Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Кировской области в составе судьи Кулдышева О.Л.,
при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания Захарищевой Н.А.,
рассмотрев материалы дела по заявлению
общества с ограниченной ответственностью «Кировский биохимический завод» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 610020, <...>)
к инспекции Федеральной налоговой службы России по городу Кирову (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 610001, <...>)
о признании недействительным решения налогового органа от 06.06.2018 № 4783,
при участии в судебном заседании представителей:
от заявителя - ФИО1 по доверенности от 09.04.2019,
от ответчика - ФИО2 по доверенности от 24.12.2019.

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Кировский биохимический завод» (далее Общество, ООО «КИБИХ») обратилось в Арбитражный суд с заявлением о признании недействительным решения руководителя инспекции Федеральной налоговой службы России по городу Кирову 06.06.2018 № 4783.

Ответчик заявленные требования не признал в полном объеме, представил письменный отзыв на заявление.

Из материалов дела судом установлены следующие обстоятельства.

05.08.2016 ООО "Кировский биохимический завод" представлена в ИФНС России по городу Кирову уточненная налоговая декларация (корректировка №3) по НДС за 4 квартал 2015, в которой применены, в том числе, налоговые вычеты в размере 23 125 423рублей 70копеек по счету-фактуре от 28.12.2015 № 45 ООО «Биотехнологическая компания» в связи с приобретением турбины паровой в комплекте с генератором на сумму 151 600 000 рублей по договору от 02.12.2015 № 9/П-14.

Ранее Обществом в установленный срок были представлены в ИФНС России по городу Кирову первичная и уточненная налоговые декларации по НДС за 4 квартал 2015 года, по которым инспекцией проведены камеральные налоговые проверки и отражено завышение ООО «КИБИХ» налоговых вычетов по НДС в размере 29 273 642 рублей 00копеек в связи с тем, что сумма налоговых вычетов в декларации превышала сумму вычетов по книге покупок, при этом налоговые вычеты по счету-фактуре от 28.12.2015 № 45 ООО «Биотехнологическая компания» не применялись.

По результатам проверки налоговой декларации (корректировка № 3) по НДС за 4 квартал 2015года налоговым органом составлен Акт проверки от 21.11.2016 (том 3 л.д. 18-61), который вручен заявителю.

18.01.2017 заместителем начальника инспекции, на основании ходатайства налогоплательщика, принято решение о продлении рассмотрения материалов налоговой проверки до 20.02.2017(том 3 л.д. 102).

На основании подпункта 5 пункта 3 статьи 101 НК РФ Инспекцией принимались решения от 20.02.2017, от 16.03.2017, от 24.03.2017 об отложении рассмотрения материалов налоговой проверки в связи с неявкой лица, участие которого необходимо для их рассмотрения.

Решением от 10.05.2017 назначено проведение дополнительных мероприятий налогового контроля.

По результатам налоговой проверки Инспекцией принято решение № 4783 от 06.06.2018 о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, доначислении к уплате за 4 квартал 2015года НДС в сумме 23 125 423 рублей 00копеек, пени 5 988 199рублей 80копеек и применении штрафа в размере 144 533рублей 89копеек.

Решением руководителя Управления ФНС РФ по Кировской области от 24.09.2018 №06-15/15055С (том 1 л.д. 265-280) апелляционная жалоба Общества оставлена без удовлетворения, решение инспекции оставлено в силе в полном объеме.

Основанием для доначисления НДС за 4 квартал 2015года послужили выводы налогового органа о завышении налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость в связи с отражением в учете нереальной и фактически недостоверной операции приобретения паровой турбины и турбогенератора у ООО «Биотехнологическая компания» по счету-фактуре от 28.12.2015 № 45 по цене 151 600 000 рублей по договору от 02.12.2015 № 9/П-14.

В обоснование заявленных требований заявитель указал, что налоговые вычеты применены правомерно в соответствии с требованиями статей 171, 172 НК РФ, хозяйственная операция приобретения паровой турбины и турбогенератора в декабре 2015года отражена в учете как продавца - ООО «Биотехнологическая компания», так и Общества. Покупка паровой турбины и турбогенератора оформлена надлежащим образом, товар получен и используется в производстве заявителя.

Заявитель также указал на нарушение налоговым органом требований статьи 101 НК РФ, проведение допросов после окончания проверки, использование налоговым органом доказательств, полученных с нарушением требований НК РФ.

В обоснование своих возражений ответчик указал, что паровая турбина и турбогенератор были приобретены в 2009году ООО «БиоХимЗавод», директором которого являлся директор заявителя - ООО «Кировский биохимический завод» ФИО3, а учредителями ООО «Топливные ресурсы» - 90% (учредитель ФИО4, отец директора ООО «Кибих») и физическое лицо ФИО5 (соучредитель ООО «Капитал групп», которое является единственным учредителем заявителя ООО «Кировский биохимический завод»). По мнению ответчика, после ликвидации ООО «БиоХимЗавод» в 2012году по завершении процедуры банкротства предприятия, фактическим владельцем и пользователем паровой турбины и турбогенератора являлся заявитель - ООО «Кировский биохимический завод» (директор ФИО6). Ответчик также указал, что ООО «Биотехнологическая компания» не приобретало паровую турбину и турбогенератор и не могло их продать, данная организация является взаимозависимой с ООО «Кировский биохимический завод» и подконтрольной директору заявителя ФИО6 , сделка отражена в учете с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения налоговой базы по НДС в результате необоснованного учета налоговых вычетов по нереальной хозяйственной операции.

Ответчик заявил об отсутствии нарушений требований статьи 101 НК РФ при вынесении оспариваемого решения, допустимости представленных доказательств.

Подробное изложение своих доводов и возражений представлено сторонами в письменных пояснениях по делу.

Заслушав доводы сторон, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о необоснованности заявленных требований Общества и отказывает в их удовлетворении.

В силу пункта 1 статьи 169 Кодекса счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав (включая комиссионера, агента, которые осуществляют реализацию товаров (работ, услуг), имущественных прав от своего имени) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 Кодекса.

Согласно пункту 2 статьи 169 Кодекса счета-фактуры являются основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету при выполнении требований, установленных пунктами 5, 5.1 и 6 настоящей статьи.

Налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты (пункт 1 статьи 171 Кодекса).

В соответствии с пунктом 2 статьи 171 Кодекса вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации в отношении: товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Кодекса, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Кодекса, товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Кодекса (пункт 1 статьи 172 Кодекса).

В постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом следует учитывать, что возможность достижения того же экономического результата с меньшей налоговой выгодой, полученной налогоплательщиком путем совершения других предусмотренных или не запрещенных законом операций, не является основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

О необоснованности налоговой выгоды могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств:

- невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг;

- отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств;

- учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций;

- совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В случае наличия особых форм расчетов и сроков платежей, свидетельствующих о групповой согласованности операций, суду необходимо исследовать, обусловлены ли они разумными экономическими или иными причинами (деловыми целями).

Если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции.

Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано. Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Как установлено из материалов дела, факт приобретения спорного имущества заявителем у ООО «Биотехнологическая компания» обосновывается Обществом представленными документами, в том числе: - договором поставки от 02.12.2015 № 9/П-14 с дополнительным соглашением от 28.12.2015; -счетом-фактурой №45 от 28.12.2015; - товарной накладной № 20 от 28.12.2015; -претензией от 08.02.2017; -книгой покупок.

По мнению заявителя, в Инспекцию представлены все документы, подтверждающие фактическое приобретение паровой турбины и турбогенератора, стоимостью 151 600 000 рублей, в том числе НДС 23 125 423рублей 73копеек, и принятия товара на учет.

Из представленных в суд документов установлено, что общество с ограниченной ответственностью «Кировский биохимический завод» (ООО «КИБИХ») применило налоговые вычеты по НДС за 4 квартал 2015года в сумме 23 125 423рублей 73копеек на основании счета-фактуры №45 от 28.12.2015, выставленного ООО «Биотехнологическая компания» по договору поставки от 02.12.2015 турбины паровой в комплекте с генератором и возбудителем общей стоимостью 151 600 000рублей 00копеек, включая НДС.

Счет-фактура №45 от 28.12.2015 подписан руководителем ООО «Биотехнологическая компания» ФИО7, и главным бухгалтером ФИО7

Договор поставки от 02.12.2015 № 9/П-14 подписан со стороны ООО «Биотехнологическая компания» директором ФИО7, со стороны покупателя ООО «КИБИХ» директором ФИО6

Из представленных в суд документов следует, что в бухгалтерском учете ООО «КИБИХ» отражена частичная оплата паровой турбины и турбогенератора в размере 32 922 655 рублей 00копеек по соглашению от 10.04.2017 с ООО «Биотехнологическая компания» о взаимозачете требований по договорам займа.

Оставшаяся сумма оплаты за товар по договору поставки от 02.12.2015 в размере 118 677 344рублей 15копеек отражена ООО «КИБИХ» в качестве внереализационных доходов в связи с ликвидацией контрагента ООО «Биотехнологическая компания» по инициативе налогового органа в 2019году и истечением срока исковой давности для взыскания.

Оплата денежными средствами по указанному договору поставки не производилась.

Соглашение о зачете требований от 10.04.2017 между ООО «КИБИХ» и ООО «Биотехнологическая компания» (том 19) содержит сведения о том (пункты 3 и 4 соглашения), что по договорам займа от 30.03.2015 и от 31.08.2015 ООО «Биотехнологическая компания» имеет задолженность перед ООО «КИБИХ» в сумме 61 391 000рублей 00копеек, а размер задолженности ООО «КИБИХ» по оплате турбины и турбогенератора на 01.01.2017 составляет 50 500 000рублей 00копеек. Указанным соглашением предусмотрено, что остаток задолженности ООО «Биотехнологическая компания» перед ООО «КИБИХ» составляет 10 891 000рублей 00копеек.

Как следует из документов, представленных налоговым органом, по расчетному счету ООО «Биотехнологическая компания» в 2015году отражено поступление денежных средств от ООО «КИБИХ» по двум договорам займа в общей сумме 61 391 000рублей 00копеек, при этом 30.03.2015 ООО «Биотехнологическая компания» возвратило часть заемных средств обратно Обществу в сумме 6 870 000рублей 00копеек.

Таким образом, из вышеуказанных материалов дела следует, что отражение в бухгалтерском учете заявителя суммы оплаты за поставленный товар (турбину и турбогенератор) в результате зачета требований по договорам займа, не соответствует ни самому соглашению о зачете от 10.04.2017, на которое ссылается заявитель, ни сведениям о движении денежных средств по расчетному счету заявителя и ООО «Биотехнологическая компания».

Как установлено из материалов дела, ООО «Биотехнологическая компания» не отражало в своем бухгалтерском и налоговом учете за 2015год приобретение паровой турбины и турбогенератора, и ее реализацию, не производило оплату в какой-либо форме за турбину и турбогенератор, не учитывало указанное имущество в своем бухгалтерском и налоговом учете в качестве основных средств.

Данные обстоятельства установлены и отражены в Акте налоговой проверки от 21.11.2016.

После вручения Акта налоговой проверки заявителю и проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, ООО «Биотехнологическая компания» представило в инспекцию 02.10.2017 уточненную налоговую декларацию по НДС за 4 квартал 2015года, в которой отразило налоговые вычеты по НДС по приобретению паровой турбины и турбогенератора в сумме 22 850 847рублей 00копеек, и исчислило сумму НДС от ее реализации в размере 23 125 424рублей 00копеек, однако налог на добавленную стоимость в бюджет не был уплачен, после чего 23.09.2019 ООО «Биотехнологическая компания» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо и прекратило свою деятельность.

В соответствии со статьей 105.1 НК РФ, если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения (далее - взаимозависимые лица).

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. При этом такое влияние учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии с настоящей статьей.

Суд может признать лица взаимозависимыми по иным основаниям, не предусмотренным пунктом 2 настоящей статьи, если отношения между этими лицами обладают признаками, указанными в пункте 1 настоящей статьи. (пункт 7 статьи 105.1 НК РФ).

Заявитель пояснил, что вывод налогового органа о том, что ООО «Биотехнологическая компания» осуществляло предпринимательскую деятельность не самостоятельно и подконтрольно заявителю, является недоказанным. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ООО «КИБИХ» определяло решения, принимаемые поставщиком, управляло деятельностью компании контрагента, управляло расчетными счетами ООО «Биотехнологическая компания», распоряжалось денежными средствами общества, осуществляло ведение налогового и бухгалтерского учета за поставщика.

По мнению заявителя, полученные в рамках другой выездной налоговой проверки и оформленные решением от 10.07.2018 года новые доказательства, на которых не основано оспариваемое решение инспекции, не могут быть признаны допустимыми доказательствами в силу пунктов 4, 8 статьи 101 НК РФ и статьи 68 АПК РФ.

В обоснование своих возражений налоговый орган указал, что ООО «Биотехнологическая компания» было создано 28.10.2014, зарегистрировано по одному с ООО «КИБИХ» адресу <...> А.

Учредителем и руководителем ООО «Биотехнологическая компания» являлся ФИО7, ранее работавший в ООО «Кировский БиоХимЗавод» в 2006 году, ООО «БиоХимЗавод» в 2008, 2009 годах, ООО «КИБИХ» в 2011, 2012 годах, в которых ФИО6 занимал должность генерального директора. С момента регистрации, ООО «Биотехнологическая компания» финансово-хозяйственную деятельность не осуществляло, имущество, транспортные средства, земельные участки у общества отсутствовали, спорное имущество в бухгалтерском учете не учитывалось. Ответчик указал, что согласно бухгалтерского баланса за 2015 год у Общества не числятся в составе активов ни материалы, ни товары, ни готовая продукция, ни основные средства, также не отражены в балансе остатки по денежным средствам и дебиторская задолженность, декларация по налогу на прибыль за 2015 год представлена «нулевая».

По мнению ответчика, ООО «Биотехнологическая компания» финансировалось за счет средств ООО «КИБИХ», денежные средства поступали на расчетный счет в виде беспроцентных займов, 87% составляли поступления от ООО «КИБИХ», при этом около 50 процентов поступивших денежных средств перечислялись на заработную плату работников этой организации, примерно 4,88% на уплату налогов с выплаченной заработной платы, и часть полученных от заявителя денежных средств (около 9,75%) возвращена в ООО «КИБИХ». Из полученных от ООО «КИБИХ» денежных средств по договору займа, ООО «Биотехнологическая компания» производилась оплата обязательств самого ООО «КИБИХ» перед третьими лицами в размере примерно 15-16%.

Ответчик заявил, что ООО «Биотехнологическая компания» первичная налоговая декларация по НДС за 4 квартал 2015 года была представлена с нулевыми показателями, без отражения реализации товара в адрес ООО «КИБИХ», и только после вручения заявителю акта камеральной проверки и проведения дополнительных мероприятий налогового контроля в отношении ООО «КИБИХ», в октябре 2017года от ООО «Биотехнологическая компания» поступила уточненная налоговая декларация (корректировка № 1) по НДС за 4 квартал 2015 года, в которой заявлено совершение одной единственной сделки по приобретению и реализации паровой турбины и турбогенератора, и в книге покупок отражена единственная счет-фактура от 28.11.2014 № 17, выставленная ООО «Кировский тракторный завод». Сумма налога на добавленную стоимость от продажи паровой турбины и турбогенератора, заявленная к уплате по уточненной декларации в размере 274 577 рублей 00копеек, ООО «Биотехнологическая компания» в бюджет не была уплачена и не будет уплачена никогда, поскольку ООО «Биотехнологическая компания» 23.09.2019 исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо и прекратило свою деятельность.

Ответчиком представлены сведения из материалов выездной налоговой проверки в отношении заявителя, в соответствии с которыми в книге учета ООО «КИБИХ» с названием «Штатное расписание: руководители, специалисты, служащие 2013 год» начиная с 2013 года по 2017 год, отражены фамилии работников не только ООО «КИБИХ», но и работников ООО «Биотехнологическая компания». В разделе «Заводоуправление» отражены как работники ООО «КИБИХ», так и директор ООО «Биотехнологическая компания» ФИО7 Работники ООО «Биотехнологическая компания» фактически выполняли трудовые обязанности в ООО «КИБИХ», непосредственно подчинялись директору ООО «КИБИХ ФИО6, а именно установлено:

- получение работниками ООО «Биотехнологическая компания» денежных средств в подотчет из кассы ООО «КИБИХ» на производственные и командировочные расходы;

- направление работников ООО «Биотехнологическая компания» приказами генерального директора ООО «КИБИХ» ФИО6 в служебные командировки, выплата суточных; по окончании командировки составление авансовых отчетов, которые были утверждены также ФИО6;

- подписание и составление работниками ООО «Биотехнологическая компания» документов, относящихся к финансово-хозяйственной деятельности ООО «КИБИХ»,

- выплата заработной платы работникам ООО «Биотехнологическая компания» из денежных средств, полученных не от предпринимательской деятельности ООО «Биотехнологическая компания», а в виде займа от ООО «КИБИХ».

Заслушав доводы сторон, оценив представленные доказательства, суд в соответствии со статьями 20, 105.1 НК РФ, статьями 67, 68 и 71 АПК РФ приходит к выводу об обоснованности доводов ответчика и признает, что ООО «КИБИХ» и ООО «Биотехнологическая компания» являлись взаимозависимыми организациями.

Доводы заявителя о том, что полученные в рамках другой выездной налоговой проверки и оформленные решением от 10.07.2018 года новые доказательства, на которых не основано оспариваемое решение инспекции, не могут быть признаны допустимыми доказательствами в силу пунктов 4, 8 статьи 101 НК РФ и статьи 68 АПК РФ, судом признаются не правомерными и необоснованными.

В соответствии со статьей 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

В соответствии со статьей 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Суд приходит к выводу о том, что представление в ходе судебного разбирательства налоговым органом сведений и документов, установленных по результатам выездной налоговой проверки в отношении этого же налогоплательщика за период, включающий также и период проведения камеральной налоговой проверки, по итогам которой вынесено оспариваемое решение налоговой инспекции, не противоречит требованиям статей 64, 68 АПК РФ.

В соответствии с пунктом 27 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» необходимо учитывать, что налоговый орган, руководствуясь нормой абзаца 2 пункта 4 статьи 101 НК РФ, при рассмотрении материалов налоговой проверки вправе исследовать также документы, полученные в установленном Кодексом порядке, полученные при проведении камеральных и выездных налоговых проверок данных лиц, и иные документы, имеющиеся у налогового органа.

В силу положений п. 78 Постановление № 57 из положений статей 88, 89, 100, 101, 139 НК РФ следует, что право налогового органа осуществлять сбор доказательств, равно как и право налогоплательщика знакомиться с этими доказательствами, представлять возражения против выводов налогового органа и подтверждающие такие возражения доказательства, предоставляются им на всех стадиях осуществления налогового контроля вплоть до вынесения вышестоящим налоговым органом решения по жалобе налогоплательщика на решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Представление доказательств и сведений, полученных в ходе проведения выездной налоговой проверки после окончания камеральной налоговой проверки, само по себе не может свидетельствовать об использовании налоговым органом информации как добытой с нарушением требований закона.

Указанные сведения признаются доказательствами по делу и подлежат оценке в соответствии со статьей 71 АПК РФ.

Суд исходит из того, что налогоплательщик ознакомлен с представленными налоговым органом документами и доказательствами надлежащим образом в ходе проведения выездной налоговой проверки, указанные сведения отражены в решении налоговой инспекции по результатам этой выездной проверки от 10.07.2018 года № 25-40/2867, вступившему в силу.

Как установлено из материалов дела, заявитель ООО «Кировский биохимический завод» (ООО «КИБИХ») зарегистрировано 30.05.2011 по адресу <...>. Основной вид деятельности – производство синтетического и гидролизного этилового спирта. Учредителем Общества является ООО «Капитал Групп», в котором 90 процентов доли принадлежит ФИО8, отцу директора ООО «Кировский биохимический завод» ФИО6

Руководителем Общества является ФИО6 с момента образования по настоящее время.

До момента образования ООО «КИБИХ» указанный вид деятельности по адресу <...> осуществляли: - с 1991года ФГУП «Кировский биохимический завод», который в 2002году стал единственным учредителем ОАО «Завод Биохимии» (ликвидирован вследствие банкротства в 2008году),

-образованный 18.10.2004 ООО «Кировский биохимический завод» (ООО КБХЗ), и после смены названия в 2008году ООО «Завод по производству топливных гранул» (ликвидировано в 2008году)

-образованный в форме выделения 31.03.2008 ООО «БиоХимЗавод» (ликвидирован вследствие банкротства 02.04.2012),

-ООО «КИБИХ».

Во всех вышеуказанных организациях руководителем являлся директор заявителя ФИО6

Из материалов дела установлено, что ООО «БиоХимЗавод» создано 31.03.2008, ликвидировано на основании определения Арбитражного суда Кировской области о завершении конкурсного производства от 16.02.2012, после чего 02.04.2012 внесена запись в ЕГРЮЛ о ликвидации. Согласно определению суда от 16.02.2012 документы по личному составу переданы на хранение в ООО «Кировский биохимический завод». Основной вид деятельности организации был - производство этилового спирта, юридический адрес - <...> А.

В 2009 году ООО «БиоХимЗавод» по договору с ОАО «Калужский турбинный завод» от 31.07.2008 № 30/02-853 приобретена паровая турбина мощностью 4МВт, и турбогенератор по договору от 02.05.2007 № 15880 с ООО ТПК «Нефтегазовые системы», товар отгружен 20.05.2009.

Оборудование – паровая турбина и турбогенератор были смонтированы в здании пристроя котельного цеха, принадлежащего ООО «Востокэнерго», и используются только для производства электроэнергии в производственной деятельности ООО «КИБИХ».

Учредителем ООО «Востокэнерго» является директор ООО «КИБИХ» ФИО6, что свидетельствует о взаимозависимости указанных организаций в соответствии со статьей 20, 105.1 НК РФ.

Заявитель указал, что в 2011году паровая турбина и турбогенератор были проданы ООО «БиоХимЗавод» в общество с ограниченной ответственностью «Кировский гидролизный завод», при этом ООО «БиоХимЗавод» произвело затраты по приобретению и монтажу оборудования на общую сумму 104 969 137 рублей 00копеек. ООО «Кировский гидролизный завод» произвело затраты на сумму 48 110 000 рублей.

В 2012 году ООО «Кировский гидролизный завод» продал паровую турбину и турбогенератор в ООО «Кировский тракторный завод» за 148 395 330 рублей 00копеек. ООО «Кировский тракторный завод» не осуществляло работы, связанные с монтажом турбины и турбогенератора. В 2014 году ООО «Кировский тракторный завод» продало это оборудование ООО «Биотехнологическая компания» по договору купли-продажи от 02.11.2014 по счету-фактуре от 28.11.2014 № 17 за 149 800 000 рублей, а ООО «Биотехнологическая компания» продало оборудование в ООО «КИБИХ» по счету-фактуре от 28.12.2015 № 45 по цене 151 600 000 рублей по договору от 02.12.2015 № 9/П-14.

Как установлено из материалов дела, никаких договоров купли-продажи оборудования (паровой турбины и турбогенератора) от ООО «БиоХимЗавод» в общество с ограниченной ответственностью «Кировский гидролизный завод», и далее от ООО «Кировский гидролизный завод» в ООО «Кировский тракторный завод», и далее от ООО «Кировский тракторный завод» в ООО «Биотехнологическая компания», не имеется и не представлено в суд.

Заявителем представлены только сведения из книги покупок взаимозависимой организации ООО «Биотехнологическая компания» о приобретении от ООО «Кировский тракторный завод» оборудования (паровой турбины и турбогенератора) после окончания налоговой проверки.

Кроме того, судом установлено, что ООО «Кировский гидролизный завод», ООО «Кировский тракторный завод» и ООО «Биотехнологическая компания» паровую турбину и турбогенератор в бухгалтерском учете не отражало и не учитывало, операции по приобретению и оплате за приобретенное оборудование, а также доходы от продажи оборудования ни в бухгалтерском, ни в налоговом учете указанных организаций, не отражены, налоги не исчислены и не уплачены.

Установлено отсутствие не только платежей за приобретение и реализацию паровой турбины и турбогенератора между указанными организациями, но также и отсутствие каких-либо сведений о наличии данного оборудования в собственности, отсутствует отражение покупки и реализации паровой турбины и турбогенератора в доходах и расходах организаций по налоговым декларациям, и по декларациям по НДС.

В ходе проверки установлено, что ООО «Кировский гидролизный завод», ООО «Кировский тракторный завод», ООО «Биотехнологическая компания» не обладали финансовой самостоятельностью, оплачивали свои расходы за счет займов, полученных от ООО «КИБИХ» или его аффилированных лиц; учредителем всех трех организаций и одновременно руководителем ООО «Кировский тракторный завод», ООО «Биотехнологическая компания» являлся ФИО7, получавший доходы в разных организациях на протяжении с 2006 по 2012 годы, руководителем которых являлся директор ООО «КИБИХ» ФИО6

Суд приходит к выводу с учетом представленных доказательств о том, что указанные организации: ООО «Кировский гидролизный завод», ООО «Кировский тракторный завод», ООО «Биотехнологическая компания», расположенные по одному юридическому адресу, являются в силу статей 20 и 105.1 НК РФ взаимозависимыми лицами, фактическое руководство в которых осуществлялось директором ООО «КБИХ» ФИО6

Кроме того, из материалов дела следует, что монтаж оборудования и оплаты работ по монтажу и запуску оборудования в эксплуатацию, осуществлялся различными организациями из числа вышеуказанных взаимозависимых лиц, в том числе, в период с 2012года непосредственные расходы по монтажу, проведению пусконаладочных работ, техническому обслуживанию паровой турбины и турбогенератора, несло ООО «КИБИХ» путем заключения договоров с подрядчиками (договоры с ООО НПП «Измерительные технологии» от 07.06.2012 № 1210/4.1/2012, № 1211/4.1/2012, с ФБУ «Нижегородский ЦСМ» от 10.07.2012 № 47 на оказание услуг по проведению анализа качества турбинного масла), а также и через взаимозависимые организации ООО «Кировский гидролизный завод» (работы по монтажу турбины, пусконаладочные работы), ООО «Эко-Древ» (договор от 25.04.2014 № 1347/4.1/2014 с ООО НПП «Измерительные технологии» на поставку комплектующих к системе контроля и диагностики турбогенератора), ООО «Дион» (договор подряда от 01.07.2015 № 20-2015 с ООО «Уралэнергомаш» на техническое обслуживание и ремонт турбины Р-6 и генератора), при этом установлено, что ООО «КИБИХ» перечисляло денежные средства за ООО «Кировский гидролизный завод».

Из протокола допроса технического директора ООО «КИБИХ» ФИО9 следует, что проектную организацию и подрядчиков для монтажа турбины выбирал заместитель директора ООО «КИБИХ» ФИО10, турбина была приобретена, смонтирована, запущена в эксплуатацию примерно в 2012 году и используется в производстве Кировского биохимзавода.

Из протоколов допросов работников Общества, занимающихся обслуживанием паровой турбины - машиниста котлов ФИО11 , ФИО12, главного механика ФИО13, машиниста паровой турбины ФИО14, мастера по эксплуатации котельного оборудования ФИО15, заместителя начальника котельного цеха ФИО16, установлено, что первый пуск и ввод в эксплуатацию турбины осуществлен в конце 2012 года, турбина не ломалась, с 2013 года турбина обеспечивала электричеством часть производства ООО «КИБИХ».

Согласно письму ООО «Турбомаркет» от 19.03.2018, ООО «Турбомаркет» производило работы по монтажу турбины Р-4-3,4/1,5 в марте 2012 года, пусконаладочные работы в декабре 2012 года на промышленной площадке ООО «Кировский гидролизный завод» в <...>, представителем завода являлся ФИО10 (первый заместитель директора ООО «КИБИХ»).

Согласно протоколу допроса начальника службы ремонтов ООО «Турбомаркет» ФИО17, в 2012 году сотрудники ООО «Турбомаркет» выезжали в город Киров для проведения работ по наладке и монтажу паровой турбины Р-4-3,4/1,5. По всем техническим вопросам в городе Кирове был представитель ФИО10, сотрудники ООО «Турбомаркет» произвели на объекте перемонтаж оборудования с последующим выполнением пуско-наладочных работ, последний этап пуско-наладочных работ выполнен в декабре 2012 года. В период с 2013 по 2015 годы сотрудники ООО «Турбомаркет» не выезжали в командировку для проведения технического обслуживания.

Из материалов дела следует, что ООО «Кировский гидролизный завод» в данный период времени деятельность не осуществляло и находилось в стадии ликвидации (с 26.03.2012), не отражало спорное имущество в бухгалтерском учете, на дату проведения пусконаладочных работ в декабре 2012 года спорное имущество отсутствовало у ООО «КГЗ», согласно отчету арбитражного управляющего ООО «КГЗ» от 07.11.2012 по итогам инвентаризации имущества должника на 02.07.2012 отсутствуют основные средства, нематериальные активы, незавершенное строительство, оплата за выполнение работ ООО «КГЗ» не производилась.

Отражение основных средств организации на счетах бухгалтерского учета производится в соответствии с Планом счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкцией по его применению, утвержденными приказом Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2000 № 94н.

Приобретаемое основное средство отражается в бухгалтерском учете на счете 01, а основные средства, требующие монтажа, дооборудования на счете 08.

Согласно Инструкции по применению планов счетов бухгалтерского учета, счет 01 "Основные средства" предназначен для обобщения информации о наличии и движении основных средств организации, находящихся в эксплуатации, запасе, на консервации, в аренде, в доверительном управлении. Счет 08 «Вложения во внеоборотные активы» предназначен для обобщения информации о затратах организации в объекты, которые впоследствии будут приняты к бухгалтерскому учету в качестве основных средств.

Согласно Приказу Министерства финансов Российской Федерации от 31.10.2000 № 94н турбина и турбогенератор подлежали учету на счете 08 «Вложения во внеоборотные активы», а после ввода в эксплуатацию на счете 01 «Основные средства».

Согласно бухгалтерского баланса ООО «Кировский гидролизный завод» за 2011 год данное имущество не учитывалось в строке бухгалтерского баланса "Основные средства" (незавершенное строительство), также и в строке бухгалтерского баланса «Прочие внеоборотные активы».

19.09.2018 в Управление ФНС России по Кировской области ООО «КИБИХ» в дополнение к апелляционной жалобе представлены копии оборотно-сальдовых ведомостей по счету 08 ООО «БиоХимЗавод», ООО «Кировский гидролизный завод», ООО «Кировский тракторный завод», ООО «Биотехнологическая компания», ООО «КИБИХ» и письмо ООО «Биотехнологическая компания» от 27.01.2016, в соответствии с которыми заявитель указал на принятие паровой турбины и турбогенератора к учету в указанных организациях как имущество, не введенное в эксплуатацию на счете 08 «Вложения во внеоборотные активы».

Однако, в ходе судебного разбирательства, ООО «КИБИХ» представлены в суд иные документы от этих же организаций- копии справок об учете оборудования на счете 41 «Товары» и отражении по строке 1210 бухгалтерского баланса «запасы» в ООО «Кировский гидролизный завод», ООО «Кировский тракторный завод», ООО «Биотехнологическая компания».

Суд критически оценивает представленные заявителем вышеуказанные документы, поскольку они являются противоречащими друг другу, что нарушает принцип достоверности отражения хозяйственных операций в бухгалтерском учете в соответствии со статьями 9, 13 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете".

Доводы заявителя о том, что поскольку указанное оборудование находилось в аренде у ООО «КИБИХ» с 2012года с момента заключения договора аренды с ООО «Кировский тракторный завод» от 03.06.2012 и дополнительного соглашения от 06.06.2012, а затем при смене собственника находилось в аренде по договору с ООО «Биотехнологическая компания», поэтому Общество не являлось собственником оборудования, осуществляло только владение и пользование, судом проверены и признаются необоснованными.

Как следует из материалов дела, Обществом в ходе налоговой проверки был представлен договор аренды паровой турбины и турбогенератора от 03.06.2012 с ООО «Кировский тракторный завод». Договор подписан от ООО «Кировский тракторный завод» директором ФИО7, который на дату заключения договора директором ООО «Кировский тракторный завод» не являлся.

Доводы заявителя о том, что ФИО7 подписал договор аренды по доверенности, судом признаются необоснованными, поскольку договор аренды не содержит сведений о подписании его со стороны арендодателя лицом по доверенности.

В ходе судебного разбирательства, в июне 2020года Обществом представлено в суд в качестве доказательства дополнительное соглашение от 06.06.2012 к договору аренды от 03.06.2012, в соответствии с которым ООО «Кировский тракторный завод» передает в аренду ООО «Кировский биохимический завод» турбину паровую с турбогенератором, расположенные в здании котельного цеха по адресу <...>, арендная плата установлена в размере 15 000рублей и подлежит уплате арендатором с момента предоставления арендодателем акта испытаний и приемки в эксплуатацию паровой турбины. Заявитель пояснил, что поскольку акт испвтаний и ввод паровой турбины в эксплуатацию осуществлены только в 2015году, арендная плата с 2012года не уплачивалась.

Ответчик заявил, что указанные в договоре аренды от 03.06.2012 и дополнительном соглашении от 06.06.2012 расчетные счета ООО «Кировский тракторный завод» в банке открыты только 24.10.2012, и соответственно, не могли быть указаны при заключении договора и соглашения в июне 2012года.

Доводы ответчика заявителем не опровергнуты.

Из материалов дела установлено, что наличие арендных отношений и оплаты арендной платы не отражено ни в бухгалтерском, ни в налоговом учете ООО «Кировский тракторный завод», ООО «Биотехнологическая компания», ООО «КИБИХ».

Представленные заявителем сведения (акт сверки) о наличии задолженности по арендной плате перед ООО «Биотехнологическая компания» в размере 31500 рублей по состоянию на 02.12.2015, судом проверены и оцениваются как недостоверные, поскольку указанные сведения не свидетельствуют о фактической уплате арендной платы и фактическом наличии арендных отношений между сторонами в условиях их взаимозависимости и подконтрольности заявителю ликвидированного ООО «Биотехнологическая компания».

Заявитель указал, что затраты по приобретению оборудования (турбины и турбогенератора), его монтажу составили 153 679 137 рублей 00копеек, в т.ч. НДС 23442580рублей 20копеек, а именно: затраты первоначального покупателя ООО «БиоХимЗавод» по приобретению составили - приобретение турбины по цене 24 717 137рублей 00копеек, в том числе НДС 3 770 410рублей 73копеек, приобретение турбогенератора по цене 11 452 000рублей , в том числе НДС 1 746 915рублей 25копеек, проектные и архитектурно-строительные работы, выполненные ООО ПКФ «Теплоэнергомонтаж» стоимостью 49 200 000рублей, в том числе НДС 7 505 084рублей 75копеек, работы по устройству фундаментов под турбину и генератор, выполненные ООО «Строительное управление -1 А» стоимостью 7 000 000рублей, в том числе НДС 1 067 796рублей 61копеек, основные монтажные работы, выполненные генподрядчиком ООО «Энергомонтаж», стоимостью 10 200 000рублей , в том числе НДС 1 555 932рублей 20копеек, проектные работы, выполненные ООО «Энергомашконтракт» г. Нижний Новгород» договор № ЭМК-2010 /010юПИР от 14.12.2010 г. стоимостью 2 400 000рублей, в том числе НДС 366 101рублей 69копеек, всего на сумму 104 969 137 рублей, в том числе НДС 16 012 241рублей 23копеек. В 2011 году ООО «Кировский гидролизный завод» осуществило дальнейшие затраты на монтаж этого оборудования, уплатив поставщикам и подрядчикам ООО «Энергомонтаж» 46 900 000рублей 00копеек, в том числе НДС 7 154 237рублей 29копеек, ООО «Турбомаркет» 1 210 000рублей, в том числе НДС 184576рублей 27копеек.

Суд, оценивая указанные доводы заявителя, а также доводы о дате ввода оборудования в эксплуатацию, приходит к выводу о том, что расходы на приобретение, монтаж и запуск оборудования в эксплуатацию, произведенные ООО «БиоХимЗавод» и ООО «Кировский гидролизный завод», относятся к хозяйственной деятельности именно данных организаций и не влияют на оценку достоверности и реальности совершения хозяйственной операции самим заявителем по приобретению данного оборудования у ООО «Биотехнологическая компания».

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что представленные налоговым органом доказательства подтверждают выводы инспекции о неправомерности и необоснованности применения ООО «КИБИХ» налоговых вычетов по НДС по нереальной хозяйственной операции по приобретению паровой турбины и турбогенератора у ООО «Биотехнологическая компания», при этом указанные действия ООО «КИБИХ», были направлены на получение необоснованной налоговой выгоды в виде уменьшения налоговой базы по налогу на добавленную стоимость.

Суд признает законным и обоснованным решение налоговой инспекции о доначислении заявителю к уплате за 4 квартал 2015года НДС в сумме 23 125 423 рублей 00копеек, пени 5 988 199рублей 80копеек и применении штрафа в размере 144 533рублей 89копеек.

Доводы заявителя о нарушении процедуры принятия оспариваемого решения, судом рассмотрены и признаются необоснованными.

По мнению заявителя, налоговым органом допущены нарушения процедуры рассмотрения материалов камеральной проверки, установленные статьей 101 НК РФ, которые привели к принятию неправомерного решения, основанного на недопустимых доказательствах, полученных путем формального затягивания камеральной проверки, что в силу п.14 ст. 101 НК РФ является основанием для отмены обжалуемого решения. Заявитель также указал, что камеральная проверка декларации за 4 квартал 2015 года длилась около двух лет – с 05.08.2016 по 06.06.2018, выездная налоговая проверка, в отношении ООО «КИБИХ» проводилась с 05.12.2016 по 10.07.2018, предметом которой явились все налоги, уплачиваемые заявителем в связи с нахождением на общепринятой системе налогообложения за 2013,2014,2015 годы.

Как установлено из материалов дела, по результатам камеральной проверки составлен Акт от 21.11.2016, который вручен заявителю. 30.12.2016 Обществом представлены возражения на акт проверки, после чего 15.06.2017 и 31.05.2018 представлены дополнения к возражениям.

Первоначальное рассмотрение акта налоговой проверки от 21.11.2016 № 13869 и материалов проверки инспекция назначила на 18.01.2017, о чем уведомила Общество надлежащим образом (том 3, л.д. 62-63). 18.01.2017 налогоплательщик на рассмотрение явился, ходатайствовал об отложении, продлении срока рассмотрения материалов проверки, что подтверждается протоколом рассмотрения (том 3, л.д. 99-100).

18.01.2017 в связи с представлением ООО «Кировский биохимический завод» возражений, ходатайства об отложении, продлении срока рассмотрения материалов проверки, невозможностью полностью и всесторонне оценить представленные возражения, непредставлением заявителем к возражениям документов по турбине, принято решение № 135 о продлении срока рассмотрения материалов налоговой проверки до 20.02.2017.

После изучения представленных возражений, в связи с непредставлением к возражениям документов по турбине (договор, товарная накладная, счет-фактура № 45 от 28.12.2015) заместителем начальника ИФНС России по городу Кирову участие заявителя было признано обязательным для рассмотрения материалов налоговой проверки.

10.05.2017 решением руководителя налогового органа назначено проведение дополнительных мероприятий налогового контроля.

Итоговое рассмотрение материалов проверки и дополнительных возражений заявителя состоялось 06.06.2018, в тот же день вынесено оспариваемое решение.

В соответствии с пунктом 14 статьи 101 НК РФ несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных настоящим Кодексом, может являться основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения. К таким существенным условиям относится обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Основаниями для отмены указанного решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом могут являться иные нарушения процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, если только такие нарушения привели или могли привести к принятию руководителем (заместителем руководителя) налогового органа неправомерного решения.

Оценив доводы сторон и представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что неоднократное ознакомление представителей Общества с материалами налоговой проверки , отложение рассмотрения материалов проверки по различным объективным основаниям, в данном случае не могут оцениваться как существенное нарушение процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки, и не могут являться основанием для отмены решения о привлечении Общества к налоговой ответственности.

Таким образом, суд приходит к выводу о законности и обоснованности решения руководителя налогового органа от 06.06.2018, и отказывает заявителю в удовлетворении требований о признании данного решения недействительным.

Обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Кировской области от 29.10.2018, подлежат отмене.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-170, 176, 201 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

отказать обществу с ограниченной ответственностью «Кировский биохимический завод» в удовлетворении требований.

Отменить обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Кировской области от 29.10.2018, по вступлении решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок в соответствии со статьями 181, 257, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня вступления решения в законную силу в соответствии со статьями 181, 273, 275, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Кировской области.

Пересмотр в порядке кассационного производства решения арбитражного суда в Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации производится в порядке и сроки, предусмотренные статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Кассационная жалоба в этом случае подается непосредственно в Верховный Суд Российской Федерации.

Судья О.Л. Кулдышев