ул. Красноармейская, 24 а, г. Петрозаводск, 185910, тел./факс: (814-2) 790-590 / 790-625, E-mail: info@karelia.arbitr.ru

официальный сайт в сети Интернет: http://karelia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Резолютивная часть решения объявлена 14 февраля 2017 года.

Полный текст решения изготовлен февраля 2017 года .

Арбитражный суд Республики Карелия в составе судьи Свидской А.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Дрокиной М.В., рассмотрев в судебном заседании 14 февраля 2017 года заявление общества с ограниченной ответственностью «Лесопильно-деревообрабатывающий комбинат «Сегежский» к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Республике Карелия о признании недействительным решения № 11900 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 21.09.2016 ,

при участии в судебном заседании:

представителя общества с ограниченной ответственностью «Лесопильно-деревообрабатывающий комбинат «Сегежский» ФИО1, полномочия подтверждены доверенностью от 18.11.2016 № СЛДК/0032 (т.3, л.д.147), ФИО2, полномочия подтверждены доверенностью от 30.12.2016 № СЛДК/0045 (т.4, л.д.65);

представителей Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Республике Карелия ФИО3, полномочия подтверждены доверенностью от 09.12.2016 № 05-03/13591 (т.3, л.д.148), ФИО4, полномочия подтверждены доверенностью от 19.05.2016 № 05-03/05040 (т.3, л.д.151), ФИО5, полномочия подтверждены доверенностью от 16.01.2017 № 05-03/00309 (т.4, л.д.66),

установил:

11 ноября 2016 года общество с ограниченной ответственностью Лесопильно-деревообрабатывающий комбинат «Сегежский», место нахождения: 186421, Республика Карелия, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – заявитель, ООО «ЛДК «Сегежский», общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Республике Карелия, место нахождения: 186420, Республика Карелия, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – ответчик, инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения № 11900 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 21.09.2016. Оспариваемым решением обществу доначислен налог на прибыль организаций за 2015 год в сумме 5 093 402 руб., начислены пени за его несвоевременную уплату по состоянию на 21 сентября 2016 года – 322 072,79 руб. и взысканы штрафные санкции по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) – 1 018 680 руб..

Заявленное требование обосновано статьями 272 и 283 НК РФ, статьями 1 и 431 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также материалами камеральной налоговой проверки.

Заявитель не согласился с выводом инспекции о том, что общество получило необоснованную налоговую выгоду в результате отражения в составе своих расходов суммы бонуса в размере 45 000 000 руб., начисленного в пользу поставщика – общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ЛП Менеджмент» за достижение договорного объема поставок лесопродукции; заявитель отклонил доводы ответчика о несогласовании сторонами договора от 15.02.2015 № ЛО-15/42/04 (далее – договор) нижней границы бонусного объема и отсутствии у поставщика мотивации к достижению объемов поставок, позволяющих получение бонуса, поскольку они основаны на собственном понимании инспекцией хозяйственных связей, возникших между обществом и поставщиком, противоречащем действительной общей воле сторон, выраженной в договоре, дополнительном соглашении к нему и переписке сторон (письма от 05.09.2016 № 2068 и от 06.09.2016 № 1435); пояснил, что действительная общая воля сторон была направлена на возможную выплату бонуса только в случае превышения минимального объема поставок товара, предусмотренного графиком поставок товара от 15.02.2015 (приложение № 1 к договору); мотивация поставщика на продажу обществу большего объема лесопродукции направлена на сохранение устойчивого экономического положения общества в условиях растущей конкуренции и дефицита сырья, позволяла обществу наращивать объемы производства и поддерживать рентабельность своей деятельности.

Заявитель полагал несостоятельным утверждение инспекции о том, что отражение поставщиком суммы бонуса в составе своих доходов не повлияло на размер налоговой базы при исчислении им налога на прибыль, поскольку поставщик включил в состав своих доходов сумму начисленного бонуса в размере 45 000 000 руб., уменьшив на эту сумму убыток, сформированный по итогам 2015 года, что привело к увеличению налоговой базы на сумму бонуса в последующем налоговом периоде при переносе суммы убытка (по итогам 9 месяцев 2016 года поставщик исчислил к уплате в бюджет сумму налога на прибыль на 9 000 000 руб. больше суммы, исчисленной без отражения бонуса в доходах 2015 года). По мнению общества, фактическое неперечисление поставщику суммы бонуса не имело значения для целей исчисления налога на прибыль и не свидетельствовало о нарушении заявителем налогового законодательства; инспекция не доказала, что в силу отношений взаимозависимости общество и его поставщик совершили фиктивную хозяйственную операцию, которая не имела реального экономического содержания и не преследовала достижение конкретных деловых целей общества.

Определением суда от 17 ноября 2016 года в порядке обеспечения заявления действие оспариваемого решения инспекции приостановлено до рассмотрения дела по существу (т.1, л.д.1-7).

Определением суда от 17 ноября 2016 года ходатайство инспекции о встречном обеспечении удовлетворено, заявитель обязан судом в срок до 06 декабря 2016 года предоставить встречное обеспечение путем внесения на депозитный счет Арбитражного суда Республики Карелия денежных средств в размере 3 500 000 руб., либо путем предоставления банковской гарантии, поручительства или иного финансового обеспечения на ту же сумму (т.3, л.д.1-4).

02 декабря 2016 года ООО «ЛДК «Сегежский» через Интернет-форму представило в суд с сопроводительным письмом от 02.12.2016 платежное поручение от 01.12.2016 № 4418 о внесении на депозитный счет Арбитражного суда Республики Карелия денежных средств в размере 3 500 000 руб. в качестве встречного обеспечения по настоящему делу (т.3, л.д.27-28).

В отзыве от 07.12.2016 № 05-03/13413 (т.3, л.д.31-34) инспекция просила отказать в удовлетворении заявления общества, указав следующее: изначальный объем поставок договором определен не был, нижняя граница объема лесопродукции в графике поставки товара не установлена, фактическая поставка товара принята сторонами за бонусный объем, условия выплаты бонуса не изменяли ни объема, ни стоимости поставки, в связи с чем соглашение о выплате бонуса не стимулировало поставщика к продаже большего объема лесопродукции; затраты по начислению бонуса (премии) за поставку товара на условиях, определенных дополнительным соглашением от 01.03.2015 № 1/1 к договору, не могли быть признаны отвечающими критерию экономической оправданности, поскольку направлены на увеличение расходов по налогу на прибыль в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Инспекция пояснила, что ООО «ЛП Менеджмент» в декларации по налогу на прибыль за 2015 год отразило убыток в размере 177 144 749 руб., поэтому отражение в составе внереализационного дохода суммы начисленного бонуса в размере 45 000 000 руб. не повлияло на налоговую базу для исчисления налога на прибыль за 2015 год; в то же время отражение данной операции в составе внереализационных расходов у заявителя значительно повлияло на размер налоговой базы для исчисления налога на прибыль за 2015 год (налоговая база по декларации общества отсутствовала, а по результатам проверки – составила 26 196 071 руб.); отметила, что приведенные показатели финансовых результатов деятельности ООО «Управляющая компания «Сегежа групп» (ранее – ООО «ЛП Менеджмент», далее – ООО «УК «Сегежа групп») за 9 месяцев 2016 года не имели отношения к проверяемому периоду. По мнению налогового органа, выплата бонуса в размере 45 000 000 руб. не была экономически обоснована для общества, поскольку его сумма в настоящее время числится в составе общей задолженности перед поставщиком, дополнительно увеличивая размер кредиторской задолженности перед ним; бонус (премия), не полученный до настоящего времени поставщиком, не являлся фактором, стимулирующим его деятельность, что косвенно доказывало направленность действий общества, не понесшего фактические расходы по выплате бонуса, на увеличение расходов по налогу на прибыль.

Ответчик сослался на взаимозависимость заявителя и его поставщика, имевших одного учредителя – ООО «Группа компаний «Сегежа» с долей участия 100 % в каждой организации, что в совокупности с другими установленными обстоятельствами позволило инспекции сделать вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды; инспекция посчитала, что целью отражения операции по выплате бонуса поставщику фактически являлось перераспределение размера налоговой нагрузки между участниками сделки.

В дополнительных объяснениях от 09.12.2016 (т.3, л.д.76-82) заявитель в подтверждение своего довода об обоснованности и экономической целесообразности произведенных расходов по выплате бонуса поставщику привел данные официальной статистики по лесной отрасли в Республике Карелия за 2011-2014 годы, размещенной в сети Интернет по адресу: http://www.rosleshoz.gov.ru/, и сообщил следующее: деятельность ООО «ЛДК «Сегежский» существенным образом зависит от объема поставленной лесопродукции; стремясь сохранить и увеличить объемы производства, общество было заинтересовано в применении материальных рычагов стимулирования своих ключевых поставщиков, в том числе взаимозависимых с обществом; затраты общества на стимулирование поставщика (ООО «ЛП Менеджмент»)для выполнения предусмотренного договором объема поставок были направлены на предотвращение риска сокращения объемов производства; общество понесло затраты по заключенному дополнительному соглашению для осуществления деятельности, направленной на получение дохода от продажи готовой продукции; результатом заключения дополнительного соглашения явилось избежание потери доходов, которая могла бы наступить в случае недопоставки древесного сырья; заключение обществом дополнительного соглашения о выплате бонуса за соблюдение объемов поставки и его возможное наращивание было направлено на достижение конкретной деловой цели, а затраты на выплату такого бонуса являлись экономически оправданными и соответствовали требованиям пункта 1 статьи 252 НК РФ.

Определением суда от 14 декабря 2016 года суд завершил подготовку дела к судебному разбирательству, открыл судебное заседание и отложил рассмотрение дела для представления сторонами письменных возражений относительно заявленных доводов и дополнительных документов в подтверждение своих правовых позиций (т.3, л.д.156-160).

Налоговый орган также представил в суд дополнительные пояснения от 11.01.2017 № 05-03/00156 (т.4, л.д.4-5), в которых поддержал позицию, изложенную в отзыве на заявление, а также полагал расчет заявителя по определению «точки безубыточности» некорректным, не имевшим экономического содержания, поскольку он был произведен не от показателей «объем продаж» и «выручка от реализации», а от показателя «объем закупленного древесного сырья», не содержал ссылки на источник примененной формулы; указал, что отражение поставщиком бонуса в составе своих доходов не повлияло на размер налоговой базы при исчислении налога на прибыль за 2015 год в связи с получением ООО «ЛП Менеджмент» за этот налоговый период убытка; наличие взаимозависимости между контрагентами обусловило возможность прогнозирования финансового результата их деятельности; отметил, что заявитель не представил доказательств, опровергающих доводы инспекции о несогласовании сторонами договора нижней границы бонусного объема и отсутствие у поставщика мотивации к его достижению. К пояснениям ответчик приложил документы, обозначенные судом в судебном заседании 14 декабря 2016 года (т.4, л.д.6-51).

В судебном заседании 17 января 2017 года представители заявителя в обоснование своих доводов об экономическом содержании расчета «точки безубыточности» общества представили дополнительные объяснения от 17.01.2017 (т.4, л.д.52-59), в которых указано на возможность измерения объема производства и реализации продукции в различных величинах: в кубических метрах готовой продукции, в кубических метрах основного сырья и в рублях. Заявитель привел формулы, из которых следовала прямая пропорциональность (взаимно однозначная линейная связь) между затратами сырья, выраженными в натуральных величинах, и выручкой от продаж в денежном измерении, а также между выручкой и расходом сырья; указанные величины могли быть сопоставлены посредством коэффициента пересчета. Кроме того, заявитель представил расчет «точки безубыточности», произведенный в стоимостном выражении, исходя из показателя «выручка от продаж»; согласно этому расчету после применения коэффициента пересчета, был получен тот же самый объем «точки безубыточности» – 179 715 куб. м; заявитель отметил, что ответчиком не был приведен контррасчет указанного показателя.

Протокольным определением от 17 января 2017 года по ходатайству представителя заявителя судебное разбирательство было отложено на 14 февраля 2017 года с извещением лиц, участвующих в деле под подпись в протоколе судебного заседания (т.4, л.д.67-70).

К пояснениям ООО «ЛДК «Сегежский» приложил подтверждающие свою правовую позицию документы, в том числе приложение № 5 к договору от 15.02.2015 № ЛО-15/42/04; анализ допущения стационарности в модели безубыточности; анализ зависимости прибыли от продаж от объемов закупки древесного сырья с учетом его остатков на начало и конец года; товарную накладную от 17.05.2015 № ПЛ41В-00099 с соответствующими ей счетом-фактурой, актами экспертизы и транспортными накладными; исследование влияния на анализ нескольких видов приобретаемого сырья при постоянной структуре поставки.

В судебном заседании 14 февраля 2017 года суд приобщил к материалам дела представленные сторонами документы, возвратив ответчику договор от 29.12.2012 № 120/ЛПМ, который уже имелся в томе № 1 на листах дела №№ 22-27.

Представители заявителя поддержали требование по доводам, изложенным в заявлении от 10.11.2016 № 2437 и дополнительных объяснениях от 09.12.2016, 12.01.2017, 17.01.2017 и 06.02.2017, а представители ответчика просили отказать в удовлетворении требования общества на основании своей позиции, указанной в отзыве на заявление от 07.12.2016 № 05-03/13413, а также дополнительных пояснениях от 11.01.2017 № 05-03/00156 и от 07.02.2017 № 05-03/01317.

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

ООО «ЛДК «Сегежский» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц за основным государственным регистрационным номером <***> (т.2, л.д.109).

Как следовало из материалов дела, инспекцией в соответствии со статьей 88 НК РФ в период с 22 апреля по 22 июля 2016 года проведена камеральная налоговая проверка уточненной (№ 1) налоговой декларации по налогу на прибыль организаций за 2015 год, представленной налогоплательщиком по телекоммуникационным каналам связи 22 апреля 2016 года и зарегистрированной за номером 10076838 (т.2, л.д.13-23).

Нарушения, установленные в ходе проведения камеральной налоговой проверки, зафиксированы в акте налоговой проверки от 05.08.2016 № 13070 (т.2, л.д.25-33). Акт вручен представителю общества 09 августа 2016 года (т.2, л.д.33).

09 сентября 2016 года ООО «ЛДК «Сегежский» представило в инспекцию в порядке пункта 6 статьи 100 НК РФ возражения на акт налоговой проверки от 09.09.2016 № 2100 (т.2, л.д.34-37).

По результатам рассмотрения акта налоговой проверки, возражений на него и всех представленных документов заместителем руководителя налогового органа в соответствии с пунктом 7 статьи 101 НК РФ принято решение № 11900 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 21.09.2016 (т.2, л.д.38-49). Решение вручено представителю общества 27 сентября 2016 года (т.2, л.д.49).

Заявителем соблюден апелляционный порядок обжалования решения налогового органа, предусмотренный статьей 138 НК РФ (т.2, л.д.50-57). Решением Управления Федеральной налоговой службы России по Республике Карелия (далее – Управление) от 07.11.2016 № 13-11/12901 апелляционная жалоба общества оставлена без удовлетворения, а решение инспекции от 21.09.2016 № 11900 вступило в силу со дня принятия решения Управления (т.2, л.д.58-62).

ООО «ЛДК «Сегежский», не согласившись с вынесенным инспекцией решением, обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением в срок, установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ, – 11 ноября 2016 года (т.1, л.д.11).

В силу части 1 статьи 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности. При этом ненормативные правовые акты могут быть признаны недействительными, а решения и действия (бездействие) незаконными только при наличии одновременно двух условий, а именно, несоответствия закону или иному нормативному правовому акту и нарушения прав и законных интересов граждан и юридических лиц.

В соответствии с частью 4 статьи 200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Оценив доводы сторон по существу спора, суд пришел к следующим выводам.

В силу статьи 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

Глава 25 НК РФ регулирует налогообложение прибыли организаций и устанавливает в этих целях определенную соотносимость доходов и расходов, а также связь последних именно с деятельностью организации по извлечению прибыли. Этот же критерий прямо обозначен в абзаце четвертом пункта 1 статьи 252 НК РФ как основное условие признания затрат обоснованными или экономически оправданными: расходами признаются любые затраты, если они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Группировка расходов определена статьей 252 НК РФ и включает в себя расходы, связанные с производством и реализацией (по пункту 2 статьи 253 НК РФ – это материальные расходы; расходы на оплату труда; суммы начисленной амортизации; прочие расходы), а также внереализационные расходы (по статье 265 НК РФ перечень внереализационных расходов и приравниваемых к таким расходам убытков налогоплательщика, непосредственно не связанных с производством и реализацией, не является исчерпывающим).

По пункту 1 статьи 265 НК РФ в состав внереализационных расходов, не связанных с производством и реализацией, включаются обоснованные затраты на осуществление деятельности, непосредственно не связанной с производством и (или) реализацией. К таким расходам относятся затраты в виде премии (скидки), выплаченной (предоставленной) продавцом покупателю вследствие выполнения определенных условий договора, в частности объема покупок (подпункта 19.1); другие обоснованные расходы (подпункт 20).

Из смысла и содержания указанных норм права следует, что налогоплательщик вправе включить в состав расходов, уменьшающих налогооблагаемую базу при исчислении налога на прибыль, расходы и убытки только при условии соответствия их критериям, установленным статьей 252 НК РФ.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 настоящего Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных статьей 265 настоящего Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).

В силу пункта 49 статьи 270 НК РФ иные расходы, не соответствующие критериям, указанным в пункте 1 статьи 252 НК РФ, не учитываются при определении налоговой базы.

Согласно пункту 1 статьи 52 НК РФ налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 54 НК определено, что налогоплательщики-организации исчисляют налоговую базу по итогам каждого налогового периода на основе данных регистров бухгалтерского учета и (или) на основе иных документально подтвержденных данных об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением.

Статьей 274 НК РФ установлено, что налоговой базой для целей настоящей главы признается денежное выражение прибыли, определяемой в соответствии со статьей 247 настоящего Кодекса, подлежащей налогообложению (пункт 1); в случае, если в отчетном (налоговом) периоде налогоплательщиком получен убыток – отрицательная разница между доходами, определяемыми в соответствии с настоящей главой, и расходами, учитываемыми в целях налогообложения в порядке, предусмотренном настоящей главой, в данном отчетном (налоговом) периоде налоговая база признается равной нулю; убытки, полученные налогоплательщиком в отчетном (налоговом) периоде, принимаются в целях налогообложения в порядке и на условиях, установленных статьей 283 настоящего Кодекса (пункт 8).

В силу пункта 2 статьи 286 НК РФ, если иное не установлено пунктами 4, 5 и 7 настоящей статьи, сумма налога на прибыль по итогам налогового периода определяется налогоплательщиком самостоятельно.

Как отмечено в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда России от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – постановление Пленума ВАС РФ № 53) под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат или возмещение налога из бюджета.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики.

В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, – достоверны.

Между тем, налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, однако совокупность обстоятельств, указанных в пунктах 5 и 6 постановления Пленума ВАС РФ № 53, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Как следовало из материалов дела, основным видом деятельности ООО «ЛДК «Сегежский» являлись производство пиломатериалов, кроме профилированных, толщиной более 6 мм и производство непропитанных железнодорожных и трамвайных шпал из древесины, дополнительными – торговля оптовая пиломатериалами, древесным сырьем, необработанными лесоматериалами и другие виды деятельности (т.2, л.д.112). Для производства пиломатериалов общество использовало лесоматериалы хвойных пород (в частности, бревна еловые для распиловки и строгания 1-3 сорта, бревна сосновые для распиловки и строгания 1-3 сорт, дрова и балансы из прочих пород и смеси пород деревьев), которые приобретало по договорам поставки от сторонних контрагентов.

В соответствии со статьей 246 НК РФ по основному виду своей деятельности общество признавалось плательщиком налога на прибыль.

28 марта 2016 года ООО «ЛДК «Сегежский» представило первичную декларацию по налогу на прибыль за 2015 год (рег. № 10043869) (т.2, л.д.1-12), а 22 апреля 2016 года – уточненную № 1 декларацию по налогу на прибыль за 2015 год (рег. № 10076838) (т.2, л.д.13-24). В соответствии с пунктом 9.1 ст. 88 НК РФ камеральная проверка первичной декларации была прекращена, и проведена камеральная проверка уточненной (№ 1) декларации.

При проведении камеральной проверки уточненной № 1 декларации по налогу на прибыль за 2015 год инспекция использовала материалы, полученные в рамках камеральной проверки декларации общества по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2015 года.

Инспекцией было установлено, что налогоплательщиком одновременно с налоговой декларацией по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2015 года в соответствии со статьей 165 НК РФ представлен пакет документов для подтверждения обоснованности применения налоговой ставки 0 процентов и налоговых вычетов при реализации товаров, предусмотренных подпунктом 1 пункта 1 статьи 164 НК РФ, в составе которого был приложен расчет распределения суммы налога, относящейся к товарам (работам, услугам), имущественным правам, приобретенным для производства и (или) реализации товаров (работ, услуг), операции по реализации которых облагаются по налоговой ставке 0 процентов, а также для реализации на внутреннем рынке. В расчет распределения налога на добавленную стоимость включен выставленный ООО «ЛП Менеджмент» (ИНН <***>) счет-фактура от 31.12.2015 № ПЛ41В-000300 на сумму бонуса (премии) 53 100 000 руб., в том числе налог на добавленную стоимость – 8 100 000 руб. (т.3, л.д.135).

В ответ на требования налогового органа от 10.03.2016 № 4797 и от 13.04.2016 № 5628 (т.3, л.д.36-37) о представлении пояснений по факту правомерности, целесообразности и необходимости включения в налоговые вычеты указанного счета-фактуры общество представило следующие подтверждающие документы: договор № ЛО-15/42/04 от 15.02.2015 (т.2, л.д.63-67), дополнительное соглашение № 1/1 к договору № ЛО-15/42/04 от 15.02.2015 о выплате бонуса (премии) от 01.03.2015 (т.2, л.д.94), дополнительное соглашение № 1/2 к договору № ЛО-15/42/04 от 15.02.2015 о выполнении условий дополнительного соглашения о достижении бонусных объемов отгрузок от 31.12.2015 (т.2, л.д.95), счет-фактуру от 31.12.2015 № ПЛ41В-000300 (т.3, л.д.135), акт от 31.12.2015 № ПЛ41В-00300 (т.3, л.д.136), бухгалтерскую справку о начислении бонуса от 31.12.2015 (т.4, л.д.49), приложения к договору № ЛО-15/42/04 от 15.02.2015 (т.2, л.д.69-93), карточку счета 60.01 с информацией, подтверждающей объемы поступившей лесопродукции в разрезе ассортиментного перечня, объемов поставки и суммы поставки за период с марта по декабрь 2015 года (т.4, л.д.6 – CD-диск).

В ответ на требования налогового органа от 26.04.2016 № 5968 и от 29.04.2016 № 6128 о представлении в рамках настоящей камеральной проверки пояснений об экономической целесообразности включения в состав внереализационных расходов суммы начисленного бонуса в размере 45 000 000 руб. и по факту перечисления денежных средств по начисленной сумме бонуса налогоплательщиком представлено пояснение от 06.05.2016 № 113, согласно которому обоснованность и экономическая целесообразность включения в состав расходов бонуса обусловлена выполнением поставщиком своих обязательств в объеме 185 812,45 куб. м, а также письмо от 16.05.2016 № 1182, в котором сообщалась, что за 2015 год была произведена оплата на сумму 402 217 198 руб., за 2016 год – на сумму 24 150 000 руб., и указано, что бухгалтерским учетом не предусмотрено ведение раздельного учета в рамках одного договора с контрагентом оплаты за товар и оплаты за бонус.

Изучив представленные в ходе проверки документы, налоговый орган пришел к выводу о том, что налогоплательщиком неправомерно учтена во внереализационных расходах по налогу на прибыль сумма начисленного бонуса (премии) в пользу поставщика – ООО «ЛП Менеджмент» в размере 45 000 000 руб.

С учетом признанных обоснованными возражений общества, инспекция определила налоговую базу для исчисления налога на прибыль за 2015 год в размере 25 467 011 руб., состоявшую из отраженной в уточненной (№ 1) налоговой декларации по налогу на прибыль организаций за 2015 год (т.2, л.д.15, 21) суммы доходов от реализации – 991 589 564 руб. и внереализационных доходов – 422 391 847 руб., уменьшенной на сумму расходов, уменьшающих сумму доходов от реализации, – 924 682 083 руб., внереализационных расходов – 420 996 314 руб. (465 996 314 – 45 000 000) и убытка, уменьшающего налоговую базу за отчетный период (скорректирован на сумму убытка, исчисленного ООО «ЛДК «Сегежский» по налогу на прибыль организаций за 2012 год, решением инспекции от 22.03.2016 № 4 в сторону уменьшения на 8 239 753 руб. (т.4, л.д.30) и решением Управления от 27.05.2016 в сторону увеличения на 729 060 руб. (т.4, л.д.48), – 42 836 003 руб. (23 303 014 + 27 043 682 – 8 239 753 + 729 060).

Занижение налоговой базы составило 25 467 011 руб. и, соответственно, неуплата налога на прибыль за 2015 год – 5 093 402 руб. (25 467 011 * 20 %), в том числе: в федеральный бюджет – 509 340 руб. (25 467 011 * 2 %), в бюджет субъекта Российской Федерации – 4 584 062 руб. (25 467 011 * 18 %).

В соответствии со статьей 75 НК РФ инспекцией начислены пени за несвоевременную уплату налога на прибыль по состоянию на 21 сентября 2016 года в сумме 322 072,79 руб. Кроме того, общество привлечено к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в сумме 1 018 680 руб. (5 093 402 * 20 %).

Изучив представленные сторонами документы, суд установил следующее.

Согласно пункту 1.1 договора № ЛО-15/42/04 от 15.02.2015, заключенного между ООО «ЛП «Менеджмент» (поставщик) и ООО «ЛДК «Сегежский» (покупатель), поставщик обязуется передать, а покупатель – принять и оплатить лесопродукцию: лесоматериалы хвойных пород, щепу технологическую (далее – товар).

По пункту 2.1 договора поставка товара осуществляется в соответствии с графиком поставок, который является неотъемлемой частью настоящего договора (приложение № 1); по пункту 2.4 – поставщик, допустивший недопоставку товара в отдельном месяце, обязан восполнить недопоставленное количество товара в следующем месяце, если покупатель не заявил об отказе до 10 числа месяца, следующего за месяцем недопоставки; по пункту 2.15 – обязательство поставщика по поставке товара считается исполненным с момента осуществления приемки товара грузополучателем; по пункту 3.6 – при наличии брака 20 % и более в поставленной партии товара, вся партия товара принимается браком или может быть возвращена поставщику за его счет; партией товара считается объем товара, оформленный одним документом (спецификацией или товарной накладной).

В разделе 4 договора предусмотрены порядок определения, изменения, согласования цены товара, а также порядок расчетов.

В соответствии с пунктом 5.5 договора в случае недопоставки товара в расчетном месяце, несоблюдения требования равномерности поставки в течение месяца покупатель имеет право расторгнуть настоящий договор в одностороннем внесудебном порядке, письменно уведомив поставщика за 10 дней до расторжения. Пунктом 5.6 договора предусмотрено, что в случае просрочки поставки товара поставщик выплачивает покупателю пени в размере 0,01 %, начисляемые на стоимость несвоевременно поставленного товара за каждый день просрочки, но не более 10 % от стоимости не поставленного в срок товара. Ответственность покупателя при просрочке оплаты поставленного товара предусмотрена пунктом 5.7 договора.

Пунктом 8.1 договора стороны определили срок его действия – со дня подписания по 31 декабря 2015 года, а в части взаимозачетов – до полного исполнения сторонами своих обязательств (т.2, л.д.63-67).

Приложением № 1 к договору от 15.02.2015 утвержден график поставок товара на 2015 год, согласно которому период с марта по декабрь 2015 года должен быть поставлен товар автомобильным и водным транспортом в общем объеме 180 080 куб. м (т.2, л.д.69).

Из приложения № 5 к договору следует, что качество товара должно соответствовать ГОСТ 9463-88 1-2 сорта для выработки материалов северной сортировки, поставляемых на экспорт; допускается поставка 3 сорта ГОСТ 9463-88 в партии бревен сосновых, еловых для распиловки и строгания, а также выявленного при приемке брака (т.2, л.д.77).

По дополнительному соглашению № 1/1 от 01.03.2015 к договору стороны предусмотрели возможность выплаты покупателем поставщику бонуса (премии) при условии поставки им в адрес ООО «ЛДК «Сегежский» определенного объема товара, являющегося предметом договора, на следующих условиях: при достижении поставщиком объема поставки товара в адрес покупателя за период с 01.03.2015 по 31.12.2015 до 200 000 куб. м – сумма бонуса (премия) составляет 45 000 000 руб. При этом выплачиваемый поставщику бонус (премия) не изменяет в целях налогообложения стоимость отгруженного покупателю товара (т.2, л.д.94).

В дополнительном соглашении № 1/2 от 31.12.2015 к договору стороны подтвердили, что по состоянию на 31 декабря 2015 года поставщик выполнил условия дополнительного соглашения № 1/1 от 01.03.2015 о достижении бонусных объемов отгрузок товара в адрес грузополучателя ООО «ЛДК «Сегежский», а именно: за период с 01.03.2015 по 31.12.2015 объем отгруженного поставщиком товара в адрес покупателя составил 185 812,45 куб. м. В связи с достижением поставщиком бонусного объема, ему выплачивается бонус (премия) в следующем размере: 45 000 000 (сорок пять миллионов) руб. (т.2, л.д.95).

Объем отгруженной продукции подтверждается карточкой счета 60.01 ООО «ЛДК «Сегежский» по контрагенту – ООО «ЛП «Менеджмент» по договору № ЛО-15/42/04 (Пиловочное сырье) от 15.02.2015 – в количестве 185 812,45 куб. м. на сумму 480 523 533,74 руб. (т.4, л.д.6 – CD-диск).

Согласно представленной налогоплательщиком бухгалтерской справке от 31.12.2015 (т.4, л.д.49), оборотно-сальдовой ведомости и карточки по счету 91.02.07 сумма бонуса (премии) отнесена к внереализационным расходам проводкой по дебету счета 91.02 «Прочие расходы» и кредиту счета 60.01 «Расчеты с поставщиками» в размере 45 000 000 руб. Перечисление бонуса по договору произведено 19 декабря 2016 года (т.4, л.д.2).

Налогоплательщики обязаны в полном объеме исполнять свои обязанности по правильному исчислению, удержанию, полному и своевременному перечислению в бюджет законно установленных налогов и сборов, а также по соблюдению необходимых условий предоставления налоговых льгот. Недобросовестные лица, стремящиеся уклониться от выполнения своих налоговых обязанностей, возложенных на них законом, не могут пользоваться теми же правовыми режимами, что и законопослушные налогоплательщики. Нарушение этими лицами требований закона предполагает возложение на них неблагоприятных последствий такого неправомерного поведения.

Предпринимательская деятельность в силу статьи 2 ГК РФ осуществляется на свой риск, поэтому лицо должно проявить достаточную осмотрительность и оценить условия сделки и их коммерческую привлекательность, деловую репутацию контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов для выполнения договорных условий.

Одним из обязательных условий возможности принятия расходов на уменьшение налогооблагаемой прибыли является их документальное подтверждение.

Пунктом 4 статьи 421 ГК РФ установлено, что условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

Из пункта 1 статьи 422 ГК РФ следует, что договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

При этом законодательство Российской Федерации не содержит запрета на установление в договоре поставки права покупателя выплачивать поставщику бонусы при выполнении поставщиком определенных действий, в том числе при поставке большого объема товара.

Данное право является исключительным правом сторон в гражданско-правовом обязательстве, и не может быть изменено налоговым органом иначе, чем в случаях, прямо предусмотренных законом.

На основании вышеизложенного, суд пришел к выводу, что стороны вправе заключить договор поставки (дополнительное соглашение к нему), в котором будет предусмотрена выплата покупателем поставщику бонусов за поставку определенного количества товара.

В силу статьи 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условий договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой статьи 431 ГК РФ, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон (часть 2 статьи 431 ГК РФ).

Действительная воля сторон на выплату покупателем бонуса исключительно в случае превышения поставщиком определенного графиком поставок товара на 2015 год минимального объема товара (180 080 куб. м) подтверждена буквальным значением проанализированных в совокупности условий приложения № 1 к договору «График поставок товара на 2015 год» от 15.02.2015 (т.2, л.д.69), пунктов 5.5 и 5.6 договора (т.2, л.д.65), пункта 1 дополнительного соглашения № 1/1 к договору о выплате бонуса (премии) от 01.03.2015 (т.2, л.д.94), пункта 1 дополнительного соглашения № 1/2 к договору о выполнении условий о достижении бонусных объемов отгрузок товара от 31.12.2015 (т.2, л.д.95), а также подтверждена пояснением второй стороны в договоре, представленном в письме от 06.09.2016 № 1435 (т.2, л.д.99). Поскольку недопоставка и несвоевременная поставка товара влекли для поставщика негативные последствия в виде возможного расторжения договора покупателем в одностороннем внесудебном порядке и взыскания пеней, то выплата бонуса за поставленный товар в объеме, не достигшем 180 080 куб. м, противоречила условиям договора об ответственности поставщика.

Вывод налогового органа об отсутствии нижней границы бонусного объема и принятии сторонами договора фактической поставки товара за бонусный объем, основанный на том, что договором не определен изначальный объем поставок, а графиком поставки не установлена нижняя граница объема лесопродукции, основан на неполной совокупности имевшихся доказательств. Нижняя граница объема лесопродукции определена сторонами в приложении № 1 к договору – графике поставок товара от 15.02.2015. Первоначальное ошибочное представление налогоплательщиком графика поставок товара на 2016 год (т.3, л.д.38), а также получение в ходе проверки от поставщика графика без указания объемов поставок (т.3, л.д.39) не могли опровергнуть факта подписания сторонами без разногласий приложения № 1 к договору от 15.02.2015 (т.3, л.д.40). Инспекцией не оспаривалось, что все вышеперечисленные документы были представлены обществом и изучены налоговым органом в ходе проверки.

Суд не принял довод ответчика об отсутствии у поставщика стимула поставить больший объем товара, поскольку из пункта 1 дополнительного соглашения № 1/1 к договору о выплате бонуса (премии) от 01.03.2015 усматривалась прямая пропорциональная зависимость величины бонуса от размера бонусного объема поставок.

Второе обязательное условие принятия расходов в целях налогообложения прибыли – их обоснованность.

Статья 265 НК РФ, предусматривающая перечень внереализационных расходов, то есть расходов направленных на осуществление деятельности, непосредственно не связанной с производством и (или) реализацией, не содержит исчерпывающего перечня таких расходов. Согласно подпункту 20 пункта 1 статьи 265 НК РФ в состав внереализационных расходов включаются и другие обоснованные расходы.

Обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Суд посчитал, что заявитель подтвердил экономическую обоснованность выплаты бонуса поставщику за превышение минимального объема поставок по договору.

Из анализа положений статьи 265 НК РФ следует, что законодателем не установлено каких-либо ограничений относительно цели, на реализацию которой было направлено стимулирование поставщика к поставке большего объема товара, то есть расходы на выплату бонуса включаются в состав внереализационных расходов при условии их документального подтверждения и обоснованности.

При этом по смыслу пункта 1 статьи 252 НК РФ экономическая обоснованность понесенных расходов определяется не фактическим получением доходов в конкретном периоде, а направленностью таких расходов на осуществление обществом производственной деятельности в целях получения дохода.

С учетом того, что в налоговом законодательстве не используется понятие экономической целесообразности и не регулируются порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (часть 1 статьи 8 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность. При этом проверка экономической обоснованности произведенных налогоплательщиком расходов осуществляется налоговыми органами во время мероприятий налогового контроля, порядок проведения которого установлен налоговым законодательством.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Следовательно, нормы пункта 1 статьи 252 НК РФ не допускают их произвольного применения, поскольку требуют установления объективной связи понесенных налогоплательщиком расходов с направленностью его деятельности на получение прибыли, причем бремя доказывания необоснованности расходов налогоплательщика возлагается на налоговые органы.

При этом положения налогового законодательства должны применяться с учетом требований пункта 7 статьи 3 НК РФ о толковании всех неустранимых сомнений, противоречий и неясностей актов законодательства о налогах и сборах в пользу налогоплательщиков, а также правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации о необходимости установления, исследования и оценки судами всех имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2006 № 267-О).

Как следовало из материалов дела, инспекция, доначислив заявителю налог на прибыль, сделала вывод об экономической необоснованности отнесения на затраты суммы бонуса, выплаченного поставщику за превышение объема поставок лесопродукции.

При этом налоговым органом не было учтено следующее.

Деятельность общества напрямую зависела от результатов работы поставщиков. Стимулирование основных поставщиков лесоматериалов требовалось для обеспечения уровня безубыточности заявителя и дальнейшего развития производства.

ООО «ЛП «Менеджмент» (в настоящее время – ООО «УК «Сегежа групп»), являлось основным поставщиком древесного сырья и долгосрочным партнером для ООО «ЛДК «Сегежский».

Из аналитических данных, приведенных обществом таблице № 8 дополнительных объяснений от 09.12.2016 (т.3, л.д.80 с об.), следовало, что рост уровня закупок у ООО «ЛП «Менеджмент» способствовал сокращению убытка от основного вида деятельности налогоплательщика и перспективному наращиванию прибыли после преодоления «точки безубыточности», в которой объем закупок у указанного поставщика должен был составить 141 277 куб. м сырья. Достижение предусмотренного графиком поставок минимального объема товара – 180 080 куб. м принесло налогоплательщику прибыль в размере 47 232 тыс. руб., а достижение фактического бонусного объема в 2015 году – прибыль в размере 54 210 тыс. руб. Из этого следовал вывод о том, что превышение объема закупок у поставщика над минимальным объемом по графику поставок на 5 732 куб. м (185 812 – 180 080) дало дополнительную прибыль в размере 6 978 тыс. руб. (54 210 – 47 232), а положительный финансовый результат сверх суммы установленного бонуса в 45 000 тыс. руб. составил 9 210 тыс. руб. (54 210 – 45 000). Суд соотнес расчет «точки безубыточности» в 2015 году в зависимости от объемов закупки древесного сырья, приведенный заявителем в таблице № 7 дополнительных объяснений от 09.12.2016 (т.3, л.д.78об.-79), с представленными данными бухгалтерского и аналитического учета налогоплательщика (т.3, л.д.83-124) и признал его обоснованным.

Таким образом, расходы общества, связанные с уплатой бонуса поставщику, были объективно связаны с деятельностью, направленной на получение дохода.

Следовательно, выводы инспекции об отсутствии экономической обоснованности в действиях общества по выплате поставщику древесного сырья бонуса подлежали отклонению.

Ссылка налогового органа на то, что ООО «ЛДК «Сегежский» не предоставлял возможность получения бонусов иным поставщикам, не принята во внимание судом, поскольку экономическая обоснованность расходов, понесенных налогоплательщиком, определялась целевой направленностью на получение дохода в результате всей хозяйственной деятельности налогоплательщика, а не фактическим получением им доходов в конкретном налоговом (отчетном) периоде. Понятие экономической обоснованности налоговым законодательством не определено, оно является оценочным, поэтому именно налоговый орган, в силу части 5 статьи 200 АПК РФ, должен был представить в суд доказательства того, что учтенные заявителем в проверяемый период в качестве уменьшающих налогооблагаемую базу расходы были экономически неоправданными. Как видно из материалов дела, таких доказательств суду представлено не было, расчеты «точки безубыточности» в 2015 году в зависимости от объемов закупки древесного сырья (т.3, л.д.78об.-79) и от выручки в стоимостном выражении (т.4, л.д.54-57) инспекцией не опровергнуты.

Таким образом, доводы налогового органа о том, что затраты по начислению бонуса за поставку товара на условиях, определенных дополнительным соглашением от 01.03.2015 № 1/1 к договору, были направлены исключительно на увеличение расходов по налогу на прибыль в целях получения необоснованной налоговой выгоды, не подтвердились, поскольку выплата поставщику бонуса была экономически оправданной.

Суд поверил довод налогового органа об отсутствии экономического смысла в бонусной системе стимулирования поставщика, основанный на взаимозависимости заявителя и поставщика, а также их участии в едином холдинге.

Взаимозависимость лиц, заключивших спорный договор, и их участие в едином холдинге подтверждены материалами дела и не оспаривались налогоплательщиком. Между тем, факт взаимозависимости лиц не использовался налоговым органом в порядке статьи 40 НК РФ в качестве фактора для контроля формирования цен. Отсутствовали доказательства и для вывода о получении необоснованной налоговойвыгоды. С учетом правовой позиции постановления Пленума ВАС РФ № 53, взаимозависимость участников сделки сама по себе не выступала свидетельством получения необоснованной налоговой выгоды. Взаимозависимость могла иметь юридическое значение в целях налогового контроля только, если было установлено, что такая взаимозависимость использована участниками сделки как возможность для осуществления согласованных недобросовестных действий, направленных на незаконное занижение налоговых платежей. Каких-либо доказательств нереальности совершенных сделок, учета совершенных операций вне их действительного смысла или иных согласованных недобросовестных действий налогоплательщика и его поставщика суд из материалов дела не усмотрел.

Поскольку возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной, то суд не принял доводы ответчика об отсутствии необходимости в стимулировании поставщика к сохранению достигнутых в 2014 году объемов поставок (196 066 куб. м без выплаты бонуса), в связи с обязанностями поставщика как управляющей компании общества осуществлять рациональное и экономное использование финансовых ресурсов налогоплательщика, а также о возможном предоставлении налогоплательщиком бонуса своему поставщику из иного источника (не из налогооблагаемой прибыли). Организации, входящие в холдинг, заключают коммерческие сделки от своего имени. Эффективность и целесообразность управленческих решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, находится вне сферы налогового и судебного контроля. Ответчик не представил доказательств своего предположения о том, что поставщик принял решение о выплате бонуса самому себе в целях занижения налоговых платежей.

Налоговым органом был сделан вывод о перераспределении налоговой нагрузки между контрагентами, который в ходе судебного разбирательства не нашел своего подтверждения.

Схема ухода от налогообложения имеет место лишь в том случае, если в результате согласованных действий налогоплательщиков бюджет не получает установленную законом сумму причитающихся платежей. Как указал заявитель, вся сумма начисленного бонуса была включена ООО «УК «Сегежа групп» (ранее – ООО «ЛП «Менеджмент») в налоговую базу 2015 года в составе внереализационных доходов. В обоснование данного довода заявителем было представлено письмо контрагента от 26.10.2016 № ЛПМ/1647 (т.2, л.д.101). Налоговым органом не отрицался тот факт, что поставщик отразил указанный доход в декларации по налогу на прибыль за 2015 год. В результате такой операции сумма убытка поставщика за 2015 год была уменьшена на 45 000 000 руб. и составила 189 159 482 руб. По итогам 9 месяцев 2016 года ООО «УК «Сегежа групп» начислило к уплате сумму налога на прибыль в размере 11 322 977 руб., то есть на 9 000 000 руб. (45 000 000. * 20 %) больше, чем без учета полученного в 2015 году бонуса.

Встречную проверку поставщика налоговый орган не проводил, доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, ответчиком не представлено. В такой ситуации не представлялось возможным говорить о схеме перераспределения налоговой нагрузки для ухода от налогообложения, поскольку заявленные проверяемым налогоплательщиком расходы в полной мере включены его контрагентом в налоговую базу и обложены причитающимся налогом, что исключило какие-либо потери со стороны бюджета. При этом не имело значение, в каком из налоговых периодов контрагентом заявителя был получен налогооблагаемый доход, поскольку убыток являлся таким же финансовым результатом деятельности общества, как и прибыль. Экономическая обоснованность расходов налогоплательщика не могла быть поставлена в зависимость от финансовых результатов конкретной хозяйственной операции у поставщика, поскольку принятие расходов для целей налогообложения не исключалось и в случае получения контрагентом налогоплательщика убытка как результата финансовой деятельности за отчетный (налоговый) период.

Кроме того, установление разумной деловой цели хозяйственной операции требовало специальных познаний и опыта в том виде экономической деятельности, которым занят налогоплательщик, в связи с чем, при анализе разумной деловой цели должны были привлекаться эксперты и использоваться заключения специалистов в сфере экономики, анализа рентабельности и т.п.

Указав на отсутствие разумной деловой цели, налоговый орган, прежде всего, должен был представить подтверждение того, что совершенная налогоплательщиком сделка нехарактерна для хозяйственного оборота, что на соответствующем рынке никто подобным образом не поступал, что существуют более экономичные, простые, прямые способы получить тот же хозяйственный результат. В подтверждение своей позиции налоговый орган должен был представить надлежащие доказательства (документы, расчеты, заключения специалистов, статистические данные и др.).

Каких-либо документов, расчетов соответствующих специалистов налоговым органом представлено не было. Напротив, налогоплательщик представил в материалы дела экономическое обоснование условия о выплате бонуса с подтверждающими документами, в том числе: анализ закупок древесного сырья ООО «ЛДК «Сегежский» в 2012-2014 г.г.; расчет «точки безубыточности» в 2015 году в зависимости от объемов закупки древесного сырья; расчет прибыли от продаж ООО «ЛДК «Сегежский» в 2015 году в зависимости от объемов закупки древесного сырья для ряда характерных точек (т.3, л.д.76-82); расчет «точки безубыточности» в 2015 году для выручки от продаж в стоимостном выражении (т.4, л.д.54-57). Согласно указанным аналитическим таблицам экономический эффект от стимулирования основного поставщика бонусами составлял 54 210 тыс. руб. прибыли.

В опровержение доводов ответчика о некорректности вышеприведенных расчетов в связи использованием показателя «объем закупленного древесного сырья», а не показателей «объем продаж» и «выручка от реализации», вовлечением в производственный процесс остатков запасов сырья и материалов, а также фактической поставкой помимо древесины 1-2 сорта бревен 3 сорта и некондиционного товара в пределах 20 % общего объема поставки, заявителем были проведены: анализ допущения стационарности в модели безубыточности (т.4, л.д.79-81), анализ зависимости прибыли от продаж от объемов закупки древесного сырья с учетом его остатков на начало и конец года (т.4, л.д.82-88) и исследование влияния на анализ нескольких видов приобретаемого сырья при постоянной структуре поставки (т.4, л.д.152-154).

Модель безубыточности, использованная в расчетах, подтверждающих экономическую обоснованность выплаты бонуса поставщику, была основана на предположении о том, что физический объем производства постоянен во времени и равен физическому объему реализации продукции, а расход сырья на производство равен объему закупки сырья, то есть подразумевала стационарность процесса производства и реализации, что суд счел допустимым и обоснованным.

Проведенный заявителем анализ показал, что вовлечение остатков сырья и готовой продукции в расчеты не затронуло оценку значимости соблюдения договорных объемов поставки, а оценка неполученного дохода при недопоставке сырья изменялась несущественно. Суд проверил расчет, представленный обществом в подтверждение этого вывода, и не усмотрел в нем противоречий. Налоговым органом указанный расчет опровергнут не был.

В исследовании влияния на анализ нескольких видов приобретаемого сырья при постоянной структуре поставки, общество пришло к выводу о том, что поскольку структура поставки древесного сырья (в разрезе сортности продукции) не изменяется с изменением общего объема поставки и соответствует структуре 2015 года, то для оценки зависимости прибыли от продаж не требуется учитывать объемы поставки отдельных видов сырья, достаточно ограничиться общим объемом поставки. Данный вывод также не опровергнут ответчиком.

Суд учел, что в расчетах «точки безубыточности» в 2015 году в натуральных величинах и стоимостном выражении был использован показатель фактической выручки от продаж без налога на добавленную стоимость за 2015 год, отраженной по кредиту счета 90.01 «Выручка» в размере 977 971 тыс. руб. (т.3, л.д.78-об, 93; т.4, л.д.54). Данная выручка являлась совокупной выручкой от продажи продукции, произведенной из всех сортов древесного сырья и некондиционного товара в пределах 20 % общего объема поставки (котловая выручка). С учетом этого обстоятельства, суд пришел к выводу, что стоимостное выражение выручки от продаж в «точке безубыточности» – 783 752 тыс. руб. представляло собой «котловую выручку» от реализации всех сортов древесного сырья и некондиционного товара в установленных пределах в общем объеме 179 715 куб. м (т.4, л.д.54-56) и, соответственно, выручка от реализации продукции, произведенной из бонусного объема товара – 180 080 куб. м., составившая 952 971 тыс. руб., также являлось «котловой выручкой».

Из условий пункта 3.6 договора поставки (т.2, л.д.64) и приложения № 5 к нему (т.2, л.д.77) следовало, что при поставке товара допускалась поставка пиломатериалов 3 сорта и выявленного при приемке брака (некондиционного древесного сырья), классифицируемого как балансы и дрова; процент брака не должен был превышать 20 %. Представленными заявителем транспортными накладными и актами экспертизы подтверждено, что разделение древесной продукции по сортам и установление процента некондиционного товара происходило при приемке партии товара покупателем, который направлял поставщику соответствующую информацию. На основании информации покупателя поставщик выставлял товарную накладную и счет-фактуру (т.4, л.д.89-151). Согласование объема товара в фактически поставленном ассортименте было невозможно на момент подписания графика поставок товара.

Приняв во внимание изложенное, суд согласился с доводом заявителя о том, что бонусный объем поставки согласно графику поставок товара от 15.02.2015 (т.2, л.д.69) был достигнут поставкой товара в общем объеме 180 080 куб. м, то есть пиломатериалов 1-3 сорта и допустимого процента брака.

Наличие у заявителя иных поставщиков древесного сырья, не могло безусловно свидетельствовать о необоснованности затрат по выплате бонуса. Как следовало из пояснений заявителя, выбор единого поставщика для стимулирования выплатой бонуса был обусловлен более выгодными условиями заключения договора за счет увеличения объемов поставок. В ходе проверки анализ ранее действовавших и вновь заключенных договоров не производился, ввиду чего довод о необоснованности заключения договора на отличных от иных договоров условиях, носил предположительный характер и не был основан на имевшихся в деле доказательствах.

То обстоятельство, что бонус не был фактически выплачен поставщику на момент принятия оспариваемого решения, не могло опровергнуть обоснованность его начисления. Отражение бонуса в составе общей задолженности налогоплательщика перед поставщиком по итогам налогового периода (2015 года) не меняло стимулирующего характера сделки, поскольку у поставщика не были утрачены законные способы получения указанной выплаты в последующем налоговом периоде. Данный вывод был подтвержден выплатой бонуса 19 декабря 2016 года (т.4, л.д.2).

Ответчиком не опровергнуто, что общество и его контрагент применяли при признании доходов и расходов метод начисления.

По пункту 1 статьи 271 НК РФ доходы признаются в том отчетном (налоговом) периоде, в котором они имели место, независимо от фактического поступления денежных средств, иного имущества (работ, услуг) и (или) имущественных прав (метод начисления); по пункту 1 статьи 272 НК РФ – расходы, принимаемые для целей налогообложения, признаются таковыми в том отчетном (налоговом) периоде, к которому они относятся, независимо от времени фактической выплаты денежных средств и (или) иной формы их оплаты и определяются с учетом положений статей 318-320 настоящего Кодекса.

С учетом изложенного, суд не расценил обстоятельства фактической выплаты бонуса обществом его поставщику в следующем налоговом периоде, как косвенные доказательства направленности действий общества на увеличение расходов по налогу на прибыль, поскольку фактическая выплата бонуса не являлась обязательным условием включения обоснованных затрат в состав внереализационных расходов заявителя и доходов его контрагента в отчетном периоде, а осуществление такой выплаты в последующем не изменило состав расходов, уменьшающих налогооблагаемую базу при исчислении налога на прибыль соответствующего налогового периода.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. При этом в силу части 5 статьи 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возлагается на орган, который принял данное решение.

Суд пришел к выводу, что инспекция не доказала направленность действий общества на необоснованное получение налоговойвыгоды.

Исследовав и оценив фактические взаимоотношения заявителя с контрагентом применительно к обстоятельствам, на которых основаны выводы налогового органа о получении необоснованной налоговой выгоды, с учетом правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Пленума ВАС РФ № 53, суд признал правомерность отнесения обществом в состав внереализационных доходов суммы бонуса – 45 000 000 руб., выплаченного поставщику при превышении договорного объема поставки, в связи с чем необоснованным являлось доначисление налога на прибыль за 2015 год в размере 5 093 402 руб., пеней – 322 072,79 руб., а также взыскание штрафных санкций – 1 018 68 руб., а решение инспекции подлежало признанию недействительным.

В случае признания обоснованным полностью или частично заявления об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц судебные расходы подлежат возмещению соответственно этим органом в полном размере (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.11.2008 года № 7959/08).

При таких обстоятельствах, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб. суд отнес на инспекцию.

Определением от 17 ноября 2016 года суд принял обеспечительные меры в виде приостановления действия решения инспекции до рассмотрения дела по существу.

В части 4 статьи 96 АПК РФ указано, что в случае удовлетворения иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу.

Поскольку суд пришел к выводу о том, что оспариваемое решение инспекции являлось недействительным, и удовлетворил заявление общества, то обеспечительные меры отмене не подлежали.

На основании статьи 94 АПК РФ после вступления решения суда в законную силу денежные средства в сумме 3 500 000 руб., внесенные ООО «ЛДК «Сегежский» на депозит суда в качестве встречного обеспечения во исполнение определения суда от 17 ноября 2016 года, подлежат возврату на расчетный счет плательщика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1.Заявление общества с ограниченной ответственностью «Лесопильно-деревообрабатывающий комбинат «Сегежский» (ОГРН 1081032000906, ИНН 1006009280) к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Республике Карелия (ОГРН 1041000960000, ИНН 1006005550) удовлетворить полностью.

2.Признать недействительным решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Республике Карелия № 11900 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 21.09.2016, как не соответствующее Налоговому кодексу Российской Федерации.

3.Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 2 по Республике Карелия устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «Лесопильно-деревообрабатывающий комбинат «Сегежский».

4.Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 2 по Республике Карелия (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Лесопильно-деревообрабатывающий комбинат «Сегежский» (ОГРН <***>, ИНН <***>) судебные расходы в размере 3 000 руб.

5.После вступления решения суда в законную силу возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Лесопильно-деревообрабатывающий комбинат «Сегежский» (ОГРН <***>, ИНН <***>) с депозитного счета Арбитражного суда Республики Карелия денежные средства в размере 3 500 000 руб., перечисленные в качестве встречного обеспечения по платежному поручению от 01.12.2016 № 4418.

6.Пункт 2 резолютивной части решения подлежит немедленному исполнению.

7.Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления полного текста решения в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд (191015, <...>); в кассационном порядке в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, в Арбитражный суд Северо-Западного округа (190000, <...>).

Апелляционная и кассационная жалобы подаются в арбитражный суд апелляционной и кассационной инстанций через Арбитражный суд Республики Карелия.