Гражданский кодекс часть 1

от заинтересованного лица: представитель ФИО2, - на основании доверенности, служебного удостоверения, представитель ФИО3 - на основании доверенности, служебного удостоверения, представитель ФИО4 - на основании доверенности, служебного удостоверения,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Партнер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее - ООО «Партнер», общество, налогоплательщик, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по городу Калининграду (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее - МИ ФНС № 9, налоговый орган, налоговая инспекция, инспекция) о признании незаконными вынесенных инспекцией в отношении общества решения от 07 июля 2017 года № 5776 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части уменьшения предъявленного к возмещению из бюджета налога на добавленную стоимость в размере 3 510 000 рублей и решения от 07

июля 2017 года № 156 об отказе в возмещении частично суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению, в части отказа в возмещении налога на добавленную стоимость в размере 3 510 000 рублей, а также об обязании налогового органа возместить обществу из федерального бюджета налог на добавленную стоимость за 3 квартал 2016 года в размере 3 510 000 рублей.

В ходе судебного заседания представитель общества заявление поддержал в полном объеме, ссылаясь на представленные в дело материалы и письменные пояснения, просил суд заявленные требования удовлетворить.

Представители налогового органа заявление не признали, ссылаясь на представленные в дело материалы и изложенные в письменных отзывах аргументы, просили суд в удовлетворении требований отказать, полагая их по существу неправомерными и необоснованными.

Как дополнительно пояснили представители сторон, в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ими раскрыты и предоставлены суду все известные им доказательства, имеющие значение для правильного и полного рассмотрения дела, а каких-либо ходатайств, в том числе о представлении или истребовании дополнительных доказательств, у них не имеется.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела и дав им оценку в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, обществом 29 ноября 2016 года в инспекцию представлена уточненная № 1 налоговая декларация по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) за 3 квартал 2016 года.

По результатам проведенной камеральной налоговой проверки упомянутой декларации инспекция составила акт проверки от 15 марта 2017 года № 33904, которым предложено отказать в возмещении 3 510 000 рублей предъявленного к возмещению из бюджета НДС и уменьшить предъявленный к возмещению из бюджета в завышенных размерах НДС за 3 квартал 2016 года в размере 3 510 000 рублей.

Рассмотрев акт проверки, представленные ООО «Партнер» письменные возражения и иные материалы налогового контроля, инспекция вынесла следующие решения:

- решение от 07 июля 2017 года № 5776 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее - решение № 5776), в соответствии с которым заявителю отказано в возмещении 3 510 000 рублей НДС; предложено уменьшить 3 510 000 рублей суммы налога, излишне заявленного к возмещению из бюджета и внести необходимые исправления в документы бухгалтерского и налогового учета;

- решение от 07 июля 2017 года № 156 об отказе в возмещении частично суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению (далее - решение № 156), в соответствии с которым обществу отказано в возмещении 3 510 000 рублей НДС;

- решение от 10 марта 2017 года № 109 о возмещении частично суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению (далее - решение № 109), в соответствии с которым обществу возмещено 34 210 081 рублей НДС.

ООО «Партнер» обжаловало решения № 5776 и № 156 в части отказа в возмещении 3 510 000 рублей НДС в вышестоящий налоговый орган, однако решением УФНС России по Калининградской области от 27 сентября 2017 года № 06-11/22124 жалоба налогоплательщика оставлена без удовлетворения.

Указанные выше обстоятельства и послужили основанием для обращения общества в арбитражный суд с настоящим иском о признании незаконными вынесенных инспекцией решения № 5776 в части уменьшения предъявленного к возмещению из бюджета НДС в размере 3 510 000 рублей и решения № 156 в части отказа в возмещении НДС в размере 3 510 000 рублей, а также об обязании инспекцию возместить обществу из федерального бюджета НДС за 3 квартал 2016 года в размере 3 510 000 рублей.

По мнению заявителя, упомянутые решения № 5776 и № 156 не соответствуют положениям действующего законодательства РФ и нарушают права и законные интересы ООО «Партнер» в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности путем необоснованного отказа в возмещении НДС.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Суд находит заявление подлежащим удовлетворению. При этом суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и

нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

По смыслу части 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс) в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности, поскольку все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 октября 2006 года № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Под налоговой выгодой для целей настоящего Постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета,

налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Пунктами 3 и 4 Постановления № 53 установлено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Согласно пункту 6 Постановления № 53 судам необходимо иметь в виду, что следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций. Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 настоящего Постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Пунктом 11 Постановления № 53 определено, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно

было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

В соответствии со статьей 171 Кодекса налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные данной статьей налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации.

Согласно статье 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 НК РФ, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных данной статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по НДС правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции.

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 15 февраля 2005 года № 93-О, обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками (подрядчиками, исполнителями).

Наличие разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Формальное выполнение налогоплательщиком предусмотренных статьями 171 и 172 Кодекса условий для предъявления к вычету суммы НДС не является документально подтвержденным фактом реальной финансово - хозяйственной деятельности. Объектом налогообложения выступают не сами соглашения сторон, а хозяйственные операции, которые стороны совершают в рамках договора.

Из Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 июля 2010 года № 18162/09 следует, что, делая вывод об обоснованности заявленных вычетов по НДС, необходимо исходить не только из формального представления налогоплательщиком всех необходимых документов, но также устанавливать реальность финансово - хозяйственных отношений налогоплательщика и его контрагента.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлениях от 20 апреля 2010 года № 1816209 и от 25 мая 2010 года № 15658/09, налогоплательщику в получении налоговой выгоды из представленных им документов может быть отказано, если налоговый орган докажет отсутствие реальности тех хозяйственных операций (отсутствие реальности исполнения сторонами по сделке), которые отражены в представленных для получения налоговой выгоды документах, а в случае отсутствия доказательств не совершения хозяйственных операций (доказательств нереальности исполнения сторонами по сделке), в связи с которыми заявляется получение налоговой выгоды в виде расходов и вычетов, в получении этой выгоды может быть отказано, если налоговый орган докажет, что налогоплательщик знал или должен был знать о представленных со стороны контрагента недостоверных, противоречивых или подложных документах, но несмотря на это обстоятельство принял их для целей налогообложения, извлекая тем самым необоснованную налоговую выгоду и действуя при этом уже как недобросовестный налогоплательщик.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 июля 2001 года № 138-О, невыполнение условий, касающихся достоверности предоставляемых налогоплательщиком сведений, является

основанием для вывода о неверном определении налогооблагаемой базы, неполной уплате налога и основанием для привлечения к налоговой ответственности.

Документальное обоснование права на налоговый вычет сумм НДС лежит на налогоплательщике. При этом положения статей 171 - 173 и 176 НК РФ во взаимосвязи предполагают возможность возмещения налогоплательщику НДС из бюджета только по реальным хозяйственным операциям.

Применительно к указанным правовым позициям суд отмечает следующее.

Инспекцией в ходе проведения камеральной налоговой проверки уточненной налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2016 года установлено неправомерное включение заявителем в состав налоговых вычетов по НДС в сумме 3 510 000 рублей. По мнению налогового органа, выявленные им в ходе проверки обстоятельства свидетельствуют о том, что документы, представленные обществом для подтверждения обоснованности применения налоговых вычетов по НДС, в силу их противоречивости, не могут являться основанием для применения заявителем налоговых вычетов по НДС в спорной сумме.

Основанием для выводов инспекции послужили следующие обстоятельства.

В книге покупок за 3 квартал 2016 года заявителем отражена счет-фактура от 20 июля 2016 года на сумму 23 010 000 рублей, в том числе НДС в размере 3 510 000 рублей, предъявленный обществом с ограниченной ответственностью «ПромЭнергоСтрой» за приобретенный автомобиль «Bentley Bentayga», VIN <***> (далее - автомобиль) по договору купли-продажи от 10 июня 2016 года № ПЭС-37/2016.

Согласно договору купли-продажи от 10 июня 2016 года № ПЭС-37/2016 автомобиль приобретен обществом у ООО «ПромЭнергоСтрой», которое, в свою очередь, ввезло этот автомобиль в рамках договора купли - продажи от 24 сентября 2015 года № н-308, заключенного с акционерным обществом «Авилон Автомобильная группа».

Передача автомобиля как в адрес ООО «ПромЭнергоСтрой», так и в адрес ООО «Партнер», осуществлена согласно актам приема-передачи от 20 июля 2016 года, то есть в один день.

Налоговый орган обращает внимание, что информация, отраженная в представленных заявителем в целях подтверждения вычета по НДС документах, противоречит фактическим обстоятельствам дела и не отражает реальное положение вещей.

Так, согласно условиям договора купли-продажи от 10 июня 2016 года № ПЭС- 37/2016, право собственности на автомобиль переходит от ООО «ПромЭнергоСтрой» (продавца) к ООО «Партнер» (покупателю) с момента передачи имущества по акту приема- передачи (пункт 6.1 договора).

При подписании 20 июля 2016 года в городе Калининграде акта приема-передачи автомобиля от ООО «ПромЭнергоСтрой» в адрес заявителя, данное транспортное средство на указанной территории (город Калининград) не находилось. Автомобиль от АО «Авилон Автомобильная группа» в адрес ООО «ПромЭнергоСтрой» передан 20 июля 2016 года по акту приема-передачи в городе Москве, что соответствует условиям договора купли- продажи от 24 сентября 2015года № н-308.

По мнению МИ ФНС № 9, передача автомобиля в адрес ООО «Партнер» вышеупомянутым контрагентом осуществлена формально, только путем подписания акта приема-передачи, без его физической передачи, а заявителем автомобиль фактически не принят.

Кроме того, при подписании договора от 10 июня 2016 года № ПЭС-37/2016 о реализации транспортного средства в адрес общества, контрагент не являлся его собственником, о чем свидетельствует акт приема-передачи от 20 июля 2016 года, подписанный между АО «Авилон Автомобильная группа» и ООО «ПромЭнергоСтрой».

Договором купли-продажи от 24 сентября 2015 года № н-308 предусмотрено, что товар считается переданным в собственность ООО «ПромЭнергоСтрой» (покупателя) с момента подписания акта приема-передачи.

При этом согласно условиям договора купли - продажи от 10 июня 2016 года № ПЭС- 37/2016 (пункт 1.3), автомобиль принадлежит продавцу на праве собственности, свободен от прав третьих лиц, не обременен залогом, под арестом не состоит.

То обстоятельство, что фактически передача товара, зафиксированная в акте приема - передачи от 20 июля 2016 года от ООО «ПромЭнергоСтрой» в адрес заявителя, не осуществлялась, подтверждается и международной товарно-транспортной накладной (CMR) от 20 июля 2016 года, согласно которой спорный автомобиль до указанной даты находился в городе Москве, а на территорию Калининградской области прибыл только 23 июля 2016 года.

Также инспекция указывает, что о противоречиях и несоответствиях содержащихся в представленных заявителем для подтверждения вычета по НДС документах, а также в полученных в ходе мероприятий налогового контроля, свидетельствует следующее.

Согласно пункту 8 Правил, утвержденных Приказом МВД России от 24 ноября 2008 года № 1001 «О порядке регистрации транспортных средств», регистрация транспортных средств, принадлежащих юридическим и физическим лицам, изменение регистрационных данных, связанное с заменой номерных агрегатов транспортных средств, производятся на основании паспортов транспортных средств, заключенных в установленном порядке договоров либо иных документов, удостоверяющих право собственности на транспортные

средства и подтверждающих возможность допуска их к участию в дорожном движении по дорогам общего пользования на территории Российской Федерации.

Запрос по реквизитам транспортного средства от 22 февраля 2017 года № содержит ссылку на первичный ПТС спорного транспортного средства № 78УХГ59342, выданный 22 мая 2016 года Центральной акцизной таможней, исходя из данных которого первоначальным собственником автомобиля, ввезенного из-за границы, являлось ООО «Партнер». В данном ПТС значится страна вывоза - Соединенное королевство.

Согласно сведениям и документам, представленным Калининградской областной таможней (исх. № 06-21/12315дсп от 31 мая 2017 года), при оформлении таможенной декларации о вывозе автомобиля на экспорт 29 июля 2016 года в адрес US AUTO EXSPORT TRADERS LLC по контракту от 05 февраля 2015 года № 1/2015, к ГТД № 10012210/290716/0001707 представлен тот же ПТС от 22 мая 2016 года 78УХ 159342, где собственником значится ООО «Партнер». Согласно сведениям, отраженным в указанной декларации, автомобиль ранее был ввезен из Соединенного королевства (предшествующая ГТД № 10009199/190516/0001601).

Инспекция обращает внимание, что нереальность сделки между заявителем и ООО «ПромЭнергоСтрой» и переход права собственности на спорный автомобиль от последнего к обществу 20 июля 2017 года также опровергается тем, что оплата от иностранного партнера поступила 06 июня 2016 года и 14 июля 2016 года соответственно по платежным документам №№ 52 и 63, то есть до момента перехода права собственности по спорному акту приема- передачи в адрес ООО «Партнер».Право собственности на спорный автомобиль принадлежало ООО «Партнер» еще до заключения договора с ООО «ПромЭнергоСтрой» и подписания указанного акта приема-передачи.

Учитывая изложенное и принимая во внимание фактические обстоятельства дела с учетом времени и места совершения хозяйственных операций, инспекция пришла к выводу, что обществом заявлен вычет по НДС в спорной сумме при осуществлении экспортной операции по документам, составленным формально и содержащим недостоверную информацию по не имевшей места хозяйственной операции по контрагенту ООО «ПромЭнергоСтрой».

В совокупности с изложенными обстоятельствами, нереальность сделки и отсутствие взаимоотношений с указанным контрагентом по сделке, по которой заявлен вычет по НДС в спорной сумме, подтверждается по мнению налогового органа и наличием договора с индивидуальным предпринимателем ФИО5 (перевозчиком) на международные автомобильные перевозки грузов от 10 марта 2016 года, в рамках

которого указанный автомобиль доставлялся по маршруту город Москва (Россия) - город Калининград (Россия) - город Берлин (Германия).

Также МИ ФНС № 9 указала, что автомобиль в период с 28 июля 2016 года по 31 августа 2016 года находился в собственности ООО «ПромЭнергоСтрой», что подтверждается сведениями, имеющимся в информационной базе инспекции (ПТС 78 УХ 159342 220520161Z).

В силу пункта 1.5 договора от 24 сентября 2015 года № н-308, покупатель взял на себя обязательства зарегистрировать товар (автомобиль) в органах ГИБДД.

Первичная регистрация автомобиля с целью соблюдения условий договора от 24 сентября 2015 года № н-308 произведена ООО «ПромЭнергоСтрой» 28 июля 2016 года, что подтверждается запросом от 22 февраля 2017 года № 8258915.

Снятие транспортного средства с учета ООО «ПромЭнергоСтрой» произведено 31 августа 2016 года в связи с его утилизацией; в заявлении об утилизации автомобиля ООО «ПромЭнергоСтрой» указало на утерю ПТС. При этом данные действия произведены после вывоза указанного автомобиля за пределы территории Российской Федерации - 02 августа 2016 года.

Суд находит указанные выводы налогового органа неверными - в силу следующего.

Сторонами не оспаривается, что на основании стать 143 НК РФ общество является плательщиком НДС.

Пунктами 1, 2 статьи 171 НК РФ установлено, что налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму НДС, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, либо товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В соответствии с пунктом 1 статьи 172 Кодекса налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей, и при наличии соответствующих первичных документов.

Из пункта 1 статьи 173 НК РФ следует, что сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьей 171 НК РФ, общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со статьей 166 НК РФ.

Из содержания главы 21 НК РФ, регулирующей порядок применения налоговых вычетов по НДС по операциям, связанным с приобретением товаров (работ, услуг), следует, что такие налоговые вычеты могут быть применены налогоплательщиком только при осуществлении реальных хозяйственных операций, подтверждённых документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии со статьями 171, 172 Кодекса обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), так как именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы НДС, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиком.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 164 НК РФ налогообложение по ставке 0 процентов производится при реализации товаров, помещенных под таможенный режим экспорта только при условии представления документов, предусмотренных статьей 165 НК РФ.

Упомянутые документы представляются налогоплательщиком в налоговый орган для обоснования применения налоговой ставки 0 процентов одновременно с представлением налоговой декларации за очередной налоговый период (пункт 10 статьи 165 НК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 165 Кодекса при реализации товаров, предусмотренных подпунктом 1 и (или) подпунктом 8 пункта 1 статьи 164 Кодекса, для подтверждения обоснованности применения налоговой ставки 0 процентов и налоговых вычетов в налоговые органы, если иное не предусмотрено пунктами 2 и 3 названной статьи, представляются следующие документы:

- контракт (копия контракта) налогоплательщика с иностранным лицом на поставку товара (припасов) за пределы единой таможенной территории Таможенного союза;

- таможенная декларация (ее копия) с отметками российского таможенного органа, осуществившего выпуск товаров в процедуре экспорта, и российского таможенного органа места убытия, через который товар был вывезен с территории Российской Федерации и иных территорий, находящихся под ее юрисдикцией;

- копии транспортных, товаросопроводительных и (или) иных документов с отметками таможенных органов мест убытия, подтверждающих вывоз товаров за пределы территории Российской Федерации.

Таким образом, непредставление документов, установленных статьей 165 Кодекса, либо представление документов, не соответствующих предъявляемым к ним требованиям, влечет признание неправомерным применения налоговой ставки 0 процентов и отказ в возмещении соответствующих сумм НДС.

Как следует из материалов дела, налогоплательщиком заявлено право на применение налоговых вычетов по НДС в связи с приобретением спорного автомобиля у ООО «ПромЭнергоСтрой», в дальнейшем реализованного в таможенном режиме экспорта.

В целях подтверждения права на применение налоговой ставки 0 процентов и возмещения заявленного к вычету НДС заявитель представил в инспекцию пакет документов, предусмотренных положениями статьи 165 НК РФ, в том числе:

- контракт с компанией US Auto Export Traders LLC (США) от 05 февраля 2015 года № 1/2015;

- таможенную декларацию (ДТ) № 10012210/290716/0001707 с отметками таможенного органа «Выпуск разрешен» и «Товар вывезен»;

- международную товарно-транспортную накладную (CMR) на вывоз транспортного средства за пределы Российской Федерации.

Из материалов дела усматривается, что Калининградская областная таможня подтвердила фактический вывоз обществом спорного автомобиля за пределы таможенной территории Таможенного союза по вышеуказанным ДТ и CMR.

Таким образом, документально подтвержден фактический экспорт автомобиля обществом за пределы таможенной территории Российской Федерации в 3 квартале 2016 года.

Однако, как полагает инспекция, представление налогоплательщиком всех надлежащих оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, не полны, недостоверны и (или) противоречивы.

Как отмечено выше, основанием для принятия оспариваемых решений № 5776 и № 156 послужил вывод инспекции о том, что представленные к проверке документы ввиду их противоречивости не могут являться основанием для возмещения НДС в полном объеме; при подписании акта приема - передачи автомобиля от 20 июля 2016 года между обществом и ООО «ПромЭнергоСтрой» транспортное средство не находилось на территории города Калининграда, поскольку согласно CMR от 20 июля 2017 года этот автомобиль находился на территории города Москва и прибыл на территорию Калининградской области 23 июля 2016 года.

По мнению инспекции, этот факт свидетельствует о формальной передаче автомобиля между сторонами, без его физической передачи, и фактически транспортное средство не было принято обществом. При подписании договора от 10 июня 2016 года № ПЭС - 37/2016

о реализации транспортного средства в адрес Общества, ООО «ПромЭнергоСтрой» не являлось собственником данного транспортного средства.

Однако из материалов дела усматривается, что 24 сентября 2015 года ООО «ПромЭнергоСтрой» заключило договор купли-продажи № Н-308 с АО «Авилон Автомобильная Группа» на приобретение спорного автомобиля за 23 000 000 рублей.

В дальнейшем, 10 июня 2016 года ООО «ПромЭнергоСтрой» заключило договор № ПЭС-37/2016 купли-продажи этого же автомобиля с обществом за 23 010 000 рублей.

В период с 10 июня 2016 года по 23 июня 2016 года ООО «Партнер» перечислило в пользу ООО «ПромЭнергоСтрой» указанную выше сумму денежных средств несколькими платежами, что подтверждается соответствующими банковскими выписками и платежными поручениями. Данный факт инспекцией не оспаривается.

Общество 18 июля 2016 года направило заявку на перевозку приобретенного автомобиля по маршруту город Москва - город Калининград; эта перевозка осуществлялась индивидуальным предпринимателем ФИО5 на основании ранее заключенного с заявителем договора на международные автомобильные перевозки грузов от 10 марта 2016 года.

Судом установлено, что 20 июля 2016 года грузовое транспортное средство прибыло в <...>) для погрузки спорного автомобиля, и в этот же день (20 июля 2016 года) были подписаны передаточные документы между АО «Авилон Автомобильная Группа» и ООО «ПромЭнергоСтрой», а именно: акт приема-передачи, товарная накладная № Н000000309, счет-фактура № Н000000309.

В этот же день ООО «ПромЭнергоСтрой» передало автомобиль в пользу общества по следующим передаточным документам от 20 июля 2016 года: акт приема-передачи, товарная накладная № 39 и счет-фактура № 39.

При этом акт приема - передачи от 20 июля 2016 года является приложением к вышеозвученному договору купли-продажи от 10 июня 2016 года № ПЭС-37/2016. Согласно пункту 6.1 этого договора право собственности на имущество, а также риск случайной гибели и повреждения имущества переходит от продавца к покупателю с момента передачи имущества по акту приема-передачи.

В соответствии с условиями договора право собственности на автомобиль перешло с момента подписания сторонами акта приема - передачи – 20 июля 2016 года, который содержит все необходимые сведения, позволяющие идентифицировать приобретенный автомобиль, подписан уполномоченными на то лицами и скреплен печатями организаций.

Факт полной оплаты транспортного средства обществом до момента передачи автомобиля по акту приема-передачи от 20 июля 2016 года подтверждается платежными поручениями и не оспаривается инспекцией.

В связи с тем, что факт передачи автомобиля согласно акту приема - передачи от 20 июля 2016 года подтвержден документально, и его содержание, как и форма акта приема - передачи, не опровергнуты инспекцией, довод МИ ФНС № 9 о том, что передача транспортного средства между обществом и ООО «ПромЭнергоСтрой» осуществлена формально, не нашёл своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

Налоговый орган не представил очевидных и допустимых доказательств формальности составления упомянутого акта приема-передачи от 20 июля 2016 года.

В свою очередь, суд полагает неверными доводы инспекции о том, что автомобиль был ввезен из Соединенного Королевства заявителем, поскольку такое утверждение опровергается данными, содержащимся в ПТС № 78УХГ59342. Как указано в графе 16 «Страна вывоза ТС», страной вывоза автомобиля является Соединенное Королевство. Организацией, выдавшей ПТС, указана Центральная Акцизная таможня. Согласно сведениям, приведенным в графе 21 «Наименование (ф.и.о) собственника ТС», первым собственником автомобиля являлось ООО «Фольксваген Груп Рус». Дата получения ООО «Фольксваген Груп Рус» данного ПТС № 78УХГ59342 содержится в графе 25, а именно: 22 мая 2016 года.

Данное обстоятельство подтверждает аргументы заявителя о том, что ООО «Партнер» не ввозило указанное транспортное средство с территории Соединенного Королевства и не являлось первоначальным собственником автомобиля.

Суд обращает внимание, что действующее законодательство не связывает право на возмещение НДС с таможенным оформлением и прочими обстоятельствами ввоза товара. Приобретая на территории Российской Федерации тот или иной товар, налогоплательщик не обязан получать точную информацию о том, на основании каких документов производилось его оформление при ввозе на таможенную территорию Российской Федерации, поскольку ответственность за качество товара и законность его приобретения несёт продавец.

В данном случае налогоплательщик не может нести ответственность также и за оформление документов как своими контрагентами, так и третьими лицами, у которых товар ранее был приобретен.

Также суд находит неверными аргументы налогового органа о невозможности перехода права собственности на автомобиль от ООО «ПромЭнергоСтрой» к обществу 20 июля 2016 года в связи с оплатой за данный автомобиль в рамках контракта между обществом и компанией US Auto Export Traders LLC (США) от 05 февраля 2015

года № 1/2015 по платежным документам №№ 52, 63 от 06 июня и 14 июля 2016 года соответственно.

Как следует из объяснений представителя общества, последнее имеет заключенные действующие контракты на поставку транспортных средств с разными иностранными контрагентами. Поставка спорного автомобиля осуществлялась в пользу компании US Auto Export Traders LLC (США) по заключенному контракту от 05 февраля 2015 года № 1/2015. Оплата от иностранного контрагента была получена заранее, при этом общество не имеет собственных оборотных средств в необходимом объеме и осуществляет свою предпринимательскую деятельности за счет средств покупателя, подлежащих перечислению в рамках договорных отношений (контрактов), и получение предоплаты от иностранного контрагента является важным условием работы общества, само по себе не имеет какого-либо отношения к переходу права собственности на товар.

В свою очередь, суд отмечает, что наличие заключенного обществом с ИП ФИО5 договора на международные автомобильные перевозки грузов от 10 марта 2016 года не оспаривается сторонами этого договора. Факт заключения и исполнения этого договора сам по себе не опровергает реальность сделки налогоплательщика с ООО «ПромЭнергоСтрой».

Согласно условиям данного договора, на каждую перевозку оформляется заявка, согласно которой перевозчик осуществляет перевозку груза.

Материалами дела подтверждается, что непосредственно ИП ФИО5 подтвердил наличие такого договора и сам факт перевозки автомобиля по спорной сделке.

ООО «Партнер» 18 июля 2016 года подало заявку на перевозку приобретенного автомобиля по маршруту город Москва - город Калининград. Перевозка осуществлялась перевозчиком (ИП ФИО5) на основании ранее заключенного с ООО «Партнер» договора на международные автомобильные перевозки грузов от 10 марта 2016 года.

Грузовое транспортное средство прибыло в <...>) 20 июля 2016 года на погрузку спорного автомобиля, после чего упомянутый перевозчик начал осуществление транспортировки автомобиля, принадлежащего ООО «Партнер» на праве собственности, по маршруту город Москва - город Калининград, и прибыл на территорию Калининградской области 23 июля 2016 года, что подтверждается печатью Калининградской областной таможни в международной товарно-транспортной накладной (CMR).

Факт осуществления этой перевозки подтверждается следующими документами: заявкой на перевозку от 18 июля 2016 года, международной товарно-транспортной накладной (CMR) с отметками о пересечении границ 22 июля 2016 года (Республика

Беларусь) и 23 июля 2016 года (Калининградская область), актом выполненных работ от 25 июля 2016 года № 61.

Данным перевозчиком был выставлен счет на оплату за оказанные услуги от 25 июля 2016 года № 61 на сумму 80 000 рублей, который был оплачен обществом в полном объеме по платежному поручению от 25 июля 2016 года № 855.

Также суд отмечает, что осуществленные генеральным директором ООО «ПромЭнергоСтрой» регистрационные действия с автомобилем сами по себе не имеют отношения к факту перехода права собственности на автомобиль по договору купли - продажи с ООО «Партнер», и не могут являться подтверждением перехода права собственности на данный автомобиль.

Материалами дела установлено, что генеральный директор ООО «ПромЭнергоСтрой» самостоятельно осуществлял постановку на учет и снятие с учета автомобиля, без участия заявителя и не в связи с осуществлением процедуры экспорта данного автомобиля. ООО «ПромЭнергоСтрой» 20 июля 2016 года передало автомобиль в пользу ООО «Партнер» по акту приема-передачи в рамках договора купли-продажи № ПЭС-37/2016 между данными организациями.

Общество 28 июля 2016 года подало заявку на перевозку автомобиля по маршруту город Калининград - город Берлин (Германия); эта перевозка осуществлялась перевозчиком ИП ФИО5 на основании ранее заключенного с ООО «Партнер» договора на международные автомобильные перевозки грузов от 10 марта 2016 года.

В дальнейшем, 29 июля 2016 года на основании заключенного с иностранным контрагентом контракта от 05 февраля 2015 года № 1/2015 и коммерческого инвойса от 29 июля 2016 года № 36 была подана таможенная декларация № 10012210/290716/0001707 на экспорт автомобиля. В этот же день таможенным органом в декларации проставлен штамп «Выпуск разрешен», и 02 августа 2016 года автомобиль был вывезен с территории Калининградской области, о чем свидетельствует печать в таможенной декларации «Товар вывезен».

Более того, информация о налогоплательщике как собственнике экспортируемого транспортного средства проверялась таможенными органами; замечаний по представленным заявителем документам не возникло, что подтверждает тот факт, что на момент осуществления экспорта данного автомобиля именно общество являлось его собственником.

Как следует из материалов дела, 04 августа 2016 года автомобиль был передан перевозчиком по адресу компании KLB Transport GmbH, что подтверждается печатью в международной товарно-транспортной накладной (CMR). Факт осуществления этой перевозки подтверждается заявкой на перевозку от 28 июля 2016 года, международной

товарно-транспортной накладной (CMR) с печатью таможенного органа от 02 августа 2016 года о выезде с территории Калининградской области и печатью компании KLB Transport GmbH о получении товара от 04 августа 2016 года, а также актом выполненных работ от 15 августа 2016 года № 65.

Выставленный перевозчиком счет на оплату за оказанные услуги от 15 августа 2016 года № 65 на сумму 55 000 рублей был полностью оплачен обществом на основании платежного поручения от 15 августа 2016 года № 925.

В свою очередь, не находит документального подтверждения утверждение налогового органа о том, что налогоплательщиком в адрес инспекции не были представлены объяснения и доказательства, обосновывающие несоответствия, возникшие в указанных выше документах относительного спорного транспортного средства. К проведению проверки заявитель представил возражения на акт налоговой проверки, содержащие копии обращения от заявителя и ответа, полученного от ООО «ПромЭнергоСтрой», а также приложенными копиями договора на международные автомобильные перевозки грузов от 10 марта 2016 года, заявок и международной транспортной накладной CMR.

Судом отклоняется утверждение инспекции о том, что представленные обществом документы содержат противоречивые сведения и их нельзя признать надлежащими доказательствами, подтверждающими тот факт, что приобретенный именно по этим документам товар был реализован на экспорт, а, следовательно, они не могут служить обоснованием правомерности заявленных вычетов по НДС.

Материалы дела и представленные заявителем документы позволяют точно идентифицировать товар, реализованный на экспорт, - автомобиль, представленный налогоплательщиком пакет документов позволяет идентифицировать экспортируемое транспортное средство от момента его ввоза на территорию Российской Федерации из Соединенного Королевства и до его вывоза с территории Российской Федерации.

Относительно наличия деловой цели при совершении указанных сделок инспекция указала, что ООО «ПромЭнергоСтрой» был приобретен автомобиль за 23 000 000 рублей, реализован заявителю за 23 010 000 рублей, отправлен на экспорт за 300 000 долларов, что составляет 19 833 750 рублей. Заявителем произведена оплата страховки, перевозки по маршруту Москва-Калининград, Калининград - Москва, а также плата за таможенное оформление. Прибыль по рассматриваемой сделке составляет 158 111,60 рублей (0,797 % без учета таможенного оформления) от суммы сделки по экспорту транспортного средства. По мнению заинтересованного лица, указанный факт свидетельствует об отсутствии у заявителя деловых целей по сделке купли-продажи автомобиля.

В данном случае приведенный инспекцией расчет является неверным, поскольку фактически прибыль общества от сделки с упомянутым автомобилем составила 333 750 рублей, и является доказательством действительного экономического смысла заключения данной сделки, а также подтверждает, что все операции по сделке были обусловлены разумными экономическими причинами.

По мнению суда, в ходе проведенной камеральной налоговой проверки инспекция не установила безусловных доказательств, подтверждающих недобросовестность общества как налогоплательщика, а также факты, подтверждающие наличие у ООО «ПромЭнергоСтрой» признаков сомнительного контрагента.

МИ ФНС № 9 не представила очевидных доказательств нереальности рассматриваемых хозяйственных операций общества и ООО «ПромЭнергоСтрой», наличия согласованных с контрагентом, умышленных действий общества, направленных исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды в виде возмещения из бюджета НДС, а также не доказала несоответствие сведений, содержащихся в первичных документах, фактическим обстоятельствам совершения хозяйственных операций.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о неправомерности вынесенных инспекцией в отношении общества решения № 5776 в части уменьшения предъявленного к возмещению из бюджета НДС в размере 3 510 000 рублей и решения № 156 в части отказа в возмещении НДС в размере 3 510 000 рублей. Данные решения подлежат отмене в судебном порядке, а инспекцию следует обязать возместить обществу из бюджета НДС за 3 квартал 2016 года в указанном выше размере.

Согласно части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

При таком положении, заявление общества подлежит удовлетворению в полном объеме.

Общество при подаче заявления в суд платежными поручениями от 12 октября 2017 года № 1723 и от 24 октября 2017 года № 1724 уплатило 6 000 рублей в качестве государственной пошлины.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Возмещение расходов общества по государственной пошлине в размере 6 000 рублей следует отнести на налоговый орган.

Руководствуясь статьями 167 - 171, 198 - 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным вынесенное Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 9 по городу Калининграду (ИНН <***>, ОГРН <***>) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Партнер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) решение от 07 июля 2017 года № 5776 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части уменьшения предъявленного к возмещению из бюджета налога на добавленную стоимость в размере 3 510 000 рублей.

Признать недействительным вынесенное Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 9 по городу Калининграду (ИНН <***>, ОГРН <***>) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Партнер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) решение от 07 июля 2017 года № 156 об отказе в возмещении частично суммы налога на добавленную стоимость, заявленной к возмещению, в части отказа в возмещении налога на добавленную стоимость в размере 3 510 000 рублей.

Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 9 по городу Калининграду (ИНН <***>, ОГРН <***>) возместить обществу с ограниченной ответственностью «Партнер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) из федерального бюджета налог на добавленную стоимость за 3 квартал 2016 года в размере 3 510 000 рублей.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по городу Калининграду (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Партнер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) расходы по государственной пошлине в размере 6 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья Д.В. Широченко
(подпись, фамилия)