Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании заявление ЗАО «Кавказцемент» (ОГРН <***> ИНН <***>) к Межрайонной ИФНС России № 1 по Карачаево-Черкесской Республике (ОГРН <***> ИНН <***>) о признании недействительным в части решения № 24 от 30.06.2011 г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения

при участии:

от ЗАО «Кавказцемент» – ФИО1, доверенность № ЮС/11-77 от 28.03.2011 г.;

от Межрайонной ИФНС России № 1 по Карачаево-Черкесской Республике – ФИО2, доверенность № 03-1-18/00648 от 21.03.2011 г.;

УСТАНОВИЛ:

ЗАО «Кавказцемент» (далее по тексту – заявитель) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Межрайонной ИФНС России № 1 по Карачаево-Черкесской Республике (далее по тексту – Инспекция) о признании недействительным решения № 24 от 30.06.2011г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления 808 009 руб. налога на прибыль, 21 747 248 руб. водного налога, соответствующих сумм пени и штрафных санкций по налогу на прибыль и водному налогу, а также привлечения заявителя к налоговой ответственности по п.1 ст. 126 НК РФ в виде штрафа в размере 505 800 руб.

Позиция заявителя, изложенная в заявлении и письменных дополнениях к нему, состоит в следующем. Инспекция неправомерно в ходе налоговой проверки исключила из состава внереализационных расходов при исчислении налога на прибыль суммы списанной заявителем в связи с истечением сроков исковой давности дебиторской задолженности в размере 1 569 216 руб. Момент списания дебиторской задолженности и предельные сроки ее списания в НК РФ не установлены, списание дебиторской задолженности именно в тот период, когда истек срок исковой давности, является правом, но не обязанностью налогоплательщика. Дебиторская задолженность фактически была списана в тот налоговый период (2008 г.), когда заявителем была проведена инвентаризация дебиторской и кредиторской задолженности и составлен приказ руководителя о ее списании. В отношении дебиторской задолженности МУП ТК «Феникс» списание произведено в 2008 г. в связи с ликвидацией данной организации в ходе процедуры банкротства лишь с 17.12.2007 г. В соответствии с п.п. 14 п.2 ст. 333.9 НК РФ коллекторно-дренажные воды, откачиваемые заявителем в процессе водопонижения при эксплуатации цементного завода, не являются объектом обложения водным налогом. Кроме того, используемая заявителем система водоснабжения является оборотной, в ходе налоговой проверки Инспекция неправомерно исчислила водный налог на основании данных журнала ПОД-11 только о количестве извлекаемой из шахты (дренажного штрека) воды в полном объеме без коррекции налоговой базы на количество воды, передаваемой в карьер ЗАО «Недра», возвращаемой обратно в шахту и сбрасываемой в коллекторную систему. Штраф по п.1 ст. 126 НК РФ в размере 505 800 руб. наложен Инспекцией незаконно при отсутствии в оспариваемом решении и акте налоговой проверки описания характера и обстоятельств допущенного правонарушения, требования Инспекции о представлении документов позволяют определить лишь родовые признаки истребованных документов и не позволяют установить их точное количество. Расчет штрафа по п.1 ст. 126 НК РФ исходя из количества фактически представленных налогоплательщиком документов создает неравное положение между налогоплательщиками, представившими документы с нарушением установленного срока и не представившим такие документы вовсе.

Представитель заявителя в судебном заседании поддерживает заявленные требования со ссылкой на изложенные в заявлении и дополнениях к нему доводы, пояснил, что в подвергнутый налоговой проверке период водный налог уплачивался заявителем ошибочно в связи отсутствием объекта налогообложения.

Инспекция в отзыве на заявление и дополнениях к нему считает требования заявителя не подлежащими удовлетворению, приводя в обоснование своей позиции следующие доводы. Заявителем в 2008 г. при исчислении налога на прибыль завышены внереализационные расходы на сумму списанной дебиторской задолженности, сроки исковой давности в отношении которой истекли в 2005, 2006, 2007 г.г. Заявитель должен был проводить инвентаризацию безнадежной к взысканию дебиторской задолженности не позднее последней даты отчетного (налогового) периода, в котором истекли соответствующие сроки исковой давности и производить списание данной задолженности в этом же периоде, права произвольно определять налоговый период списания такой задолженности налогоплательщик в силу действующего законодательства о бухгалтерском учете лишен. При исчислении водного налога Инспекция на основании укрупненной балансовой схемы прямоточного водоснабжения и водоотведения заявителя, а также опроса мастера ТЭЦ заявителя ФИО3 исходила из того, что используемая заявителем система водоснабжения является прямоточной, налоговое законодательство не содержит положений о необходимости корректировки налоговой базы по водному налогу при заборе воды из дренажной системы на объем вод, сбрасываемых налогоплательщиком обратно в шахту, а также в коллекторно-дренажную систему. В связи с превышением заявителем установленного лицензией на недропользование лимита извлечения подземных вод в отношении превышения установленного годового лимита обоснованно была применена пятикратная ставка водного налога. Заявителем на требования о представлении документов № 3 от 29.03.2011 г., № 4 от 20.04.2011 г. были несвоевременно представлены карточки учета основных средств по форме № ОС-4 и регистры налогового учета амортизации основных средств в количестве 2 529 штук, за что заявитель был привлечен к ответственности по п.1 ст. 126 НК РФ. В требовании № 3 от 29.03.2011 г. дата его получения главным бухгалтером заявителя ФИО4 (30.06.2011 г.) указана ошибочно, т.к. документы по данному требованию заявитель фактически представил ранее этой даты (05.05.20111 г.), указанное требование было вручено заявителю 30.03.2011 г. вместе с требованием № 2 от 29.03.2011 г.

Представитель Инспекции в судебном заседании просит суд в удовлетворении требований заявителя отказать, повторяет изложенные в отзыве и дополнениях к нему доводы. Представитель Инспекции пояснил, что описание правонарушения по п.1 ст. 126 НК РФ в акте налоговой проверки и оспариваемом решении не было изложено по ошибке, данное обстоятельство не может рассматриваться в качестве основания для признания решения № 24 от 30.06.2011 г. недействительным.

Суд, изучив изложенные в заявлении, отзыве и дополнениях к ним доводы, заслушав представителей сторон в судебном заседании, исследовав имеющиеся в деле письменные доказательства в их совокупности, считает требования заявителя подлежащими удовлетворению в части.

Как видно из материалов дела, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка заявителя по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты в бюджет налогов и сборов, в том числе налога на прибыль и водного налога за период с 01.01.2008 г. по 31.12.2009 г., составлен акт проверки № 22 от 07.06.2011 г. Заявителем были представлены письменные возражения по акту выездной налоговой проверки.

По результатам рассмотрения акта, возражений заявителя, материалов выездной налоговой проверки Инспекцией вынесено оспариваемое решение № 24 от 30.06.2011 г. о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения.

В соответствии с решением № 24 от 30.06.2011 г. Инспекцией доначислено 840 710 руб. налога на прибыль, 1 434 481 руб. НДС, 26 480 руб. транспортного налога, 21 747 248 руб. водного налога, 16 847 руб. 23 коп. ЕСН, 426 руб. пени по налогу на прибыль, 43 360 руб. 72 коп. пени по НДС, 4 190 руб. пени по транспортному налогу, 5 515 929 руб. пени по водному налогу, заявитель привлечен к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ в виде 168 142 руб. штрафа по налогу на прибыль, 254 226 руб. штрафа по НДС, 5 296 руб. штрафа по транспортному налогу, 3 810 042 руб. штрафа по водному налогу, по п.1 ст. 126 НК РФ в виде штрафа в размере 505 800 руб.

Решение Инспекции № 24 от 30.06.2011 г. было обжаловано заявителем в вышестоящий налоговый орган. По результатам рассмотрения апелляционной жалобы заявителя Управление ФНС России по Карачаево-Черкесской Республике решением № 61 от 13.09.2011 г. оставило решение Инспекции без изменения, жалобу заявителя - без удовлетворения.

Не согласившись с решением Инспекции № 24 от 30.06.2011 г. в части доначисления 808 009 руб. налога на прибыль, 21 747 248 руб. водного налога, соответствующих сумм пени и штрафных санкций по налогу на прибыль и водному налогу, а также привлечения заявителя к налоговой ответственности по п.1 ст. 126 НК РФ в виде штрафа в размере 505 800 руб., обратился в арбитражный суд.

Рассматривая законность решения № 24 от 30.06.2011 г. в оспоренной заявителем части, суд исходит из следующего.

По результатам проведенной выездной налоговой проверки Инспекцией был установлен факт неправомерного завышения в 2008 г. внереализационных расходов в целях налогообложения прибыли на сумму 1 569 216 руб., в том числе за счет включения в состав внереализационных расходов списанной в этом периоде дебиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности на сумму 1 277 022 руб. и суммы НДС 292 194 руб. по подлежащей списанию по этим же основаниям кредиторской задолженности.

Из содержания оспариваемого решения и акта проверки видно, что разногласия заявителя и Инспекции по налогообложению прибыли также касались уменьшения налоговым органом расходов, уменьшающих сумму доходов от реализации, при обращении в суд заявитель на свое несогласие с решением № 24 от 30.06.2011 г. в этой части не указал.

Заявитель не смог четко объяснить, каким образом им был исчислен размер налога на прибыль (808 009 руб.), доначисление которого оспаривается исходя из формулировки исковых требований. Представитель заявителя в судебном заседании пояснил суду, что размер налога на прибыль, доначисление которого оспаривается, при обращении в суд был исчислен неточно и уточнил, что решение № 24 от 30.06.2011 г. по налогу на прибыль оспаривается только в части исключения Инспекцией из состава внереализационных расходов 1 569 216 руб. списанной в 2008 г. дебиторской задолженности.

С учетом данного обстоятельства законность решения № 24 от 30.06.2011 г. по налогу на прибыль рассматривается судом только по этому эпизоду.

В Инспекцию в ходе выездной налоговой проверки и в суд при рассмотрении настоящего дела заявителем представлены: приказ № П-257/8 от 06.06.2008 г. о списании дебиторской и кредиторской задолженности; акты инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами; справки инвентаризации расчетов по каждому дебитору; платежно-расчетные документы по дебиторской задолженности.

Из указанных документов усматривается, что заявителем в 2008 г. была списана дебиторская задолженность на общую сумму 1 277 022 руб. в отношении следующих контрагентов:

- ООО «Рустам» - задолженность за цемент на сумму 45 638 руб. 48 коп. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 05.02.2004 г., дата истечения срока исковой давности – 05.02.2007г.);

- ООО «РДК» - задолженность за рекламные услуги на сумму 14 255 руб. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 07.10.2004 г., дата истечения срока исковой давности – 07.10.2007 г.);

- ФИО5 - задолженность за спецодежду на сумму 150 000 руб. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 19.11.2004 г., дата истечения срока исковой давности – 19.11.2007 г.);

- ООО «Стройбат» - задолженность за цемент на сумму 2 154 руб. 91 коп. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 22.11.2004 г., дата истечения срока исковой давности – 22.11.2007г.);

- НОУ «МЦФЭР» - задолженность за участие в семинаре на сумму 1 070 руб. 21 коп. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 2002 г., дата истечения срока исковой давности – 2005 г.);

- ФИО6 - задолженность за цемент на сумму 38 руб. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 27.12.2004 г., дата истечения срока исковой давности – 27.12.2007 г.);

- Карачаевская районная администрация на сумму 62 970 руб. 86 коп. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 10.01.2003 г., дата истечения срока исковой давности – 10.01.2006 г.);

- ООО «Ростагроресурс» - задолженность за цемент на сумму 67 руб. 20 коп. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 20.03.2004 г., дата истечения срока исковой давности – 20.03.2007 г.);

- ООО «Ставропольский автоцентр «Камаз» - задолженность за запасные части на сумму 17 руб. 30 коп. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 04.08.2004 г., дата истечения срока исковой давности – 04.08.2007 г.);

- ООО «Мир Прессы» - задолженность за журналы на сумму 440 руб. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 30.09.2004 г., дата истечения срока исковой давности – 30.09.2007 г.);

- ООО «Меркурий» - задолженность за услуги по передаче электроэнергии на сумму 284 руб. 97 коп. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 31.07.2004 г., дата истечения срока исковой давности – 31.07.2007г.);

- ООО Фирма «Людмила» - задолженность за цемент на сумму 85 руб. 51 коп. (дата возникновения обязательств по уплате задолженности – 2002 г., дата истечения срока исковой давности – 2005 г.);

- МУП ТК «Феникс» на сумму 1 000 000 руб. (даты возникновения обязательств по уплате задолженности – 20.09.2003 г., 22.10.2003 г., 20.11.2003 г., дата истечения сроков исковой давности – 20.09.2006 г., 22.10.2006 г., 20.11.2006 г.).

По мнению Инспекции, поскольку сроки исковой давности по данным обязательствам истекли соответственно в 2005, 2006 и 2007 годах, указанные расходы должны были быть списаны именно в тех периодах, в котором у налогоплательщика возникло право на списание (то есть в периодах истечения сроков исковой давности по каждому из обязательств). Следовательно, правовых оснований для уменьшения налогооблагаемой базы 2008 года в этой части у заявителя не имелось.

В соответствии со статьей 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью в целях налогообложения для российских организаций считаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, определяемых в соответствии с главой 25 Кодекса.

Расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы (п.2 ст. 252 НК РФ).

В соответствии с п.2 ст. 265 НК РФ к внереализационным расходам приравниваются убытки, полученные налогоплательщиком в отчетном (налоговом) периоде, в частности суммы безнадежных долгов.

Пунктом 2 статьи 266 НК РФ определено, что безнадежными долгами (долгами, нереальными к взысканию) признаются те долги перед налогоплательщиком, по которым истек установленный срок исковой давности, а также те долги, по которым в соответствии с гражданским законодательством обязательство прекращено вследствие невозможности его исполнения, на основании акта государственного органа или ликвидации организации.

Статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации дано определение понятия исковой давности, в соответствии с которым исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года (ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, истечение срока исковой давности является одним из оснований отнесения дебиторской задолженности в состав внереализационных расходов как долга, нереального к взысканию.

Порядок признания расходов при методе начисления предусматривает, что расходы, принимаемые для целей налогообложения, признаются таковыми в том отчетном (налоговом периоде), к которому они относятся, независимо от времени фактической выплаты денежных средств и (или) иной формы их оплаты (п.1 ст. 272 НК РФ).

Названная норма Кодекса не предоставляет налогоплательщику права на произвольный выбор налогового периода, в котором в состав внереализационных расходов включается безнадежная к взысканию задолженность.

Указанный вывод согласуется и с положениями законодательства о бухгалтерском учете. Так, в соответствии со ст.ст. 8, 12 Федерального закона № 129-ФЗ от 21.11.1996 г. «О бухгалтерском учете» для обеспечения достоверности данных бухгалтерского учета и отчетности организации обязаны проводить инвентаризацию имущества и обязательств, в ходе которой проверяются и документально подтверждаются их наличие, состояние и оценка. Порядок и сроки проведения инвентаризации определяются руководителем организации, за исключением случаев, когда проведение инвентаризации обязательно. Проведение инвентаризации обязательно, в том числе перед составлением годовой бухгалтерской отчетности (п.2 ст. 12 Федерального закона № 129-ФЗ от 21.11.1996 г.).

Отклоняется судом довод заявителя о том, что списать указанную дебиторскую задолженность он имел возможность только в 2008 г. после составления акта инвентаризации и вынесения соответствующего приказа руководителем заявителя.

Статьей 8 Федерального закона № 129-ФЗ от 21.11.1996 г. установлено, что все хозяйственные операции и результаты инвентаризации подлежат своевременной регистрации на счетах бухгалтерского учета без каких-либо пропусков или изъятий.

Таким образом, налогоплательщик, проводя по состоянию на последнюю дату отчетного (налогового) периода инвентаризацию, по ее итогам должен определить сумму дебиторской задолженности, по которой срок исковой давности истек, другие долги, нереальные к взысканию, и произвести их списание.

Такое толкование приведенных выше правовых норм изложено в Постановлении Президиума ВАС РФ № 1574/10 от 15.06.2010 г., является общеобязательным и подлежит применению при рассмотрении арбитражными судами аналогичных дел.

Определение налогового периода, в котором внереализационные расходы по безнадежной к взысканию задолженности подлежат учету, должно производиться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о перерыве течения срока исковой давности (ст. 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В рассматриваемом случае заявитель не оспаривает факт истечения сроков исковой давности в 2005, 2006, 2007 г.г. и не привел каких-либо доказательств перерыва течения сроков исковой давности.

В отношении дебиторской задолженности МУП ТК «Феникс» на сумму 1 000 000 руб. заявитель также ссылается на ликвидацию организации – дебитора в ходе процедуры банкротства.

В деле представлено решение АС КЧР от 10.05.2006 г. по делу № А25-2336/05-8 о признании МУП ТК «Феникс» несостоятельным (банкротом) и открытии конкурсного производства. Согласно выписке из ЕГРЮЛ МУП ТК «Феникс» ликвидировано по результатам конкурсного производства и исключено из реестра с 17.12.2007 г.

Требования, которые в соответствии с законодательством Российской Федерации приняты к рассмотрению в деле о банкротстве, не могут быть удовлетворены в судебном порядке, в связи с чем на них не распространяются сроки исковой давности.

Дебиторская задолженность организации, признанной банкротом и в отношении которой введена процедура конкурсного производства, не может быть признана безнадежной до завершения конкурсного производства при условии, что кредитор заявил свои требования в установленном порядке и включен в реестр кредиторов.

Учитывая изложенное, задолженность организации, в отношении которой осуществляется процедура банкротства, включенная в реестр требований кредиторов, не может быть признана для целей налогообложения прибыли безнадежной по причине истечения срока исковой давности и не должна учитываться в расходах при формировании налоговой базы по налогу на прибыль до завершения конкурсного производства.

Вместе с тем в ходе рассмотрения настоящего дела заявитель не представил в суд доказательств включения задолженности на сумму 1 000 000 руб. в реестр требований кредиторов МУП ТК «Феникс» и не оспаривает того обстоятельства, что с соответствующими требованиями в арбитражный суд в ходе процедуры банкротства этой организации он не обращался.

В соответствии с п.2 ст. 266 НК РФ безнадежными долгами (долгами, нереальными ко взысканию) признаются те долги перед налогоплательщиком, по которым истек установленный срок исковой давности, а также те долги, по которым в соответствии с гражданским законодательством обязательство прекращено вследствие невозможности его исполнения, на основании акта государственного органа или ликвидации организации.

Таким образом, в целях налогообложения прибыли основаниями признания дебиторской задолженности безнадежной, в том числе, признаются как истечение срока исковой давности (ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и прекращение обязательства в связи с ликвидацией организации (ст. 419 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд исходит из того, что в случае наличия нескольких оснований для признания задолженности безнадежной (в данном случае - истечение срока исковой давности и ликвидация организации-должника) задолженность признается безнадежной в том налоговом (отчетном) периоде, в котором имело место первое по времени возникновения основание для признания задолженности безнадежной.

Кроме того, в рассматриваемом случае сроки исковой давности в отношении взыскания задолженности истекли в 2006 г., процедура ликвидации этой организации в ходе конкурсного производства завершена в 2007 г. Таким образом, оба основания для списания дебиторской задолженности имели место до 2008 г., т.е. до наступления налогового периода, в котором заявитель фактически списал данную задолженность. Помимо этого с учетом отсутствия предъявления своих требований к МУП ТК «Феникс» в ходе конкурсного производства заявитель должен был списать задолженность в качестве безнадежной к взысканию по первому из возникших оснований, т.е. по истечении в 2006 г. срока исковой давности.

Суд приходит к выводу, что Инспекция правомерно в ходе выездной налоговой проверки исключила из числа внереализационных расходов за 2008 г. дебиторскую задолженность с истекшим сроком исковой давности на сумму 1 277 022 руб.

В материалах дела представлен приказ руководителя заявителя № П-559/8 от 31.12.2008 г. о списании дебиторской и кредиторской задолженности в связи истечением срока исковой давности, в соответствии с пунктом 5 которого была списана дебиторская задолженность в сумме 292 194 руб.

В соответствии с п.п. 14 п.1 ст. 265 НК РФ в состав внереализационных расходов, не связанных с производством и реализацией, включаются расходы в виде сумм налогов, относящихся к поставленным материально-производственным запасам, работам, услугам, если кредиторская задолженность (обязательства перед кредиторами) по такой поставке списана в отчетном периоде в соответствии с п.18 ст. 250 Кодекса.

В деле также представлены акты, справки инвентаризации расчетов с покупателями, поставщиками и прочими дебиторами и кредиторами, соответствующие накладные, счета-фактуры, заключения юридической службы заявителя. Из указанных документов усматривается, что заявителем в 2008 г. на внереализационные расходы была отнесена дебиторская задолженность в размере 292 194 руб. по взаимоотношениям со следующими контрагентами:

- ООО «КСМ № 7 Белореченский» на сумму 4 456 руб. 10 коп.;

- предпринимателем ФИО7 на сумму 1 368 руб. 83 коп.;

- ООО «ЗЖБИ № 7» на сумму 120 000 руб.;

- ООО «Ротонда» на сумму 120 918 руб. 81 коп.;

- ООО «Стройальянс» на сумму 1 000 руб.;

- ООО «Интер-Трейд» на сумму 1 969 руб. 63 коп.;

- ЗАО «ПФО Ресурсы» на сумму 33 950 руб. 16 коп.;

- ООО «Квазар» на сумму 457 руб. 45 коп.;

- ООО «Камазавтосервис» на сумму 8 072 руб. 51 коп.

Согласно материалам дела и пояснениям представителя заявителя списанная по приказу № П-559/8 от 31.12.2008 г. дебиторская задолженность в размере 292 194 руб. представляет собой сумму НДС по кредиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности.

Вместе с тем доказательств списания в 2008 г. кредиторской задолженности перед указанными организациями заявителем в налоговый орган и в суд не представлено. В приказах № П-257/8 от 06.06.2008 г., № П-559/8 от 31.12.2008 г. о списании дебиторской и кредиторской задолженности и приложениях к ним отсутствуют сведения о списании в 2008 г. кредиторской задолженности перед ООО «КСМ № 7 Белореченский», предпринимателем ФИО7, ООО «ЗЖБИ № 7», ООО «Ротонда», ООО «Стройальянс», ООО «Интер-Трейд», ЗАО «ПФО Ресурсы», ООО «Квазар», ООО «Камазавтосервис», в связи с чем наличие указанного в п.п. 14 п.1 ст. 265 НК РФ основания для отнесения НДС в сумме 292 194 руб. в состав внереализационных расходов в 2008 г. документально не подтверждено.

На основании п.1 ст. 252 НК РФ расходами для целей налогообложения прибыли признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).

Таким образом, инспекция со ссылкой на п.1 ст. 252 НК РФ обоснованно исключила из числа внереализационных расходов 292 194 руб. НДС по кредиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности.

Суд также учитывает, что согласно актам инвентаризации, заключениям юридической службы заявителя кредиторская задолженность перед ООО «КСМ № 7 Белореченский», предпринимателем ФИО7, ООО «ЗЖБИ № 7», ООО «Ротонда», ООО «Интер-Трейд», ЗАО «ПФО Ресурсы», ООО «Квазар» образовалась в 2004 г., в связи с чем срок исковой давности по данным обязательствам истек в 2007 г.

В соответствии с п.18 ст. 250 НК РФ внереализационными доходами налогоплательщика признаются, в частности, доходы в виде сумм кредиторской задолженности, списанной в связи с истечением срока исковой давности или по другим основаниям, за исключением случаев, предусмотренных п.п. 21 п. 1 ст. 251 Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 271 НК РФ доходы признаются в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они имели место, независимо от фактического поступления денежных средств, иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав.

В связи с этим кредиторскую задолженность перед ООО «КСМ № 7 Белореченский», предпринимателем ФИО7, ООО «ЗЖБИ № 7», ООО «Ротонда», ООО «Интер-Трейд», ЗАО «ПФО Ресурсы», ООО «Квазар» заявителю следовало признать нереальной к взысканию в 2007 году. Согласно ст.ст. 8, 12 Федерального закона № 129-ФЗ от 21.11.1996 г. подлежащие списанию суммы кредиторской задолженности должны быть отражены в бухгалтерском учете и подтверждены актом инвентаризации за налоговый период, в котором наступает событие, связанное с моментом прекращения обязательства (в данном случае - с истечением срока исковой давности). Акт инвентаризации такой задолженности не может быть составлен в произвольно выбранный налогоплательщиком налоговый период, факт прерывания срока исковой давности по указанным обязательствам заявителем надлежащими документами не подтвержден.

При таких обстоятельствах оснований к отнесению в 2008 г. во внереализационные расходы 292 194 руб. НДС по кредиторской задолженности с истекшим сроком исковой давности у заявителя отсутствовали.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что Инспекция правомерно в ходе выездной налоговой проверки исключила из числа внереализационных расходов за 2008 г. 1 569 216 руб. (1 277 022 руб. + 292 194 руб. = 1 569 216 руб.), в удовлетворении требований заявителя о признании недействительным решения Инспекции № 24 от 30.06.2011 г. в части доначисления налога на прибыль, соответствующих сумм пени и штрафных санкций по налогу на прибыль следует отказать.

Как следует из материалов дела, заявитель в течение подвергнутого выездной налоговой проверке периода представлял в Инспекцию налоговые декларации по водному налогу и уплачивал в бюджет суммы водного налога.

Заявителю Управлением по недропользованию по Карачаево-Черкесской Республике выдана лицензия на право пользования недрами без ограничения срока пользования (серия ЧЕР № 00286 ВЭ) с целевым назначением и следующими видами работ – извлечение подземных вод при водопонижении в процессе эксплуатации заявителем цементного завода.

Предоставленному по лицензии участку недр присвоен статус горного отвода. На дневной поверхности площадь горного отвода составляет 9,0 га и соответствует площади депрессионной воронки, создаваемой при водопонижении, по глубине горный отвод ограничен глубиной дренажного штрека (27 – 30 м).

В соответствии с соглашением об условиях пользования участком недр лицензия предоставлена на извлечение подземных вод с целью понижения уровня грунтовых вод на территории промплощадки цементного завода, необходимого для эксплуатации подземного технологического оборудования (водозабор № 97 код 440704200 в системе КВК). Согласованный объем извлечения подземных вод на 2005 – 2010 г.г. составляет 7 963, 4 куб.м. в сутки (2 906, 4 тыс. куб.м. в год).

Согласно приложению № 2 к лицензии водопонижение заявителем осуществляется через систему поглощающих скважин, расположенных по периметру дренируемой площадки. Скважины сбрасывают грунтовые воды в дренажный штрек сечением 3,96 кв.м. (2,2 х 1,8 м) общей протяженностью 1 237 м в безводных известняках на глубине 27 – 30 м. Из штрека вода откачивается насосами и используется частично на производственные нужды и частично сбрасывается через коллекторную систему в р. Абазинка, которая расположена в 5 км от территории цемзавода.

На территории цементного завода имеется две системы канализации – ливневая и хозфекальная. При этом по ливневой системе отводятся как поверхностные стоки (дождевые, талые, поливочно-моечные), так и откачиваемые из дренажной системы грунтовые воды, частично используемые заявителем в производственном цикле.

При представлении налоговых деклараций заявитель налоговую базу по водному налогу рассчитывал исходя из показаний водоизмерительных приборов учета, отражаемых в «Журнале учета водопотребления (водоотведения) средствами измерений» по форме ПОД-11 (форма первичного учета согласно Инструкции водного надзора «Первичный учет использования вод» ИВН 33-5.4.01-86, утвержденной Минводхозом СССР), как разницу между количеством закаченной из шахты воды (раздел журнала «Подъем из шахты») и совокупным количеством воды, сбрасываемой обратно в шахту (раздел журнала «Сброс в шахту»), в коллекторную систему (раздел «Сброс в ливневку») и передаваемой заявителем ЗАО «Недра» (раздел «Подача воды на карьер»).

При этом межхозяйственная коллекторная система, в которую сбрасывается часть откачанной заявителем через дренажный штрек подземной грунтовой воды, заявителю не принадлежит. Коллекторная система является федеральной собственностью, представляет собой частью гидромелиоративной системы Карачаево-Черкесской Республики и передана на праве оперативного управления ФГУ «Управление мелиорации земель и сельскохозяйственного водоснабжения по Карачаево-Черкесской Республике».

Оспариваемым решением Инспекция доначислила 21 747 248 руб. водного налога, 5 515 929 руб. пени по водному налогу, привлекла заявителя к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 НК РФ в виде 3 810 042 руб. штрафа по водному налогу.

При этом налоговый орган в ходе выездной проверки определил налоговую базу по водному налогу исключительно на основании объемов грунтовой воды, откачиваемой из шахты (дренажного штрека) (раздел журнала ПОД-11 «Подъем из шахты»), без осуществляемой заявителем корректировки налоговой базы на объемы воды, сбрасываемой обратно в шахту, в коллекторно-дренажную систему и передаваемой ЗАО «Недра».

Из содержания оспариваемого решения и пояснений представителей сторон видно, что разногласий в отношении полноты отражения объемов воды в журнале ПОД-11 между сторонами не имеется, различия в определении налоговой базы по водному налогу объясняются только использованием налогоплательщиком и налоговым органом разных принципов ее исчисления.

В соответствии с п. 1 ст. 333.8 НК РФ (в редакции, действовавшей в подвергнутый налоговой проверке период) налогоплательщиками водного налога признаются организации и физические лица, осуществляющие специальное и (или) особое водопользование в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Статьей 333.13 НК РФ предусмотрен порядок исчисления налога, в силу которого сумма водного налога по итогам каждого налогового периода исчисляется как произведение налоговой базы и соответствующей ей налоговой ставки.

Пунктом 2 статьи 333.10 НК РФ установлено, что при заборе воды налоговая база определяется как объем воды, забранной из водного объекта за налоговый период.

Объем воды, забранной из водного объекта, определяется на основании показаний водоизмерительных приборов, отражаемых в журнале первичного учета использования воды. В случае отсутствия водоизмерительных приборов объем забранной воды определяется исходя из времени работы и производительности технических средств. В случае невозможности определения объема забранной воды исходя из времени работы и производительности технических средств объем забранной воды определяется исходя из норм водопотребления.

Инспекция утверждает, что налоговое законодательство не содержит положений о необходимости корректировки налоговой базы по водному налогу при заборе воды из дренажной системы на объем вод, сбрасываемых налогоплательщиком обратно в шахту, а также в коллекторно-дренажную систему.

Инспекция исходит из того, что используемая заявителем система водоснабжения является прямоточной, такой вывод сделан на основании укрупненной балансовой схемы прямоточного водоснабжения и водоотведения заявителя, согласованной с Кубанским бассейновым водным управлением и Управлением Ростехнадзора по Карачаево-Черкесской Республике.

Суд считает такой вывод ошибочным, поскольку он основан лишь на буквальном названии укрупненной балансовой схемы и не согласуется с ее фактическим содержанием. Так, из содержания данной схемы усматривается, что поднимаемая заявителем из шахты подземная вода (через водомер № 1) поступает в насосную оборотного водоснабжения, из которой часть поднятой воды сбрасывается обратно в шахту (через водомер № 3), часть направляется в карьер ЗАО «Недра» (через водомер № 2), часть сбрасывается в коллекторную систему ФГУ «Управление мелиорации земель и сельскохозяйственного водоснабжения по Карачаево-Черкесской Республике» (через водомер № 4), по которой направляется далее для последующего сброса в р. Абазинка.

Фактически при исчислении налоговой базы заявитель учитывал только часть поднятой из шахты грунтовой подземной воды, впоследствии направленной через систему оборотного водоснабжения (обозначается на схеме значками В2 и К2) и резервуар нагретой воды на свои хозяйственные нужды – цеха обжига, помола, сырья, шламбассейны молотого и готового шлама, компрессорную, мазутное хозяйство.

При этом используемая в оборотной системе водоснабжения вода периодически с учетом имеющихся потерь подпитывается за счет воды, поднятой через шахту, а также содержащейся в резервуаре нагретой воды.

Исходя из данных журнала ПОД-11 основная часть (примерно 60 %) поднятой из шахты воды непосредственно сбрасывается заявителем обратно в шахту, не направляясь на другие цели. Такой порядок работы дренажной системы представитель заявителя объясняет мощностью используемого насосного оборудования, которое работает круглосуточно и не может быть остановлено без ущерба для производственной деятельности.

Используя в качестве примера данные журнала ПОД-11 за январь 2009 г., можно проследить соотношение объемов поднятой и используемой заявителем подземной грунтовой воды. Так, из общего объема поднятой из шахты за этот период воды (563 086 куб.м.) было сброшено обратно в шахту 355 483 куб.м., сброшено в коллекторно-дренажную систему - 79 807 куб.м., подано на карьер ЗАО «Недра» - 32 300 куб.м. Разницу между этими показателями в объеме 95 496 куб.м. заявитель в январе 2009 г. впоследствии учел в составе налоговой базы за 1 квартал 2009 г. (налоговым периодом по водному налогу согласно ст. 333.11 НК РФ является квартал).

Согласно Государственному стандарту ГОСТ 15151-82 (СТ СЭВ 2084-80) «Водоснабжение. Термины и определения» оборотной водой признается вода многократного использования в технологическом и вспомогательном процессах, а также для охлаждения продукции и оборудования и после очистки и охлаждения снова подаваемая для тех же целей. Подпиточной водой считается вода, добавляемая в систему оборотного водоснабжения для восполнения потерь, связанных с продувкой, утечкой, уносом и испарением воды, а также с переходом ее в продукцию и отходы.

Приводимую в подтверждение наличия у заявителя прямоточной системы водоснабжения ссылку Инспекции на результаты опроса мастера ТЭЦ заявителя ФИО3 судом отклоняется, поскольку изложенные в протоколе допроса сведения не являются основанием к отнесению системы водоснабжения к прямоточной. ФИО3 были объяснены сотрудникам налогового органа в обобщенном виде лишь этапы забора воды из шахты и ее последующего распределения, а также порядок расположения приборов учета воды, указанные сведения не являются достаточными для отнесения системы водоснабжения заявителя к прямоточной.

Суд исходит из того, что обстоятельства забора налогоплательщиком воды при оборотной и прямоточной системах водоснабжения не являются аналогичными.

Если в организации используется оборотная система водоснабжения, она вправе учитывать в качестве налогооблагаемой базы по водному налогу только объемы безвозвратно изъятой (исключенной, удаленной) воды, а не всего объема воды, забранной из водного объекта.

Вместе с тем суд приходит к выводу, что используемая заявителем система водоснабжения фактически является смешанной и содержит в себе как элементы прямоточной, так и элементы оборотной систем.

Обозначенная в укрупненной балансовой схеме заявителя оборотная система водоснабжения не представляет собой замкнутый цикл, поскольку вода из обозначенной на схеме оборотной системы (В2) направляется не только на производственные нужды заявителя, но и передается в карьер ЗАО «Недра», а также через резервуар нагретой воды впоследствии сбрасывается в канализацию (коллектор ФГУ «Управление мелиорации земель и сельскохозяйственного водоснабжения по Карачаево-Черкесской Республике»), через который в последующем происходит сброс в р. Абазинка.

Следовательно, закачанный в оборотную систему объем воды (около 40 % от откачиваемого из шахты объема грунтовой воды) не представляет собой исключительно циркуляционную воду, используемую многократно, объем воды в этой системе регулярно уменьшается в результате передачи заявителем воды на карьер и сброса в коллектор и поэтому требует постоянного возмещения за счет нового подъема воды из шахты и подпитки из резервуара нагретой воды.

Суд считает, что с учетом специфики используемой схемы водоснабжения и водоотведения заявитель имел право исключать из расчета налогооблагаемой базы только объем воды, непосредственно сбрасываемой обратно в шахту (раздел журнала ПОД-11 «Сброс в шахту», заполняемый по показаниям водомера, обозначенного на балансовой схеме под № 3).

При таких обстоятельствах расчеты налоговой базы, произведенные как заявителем, так и Инспекцией, суд считает неверными и не соответствующими фактическим обстоятельствам водоснабжения предприятия.

В связи с неверным исчислением объемов забранной заявителем подземной воды Инспекция пришла к неправильному выводу о превышении заявителем годовых лимитов извлечения воды, установленных лицензией серия ЧЕР № 00286 ВЭ, в связи с чем необоснованно применила в отношении превышения лимита пятикратную ставку налога.

Вместе с тем суд считает, что указанные обстоятельства не имеют решающего значения для рассмотрения данного спора, поскольку, исходя из специфики используемой заявителем дренажной системы, объекта налогообложения водным налогом за подвергнутый налоговой проверке период у заявителя не имелось.

Такой довод приведен заявителем в заявлении и повторных письменных пояснениях по делу (исх. № 03-21/03721 от 30.11.2011 г.), суд считает его обоснованным по следующим причинам.

Как указывалось, в соответствии с п. 1 ст. 333.8 НК РФ налогоплательщиками водного налога признаются организации и физические лица, осуществляющие специальное и (или) особое водопользование в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно ст. 333.9 НК РФ объектом налогообложения водным налогом признается, в том числе, такой вид водопользования как забор воды из водных объектов. При этом данная норма касается забора воды как из поверхностных, так и из подземных источников.

С введением Федеральным законом № 83-ФЗ от 28.07.2004 г. в действие главы 25.2 «Водный налог» Налогового кодекса Российской Федерации законодатель, в том числе, включил в перечень видов водопользования, которые не признаются объектами налогообложения водным налогом, забор коллекторно-дренажных вод.

Подпункт 14 пункта 2 статьи 333.9 НК РФ исключает из объекта налогообложения водным налогом забор из подземных водных объектов шахтно-рудничных и коллекторно-дренажных вод.

Налоговый кодекс Российской Федерации не содержит определения понятий «водопользование», «водный объект», «коллекторно-дренажные воды» и т.д.

Согласно п.1 ст. 11 НК РФ институты, понятия и термины гражданского, семейного и других отраслей законодательства Российской Федерации, используемые в Налоговом кодексе Российской Федерации, применяются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства, если иное не предусмотрено Кодексом.

В соответствии со ст. 1 Водного кодекса Российской Федерации № 74-ФЗ от 03.06.2006 г. водные ресурсы - поверхностные и подземные воды, которые находятся в водных объектах и используются или могут быть использованы; водный объект - природный или искусственный водоем, водоток либо иной объект, постоянное или временное сосредоточение вод в котором имеет характерные формы и признаки водного режима.

Согласно ч.1 ст. 5 Водного кодекса Российской Федерации водные объекты в зависимости от особенностей их режима, физико-географических, морфометрических и других особенностей подразделяются на поверхностные и подземные водные объекты.

К поверхностным водным объектам относятся: моря или их отдельные части (проливы, заливы, в том числе бухты, лиманы и другие); водотоки (реки, ручьи, каналы); водоемы (озера, пруды, обводненные карьеры, водохранилища); болота; природные выходы подземных вод (родники, гейзеры); ледники, снежники (ч.2 ст. 5Водного кодекса Российской Федерации).

Поверхностными водными объектами заявитель не пользуется, ближайшие из них расположены соответственно в 2 км (Большой Ставропольский канал) и 5 км (р. Абазинка) от территории цементного завода.

К подземным водным объектам относятся: бассейны подземных вод; водоносные горизонты (ч.5 ст. 5Водного кодекса Российской Федерации).

Частью 6 статьи 5, частью 3 статьи 9 Водного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что границы подземных водных объектов определяются в соответствии с законодательством о недрах; физические лица, юридические лица приобретают право пользования подземными водными объектами по основаниям и в порядке, которые установлены законодательством о недрах.

Заявителю выдана лицензия на право пользования недрами серия ЧЕР № 00286 ВЭ на извлечение подземных вод в процессе эксплуатации цементного завода с целью понижения уровня грунтовых вод на территории промплощадки цементного завода, необходимого для эксплуатации технологического оборудования.

В соответствии с приложением № 2 к лицензии дренируемая площадка приурочена к IV-ой правобережной надпойменной террасе р. Кубань. Литологическая площадка сложена валунно-галечными отложениями изверженных пород с песчано-суглинистым заполнителем, подстилаемыми светло-серыми известняками. Мощность галечниковых отложений 8 – 9 м.

Откачиваемые заявителем грунтовые воды приурочены к аллювиальным галечниковым отложениям. Глубина залегания уровня грунтовых вод в естественном режиме 1,5 – 3,0 м. Основное питание водоносного горизонта происходит за счет фильтрации воды из Большого Ставропольского канала, проходящего в 2 км восточнее промплощадки цемзавода. В результате действия осушительной системы уровень грунтовых вод на промплощадке понизился до глубины 7 – 8 м., что является достаточным для нормального функционирования технологического оборудования в процессе эксплуатации завода. Дренажная система была введена в эксплуатацию в 1973 году.

На основании ст. 7 Закона Российской Федерации № 2395-1 от 21.02.1992 г. «О недрах» всоответствии с лицензией на пользование недрами для добычи полезных ископаемых, строительства и эксплуатации подземных сооружений, не связанных с добычей полезных ископаемых, образования особо охраняемых геологических объектов, а также в соответствии с соглашением о разделе продукции при разведке и добыче минерального сырья участок недр предоставляется пользователю в виде горного отвода - геометризованного блока недр.

Лицензия является документом, удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий.

Лицензия удостоверяет право проведения работ по геологическому изучению недр, разработки месторождений полезных ископаемых, использования отходов горнодобывающего и связанных с ним перерабатывающих производств, использования недр в целях, не связанных с добычей полезных ископаемых, образования особо охраняемых геологических объектов, сбора минералогических, палеонтологических и других геологических коллекционных материалов (ст. 11 Закона Российской Федерации №2395-1 от 21.02.1992 г.).

Таким образом, заявитель не осуществляет забора воды ни из надземных, ни из подземных водных объектов в смысле, придаваемом этим понятиям водным законодательством.

Вместе с тем одним из видов водопользования исходя изспособа использования водных объектов является, в том числе, водопользование без забора (изъятия) водных ресурсов из водных объектов (п.3 ч.3 ст. 38 Водного кодекса Российской Федерации).

Статьей 37 Водного кодекса Российской Федерации в качестве одной из целей водопользования названы, в том числе, сброс сточных вод и (или) дренажных вод.

Использование водных объектов для целей сброса сточных вод и (или) дренажных вод осуществляется с соблюдением требований, предусмотренных данным Кодексом и законодательством в области охраны окружающей среды (ч.1 ст. 44Водного кодекса Российской Федерации).

Согласно п.2 ч.2 ст. 11 Водного кодекса Российской Федерации предоставление водных объектов в пользование для целей сброса сточных вод и (или) дренажных вод осуществляется на основании решения о предоставлении водного объекта в пользование.

При этом статьей 1 Водного кодекса Российской Федерации дренажные воды определены как воды, отвод которых осуществляется дренажными сооружениями для сброса в водные объекты; сточные воды - воды, сброс которых в водные объекты осуществляется после их использования или сток которых осуществляется с загрязненной территории.

У заявителя отсутствует как лицензия на водопользование, так и разрешение на пользование водным объектом для целей сброса дренажных вод.

В материалах дела представлено решение АС КЧР от 08.12.2010 г. по делу № А25-1219/2010, оставленное без изменения постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2011 г., которым удовлетворены требования заявителя, признано незаконным постановление Управления Росприродназдзора по КЧР № 163 от 21.09.2010 г. о привлечении заявителя к административной ответственности по ст. 8.1 КоАП РФ за сброс в водный объект сточных и дренажных вод без соответствующего разрешения. Из указанных судебных актов следует, что заявителем предпринимались меры по получению у Кубанского водного бассейнового управления разрешения на сброс дренажных вод, а также к выяснению вопроса определения водного объекта, в отношении которого необходимо оформление соответствующего разрешения (река Абазинка или дренажный коллектор гидромелиоративной системы ФГУ «Управление мелиорации земель и сельскохозяйственного водоснабжения по Карачаево-Черкесской Республике»), но разрешение так и не было получено.

При разрешении дела № А25-1219/2010 суды пришли к выводу, что межхозяйственный коллектор ФГУ «Управление мелиорации земель и сельскохозяйственного водоснабжения по Карачаево-Черкесской Республике», куда заявителем сбрасываются сточные и дренажные воды, не является поверхностным водным объектом, а сброс загрязняющих веществ непосредственно в р. Абазинка заявителем не производится, в связи с чем разрешения на сброс загрязняющих веществ в водные объекты заявителю не требуется.

В отношении забора грунтовой воды, поднимаемой из дренажного штрека в процессе водопонижения, у заявителя применительно к нормам ст. 333.9 НК РФ и приведенным выше положениям Водного кодекса Российской Федерации объекта налогообложения водным налогом также не возникает.

Наличия лицензии на пользование каким - либо водным объектом (надземным либо подземным) либо соответствующего договора, заключаемого с органом управления водными ресурсами, заявителю в силу отсутствия используемых им водных объектов не требуется.

Лицензия на право пользования недрами, выданная заявителю Управлением по недропользованию по Карачаево-Черкесской Республике, целевым назначением имеет извлечение подземных вод при водопонижении в процессе эксплуатации цементного завода, что безусловно необходимо для работы предприятия и исключения затопления территории заявителя в силу его расположения на местности.

Таким образом, откачка воды из дренажного штрека изначально является вынужденной мерой для заявителя, дренажная система действует с 1973 года, без осуществления данной процедуры работа цементного завода не представляется возможной.

Лицензия серия ЧЕР № 00286 ВЭ изначально получена заявителем с целью документально оформить процесс водопонижения для эксплуатации цементного завода, а не с целью извлечения подземных грунтовых вод для их использования на производственные нужды.

То обстоятельство, что часть поднимаемой из шахты в процессе водопонижения грунтовой воды фактически используется заявителем в производственных целях, не изменяет целевого назначения и видов работ, указанных в лицензии на недропользование.

Для целей применения подпункта 14 пункта 2 статьи 333.9 НК РФ откачиваемая заявителем из шахты (дренажного штрека) вода не относится к числу шахтно-рудничных вод.

Письмом ФНС России № ГВ-6-21/607@ от 20.07.2005 г. со ссылкой на письма Федерального агентства по недропользованию № ПС-03-26/2833 от 26.05.2005 г. и Федерального агентства водных ресурсов № МС-02-31/1667 от 15.06.2005 г. по вопросу определения понятий шахтно-рудничных и коллекторно-дренажных подземных вод разъяснено, что согласно Геологическому словарю (издательство «Недра», Москва, 1978) шахтные воды - это подземная (иногда поверхностная) вода, проникающая в горные выработки (шахты, карьеры) угольных месторождений и оказывающая определенное влияние на условия вскрытия и эксплуатации месторождений полезных ископаемых. При разработке рудных месторождений подземные воды называют рудничными водами.

При этомсотрудникам налоговых органов разъяснено, что при принятии решения по конкретным налогоплательщикам и конкретным случаям осуществления забора шахтно-рудничных и коллекторно-дренажных подземных вод необходимо руководствоваться сведениями о категории (виде) забираемых вод, отраженными в соответствующей лицензии, выданной водопользователю, или условиях водопользования к ней. При необходимости, в частности в случае отсутствия в лицензии четких указаний на конкретную категорию (вид) забираемых подземных вод, следует запрашивать территориальные органы Росводресурсов и Роснедр о подтверждении (опровержении) выдачи соответствующему водопользователю лицензии именно в целях забора указанной категории (вида) подземных вод.

При вынесении оспариваемого решения № 24 от 30.06.2011 г. в части доначисления водного налога, соответствующих сумм пени и штрафа Инспекцией не были надлежаще оценены указанные в лицензии на недропользование серия ЧЕР № 00286 ВЭ целевое назначение и вид работ по извлечению заявителем подземных вод, при этом правом обращения за разъяснениями в территориальные органы Росводресурсов и (или) Роснедр налоговый орган в ходе выездной налоговой проверки не воспользовался.

Понятия «коллекторно-дренажные воды» законодательством Российской Федерации также не определено.

Между тем статьей 1 Водного кодекса Российской Федерации дренажные воды определены как воды, отвод которых осуществляется дренажными сооружениями для сброса в водные объекты

Политехническим словарем (редакция ФИО8, Москва, 1980) дано определение коллектора как собирателя, а ГОСТом 19185-73 - дренажа как устройства для сбора и отвода профильтровавшихся и подземных вод. В практике сооружениями для отвода дренажных вод являются коллектора, непосредственно отводящие профильтровавшиеся и подземные воды в водные объекты и собственно дрены, собирающие эти воды. Отсюда складывается понятие «коллекторно-дренажные воды».

Суд исходит из того, что фактически понятие «коллекторно-дренажные воды» является синонимом понятия «дренажные воды», использованного в статье 1 Водного кодекса Российской Федерации.

Письмом Минфина России № 03-07-03-04/28@ от 21.06.2006 г. разъяснено, что для целей применения п.п. 14 п. 2 ст. 333.9 НК РФ к указанной льготе не относится забор воды, добываемой налогоплательщиком из подземных водных объектов каптажно-дренажным способом (т.е. чистой подземной воды).

В рассматриваемом случае заявитель не добывает чистую подземную воду, не производит добычу и разработку на отведенном ему в качестве горного отвода участке полезных ископаемых. Откачиваемые им из дренажного штрека подземные грунтовые воды следует квалифицировать в качестве коллекторно-дренажных вод, в связи с чем объекта налогообложения водным налогом на основании п.п. 14 п. 2 ст. 333.9 НК РФ не возникает.

То обстоятельство, что налогоплательщик в подвергнутый выездной налоговой проверке период ошибочно исчислял к уплате в бюджет водный налог, не может являться основанием неприменения налоговым органом положений п.п. 14 п. 2 ст. 333.9 НК РФ.

При таких обстоятельства доначисление Инспекцией в ходе выездной налоговой проверки водного налога в сумме 21 747 248 руб., пени по водному налогу в сумме 5 515 929 руб., штрафа по водному налогу по п.1 ст. 122 НК РФ в размере 3 810 042 руб. противоречит налоговому законодательству и существенным образом нарушает права заявителя в сфере предпринимательской деятельности.

Оспариваемым решением № 24 от 30.06.2011 г.Инспекция также привлекла заявителя к налоговой ответственности по п.1 ст. 122 НК РФ в виде штрафа по п. 1 ст. 126 НК РФ в размере 505 800 руб. за непредставление в установленный срок документов в количестве 2 529 шт.

Пунктом 1 статьи 126 НК РФ предусмотрено, что непредставление в установленный срок налогоплательщиком (плательщиком сбора, налоговым агентом) в налоговые органы документов и (или) иных сведений, предусмотренных Кодексом и иными актами законодательства о налогах и сборах, влечет взыскание штрафа в размере 200 рублей за каждый непредставленный документ.

На основании п.п. 1 п.1 ст. 31 НК РФ налоговые органы вправе требовать от налогоплательщика или налогового агента документы по формам, установленным государственными органами и органами местного самоуправления, служащие основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, а также пояснения и документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 93 НК РФ, должностное лицо налогового органа, проводящее налоговую проверку, вправе истребовать у проверяемого налогоплательщика, плательщика сбора, налогового агента необходимые для проверки документы. Данному праву налогового органа корреспондирует обязанность налогоплательщика, установленная подпунктом 5 пункта 1 статьи 23 и абзацем 2 пункта 1 статьи 93 Кодекса, представлять налоговым органам и их должностным лицам документы для исчисления и уплаты налогов.

В силу пункта 3 статьи 93 НК РФ документы, которые истребованы в ходе налоговой проверки, представляются в течение 10 дней со дня вручения соответствующего требования. В случае, если проверяемое лицо не имеет возможности представить истребуемые документы в течение 10 дней, оно в течение дня, следующего за днем получения требования о представлении документов, письменно уведомляет проверяющих должностных лиц налогового органа о невозможности представления в указанные сроки документов с указанием причин, по которым истребуемые документы не могут быть представлены в установленные сроки, и о сроках, в течение которых проверяемое лицо может представить истребуемые документы. В течение двух дней со дня получения такого уведомления руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе на основании этого уведомления продлить сроки представления документов или отказать в продлении сроков, о чем выносится отдельное решение.

В пункте 4 статьи 93 НК РФ установлено, что отказ проверяемого лица от представления запрашиваемых при проведении налоговой проверки документов или непредставление их в установленные сроки признаются налоговым правонарушением и влекут ответственность, предусмотренную статьей 126 Кодекса.

В ходе выездной налоговой проверки Инспекцией были выставлены 4 требования о представлении документов.

В отзыве Инспекции и пояснениях ее представителей в судебном заседании указывается, что документы в количестве 2 529 шт., за несвоевременное представление которых заявитель был привлечен к ответственности по п.1 ст. 126 НК РФ, имеют отношение только к требованиям № 3 от 29.03.2011 г. и № 4 от 20.04.2011 г.

Согласно требованию № 3 от 29.03.2011 г. у заявителя были запрошены налоговые регистры по начислению амортизации на каждый объект амортизируемого имущества, согласно требованию № 4 от 20.04.2011 г. – инвентарные карточки учета основных средств (унифицированная форма № ОС-6) и акты о приеме-сдаче отремонтированных, реконструированных, модернизированных объектов основных средств (унифицированная форма № ОС-3).

По требованию № 3 от 29.03.2011 г. заявителем с сопроводительным письмом №13/КЗЦ-1368 /11 от 05.05.2011 г. в Инспекцию были представлены налоговые регистры амортизации основных средств на 1153 листах.

По требованию № 4 от 20.04.2011 г. заявителем с сопроводительным письмом №13/КЗЦ-1458 /11 от 13.05.2011 г. в Инспекцию были представлены оригиналы инвентарных карточек учета основных средств по форме № ОС-6 в количестве 2 505 штук.

Отклоняется судом ссылка заявителя на наличие в требованиях № 3 от 29.03.2011 г., № 4 от 20.04.2011 г. только родовых признаков истребуемых документов и отсутствие реквизитов, иных индивидуализирующих признаков, а также точного количества истребованных документов.

По смыслу приведенных выше норм налогового законодательства для применения ответственности по п.1 ст. 126 НК РФ необходимо, чтобы налогоплательщику было предельно ясно, о каких именно документах идет речь, запрашиваемые документы имелись у налогоплательщика в наличии и у него была реальная возможность их представить в указанный срок.

Согласно ст. 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» все проводимые организацией хозяйственные операции должны оформляться оправдательными документами, которые должны быть составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированной первичной учетной документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны содержать реквизиты, установленные в пункте 2 указанной статьи.

Унифицированная форма ОС-6 «Инвентарная карточка учета объекта основных средств» утверждена постановлением Госкомстата России № 20 от 21.01.2003 г.

На основании названного постановления и Методических рекомендаций по бухгалтерскому учету основных средств, утвержденных приказом Минфина России № 33н от 20.07.1998 г., инвентарные карточки учета объекта основных средств применяются для учета наличия объекта основных средств и движения его внутри организации, записи о приеме к учету основных средств производятся в них на основании актов о приеме-передаче объектов основных средств и сопроводительных документов. В этих карточках также отражаются перемещение объектов основных средств внутри организации, проведение реконструкции, модернизации, капитального ремонта основных средств, их выбытие и списание.

Инвентарные карточки учета объекта основных средств являются первичными документами, на основании которых обществом ведется учет основных средств, поэтому инспекция правомерно истребовала их для проведения камеральной проверки правомерности применения налоговых вычетов по приобретенным основным средствам.

Согласно п.п. 3 п.2 ст. 253 НК РФ суммы начисленной амортизации относятся к расходам, связанным с производством и (или) реализацией, уменьшающим налогооблагаемую прибыль.

В ст.ст. 256 – 259 НК РФ дано понятие амортизируемого имущества, определены порядок определения его стоимости, виды амортизационных групп, особенности включения амортизируемого имущества в состав амортизационных групп, а также установлены методы и порядок расчета сумм амортизации для целей исчисления налога на прибыль.

Из положений ст.ст. 256 – 259, 313 НК РФ следует, что амортизируемое имущество распределяется налогоплательщиком по амортизационным группам в соответствии со сроками его полезного использования, которые определяются налогоплательщиком самостоятельно на дату ввода в эксплуатацию объектов амортизируемого имущества в соответствии с положениями ст. 258 НК РФ и с учетом классификации основных средств, утверждаемой Правительством Российской Федерации. Кроме того, налогоплательщики самостоятельно начисляют амортизацию одним из методов (линейным, нелинейным) и для целей налогообложения ежемесячно определяют сумму амортизации, начисляемой отдельно по каждому объекту амортизируемого имущества.

Эти сведения должны найти свое отражение в документах налогового учета.

Согласно ст. 313 НК РФ под налоговым учетом понимается система обобщения информации для определения налоговой базы по налогу на основе данных первичных документов, сгруппированных в соответствии с порядком, предусмотренным настоящим Кодексом.

Налоговый учет осуществляется в целях формирования полной и достоверной информации о порядке учета для целей налогообложения хозяйственных операций, осуществленных налогоплательщиком в течение отчетного (налогового) периода, а также обеспечения информацией внутренних и внешних пользователей для контроля за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью исчисления и уплаты в бюджет налога.

Система налогового учета организуется налогоплательщиком самостоятельно, исходя из принципа последовательности применения норм и правил налогового учета, то есть применяется последовательно от одного налогового периода к другому.

Порядок ведения налогового учета устанавливается налогоплательщиком в учетной политике для целей налогообложения, утверждаемой соответствующим приказом (распоряжением) руководителя.

Согласно ст. 313 НК РФ налоговые и иные органы не вправе устанавливать для налогоплательщиков обязательные формы документов налогового учета.

Данные налогового учета должны отражать порядок формирования суммы доходов и расходов, порядок определения доли расходов, учитываемых для целей налогообложения в текущем налоговом (отчетном) периоде, сумму остатка расходов (убытков), подлежащую отнесению на расходы в следующих налоговых периодах, порядок формирования сумм создаваемых резервов, а также сумму задолженности по расчетам с бюджетом по налогу.

Подтверждением данных налогового учета являются:

1) первичные учетные документы (включая справку бухгалтера);

2) аналитические регистры налогового учета;

3) расчет налоговой базы.

Таким образом, из названных норм следует, что заявитель обязан вести карточки учета основных средств по форме № ОС-4 и регистры налогового учета амортизации основных средств.

Заявитель не оспаривает, что в 2008-2009 г.г. он вел карточки учета основных средств по форме № ОС-4 и регистры налогового учета амортизации основных средств, которые фактически он и представил по требованиям № 3 от 29.03.2011 г., № 4 от 20.04.2011 г. в налоговый орган.

Заявитель ведет регистры налогового учета амортизации основных средств помесячно, в связи с чем количество подлежащих представлению в налоговый орган регистров изначально должно было быть ему известно (24 регистра за 2008 – 2009 г.г.). Точное количество у заявителя объектов основных средств за спорный период, и, следовательно, и инвентарных карточек на эти объекты известны только самому налогоплательщику.

Суд учитывает, что при выставлении указанных требований Инспекция не имела возможности указать конкретные реквизиты карточек учета основных средств и регистров налогового учета амортизации основных средств с учетом указанной выше специфики истребованных документов, поскольку количество имеющихся у него карточек и регистров известно только самому налогоплательщику.

Суд считает, что из содержания выставленных Инспекцией требований № 3 от 29.03.2011 г., № 4 от 20.04.2011 г. предельно ясно, какие именно документы необходимо представить и заявитель действительно располагал таковыми.

В связи с этим Инспекция имела право ставить вопрос о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности по п.1 ст. 126 НК РФ за несвоевременное представление карточек учета основных средств по форме № ОС-4 и регистров налогового учета амортизации основных средств исходя из фактического количества несвоевременно представленных документов.

Вместе с тем суд приходит к выводу, что оспариваемое решение в части привлечения заявителя к налоговой ответственности по п.1 ст. 126 НК РФ не соответствует налоговому законодательству и нарушает права и законные интересы налогоплательщика по следующим причинам.

Указание на взыскание штрафа по п.1 ст. 126 НК РФ в размере 505 800 руб. за несвоевременное представление 2 529 документов содержится только в резолютивной части оспариваемого решения.

При этом в мотивировочной части решения № 24 от 30.06.2011 г. и в акте выездной налоговой проверки № 22 от 07.06.2011 г. вообще отсутствует какая – либо мотивировка установленных налоговым органом обстоятельств нарушения в части привлечения к ответственности по п.1 ст. 126 НК РФ, в числе приложений к акту налоговой проверки отсутствует расчет указанной в резолютивной части решения № 24 от 30.06.2011 г. суммы штрафа.

Заявитель ссылается на то, что в оспариваемом решении налогового органа не указаны фактические обстоятельства налогового спора и событие правонарушения в этой части, поэтому оно не отвечает требованиям п.8 ст. 101 НК РФ. Отсутствие указания на характер и обстоятельства вменяемых налогоплательщику нарушений, ссылок на документы и иные сведения, на которых основаны выводы налогового органа, лишило заявителя возможности дать надлежащую оценку акту проверки и решению Инспекции и защитить свои права и законные интересы.

Из разъяснения, данного в п. 30 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 5 от 28.02.2001 г. «О некоторых вопросах применения части первой Налогового кодекса Российской Федерации» следует, что в решении должен быть обозначен его предмет, то есть суть, признаки налогового правонарушения, вменяемого налогоплательщику, со ссылкой на соответствующие нормы, приведены ссылки на документы и иные сведения, подтверждающие обстоятельства совершения правонарушения.

В соответствии с п.1 ст. 100 НК РФ по результатам выездной налоговой проверки в течение двух месяцев со дня составления справки о проведенной выездной налоговой проверке уполномоченными должностными лицами налоговых органов должен быть составлен в установленной форме акт налоговой проверки.

Согласно п.3 ст. 100 НК РФ в акте налоговой проверки указываются, в том числе документально подтвержденные факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в ходе проверки, или запись об отсутствии таковых, перечень документов, представленных проверяемым лицом в ходе налоговой проверки.

Приказом Федеральной налоговой службы Российской Федерации № САЭ-3-06/892@ от 25.12.2006 г. «Об утверждении форм документов, применяемых при проведении и оформлении налоговых проверок; оснований и порядка продления срока проведения выездной налоговой проверки; порядка взаимодействия налоговых органов по выполнению поручений об истребовании документов; требований к составлению акта налоговой проверки» утверждены форма акта выездной (повторной выездной) налоговой проверки, требования к составлению акта налоговой проверки.

Из п. 1.1 Приложения № 6 «Требования к составлению акта налоговой проверки» к указанному приказу следует, что акт налоговой проверки должен содержать систематизированное изложение документально подтвержденных фактов нарушений законодательства о налогах и сборах и иных имеющих значение обстоятельств, выявленных в процессе проверки, или указание на отсутствие таковых, а также выводы и предложения проверяющих по устранению выявленных нарушений и ссылки на статьи Кодекса, предусматривающие ответственность за выявленные налоговые правонарушения.

Согласно п. 1.8.2 «Требований к составлению акта налоговой проверки» содержание описательной части акта выездной налоговой проверки должно соответствовать требованиям, в том числе объективности и обоснованности. Отражаемые в акте факты должны являться результатом тщательно проведенной проверки, исключать фактические неточности, обеспечивать полноту вывода о несоответствии законодательству о налогах и сборах совершенных проверяемым лицом деяний (действий или бездействия).

По каждому отраженному в акте факту нарушения законодательства о налогах и сборах должны быть четко изложены, в том числе, оценка количественного и суммового расхождения между заявленными в налоговых декларациях (расчетах) данными, связанными с исчислением и уплатой (удержанием, перечислением) налогов (сборов), и фактическими данными, установленными в ходе проверки. Соответствующие расчеты должны быть включены в акт выездной налоговой проверки или приведены в составе приложений к нему; ссылки на первичные бухгалтерские документы (с указанием в случае необходимости бухгалтерских проводок по счетам и порядка отражения соответствующих операций в регистрах бухгалтерского, налогового учета) и иные доказательства, подтверждающие наличие факта нарушения.

Согласно п.8 ст. 101 НК РФ в решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, вынесенном по результатам рассмотрения материалов налоговой проверки, излагаются обстоятельства совершенного привлекаемым к ответственности лицом налогового правонарушения так, как они установлены проведенной проверкой, со ссылкой на документы и иные сведения, подтверждающие указанные обстоятельства, доводы, приводимые лицом, в отношении которого проводилась проверка, в свою защиту, и результаты проверки этих доводов, решение о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности за конкретные налоговые правонарушения с указанием статей настоящего Кодекса, предусматривающих данные правонарушения, и применяемые меры ответственности. В решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения указываются размер выявленной недоимки и соответствующих пеней, а также подлежащий уплате штраф.

Из п. 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 71 от 17.03.2003 г. следует, что несоблюдение налоговым органом требований НК РФ в части отражения в решении о привлечении к ответственности обстоятельств совершения вменяемого правонарушения и доказательств, подтверждающих эти обстоятельства, является основанием для признания такого решения недействительным.

Несоблюдение налоговым органом требований п.8 ст. 101 НК РФ в части отражения в решении о привлечении к налоговой ответственности обстоятельств совершения вменяемого налогового правонарушения и доказательств, подтверждающих эти обстоятельства, лишает налогоплательщика права знать, что ему вменяется в вину, и, следовательно, осуществлять надлежащую защиту своих прав в связи с привлечением к налоговой ответственности.

Согласно п.14 ст. 101 НК РФ несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных Кодексом, может являться основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом. Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. К таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения. Основаниями для отмены указанного решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

Согласно ч.1 ст. 65 и ч.5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, а также законности принятия оспариваемого решения и обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган или лицо, которые приняли акт.

Фактически обстоятельства правонарушения по п.1 ст. 126 НК РФ Инспекция пытается подтвердить только объяснениями своих представителей, не подтвержденными содержанием оспариваемого решения и акта проверки. Такие объяснения суд рассматривает как не соответствующие принципу допустимости доказательств(ст. 68 АПК РФ), согласно которому обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

При вынесении решения суд также учитывает, что налоговым органом доказательно не подтвержден факт представления заявителем по требованию № 3 от 29.03.2011 г. налоговых регистров амортизации основных средств по истечении сроков, установленных данным требованием.

Согласно п.1 ст. 93 НК РФ требование о представлении документов может быть передано руководителю (законному или уполномоченному представителю) организации или физическому лицу (его законному или уполномоченному представителю) лично под расписку или передано в электронном виде по телекоммуникационным каналам связи. Если указанными способами требование о представлении документов передать невозможно, оно направляется по почте заказным письмом и считается полученным по истечении шести дней с даты направления заказного письма.

Требование № 3 от 29.03.2011 г. вручалось сотрудниками Инспекции нарочным главному бухгалтеру заявителя ФИО4, на второй странице требования имеется роспись указанного лица в получении данного документа с проставлением даты получения – 30.06.2011 г.

Стороны не оспаривают, что дата получения требования ФИО4 проставлена на данном документе ошибочно, поскольку требование № 3 от 29.03.2011 г. объективно не могло быть выставлено налогоплательщику после фактического представления им истребованных документов, из материалов дела видно, что налоговые регистры по требованию № 3 от 29.03.2011 г. представлены заявителем в налоговый орган с сопроводительным письмом №13/КЗЦ-1368/11 от 05.05.2011 г.

Вместе с тем указать конкретную дату получения требования № 3 от 29.03.2011 г. заявитель не может, вызванная в судебное заседание 24.11.2011 г. для опроса в качестве свидетеля главный бухгалтер заявителя ФИО4 в суд не явилась по причине нахождения в отпуске по беременности и родам.

Довод Инспекции о том, что требование № 3 от 29.03.2011 г. было вручено ФИО4, скорее всего, вместе с требованием № 2 от 29.03.2011 г., на котором проставлена иная дата вручения – 30.03.2011 г., носит характер предположения и не может служить достоверным и допустимым доказательством по делу.

Таким образом, предусмотренная ч.1 ст. 65 и ч.5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания даты вручения заявителю требования № 3 от 29.03.2011 г. Инспекцией в ходе рассмотрения данного дела не соблюдена.

Учитывая изложенные обстоятельства и несоблюдение Инспекцией требований ст.ст. 100, 101 НК РФ, приказа ФНС России № САЭ-3-06/892@ от 25.12.2006 г., а также руководствуясь п.14 ст. 101 НК РФ, суд приходит к выводу о том, что несоблюдение должностными лицами Инспекции требований ст. 101 НК РФ в данном случае является основанием для отмены оспариваемого решения в части привлечения заявителя к налоговой ответственности по п.1 ст. 126 Кодекса.

В соответствии с ч.2 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Судом установлено, что решение Инспекции № 24 от 30.06.2011 г.не соответствует налоговому законодательству и нарушает права заявителя в сфере предпринимательской деятельности в части доначисления 21 747 248 руб. водного налога, 5 515 929 руб. пени по водному налогу, привлечения заявителя к налоговой ответственности по п.1 ст. 122 НК РФ в виде штрафа по водному налогу в размере 3 810 042 руб., по п. 1 ст. 126 НК РФ в виде штрафа в размере 505 800 руб.

С учетом изложенного решение Инспекции № 24 от 30.06.2011 г. в указанной части подлежит признанию недействительным.

В остальной части в удовлетворении требований заявителя следует отказать.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Согласно п.п. 1.1 п. 1 ст. 333.37 НК РФ от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, освобождаются государственные органы, органы местного самоуправления, выступающие по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, в качестве истцов или ответчиков.

Освобождение государственных органов от уплаты государственной пошлины в соответствии с п.п. 1.1 п. 1 ст. 333.37 НК РФ не освобождает их от обязанности по возмещению заявителю, в пользу которого принят судебный акт, судебных расходов на основании ч. 1 ст. 110 АПК РФ. После принятия по делу окончательного судебного акта правоотношения между плательщиком и государством по поводу уплаты государственной пошлины прекращаются, возникают отношения по возмещению судебных расходов между сторонами состоявшегося судебного спора.

Поскольку главой 24 АПК РФ не установлено каких-либо особенностей в отношении судебных расходов по делам об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, вопрос о судебных расходах, понесенных заявителями и заинтересованными лицами, разрешается судом по правилам главы 9 АПК РФ в отношении сторон по делам искового производства.

Однако исходя из неимущественного характера требований, к данной категории дел не могут применяться положения пункта 1 статьи 110 АПК РФ, регламентирующие распределение судебных расходов при частичном удовлетворении заявленных требований. В случае признания обоснованным полностью или частично заявления об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц судебные расходы подлежат возмещению соответственно этим органом в полном размере.

С Инспекции в пользу заявителя следует взыскать расходы по уплате 4 000 руб. государственной пошлины, внесенной заявителем в бюджет по платежным поручениям №№ 2462, 2463 от 11.10.2011 г. при подаче в суд иска и заявления о его обеспечении.

С учетом частичного отказа в удовлетворении требований заявителя введенная определением от 18.10.2011 г. обеспечительная мера в виде приостановления в оспариваемой части решения Инспекции № 24 от 30.06.2011 г. на основании ч.5 ст. 196 АПК РФ сохраняет свое действие до вступления в законную силу настоящего судебного акта.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 29, 167-170, 201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

1. Требования ЗАО «Кавказцемент» удовлетворить в части.

Признать недействительным как несоответствующее Налоговому Кодексу Российской Федерации решение Межрайонной ИФНС России № 1 по Карачаево-Черкесской Республике № 24 от 30.06.2011 г. в части доначисления водного налога в сумме 21 747 248 (двадцать один миллион семьсот сорок семь тысяч двести сорок восемь) рублей, пени по водному налогу в сумме 5 515 929 (пять миллионов пятьсот пятнадцать тысяч девятьсот двадцать девять) рублей, привлечения ЗАО «Кавказцемент» к налоговой ответственности по п.1 ст. 122 НК РФ в виде штрафа по водному налогу в размере 3 810 042 (три миллиона восемьсот десять тысяч сорок два) рубля, по п. 1 ст. 126 НК РФ в виде штрафа в размере 505 800 (пятьсот пять восемьсот) рублей.

2. В остальной части в удовлетворении требований ЗАО «Кавказцемент» отказать.

3. Взыскать с Межрайонной ИФНС России № 1 по Карачаево-Черкесской Республике в пользу ЗАО «Кавказцемент» расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 000 (четыре тысячи) рублей.

Решение вступает в законную силу по истечении месяца со дня его изготовления в полном объеме и может быть обжаловано в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья Д.Г. Шишканов