Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению федерального казенного учреждения «Объединение исправительных учреждений № 8 с особыми условиями хозяйственной деятельности Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Красноярскому краю» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9по Иркутской области (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

о признании недействительным решения от 28.06.2013 №10-17-17/03520дсп

при участии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1 – представитель по доверенности (до перерыва)

от ответчика: ФИО2 – представитель по доверенности (до перерыва)

установил:

ФКУ «Объединение исправительных учреждений № 8 с особыми условиями хозяйственной деятельности Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Красноярскому краю» (далее также – заявитель, Учреждение, ФКУ ОИК №8) обратилось в арбитражный суд с требованиями о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №9по Иркутской области от 28.06.2013 №10-17-17/03520дсп.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 04.03.2014, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2014, признано незаконным решение инспекции в части привлечения учреждения к ответственности, предусмотренной 3 статьей 123 Налогового кодекса Российской Федерации, в виде штрафа в размере 1 188 265 рублей и предложения уплатить указанную сумму штрафа, в части начисления и предложения уплатить 9 671 рублей пеней по налогу на доходы физических лиц, в удовлетворении остальной части требований (налог на прибыль, пени и санкции за его неуплату, остальные суммы пеней по НДФЛ и санкций по ст.123 Налогового кодекса РФ) учреждению отказано.

Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа постановлением от 25.07.2014 оставил без изменения решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции.

Учреждение обратилось в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой на указанные судебные акты, в которой просло их отменить в части отказа в удовлетворении требований о признании незаконным оспариваемого решения инспекции о доначислении 739 533 рублей налога на прибыль организаций, 230 615 рублей 38 копеек пеней и 73 953 рублей штрафа, и принять новый судебный акт об удовлетворении требований в указанной части.

Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.02.2015 № 302-КГ14-3438 вышеуказанные решение суда первой инстанции, постановления судов апелляционной и кассационной инстанций отменены в полном объеме (включая не обжаловавшийся заявителем в Верховный суд РФ эпизод с налогом на доходы физических лиц), дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Иркутской области.

При новом рассмотрении дела заявитель требования поддержал, ответчик требования не признал, сославшись на законность оспариваемого решения.

В судебном заседании 14.05.2015 завершил исследование материалов дела, состоялись прения сторон.

В судебном заседании объявлялся перерыв 14.05.2015 до 10 час. 00 мин. 20.05.2015.

После перерыва в судебное заседание представители сторон не явились.

Из материалов дела следует, что 29.04.2013 налоговым органом по месту учета принято решение о проведении выездной налоговой проверки заявителя по вопросам соблюдения законодательства о налогах и сборах за период с 01.01.2010 по 31.12.2012, которое вручено начальнику Учреждения 29.04.2013 (т.1 л.д.132-133).

Справка о проведенной проверке от 04.06.2013 №10-17/17 вручена законному представителю заявителя (т.1 л.д.134-135). Акт выездной налоговой проверки от 05.06.2013 №10-17/17 с приложениями вручен Учреждению 05.06.2013 (т.1 л.д.131).

Также 05.06.2013 данному заявителю вручено извещение о том, что рассмотрение материалов проверки состоится 28.06.201 в 10 час. 30 мин. (т.1 л.д.149).

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки 28.06.2013 года Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 9 по Иркутской области в присутствии уполномоченных представителей заявителя принято решение №10-17-17/03520 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Указанным решением инспекция доначислила Учреждению налог на прибыль за 2011 год в федеральный бюджет в сумме 73 953 руб., в бюджет субъекта РФ в сумме 665 580 руб., начислила пени за неуплату налога на прибыль в федеральный бюджет в сумме 23 560 руб., в бюджет субъекта РФ в сумме 211 265 руб., пени за неперечисление налога на доходы физических лиц в сумме 59 470 руб., наложила штраф, предусмотренный п.1 ст.122 Налогового кодекса РФ, за неуплату налога на прибыль в федеральный бюджет в размере 7 395 руб., в бюджет субъекта РФ в размере 66 558 руб., а также штраф, предусмотренный ст.123 Налогового кодекса РФ в размере 1 238 265 руб. за неполное и (или) несвоевременное перечисление налоговым агентом в бюджет удержанного налога на доходы физических лиц.

Штрафы в оспариваемом решении уменьшены в два раза в связи с наличием смягчающих ответственность обстоятельств.

При доначислении налога на прибыль, пени и санкций за его неуплату налоговый орган исходил из того, что заявитель неправомерно, в нарушение ст.ст.246, 247, 251, 252 Налогового кодекса РФ не учитывал в составе налогооблагаемых доходов за 2011 год (2-4 кварталы) доходы в общей сумме 290 807 344 руб. и расходы, связанные с получением этих доходов, в общей сумме 287 109 679 руб. (по 1 кварталу 2011 года доходы и соответствующие им расходы налогоплательщиком учтены в отчетности самостоятельно, расхождений по результатам проверки не установлено). На основании изложенного, занижение налоговой базы по налогу на прибыль за 2011 год составило 3 697 665 руб. При этом налоговый орган посчитал, что налогоплательщик получил доход не от выполнения государственных функций, оказания (выполнения) государственных или муниципальных услуг (работ), а от самостоятельной предпринимательской деятельности по реализации товаров, работ, услуг.

При проверке полноты и своевременности удержания и перечисления налога на доходы физических лиц инспекцией установлено, что Учреждение в 2010-2012 годах допускало нарушение установленного п.6 ст.226 Налогового кодекса РФ срока уплаты налога в бюджет (не позднее дня фактического получения в банке наличных денежных средств для выплаты доходов). В связи с этим, инспекция начислила пени по налогу на доходы физических лиц за дни фактического нарушения обязанности по уплате налога, а также наложила штраф за несвоевременное перечисление удержанного налога в бюджет.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Иркутской области от 09.09.2013 №26-12/014221@ апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения, решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Иркутской области – без изменения.

Не согласившись с выводами инспекции, налогоплательщик обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения от 28.06.2013 №10-17-17/03520дсп.

В обоснование требований заявитель сослался на следующие обстоятельства.

В силу пункта 3 статьи 41 Бюджетного кодекса РФ доходы от платных услуг, оказываемых казенными учреждениями, относятся к неналоговым доходам бюджетов.

Пунктом 10 статьи 241 БК РФ установлено, что доходы, полученные от приносящей доход деятельности федеральными казенными учреждениями, исполняющими наказания в виде лишения свободы, в результате осуществления ими собственной производственной деятельности в целях исполнения требований уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации об обязательном привлечении осужденных к труду, в полном объеме зачисляются в федеральный бюджет, отражаются на лицевых счетах получателей бюджетных средств, открытых указанным учреждениям в территориальных органах Федерального казначейства, и направляются на финансовое обеспечение осуществления функций указанных казенных учреждений сверх бюджетных ассигнований, предусмотренных в федеральном бюджете, в порядке, установленном Министерством финансов Российской Федерации.

Статьей 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 №5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлена обязанность учреждений, исполняющих наказания, привлекать осужденных к труду.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 №1314 «Вопросы Федеральной службы исполнения наказаний» на ФСИН России возложены полномочия по привлечению осужденных к труду.

С учетом изложенного, по мнению Учреждения, полученный доход от реализации продукции, произведенной в результате привлечения к труду лиц, отбывающих наказание, как осуществление государственной функции, не подлежит учету при определении налогооблагаемой базы в силу подпункта 33.1 пункта 1 статьи 251 Налогового кодекса РФ.

Также заявитель сослался на пп.14 п.1 ст.251 Налогового кодекса РФ и указал, что зачисляемые в бюджет доходы Учреждения от реализации товаров (работ, услуг), получаемые впоследствии заявителем в качестве дополнительного источника бюджетного финансирования, обложению налогом на прибыль не подлежат.

Кроме того, заявитель полагает, что подавая нулевые декларации по налогу на прибыль за полугодие, 9 месяцев 2011 года и за 2011 год он руководствовался разъяснениями налогового органа (письмом от 17.08.2011 №05-06/015067) и поэтому подлежит освобождению от начисления пеней и привлечения к ответственности за неуплату налога на прибыль.

Также заявитель полагает, что налоговый орган вышел за пределы проверки, рассчитав пени на недоимку по налогу на прибыль по 2011 году за период с 01.01.2013 по 28.06.2013.

В судебном заседании представитель Учреждения 18.02.2014 сослался на то обстоятельство, что налоговый орган при начислении пеней не учел переплаты по налогу на прибыль в федеральный бюджет в сумме 116 166 руб. и в бюджет субъекта РФ в сумме 1041406 руб. 25 коп. до момента их зачета в марте 2012 года в счет уплаты налога на добавленную стоимость по заявлению налогоплательщика.

В отношении начисления пеней и штрафов по налогу на доходы физических лиц заявитель не согласился с расчетами налогового органа, указав, что он получал денежные средства для выплаты заработной платы не в банках, понятие которых дано в п.2 ст.11 Налогового кодекса РФ (кредитные организации, имеющие лицензию Центрального банка РФ), а в органах федерального казначейства. В связи изложенным учреждение считает, что обязанность по перечислению НДФЛ наступила не в сроки, установленные абз.1 п.6 ст.226 Налогового кодекса РФ (не позднее дня получения денежных средств в банках), а в сроки, установленные абз.2 п.6 ст.226 Налогового кодекса РФ (не позднее дня, следующего за днем фактического получения налогоплательщиком дохода). Кроме того, заявитель указывает, что в позициях по начислению пеней за период с марта 2011 года по сентябрь 2012 года в результате необоснованного округления инспекцией завышена ставка пеней – применена ставка 0,0267% вместо ставки 0,0266%.

Учреждение также указало, что считает необоснованным включение в задолженность по НДФЛ при начислении пеней и штрафов отпускных, поскольку полагает, что данные суммы подлежат включению в доходы только при окончательном расчете за соответствующий месяц.

Кроме того, заявитель указал, что оспариваемое решение в нарушение положений ст.101 Налогового кодекса РФ недостаточно мотивировано.

При новом рассмотрении дела дополнительных доводов и доказательств относительно начисления в оспариваемом решении пеней и санкций по налогу на доходы физических лиц не поступило.

Инспекция, возражая против доводов заявителя, сослалась на доводы, изложенные в решении и отзыве.

Оценив представленные доказательства, заслушав доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суд пришел к следующим выводам.

В отношении начисления налога на прибыл организаций, пеней и санкций за его неуплату суд пришел к выводу о неправомерности эти начислений в силу следующих причин.

Согласно общему принципу определения доходов, содержащемуся в статье 41 Налогового кодекса РФ, доходом признается экономическая выгода в денежной или натуральной форме, учитываемая в случае возможности ее оценки и в той мере, в которой эту выгоду можно оценить, и определяемая в соответствии с главой 25 «Налог на прибыль организаций».

В соответствии со статьей 247 Налогового кодекса РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организации является прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину расходов.

Положениями статьи 248 Налогового кодекса РФ предусмотрено, что к доходам относятся доходы от реализации и внереализационные доходы.

В силу пунктов 1, 2 статьи 249 Налогового кодекса РФ доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. Выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах.

Реализацией товаров, работ или услуг организацией признается соответственно передача на возмездной основе (в том числе обмен товарами, работами или услугами) права собственности на товары, результатов выполненных работ одним лицом для другого лица, возмездное оказание услуг одним лицом другому лицу (статья 39 Налогового кодекса РФ).

По пункту 3 статьи 249 Налогового кодекса РФ особенности определения доходов от реализации для отдельных категорий налогоплательщиков либо доходов от реализации, полученных в связи с особыми обстоятельствами, устанавливаются положениями главы 25 Налогового кодекса РФ.

Как усматривается из материалов дела, заявитель не учел в декларациях по налогу на прибыль за полугодие и 9 месяцев 2011 года, за 2011 год доходы от реализации товаров, работ, услуг в сумме 290 807 344 руб. и расходы, связанные с получением этих доходов, в общей сумме 287 109 679 руб. (по 1 кварталу 2011 года доходы и соответствующие им расходы налогоплательщиком учтены в отчетности самостоятельно, расхождений по результатам проверки не установлено). Начиная со 2 квартала 2011 года, заявитель имел статус федерального казенного учреждения и не исчислял налог на прибыль с полученных доходов на основании подпункта 33.1 пункта 1 статьи 251 Кодекса, полагая, что все его доходы и расходы связаны с выполнением государственной функции по привлечению осужденных к труду. Налоговый орган в свою очередь посчитал, что все доходы и расходы Учреждения за 2-4 кварталы 2011 года не связаны с выполнением государственной функции и подлежат учету при исчислении налога на прибыль.

В материалы дела налоговым органом представлены документы, подтверждающие сумму доходов, установленную в ходе проверки (счета-фактуры, товарные накладные, акты приемки выполненных работ, справки, платежные поручения и т.д. - тома дела 17, 18, 19). Данные документы судом исследованы и признаны надлежащими доказательствами, подтверждающими сумму дохода исходя из признания доходов по методу начисления, поскольку заявитель не избирал кассовый метод и кроме того, его ежеквартальная выручка постоянно превышала 1 миллион рублей (ст.271, п.1 ст.273 Налогового кодекса РФ). Более того, указанные суммы доходов согласуются данными имеющихся в деле книг продаж и главной книги, представленными налоговому органу заявителем в ходе проверки.

Также в ходе проверки налоговый орган установил сумму расходов, связанных с деятельностью, облагаемой налогом на прибыль организаций и уменьшающих налоговую базу. Расчет суммы расходов приведен в оспариваемом решении и приложениях к нему, судом проверен и признан обоснованным. Сумма признанных инспекцией расходов подтверждается имеющимися в материалах дела и исследованными судом оборотно-сальдовыми ведомостями, главной книгой за 2011 год, положениями об учетной политике, штатными расписаниями, сводами начислений и удержаний по заработной плате договорами, контрактами, иными первичными документами (тома дела 2, 3, 4, 5, 6 , 7, 8, 9, 10, 11, 12).

Между тем, налоговым органом при вынесении оспариваемого решения не учтены следующие существенные обстоятельства.

Правовая основа деятельности учреждения определена Законом Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и организациях, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», положениями которого предусмотрена, в том числе обязанность учреждений, исполняющих наказания, привлекать осужденных к труду.

В пункте 1.1. Устава учреждения установлено, что ФКУ ОИУ-8 ОУХД ГУФСИН России по Красноярскому краю является учреждением уголовно-исполнительной системы, исполняющим уголовные наказания в виде лишения свободы, имеет гражданские права, соответствующие целям деятельности, предусмотренным в его учредительных документах, и несет связанные с этой деятельностью обязанности. Учреждение является федеральным казенным учреждением и имеет статус исправительного учреждения; является некоммерческой организацией (пункт 1.6. Устава). Согласно пункту 1.10. Устава учреждение не преследует цели получения прибыли, но вправе заниматься приносящей доход деятельностью, способствующей выполнению им основных целей и задач в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 10 статьи 241 Бюджетного кодекса Российской Федерации доходы, полученные от приносящей доход деятельности федеральными казенными учреждениями, исполняющими наказания в виде лишения свободы, в результате осуществления ими собственной производственной деятельности в целях исполнения требований уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации об обязательном привлечении осужденных к труду, в полном объеме зачисляются в федеральный бюджет, отражаются на лицевых счетах получателей бюджетных средств, открытых указанным учреждениям в территориальных органах 6 Федерального казначейства, и направляются на финансовое обеспечение осуществления функций указанных казенных учреждений сверх бюджетных ассигнований, предусмотренных в федеральном бюджете, в порядке, установленном Министерством финансов Российской Федерации.

Данная правовая норма действует с 01.01.2011.

Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 28.12.2010 № 190н «Об утверждении Указаний о порядке применения бюджетной классификации Российской Федерации» в качестве доходов федерального бюджета предусмотрены доходы от привлечения осужденных к оплачиваемому труду.

В силу пункта 2 Порядка отражения на лицевых счетах получателей бюджетных средств, открытых в территориальных органах Федерального казначейства федеральным казенным учреждениям, исполняющим наказания в виде лишения свободы, операций по финансовому обеспечению осуществления функций указанных учреждений, источником которого являются доходы, полученные ими от приносящей доход деятельности, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 21.07.2010 № 73н (далее – Порядок № 73н), средства, полученные от привлечения осужденных к оплачиваемому труду, зачисляются в соответствии с Порядком учета Федеральным казначейством поступлений в бюджетную систему Российской Федерации и их распределения между бюджетами бюджетной системы Российской Федерации, утвержденным Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 05.09.2008 № 92н, в федеральный бюджет на основании расчетных документов, оформляемых юридическими или физическими лицами, которым оказывались услуги (выполнялись работы, поставлялись товары).

Орган Федерального казначейства не позднее трех рабочих дней после поступления в федеральный бюджет средств, полученных от привлечения осужденных к оплачиваемому труду, отражает по соответствующему коду классификации доходов бюджетов в сумме, равной данному поступлению, на 7 лицевом счете получателя бюджетных средств, открытом учреждению, исполняющему наказания, дополнительный источник бюджетного финансирования (пункт 7 Порядка № 73н).

Согласно пункту 8 Порядка № 73н операции по использованию дополнительного источника бюджетного финансирования осуществляются учреждением, исполняющим наказания, в пределах доведенных ему в установленном порядке лимитов бюджетных обязательств на основании Расходных расписаний.

Таким образом, пункт 10 статьи 241 Бюджетного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями приведенных выше нормативных правовых актов трактует рассматриваемые доходы как доходы, полученные от привлечения осужденных к оплачиваемому труду, а не как выручку от реализации продукции.

В силу подпункта 33.1 пункта 1 статьи 251 Кодекса (в редакции, действующей с 01.01.2011) при определении налоговой базы не учитываются доходы в виде средств, полученных от оказания казенными учреждениями государственных (муниципальных) услуг (выполнения работ), а также от исполнения ими иных государственных (муниципальных) функций.

Данная норма применяется только к средствам, полученным в рамках определенных для этих учреждений заданий и согласно перечню услуг, а также к доходам, полученным от исполнения ими иных государственных (муниципальных) функций.

Учитывая изложенное, денежные средства, полученные в рамках исполнения учреждением такой государственной функции как привлечение осужденных к оплачиваемому труду в силу подпункта 33.1 пункта 1 статьи 251 Кодекса не учитываются при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций.

В рассматриваемом случае спорные доходы были получены учреждением от реализации пиловочника, предоставления физическим лицам услуг по проживанию в гостинице, выполнения работ по сжиганию растительности и лесоочистке на спецучастках ложа водохранилища БоГЭС, отпуска тепловой и электрической энергии, предоставления коммунальных услуг (квартплата), реализации хлеба, поросят, лома черных металлов, получения агентского вознаграждения от ОАО КБ «Искра», устройства ледовой переправы, тушения пожаров, предоставления транспортных услуг, аренды катера.

Учитывая изложенную выше позицию о распространении положений подпункта 33.1 пункта 1 статьи 251 Кодекса (в редакции, действующей с 01.01.2011) на доходы, полученные учреждением от привлечения осужденных к оплачиваемому труду при направлении дела на новое рассмотрение Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.02.2015 № 302-КГ14-3438 суду первой инстанции с учетом вышеприведенного толкования норм права даны обязательные указания о необходимости установить обстоятельства, связанные с гражданско-правовыми отношениями учреждения по реализации товаров (работ, услуг), в рамках которых им были получены спорные денежные средства, на предмет привлечения учреждением осужденных к труду для осуществления этих операций по реализации товаров (работ, услуг), а также оценить представленные в материалы дела доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимной связи применительно к установленным обстоятельствам в целях признания этих денежных средств в качестве дохода, не учитываемого при определении налоговой базы по налогу на прибыль.

Выполняя указания суда кассационной инстанции суд первой инстанции в определении от 12.03.2015 налоговому органу, как лицу, на которое законом (ч.1 ст.65 Арбитражного процессуального кодекса РФ) возложена обязанность доказывания оспариваемого решения, представить:

- мотивированный арифметический расчет доначисленного налога на прибыль исходя доходов, полученных заявителем от реализации товаров (работ, услуг), в производстве которых (либо выполнении работ, оказании услуг) налогоплательщик не использовал труд осужденных. В данном расчете также должен иметься мотивированный расчет расходов, приходящихся на эти доходы;

- проверить полноту представления суду документов, подтверждающих доходы и расходы по п.1 настоящего определения, при необходимости представить недостающие документы в материалы дела.

В ответ на это определение Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №9 по Иркутской области письмом от 09.04.2015 №03-14/003949 (т.22 л.д.8-10) сообщила, что выездная проверка заявителя проводилась выборочным методом, истребование всех бухгалтерских документов в подтверждение расходов, относящихся к доходам от отдельных видов деятельности, в ходе проверки не производилось. В связи с этим налоговый орган указал, что не представляется возможным произвести истребованный судом мотивированный расчет доходов и расходов по операциям, в которых использовался труд осужденных, на основании имеющихся в инспекции документов. Данная позиция налогового органа не изменилась и в судебном заседании 14.05.2015.

При этом суд из материалов дела может только установить, что значительное число осужденных действительно привлекалось заявителем к труду, в том числе на лесозаготовках, в бригады для расчистки ложа водохранилища БоГЭС, в группы коммунально-бытового, интендантского и хозяйственного обеспечения, в учебно–производственный центр для ремонта механизмов, в качестве механиков в транспортный цех и т.д., что подтверждается представленными Учреждением суду копиями приказов о трудоустройстве осужденных (тома дела 22-25). Таким образом, основания для применения заявителем подпункта 33.1 пункта 1 статьи 251 Налогового кодекса РФ и освобождения от налогообложения налогом на прибыль доходов, полученных от привлечения осужденных к труду, у заявителя в рассматриваемом периоде имелись.

Вместе с тем, установить действительную обязанность заявителя по уплате налога на прибыль в настоящем деле не представляется возможным, поскольку для этого необходимо исследовать все технологические цепочки заявителя при производстве товаров, работ, услуг и установить, в какой части и по каким доходам реализация товаров, работ, услуг произведена с использованием труда осужденных, а по каким доходам труд осужденных не использовался. Причем для определения действительной налоговой обязанности по налогу на прибыль необходимо установить не только соответствующие доходы, но и расходы, как получены от деятельности: а) связанной с привлечением осужденных к труду; б) не связанной с привлечением осужденных к труду.

Оспариваемое решение, акт выездной проверки, приложения к ним, не содержат необходимой информации, поскольку налоговый орган использовал иной подход при исчислении налога на прибыль и полагал, что реализация товаров, работ, услуг не является государственной функцией по привлечению осужденных к труду, вне зависимости от того обстоятельства, использовался ли соответствующий труд при производстве соответствующих товаров, выполнении работ, оказании услуг.

Доводы налогового органа при новом рассмотрении дела о необходимости истребования судом у заявителя документов, подтверждающих законность рассматриваемых начислений по налогу на прибыль, не могут быть признаны обоснованными, поскольку законность принятия оспариваемого решения и сумма доходов, подлежащих налогообложению, должны быть доказаны налоговым органом, исходя из тех доказательств, которые были получены в ходе проведения мероприятий налогового контроля. Истребование судом дополнительных доказательств вне рамок процедуры сбора доказательств, установленной законодательством о налогах и сборах, при рассмотрении настоящего дела не может подтверждать законность решения налогового органа на дату его принятия.

Принимая во внимание, что заявитель при новом рассмотрении дела не смог доказать законность оспариваемого решения с учетом выводов, изложенных в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.02.2015 № 302-КГ14-3438, суд первой инстанции полагает, что налоговый орган неправомерно доначислил заявителю налог на прибыль за 2011 год в федеральный бюджет в сумме 73 953 руб., в бюджет субъекта РФ в сумме 665 580 руб., пени и санкции по п.1 ст.122 Налогового кодекса РФ за неуплату данного налога.

В отношении начисления пеней и штрафов по налогу на доходы физических лиц суд пришел к следующим выводам.

Верховный суд РФ при направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в определении от 27.02.2015 в части начисления пеней по налогу на доходы физических лиц и санкций за его неперечисление не дал обязательных указаний для суда первой инстанции и не указал, какие нормы права были нарушены нижестоящим судом при первоначальном рассмотрении требований заявителя.

Представитель заявителя при новом рассмотрении дела пояснял суду, что решение Арбитражного суда Иркутской области от 04.03.2014 по делу №А19-14904/2013 не обжаловалось им в части пеней по НДФЛ и штрафа по ст.123 Н РФ в суд апелляционной инстанции и суды кассационной инстанции. Также представитель заявителя пояснил, что никаких новых доказательств и пояснений по данному эпизоду не имеет. Налоговый орган также не представил суду никаких дополнительных доказательств и пояснений по эпизоду с налогом на доходы физических лиц.

При таких обстоятельства суд первой инстанции, вновь исследовав материалы дела, приходит к тем же выводам, что были изложены в решении Арбитражного суда Иркутской области от 04.03.2014 по делу №А19-14904/2013, основываясь на следующем.

В соответствии со статьей 226 Налогового кодекса РФ заявитель в проверяемый период являлся налоговым агентом.

В соответствии с пунктом 6 статьи 226 Налогового кодекса РФ налоговые агенты обязаны перечислять суммы исчисленного и удержанного налога:

- не позднее дня фактического получения в банке наличных денежных средств на выплату дохода, а также дня перечисления дохода со счетов налоговых агентов в банке на счета налогоплательщика либо по его поручению на счета третьих лиц в банках;

- в иных случаях налоговые агенты перечисляют суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня, следующего за днем фактического получения налогоплательщиком дохода, - для доходов, выплачиваемых в денежной форме, а также дня, следующего за днем фактического удержания исчисленной суммы налога, - для доходов, полученных налогоплательщиком в натуральной форме либо в виде материальной выгоды.

Согласно пункту 1 статьи 207 Налогового кодекса РФ налогоплательщиками налога на доходы физических лиц признаются физические лица, являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации, а также физические лица, получающие доходы от источников в Российской Федерации, не являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации.

Объектом налогообложения признается доход, полученный налогоплательщиками:

1) от источников в Российской Федерации и (или) от источников за пределами Российской Федерации - для физических лиц, являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации;

2) от источников в Российской Федерации - для физических лиц, не являющихся налоговыми резидентами Российской Федерации (статья 209 Налогового кодекса РФ).

В силу пунктов 1, 2 статьи 210 Налогового кодекса РФ при определении налоговой базы учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах, или право на распоряжение которыми у него возникло, а также доходы в виде материальной выгоды, определяемой в соответствии со статьей 212 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 226 Налогового кодекса РФ российские организации, индивидуальные предприниматели, нотариусы, занимающиеся частной практикой, адвокаты, учредившие адвокатские кабинеты, а также обособленные подразделения иностранных организаций в Российской Федерации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 настоящей статьи, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 224 настоящего Кодекса с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей. Налог с доходов адвокатов исчисляется, удерживается и уплачивается коллегиями адвокатов, адвокатскими бюро и юридическими консультациями.

В силу пунктов 3, 4 статьи 226 Налогового кодекса РФ исчисление сумм налога производится налоговыми агентами нарастающим итогом с начала налогового периода по итогам каждого месяца применительно ко всем доходам, в отношении которых применяется налоговая ставка, установленная пунктом 1 статьи 224 Кодекса, начисленным налогоплательщику за данный период, с зачетом удержанной в предыдущие месяцы текущего налогового периода суммы налога. Налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

Как уже указывалось, в соответствии с п.6 ст.226 Налогового кодекса РФ при выплате доходов в денежной форме налоговые агенты обязаны перечислять удержанный НДФЛ в бюджет:

- в иных случаях налоговые агенты перечисляют суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня, следующего за днем фактического получения налогоплательщиком дохода.

Таким образом, пени по ст.75 Налогового кодекса РФ в отношении налогового агента, выплачивающего доход в денежной форме, могут начисляться:

1) при получении в банке наличных денежных средств на выплату дохода и неперечислении НДФЛ в бюджет – со следующего дня после получения денежных средств в банке;

2) в иных случаях – не позднее дня, следующего за днем выплаты дохода.

Из подробного арифметического расчета пеней, изложенного в приложении к оспариваемому решению, следует, что налоговый орган исчислил пени со дня, следующего за днем получения денежных средств на выплату доходов в банке.

Следовательно, налоговый орган должен доказать, что заявитель получал денежные средства для выплаты дохода именно со счета в банке.

Согласно п.1 ст.11 Налогового кодекса РФ институты, понятия и термины гражданского, семейного и других отраслей законодательства Российской Федерации, используемые в настоящем Кодексе, применяются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Согласно п.2 ст.11 Налогового кодекса РФ для целей настоящего Кодекса и иных актов законодательства о налогах и сборах используются следующие понятия:

банки (банк) - коммерческие банки и другие кредитные организации, имеющие лицензию Центрального банка Российской Федерации;

счета (счет) - расчетные (текущие) и иные счета в банках, открытые на основании договора банковского счета;

лицевые счета - счета, открытые в органах Федерального казначейства (иных органах, осуществляющих открытие и ведение лицевых счетов) в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, для целей законодательства о налогах и сборах банком признается кредитная организация, имеющая лицензию Центрального банка РФ, при этом законодатель различает для целей налогообложения понятия счетов (открываются на основании договоров банковского счета) и лицевых счетов (открываются в органах Федерального казначейства)

Согласно ст.1 Федерального закона от 02.12.1990 №395-1 «О банках и банковской деятельности» кредитная организация - юридическое лицо, которое для извлечения прибыли как основной цели своей деятельности на основании специального разрешения (лицензии) Центрального банка Российской Федерации (Банка России) имеет право осуществлять банковские операции, предусмотренные настоящим Федеральным законом. Кредитная организация образуется на основе любой формы собственности как хозяйственное общество.

Налоговый орган в ходе рассмотрения дела по запросу суда представил справку об открытых ФКУ ОИУ №8 счетах (т.16 л.д.110), из которой следует, что у заявителя начиная с 2006 года все счета открыты в Усть-Илимском расчетно-кассовом центре, который является структурным подразделением Центрального банка Российской Федерации (т.16 л.д.88-109). Эти лицевые счета обслуживаются Управлением Федерального казначейства по Иркутской области (т.16. л.д.111).

На неоднократные предложения суда налоговый орган не представил суду доказательств того, что лицевые счета заявителя открыты в кредитной организации, отвечающей признакам банков для целей законодательства о налогах и сборах, установленным п.2 ст.11 Налогового кодекса РФ и ст.1 Федерального закона «О банках и банковской деятельности»

В частности, из материалов дела суд не усматривает, что органы Федерального казначейства, ведущие лицевые счета бюджетных (казенных) учреждений, а также Центральный Банк РФ являются хозяйственными обществами (в их наименовании не имеется ссылок на такую организационно-правовую форму). Также из материалов дела не усматривается, что данные юридические лица оформляют лицензии Центрального банка РФ.

При таких обстоятельствах следует признать, что пени за несвоевременное перечисление удержанного налога на доходы физических лиц должны начисляться в настоящем деле не со дня, следующего за датой получения денежных средств в органах федерального казначейства, а со второго дня, следующего за датой фактической выплаты дохода (поскольку в этом случае срок перечисления НДФЛ в бюджет - следующего за днем выплаты дохода, и пени в этом случае должны начисляться со следующего дня после истечения срока перечисления налога в бюджет).

Кроме того, при исследовании расчета пеней по НДФЛ в приложении № 3 к оспариваемому решению судом установлено, что налоговый орган необоснованно округлил ставку рефинансирования, установленную указаниями ЦБ РФ от 25.02.2011 №2583-У, от 23.12.2011 №2758-У в размере 8 процентов годовых (или 8%/300 за каждый день просрочки) до 0,0267%, что также привело к завышению начисленных сумм пеней.

На основании изложенного по требованию суда Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №9 по Иркутской области произвела перерасчет пеней за несвоевременное перечисление налога на доходы физических лиц. Согласно этому расчету сумма правомерно начисленных заявителю пеней по НДФЛ составляет 49 799 руб. Данный расчет (т.16 л.д.15-24) судом проверен и признан обоснованным.

Доказательства, подтверждающие суммы и даты выплаченных доходов, в материалах дела имеются (помесячные своды начислений и удержаний со ссылками на даты платежных ведомостей по выплате доходов либо даты перечисления денежных средств на зарплатные карты – 11 том дела) и заявителем не оспорены, документально не опровергнуты.

По результатам исследования документов уполномоченный представитель заявителя на расчете налогового органа указал, что с арифметическим расчетом пени в размере 49 799 руб. согласен, однако с расчетом санкции по ст.123 Налогового кодекса РФ не согласен (т.16 л.д.24).

Таким образом, исходя из доводов и возражений сторон, представленных в материалы дела доказательств суд полагает, что в оспариваемом решения налоговый орган правомерно начислил пени по налогу на доходы физических лиц в сумме 49 799 руб., а следовательно, остальная сумма пеней в размере 9 671 руб. начислена незаконно (59 470 руб. – 49799 руб.).

Суд отклоняет довод заявителя о том, что налог на доходы физических лиц с отпускных подлежит перечислению в бюджет только по итогам того месяца, за который эти отпускные начислены и выплачены.

При этом суд исходит из того, что в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 223 Налогового кодекса РФ дата фактического получения дохода определяется как день выплаты дохода, в том числе перечисления дохода на счета налогоплательщика в банках либо по его поручению на счета третьих лиц - при получении доходов в денежной форме.

Согласно пункту 2 указанной статьи при получении дохода в виде оплаты труда датой фактического получения налогоплательщиком такого дохода признается последний день месяца, за который ему был начислен доход за выполненные трудовые обязанности в соответствии с трудовым договором (контрактом).

Между тем в силу статьи 114 и части 9 статьи 136 Трудового кодекса РФ оплата отпуска производится не позднее, чем за три дня до его начала. Поэтому при определении дохода в виде оплаты отпуска с целью исчисления налога на доходы физических лиц не имеет значения размер других доходов, полученных в течение соответствующего месяца. Таким образом, при выплате отпускных каких-либо объективных препятствий для перечисления налоговым агентом указанного налога в соответствии с порядком, предусмотренным абзацем первым пункта 6 статьи 226 Налогового кодекса, не имеется. Данная правовая позиция подтверждается Постановлением Президиума Высшего арбитражного суда РФ от 07.02.2012 №11709/11.

В отношении санкций по статье 123 Налогового кодекса РФ суд пришел к следующим выводам.

Согласно ст.123 Налогового кодекса РФ (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 №229-ФЗ, вступившего в этой части в силу с 02.09.2010) неправомерное неудержание и (или) неперечисление (неполное удержание и (или) перечисление) в установленный настоящим Кодексом срок сумм налога, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от суммы, подлежащей удержанию и (или) перечислению.

Таким образом, ответственность по ст.123 Налогового кодекса РФ наступает не только в случае неперечисления НДФЛ в бюджет, но и в случае его несвоевременного перечисления. Базой для начисления штрафа является сумма налога, перечисленного в бюджет с нарушением установленных сроков.

Налоговый орган в оспариваемом решении и приложении №3 к нему исходил из того, что сумма несвоевременно перечисленного НДФЛ для определения размера штрафа по ст.123 Налогового кодекса РФ в проверяемом периоде составила 12 382 651 руб.

По результатам проверки с учетом рассмотренного выше пересчета пеней сумма несвоевременно перечисленного НДФЛ для определения размера штрафа по ст.123 Налогового кодекса РФ в проверяемом периоде за период с ноября 2010 года по декабрь 2012 года составила 11 912 710 руб. Данная сумма подтверждается теми же документами, что и послужили основанием для начисления пеней по НДФЛ в сумме 49 799 руб. Расчет суммы несовременно уплаченного налога на доходы физических лиц для целей наложения штрафа произведен по требованию налогового органа, судом проверен и признан обоснованным (т.16 л.д.8-24).

Контррасчеты заявителя в отношении определения сумм задолженности по налогу для расчета штрафа (т.16 л.д.4-7) судом не принимаются, поскольку заявитель предлагает учитывать в качестве переплат суммы НДФЛ, перечисленные в бюджет после наступления срока уплаты в бюджет этого налога. Позиция заявителя противоречит ст.123 Налогового кодекса РФ, согласно которой несвоевременное перечисление налоговым агентом НДФЛ образует состав налогового правонарушения.

Таким образом, с учетом установленных судом выше обстоятельств относительно неправильного определения даты возникновения задолженности по НДФЛ (исходя из дня, следующего за датой получения агентом денежных средств на выплату доходов с лицевых счетов учреждения) Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы №9 по Иркутской области завысила штраф по ст.123 Налогового кодекса РФ на сумму 46 994 руб. (1238265 руб. - (11 912 710 руб. х 20% / 2)).

Вместе с тем, из имеющихся в деле расчетов следует, что при наложении штрафа в размере по ст.123 Налогового кодекса РФ в сумме 1 191 271 руб. налоговый орган учел в качестве смягчающего обстоятельства и снижении штрафа в 2 раза только то, что заявитель является некоммерческой организацией и финансируется из бюджета. Иные смягчающие ответственность обстоятельства налоговым органом не установлены и при наложении штрафа не учтены.

Вместе с тем, из имеющихся в деле расчетов (т.16 л.д.15-24) следует, что заявитель самостоятельно уплачивал удержанный налог на доходы физических лиц, нарушение срока перечисления налога отдельно по каждой сумме составило от 1 до 21 дня (в значительном числе случаев просрочка составила 1 день). После 17.12.2012 заявитель за проверяемый период не имеет никакой задолженности по налогу на доходы физических лиц.

При этом определенная налоговым органом сумма штрафов в размере 1 191 271 рублей в 23 раза превысила начисленные на соответствующие недоимки пени в сумме 49 799 руб. Однако именно пени, исчисленные на основании ст.75 Налогового кодекса РФ, являются компенсацией потерь государства от неполучения платежей в установленные законодательством сроки.

Таким образом, штраф в размере 1 191 271 руб. носит по своей сути карательный характер, не имеющий под собой разумного экономического обоснования. Формальное определение штрафа вне зависимости от обстоятельств совершения правонарушения, без индивидуализации ответственности нарушает право заявителя на осуществление предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с п.4 ст.112 Налогового кодекса Российской Федерации обстоятельства, смягчающие или отягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения, устанавливаются судом или налоговым органом, рассматривающим дело, и учитываются при применении налоговых санкций.

Предусмотренный п.1 ст.112 Налогового кодекса Российской Федерации перечень обстоятельств, смягчающих ответственность, является открытым и любое обстоятельство с учетом характера правонарушения может быть признано смягчающим ответственность.

Принимая во внимание изложенное, суд вправе в рамках рассмотрения данного дела исследовать по существу вопрос о наличии смягчающих ответственность обстоятельств и снизить размер санкции на основании п.4 ст.112, п.3 ст.114 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 17 Информационного письма Президиума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 17.03.2003 №71 «Обзор практики разрешения арбитражными судами дел, связанных с применением отдельных положений части первой Налогового кодекса Российской Федерации» непринятие во внимание обстоятельств, смягчающих ответственность, при решении вопроса о размере штрафа может способствовать уклонению налогоплательщиков от исполнения соответствующих обязанностей в надежде, что ошибки налоговым органом не будут обнаружены, и означало бы отсутствие дифференциации меры ответственности добросовестных налогоплательщиков в зависимости от характера совершенного правонарушения, вредоносных последствий правонарушения и степени его общественной опасности.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, а именно: незначительный период просрочки перечисления удержанного налога в бюджет, отсутствие задолженности на момент окончания проверяемого периода (а соответственно, и на момент начала выездной проверки), суд полагает возможным применить положения ст.ст.112, 114 Налогового кодекса Российской Федерации и снизить размер санкции по ст.123 Налогового кодекса РФ с 1 191 271 руб. до 50 000 руб. Оснований для снижения штрафа в большем размере с учетом обстоятельств совершенного правонарушения суд не усматривает.

В целом рассматривая решение налогового органа, суд отклоняет доводы заявителя о немотивированности данного ненормативного правового акта и его несоответствии в связи с этим положениям ст.101 Налогового кодекса РФ.

При этом суд исходит из того, что в оспариваемом решении, приложениям к нему, в акте проверки и приложениях к акту проверки изложены обстоятельства совершенного привлекаемым к ответственности лицом налогового правонарушения так, как они установлены проведенной проверкой, со ссылкой на документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства, отражены доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов. В решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения указан размер выявленной недоимки и соответствующих пеней, а также подлежащий уплате штраф.

Установленные налоговым органом суммы начисленных и выплаченных физическим лицам доходов соответствуют регистрам бухгалтерского и налогового учета, первичным документам, представленным на проверку и имеющимся в материалах дела.

Относительно налога на доходы физических лиц все доводы заявителя судом проверены и сопоставлены с имеющимися в деле доказательствами, судом не установлено каких-либо неясностей в решении налогового органа, которые с учетом позиции сторон и имеющихся в деле доказательств имели бы неустранимый характер. В тех случаях, когда доводы заявителя относительно пеней по НДФЛ признаны судом правомерными, соответствующие перерасчеты произведены и между сторонами согласованы. Следовательно, решение от 28.06.2013 №10-17-17/03520дсп соответствует положениям п.8 ст.101 Налогового кодекса РФ.

Процессуальных нарушений при принятии оспариваемого решения судом не установлено, порядок проверки и привлечения к ответственности, предусмотренный Налоговым кодексом РФ, инспекцией соблюден, о наличии таких нарушений ФКУ ОИУ №8 суду не заявило.

Вопреки утверждению заявителя, налоговый орган не вышел за пределы проверки, рассчитав пени на недоимку по налогу на прибыль по 2011 году за период с 01.01.2013 по 28.06.2013. Начисление по состоянию на дату принятия решения пеней на недоимку, относящуюся к предмету проверки, не может расцениваться как выход налогового органа за пределы проверки.

Поскольку заявитель оспаривает решение налогового органа полностью, то следовательно он оспаривает и п.5 о предложении внести необходимые (без конкретизации) исправления в документы бухгалтерского и налогового учета. В удовлетворении данной части требований суд отказывает на основании ч.3 ст.201 Арбитражного процессуального кодекса РФ, поскольку рассматриваемый пункт 5 не противоречит законодательству и не влечет никаких правовых последствий для заявителя, так как не содержит каких-либо властных распорядительных, обязательных указаний, принудительное исполнение данного пункта законом не предусмотрено и поэтому наличие в решении такого предложения не нарушает права Учреждения.

Согласно ч.2 ст.201 Арбитражного процессуального кодекса РФ суд, установив, что оспариваемое решение органа, осуществляющего публичные полномочия, не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании этого решения незаконным.

На основании изложенного в настоящем деле суд полагает, что решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №9 по Иркутской области от 28.06.2013 №10-17-17/03520дсп подлежит признанию незаконным в части:

- п.1 и пп.1 п.4 о доначислении и предложении уплатить налог на прибыль организаций в федеральный бюджет в сумме 73 953 руб., в бюджет субъекта РФ в сумме 665 580 руб.;

- пункта 2 о привлечении к ответственности, предусмотренной п.1 ст.122 Налогового кодекса РФ, за неуплату налога на прибыль организаций в федеральный бюджет в виде штрафа в размере 7 395 руб., за неуплату налога на прибыль в бюджет субъекта РФ в виде штрафа в размере 66 558 руб., а также о привлечении к ответственности, предусмотренной ст.123 Налогового кодекса РФ, в виде штрафа в размере 1 188 265 руб. (1238265 руб. – 50000 руб.) и пп.2 п.4 о предложении уплатить указанные суммы штрафов;

- п.3 и пп.3 п.4 о начислении и предложении уплатить пени по налогу на прибыль организаций в федеральный бюджет в сумме 23 560 руб., в бюджет субъекта РФ в сумме 211 265 руб., пени по налогу на доходы физических лиц в сумме 9 671 руб.

В остальной части оспариваемое решение является правомерным и признанию незаконным не подлежит.

Оснований для распределения судебных расходов по уплате государственной пошлины за обращение в суд первой инстанции суд не усматривает, поскольку на основании решения суда от 04.03.2014 с налогового органа фактически взыскана уплаченная заявителем государственная пошлина в сумме 2000 рублей (т.25 л.д.60-64). Вопрос о повороте исполнения указанного судебного акта сторонами не ставится, а оснований для такого поворота суд с учетом положений ч.1 ст.325 Арбитражного процессуального кодекса РФ не усматривает, поскольку новый судебный акт принят в пользу заявителя и государственная пошлина с учетом результатов рассмотрения спора подлежала бы взысканию с налогового органа.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

заявленные требования удовлетворить частично.

Признать незаконным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по Иркутской области от 28.06.2013 №10-17-17/03520дсп в части:

- пункта 2 о привлечении к ответственности, предусмотренной п.1 ст.122 Налогового кодекса РФ, за неуплату налога на прибыль организаций в федеральный бюджет в виде штрафа в размере 7 395 руб., за неуплату налога на прибыль в бюджет субъекта РФ в виде штрафа в размере 66 558 руб., а также о привлечении к ответственности, предусмотренной ст.123 Налогового кодекса РФ, в виде штрафа в размере 1 188 265 руб. и пп.2 п.4 о предложении уплатить указанные суммы штрафов;

Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 9 по Иркутской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов федерального казенного учреждения «Объединение исправительных учреждений № 8 с особыми условиями хозяйственной деятельности Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по Красноярскому краю».

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

Судья В.Д. Загвоздин