собой. Цель, которую могли бы преследовать заявители при участии в спорных торгах, Управлением не установлена. Позиция заявителей о подаче двух заявок в целях исключительно страховки на случай технических сбоев Управлением не опровергнута. Доводы Управления о соблюдении порядка рассмотрения дела ФИО1 считает ошибочными, указав, что деятельность ООО «СтройГрад» на момент рассмотрения дела была ограничена деятельностью отдельных работников. Руководители ООО «СтройГрад» ФИО1 и ФИО6 в число таких работников не входили. Ни ООО «СтройГрад», ни ООО «ОСК» непосредственно участвовать в заседании комиссии УФАС в период введения мер по противодействию распространению коронавирусной инфекции возможности не имели.

Изучив представленные в материалы дела документы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд установил следующее.

В Управление поступило поручение Федеральной антимонопольной службы от 22.08.2018 №АД/66358-ДСП/18 о проведении проверки признаков нарушения ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» антимонопольного законодательства при проведении торгов №№0133200001718000977, 0133200001717002989, 0133200001718000516, 01332000017180007 0333100002317000322, 0333100002316000301, 0133300007516000004, 0133100002515000093.

По результатам изучения поступившей информации Ивановским УФАС выявлено 5 открытых аукционов в электронной форме, прошедших в 2017-2018 гг., с признаками антиконкурентного соглашения - картеля, целью которого являлось поддержание цен на торгах: №№0133200001718000977. 0133200001717002989, 133200001718000516, 0133200001718000791, 0333100002317000322.

Приказом Ивановского УФАС от 20.08.2019 №073 было возбуждено дело №037/01/1 1-259/2019 (02-1 1/2019-001) по признакам нарушения ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

В результате исследования совокупности документов и информации, имеющихся в материалах дела №№037/01/11-259/2019 (02-11/2019-001), Комиссией Ивановского УФАС установлено, что ООО «СтройГрад» зарегистрировано 04.12.2008. На момент создания единственным участником данной организации являлась ФИО7, с 2009 года единственным участником и одновременно генеральным директором является ФИО6. Исполнительный директор - ФИО1.

ООО «ОСК» зарегистрировано 31.10.2013. С момента создания единственным участником общества является ФИО8, директором ФИО9. В соответствии с приказом №1oт 01.07.2019 ФИО1 принята на должность заместителя директора.

Антимонопольный орган установил, что ФИО1 является дочерью ФИО8 и ФИО7. ФИО6 и ФИО1 являются супругами.

Антимонопольный орган, проанализировав связи вышеназванных физических и юридических лиц, пришел к выводу, что на основании пункта 1 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции ФИО8 и ООО «ОСК» входят в группу лиц. На основании пункта 2 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции ФИО6 и ООО «СтройГрад» входят в группу лиц. ФИО1 и ФИО6, а также ФИО1 и ФИО8 входят в группу лиц на основании пункта 7 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции. На основании пункта 8 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции ФИО1 и ООО «СтройГрад» входят в группу лиц. На основании пункта 8 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции ООО «СтройГрад» и ООО «ОСК» входят в группу лиц.

Антимонопольным органом установлено, что в 2017-2018 годах были проведены электронные аукционы №№0133200001718000977, 0133200001717002989, 0133200001718000516, 0133200001718000791, 0333100002317000322 на выполнение ремонтных работ зданий, сооружений, помещений для государственных нужд. Победителями в указанных ОАЭФ были признаны ООО «ОСК» и ООО «Строй Град».

Антимонопольный орган, исследовав обстоятельства проведения вышеназванных ОАЭФ, установил, что все исследованные аукционы прошли в отсутствие конкурентной борьбы с минимальным снижением НМКЦ. Ивановским УФАС установлено, что для исследованных ОАЭФ характерны общие сходные признаки и обстоятельства:

1. Участники подавали только по одному предложению о цене контракта;

2. Аукционы завершились с минимальным снижением цены контракта (без какого-либо соперничества между хозяйствующими субъектами);

3. Заявки ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» на участие в аукционах идентичны;

4. Заявки на участие в аукционах подавала ФИО1;

5. Ценовые предложения подавала ФИО1;

6. Предельную цену снижения определяла ФИО1;

7. ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» использовали телефонные номера: 7 (4932) 501066; 7 (915) 8201066; 7 (4932) 414027, которые находятся в пользовании ФИО1

Управлением проведены внеплановые выездные проверки ООО «ОСК» (приказ Ивановского УФАС России от 09.04.2019 №22) и ООО «СтройГрад» (приказ Ивановского УФАС России от 09.04.2019 №21). В ходе внеплановых выездных проверок установлено, что ООО «ОСК» и ООО «СтройТрад» находятся по одному адрес, имеют единую финансовую и хозяйственную политику, фактически общий бюджет. ООО «СтройГрад» и ООО «ОСК» используют при соединении с Банком в одну сессию совпадающие IP-адреса, при этом у обоих клиентов для получения одноразовых паролей используется один и тот же номер телефона, принадлежащий ФИО10

Антимонопольный орган на основании совокупности документов и информации, имеющихся в материалах дела, пришел к выводу, что в период участия в ОЭАФ №№0133200001718000977, 0133200001717002989, 0133200001718000516, 0133200001718000791, 0333100002317000322 ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» достигли антиконкурентное соглашение, результатом которого явилось поддержание цен на торгах. Из совокупности фактических обстоятельств, установленных по делу, Комиссия Ивановского УФАС пришла к выводу, что действия заявителей имеют единую модель поведения, которая заранее известна каждому из участников правоотношений. Указанные субъекты, в ходе участия в исследуемых ОАЭФ, подавали ценовые предложения с минимальным либо близким к минимальному снижением цены контракта. Каждый из участников осознанно направлял заявку на участие в торгах, что предполагает соперничество за заключение контракта, однако, будучи допущенными до участия к торгам, заявители не конкурировали между собой, чем обеспечили поддержание цен в рассматриваемых аукционах.

Антимонопольный орган также установил, что ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» не подпадают под исключения, предусмотренные частью 7, 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции, так как ФИО1 не имела возможности распоряжалась более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на доли, составляющие уставный капитал «ОСК». Ивановским УФАС также установлено, что ФИО1 не являлась лицом, осуществляющим функции исполнительного органа ООО «ОСК» в соответствии с Федеральным законом от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (Закон № 14-ФЗ), Федеральным законом от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" (далее - Закон № 129-ФЗ), статьей 53 и 174 Гражданского Кодекса Российской Федерации, положениям Устава данного общества.

Учитывая изложенное, Ивановское УФАС вынесло Решение, которым признало «ОСК» и ООО «СтройГрад» нарушившими пункт 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции путем заключения и участия в соглашении (картеле), которое привело к поддержанию цен на торгах №№0133200001718000977, 0133200001717002989, 0133200001718000516, 0133200001718000791, 0333100002317000322.

Соответствующее решение оспорено заявителями в Арбитражный суд Ивановской области.

Суд считает требования заявителей не подлежащими удовлетворению, исходя из следующего.

Организационные и правовые основы защиты конкуренции регламентированы положениями Закона N 135-ФЗ.

В части 2 статьи 1 Закона о защите конкуренции установлено, что целями данного Закона являются обеспечение единства экономического пространства, свободного перемещения товаров, свободы экономической деятельности в Российской Федерации, защита конкуренции и создание условий для эффективного функционирования товарных рынков.

Под конкуренцией понимается соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке (пункт 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции).

Признаками ограничения конкуренции являются любые обстоятельства, создающие возможность для хозяйствующего субъекта или нескольких хозяйствующих субъектов в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товара на товарном рынке (пункт 17 статьи 4 Закона N 135-ФЗ).

По смыслу анализируемых норм конкурирующие субъекты обязаны вести самостоятельную и независимую борьбу за потребителя поставляемых ими товаров, работ, услуг, а попытки достичь любого рода соглашений в этом вопросе нарушают установленные антимонопольным законодательством запреты.

Понятие соглашения приведено в пункте 18 статьи 4 Закона N 135-ФЗ, в силу которого оно представляет собой договоренность в письменной форме, содержащуюся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

Согласно пункту 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 16.03.2016, факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан, в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности фактического поведения хозяйствующих субъектов.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

В соответствии с ч.2 ст. 9 Закона № 135-ФЗ установленные антимонопольным законодательством запреты на действия (бездействие) на товарном рынке хозяйствующего субъекта распространяются на действия (бездействие) группы лиц, если федеральным законом не установлено иное.

Материалами дела доказано и заявителями по существу не оспаривается, что на основании пункта 8 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции ООО «СтройГрад» и ООО «ОСК» входят в одну группу лиц.

Факт заключения антиконкурентного соглашения может быть установлен как на основании прямых доказательств, так и совокупности косвенных доказательств.

На практике к таким косвенным доказательствам обычно относятся: отсутствие экономического обоснования поведения одного из участников соглашения, создающего преимущества для другого участника соглашения, не соответствующего цели осуществления предпринимательской деятельности - получению прибыли; заключение договора поставки (субподряда) победителем торгов с одним из участников торгов, отказавшимся от активных действий на самих торгах; использование участниками торгов одного и того же IP-адреса (учетной записи) при подаче заявок и участии в электронных торгах; фактическое расположение участников соглашения по одному и тому же адресу; оформление сертификатов электронных цифровых подписей на одно и то же физическое лицо; формирование документов для участия в торгах разных хозяйствующих субъектов одним и тем же лицом; наличие взаиморасчетов между участниками соглашения, свидетельствующее о наличии взаимной заинтересованности в результате реализации соглашения (Разъяснение N 3 Президиума ФАС России "Доказывание недопустимых соглашений (в том числе картелей) и согласованных действий на товарных рынках, в том числе на торгах", утвержденного протоколом Президиума ФАС России от 17.02.2016 N 3).

Материалами дела подтверждается и заявителями не оспаривается, что ООО «СтройГрад» и ООО «ОСК» фактически осуществляли деятельность по одному адресу, имели единую финансовую и хозяйственную политику, о чем свидетельствует информация, скопированная Управлением с рабочего компьютера главного бухгалтера ООО «ОСК» в ходе внеплановой проверки, а также тот факт, что ООО «СтройТрад» и ООО «ОСК» использовали при соединении с Банком в одну сессию совпадающие IР-адреса, при этом у обоих клиентов для получения одноразовых паролей используется один и тот же номер телефона, принадлежащий ФИО1 Использование самостоятельными субъектами гражданского оборота единой инфраструктуры, и их действие в общих интересах возможно только в случае координации и консолидации, при этом такие действия осуществляются для достижения единой для всех цели. Однако коммерческие организации в аналогичных случаях, конкурируя между собой, не действуют в интересах друг друга. Следовательно, такие действия сторон возможны исключительно в результате достигнутых договоренностей. Учитывая изложенное, антимонопольный орган сделал верный вывод, что установленные обстоятельства свидетельствует о реальной возможности заявителей заключить антиконкурентное соглашение при участии в ОАЭФ.

Антимонопольным органом установлено и заявителями по существу не оспаривается, что при участии в электронных аукционах №№0133200001718000977, 0133200001717002989, 0133200001718000516, 0133200001718000791, 0333100002317000322 от имени ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» заявки на участие в аукционах подавало одно лицо - ФИО1; ценовые предложения подавала ФИО1; предельную цену снижения определяла ФИО1; ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» использовали телефонные номера: 7 (4932) 501066; 7 (915) 8201066; 7 (4932) 414027, которые находятся в пользовании ФИО1 Практически по всем указанным аукционам заявители подавали свои заявки в незначительный промежуток времени друг от друга, что свидетельствует о скоординированности действий участников соглашения.

Исследованные антимонопольным органом аукционы №№0133200001718000977, 0133200001717002989, 0133200001718000516, 0133200001718000791, 0333100002317000322, в которых принимали участие заявители, завершились с минимальным снижением цены контракта.

В электронном аукционе №0133200001717002989 победителем было признано ООО «ОСК» со снижением на 1% от НМЦК.

В электронном аукционе №0333100002317000322 победителем было признано ООО «ОСК» со снижением на 1,5% от НМЦК.

В электронном аукционе ОАЭФ №0133200001718000516 победителем было признано ООО «ОСК» со снижением на 1% от НМЦК.

В электронном аукционе №0133200001718000791 победителем было признано ООО «ОСК» со снижением на 2% от НМЦК.

В электронном аукционе №0133200001718000977 победителем было признано ООО «СтройГрад» со снижением на 1,5% от НМЦК.

Совокупность указанных обстоятельств является достаточным основанием для вывода о том, что действия указанных хозяйствующих субъектов явились следствием достигнутого между ООО «ОСК» и ООО «СтройГрад» антиконкурентного соглашения, которое привело к поддержанию цен на аукционах. ООО «СтройГрад» и ООО «ОСК», участвуя в ОАЭФ в лице ФИО1, отказались от соперничества, от самостоятельных действий при участии в торгах. Участие заявителей в конкурентных процедурах являлось формальной имитацией конкурентной борьбы, что противоречит смыслу торгов, направленному на выявление наиболее выгодных ценовых предложений их участниками, имеющими намерение заключить договор, контракт по результатам торгов. Государственные контракты были заключены с незначительным снижением цены, что нетипично для конкурентной борьбы.

То обстоятельство, что в аукционе могли принять участие иные хозяйствующие субъекты, не исключает факта наличия картельного соглашения между заявителями. Основной задачей законодательства, устанавливающего порядок проведения торгов, является не столько обеспечение максимально широкого круга участников размещения заказов, сколько выявление в результате торгов лица, исполнение контракта которым в наибольшей степени будет отвечать целям эффективного использования источников финансирования, предотвращения злоупотреблений в сфере размещения заказов (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.12.2010 N 11017/10). Для заключения государственного контракта на выполнение ремонтных работ зданий, сооружений, помещений требуется проведение торгов, которые подразумевают состязательность хозяйствующих субъектов. В период участия в ОЭАФ заявители являлись конкурентами, следовательно при участии в электронных аукционах хозяйствующие субъекты должны были соблюдать запрет пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

Ссылки заявителя на отсутствие в оспариваемом Решении какого-либо анализа поведения участников торгов с точки зрения их экономической выгоды, суд отклоняет.

Положения части 1 статьи 11 Закона N 135-ФЗ устанавливают запрет на ценовые соглашения конкурентов на торгах, независимо от того принесет это кому-либо из участников преимущества или нет. В качестве картельного соглашения следует квалифицировать не только очевидное соглашение, направленное на получение преимущества, а любое соглашение, участники которого договорились об установлении, снижении цен, размера или условий предоставления скидок или надбавок к цене. Анализ поведения участников с точки зрения экономической выгоды, рентабельности снижения цены и ее адекватности как таковой не входит в предмет доказывания по указанной категории дел. Суд соглашается с позицией антимонопольного органа о том, что при нарушении хозяйствующим субъектом пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции возможность наступления негативных последствий в виде негативного влияния на конкуренцию презюмируется. Данный вывод соответствует правовой позиции, сформулированной в постановлении Президиума ВАС РФ от 21.12.2010 N 9966/10, согласно которой для вывода о наличии нарушений антимонопольного законодательства, выражающихся в создании картеля (заключении антиконкурентного соглашения), не требуется доказывание антимонопольным органом фактического исполнения участниками картеля условий соответствующего противоправного соглашения, а также фактического наступления последствий, указанных в части 1 статьи 11 Закона о конкуренции, поскольку рассматриваемое нарушение состоит в самом достижении участниками картеля договоренности, которая приводит или может привести к перечисленным в названной норме последствиям.

Довод заявителей о том, что целью участия в торгах двумя организациями была исключительно «страховка» на случай возможных технических сбоев, либо недостатков в оформлении документов, суд отклоняет. Заявители не отрицают, что заявки на участие в аукционах и ценовые предложения от обеих организаций подавало одно лицо - ФИО1 Вопреки доводам заявителей, одновременная подготовка одним лицом заявок от двух организаций не снижала риск недостатков в оформлении документов, а напротив увеличивала их. При этом, учитывая, что заявки подавались одним и тем же лицом, у суда вызывает сомнение целесообразность страховки лицом, готовившим одну заявку, своих возможных ошибок путем подачи второй заявки, вместо того, чтобы максимально точно и внимательно проверить документы в составе одной заявки. Технические сбои при идентификации на электронной площадке и использовании ЭЦП в равной степени отражаются на всех заявках, в силу чего увеличение количества заявок, подаваемых одним лицом с интервалом в несколько минут, не гарантирует страховку от технических сбоев.

Кроме того, страховка участников торгов друг друга от возможных технических ошибок не может являться целью участия в торах и служить основанием для отказа хозяйствующих субъектов от самостоятельных действий, от конкуренции при участии в ОАЭФ.

Ссылки заявителей на отсутствии в оспариваемом Решении Ивановского УФАС анализа тех торгов, в которых участвовал один из заявителей и при котором также минимально снижалась НМПЦ, суд отклоняет, так как данные обстоятельства не опровергают факт существования модели поведения, примененной в рамках проанализированных в Решении торгов №№0133200001718000977, 0133200001717002989, 0133200001718000516, 0133200001718000791, 0333100002317000322. При этом наряду с аукционами, указанными заявителями в ходатайстве от 23.01.2020, антимонопольным органом выявлены аукционы, в которых принимало участие одно из Обществ, со значительным снижением НМЦК которое составило от 3,21% до 33,95% как на выполнение строительных работ, так и на разработку проектно-сметной документации, что опровергало утверждение заявителей о применении аналогичных схем поведения (минимальное снижение начальной минимальной цены контракта) в аукционах, в которых участвовал только один из них.

Ссылки заявителей на невозможность конкуренции в силу наличия общего бюджета, устойчивых хозяйственных связей и принадлежности обеих организаций к семейному бизнесу, несостоятельны, так как данные обстоятельства напротив подтверждают возможность и заинтересованность в достижении антиконкурентного соглашения.

Приводя данный довод, заявители не учитывают, что Закон № 135-ФЗ допускает лишь ограниченный перечень случаев, при которых не действует запрет на ограничивающие конкуренцию соглашения.

Согласно части 7 статьи 11 Закона о защите конкуренции положения настоящей статьи не распространяются на соглашения между хозяйствующими субъектами, входящими в одну группу лиц, если одним из таких хозяйствующих субъектов в отношении другого хозяйствующего субъекта установлен контроль либо если такие хозяйствующие субъекты находятся под контролем одного лица, за исключением соглашений между хозяйствующими субъектами, осуществляющими виды деятельности, одновременное выполнение которых одним хозяйствующим субъектом не допускается в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу части 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции под контролем в настоящей статье понимается возможность физического или юридического лица прямо или косвенно (через юридическое лицо или через несколько юридических лиц) определять решения, принимаемые другим юридическим лицом, посредством одного или нескольких следующих действий:

1) распоряжение более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли), составляющие уставный (складочный) капитал юридического лица;

2) осуществление функций исполнительного органа юридического лица.

Расширительное толкование положения части 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции при наличии тесных хозяйственных, организационных связей, либо родственных связей между учредителями, акционерами или единоличными исполнительными органами хозяйствующих субъектов, является недопустимым. Заключение антиконкурентных соглашений будет являться допустимым между такими хозяйствующими субъектами только при условии выполнения хотя бы одного из критериев контроля, установленных частью 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

Признаков, свидетельствующих о вхождении заявителей в подконтрольную группу лиц в соответствии с частями 7 и 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции, не имеется.

В соответствии со статьей 40 Закона N 14-ФЗ законным представителем общества с ограниченной ответственностью является единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие). Согласно пункту 1 части 3 статьи 40 указанного закона единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.

В силу пп. «л» ч. 1 ст. 5 Закон №129-ФЗ в ЕГРЮЛ отражается фамилия, имя, отчество и должность лица, имеющего право без доверенности действовать от имени юридического лица, а также паспортные данные такого лица или данные иных документов, удостоверяющих личность в соответствии с законодательством Российской Федерации, и идентификационный номер налогоплательщика при его наличии.

ФИО1 являлась исполнительным директором ООО «СтройГрад» и с 12.01.2016 указана в ЕГРЮЛ в числе физических лиц, имеющих право без доверенности действовать от имению соответствующего юридического лица. В то же время, материалы регистрационного дела ООО «ОСК» не содержат сведений, указывающих на то, что ФИО1 являлась лицом, действующим без доверенности применительно к данной организации, то есть осуществляла функции исполнительного органа в ООО «ОСК».

В соответствии с подпунктом 4 пункта 2 статьи 33 Закона N 14-ФЗ образование исполнительных органов общества и досрочное прекращение их полномочий отнесено к компетенции общего собрания участников общества, если уставом общества решение указанных вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества.

Решения общего собрания участников общества (решения единственного участника ООО «ОСК») о назначении ФИО10 директором указанной организации не принималось, что не отрицалось заявителем в ходе судебного заседания. Из представленных в материалы дела выписок из ЕГРЮЛ следует, что 31.10.2013 в реестр внесены сведения о лице, имеющем право действовать без доверенности от имени ООО «ОСК» - директоре Общества ФИО9 Полномочия соответствующего лица прекращены лишь 13.05.2020, после принятия единственным участником Общества соответствующего решения.

Довод заявителя о том, что в п.2 ч.8 ст. 11 Закона № 135-ФЗ говорится не о лице, являющемся исполнительным органом юридического лица в соответствии со сведениями ЕГРЮЛ, а об осуществлении функций исполнительного органа юридического лица, суд отклоняет. Согласно п. 4 ст. 40 Закона N 14-ФЗ порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними документами общества, а также договором, заключенным между обществом и лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.

Таким образом, по терминологии Закона № 14-ФЗ понятия «лицо, осуществляющее функции его единоличного исполнительного органа» и «единоличный исполнительный орган» аналогичны, в силу чего основания для иного толкования данного понятия в рамках Закона № 135-ФЗ не имеется.

Материалы настоящего дела также не содержат сведений, подтверждающих, что ФИО1 распоряжалась более чем пятьюдесятью процентами общего количества голосов, приходящихся на доли, составляющие уставный капитал ООО «ОСК».

Таким образом, признаков, свидетельствующих о вхождении заявителей в подконтрольную группу лиц в соответствии с частями 7 и 8 статьи 11 Закона о защите конкуренции, не имеется.

Существенных процессуальных нарушений при рассмотрении дела со стороны Управления не допущено. Уведомляя заявителей о назначенном на 12.05.2020 заседании, Управление извещало о наличии возможности участия в заседании с использованием видео-конференц связи. (заказные письма с уведомлениями №15397146551285, №15397146551292). Заявив ходатайства об отложении рассмотрения дела ООО «СтройГрад» от 08.05.2020 (вх. №1548 от 08.05.2020) и ООО «ОСК» от 08.05.2020 (вх. №1547 от 08.05.2020) не представили подтверждающих невозможность явки документов, а также не указали на отсутствие технической возможности участия в заседании с использованием видео-конференц связи. При данных обстоятельствах антимонопольный орган правомерно отклонил соответствующие ходатайства заявителей. При этом в период с 21.08.2019 по 12.05.2020 на протяжении более 8 месяцев ООО «СтройГрад» и ООО «ОСК» пользовались всеми правами, предоставленными статьей 43 Закона о защите конкуренции, в том числе выразили свою позицию по заключению об обстоятельствах дела. При данных обстоятельствах суд приходит к выводу, что вынесение Решения 12.05.2020 в отсутствие извещенных надлежащим образом заявителей не повлияло на полноту и объективность рассмотрения дела, по причине предоставления заявителям возможности сформулировать возражения по всем установленным обстоятельствам и наличия у Управления соответствующих возражений на момент принятия Решения.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине относятся на заявителей

Руководствуясь ст. ст. 110, 170-176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

1. Отказать Обществу с ограниченной ответственностью «СтройГрад» и Обществу с ограниченной ответственностью «Объединенная строительная компания» в удовлетворении требований о признании незаконным Решения Управления Федеральной антимонопольной службы по Ивановской области № 037/01/11-259/2019 (02-11/2019-001) от 19.05.2020.

2. Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия в соответствии со статьями 181, 257, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу в соответствии со статьями 181, 273, 275, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Ивановской области.

Судья Калиничева М.С.