Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску ПУБЛИЧНОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ВЕРХНЕЧОНСКНЕФТЕГАЗ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 664050, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, Г. ИРКУТСК, УЛ. БАЙКАЛЬСКАЯ, 295 Б)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЕ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 628301, АВТОНОМНЫЙ ОКРУГ ХАНТЫ-МАНСИЙСКИЙ АВТОНОМНЫЙ ОКРУГ-ЮГРА, Г. НЕФТЕЮГАНСК, УЛ. СТРОИТЕЛЕЙ, СТОРЕНИЕ 9, ОФИС 301)

о взыскании 9 983 645 руб. 18 коп.

при участии в заседании:

от истца – ФИО1, представитель по доверенности №14 от 01.01.2015, предъявлен паспорт;

от ответчика – ФИО2, представитель по доверенности №30/2015 от 12.01.2015, предъявлен паспорт;

установил:

ПУБЛИЧНОЕ АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО «ВЕРХНЕЧОНСКНЕФТЕГАЗ» (истец, ПАО «ВЧНГ») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с иском к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЕ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ» (ответчику, ООО «СЭС») с требованием, уточнённым в порядке статьи 49 АПК РФ, о взыскании убытков и неустойки, возникших в результате нарушения ответчиком сроков оказания услуг (выполнения работ) по договору № ВЧН-0327/13 от 20.02.2013 в размере 13 095 123 руб. 75 коп., в том числе: 12 937 416 руб. 75 коп. – убытки, 157 707 руб. 69 коп. – неустойка, расходы по оплате госпошлины в размере 87 687 руб. 08 коп.

В судебном заседании представитель истца поддержал ранее направленное в суд уточнение исковых требований, просит суд взыскать с ответчика 9 983 645 руб. 18 коп., в том числе: 9 825 938 руб. 18 коп. – убытки, 157 707 руб. – неустойка.

В обоснование заявления об уточнении истец указал, что снижение размера убытков произошло в связи с применением иной стоимости дизельного топлива, расчет которой произведен истцом в приложении к заявлению об уточнении (том 3 л.д. 43).

Ответчик в отношении исковых требований возражал, заявил ходатайство об оставлении уточнённого искового требования без рассмотрения в связи с несоблюдением претензионного порядка урегулирования спора.

На основании части 5 статьи 49 АПК РФ уточнение исковых требований судом принято.

Определением суда, резолютивная часть которого объявлена в судебном заседании 26.05.2015, в удовлетворении ходатайства ответчика об оставлении уточнённого искового заявления без рассмотрения отказано.

Выслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что иск подлежит частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Обращаясь в суд с настоящим иском истец указал, что 20.02.2013 между ООО «Специализированные Энергетические Системы» (исполнителем) и ОАО «ВЧНГ» (заказчиком) заключен договор № ВЧН-0327/13, ненадлежащее исполнение ответчиком обязательств по которому, а именно: нарушение сроков выполнения работ (оказания услуг) и явилось основанием для обращения в суд с настоящим иском.

При этом судом установлено, что оценка факту заключённости договора, а также его правовой квалификации, дана во вступившем в законную силу решении арбитражного суда Иркутской области от 07.10.2014 по делу № А19-11112/2014.

В ходе рассмотрения дела А19-11112/14 судом установлено, что согласно п. 1.1. договора исполнитель (истец) взял на себя обязательства оказать услуги по осуществлению технологического присоединения системы двухтопливного режима ВЭЦ БКНС-1, именуемое в дальнейшем «Оборудование», к газопроводу Заказчика «Газопровод от БИР УПН-1 к временному энергоцентру», именуемые в дальнейшем «Услуги» в целях снижения для заказчика стоимости выработки электроэнергии на ВЭЦ БКНС-1 Верхнечонского нефтегазоконденсатного месторождения, а заказчик (ответчик) принял на себя обязательства своевременно принять и оплатить их.

В соответствии с п 4.1 договора стоимость услуг является твердой и определяется в соответствии с расчетом стоимости оказания услуг (приложение № 3 к договору) и составляет 5 841 000 руб. в т.ч. НДС (18%), что составляет 891 000 руб.

Оплата услуг согласно п. 4.2 договора производится в срок не ранее 60 и не позднее 90 календарных дней со дня подписания сторонами акта сдачи-приемки услуг и предоставления исполнителем оригинала счет-фактуры.

Пунктом 10 договора сторонами установлен срок оказания услуг с 01.02.2013 по 31.03.2013.

При рассмотрении дела №А19-11112/2014 судом правовая природа договора ВЧН-0327/13 от 20.02.2013, определена как договор оказания услуг, отношения по которому регулируются нормами главы 39 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

На основании изложенного, суд при рассмотрении настоящего дела признаёт доказанным тот факт, что договор № ВЧН-0327/13 является заключенным и, следовательно, правоотношения сторон, связанные с оказанием ответчиком истцу услуг по осуществлению технологического присоединения системы двухтопливного режима ВЭЦ БКНС-1, регулировались данным договором.

При этом, обращаясь в суд с настоящим истцом, истец указал, что ответчиком в ходе исполнения договора была допущена просрочка исполнения обязательств, а именно: работы выполнены с нарушением срока, установленного пунктом 10 договора, в связи с чем, истцом ответчику начислена неустойка в размере 157 707 руб. исходя из следующего расчета: 5 841 000 руб.* 27 дней просрочки*0,1%.

Рассмотрев требование истца о взыскании неустойки, суд приходит к следующему.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В разделе 8 договора сторонами согласованы последствия ненадлежащего исполнения исполнителя своих обязательств. В силу п. 8.4 договора, в случае нарушения срока оказания услуг/срока устранения недостатков/дефектов по настоящему договору, исполнитель несет ответственность в виде пени в размере 0,1% от стоимости услуг за каждый день задержки, но не более 10% от стоимости услуг.

Согласно расчету, произведенному истцом, сумма неустойки составила 157 707 руб. за период с 01.04.2013 по 28.04.2013 (фактическое окончание работ) – что составляет 27 дней, из расчета: 5 841 000 руб.* 27 дн.*0,1%.

Как установлено судом, согласно пункту 10.1 договора, срок оказания услуг по договору определён – по 31.03.2013. Фактически работы по договору были приняты заказчиком 28.04.2013, что подтверждается подписанным между сторонами Актом по техническому присоединению от 28.04.2013. Таким образом, период просрочки истцом определен верно с 01.04.2013 по 27.04.2013 что составляет 27 дней.

Требование истца о взыскании с ответчика неустойки заявлено в соответствии со статьей 330 ГК РФ, которая устанавливает, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения, что и имеет место в данном случае.

Расчет неустойки судом проверен, признан верным; по мнению суда, размер неустойки соразмерен последствиям нарушения исполнения обязательств, наличие просрочки кредитора в действиях истца (ст. 404 ГК РФ) судом не установлено.

В связи с изложенным, требование истца к ответчику в данной части суд признает обоснованным и подлежащим удовлетворению.

Таким образом, за нарушение ответчиком срока оказания услуг в рамках договора № ВЧН-0327/13 от 20.02.2013 с ответчика подлежит взысканию неустойка в размере 157 707 руб.

Вместе с тем, истец, обращаясь в суд с настоящим иском, указал, что ему неправомерными действия ответчика, выразившимися в нарушении срока оказания услуг по договору №ВЧН-0327/13, причинены убытки, размер которых согласно уточнённому расчету, составил 9 983 645 руб. 18 коп.

Рассмотрев требование о взыскании с ответчика убытков, понесенных, как указывает истец, в связи с нарушением ответчиком сроков выполнения работ по договору № ВЧН-0327/13 от 20.02.2013, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Поскольку возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, ее применение возможно лишь при наличии следующих условий:

-противоправность действия (бездействия) ответчика;

-факт причинения убытков и их размер;

-вина причинителя убытков;

-причинная связь между действиями ответчика и возникшими убытками.

Истец в обоснование своих требований о возмещении убытков должен доказать наличие всех вышеуказанных элементов ответственности. Недоказанность одного из перечисленных элементов из юридического состава убытков является основанием к отказу в иске.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно доводам истца, нарушение ответчиком принятых обязательств в части несоблюдения срока оказания услуг привело к тому, что в период с 01.04.2013 по 27.04.2013, истец не получал запланированной им экономии дизельного топлива, в результате чего реальные затраты ОАО «ВЧНГ» на дизельное топливо были увеличены на 26%, что в денежном эквиваленте составило 9 983 645 руб. 18 коп.

Арбитражный суд, исследовав материалы дела, выслушав представителей сторон, приходит к следующему.

В рамках рассмотрения настоящего дела установлен факт наличия в действиях (бездействиях) ответчика противоправности поведения – ответчиком допущено нарушение сроков выполнения работ по договору; вместе с тем, как указывалось судом ранее, истец, обращаясь с иском к ответчику, должен доказать наличие в его действиях и иных признаков гражданского правонарушения.

Однако судом в ходе рассмотрения дела наличие иных признаков гражданского правонарушения в действиях ответчика не установлено.

В соответствии с условиями договора № ВЧН-0327/13 от 20.02.2013 ответчик обязался оказать истцу услуги по осуществлению технологического присоединения системы двухтопливного режима ВЭЦ БКНС-1, к газопроводу истца «Газопровод от БИР УПН-1 к временному энергоцентру», с целью снижения для истца стоимости выработки электроэнергии на ВЭЦ БКНС-1 Верхнечонского нефтегазоконденсатного месторождения.

Суд полагает возможным согласиться с доводами истца, что из содержания п. 1.1 договора явно следует цель заключения спорного договора.

Доводы отзыва ответчика, о том, что при заключении договора № ВЧН-0327/13 от 20.02.2013 целью было только технологическое присоединение, судом во внимание не принимается, поскольку согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. При этом учитывая, что в силу положений главы 39 ГК РФ цель договора оказания услуг существенным его условием не является, суд полагает, что указанное обстоятельство (наличие в договоре указания на цель его заключения) на правоотношения сторон, вытекающие из спорного договора, не влияет и, следовательно, данные правоотношения подлежат регулированию нормами главы 39 ГК РФ,

Между тем, судом установлено, что фактический размер экономии, который должен быть достигнут в результате технологического присоединения сторонами согласован не был.

При расчете убытков истцом использован коэффициент замещения 26%, поскольку согласно акту замещения дизельного топлива газом от 30.04.2013, расход дизельного топлива составил 74%, расход газа – 26%.

Вместе с тем, из представленных в материалы дела как истцом, так и ответчиком документов следует, что в спорный период коэффициент замещения дизельного топлива газом не являлся постоянным. Так, в доводах отзыва ответчик указывает различные объемы замещения в каждый из дней производства измерений, что объясняется зависимостью рабочего соотношения газ/ДТ от качества газа, состояния двигателя, нагрузки, температуры воздушного заряда и условий окружающей среды.

Суд полагает возможным принять во внимание указанные выше доводы ответчика в подтверждение того обстоятельства, что коэффициент замещения дизельного топлива газом за весь период с 01.04.2014 по 27.04.2014 не мог быть именно 26%.

Более того, довод ответчика подтверждается и представленной истцом Инструкцией по монтажу и эксплуатации (двухтопливной системы) (т.1, л.д.142).

Так в п. 4.1 Инструкции указано, что «…Перевод на двухтопливный режим не требует никаких существенных изменений или модификации двигателя и позволяет ему работать на топливных смесях с содержанием газа от 50 до 70 и более процентов от общего количества израсходованного топлива.

Таким образом, суд, оценив представленные сторонами документы, приходит к выводу, что экономия дизельного топлива является единицей не постоянной и может варьироваться от ничтожно малых величин до 70 % и более.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что поскольку стороны в договоре не согласовали размер экономии, а величина экономии является не постоянной, то истец не доказал, что в отношении каждого из дней спорного периода подлежит применению коэффициент замещения именно 26%.

При этом согласно расчету, произведенному истцом (т.3. л.д. 43), размер убытков определён следующим образом:

1) расход дизельного топлива по ВЭЦ БКНС за период с 01.04.2013 по 27.04.2013 составил 1 247,6 м³, в подтверждение чего истцом представлены сводки по теплоэнергоагрегатам (журнал учета диз.топлива).

2) Согласно акту замещения диз.топлива газом от 30.04.2013, экономия диз.топлива должна была составить 26%, следовательно, согласно расчёту истца, перерасход диз.топлива составил: 1 247,6 м³х26% (коэффициент замещения = 324,38м³ или 272,5 тонн; в денежном выражении убытки составили: 272,5 тонн х 36 637,23 руб./за тонну = 9 983 645 руб. 18 коп.

Между тем учитывая, тот факт, что коэффициент замещения дизельного топлива газом в период с 01.04.2013 по 27.04.2013 являлся единицей не постоянной, а также то обстоятельство, что стороны в договоре коэффициент экономии не согласовали, а в расчёте размера убытков истцом применен коэффициент именно 26%, суд приходит к выводу, что размер понесенных убытков истцом не доказан.

Кроме того, исследовав представленные сторонами документы, суд приходит к выводу об отсутствии в материалах дела достаточных относимых и допустимых доказательств, подтверждающих как наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ответчика и причиненными истцу убытками так и наличие вины ответчика в причиненных убытках.

Как указывалось судом ранее, истец полагает, что в связи с нарушением ответчиком срока выполнения работ по договору №ВЧН-0327 истец был лишен возможности получить экономию дизельного топлива в период с 01.04.2013 по 27.04.2013.

Вместе с тем из имеющихся в материалах дела доказательств установлено, что помимо проведения работ по договору №ВЧН-0327 по технологическому присоединению оборудования (системы двухтопливного режима), для ввода данной системы в эксплуатацию необходимо было произвести пусконаладочные работы, которые предметом спорного договора не являлись.

Так, из согласованных сторонами технических условий к договору №ВЧН-0327 (том 1 л.д.17) следует, что в объем услуг по договору включено, в том числе:

-Разработка ПСД на технологическое присоединение;

-Определение и согласование с заказчиком точки технологического присоединения;

-Разработка и согласование с заказчиком мероприятий по технологическому присоединению оборудования и газопровода заказчика;

-Технологическое присоединение оборудования к газопроводу заказчика.

То есть из буквального толкования условий заключенного сторонами договора не следует, что ответчик принял на себя обязательство по проведению пусконаладочных работ.

При этом согласно представленной суду инструкции по монтажу и эксплуатации двухтопливной системы компании GTI (том 3 л.д. 13-36) , для того, чтобы использовать двухтопливную систему в рабочем порядке необходимо помимо самого технологического присоединения оборудования к газопроводу произвести следующие действия:

-тщательно проверить состояние двигателя и провести необходимые тестовые измерения (п.7.1 Инструкции);

-вычислить уровень детонации топлива и рассчитать максимально возможную нагрузку (п.7.2),

-произвести настройку панелей управления двухтопливной системой и прочие пусконаладочные работы (п.7.3. состоящий из 31 подпункта).

Все эти действия необходимо производить отдельно по каждому отдельному дизель-генератору, число которых в уже работающем комплексе составляло 10 единиц (плюс 3 резервные машины).

Таким образом, учитывая, что пусконаладочные работы программирование, тестирование и запуск двигателей, а также ввод в эксплуатацию системы не входили в предмет спорного договора, суд полагает возможным согласиться с доводами ответчика, что просрочка по нему не может находиться в прямой и непосредственной причинной связи с экономией дизельного топлива от работы двухтопливной системы.

Кроме того, суд учитывает и то обстоятельство, что с целью ввода двухтопливной системы в эксплуатацию сторонами были согласованы мероприятия по вводу в работу двухтопливного режима ВЭЦ «БКНС» (том 1 л.д. 164-166).

Из содержания данного документа следует, что после завершения ответчиком строительно-монтажных работ на газовых линиях ВЭЦ «БКНС», именно техническим службам истца (СОМ ДКС, начальнику УПН-1) необходимо было осуществить ряд мероприятий (пункты 3-8,12,13,15-19,21-24), необходимых для ввода в эксплуатацию системы, а техническим службам ответчика после завершения мероприятий истца предписано провести пусконаладочные работы в период с 22.04.2013 по 26.04.2013 и произвести ввод эксплуатацию ВЭЦ «БКНС» в двухтопливном режиме – 27.04.2013.

При этом, с учетом содержания данного документа суд полагает необоснованным довод ответчика, что согласовав данные мероприятия, истец фактически согласовал изменения сроков выполнения работ по договору №ВЧН-0327, поскольку, по мнению суда, данный документ носит самостоятельных характер, возлагая определённые обязательства как на истца, так и на ответчика.

Таким образом, учитывая, что предметом спорного договора №ВЧН-0327 являлось выполнение работ по технологическому присоединению, а не ввод системы в эксплуатацию (с целью производства которой истец также должен был осуществить ряд необходимых мероприятий, требующих временных затрат), суд приходит к выводу, что отсутствует вина и причинно-следственная связь между нарушением ответчиком срока выполнения работ по договору №ВЧН-0327 и причинёнными истцу убытками в период с 01.04.2013 по 27.04.2013, поскольку как следует из содержания «мероприятий», ответчик не мог приступить к пусконаладочным работам до завершения подготовительных работ истцом, срок которых согласован сторонами до 26.04.2013.

Довод истца относительно того, что «Мероприятия по вводу в работу двухтопливного режима ВЭЦ «БКНС» согласованы уже после истечения срока выполнения работ по договору №ВЧН-0327, а именно: 22.04.2013, что, по мнению истца, свидетельствует о наличии вины в действиях ответчика, суд во внимание не принимает, поскольку как указывалось судом выше, ответчиком, действительно, допущено нарушение сроков выполнения работ по договору №ВЧН-0327, однако данное обстоятельство само по себе не является основанием для взыскания убытков.

Таким образом, судом в ходе рассмотрения настоящего дела не установлено ни вины ответчика в причинении вреда истцу, ни причинной связи между действиями (бездействиями) ответчика и причинённым вредом; размер причинённых убытков также не доказан.

Иные доводы сторон, изложенные в ходе судебного разбирательства, на выводы суда не влияют, поскольку существенными не являются.

На основании изложенного, суд считает исковые требования истца о взыскании с ответчика убытков не подлежащими удовлетворению.

Разрешая вопрос о распределении судебных расходов по настоящему делу, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 110 АПК РФ в случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истцом при подачи иска уплачена государственная пошлина в размере 87 687 руб. 08 коп. (от суммы первоначально заявленных исковых требований).

Согласно расчету, произведенному судом, размер государственной пошлины, подлежащей уплате от уменьшенной суммы исковых требований, составил 72 918 руб. 23 коп. Таким образом, истцу подлежит возврату из федерального бюджета РФ излишне уплаченная государственная пошлина в сумме 14 769 руб. (87 687 руб. 08 коп – 71 918 руб. 23 коп.)

Исковые требования удовлетворены частично – в сумме 157 707 руб., из заявленных – 9 983 645 руб. 18 коп., что составляет 1,58%.

Следовательно, учитывая частичное удовлетворение судом заявленных исковых требований, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы пропорционально удовлетворённым требованиям в размере 1 152 руб. (72 918 руб. 23 коп.*1,58%), оставшаяся часть государственной пошлины относится на истца.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СПЕЦИАЛИЗИРОВАННЫЕ ЭНЕРГЕТИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ» в пользу ПУБЛИЧНОГО АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА «ВЕРХНЕЧОНСКНЕФТЕГАЗ»:

– 157 707 руб. – неустойка;

– 1 152 руб. 11 коп.– расходы на уплату государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить ПУБЛИЧНОМУ АКЦИОНЕРНОМУ ОБЩЕСТВУ «ВЕРХНЕЧОНСКНЕФТЕГАЗ» из федерального бюджета Российской Федерации государственную пошлину в размере 14 769 руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия, и по истечении этого срока решение вступает в законную силу.

Судья Ю.С. Яцкевич