Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по искуобщества с ограниченной ответственностью «Беккер Майнинг Системс-Сибирь» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Москва

к ответчику ФИО1, город Осинники Кемеровской области

о взыскании 9 985 000 рублей,

третье лицо – ФИО2, город Новокузнецк Кемеровской области,

при участии:

от истца: ФИО3, доверенность от 05.08.2014, паспорт, ФИО4, доверенность от 05.08.2014, паспорт;

от ответчика: ФИО5, доверенность от 12.01.2015, паспорт,

у с т а н о в и л :

ООО «Беккер Майнинг Системс-Сибирь» обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО1 о взыскании 9 985 000 рублей убытков. Исковое заявление мотивировано причинением обществу исполняющим обязанности генерального директора ФИО1 убытков ненадлежащим исполнением обязанностей руководителя, направленностью действий на причинение ущерба обществу. В качестве правового обоснования указаны статьи 10, 15, 50, 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 277 Трудового кодекса Российской Федерации.

Третье лицо, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания, явку своего представителя не обеспечило, ходатайствовало о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя, представило отзыв на исковое заявление, в котором пояснило, что исковые требования являются обоснованными.

Истец поддержал заявленные требования в полном объеме, представил пояснения к исковому заявлению.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения искового заявления по основаниям, изложенным в отзыве, дополнительных возражениях на исковое заявление.

Рассмотрев и оценив представленные по делу доказательства, заслушав представителей сторон, суд пришел к выводу об обоснованности заявленных требований, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, ФИО1 был принят на работу в общество с ограниченной ответственностью «Беккер Майнинг Системс-Сибирь», где работал на должности заместителя генерального директора по развитию на основании трудового договора б/н от 01.02.2007.

На основании приказа №35 от 07.05.2014. в связи с нахождением генерального директора в командировке ответчик был назначен временно исполняющим обязанности генерального директора с 12.05.2014. по 16.05.2014. Также ответчику была выдана доверенность №89 от 12.05.2014 сроком на 5 дней на представление интересов общества в отношениях с третьими лицами и правом подписания финансовых и хозяйственных документов.

ФИО1 обладал всей полнотой полномочий по исполнению обязанностей генерального директора и реально (фактически) их осуществлял, что доказывает, что ФИО1 является надлежащим ответчиком по делу.

В конце рабочего дня 16.06.2014 ФИО6 (генеральный директор общества, назначенный решением единственного участника № 1/06 от 06.06.2014) позвонил главному бухгалтеру общества ФИО7 для планирования платежей на следующий день. ФИО7 сообщил, что он, а также сотрудники общества (заместитель генерального директора по продажам ФИО8 (брат ответчика), заместитель главного бухгалтера ФИО9, бухгалтер 2-й категории ФИО10, переводчик ФИО11), включая ответчика, больше на работу не выйдут, дела передавать не будут.

ФИО6 приехал в офис, сотрудников на рабочем месте не было. На своем столе у себя в кабинете он обнаружил соглашения о расторжении трудовых договоров с работниками от 12.05.2014, а также приказ № 77 от 16.06.2014 об увольнении сотрудников, не подписанный ФИО6, однако, работники поставили подписи об ознакомлении с приказом 16.06.2014.

В результате анализа выписки по расчетному счету общества было обнаружено, что данным работникам 16.06.2014 были перечислены денежные средства на общую сумму 9 601 172,11 рублей.

О существовании вышеуказанных соглашений, предстоящем увольнении ответчика и работников и необходимости произвести какие-либо выплаты истец не знал.

Этим же вечером 16.06.2014 истец обратился в отделение полиции о совершенном преступлении (копия талона-уведомления прилагается).

17.06.2014 ответчик и указанные выше работники не вышли на работу.

Соглашения заключены в период пятидневного исполнения ответчиком обязанностей генерального директора 12.05.2014.

В соответствии с условиями Соглашений трудовые договоры ответчика и этих работников расторгаются более чем через месяц поле подписания - 16.06.2014 и работникам выплачиваются компенсации (выходное пособие), в несколько раз превышающие сумму их средней заработной платы. Указанные соглашения составлены по единой форме и содержат схожие положения и условия.

Данные соглашения со стороны общества подписаны ответчиком, в т.ч. с самим собой и своим братом ФИО8 Одобрения данных сделок со стороны со стороны участников общества (единственного участника) не установлено.

Трудовых книжек работников обнаружено не было. Приказом №04 от 10.01.2014 ответственной за ведение кадрового делопроизводства, в том числе за ведение, хранение, учет и выдачу трудовых книжек была назначена одна из уволившихся и получивших компенсацию работников ФИО10

Оплата платежей работникам была произведена главным бухгалтером (ФИО7) 16.06.2014 с использованием ключа электронной цифровой подписи.

Полагая, что ответчик своими действиями в период исполнения обязанностей руководителя общества причинил убытки обществу в размере 9 985 000 рублей, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (Закон об обществах с ограниченной ответственностью) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества. единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статьей 277 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что руководитель организации несет полную материальную ответственность за прямой действительный ущерб, причиненный организации.

В случаях, предусмотренных федеральными законами, руководитель организации возмещает организации убытки, причиненные его виновными действиями. При этом расчет убытков осуществляется в соответствии с нормами, предусмотренными гражданским законодательством.

Исходя из разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащихся в Постановлении от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (Постановление №62), привлечение к ответственности руководителя общества зависит от того, действовал ли он при исполнении возложенных на него обязанностей разумно и добросовестно, то есть проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли все необходимые меры для надлежащего исполнения полномочий единоличного исполнительного органа.

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В силу пункта 2 Постановления №62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки.

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица).

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица.

4) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.). Под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки

В трудовых договорах ответчика и работников предусмотрены выплаты в размере, не превышающем выплаты, производимые работодателем в обязательном порядке в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, при расторжении трудового договора в с связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата, несоответствия работника занимаемой должности, призыва работника на военную службу, восстановления на работе работника, ранее выполнявшего эту работу, отказа работника от перевода.

Таким образом, каких-либо обязательных выплат при прекращении трудового договора по соглашению сторон не предусмотрено.

В обществе отсутствует локальный нормативный акт, которым установлена выплата выходного пособия на основаниях и в размере, определенных в Соглашениях, либо практика таких выплат у Истца.

Действующее у Истца Положение об оплате труда работников, утвержденное вице-директором ООО «Беккер Майнинг Системс-Сибирь» 29.08.2011 не содержит каких-либо условий о выплате выходных пособий при увольнении.

Указанные выплаты никогда не выплачивались Истцом кому-либо из увольняющихся работников.

06.06.2014 истцом был расторгнут трудовой договор с бывшим генеральным директором истца ФИО2 (приказ № 76 от 06.06.2014 г. по п. 1 ч.1 ст. 77 Трудовогокодекса Российской Федерации (по соглашению сторон). При этом, никаких выплат ФИО2 в соответствии с соглашением о расторжении трудового договора с ним (Соглашение от 06.06.2014) не было предусмотрено и, соответственно, выплачено.

Пунктом 2 вышеуказанного соглашения предусмотрено, что в связи с прекращением трудового договора по обоюдному соглашению Сторон, компенсация за досрочное расторжение трудового договора не выплачивается.

На предприятии истца не была принята практика выплаты выходных пособий и только ответчику и пяти другим работникам, подписавшим соглашения о расторжении трудовых договоров в один день при отсутствии какой-либо необходимости в этом, были выплачены денежные средства при увольнении в размере превышающих оклад в несколько раз.

Из совместного толкования пункта 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации части 4 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что любые компенсации, выплачиваемые работникам сверх предусмотренных законами или иными нормативными правовыми актами правил должны быть соразмерны тому фонду заработной платы, который имеется у предприятия и той прибыли, которая им получена. В противном случае бесконтрольность и экономически необоснованное определение таких выплат неизбежно приведут к нарушению прав других работников на получение заработной платы и негативно скажутся на деятельности предприятия.

Истец не имеет прибыли, в соответствии с бухгалтерской (финансовой) отчетностью убыток истца составил практически 100 000 000 рублей (строка 2400 баланса).

Учитывая финансовое состояние предприятия, заключение Соглашений о выплате компенсаций при увольнении, в разы превышающих заработную плату, выходило за рамки добросовестности действий ответчика свидетельствует о злоупотреблении правом.

Таким образом, условие о выплате выходного пособия было установлено сторонами соглашения без учета имущественных интересов истца, а исключительно с целью предоставления ответчику и работникам возможности обогатиться за его счет.

Согласно пункту 9 Постановления №62 требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе в случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела усматривается, что генеральный директор ФИО6 не знал о заключении соглашений о расторжении трудовых договоров и необходимости производить какие-либо платежи уволившимся сотрудникам.

ФИО6 узнал о совершении указанных платежей 16.06.2014 и незамедлительно обратился в полицию по данному факту (копия талона-уведомления приложена к исковому заявлению (Приложение № 23). В своих объяснениях в этот же день в Отделе полиции Центральный УМВД России по г. Новокузнецку ФИО6 сообщил, что он предполагает, что «гл. бухгалтер ФИО7 перевел средства воспользовавшись электронной подписью на имя ФИО2 которого еще не успели сменить, ФИО7 всегда пользовался электронным ключом ФИО2».

Указанные действия свидетельствуют, что ФИО6 не одобрял произведенные платежи, а, наоборот, всячески пытался воспрепятствовать после их совершения.

Указанные платежи фактически совершил главный бухгалтер ФИО7, который также уволился 16.06.2014, не сообщив генеральному директору ФИО6, как о предстоящем увольнении, так и получении каких-либо выплат.

Из объяснений данных самим ФИО7 в Отделе полиции Центральный УМВД России по г. Новокузнецку следует, что ФИО7 «имея банковский ключ, произвел платежи, т.е. произвел переводы денежных средств с банковского счета ООО «Беккер Майнинг Системе Сибирь» на личные счета сотрудников компании ФИО1, ФИО8, ФИО10, ФИО12, ФИО11 и свой счет в Сбербанке».

Таким образом, истец не совершал каких-либо действий по последующему одобрению действий ФИО1

Более того в соответствии с пунктом 7 Постановления № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 4 соглашений о расторжении трудовых договоров (во всех соглашениях содержание пункта одинаково, различается только сумма выплат) указано, что Работодатель обязуется выплатить работнику (помимо причитающейся заработной платы и компенсации за неиспользованные отпуска) компенсацию (выходное пособие).

Работникам платежными поручениями выплачены следующие суммы:

н/п	Ф.И.О.	Денежные средства, перечисленные 16.06.2014	В том числе:
н/п	Ф.И.О.	Денежные средства, перечисленные 16.06.2014	Компенсации (выходное пособие) по соглашениям	Заработная плата за июнь, компенсация неиспользованный отпуск
1.	ФИО13 Надежда Николаевна	301 984,10	226 200	75 784,10
2.	ФИО11	1 402 658.88	1 348 500	54 158,88
3.	ФИО8	2 169 572,12	1 983 600	185 972,12
4.	ФИО1	2 161 054,91	1 879 200	281 854,91
5.	ФИО7	2 161 361,62	1 896 600	264 761,62
6.	ФИО10	1 404 540,48	1 352 850	51 690,48
	Итого:	9 601 172,11	8 686 950	914 222,11

Таким образом, работникам перечислено 9 601 172,11 рублей, из них компенсации (выходные пособия) по соглашениям о расторжении трудовых договоров 8 686 950 рублей, что представляет собой общую сумму компенсаций (выходное пособие) по соглашениям (9 985 000 рублей) за вычетом налога на доходы физических лиц (13 %).

Вышеуказанная сумма 8 686 950 рублей представляет собой в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки в виде утраты имущества (денежных средств) истца.

В силу пункта 1 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации российские организации, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, указанные в пункте 2 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации, обязаны исчислить, удержать у налогоплательщика и уплатить сумму налога на доходы физических лиц.

Пунктом 6 статьи 226 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что налоговые агенты обязаны перечислять суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня фактического получения в банке наличных денежных средств на выплату дохода, а также дня перечисления дохода со счетов налоговых агентов в банке на счета налогоплательщика либо по его поручению на счета третьих лиц в банках.

В иных случаях налоговые агенты перечисляют суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня, следующего за днем фактического получения налогоплательщиком дохода, - для доходов, выплачиваемых в денежной форме, а также дня, следующего за днем фактического удержания исчисленной суммы налога, - для доходов, полученных налогоплательщиком в натуральной форме либо в виде материальной выгоды.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» принудительное исполнение обязанностей налогового агента путем взыскания с него неперечисленпых сумм налога, а также соответствующих сумм пеней возможно в случае, когда налоговым агентом сумма налога была удержана у налогоплательщика, но не перечислена в бюджет.

Таким образом, удержанная обществом, но не уплаченная в бюджет сумма НДФЛ, представляет собой будущие расходы истца (в рамках статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации расходы, которые лицо, чье право нарушено, должно будет произвести для восстановления нарушенного права).

В силу статьи 208 Налогового кодекса Российской Федерации полученные денежные средства являются доходом работников.

Суммы, полученные работниками, не будут являться их доходами, только в случае реального возврата полученных сумм и суммы НДФЛ обществу (Постановление Президиума ВАС РФ от 25.12.2012 №10173/12 по делу №А53-17369/11).

При отсутствии реального возмещения вынесение решений судов, в результате которых суд признал полученные работниками денежные средства неосновательным обогащением, не изменяет обязанность налогоплательщика (работника) по уплате налога с данных сумм, т.к. они по прежнему являются доходом налогоплательщика и к доходам, не подлежащим налогообложению (освобождаемым от налогообложения) (ст. 217 НК РФ), не относятся и, соответственно, обязанность перечислить в бюджет сумму НДФЛ у общества как налогового агента сохраняется.

В результате произведенных выплат сумм компенсаций (выходных пособий) работникам настоящее время у истца существует обязанность по уплате НДФЛ по вышеуказанным соглашениям в размере 1 298 050 рублей (13 % * 9 985 000 рублей).

Денежные средства в размере 1 298 050 рублей представляют собой будущие расходы истца (в рамках статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации расходы, которые лицо, чье право нарушено, должно будет произвести для восстановления нарушенного права).

При предъявлении искового заявления сумма исковых требований была определена как общая сумма денежных средств, содержащихся в соглашениях о расторжении трудовых договоров - 9 985 000 рублей, из которых 1 298 050 рублей - удержанный НДФЛ (13%), 8 686 950 рублей - сумма, перечисленная работникам.

В связи с тем, что сумма НДФЛ была удержана обществом, но не перечислена в бюджет, а также с тем, что вынесены вступившие в законную силу решения судов о взыскании с работников денежных средств, в судебном заседании возник вопрос о необходимости снижения заявленных требований на сумму удержанного, но не уплаченного в бюджет, НДФЛ.

Ответчик в возражениях пояснил, что из суммы исковых требований подлежат исключению суммы, взысканные на основании решений судов общей юрисдикции с работников, однако, данный довод ответчика является несостоятельным, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 8 Постановления №62 удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Следовательно, с ответчика, суммы, взысканные на основании решений судов с работников, не подлежат взысканию только в случае, если имеет место реальное возмещение обществу убытков, а не только факт вынесения решений о взыскании. Указанная позиция соответствует позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.01.2014 №9324/13 по делу №А12-13018/2011). Реальное возмещение убытков отсутствует.

Таким образом, ответчик, заключив соглашения о расторжении трудовых договоров, причинил обществу убытки в сумме, подлежащей перечислению на основании данных соглашений. Общая сумма убытков составила 9 985 000 рублей, из которых по соглашению с ФИО1 2 160 000 рублей, ФИО8 2 280 000 рублей, ФИО7 2 180 000 рублей, ФИО9 260 000 рублей, ФИО10 1 555 000 рублей, ФИО11 1 550 000 рублей.

Ответчик действовал недобросовестно с целью блокирования деятельности истца, а также причинения ему материального ущерба путем совершения необоснованных выплат, простимулировав такими выплатами единовременное увольнение основных работников.

Наличие у ответчика в течение 5 дней полномочий генерального директора и права по своему усмотрению заключать соглашения с работниками не снимает с ответчика обязанности действовать добросовестно и разумно в интересах общества, а не по своему личному усмотрению, идущему вразрез им. Право руководителя на подписание соглашений и расходование средств общества предполагает их расходование в уставных целях и в интересах общества, направленных на получение прибыли, но никак не в целях увольнения работников с выгодой для них. удовлетворения собственных интересов ответчика и в ущерб интересам и финансовому положению общества.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума №62 при определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации). Заключенные ответчиком соглашения не направлены на достижение основной цели коммерческой организации - извлечение прибыли от своей деятельности, а были заключены с целью получения лицами, указанными в них. денежных средств, в разы превышающих их заработную плату. Какие-либо основания заключать такие соглашения отсутствовали.

Ссылка заявителя на судебную практику не может быть признана обоснованной, поскольку судебные акты по каждому делу принимаются с учетом конкретных доводов и доказательств, представленных сторонами.

Судом установлено, что в нарушение статьи 45 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» ответчиком без предусмотренного законом одобрения совершены сделки с заинтересованностью от имени общества с самим собой и родным братом ФИО8

Единственный участник не одобрял указанные соглашения.

Таким образом, действиями ФИО1 истцу причинены убытки в размере 9 985 000 рублей, которые подлежат взысканию в полном объеме.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика в силу части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

р е ш и л:

Исковое заявление удовлетворить.

Взыскать с ФИО1, город Осинники Кемеровской области, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Беккер Майнинг Системс-Сибирь» (ОГРН <***>, ИНН <***>), <...> 985 000 рублей убытков, 72 925 рублей расходов по уплате государственной пошлины, всего 10 057 925 рублей.

Взыскать с ФИО1, город Осинники Кемеровской области, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Беккер Майнинг Системс-Сибирь» (ОГРН <***>, ИНН <***>), город Москва,проценты за пользование чужими денежными средствами на всю взысканную сумму – 10 057 925 рублей с момента вступления судебного акта в законную силу и до его фактического исполнения по ставке рефинансирования Банка России, действующей на день исполнения решения суда или его части.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия.

Судья В.М. Турлюк