Гражданский кодекс часть 1

Участник ООО «Ильский кирпичный завод» ФИО1 обратился в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ООО «Ильский кирпичный завод», ООО «ИК КНГК-Строитель», в котором просит признать недействительными (ничтожными) взаимосвязанные сделки - договоры купли-продажи недвижимого имущества №09/14 от 09.09.2014, №10/14 от 10.09.2014, №21/14 от 15.09.2014, а также применить последствия их недействительности.

Истец в обоснование исковых требований, ссылаясь на нормы ст. ст. 45, 46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», указывает на совершение обществом с нарушением порядка одобрения трех крупных взаимосвязанных сделок, которые одновременно являются сделками с заинтересованностью, а также на недействительность (ничтожность) указанных сделок в силу ст. ст. 10, 168 ГК РФ, полагая, что сделки совершены по заведомо заниженной стоимости, в результате чего общество лишилось возможности осуществлять основной вид финансово-хозяйственной деятельности – сдача недвижимого имущества в аренду, получать доход в виде арендной платы, и соответственно выплачивать участникам общества дивиденды.

В судебном заседании эксперт ФИО7 дал пояснения по существу проведенного им экспертного исследования №227.08 от 19.08.2015, письменные пояснения которого приобщены к материалам дела.

Истец настаивал на проведении по делу повторной судебной оценочной экспертизы, о проведении судебной почерковедческой и судебной технической экспертизы документов, а также о приостановлении производства по делу, которые судом отклонены по основаниям, изложенным в мотивировочной части решения.

Истец настаивал на исковых требованиях, ответчик – ООО «ИК КНГК-Строитель» против удовлетворения исковых требований возражал.

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, арбитражный суд считает, что исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, участниками ООО «Ильский кирпичный завод» (далее - общество) являются:

- ООО «Кубанская Нефтегазовая Компания» (с долей 20% в уставном капитале);

- ФИО1 (с долей 40% в уставном капитале);

- ФИО2 (с долей 40% в уставном капитале).

Как указывает истец ФИО1, участником Общества - ООО «Кубанская нефтегазовая компания» в лице президента Шамара А.А. был изготовлен, подписан в одностороннем порядке протокол от 27 августа 2014 года об одобрении крупных сделок по продаже всего недвижимого имущества ООО «Ильский кирпичный завод» (всех основных средств) и передан на подпись истцу – ФИО1

ФИО1 01.09.2014г. письменно отказал в подписании и одобрении сделок по продаже недвижимого имущества, принадлежащего на праве собственности ООО «Ильский кирпичный завод», на основании следующего:

1) Продажа недвижимого имущества (основных средств Общества) причинит ФИО1 как участнику Общества и самому Обществу экономический ущерб. Основной вид деятельности Общества предоставление в аренду железнодорожных путей ООО «Ильский НПЗ» (Арендатор) и получение арендных платежей, а так же предоставление в аренду земельных участков в аренду. В результате продажи имущества Общество будет лишено возможности получать арендную плату, получать доход и соответственно распределять прибыль среди Участников Общества.

2) Продажа недвижимого имущества (основных средств Общества) по заведомо заниженной цене причинит ему как участнику Общества и самому Обществу экономический ущерб.

При определении цены продажи не учтено, что в 2012 году была осуществлена модернизация (реконструкция) железнодорожных путей №22, №23 и их неотделимые улучшения. Стоимость модернизации (реконструкции) составляет 16 427 803,67 рублей.

3) Сделки по продаже недвижимого имущества в пользу ООО «ИК КНГК-Строитель» являются сделками с заинтересованностью и подлежат одобрению общим собранием участников, поскольку все участники сделки (Продавец и Покупатель), генеральный директор Продавца и генеральный директор Покупателя аффилированные лица, находящиеся в прямой зависимости от ФИО8 и ФИО2. Конечным собственником Покупателя (ООО «ИК КНГК-Строитель») является ФИО8, что подтверждается нотариально удостоверенным завещанием и генеральной доверенностью с правом распоряжения 100 % доли Покупателя (ООО «ИК КНГК-Строитель»).

4) Сделки по продаже недвижимого имущества в пользу ООО «ИК КНГК-Строитель» направлены на удовлетворение экономических интересов только двух участников Общества ФИО2 и ООО «КНГК-Групп» (президент и единственный участник Общества ФИО8), и не учитывают интересы другого участника Общества - ФИО1 (40 % доля в уставном капитале ООО «Ильский кирпичный завод»).

22 января 2015 года ФИО1, получив выписки из ЕГРП от 22.01.2015г. в Управлении Росреестра по Краснодарскому краю в отношении объектов недвижимости, принадлежащих ООО «Ильский кирпичный завод», установил, что основные средства (объекты недвижимого имущества) были проданы в собственность ООО «Инвестиционная корпорация Кубанская нефтегазовая компания-Строитель» (ООО ИК КНГК-Строитель») по заведомо заниженной цене с нарушением установленного порядка одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью общим собранием участников ООО «Ильский кирпичный завод», предусмотренного Уставом общества (пункт 10.5 и пункт 10.2.16.) и Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью» (ст. 45 и ст. 46).

Так, по договору №09/14 от 09.09.2014 ООО «Ильский кирпичный завод» (Продавец) произвел отчуждение в пользу ООО «ИК КНГК-Строитель» (Покупатель) земельный участок, расположенный по адресу: Краснодарский край, Северский район, СХП ТОО «Победа», секция 91 контур 18, площадью 40 000 кв.м, категории земель населенных пунктов – для сельскохозяйственного производства,, кадастровый номер 23:26:0501000:2089, по цене 725 750 руб. (л.д. 128-129, т. 2.).

По договору №10/14 от 10.09.2014г. ООО «Ильский кирпичный завод» (Продавец) произвел отчуждение в пользу ООО «ИК КНГК-Строитель» (Покупатель) земельный участок, расположенный по адресу: Краснодарский край, Северский район, пгт. Ильский, в районе кирпичного завода, площадью 3000 кв.м, для эксплуатации полосы отвода железнодорожных путей, кадастровый номер 23:23:0501000:2304, по цене 17 750 руб. (л.д. 121-122, т. 2).

По договору купли-продажи №21/14 от 15.09.2014г. ООО «Ильский кирпичный завод» (Продавец) произвел отчуждение в пользу ООО «ИК КНГК-Строитель» (Покупатель) железнодорожные подъездные пути № 22,23, общей протяженностью 1109,0 п/м, адрес местоположение: РФ, Краснодарский край, Северский район, пгт. Ильский, кадастровый номер 23-01.17-10.2003-163, по цене 81 550 руб. (л.д. 1-2, т. 2).

Истец, не согласившись с продажной стоимостью указанного имущества, считая ее заниженной, обратился к независимому оценщику, согласно отчетам которого (№ОЦ-014/31032015-01Н, №ОЦ-014/31032015-02Н, №ОЦ-014/31032015-03Н) рыночная стоимость спорных объектов на даты их отчуждения составила:

- железнодорожных путей - 5 802 130 руб.;

- земельного участка для эксплуатации полосы отвода ж/д путей, кадастровый номер 23:26:0501000:2304 – 1 256 000 руб.;

- земельного участка сельскохозяйственного назначения, кадастровый номер 23:26:0501000:2089 – 804 800 руб.

С учетом указанной рыночной стоимости объектов, истец квалифицирует оспариваемые взаимосвязанные сделки как крупные, которые подлежали одобрению в установленном ст. 46 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» порядке.

При этом, истец указывает, что сделки совершены без установления рыночной (действительной) стоимости имущества и без учета произведенной модернизации (реконструкции) на сумму 16 427 803,67 рублей, по существенно сниженной цене, что привело к прекращению финансово-хозяйственной деятельности Общества ввиду вывода всех ликвидных активов, поскольку основным видом деятельности Общества являлась сдача в аренду собственного недвижимого имущества (ж/дпутей, земельных участков).

Также истец считает, что оспариваемые сделки относятся к сделкам, в совершении которых имеется заинтересованность других участников Общества - ФИО2 и ООО «КНГК-Групп», поскольку Президент ООО КНГК-Групп» Шамара А.А. и его сын ФИО2 являются конечными бенефициарами (реальными собственниками) ООО «ИК КНГК-Строитель», ООО «Ильский НПЗ», ООО «КНГК-Групп», ООО «Ильский кирпичный завод (60 % доли).

Кроме того, на основании вышеуказанных обстоятельств, истец считает оспариваемые договоры купли-продажи ж/д путей №22, 23 и двух земельных участков недействительными (ничтожными) сделками на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ.

Истец ссылается на недобросовестное поведение (злоупотребление правом) одной стороны сделки (в данном случае ООО «Ильский кирпичный завод»), воспользовавшейся аффилированностью покупателя, продавца, их генеральных директоров и их учредителей, находящихся в зависимости и подчиненности конечного бенефициара (реального собственника) - ФИО8 и его сына ФИО2, который действовал явно в ущерб последнему.

При рассмотрении дела и разрешении спора, суд полагает исходить из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 45 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах) сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей статьи.

Согласно п. 1 ст. 46 Закона об обществах крупной сделкой является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки

Согласно разъяснениям подпункта 4 пункта 8 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», о взаимосвязанности сделок общества применительно к пункту 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах или пункту 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, помимо прочего, могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, общее хозяйственное назначение проданного имущества, консолидация всего отчужденного по сделкам имущества в собственности одного лица, непродолжительный период времени между совершением нескольких сделок.

Для определения того, является ли сделка, состоящая из нескольких взаимосвязанных сделок, крупной, необходимо сопоставлять стоимость имущества, отчужденного по всем взаимосвязанным сделкам, с балансовой стоимостью активов на последнюю отчетную дату, которой будет являться дата бухгалтерского баланса, предшествующая заключению первой из сделок.

Изучив условия оспариваемых договоров купли-продажи, суд приходит к выводу об их взаимосвязанности, поскольку сторонами сделок являются одни и те же лица, сделки совершены за непродолжительный период времени, объекты находятся в относительной близости друг к другу (Северский район Краснодарского края), объекты - железнодорожные пути №22, 23 и земельный участок с кадастровым номером 23:26:0501000:2304 объединены единой целью (участок предназначен для эксплуатации полосы отвода ж/д путей).

Между тем, сопоставив общую стоимость имущества, отчужденного по оспариваемым договорам купли-продажи, суд не может признать указанные взаимосвязанные сделки крупными по смыслу ст. 46 Закона об обществах.

В силу п. 2 ст. 46 Закона об обществах, для целей настоящей статьи стоимость отчуждаемого обществом в результате крупной сделки имущества определяется на основании данных его бухгалтерского учета, а стоимость приобретаемого обществом имущества - на основании цены предложения.

Как следует из условий оспариваемых договоров купли-продажи, общая продажная стоимость объектов составила 825 050 руб. (ж/д пути №22,23 – 81 550 руб., земельный участок 3 000 кв.м – 17 750 руб., земельный участок 40 000 кв.м – 725 750 руб.).

При этом, для квалификации сделки общества с ограниченной ответственностью в качестве крупной во внимание принимается не рыночная стоимость отчуждаемого имущества, а его стоимость, определяемая на основании данных бухгалтерской отчетности (Определение Конституционного Суда РФ от 08.12.2011 N 1678-О-О).

По данным бухгалтерского учета ООО «Ильский кирпичный завод» по состоянию на 01.09.2014г. балансовая стоимость ж/д путей №22, 23 составляла 80 021,14 руб., земельного участка 3 000 кв.м – 17 475 руб., земельного участка 40 000 кв.м – 715 000 руб.

При этом, балансовая стоимость активов общества согласно бухгалтерскому балансу общества на 31.08.2014г. составляла 5 241 000 руб.

Таким образом, общая балансовая стоимость отчужденного ООО «Ильский кирпичный завод» по спорным договорам купли продажи имущества (812 000 руб.) составила менее 25% балансовой стоимости активов общества, в связи с чем, оспариваемые взаимосвязанные сделки купли-продажи не обладают признаками крупной сделки по смыслу ст. 46 Закона об обществах.

Относительно доводов истца о наличии в оспариваемых сделках признаков заинтересованности суд полагает исходить из следующего.

Согласно п. 6.1 ст. 45 Закона об обществах, лицо признается аффилированным в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации.

Для целей установления аффилированности лиц, участвовавших в сделке, применению подлежат положения ст. 4 Закона № 948-1 от 22.03.1991 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» (далее – Закон о конкуренции), согласно которым:

аффилированные лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность;

аффилированными лицами юридического лица являются:

член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы.

Понятие группы лиц раскрывается в ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции», согласно которой группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), в котором более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

Истец в обоснование совершения оспариваемых сделок купли-продажи с заинтересованностью приводит следующие доводы.

Президент ООО «КНГК-Групп» ФИО8 (отец) является:

- учредителем (участником) - 100 % доли в уставном капитале ООО «КНГК-Групп»;

- учредителем (участником) - 60 % доли в уставном капитале ООО «Ильский НПЗ»;

- конечный бенефициар (собственник) ООО «ИК КНГК-Строитель».

Первый вице-президент ООО «КНГК Групп» ФИО2 (сын) является:

- учредителем (участником) - 40 % доли в уставном капитале ООО «Ильский кирпичный завод»;

Директор департамента проектирования ООО «КНГК-Групп» ФИО9 (племянник) является:

- учредителем (участником) - 100 % доля в уставном капитале ООО «ИК КНГК-Строитель».

В подтверждение факта заключения оспариваемых сделок между лицами,
входящими в одну группу, а также что учредители ООО «ИК КНГК-Строитель» и ООО «Ильский кирпичный завод» совершали оспариваемые сделки в интересах выгодоприобретателей - ФИО8 и ФИО2 с противоправной целью консолидировать активы на компаниях, которые им подконтрольны, истец ссылается на следующие обстоятельства:

1. ООО «Кубанская нефтегазовая компания» является учредителем ООО «Ильский
кирпичный завод», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 10.06.2015 года.

2. ФИО2 является учредителем ООО «Ильский кирпичный
завод», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 10.06.2015 года.

3.ФИО9 является учредителем ООО «ИК КНГК - Строитель», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 23.06.2015 года №230820150124010 и от 14.01.2015года.

4.ФИО8 - Президент ООО «Кубанская нефтегазовая компания» - является лицом имеющим право давать обязательные указания ФИО9, что подтверждается должностной инструкцией Директора Департамента проектирования ООО «Кубанской нефтегазовой компании», утвержденной Президентом ООО «Кубанская нефтегазовая компания» ФИО8 14.01.2013 года (имеется в материалах дела).

5.ФИО2 - Вице-президент ООО «Кубанская нефтегазовая компания» является лицом имеющим право давать обязательные указания ФИО9, что подтверждается п. 1.3. должностной инструкцией Директора Департамента проектирования ООО «Кубанской нефтегазовой компании», утвержденной Президентом ООО «Кубанская нефтегазовая компания» ФИО8 14.01.2013 года.

6.ФИО8 является единственным учредителем 100% долей в уставном капитале ООО «Кубанская нефтегазовая компания», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ 10.06.2015 года.

7.ФИО8 является учредителем 59,9 % долей в уставном капитале ООО «Ильский НПЗ», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 10.06.2015 года.

8.ООО «ИК КНГК «Строитель» является учредителем с долей в размере 20% в ООО «Ильский НПЗ», что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ от 10.06.2015 года.

Судом установлено, что в соответствии п. 1.3 Должностной инструкции директора Департамента проектирования, утвержденной Президентом ООО «Кубанская нефтегазовая компания» от 14.01.2013, директор Департамента проектирования подчиняется непосредственно Вице-президенту Компании, курирующему Департамент проектирования согласно утвержденной структуре ООО «КНГК-Групп» (л.д. 132, т. 5).

Согласно подписям лиц на последней странице указанной Должностной инструкции, ФИО2 являлся Вице-президентом по экономике и финансам, а ФИО9 – Директором департамента проектирования (л.д. 135, т.5).

При этом, как следует из структуры ООО «КНГК-Групп», утвержденной Президентом ООО «Кубанская нефтегазовая компания» от 02.06.2014 (л.д. 141, т. 5), Вице-президент по экономике и правовым вопросам курирует только Юридический департамент.

Таким образом, доводы истца о том, что Шамара А.А. (Президент) и ФИО2 (Вице-президент) являются лицами, имеющими право давать обязательные указания ФИО9 в связи с осуществлением им полномочий директора Департамента проектирования ООО «Кубанская нефтегазовая компания», не нашли своего подтверждения.

Также суд не может признать обоснованными доводы истца об аффилированности покупателя ООО «ИК КНГК-Строитель» (единственный участник и директор ФИО9) со ссылкой на наличие нотариальной доверенности с правом распоряжения 100% долей Общества и завещанием на 100% долей Общества на имя ФИО8, поскольку наличие указанных обстоятельств не свидетельствуют о том, что Шамара А.А. в настоящее время каким-либо образом принимает участие в управлении ООО «ИК КНГК-Строитель», распоряжается указанной долей либо имеет право давать обязательные для исполнения указания.

Между тем, суд признает обоснованными доводы истца о том, что Шамара А.А., ФИО2 и ФИО9 по смыслу действующего законодательства составляют одну группу лиц.

Так, ФИО8 и ФИО9 в силу положений ст. 4 Закона о конкуренции и п. 1, п. 9 ст. 9 Закона о защите конкуренции составляют одну группу лиц, поскольку Шамара А.А. является учредителем ООО «Ильский НПЗ» с долей в уставном капитале 59,9 %, а ООО «ИК КНГК «Строитель» (единственный учредитель и директор ФИО9), является учредителем с долей в размере 20%, что совместно образует более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие доли в уставном капитале ООО «Ильский НПЗ».

При этом, ФИО8 (отец) и ФИО2 (сын) в силу п. 7 ст. 9 Закона о защите конкуренции также относятся к одной группе лиц.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в силу норм ст. 4 Закона о конкуренции и ст. 9 Закона о защите конкуренции Шамара А.А., ФИО2 и ФИО9 составляют одну группу лиц, и при совершении оспариваемых сделок купли-продажи имелись признаки заинтересованности.

Между тем, судом не принимаются доводы истца о том, что учредители ООО «ИК КНГК-Строитель» и ООО «Ильский кирпичный завод» совершали оспариваемые сделки в интересах выгодоприобретателей - ФИО8 и ФИО2 с противоправной целью консолидировать активы на компаниях, которые им подконтрольны, по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 45 Закона N 14-ФЗ сделки, в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, не могут совершаться обществом без согласия общего собрания участников общества. Сделка, в совершении которой имеется заинтересованность и которая совершена с нарушением требований, предусмотренных настоящей статьей, может быть признана недействительной по иску общества или его участника (пункт 5 статьи 45 Закона N 14-ФЗ).

В соответствии с пунктом 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 90, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 14 от 09.12.1999 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, или крупная сделка, заключенная от имени общества генеральным директором (директором) или уполномоченным им лицом с нарушением требований, предусмотренных соответственно статьями 45 и 46 Закона N 14-ФЗ, является оспоримой.

Из абзаца пятого пункта 5 статьи 45, абзаца пятого пункта 5 статьи 46 Закона N 14-ФЗ следует, что основанием отказа в иске о признании сделки с заинтересованностью, крупной сделки, совершенных с нарушением предусмотренных указанными статьями порядков является недоказанность того, что такие сделки повлекли или могут повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них.

Таким образом, условием признания недействительными сделок с заинтересованностью, а также крупных сделок, является обязательное наступление неблагоприятных последствий для общества или его участника.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" (далее - Постановление N 28) лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки (пункт 1 статьи 45 и пункт 1 статьи 46 Закона N 14-ФЗ);

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (пункт 2 статьи 166 ГК РФ, абзац пятый пункта 5 статьи 45 и абзац пятый пункта 5 статьи 46 Закона N 14-ФЗ). В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Об отсутствии нарушения интересов общества и его участников (акционеров) может свидетельствовать, в частности, следующее:

1) предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу;

2) совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества;

3) сделка общества, хотя и была сама по себе убыточной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых общество должно было получить выгоду.

Таким образом, бремя доказывания фактов причинения убытков участнику либо обществу, либо возникновение неблагоприятных последствий для них, лежит на истце.

При этом, поскольку истец ссылается на недобросовестное поведение сторон и многократное занижение цены оспариваемых сделок, суду надлежит проверить данные сделки на признаки злоупотребления правом сторонами (продавцом и покупателем) при их заключении (ст. ст. 10, 168 ГК РФ).

Истец в обоснование убыточности оспариваемых сделок для него и общества ссылается на отчуждение обществом ж/д путей №22, 23 и двух земельных участков по существенно сниженной цене, что привело к прекращению финансово-хозяйственной деятельности общества ввиду вывода всех ликвидных активов, поскольку основным доходом общества являлась сдача в аренду собственного недвижимого имущества (ж/дпутей, земельных участков).

Как было указано выше, общая стоимость отчужденного по оспариваемым сделкам купли-продажи имущества составила 825 050 руб. (ж/д пути №22,23 – 81 550 руб., земельный участок 3 000 кв.м – 17 750 руб., земельный участок 40 000 кв.м – 725 750 руб.).

Истец, ссылаясь на несоответствие продажной цены указанного имущества его действительной рыночной стоимости представил, отчеты «Об оценке рыночной стоимости имущества» №ОЦ-014/31032015-01Н, №ОЦ-014/31032015-02Н, №ОЦ-014/31032015-03Н, составленные ООО «Легал Сервис», согласно которым рыночная стоимость спорных объектов на даты их отчуждения составила:

- железнодорожных путей №22, 23 по состоянию на 06.10.2014г. - 5 802 130 руб.;

- земельного участка для эксплуатации полосы отвода ж/д путей, кадастровый номер 23:26:0501000:2304 (3000 кв.м. ) по состоянию на 28.10.2014г. – 1 256 000 руб.;

- земельного участка сельскохозяйственного назначения, кадастровый номер 23:26:0501000:2089 (40 000 кв.м.) по состоянию на 09.10.2014г. – 804 800 руб.

Ответчики, возражая против убыточности оспариваемых сделок, указывают на то, что увеличение фактической стоимости ж/д путей произошло за счет произведенных арендатором – ООО «Ильский нефтеперерабатывающий завод» (далее – ООО «Ильский НПЗ») неотделимых улучшений.

Так, спорные ж/д пути №22, 23 Общество приобрело по договору купли-продажи №102 от 05.12.2011 у ООО фирма «СТройтех» по цене 75 100 руб.

23.12.2011 общество (арендодатель) в лице генерального директора ФИО1 и ООО «Ильский НПЗ» (арендатор) заключили договор аренды № 1 недвижимого имущества – железнодорожных подъездных путей № 22, 23 протяженностью 1109,0 п/м, расположенных по адресу: Краснодарский край, Северский район, западная окраина пос. Ильский для осуществления хозяйственной деятельности в соответствии с целевым назначением имущества.

Ежемесячный размер арендной платы установлен в сумме 500 руб. (пункт 3.1 договора).

Договор аренды заключен на срок с 23.12.2011 по 22.11.2012.

Пунктом 2.1 договора предусмотрено, что при условии надлежащего исполнения арендатором своих обязанностей по настоящему договору и при отсутствии письменных уведомлений сторон о расторжении договора (не менее чем за один месяц), по окончании срока аренды договор считается пролонгированным на следующие одиннадцать месяцев на тех же условиях. Количество пролонгаций не ограничено.

Согласно пункту 5.3.8 договора на арендатора возложена обязанность по проведению за свой счет текущего и капитального ремонта арендованного имущества.

Все произведенные отделимые улучшения арендованного имущества являются собственностью арендатора. В случае, если арендатор за счет собственных средств произвел неотделимые улучшения арендуемого имущества, он после прекращения договора обязуется передать в собственность арендодателя по акту приема-передачи такие улучшения (пункт 8.4 договора). В этом же пункте стороны определили понимание терминов «отделимые» и «неотделимые» улучшения.

В силу пункта 8.5 договора аренды арендованное имущество считается переданным арендатором и принятым арендодателем с момента подписания сторонами акта сдачи-приемки.

По акту приема-передачи имущества от 23.12.2011 (приложение № 1 к договору) ж/д пути № 22, 23 переданы ООО «Ильский НПЗ».

Как следует из материалов дела, арендатором – ООО «Ильский НПЗ» был произведен капитальный ремонт части железнодорожного подъездного пути № 22, протяженностью 900 погонных метров, от точки «знак границы подъездного пути до пикета № 9» общей стоимостью 16 427 803,67 руб., что подтверждается договором подряда от 07.12.2011 № 07/12, справками о стоимости выполненных работ и затрат (КС-2) за март 2012 года № 1, за июнь 2012 года № 2, актами о приемке выполненных работ (КС-3) от 20.02.2012 № 1, 2, от 14.06.2012 № 1, 2; актом приемки в постоянную эксплуатацию железнодорожных путей от 22.03.2013.

Как следует, из отчета № ОЦ-01/31032015-01Н, рыночная стоимость ж/д путей в размере 5 883 680 руб., в том числе их количественная и качественная характеристики, определялась экспертом исходя из проведенных на них работ по договору подряда от 07.12.2011 № 07/12.

Согласно исследовательской части указанного отчета год постройки объекта – 1975, в 2012 году произведен капитальный ремонт с заменой основных частей ж/д пути № 22; визуальный осмотр показал, что фактическое состояние ж/л путей является очень хорошим, имеются только поверхностные, коррозийные повреждения металлических частей.

При этом независимый оценщик в отчете указал, что на стоимость данного вида объектов большое влияние оказывает его фактическое состояние (требует/не требует проведение ремонтных работ).

В исковом заявлении (том 1, л.д. 11) истец подтверждает факт не использования по назначению более 10 лет ж/д путей в связи с их аварийным состоянием и улучшением их технико-экономических показателей в связи с проведенной в 2012 году модернизацией (реконструкцией).

Таким образом, суд приходит к выводу, что удорожание арендованного имущества произведено за счет средств ООО «Ильский НПЗ».

Доказательства наличия у общества (продавца) финансовых возможностей для осуществления вышеуказанного ремонта ж/д путей в материалы дела не представлены.

Соглашаясь с проведением ООО «Ильский НПЗ» неотделимых улучшений переданных в аренду ж/д путей, истец указывает на то, что по окончании срока действия договора аренды в 2012 году между обществом и ООО «Ильский НПЗ» в последующем заключались договоры аренды (три) этого же имущества на новый срок вплоть до 2014 года. При этом каждый раз, по окончании срока действия договора аренды, между сторонами подписывались акты приема-передачи имущества, на основании которых в соответствии с условиями договора аренды неотделимые улучшения имущества должны были передаваться на баланс общества.

При этом, отдельные договоры аренды и акты приема-передачи к ним не представлены, а общество отрицает сам факт их заключения.

Ответчики, возражая против указанных доводов истца, ссылаются на заключение в рамках договора аренды от 23.12.2011 дополнительных соглашений к нему в целях пролонгации срока аренды и увеличения размера арендной платы, в обоснование чего в материалы дела представлены дополнительные соглашения от 23.11.2012 № 11/2012, от 20.06.2013 № 11/2013, от 21.05.2014 № 11/2014.

В соответствии с дополнительным соглашением от 23.11.2012 № 11/2012 срок аренды установлен с 23.11.2012 по 22.10.2013; арендная плата за период с 23.11.2012 по 29.04.2013 – 500 руб. в месяц, с 30.04.2013 по 22.10.2013 – 15000 руб.

В соответствии с дополнительным соглашением от 20.03.2013 № 11/2013 срок аренды установлен с 20.03.2013 по 20.05.2014; арендная плата за период с 20.06.2013 по 30.10.2013 – 15000 руб. в месяц, с 01.11.2013 по 20.05.2014 – 45000 руб.

В соответствии с дополнительным соглашением от 21.05.2014 № 11/2014 срок аренды установлен с 21.05.2014 по 20.04.2015; размер ежемесячной арендной платы установлен в сумме 45000 руб.

В связи с изменением собственника ж/д путей 6 октября 2014 года ООО «ИН КГНК «Строитель» (арендодатель) и ООО «Ильский НПЗ» заключили дополнительное соглашение № 1 к договору аренды от 23.12.2011 № 1. Срок аренды установлен сторонами до 05.09.2015.

В целях выяснения позиции сторон относительно передачи ж/д путей № 22, 23 по факту прекращения договора аренды от 23.12.2011 № 1 и заключения новых договоров аренды судом допрошены в качестве свидетелей ФИО10 – генеральный директор общества в период с 01.12.2012 по 19.05.2014; ФИО11 – главный бухгалтер общества в период с 23.07.2012 по 22.07.2014; ФИО12 – генеральный директор ООО «Ильский НПЗ»; ФИО13 – бухгалтер ООО «Ильский НПЗ».

Свидетель ФИО10 пояснил, что в период с 01.12.2012 по 19.05.2014, являясь генеральным директором общества, подписывал акты между ООО «Ильский НПЗ» и обществом.

Свидетель ФИО11 пояснила, что после прекращения договора аренды от 23.12.2011 № 1 подписывались новые договоры аренды между сторонами, арендная плата вносилась ежемесячно, акты возврата имущества подписывались к каждому договору отдельно; на балансе общества стоимость соответствующих изменений основных средств не отражена по причине не представления документов бухгалтеру; акт инвентаризации неотделимых улучшений объекта аренды не составлялся.

Свидетель ФИО12 пояснил, что между сторонами новые договоры аренды ж/д путей не подписывались, подписывались только дополнительные соглашения к нему (представил на обозрение суда оригиналы договора аренды и дополнительных соглашений к нему). На вопрос истца пояснил, что на момент заключения спорного договора купли-продажи арендованное имущество находилось в пользовании ООО «Ильский НПЗ» и из его владения с 2012 года не выбывало.

Свидетель ФИО13 пояснила, что арендованные ж/д пути из владения не выбывали, к договору аренды подписывались дополнительные соглашения. Назначение платежа в платежных поручениях «по договору» является технической ошибкой бухгалтера.

Выслушав показания свидетелей, суд приходит к выводу о том, что они носят противоречивый характер, и не могут быть положены в основу установления факта подписания между сторонами договоров аренды и актов приема-передачи к ним.

В обоснование факта заключения именно договоров аренды, а не дополнительных соглашений к основному договору, истец ссылается на реквизиты платежных поручений, в которых в графе «назначение платежа» имеется ссылка на реквизиты договора аренды, а не дополнительного соглашения к нему.

В дело представлены платежные поручения по внесению ООО «Ильский НПЗ» арендной платы за весь период фактического использования имущества. Действительно, отдельные платежные поручения (том 7, л. д. 206-216), которые в реквизитах «назначение платежа» содержат ссылки на договоры аренды от 21.05.2014 № 11/2014, от 20.06.2013 № 11/2013). В то же время, указанные реквизиты в полной мере соответствуют реквизитам дополнительных соглашений к договору аренды от 23.12.2011 № 1, в связи с чем, сами по себе не могут свидетельствовать о заключении обществом именно договоров аренды.

Оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в дело документы, также свидетельские показания, суд полагает, что между обществом и ООО «Ильский НПЗ» сложились длящиеся правоотношения по аренде ж/д путей, арендуемое имущество из владения ООО «Ильский НПЗ» за весь период аренды не выбывало. При этом в данном случае не имеет правового значения факт заключения новых договоров аренды либо дополнительных соглашений к основному договору в силу нижеследующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) договор аренды заключается на срок, определенный договором.

В случае если арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор в силу пункта 2 статьи 621 ГК РФ считается возобновленным на тех же условиях на неопределенный срок.

Как уже было указано выше, пунктом 2.1 договора стороны предусмотрели, что в случае если за один месяц до истечения срока его действия ни одна из сторон не заявит о своем намерении прекратить его действие, договор считается продленным на такой же срок на тех же условиях. При этом количество пролонгаций неограниченно.

В данном случае срок действия договора аренды истек 22.11.2012.

Поскольку ООО «Ильский НПЗ» при отсутствии возражений со стороны арендодателя – общества продолжал использование арендованных объектов, постольку договор аренды пролонгирован на неопределенный срок в силу пункта 2 статьи 621 ГК РФ.

Тот факт, что в пункте 2.1 договора сторонами согласована пролонгация договора на тот же срок не имеет правового значения, поскольку норма пункта 2 статьи 621 ГК РФ сформулирована императивно: при указанных обстоятельствах общим последствием пассивного согласия сторон договора является возобновление его действия на неопределенный срок. Отсылка к статье 610 ГК РФ при этом не может толковаться иначе, чем указание на норму, которая регулирует общие последствия заключения договора на неопределенный срок, а именно – возможности сторон отказаться от договора односторонним волеизъявлением.

Отсутствие необходимости регистрации указанного договора подтверждается положением пункта 10 информационного письма Президиума ВАС РФ от 16.02.2001 № 59.

Говоря о заниженной стоимости ж/д путей, истец ссылается на пункт 8.4 договора, согласно которому все произведенные арендатором неотделимые улучшения арендованного имущества после прекращения договора переходят в собственность арендодателя по акту приема-передачи таких улучшений.

В связи с чем, факт подписания актов приема-передачи имущества по окончании ежегодной аренды ж/д путей, означает, по мнению истца, увеличение балансовой стоимости основных средств, и, соответственно, может свидетельствовать о заниженной стоимости проданного имущества.

Из буквального толкования пункта 8.4 договора следует, что улучшения имущества, передаваемые в собственность арендодателя, должны быть зафиксированы в отдельном акте приема-передачи и переданы арендодателю в собственность только после прекращения договорных отношений.

Как было указано выше, факт прекращения договорных отношений материалами дела не подтвержден.

Акты приема-передачи имущества в материалах дела отсутствуют, на балансе общества стоимость неотделимых улучшений не отражена.

Причем, согласно пояснений главного бухгалтера общества ФИО11, на балансе общества стоимость соответствующих изменений основных средств не отражена по причине не представления документов бухгалтеру; акт инвентаризации неотделимых улучшений объекта аренды не составлялся.

В то же время, действуя разумно и осмотрительно, руководитель общества ФИО10, действовавший в период с 01.12.2012г. по 19.05.2014г., при действительном наличии актов, как он пояснил в своих свидетельских показаниях, должен был истребовать у арендатора бухгалтерские документы и подписать акты инвентаризации по окончании каждого срока аренды для осуществления соответствующих бухгалтерских операций. Такие доказательства в материалах дела отсутствуют.

Справка о балансовой стоимости активов предприятия, подписанная директором ООО «Ильский кирпичный завод», также подтверждает отсутствие изменений в балансовой стоимости объектов по состоянию на 01.09.2014.

Доказательств того, что истец, являясь участником общества с долей 40% в уставном капитале, заявлял в период действия договора аренды возражения относительно недостоверности бухгалтерской отчетности (не отражения на балансе общества стоимости неотделимых улучшений), материалы дела не содержат.

Таким образом, в отсутствие отдельно составленных актов приема-передачи неотделимых улучшений, сами по себе акты приема-передачи имущества от арендатора арендодателю, и как следствие факт подписания отдельных договоров аренды или дополнительных соглашений, не будут иметь правового значения в целях установления стоимости арендованного имущества.

Более того, истец, заявляя иск о признании недействительными сделок и применении последствий их недействительности, не учитывает тот факт, что в силу пункта 2 статьи 623 ГК РФ арендатор имеет право на возмещение стоимости неотделимых улучшений, стоимость которых в данном случае составила более 16 млн рублей, что сторонами не оспаривается.

При том, что балансовая стоимость всех активов предприятия по состоянию на 31.08.2014 составляла 5,2 млн рублей, возмещение арендодателю стоимости неотделимых улучшений может повлечь прекращение деятельности общества.

Довод истца об отсутствии согласования объемов и стоимости неотделимых улучшений, в связи с чем они не подлежат возмещению, противоречит содержанию искового заявления и судом во внимание не принимается в силу нижеследующего.

Нахождение ж/д путей в аварийном состоянии и выдаче обществом в 2012 году согласия на их модернизацию (реконструкцию) констатируется истцом в тексте искового заявления (том 1, л. <...>).

В силу пункта 2 статьи 623 ГК РФ в случае, когда арендатор произвел за счет собственных средств и с согласия арендодателя улучшения арендованного имущества, не отделимые без вреда для имущества, арендатор имеет право после прекращения договора на возмещение стоимости этих улучшений, если иное не предусмотрено договором аренды.

Пунктом 3 названной статьи ГК РФ предусмотрено, что стоимость неотделимых улучшений арендованного имущества, произведенных арендатором без согласия арендодателя, возмещению не подлежит, если иное не предусмотрено законом.

В то же время, передавая арендатору имущество, общество как арендодатель возложило на арендатора обязанность по проведению капитального ремонта (пункт 5.3.8 договора), а также предоставило возможность проведения неотделимых улучшений арендованного имущества с последующей передачей этих улучшений в собственность арендодателя (пункт 8.4 договора).

При этом договор аренды не содержит условия о безвозмездной передаче (без возмещения стоимости) арендодателю произведенных улучшений, также как и условия о необходимости согласования видов, объемов и стоимости работ.

Таким образом, из буквального толкования условий договора аренды следует, что общество, в лице действовавшего в тот период времени директора ФИО1, выразило свою волю на проведение работ по улучшению переданного в аренду имущества.

При этом, судебная практика, в том числе приведенная истцом в дополнительном правовом обосновании (л.д. 70, т. 7), исходит из того, что в предмет доказывания по спору о возмещении стоимости неотделимых улучшений относятся не только обстоятельства, подтверждающие наличие согласия арендодателя на производство улучшений арендованного имущества и факт прекращения договора аренды, но и установление фактического наличия неотделимых улучшений объекта аренды, произведенных арендатором, их неотделимость без вреда для имущества, а также стоимость улучшений.

В материалы дела представлены доказательства фактического увеличения стоимости спорных ж/д путей именно за счет арендатора, а также доказательства стоимости произведенных улучшений.

Кроме того, безвозмездная передача обществу неотделимых улучшений без компенсации арендатору произведенных капитальных вложений противоречит положениям действующего законодательства (статья 575 ГК РФ), обычаям делового оборота и сути предпринимательской деятельности.

Договор аренды от 23.12.2011 также не содержит условия о зачете стоимости переданных арендодателю произведенных улучшений в счет уплаты арендной платы либо иных встречных обязательств.

Доводы истца о том, что произведенные арендатором улучшения являются реконструкцией спорных ж/д путей, на которую общество (арендодатель) согласия не давало, судом не могут быть признаны обоснованными в силу следующего.

Согласно ст. 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации от 29.12.2004 №190-ФЗ:

- реконструкция линейных объектов - изменение параметров линейных объектов или их участков (частей), которое влечет за собой изменение класса, категории и (или) первоначально установленных показателей функционирования таких объектов (мощности, грузоподъемности и других) или при котором требуется изменение границ полос отвода и (или) охранных зон таких объектов (п. 14.1).

- капитальный ремонт линейных объектов - изменение параметров линейных объектов или их участков (частей), которое не влечет за собой изменение класса, категории и (или) первоначально установленных показателей функционирования таких объектов и при котором не требуется изменение границ полос отвода и (или) охранных зон таких объектов (п. 14.3).

В материалы дела не представлено доказательств того, что в результате произведенных в период 2012-2014гг. ремонтных работ произошло изменение параметров спорных ж/д путей №22, 23 или их участков (частей), которое повлекло за собой изменение класса, категории и (или) первоначально установленных показателей функционирования таких объектов (мощности, грузоподъемности и других) или при котором требуется изменение границ полос отвода указанных объектов.

Таким образом, у суда отсутствуют основания для признания произведенных улучшений ж/д путей №22,23 реконструкцией.

На основании вышеизложенного, поскольку истец не доказал наличие у общества финансовой возможности проведения улучшений ж/д путей за собственные средства, наличие оснований и принятие на баланс отремонтированного имущества в отсутствие необходимости финансового возмещения произведенных улучшений, убыточность для общества сделки по продаже ж/д путей им не подтверждена.

На основании абзаца 2 пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Проанализировав содержание заявления истца о фальсификации, выслушав приведенные доводы сторон и показания свидетелей, исследовав в совокупности все доказательства по делу, учитывая установленные судом обстоятельства, указанные выше (о длящемся характере арендных правоотношений и отсутствии принятия на баланс общества произведенных улучшений ж/д путей), а также отсутствие договоров аренды, на заключение которых ссылается истец,суд не находит оснований для удовлетворения заявления о фальсификации доказательств – дополнительных соглашений к договору аренды и назначения по делу в указанных целях почерковедческой и технической экспертиз на предмет установления давности изготовления указанных соглашений.

По указанным выше основаниям, в том числе ввиду увеличения стоимости спорных ж/д путей за счет средств арендатора, и отсутствия у общества финансовой возможности для проведения таких улучшений, также не имеют правового значения и выводы судебной экспертизы, проведенной в рамках настоящего дела о рыночной стоимости имущества на дату его отчуждения, в том числе без учета произведенных в период с 2012г. по 2014г. улучшений, а также необходимость проведения повторной судебной экспертизы, поскольку заключение судебной экспертизы не имеют заранее установленной силы, не носят обязательного характера и оцениваются судом в силу пункта 3 статьи 86 АПК РФ наравне с другими представленными доказательствами.

Истец также не доказал убыточность сделок по продаже земельных участков.

Продажа ж/д путей как обособленных объектов недвижимости не представляется возможной в отрыве от земельного участка , на котором они располагаются.

Согласно кадастровому паспорту от 23.01.2015 № 2343/12/15-40968 вид разрешенного использования земельного участка с кадастровым номером 23:26:0501000:2304, площадью 3000 кв. м – для эксплуатации полосы отвода железнодорожных путей.

Продажа земельного участка с кадастровым номером 23:26:0501000:2304, предназначенного для обслуживания ж/д путей, нарушило бы интересы собственника таких ж/д путей.

Рыночная стоимость земельного участка находится в прямой зависимости от спроса и предложения на рынке и от характера конкуренции продавцов и покупателей. В то же время она не должна превышать наиболее вероятные затраты на приобретение другого участка подобной полезности.

Как следует, из материалов дела (отчеты об оценке, заключения экспертиз), рынок земельных участков местоположения объекта (земельного участка с кадастровым номером 23:26:0501000:2304) на дату оценки очень плохо развит, основной массой предложений о продаже являются предложения земельных участков по ИЖС, а под производственные цели объекты практически отсутствуют. Поэтому при оценке, оценщиком и экспертами, расширена территория исследования за счет территорий, схожим по экономическим характеристикам с местоположением оцениваемого объекта.

При этом, ни одного аналога земельного участка с разрешенным использованием «для эксплуатации полосы отвода железнодорожных путей» оценщиком и экспертами не найдено, в связи с чем применялись соответствующие корректировки.

Данное обстоятельство может свидетельствовать об отсутствии спроса и предложения на земельные участки с таким разрешенным использованием. Доказательств того, что земельный участок с кадастровым номером 23:26:0501000:2304 может быть продан по цене, определенной оценщиком в размере 1 256 000 руб. в материалы дела не представлено.

Кроме того, указанный участок площадью 3000 кв. м был приобретен обществом в собственность у администрации Северского района по договору купли-продажи земельного участка от 11.07.2013 № 113 по цене 2475 руб. (пункт 2.1 договора), реализован по цене 17750 руб., что само по себе, учитывая вид разрешенного использования участка, не может свидетельствовать об убыточности сделки.

Участок с кадастровым номером 23:26:0501000:2089, площадью 40000 кв. м реализован обществом по цене 725 750 руб.

Истец со ссылкой на его рыночную стоимость в размере 804 800 руб., установленную независимым оценщиком, также указывает на недействительность сделки по его продаже.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, общество приобрело указанный земельный участок по договору купли-продажи №1/14 от 25.06.2014 по цене 700 000 руб., то есть менее чем за три месяца до совершения оспариваемой сделки, при этом, по оспариваемому договору купли-продажи №09/14 от 09.09.2014 указанный земельный участок продан на 25 750 руб. дороже.

Заявляя об убыточности указанной сделки, истец не представил доказательств, что действуя разумно и добросовестно, общество имело возможность реализовать этот земельный участок по более высокой цене, в частности, установленной независимым оценщиком (804 800 руб.), экспертом в рамках расследования уголовного дела (937 667 руб.) и экспертом в рамках проведения судебной экспертизы по данному делу (800 000 руб.).

Довод истца о том, что в результате заключения оспариваемых сделок общество фактически прекратило свою деятельность, и истец лишен права на получение дивидендов судом отклоняется как противоречащий материалам дела.

Так, согласно выписки из ЕГРЮЛ от 10.06.2015 в отношении ООО «Ильский кирпичный завод» в качестве основного вида деятельности юридического лица указано производство кирпича, черепицы и прочих строительных изделий из обожженной глины (код по ОКВЭД 26.40); в качестве дополнительных видов – аренда прочего автомобильного транспорта и оборудовании (код по ОКВЭД 71.21.1), аренда строительных машин и оборудования (код по ОКВЭД 71.32), аренда прочих машин и оборудования, не включенных в другие группировки (71.34), добыча глины и каолина (14.22).

Сдача имущества в аренду в качестве основного и дополнительного вида деятельности в регистрационных документах общества не указана.

Доказательств того, что за период с 2012г. по 2014г. обществом его участникам выплачивались какие-либо дивиденды, в том числе за счет полученных арендных платежей, в материалы дела не представлено.

Таким образом, истцом не обоснована убыточность как для общества, так и для истца как участника общества, оспариваемых сделок.

Более того, признание указанных сделок недействительными и применение реституции может повлечь для общества неблагоприятные последствия в виде предъявления арендатором требования о возмещении стоимости неотделимых улучшений, затраты на произведение которых (более 16 млн.) значительно превышают рыночную стоимость указанного имущества (6,5 млн.). В связи с чем, суд не усматривает признаков злоупотребления правом со стороны ответчиков, и отклоняет соответствующие доводы истца.

Согласно п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью», если суд установит совокупность обстоятельств, указанных в пункте 3 настоящего постановления, сделка признается недействительной.

Поскольку судом не установлено указанной совокупности обстоятельств, то отсутствуют основания для признания оспариваемых сделок купли-продажи недействительными, и в удовлетворении исковых требований следует отказать.

Ответчиком – ООО «ИК КНГК-Строитель» заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным истцом требованиям.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по ничтожным сделкам составляет три года, а по оспоримым – один год.

Поскольку истец с настоящим иском обратился в арбитражный суд 17.04.2015г., установленный ст. 181 ГК РФ срок давности по оспариванию сделок купли-продажи, совершенным в сентябре 2015г., не пропущен.

В порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы следует отнести на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167–170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайств истца о назначении по делу повторной судебной оценочной экспертизы, о проведении судебной почерковедческой и судебной технической экспертизы документов, приостановлении производства по делу – отказать.

В удовлетворении исковых требований отказать.

Возвратить ФИО1, г. Краснодар, с депозитного счета Арбитражного суда Краснодарского края 45 000 руб., внесенных по чеку-ордеру от 22.06.2015 в счет проведения судебной экспертизы.

Решение может быть обжаловано в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок от даты его принятия через Арбитражный суд Краснодарского края.

Судья Н.А. Ермолова