Гражданский кодекс часть 1

Судья Арбитражного суда Костромской области Серобаба Илья Александрович, при ведении протокола секретарем Плотниковой Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению Министерства лесного хозяйства Кировской области, г. Киров (ИНН <***>, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО1, п. Полдневица Поназыревского района, Костромская область (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) о взыскании ущерба в размере 2 886 693 рублей,

при участии:

от истца: не явился,

ответчик: ФИО1, паспорт,

установил:

Министерство лесного хозяйства Кировской области обратилось в Арбитражный суд Костромской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании ущерба в размере 2 886 693 руб.

Истец, надлежащим образом извещенный о месте и времени судебного заседания, в суд не явился, направил ходатайство о рассмотрении дела без его участия, требования поддерживает.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований, по доводам, изложенным в ранее представленных в материалы дела отзывах и письменных пояснениях.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие истца.

Исследовав материалы дела, заслушав ответчика, суд установил следующие обстоятельства .

21.11.2008 между Департаментом лесного хозяйства Кировской области (в настоящее время переименован в Министерство лесного хозяйства Кировской области) и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (ответчик) был заключен договор аренды лесного участка, находящегося в федеральной собственности, №35-44, зарегистрированный Управлением Федеральной регистрационной службы по Кировской области 09.12.2008 (регистрационная запись №43-43-01/564/2008-625).

По условиям договора ИП ФИО1 предоставлен во временное владение и пользование лесной участок общей площадью 5723 га с условным номером 43-43-01/238/2008-073 и учетной записью в государственном лесном реестре № 35.27-2008-03, расположенный в кварталах №№27-32,44-50,60-62, 66, 67, 78ч, 79ч, 80ч, 84ч, 85ч, 133, 134, 148, 149 Гостовского участкового лесничества, Шабалинского лесничества.

В соответствии с пунктами «а», «о» и «р» пункта 11 Договора аренды ИП ФИО1 обязана использовать лесной участок по назначению в соответствии с лесным законодательством, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и Договором аренды, соблюдать порядок осуществления рубок лесных насаждений, правил заготовки древесины, утвержденных в установленном законодательством порядке, и выполнять другие обязанности, предусмотренные законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Согласно подпункту «л» пункта 11 Договора аренды ответчик обязан обеспечить борьбу с незаконными рубками в пределах арендуемой территории лесного участка.

По данным истца, в конце 2014 года на территории арендованного лесного участка ИП ФИО1 была произведена незаконная рубка лесных насаждений в выделе №27 квартале 47 Гостовского участкового лесничества, Шабалинского лесничества на площади 5,2 га., тогда как на 2014 год ИП ФИО1 для заготовки древесины была подана лесная декларация от 19.12.2013, которая не предусматривала заготовку в выделе №27, квартале 47 Гостовского участкового лесничества, Шабалинского лесничества на площади 5,2 га.

По выявленному факту незаконной рубки лесных насаждений органами предварительное следствия было возбуждено уголовное дело, производство по которому 23.12.2014 приостановлено, в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого (пункт 1 части 1 статьи 208 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).

Установленный факт незаконной рубки и фактические обстоятельства, связанные с неустановлением следственным путем лица, ее совершившего, послужили основанием для обращения истца с настоящими исковыми требованиями.

По результатам сплошного перечета пней истцом уствановлено, что на площади незаконной порубки фактически вырублено ликвидной древесины по породам: сосна – 269,57 куб.м., ель – 52,43 куб.м., береза – 240,17 куб.м., осина 229,83 куб.м. , итого объем незаконно вырубленной (незадекларированной) древесины составил 792 куб.м., а ущерб – 2 886 693 руб.

Требуя ввзыскания ущерба в заявленном размере, истец одновременно ссылается на следующие правовые и фактические основания.

1. Ответчик является лицом, непосредственно совершившим незаконную рубку лесных насаждений, о чем свидетельствуют дополнительно полученные истцом доказательства, представленные в материалы дела, которые не получили правовой оценки при производстве по уголовному делу, следовательно, ИП ФИО1 обязана возместить причиненный учерб по общим правилам деликтной ответственности как непосредственный причинитель вреда (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

2. Совершение незаконной рубки неустановленным лицом не освобождает ответчика, как сторону договора аренды, от обязанности возместить вред на основании статьи 309 Гражданского кодекса Российсской Федерации и принятых по условиям Договора обязательств, обязывающих ИП ФИО2 осуществлять борьбу с незаконными рубками и осуществлять заготовку древесины в соответствии с нормативно установленными требованиями

3. Обязанность ответчика возместить ущерб, причиненный лесному фонду, вытекает из положений 615 Гражданского кодекса Российсской Федерации, обязывающих ответчика возратить истцу участок лесного фонда с теми же количественными и качественными характеристиками и возместить убытки, вызванные ненадлежащим исполнением арендных обязательств, в связи с чем, личность лица, совершившего незаконную рубку, и обстоятельства его неустановления органом предварительного расследования, правового значения не имеют.

Ответчик, выражая несогласие по всем заявленным истцом доводам, указывает на отсутствие оснований для применения мер гражданского-правовой ответственности в виде возмещения им ущерба лесному фонду, причиненного неустановленным лицом, не соглашается с предложенным истцом толкованием условий Договора, ссылаясь, в том числе, на недействительность (ничтожность) пункта «л» пункта 11 Договора; указывает на недопустимость доказательств, связанных с установлением факта незаконной рубки по мотиву фальсификации должностными лицами Министерства лесного хозяйства Кировской области и подведомственного ему учреждения отдельных доказательств, о чем заявлено в предусмотренном статьей 161 Арбитражного процессуального кодекса Российсской Федерации процессуальном порядке.

Оценив представленные в дело доказательства на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

1. Согласно части 1 статьи 100 Лесного кодекса Российской Федерации возмещение вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства, осуществляется добровольно или в судебном порядке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для применения данной меры ответственности истцу необходимо доказать в совокупности: наличие убытков в заявленном к возмещению размере; вину ответчика в возникновении данных убытков; а также причинную связь между понесенными истцом убытками и виновными действиями ответчика.

В пункте 1 статьи 77 Федерального закона от 10.01.2002 №7-ФЗ «Об охране окружающей среды» (далее – Федеральный закон №7-ФЗ) предусмотрено, что юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

Вред окружающей среде, причиненный субъектом хозяйственной и иной деятельности, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды (пункт 3 статьи 77 Федерального закона №7-ФЗ).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 08.05.2007 №273 «Об исчислении размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства» нормативно закреплен порядок расчета ущерба, примененный истцом к спорным правоотношениям.

В соответствии с положениями статей 16, 29 Лесного кодекса Российской Федерации, Правилами заготовки древесины, утвержденными приказом Министерства природных ресурсов Российской Федерации от 01.08.2011 №337, а также правовой позицией, изложенной в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 №21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» рубка лесных насаждений арендатором лесного участка считается незаконной в тех случаях, когда у такого лица отсутствуют документы для рубки лесных насаждений на арендованном участке либо были вырублены деревья, рубка которых не предполагалась проектом освоения лесов или произведена с нарушением сроков.

Суд признает установленными обстоятельства незаконной рубки лесных насаждений в лесном массиве, расположенном в выделе 27 квартала 47 Гостовского участкового лесничества на территории Шабалинского района Кировской области, следствием которой явилось причинение ущерба лесному фонду на сумму 2 886 693 рубля.

Указанные обстоятельства подтверждаются материалами уголовного дела №20728, находящегося в производстве СО МО МВД России «Котельничский» и другими представленными доказательствами.

В представленных материалах суд не усматривает каких-либо данных, указывающих на совершение незаконной рубки ответчиком, а равно иными лицами по указанию (поручению) ИП ФИО1

ФИО1 в рамках приостановленного производством уголовного дела не привлекалась в процессуальном статусе обвиняемого либо подозреваемого, не допрашивалась и в качестве свидетеля, т.е. лица, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела (статья 56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации). Со слов ФИО1 в рамках уголовного производства она только давала объяснения должностным лицам полиции, в процессуальных же действиях после возбуждения уголовного дела участия не принимала.

Истец, не оспаривая установленные органом предварительного расследования обстоятельства, считает, что безусловным доказательством совершения незаконной рубки непосредственно ИП ФИО1 являются обнаруженные в период с 13 по 15 февраля 2017 года в ходе натурного осмотра в месте незаконной рубки признаки заготовки древесины в виде деляночного столба с надписями «кв.47 выд.27, СР 13, 5.2 га», «2013» (что означает квартал 47, выдел 27, вид рубки – сплошная рубка, год рубки – 2013, площадь рубки 5,2 га), а также в виде прорубленных визир.

Указанное доказательство – акт дополнительного осмотра мест рубок с фотоснимками представлен истцом в материалы дела.

Ответчиком заявлено о фальсификации данного доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, истец письменнообозначил отказ от исключения доказательства из материалов дела.

Судом приняты меры к проверке заявления о фальсификации по доводам ИП ФИО1, для чего осуществлен допрос в качестве свидетеля ФИО3, участвовавшего в проведении дополнительного осмотра места рубки в качестве представителя ФИО2, в судебном заседании получена консультация специалиста в области древесиноведения и лесоводства (статья 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

ФИО3, будучи допрошенным в судебном заседании в качестве свидетеля, указал, что акт повторного осмотра и фотоснимки отражают объективную картину на момент его составления в месте рубки, где действительно имелись признаки ранее совершенной незаконной рубки, а также деляночный столб, на который нанесены надписи, датированные 2013 годом. Свидетель, с учетом опыта работы в сфере заготовки древесины и имеющегося профильного образования, указал, что исключает возможность нанесения надписей, выполненных меточных карандашом в 2013 году, поскольку под воздействием внешних факторов в течение года надписи смываются, данные надписи имеют временное назначение и наносятся в период рубки, кроме того, на деляночном столбе, выполненном срубом дерева до прекращения его роста, имеется кора, которая отпадает в течение непродолжительного времени, а само место нанесения надписи – свежий отес, по убеждению свидетеля, при изготовлении деляночного столба в 2013 году, почернело бы, кора с деляночного столба – опала.

Аналогичные доводы в обоснование заявления о фальсификации доказательства были заявлены и ФИО1 Истец указывает на невозможность сохранения деляночного столба в описанном в акте и отраженном на фотоснимках виде с 2013 года, представил для сравнения фотоснимки срубленных в 2013 году деревьев.

Для разрешения вопросов, судом в порядке статьи 87.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации получена консультация специалиста в области древесиноведения и лесоводства – ФИО4 – доктора технических наук, член регионального Координационного совета по современным проблемам древисиноведения, сотрудника кафедры лесозаготовительных и деревообрабатывающих производств ФГБОУ ВО «Костромской государственный университет».

Специалистом в судебном заседании даны пояснения, основанные на теоретических и практических познаниях в области древесиноведения и лесоводства, категорически исключающие сохранение деляночного столба в зафиксированном актом и на фотоснимках состоянии с 2013 года. Специалистом также указано, что прекратившее в результате сруба дерево в течение года теряет кору, наличие которой отражено на фотоснимках, в этот же срок под воздействием осадков, солнечной радиации и других внешних факторов отесанная часть деляночного столба (место нанесения надписей, датированных 2013 годом) теряет цвет (темнеет), на фотоснимках отес свежий и присутствует не опавшая кора.

Суд принимает показания свидетеля и специалиста, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, как достоверные, при даче консультации специалист мотивированно раскрыл все аспекты, связанные с воздействием на древесину природных, антропогенных и временных факторов, его суждения научно обоснованы, носят категорический характер, совпадают с показаниями свидетеля и пояснениями ответчика, согласуются с другими доказательствами по делу.

Рассматривая заявление о фальсификации, суд отмечает, что содержание акта и фотоснимков отражает объективную картину в момент повторного осмотра места незаконной рубки в 2017 году, отраженные в акте и фотоснимках сведения не искажены и соответствует действительности, ответчик же, по существу, ставит вопрос о фальсификации вещественного доказательства – деляночного столба с нанесенными на него надписями, которое предметом исследования в судебном заседании не являлось и в качестве вещественного доказательства совершения незаконной рубки ответчиком не представлялось.

Вместе с тем, по результатам рассмотрения заявления ответчика о фальсификации доказательства и совокупной оценки иных имеющихся в материалах дела доказательств, суд приходит к выводу, что отраженные в акте и фотоснимках ведения не могут являться доказательствам совершения рубки ИП ФИО1, деляночный столб не мог быть изготовлен, а надписи на нанесены на него в 2013 году, фактически деляночный столб изготовлен, а надписи на него нанесены, по мнению суда, не ранее конца 2015 года, т.е. после выявления факта незаконной рубки и проведения следственных действий на месте происшествия.

Суд принимает во внимание, что в составленном 07.10.2014 уполномоченным должностным лицом органа полиции протоколе осмотра места происшествия отражено, что границы осматриваемой лесосеки в месте незаконной рубки определены деляночными столбами, на которых надписей не имеется.

Таким образом, суд не принимает акт повторного осмотра как доказательство совершения незаконной рубки ИП ФИО1, при этом отмечает, что само по себе наличие в месте незаконной рубки признаков отвода делянки не может является доказательством совершения незаконной рубки именно арендатором лесного участка. Данный вывод истца носит предположительный характер и не подтвержден объективными доказательствами.

Министерством лесного хозяйства Кировской области не представлено достаточных и допустимых доказательств совершения незаконной рубки именно ИП ФИО1, выполнения ею лесоустроительных мероприятий и отвода в месте незаконной рубки, позволяющих поставить под сомнения выводы следствия.

В ходе рассмотрения настоящего дела истцом заявлялось ходатайство об отложении судебного разбирательства для целей инициирования процедуры возобновления производства по уголовному делу с учетом установленных в рамках настоящего дела фактических обстоятельств, представитель истца информировал суд, что руководителем следственного органа в удовлетворении ходатайства о возобновлении производства отказано.

Заявляя требования о взыскании ущерба по общим деликтным основаниям (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), Министерство лесного хозяйства Кировской области не доказало вину ответчика в возникновении данных убытков, причинную связь между понесенными истцом убытками и виновными действиями ответчика.

Абзацем вторым пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена возможность возложения обязанности возмещения вреда на лицо, не являющееся причинителем вреда, но исключено в предусмотренных законом случаях.

Соответствующих законных оснований истцом не указано, суд же применяя к рассматриваемым правоотношениям данную норму, исходит из ее конституционно-правового содержания, изложенного в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14.02.2013 №4-П, согласно которому для целей статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, равно как и для целей 1073-1076 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о возмещении ущерба, причиненного действиями иных лиц, обусловливается тем, что привлекаемые к гражданско-правовой ответственности граждане (юридические лица) и лица, являющиеся непосредственными причинителями вреда, находятся в устойчивых правоотношениях, например трудовых, служебных либо семейных. В силу своей юридической природы эти правоотношения предполагают установление той или иной степени ответственности одних субъектов (работодателей, родителей, опекунов) за действия других (работников, несовершеннолетних, недееспособных).

В материалах дела отсутствуют сведения о лицах фактически совершивших незаконную рубку, бремя представления соответствующих доказательств лежит на истце, соответственно, отсутствуют какие-либо сведения о наличии правоотношений между ИП ФИО1 и лице, совершившем незаконную рубку.

2. В пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 №21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» разъяснено, что гражданско-правовая (имущественная) ответственность за вред, причиненный окружающей среде, может возникать в результате нарушения договора в сфере природопользования (например, договора аренды).

В соответствии с положениями статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Как следует из положений статьи 403 Гражданского кодекса Российской Федерации должник отвечает за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства третьими лицами, на которых было возложено исполнение, если законом не установлено, что ответственность несет являющееся непосредственным исполнителем третье лицо.

Таким образом, условием возникновения на стороне ИП ФИО1 обязанности возместить ущерб, причиненный третьими лицами, поставлена в зависимость от возложения на третьих лиц исполнения по договору аренды лесного участка, а также от фактов нарушения принятых обязательств стороной договора.

Истцом обстоятельства, связанные с идентификацией лица, совершившего незаконную рубку, не раскрыты, соответствующие доказательства не представлены, лицо, осуществлявшее незаконную рубку, не установлено как в рамках надзорных процедур, так и следственных действиях.

По изложенным выше в настоящем судебном акте доводам, суд не принимает позицию истца о совершении рубки ИП ФИО1 либо лицом по ее указанию (поручению), как не нашедшую подтверждения и не опровергающую выводы следственного органа.

В соответствии с подпунктом «о» пункта 11 Договора арендатор принял на себя обязательство по соблюдению порядка осуществления рубок лесных насаждений, правил заготовки древесины, подпунктом «л» пункта 11 Договора аренды предусмотрена обязанность арендатора обеспечивать борьбу с незаконными рубками в пределах арендуемой территории лесного участка.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о нарушении ИП ФИО1 порядка осуществления рубки лесных насаждений.

По утверждению ответчика, рубка в квартале 47 выделе 27 Гостовского участкового лесничества на территории Шабалинского района Кировской области ей не производилась, каких-либо поручений в рамках трудовых, гражданско-правовых соглашений ИП ФИО1 третьим лицам на рубку не давала, экономического интереса к данной рубке с учетом местоположения участка не имеет.

Истцом в нарушении части 3.1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доводы ответчика не опровергнуты.

По мнению истца, наличие в условиях договора положения, предусмотренного подпунктом «л» пункта 11, обязывающего ответчика бороться с незаконными рубками и выявленный факт совершения незаконной рубки неустановленным лицом являются достаточным правовым и фактическим основанием для возложения на ИП ФИО1 обязанности возместить заявленный ущерб.

Ответчик, возражая относительно заявленных доводов, считает, что предусмотренное подпунктом «л» пункта 11 Договора условие о необходимости осуществлять борьбу с незаконными рубками является недействительным (ничтожным) по основанию, предусмотренному статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку находится в прямом противоречии с правоположениями части 3 статьи 15 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции», устанавливающими запрет на наделение хозяйствующих субъектов функциями и правами государственных и муниципальных органов, в том числе функциями и правами органов государственного контроля и надзора, полагает, что названное договорное условие совпадает с функциональными обязанностями органов и учреждений государственного надзора (лесной охраны), установленными в статье 96 Лесного кодекса Российской Федерации.

Оценивая доводы сторон, суд руководствуется статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Ответчиком в ходе судебного разбирательства было заявлено об обращении в Управление Федеральной антимонопольной службы по Кировской области с заявлением о нарушении Министерством лесного хозяйства Кировской области законодательства о защите конкуренции (копия обращения в деле).

Из представленного в материалы дела письма антимонопольного органа следует, что ИП ФИО1 отказано в возбуждении дела по признакам нарушения законодательства о защите конкуренции, поскольку толкование предусмотренного подпунктом «л» пункта 11 Договора условия предполагает возложение на арендатора лесного участка исключительно обязанности информировать Министерство лесного хозяйства Кировской области и правоохранительные органы о выявленных фактах незаконной рубки.

В основу выводов антимонопольного органа положена правовая позиция Министерства лесного хозяйства Кировской области относительно толкования спорного условия договора.

Судом истребована переписка антимонопольного органа и истца, связанная с рассмотрением обращения ИП ФИО1

Из указанной переписки следует, что Министерство лесного хозяйства Кировской области письмом от 13.09.2017 исх.№5061/05 информировало УФАС по Кировской области, что толкование условий подпункта «л» пункта 11 Договора подразумевает обязанность арендатора в случае обнаружения незаконной рубки, совершенной третьими лицами, незамедлительно информировать о данном факте арендодателя и правоохранительные органы, данным пунктом министерство не возлагает полномочия по охране и защите лесов на арендатора.

Суд принимая во внимание названную позицию Министерства лесного хозяйства Кировской области, учитывая презумпцию добросовестности субъектов гражданского оборота и положения статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, соглашается с предложенным толкованием условия договора и не находит при таком толковании оснований для выводов о его недействительности (ничтожности).

Однако при названном толковании отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства объективно свидетельствующие о выявлении незаконной рубки ответчиком, об осведомленности ответчика о совершенной на арендованном участке незаконной рубке, укрытии данной информации от истца, причинно-следственной связи между действием (бездействием) истца, связанных с нарушением приведенного условия Договора, и заявленным ущербом.

По утверждению ИП ФИО1, не опровергнутого истцом, о наличии незаконной рубки ответчик узнал при даче объяснений должностному лицу органа полиции, а сам факт незаконной рубки был выявлен Министерством лесного хозяйства Кировской области в ходе натурного обследования.

Таким образом, суд признает недоказанным нарушение условий Договора со стороны ответчика, а также недоказанным наличие причинно-следственной связи между заявленными в качестве неправомерных действиями (бездействием) ответчика и причиненному лесному фонду ущербом.

Не находит суд и оснований для применения положений статьи 403 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства совершения незаконной рубки лицами, на которых было возложено исполнение принятых ИП ФИО1 по договору обязательств.

3. Положениями пункта 3 статьи 615 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено право арендодателя при установлении факта использования арендованного имуществом в соответствии с условиями договора потребовать расторжения договора и возмещения убытков.

Реализация соответствующего права не освобождает истца от бремени доказывания обстоятельств, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и обстоятельств ненадлежащего исполнения условий договора.

Вместе с тем, как уже отмечалось в настоящем судебном акте, суд признает недоказанным обстоятельства нарушения ответчиком принятых по договору обязательств, а также элементов состава гражданско-правовой ответственности применительно к статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (за исключением размера ущерба).

Суд приходит к выводу о том, что по всем заявленным истцом правовым и фактическим основаниям отсутствует совокупность условий, необходимых для взыскания с ответчика ущерба, причиненного лесному фонду, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований следует отказать в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия, а со дня вступления решения в законную силу – в кассационном порядке в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение двух месяцев при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Костромской области.

Судья И.А. Серобаба