Гражданский кодекс часть 1

от заинтересованного лица: представитель ФИО2 - на основании доверенности, удостоверения; представитель ФИО3 - на основании доверенности, удостоверения; представитель ФИО4 - на основании доверенности, паспорта;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Менада» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее - заявитель, общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по городу Калининграду (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее - заинтересованное лицо, налоговый орган, инспекция, МИ ФНС № 9, проверяющий орган), уточненным и принятым судом к рассмотрению в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительным решения инспекции от 28 июня 2013 года № 165, вынесенного в отношении общества.

В ходе судебного разбирательства представитель общества, ссылаясь на представленные в дело материалы, а также на дополнительно представленные письменные пояснения, уточненные требования поддержал в полном объеме, просил суд заявление удовлетворить.

Представители инспекции заявление не признали, ссылаясь на изложенные в письменном отзыве аргументы, просили суд в удовлетворении заявленных требований отказать, полагая их по существу неправомерными и необоснованными.

Как дополнительно пояснили представители сторон, в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ими раскрыты и предоставлены суду все известные им доказательства, имеющие значение для правильного и полного рассмотрения дела, а каких-либо ходатайств, в том числе о представлении или истребовании дополнительных доказательств, у них не имеется.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела и дав им оценку в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, в период с 10.12.2012 года по 30.05.2013 года инспекцией в отношении заявителя проведена выездная налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания и перечисления) по всем налогам и сборам за период с 01.01.2009 года по 31.12.2011 года, по результатам которой составлен акт № 80 от 03.06.2013.

Общество представило письменные возражения на указанный акт, однако рассмотрев материалы проверки и возражения общества, МИ ФНС № 9 вынесено оспариваемое решение от 28 июня 2013 года № 165 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее - решение № 165, оспариваемое решение), согласно которому обществу начислен налог на добавленную стоимость (НДС) в сумме в сумме 3 102 рублей; уменьшен НДС, исчисленный к возмещению из бюджета, в сумме 9 925 900 рублей: начислен штраф в размере 620 рублей по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс), а также начислены пени по состоянию на 28.06.2013 в сумме 303,60 рублей.

Указанное выше решение № 165 обжаловано обществом в установленном порядке в вышестоящий налоговый орган, однако решением УФНС России по Калининградской области вынесенное заинтересованным лицом решение № 165 оставлено без изменения.

Полагая, что решение № 165 является необоснованным и нарушает права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, налогоплательщик и обратился в арбитражный суд с настоящим уточненным заявлением о признании вынесенного инспекцией решения № 165 недействительным.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд находит заявленные обществом требования подлежащими удовлетворению. При этом суд исходит из следующего.

В соответствии со статьей 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие
(бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Согласно позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 октября 2006 года № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности - достоверны.

Под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

О необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств:

- невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг;

- отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств;

- учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций;

- совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Судам необходимо иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной:

- создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции;

- взаимозависимость участников сделок;

- неритмичный характер хозяйственных операций;

- нарушение налогового законодательства в прошлом;

- разовый характер операции;

- осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика;

- осуществление расчетов с использованием одного банка;

- осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций;

- использование посредников при осуществлении хозяйственных операций.

Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 настоящего Постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд отмечает следующее.

По мнению суда, выводы инспекции о согласованности действий общества и его контрагентов, направленных на необоснованное возмещение НДС из бюджета, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не нашли своего подтверждения материалами выездной налоговой проверки.

Относительно вопроса взаимозависимости участников сделки следует отметить, что, по мнению налогового органа участники сделки (ООО «Анемог», ООО «Денал», физическое лицо ФИО5) по приобретению обществом нежилого административного здания, расположенного по ул. Нефтяная, 15, являются взаимозависимыми лицами.

Основанием для таких выводов инспекции послужило то обстоятельство, что руководители организаций - участники данной сделки (ФИО6, ФИО7, ФИО5) были якобы знакомы и работали в подчинении или ФИО8 (директора общества) или ФИО9 (руководителя КПКГ «Региональный кредитный союз»); указанные лица являлись пайщиками КПКГ «Региональный кредитный союз», который выдал заем ФИО8, а он, в свою очередь, предоставил заем обществу (как его директор) для приобретения административного здания; КПКГ «Региональный кредитный союз» для выдачи займа ФИО8 получил денежные средства по договору займа у ООО «Кварта», у которого отсутствуют помещения, трудовые ресурсы, необходимые для осуществления финансово-хозяйственной деятельности; при оформлении регистрации перехода права собственности на объект недвижимости по участникам сделки на их заявлениях в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области (от ФИО5 к ООО «Денал», от ООО «Денал» к ООО «Анемог») указан один и тот же контактный телефон; налоговая отчетность по всем организациям-участникам сделки (кроме общества) составлялась и представлялась в налоговый орган ООО «Финконтроль»: административное здание, приобретенное обществом, сдано в аренду ООО «Финансы и недвижимость», руководителем которого является супруга ФИО10, который является учредителем указанной организации, а также пайщиком КПКГ «Региональный кредитный союз»; одним из учредителей ООО «Финансы и кредит» является ФИО5 (первый продавец административного здания).

Суд отмечает, что согласно статье 20 НК РФ взаимозависимыми лицами для целей налогообложения признаются физические лица и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц, а именно: одна организация непосредственно и (или) косвенно участвует в другой организации, и суммарная доля такого участия составляет более 20 процентов. Доля косвенного участия одной организации в другой через последовательность иных организаций определяется в виде произведения долей непосредственного участия организаций этой последовательности одна в другой; одно физическое лицо подчиняется другому физическому лицу по должностному положению; лица состоят в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации в брачных отношениях, отношениях родства или свойства, усыновителя и усыновленного, а также попечителя и опекаемого.

Суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи, если отношения между этими лицами могут повлиять на результаты сделок по реализации товаров (работ, услуг).

В оспариваемом решении № 165 инспекция ссылается на факт знакомства руководителя общества со всеми участниками сделки, а также на то обстоятельство, что первый собственник является одним из учредителей организации ООО «Финансы и недвижимость».

Однако суд считает, что сам по себе факт знакомства руководителя общества с руководителями предыдущих собственников, а также взаимосвязь между первым собственником и руководителем общества в силу того, что они являлись работниками одной организации в 2010 году, не означает каких-либо неправомерных действий со стороны налогоплательщика, и не свидетельствует об отсутствии фактических отношений по купле-продаже с ООО «Анемог» и не подтверждает необоснованность применения обществом налоговых вычетов по НДС.

Суд отмечает, что инспекция в решении № 165 ссылается на взаимосвязь между ФИО5 и ФИО8, пользуясь сведениями о доходах физических лиц за 2010 год, не связанными с периодом проверки, однако инспекция не обосновала, каким образом данное обстоятельство могло повлиять на условия и экономические результаты договора купли-продажи; МИ ФНС № 9 не представлены доказательства влияния взаимосвязи на условия или экономические результаты деятельности общества.

Следует отметить, что инспекцией не оспаривается факт получения КПКГ «Региональный кредитный союз» от ООО «Кватра» заемных средств, их дальнейшей выдачи ФИО8, а в материалах налоговой проверки отсутствуют доказательства о нарушении гражданского законодательства при заключении указанных договоров займа.

Факт указания при оформлении регистрации перехода права собственности на объект недвижимости по участникам сделки на их заявлениях в Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Калининградской области от ФИО5 к ООО «Денал», от ООО «Денал» к ООО «Анемог», одного и того же контактного телефона сам по себе не является основанием для выводов о взаимозависимости указанных организаций, а может свидетельствовать о том, что оформление данных сделок проводилось сторонней организацией, уполномоченной на проведение указанных действий. Данное обстоятельство инспекцией не исследовано: до настоящего времени МИ ФНС № 9 не определила, кому принадлежит номер контактного телефона, его владелец не опрашивался.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что изложенные в оспариваемом решении № 165 выводы о наличии взаимозависимости участников сделки носят предположительный характер, основанный на факте знакомства вышеуказанных лиц.

МИ ФНС № 9 не представлены доказательства влияния данного обстоятельства на результаты сделки, а также доказательства наличия признаков взаимозависимости, указанных в статье 20 НК РФ.

В свою очередь, инспекцией приведены факты по схеме движения денежных средств по сделке купли-продажи административного здания, что подтверждает реальность осуществления хозяйственных операций наряду с оформлением перехода права собственности к покупателям на административное здание. При этом действующее законодательство не связывает оплату товаров (работ, услуг) с правом на применение налоговых вычетов.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 171 Кодекса налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации в отношении товаров, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Кодекса, а также в отношении товаров, приобретаемых для перепродажи.

Согласно статье 172 Кодекса налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг) и при наличии соответствующих первичных документов.

Исходя из системного толкования статьи 172 Кодекса, законодателем предоставлено право принятия к вычету сумм налога на добавленную стоимость, уплаченных налогоплательщиком при приобретении им товаров (работ, услуг), используемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения, при выполнении условий, содержащихся в пункте 1 статьи 172 Кодекса, а именно: налоговые вычеты производятся при соблюдении следующих условий: наличие счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг); наличие соответствующих первичных документов, на основании которых приобретенные товары (работы, услуги) приняты на учет: использование товаров (работ, услуг) в операциях, облагаемых налогом на добавленную стоимость.

Основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком-покупателем товаров (работ, услуг) является счет-фактура, при условии отражения в нем сведений, определенных статьей 169 Кодекса.

Обязанность по составлению счетов-фактур, служащих основанием для применения налогового вычета налогоплательщиком - покупателем товаров (работ, услуг), и отражению в них сведений, определенных статьей 169 Кодекса, возлагается на продавца.

Таким образом, при соблюдении контрагентом указанных требований по оформлению необходимых документов оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в упомянутых счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о предоставлении продавцом недостоверных либо противоречивых сведений.

В этой связи, следует отметить, что материалами выездной проверки инспекция подтвердила, что участники сделки зарегистрированы в установленном законом порядке, сведения о них внесены в Единый государственный реестр юридических лиц, организации состоят на учете в налоговых органах. Инспекцией не опровергается, что счета-фактуры, предъявленные обществу ООО «Анемог» при приобретении у него административного здания, содержат все предусмотренные статьей 169 Кодекса сведения, зарегистрированы в книге покупок, что ранее подтверждено в ходе камеральной налоговой проверки налоговой декларации общества за 3 квартал 2011 года.

Кроме этого, ранее в ходе проведения камеральной налоговой проверки налоговой декларации общества за 3 квартал 2011 года инспекцией подтверждено отражение в налоговых декларациях участников сделки (ООО «Анемог», ООО «Денал») исчисления и уплаты НДС от реализации спорного административного здания.

Суд особо отмечает, что нарушений в оформлении представленных обществом счетов-фактур МИ ФНС № 9 не установлено.

По вопросу о создании искусственного источника для возмещения НДС суд отмечает следующее.

Инспекцией установлено, что на этапе отражения операций по приобретению и реализации недвижимого имущества ООО «Денал» (поставщик второй очереди) общество указало в налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2011 года, что им приобретался товар по налоговой ставке 18 процентов, а реализовывался по налоговой ставке 10 процентов.

По мнению инспекции, в данном случае происходило искусственное наращивание налоговых вычетов у ООО «Денал» через ООО «Терраком», ООО «Паллада», ООО «Проторг», ООО «ГрандФуд», состоящих на учете в налоговых органах города Москвы, и в большинстве имеющих признаки недобросовестности по критериям риска: массовый руководитель, массовый адрес регистрации, отсутствие сведений о расчетных счетах в банках.

Однако суд полагает, что данный вывод инспекции не подтверждает наличия нарушений в действиях общества, поскольку с указанной организацией общество не имеет каких-либо взаимоотношений, при этом общество несет ответственность только за свои собственные действия и не отвечает за действия иных участников сделки.

Данный факт не является основанием для вывода о том, что обществом получена необоснованная налоговая выгода, поскольку на общество в силу норм, закрепленных налоговым законодательствам, не может быть возложена ответственность за деятельность контрагентов, к деятельности которых он не причастен, и по отношению к которым он не является взаимозависимым лицом.

В свою очередь, перечисленные инспекцией факты об отсутствии условий для осуществления хозяйственной деятельности ООО «Кватра», предоставившей заем КПКГ «Региональным кредитный союз»; противоречия в ходе оформления правоустанавливающих документов при оформлении сделки купли-продажи административного здания физическим лицом ФИО5; выводы о недостоверности документов, представленных ФИО5 в обоснование расходов, понесенных по ремонту здания по ул. Нефтяная, 15 (до перевода его в нежилое помещение), не имеют отношения к финансово-хозяйственной деятельности общества и не свидетельствуют о неправомерности действий заявителя.

Суд отмечает, что указанные лица являются самостоятельными налогоплательщиками, которые в случае недобросовестного исполнения налоговых обязательств несут соответствующую налоговую ответственность, а согласно статье 32 НК РФ обязанность по контролю за соблюдением законодательства о налогах и сборах возложена на налоговые органы.

В свою очередь, суд отмечает, что инспекцией сделан вывод о том, что в результате сделок купли-продажи недвижимого имущества, произведенных в июле-августе 2011 года, фактически пользователем имущества являлось лицо, являвшееся его собственником до момента проведения последующих сделок купли-продажи - ФИО5

Однако данный вывод налогового органа противоречит фактам, изложенным в оспариваемом решении № 165: приобретенное административное здание предоставлено обществом в аренду ООО «Финансы и недвижимость», руководителем которого является ФИО11

Согласно сведениям, указанным в акте камеральной проверки за 3 квартал 2011 года, учредителями указанной организации наряду с ФИО12, имеющим долю 15 %, в проверяемом периоде являлись ФИО10 (15 %), ФИО13 (20 %) и ФИО14 (50 %).

Таким образом, вывод инспекции о том, что пользователем административного здания являлся ФИО12 , является ошибочным.

По мнению суда, инспекцией необоснованно сделан вывод о том, что все участники процесса приобретения имущества являются аффилированными лицами, действия которых согласованы и направлены на искусственные создание звена для наращивания входного НДС по разовой сделке, представляющие налоговую бухгалтерскую отчетность с отражением фиктивных хозяйственных операций, при этом принятый к вычету НДС в бюджет не уплачен.

Суд отмечает, что в материалах налоговой проверки отсутствуют доказательства несовершения хозяйственных операций и согласованных действий общества и участников сделки по приобретению административного здания, направленных на незаконное возмещение из бюджета налога; осведомленности общества относительно каких-либо нарушений действующего законодательства, допущенного его контрагентом, или иных оснований, указанных в Постановлении № 53, а обстоятельства, на которые ссылается инспекция, сами по себе не являются безусловным и достаточным доказательством, свидетельствующим о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Как отмечено выше, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы (Постановление № 53).

Суд полагает, что инспекцией не представлены доказательства о несоблюдении обществом условий для применения налоговой выгоды, не отражении хозяйственных операций в своем бухгалтерском учете, реализации схемы уклонения от исполнения обязанностей по уплате налога в бюджет, фиктивности хозяйственных операций, недобросовестности общества с целью получения налоговой выгоды.

Следует отметить, что вывод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, бесспорно подтверждающей, что действия налогоплательщика и его поставщиков в их взаимосвязи не имели разумной хозяйственной цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий.

Из материалов дела усматривается, что обществом по договору купли-продажи недвижимости от 26.09.2011 года у ООО «Анемог» приобретено административное здание по адресу: <...>.

Здание принято к бухгалтерскому и налоговому учету в качестве основных средств согласно акту приема-передачи, его стоимость в полном объеме оплачена заявителем, что подтверждается соответствующими платежными поручениями.

В установленном законом порядке зарегистрировано право собственности общества на указанное недвижимое имущество, а также зарегистрировано право собственности на земельный участок, на котором расположено названое здание.

Судом установлено, что административное здание приобретено обществом в целях передачи его помещений в аренду, то есть для совершения операций, признаваемых объектом обложения налогом на добавленную стоимость; заключен договор аренды нежилых помещений от 30.09.2011 года о передаче здания во временное пользование ООО «Финансы и кредит». Здание передано арендодателю по акту приема-передачи от 30.09.2011 года. Общество получает доходы от указанной деятельности, что имеет значение для налогового учета и формирования налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций и НДС.

Общество понесло реальные затраты по возмездной сделке в целях систематического получения прибыли от использования имущества и вправе претендовать на налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость.

Таким образом, условия для применения налоговых вычетов, предусмотренные статьями 171 и 172 Кодекса, обществом в полном объеме соблюдены. Договор купли-продажи недвижимости исполнен, а обществом представлены все необходимые документы в целях получения налогового вычета по налогу на добавленную стоимость.

Следует отметить, что претензий по представленным документам, подтверждающим обоснованность применения налоговых вычетов, в том числе по порядку их оформления, достоверности и непротиворечивости содержащихся в них сведений, инспекция к заявителю не предъявила.

По мнению суда, выводы инспекции о том, что действия общества направлены на искусственное наращивание «входного» НДС за счет увеличения участников сделки, и что действия общества и других участников сделки направлены на создание искусственных оснований для возмещения из бюджета налога на добавленную стоимость, создание финансовой схемы, направленной на отсутствие сумм НДС, начисленных к уплате в бюджет, являются несостоятельными.

В силу пункта 1 статьи 168 Кодекса при реализации товаров дополнительно к цене реализованных товаров налогоплательщик обязан предъявить покупателю товаров соответствующую сумму налога.

Согласно пункту 3 статьи 164 Кодекса при реализации недвижимого имущества применяется налоговая ставка 18 процентов.

Инспекцией установлено, что ООО «Денал» приобрело административное здание у ФИО5 за 55 000 000 рублей; реализовало его в пользу ООО «Анемог» за 55 084 746 рублей, НДС - 9 915 254 рублей (наценка составила 0.15%).

Факт исчисления суммы налога с указанной реализации в соответствии с требованиями главы 21 Кодекса инспекцией подтвержден ходе проведения встречной проверки указанной организации в ходе камеральной налоговой проверки.

ООО «Анемог» приобрело административное здание у ООО «Денал» за 55 084 476 рублей, НДС - 9 915 254 рублей, и реализовало данное недвижимое имущество в пользу обществу за 55 161 123 рублей, НДС - 9 929 002 рублей (наценка составила 0,15 %).

Факт исчисления суммы налога с указанной реализации инспекцией подтвержден в ходе проведения встречной проверки этой организации во время камеральной проверки за 3 квартал 2011 года.

Следовательно, заявленным обществом налоговым вычетам корреспондирует уплаченный ООО «Анемог» налог на добавленную стоимость, определенный в соответствии с правилами, предусмотренными главой 21 Кодекса.

Таким образом, как полагает инспекция, с «завышенной» цены сделки предъявлен не только спорный налоговый вычет, но и исчислен к уплате в бюджет налог на добавленную стоимость продавцом.

Следует отметить, что при проведении камеральной проверки ООО «Анемог» и ООО «Денал» по требованию о представлении документов были представлены копии запрашиваемых документов (свидетельства о государственной регистрации права, договоры, акты приема-передачи, счета-фактуры, товарные накладные, книги покупок, книги продаж, оборотно-сальдовые ведомости).

Однако в оспариваемом решении отмечено, что на момент проведения выездной налоговой проверки указанные организации по юридическому адресу не располагаются.

По мнению суда, не установление контрагентов в период налоговой проверки, проводившейся в иное время, нежели заключались указанные выше договоры и совершались хозяйственные операции по зарегистрированным адресам, не может свидетельствовать о неосмотрительности, так как обязанности, равно как и способов проверки налогоплательщиком данных обстоятельств законом не установлено, а характер хозяйственных связей не требовал проверки местонахождения контрагентов.

Проверка местонахождения ООО «Анемог» и ООО «Денал» по адресам их государственной регистрации осуществлялась в период проведения выездной налоговой проверки, и отсутствие их по месту регистрации на момент проверки не доказывает их отсутствие по данным адресам на момент осуществления ими финансово-хозяйственной деятельности.

Кроме того, отсутствие участников сделки по юридическим адресам не могло быть проконтролировано самим обществом, поскольку установленных законом прав на проверку этих фактов у сторон не имеется. Данные факты должны быть установлены заранее, в процессе регистрации контрагентов как юридических лиц - налогоплательщиков и при присвоении им ИНН, что в соответствии с действующим законодательством РФ осуществляется налоговыми органами. Регистрация юридических лиц подтверждает реальность осуществления и правоспособность любого участника гражданского оборота. В свою очередь, налоговый орган, в отличии от налогоплательщика, является единственным участником налоговых отношений, который имеет законодательное право контролировать соблюдение гражданами и юридическими лицами требований законодательства о налогах и сборах.

Суд отмечает, что доказательств отклонения цены недвижимого имущества от уровня рыночных цен инспекцией в порядке статьи 40 Кодекса не представлено; факт завышения стоимости здания, и, следовательно, суммы «входного» налога, инспекцией не доказан.

В свою очередь, доводы МИ ФНС № 9 о том, что для приобретения обществом административного здания привлечены заемные средства руководителя общества, которому в свою очередь предоставил заем КПКГ «Региональный кредитный союз», пайщиком которого он является, не могут служить доказательством получения необоснованной налоговой выгоды, поскольку обоснованность ее получения не может быть поставлена в зависимость от способов привлечения капитала для осуществления экономической деятельности или от эффективности использования капитала, что отмечено в разделе 9 Постановления № 53.

Инспекцией не оспаривается реальность хозяйственных операций по приобретению недвижимого имущества, а также не представлено доказательств, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности.

Наоборот, суд полагает, что обществом проявлена должная осмотрительность и осторожность в отношении ООО «Анемог»: сверены реквизиты, указанные на официальном сайте ФНС России, с реквизитами, указанными в договоре купли-продажи здания; сведения о руководителе; входит ли указанный руководитель в состав дисквалифицированных лиц; проанализированы сведения о предстоящем исключении налогоплательщиков из ЕГРЮЛ и нахождении в стадии банкротства; запрошены свидетельство о государственной регистрации юридического лица, свидетельство о постановке на учет юридического лица в налоговом органе по месту нахождения.

В оспариваемом решении № 165 инспекция указывает, что ФИО5 (первый собственник приобретенного обществом здания) в силу личного знакомства с руководителем общества имел возможность осуществить реализацию административного здания непосредственно обществу.

Однако, по мнению суда, указанные выводы являются предположительными и не подтверждены документально.

Налоговый контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений субъектов предпринимательской деятельности, которые обладают самостоятельностью и широкой дискрецией при принятии решений в сфере бизнеса.

В соответствии с Определениями Конституционного Суда Российской Федерации от 25.07.2001 года № 138-О и от 15.02.2005 года № 93-О, для подтверждения недобросовестности налогоплательщика налоговому органу необходимо представить доказательства совершения сторонами по сделке умышленных совместных действий в целях получения необоснованной налоговой выгоды, убыточности предпринимательской деятельности в целях получения необоснованной налоговой выгоды, убыточности предпринимательской деятельности налогоплательщика, фиктивности хозяйственных операций, неосуществления налогоплательщиком уставной деятельности, для которой приобретено административное здание и другие доказательства.

Кроме того, инспекцией по результатам камеральной налоговой проверки налоговой декларации общества по НДС за 3 квартал 2011 года были приняты решение от 30.05.2012 года № 3849 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и возмещении НДС в размере 9 925 900 рублей, и решение от 30.05.2012 года № 2555 о возмещении обществу полностью НДС в сумме 9 925 900 рублей.

Решением от 29.08.2012 года вышестоящий налоговый орган отменил решение МИ ФНС № 9 о возмещении обществу НДС в части правомерности применения налоговых вычетов в сумме 9 976 656 рублей и решение о возврате налога. Основанием для принятия указанного решения послужил вывод УФНС по Калининградской области о создании налогоплательщиком и его контрагентами схемы, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды при отсутствии реальных хозяйственных операций между участниками спорных сделок. В данном решении УФНС по Калининградской области оценило действия всех участников сделок со спорным объектом недвижимости.

Суд отмечает, что данное решение УФНС по Калининградской области от 29.08.2012 года было обжаловано обществом в судебном порядке (дело № А21-9153/2012). Решением Арбитражного суда Калининградской области от 11.01.2013 года, оставленным без изменения судебными актами арбитражных судов апелляционной и кассационной инстанций, заявленные требования налогоплательщика были удовлетворены.

Как отметил суд апелляционной инстанции в постановлении по делу № А21-9153/2012, УФНС по Калининградской области провело анализ хозяйственной деятельности ООО «Денал» («второе звено» в цепочке продавцов спорного объекта недвижимости) и его взаимоотношений с контрагентами ООО «Терраком», ООО «Паллада», ООО «Проторг», ООО «Грандфут», однако УФНС по Калининградской области не доказано, что общество знало о том, что избранные им организации не осуществляют реальной предпринимательской деятельности. УФНС по Калининградской области, утверждая о недобросовестности общества, ссылалось только на действия его контрагентов, не отражая и документально не подтверждая неправомерные действия ООО «Менада».

Следует отметить, что оспариваемое решение инспекции № 165 фактически дублирует решение УФНС по Калининградской области от 29.08.2012 года, оценка которому ранее была дана судами по делу № А21- 9153/2012.

Доводы по вопросам взаимоотношений между ФИО12, ООО «Лигер» и ООО «Виллем», между КПКГ «Региональный кредитный союз» и ООО «Кварта», которые не являются контрагентами ООО «Менада», также не подтверждают неправомерность действий общества.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 17.03.2009 года № 5-П «По делу о проверке конституционности положения, содержащегося в абзацах четвертом и пятом пункта 10 статьи 89 Кодекса, в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью "Варм"» (далее - Постановление № 5-П) положение, содержащееся в абзацах четвертом и пятом пункта 10 статьи 89 Кодекса, согласно которому повторная выездная налоговая проверка налогоплательщика может проводиться вышестоящим налоговым органом в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего первоначальную выездную налоговую проверку, не соответствует Конституции Российской Федерации, ее статьям 46 (часть 1), 57 и 118 (части 1 и 2), в той мере, в какой данное положение по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, не исключает возможность вынесения вышестоящим налоговым органом при проведении повторной выездной налоговой проверки решения, которое влечет изменение прав и обязанностей налогоплательщика, определенных не пересмотренным и не отмененным в установленном процессуальным законом порядке судебным актом, принятым по спору того же налогоплательщика и налогового органа, осуществлявшего первоначальную выездную налоговую проверку, и тем самым вступает в противоречие с ранее установленными судом фактическими обстоятельствами и имеющимися в деле доказательствами, подтвержденными данным судебным актом.

Ценность права на судебную защиту как важнейшей конституционной гарантии всех других прав и свобод предопределена особой ролью судебной власти и ее прерогативами по осуществлению правосудия, в том числе путем контроля за обеспечением верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации и федеральных законов на всей территории Российской Федерации (статьи 18, 118 (часть 2), 120 (часть 1), 125, 126, 127 и 128 (часть 3) Конституции Российской Федерации); эти прерогативы, закрепленные Конституцией Российской Федерации исходя из принципа разделения государственной власти на законодательную, исполнительную и судебную (статьи 10 и 11 (часть 1) Конституции Российской Федерации), согласуются с сущностью судебной власти, независимой и беспристрастной по своей природе, и предопределяют значение судебных решений, которые выносятся именем Российской Федерации и имеют обязательный характер, в том числе для установления законности актов налоговых органов, действий или бездействия их должностных лиц (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 4 апреля 2002 года № 8-П).

Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении № 5-П, преодоление судебного решения путем принятия административным органом юрисдикционного акта, влекущего для участников спора, по которому было принято судебное решение, иные последствия, нежели определенные этим судебным решением, означает нарушение установленных Конституцией Российской Федерации судебных гарантий прав и свобод, не соответствует самой природе правосудия, которое осуществляется только судом, и несовместимо с конституционными принципами самостоятельности судебной власти, независимости суда и его подчинения только Конституции Российской Федерации и федеральному закону.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое обществом решение инспекции № 165 является неправомерным и необоснованным, а выводы проверяющего органа не соответствуют приведенным выше положениям действующего законодательства Российской Федерации и фактическим обстоятельствам рассматриваемой спорной ситуации.

В силу части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

При таком положении, требование общества о признании решения № 165 недействительным является правомерным и подлежит удовлетворению.

Общество при подаче заявления в суд оплатило государственную пошлину в размере 2 000 рублей, что подтверждается платежным поручением № 35 от 02 сентября 2013 года.

В силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Возмещение расходов общества по государственной пошлине в размере 2 000 рублей следует отнести на МИ ФНС № 9.

Руководствуясь статьями 167 - 171, 198 - 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по городу Калининграду (ИНН <***>, ОГРН <***>) от 28 июня 2013 года № 165, вынесенное в отношении Общества с ограниченной ответственностью «Менада» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по городу Калининграду (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Менада» (ИНН <***>, ОГРН <***>) расходы по государственной пошлине в размере 2 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья

Д.В. Широченко

(подпись, фамилия)