Решение № А32-14101/18 от 14.11.2018 АС Краснодарского края

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

г. Краснодар, ул. Постовая 32.

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. КраснодарДело № А32-14101/2018

14 ноября 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 14 ноября 2018 года.

Решение в полном объеме изготовлено 14 ноября 2018 года.

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Погорелова И.А., при ведении протокола помощником судьи Лабашевой М.В.,, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ОАО «МЖК «Краснодарский», г. Краснодар                              (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Инспекции Федеральной налоговой службы России № 2 по городу Краснодару, г. Краснодар

о признании незаконным решения от 11.12.2017 № 14-17/161

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО1 – доверенность от 07.05.2018;

                        ФИО2 – доверенность от 24.09.2018;

от заинтересованного лица: ФИО3 – доверенность от 29.03.2016;

                                                 ФИО4 – доверенность от 11.10.2018.

УСТАНОВИЛ:

Открытое акционерное общество «Масложиркомбинат "Краснодарский"», г. Краснодар (далее – общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы России № 2 по городу Краснодару, г. Краснодар (далее – заинтересованное лицо, инспекция) о признании недействительным решения инспекции от 11.12.2017 № 14-17/161 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Заявление мотивировано тем, что в обоснование правомерности применения спорной суммы налоговых вычетов по НДС в отношении хозяйственных операций с названными контрагентами общество представило документы (договоры, счета-фактуры, товарные и товарно-транспортные накладные и др.), подтверждающие реальность совершения соответствующих хозяйственных операций, а также выполнены условия, предусмотренные статьями 171 и 172 Кодекса. Косвенные доказательства получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам с ООО «Дельтроник», ООО «Агрокомплекс «Борисовский», ИП ФИО5 и ООО «Зерновые технологии» не могут являться основанием для отказа обществу в вычете НДС. Инспекция не доказала приобретение заявителем сельскохозяйственной продукции напрямую у сельхозпроизводителей с созданием искусственного документооборота через цепочку посредников. Инспекция приводит взаимоисключающие основания для вывода о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в виде налоговых вычетов по НДС: создание «схемы» с целью прикрытия фактического приобретения товара непосредственно у сельхозпроизводителей (прямой умысел) и непроявление должной степени осмотрительности и осторожности при выборе спорных контрагентов (вина в форме неосторожности). Заявитель проявил должную степень осмотрительности при выборе контрагентов, поскольку на момент заключении соответствующих договоров и совершения хозяйственных операций спорные контрагенты не относились к категории лиц, взаимоотношения с которыми были связаны с риском наступления неблагоприятных налоговых последствий. На балансе ООО «Агрокомплекс «Борисовский» перед заключением договора числились легковые и грузовые автомобили, специализированная техника; относительно ООО «Дельтроник» у общества имелась информация о наличии арендованных основных средств, у ИП ФИО5 также имелись грузовые автомобили в количестве 5 штук и арендованное недвижимое имущество. При этом специфика рынка посредников купли-продажи сельскохозяйственной продукции не требует от его участников наличия складских помещений, транспортных средств и квалифицированного персонала. Для целей подтверждения права на применение налоговых вычетов последовательность движения товара от производителя к налогоплательщику не имеет правового значения, если налоговым органом не ставится под сомнение фактическое получение товара налогоплательщиком. Сама по себе недобросовестность контрагентов второго и последующих звеньев не влечет автоматического признания налоговой выгоды необоснованной, поскольку каждый из участников финансово-хозяйственных отношений самостоятельно несет ответственность за выполнение своих обязательств и независимо друг от друга пользуется своими правами. Также общество не согласно с доначислением налога на прибыль организаций в связи с непринятием расходов в виде сумм амортизационных отчислений в отношении объектов Рушально-веечное отделение МЭЗа (инв. № 2117), Заводоуправление (инв. № 2128) и Цех фасовки масла в здании ГГЗ (инв. № 3846). Заявитель указывает, что общество произвело модернизацию основных средств, увеличивший остаточную стоимость соответствующих объектов основных средств, что позволило увеличить срок полезного использования и продолжить начисление амортизации до полного списания остаточной стоимости. Ошибочное проставление амортизационной группы было исправлено, произведен перерасчет, что свидетельствует об отсутствии завышения сумм амортизационных отчислений и учете ранее не использованной амортизации. Кроме того, общество указало на непоследовательность позиции инспекции в отношении объектов инв. № 2159 и № 2445, по которым на стадии вынесения решения налоговый орган принял доводы заявителя, но после апелляционного обжалования доначислил суммы налога на прибыль в отсутствие указаний об этом в акте вышестоящего налогового органа.

Налоговая инспекция представила отзыв на заявление, в котором указывает, что ООО «Дельтроник», ООО «Агрокомплекс «Борисовский», ИП ФИО5 и ООО «Зерновые технологии», а также их поставщики по цепочке не могли выполнить спорные хозяйственные операции в связи с отсутствием необходимых условий для осуществления экономической деятельности. При значительных суммах поступлений на банковские счета указанных организаций сопутствующие финансово-хозяйственной деятельности операции не производились, перечисления носили транзитный характер и впоследствии обналичивались. Фактически приобретение сельхозпродукции у непосредственных сельхозпроизводителей осуществлялось организациями-прослойками, которые не выполняли никаких дополнительных функций, кроме организации документооборота. Целью встраивания указанных организаций-прослоек в цепочку приобретения и реализации сельхозпродукции являлось обеспечение возникновения права на вычет сумм НДС у общества. Данные выводы подтверждены судебной практикой в отношении контрагентов общества. В отношении доначисления налога на прибыль в сумме 1 219 822 рубля заявитель указывает, что срок полезного использования объектов основных средств и сумма ежемесячной амортизации изменению не подлежат во всем сроке амортизации. Общество изначально устанавливало срок полезного использования, не соответствующий необходимой к применению десятой амортизационной группе (свыше 30 лет), в результате чего неправомерно учло амортизационные расходы при определении базы по налогу на прибыль. Таким образом, выводы налогового органа, изложенные в решении от 11.12.2017 № 14- 17/161 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения являются законными и обоснованными.

Представители заявителя настояли на удовлетворении заявленных требований по основаниям, изложенным в заявлении и дополнительных письменных пояснениях. Заявили ходатайство об истребовании судом у налогового органа дополнительных доказательств по делу.

Ходатайство рассмотрено и отклонено судом, поскольку противоречит статье 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявитель не представил суду сведения о том, что у него отсутствует возможность самостоятельно получить необходимые доказательства.

Представители заинтересованного лица возразили против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве.

Суд, заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела и оценив в совокупности все представленные доказательства, считает, что требования общества подлежат частичному удовлетворению.

Как видно из материалов дела и установлено судом, инспекция на основании решения от 30.06.2016 № 14-15/1797 провела выездную налоговую проверку общества по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания и перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2013 по 31.12.2015. В ходе проверки выявлены обстоятельства, свидетельствующие о создании схемы ухода от налогообложения путем получения необоснованной налоговой выгоды в форме вычетов НДС, путем приобретения продукции у плательщиков, применяющих специальный налоговый режим в виде ЕСХН, а также завышение амортизационных расходов. Составлен акт от 18.08.2017 № 14-16/60.

Рассмотрев акт и материалы проверки, возражения общества от 25.09.2017, результаты дополнительных мероприятий налогового контроля, а также возражения на них, инспекция приняла решение от 11.12.2017 № 14-17/161, в силу которого согласно которому общество привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде 2 770 162 рублей штрафа, начислено 8 664 883 рубля пени, доначислено 28 157 418 рублей налогов (в том числе 23 956 123 рубля НДС и 4 201 295 рублей налога на прибыль организаций), уменьшен НДС, излишне предъявленный к возмещению из бюджета за IV квартал 2014 года в размере 5 256 443 рубля; уменьшен убыток, учитываемый при исчислении налога на прибыль организаций за 2015 год в размере 2270696 рублей.

Не согласившись с решением инспекции от 11.12.2017 № 14-17/161, общество обжаловало его в Управление ФНС России по Краснодарскому краю, которое решением от 27.03.2018 № 24-12-378 частично удовлетворило апелляционную жалобу, отменило решение инспекции в части доначисления налога на прибыль организаций за 2013-2014 годы, а также уменьшило убыток, учитываемый при исчислении налога на прибыль организаций за 2015   год, относительно выводов о завышении расходов на суммы амортизационных отчислений по объектам основных средств с инвентарными номерами 3752, 2245, 3307, 2596, 2229, 3541, 3542, 2142, 905, 2139, 2072, 2666, 2667, 1507, 1840, 1757, 1747, 1702, 3648. По результатам рассмотрения апелляционной жалобы инспекция на основании решения управления произведен перерасчет сумм налога на прибыль организаций за 2013 – 2014 годов в части удовлетворенных требований, а также уменьшило сумму необоснованно завышенного убытка по налогу на прибыль организаций за 2015 год до 211 295 рублей. Сумма доначисленного налога на прибыль за 2013 год составила 767 364 рубля, за 2014 год – 452 458 рублей, сумма штрафных санкций за 2013 год – 69 063 рубля, за 2014 год – 40 721 рубль, сумме пени – 262 068 рублей.

Считая решение инспекции от 11.12.2017 № 14-17/161 незаконным, общество обжаловало его в арбитражный суд.

Принимая решение по делу, суд руководствовался следующим.

Согласно части 1 статьи 198, части 4 статьи 200, частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, необходимо наличие в совокупности двух условий: несоответствие оспариваемых ненормативного правового акта, решений и действий (бездействия) закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Статьей 101 Налогового кодекса Российской Федерации определено, что рассмотрение акта проверки и других материалов налоговой проверки, в ходе которой выявлены нарушения законодательства о налогах и сборах, а также представленных проверяемым лицом письменных возражений по указанному акту, завершается вынесением решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения либо об отказе в привлечении к ответственности.

В соответствии с пунктом 14 статьи 101 Кодекса несоблюдение должностными лицами налоговых органов требований, установленных Кодексом, может служить основанием для отмены решения налогового органа вышестоящим налоговым органом или судом.

Нарушение существенных условий процедуры рассмотрения материалов налоговой проверки является основанием для отмены вышестоящим налоговым органом или судом решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

К таким существенным условиям относятся обеспечение возможности лица, в отношении которого проводилась проверка, участвовать в процессе рассмотрения материалов налоговой проверки лично и (или) через своего представителя и обеспечение возможности налогоплательщика представить объяснения.

Таким образом, участие лица, в отношении которого проводилась налоговая проверка, в рассмотрении имеющихся у налогового органа материалов, должно быть обеспечено на всех стадиях осуществления налогового контроля.

Судом установлено и обществом не оспаривается, что налоговой инспекцией обеспечены условия для участия представителя налогоплательщика во всех стадиях рассмотрения материалов налоговой проверки, включая рассмотрение материалов, полученных в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля.

Поскольку общество реализовало право на участие в рассмотрении материалов налоговой проверки, каких-либо возражений относительно содержания указанных документов не заявляло, доводов о нарушениях в процедуре не заявило, суд считает процедуру рассмотрения материалов налоговой проверки соблюденной.

Оценивая законность обжалованного ненормативного акта налогового органа, суд учитывает следующее.

Из материалов дела видно, что основанием для вынесения решения инспекцией стало неправомерное завышение суммы заявленных налоговых вычетов по НДС по сделкам ООО «Дельтроник» (2 – 4 кварталы 2014 года, 1 квартал 2015 года), ООО «Агрокомплекс «Борисовский» (2 – 4 кварталы 2014 года, 3 квартал 2015 года), ИП ФИО5 (3 и 4 кварталы 2014 года, 1 и 3 кварталы 2015 года) и ООО«Зерновые технологии» (4 квартал 2014 года, 1 квартал 2015 года).

В соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации и статьями 23, 45 НК РФ налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги и сборы, представлять в налоговый орган по месту учета в установленном порядке налоговые декларации по тем налогам, которые они обязаны уплачивать, нести иные обязанности, предусмотренные законодательством о налогах и сборах.

Общество в проверяемом периоде в соответствии со статьей 143 Налогового кодекса Российской Федерации являлось плательщиком НДС.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на добавленную стоимость, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса на установленные настоящей статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации в таможенных режимах выпуска для свободного обращения, временного ввоза и переработки вне таможенной территории в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектом налогообложения, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Налогового кодекса Российской Федерации, а также товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В силу пункта 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации. Вычетам подлежат, если иное не установлено настоящей статьей, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на таможенную территорию Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 Кодекса. Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 данной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Таким образом, право налогоплательщика на вычет НДС возникает, если товары (работы, услуги) приобретены для осуществления операций, облагаемых НДС, приняты на учет, а также выставлен счет-фактура, оформленный в соответствии с требованиями статьи 169 Налогового кодекса Российской Федерации. Только при выполнении в совокупности вышеперечисленных условий в совокупности налогоплательщик вправе предъявить НДС к вычету.

При этом документы, подтверждающие право на применение налоговых вычетов, должны отвечать установленным требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые последствия.

Требования к оформлению организациями документов, подтверждающих совершение хозяйственных операций, в проверяемый период устанавливался статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон № 402-ФЗ).

Из пункта 1 статьи 9 Закона № 402-ФЗ следует, что все хозяйственные операции, проводимые организацией должны оформляться оправдательными документами. Пунктом 2 статьи 9 Закона № 402-ФЗ и пункта 13 «Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности Российской Федерации», утвержденного приказом Министерства финансов России от 29.07.1998 № 34н, установлен перечень обязательных реквизитов первичных учетных документов. Документы, не соответствующие утвержденным формам или не содержащие обязательных реквизитов, а также содержащие сфальсифицированные сведения, не могут быть подтверждением учета совершения хозяйственных операций. Первичный документ должен быть составлен в момент совершения операции, а если это не представляется возможным – непосредственно после ее окончания.

Первичные учетные документы должны включать в себя все обязательные реквизиты, установленные Законом № 402-ФЗ: наименование документа, дату составления документа, наименование организации, от имени которой составлен документ, содержание хозяйственной операции, измеритель хозяйственной операции в натуральном и денежном выражениях, наименование должностных лиц, ответственных за совершение хозяйственной операции и правильность её оформления, личные подписи указанных лиц и их расшифровки.

Данные первичных документов, составляемых при совершении хозяйственной операции, в том числе о лицах, осуществивших операции по отправке, перевозке и приему груза, должны соответствовать фактическим обстоятельствам. Следовательно, счета-фактуры составляются на основе уже имеющихся первичных документов и должны отражать конкретные факты хозяйственной деятельности, подтверждаемые такими документами.

Требования к порядку составления счетов-фактур относятся не только к полноте заполнения всех реквизитов, но и к достоверности содержащихся в них сведений.

Поскольку из приведенных норм закона следует вывод о том, что надлежаще оформленный счет-фактура является основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению, то правомерен вывод об обязательности соблюдения при их составлении предъявляемых требований.

Согласно положениям главы 21 Налогового кодекса Российской Федерации право налогоплательщика на налоговый вычет непосредственно связано с уплатой НДС при приобретении им товаров (работ, услуг), то есть с наличием хозяйственной операции по реализации поставщиком товаров (работ, услуг) – объекта налогообложения.

По смыслу главы 21 Налогового кодекса Российской Федерации документы, представляемые налогоплательщиком в инспекцию, должны быть достоверными, непротиворечивыми, содержащиеся в них сведения должны подтверждать реальность хозяйственной операции и иные обстоятельства, с которыми Кодекс связывает право налогоплательщика на налоговые вычеты и получение возмещения НДС из бюджета.

Следовательно, для признания за заявителем права на вычет НДС и уменьшение налогооблагаемой прибыли требуется подтверждение факта совершения реальных хозяйственных операций с его контрагентами, а также документальное подтверждение того, что фактически на приобретение товаров (работ, услуг) общество затратило именно те денежные средства, размер которых указан в представленных им документах, обосновывающих затраты.

Налогоплательщик, заключая сделку с поставщиками товара (работ, услуг), должен исходить из того, что гражданско-правовые сделки влекут для него и налоговые последствия. Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2001 № 138-О указал, что по смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности налогоплательщиков. Налогоплательщик не может считаться добросовестным, если, единственной целью всех вышеуказанных сделок являлось уменьшение суммы налога на добавленную стоимость, которую предприятие должно было уплатить в бюджет, при этом, вступая в договорные отношения, он не проявил необходимой осмотрительности в выборе контрагента. Налоговый вычет по НДС предоставляется добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат на уплату налога поставщикам товаров (работ, услуг) и связан с необходимостью подтверждения надлежащими документами факта приобретения и оплаты товаров (работ, услуг).

Исходя из пунктов 1, 3 и 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление Пленума ВАС № 53) представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Таким образом, для применения налогового вычета по НДС и уменьшение налогооблагаемой прибыли налогоплательщик обязан доказать правомерность этого вычета и включения затрат в расходы, при этом документы, представленные налогоплательщиком, должны отвечать установленным требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые последствия. Требования к порядку составления первичных документов относятся не только к полноте заполнения всех реквизитов, но и к достоверности содержащихся в них сведений.

О необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств:

- невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг;

- отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств;

- учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций;

- совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

Все эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При решении вопроса о применении налоговой ставки и налоговых вычетов учитываются также результаты мероприятий налогового контроля, проведенных в отношении контрагентов о достоверности, комплектности и непротиворечивости представленных документов, проверки предприятий-поставщиков с целью установления факта выполнения безусловной обязанности поставщиков, уплатить налог на добавленную стоимость в бюджет в денежной форме.

В отношении спорных сделок с контрагентом ООО «Дельтроник» (сумма заявленных вычетов – 5 427 870 рублей) суд установил следующее.

В подтверждение вычетов за период 2-4 кварталы 2014 года и 1 квартал 2015 года по взаимоотношениям заявителя и ООО «Дельтроник» общество представило договоры купли-продажи (с приложениями и дополнительными соглашениями) от 06.06.2014 № КРК-00012/391, от 20.06.2014 № КРК-00016/390, от 04.07.2014 № КРК-00023/410, от 17.07.2014 № КРК-00028/475, от 06.08.2014 № КРК-00032/507 на приобретение подсолнечника урожая 2013 года, от 20.08.2014 № КРК-00042/621 от 27.08.2014 № КРК-00060/623, от 06.09.2014 № КРК-00082/1045, от 08.09.2014 № КРК-00087/625, от 12.09.2014 № КРК-00108/628, от 17.09.2014 № КРК-00141/701, от 19.09.2014 № КРК-00151/702, от 22.09.2014 № КРК-00159/703, от 29.09.2014 № КРК-00175/704, от 02.10.2014 № КРК-0000198/705, от 27.10.2014 № КРК-00272/913, от 03.11.2014 № КРК-00272/912, от 07.11.2014 № КРК-000891/909, от 13.11.2014 № КРК-00303/911, от 17.11.2014 № КРК-0000305/969, от 21.11.2014 № КРК-00330/972, от 01.12.2014 №КРК-00349/997, от 11.12.2014 № КРК-00358/999, от 29.12.2014 № КРК-00380/1049, от 28.01.2015 № КРК-00011/182, от 03.02.2015 № КРК-00013/183, от 10.02.2015 № КРК-00018/184, от 12.02.2015 № КРК-00021/186 на приобретение подсолнечника урожая 2014 года, счета-фактуры, товарные и товарно-транспортные накладные (отраслевая форма СП-31) на приобретение товара по указанным договорам, копии свидетельств о государственной регистрации транспортных средств и водительских удостоверений, оборотно-сальдовые ведомости по бухгалтерскому счету 19, карточки бухгалтерского счета 60 за соответствующие налоговые периоды.

Согласно перечисленным договорам купли-продажи, ООО «Дельтроник» (продавец) обязалось поставить подсолнечник на склад общества (покупателя), доставка товара осуществлялась силами и за счет продавца (базис поставки DAP) (пункты 2.2, 2.4 договоров). Из товарно-транспортных накладных следует, что пунктами погрузки товара являлись: 352104, Краснодарский край, Тихорецкий район, поселок Парковый, Промзона 38/А (юридический адрес контрагента), 353040, Краснодарский край, с. Белая Глина и 98107, <...>.

Со стороны общества договоры купли-продажи подписаны представителем по доверенности ФИО6, со стороны ООО «Дельтроник» – ФИО7

Из протокола допроса от 02.05.2017 № 1012 ФИО7 в качестве свидетеля следует, что она являлась директором ООО «Бизнес регион»; в период с 01.01.2014 по 31.12.2015 работала в ООО «Сто пудов», ООО «Дельтроник», ООО «Бизнес регион», с момента назначения свидетеля руководителем, она осуществляла соответствующие полномочия по ведению финансово-хозяйственной деятельности, в том числе представление интересов обществ во всех органах (нотариус, банки и т.п.). Согласование договоров с обществом проводилось в электронном виде. Взаимоотношения с обществом свидетель подтвердила.

При этом из протокола допроса от 10.04.2017 № 505 ВП 1 свидетеля ФИО6 следует, что он, являясь штатным работником общества, заключал и подписывал договоры на основании доверенности, но лично с директором ООО «Дельтроник» не знаком.

В рамках встречной проверки ООО «Дельтроник» документы по взаимоотношениям с обществом, истребованные по поручению инспекции от 18.07.2016 № 53556 ВП 1 в соответствии со статьей 93.1 Налогового кодекса Российской Федерации, не представлены.

В ходе проверки налоговая инспекция установила, что ООО «Дельтроник» зарегистрировано 10.08.2004. 17 ноября 2016 года указанное общество прекратило деятельность при присоединении к ООО «Президиум» ИНН <***>. Уставный капитал контрагента составлял 10000 рублей. Основной вид деятельности – выращивание однолетних культур (код ОКВЭД – 01.1). Учредителем и руководителем ООО «Дельтроник» на момент совершения сделки с обществом являлась ФИО7 (с 24.09.2013 по 17.11.2016), которая также являлась руководителем и учредителем организаций ООО «Бизнес Регион» и ООО «Искра». Сведения о среднесписочной численности и справки о доходах по форме 2-НДФЛ ООО «Дельтроник» не представляло; недвижимое имущество, земельные участки, основные и транспортные средства, контрольно-кассовая техника за ООО «Дельтроник» не зарегистрированы. Из анализа налоговой отчетности ООО «Дельтроник» при значительных оборотах денежных средств по расчетным счетам, налоговые декларации по НДС за налоговые периоды 2014 год и 1 квартал 2015 года представлены с минимальными суммами налога к уплате в бюджет (удельный вес налоговых вычетов составил более 99,6 %). По результатам анализа выписок банков о движении денежных средств установлено, что, при значительной сумме поступлений операции, сопутствующие реальной финансово-хозяйственной деятельности (арендные и коммунальные платежи, выплаты заработной платы, налогов и др.) не производились. Кроме того, налоговым органом установлено, что перечисления носили транзитный характер – денежные средства, поступавшие на расчетный счет в качестве оплаты «за сельскохозяйственную продукцию», перечислялись в адрес сельхозтоваропроизводителей, применяющих специальный налоговый режим в виде единого сельскохозяйственного налога, то есть не являющихся плательщиками НДС. При этом цена приобретения подсолнечника у сельхозпроизводителей выше, чем цена реализации товара обществу. Также установлено, что поступавшие денежные средства перечислялись в адрес физических лиц (ФИО8, ФИО9, ФИО7, ФИО10) с назначением платежа «предоставление займа по договору процентного займа, НДС не облагается». Сведения о возврате денежных средств физическими лицами отсутствуют.

С учетом изложенных обстоятельств, инспекция сделала вывод, что расчеты ООО «Дельтроник» носили транзитный характер, полученные денежные средства обналичивались, что, в свою очередь, указывает на формальное вовлечение в цепочку расчетов спорного контрагента.

Разрешая вопрос о проявлении обществом должной степени осмотрительности при выборе контрагента, инспекция запросила у общества документальное подтверждение указанного факта. В ответ обществом представлены сведения из ЕГРЮЛ, учредительные и уставные документы ООО «Дельтроник», книга покупок и налоговая декларация по НДС за 4 квартал 2013 года, сведения о среднесписочной численности за 2013 год (1 человек), книги покупок за период с 01.06.2014 по 30.04.2015. Вместе с тем, инспекцией установлено, что у общества отсутствовала информация об исполнении контрагентом своих налоговых обязательств, о наличии необходимого опыта и подтвержденной деловой репутации. Представленные обществом сведения о наличии у контрагента арендованных транспортных средств и складских помещений опровергнуты анализом банковских выписок по расчетным счетам ООО «Дельтроник», из которых следует, что в проверяемый период у контрагента отсутствовали расходы на ведение хозяйственной деятельности, отсутствуют платежи за коммунальные услуги, аренду зданий, помещений, транспортных средств, складских и других платежей, свидетельствующих об осуществлении реальной хозяйственной деятельности. Выплата заработной платы также не осуществлялась.

Аналогичные обстоятельства установлены арбитражными судами в делах
№ А32-5156/2016 и № А32-23249/2016, в которых оценивалась реальность хозяйственных операций между ООО «Дельтроник» (продавец) и ООО Торговая компания «Русские масла» (покупатель).

Изложенные обстоятельства, а именно: высокая доля налоговых вычетов по цепочке контрагентов, юридический адрес поставщика, указанный в качестве пункта погрузки в большинстве ТТН, отсутствие необходимых условий для осуществления хозяйственной деятельности, расходов на ее ведение, отсутствие собственных денежных средств и транзитный характер денежных операций с последующим обналичиванием денежных средств, регистрация контрагентов незадолго до совершения спорных операций по одинаковым адресам массовой регистрации, привлечение в качестве первичных поставщиков сельскохозяйственных производителей, применяющих специальный налоговый режим, в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о направленности деятельности ООО «Дельтроник» по поставке сельхозпродукции в на создание формальных условий для применения налоговых вычетов по НДС выгодоприобретателями, в том числе обществом.

В отношении спорных сделок с контрагентом и ООО «Агрокомплекс «Борисовский» (сумма заявленных вычетов – 7 207 190 рублей) суд установил следующее.

В подтверждение вычетов за период 2-4 кварталы 2014 года и 3 квартал 2015 года по взаимоотношениям заявителя и ООО «Агрокомплекс «Борисовский» общество представило договоры купли-продажи (с приложениями и дополнительными соглашениями) от 27.06.2014 № КРК-00018/392 о приобретении подсолнечника урожая 2013 года, от 22.08.2014 № КРК-00046/510, от 04.09.2014 № КРК-00077/575, от 09.09.2014 № КРК-00093/578, от 12.09.2014 № КРК-00104/585, от 18.09.2014 № КРК-00147/602, от 19.09.2014 № КРК-00150/605, от 29.09.2014 № КРК-00184/691, от 30.09.2014 № КРК-00186/710, от 03.10.2014 № КРК-00205/692, от 07.10.2014 № КРК-00216/693, от 13.10.2014 № КРК-00240/694, от 15.10.2014 № КРК-00242/696, от 20.10.2014 № КРК-00255/697 о приобретении подсолнечника урожая 2014 года, от 08.09.2015 № КРК-00077/480 и от 14.09.2015 № КРК-00099/481 о приобретении подсолнечника урожая 2015 года, счета-фактуры, товарные и товарно-транспортные накладные (отраслевая форма СП-31) на приобретение товара по указанным договорам, копии свидетельств о государственной регистрации транспортных средств и водительских удостоверений, оборотно-сальдовые ведомости по бухгалтерскому счету 19, карточки бухгалтерского счета 60 за соответствующие налоговые периоды.

Согласно перечисленным договорам купли-продажи, ООО «Агрокомплекс «Борисовский» (продавец) обязалось поставить подсолнечник на склад общества (покупателя), доставка товара осуществлялась силами и за счет продавца (базис поставки DAP) (пункты 2.2, 2.4 договоров).

Со стороны общества договоры купли-продажи подписаны представителем по доверенности ФИО6, со стороны ООО «Агрокомплекс «Борисовский» –ФИО11

Протоколом допроса от 10.04.2017 № 505 ВП 1 ФИО6 установлено, что свидетель, не являясь штатным работником общества, заключал и подписывал договоры на основании доверенности. При этом свидетель пояснил, что лично с директором ООО «Агрокомплекс «Борисовский» не знаком.

Из протокола допроса от 21.12.2015 ФИО11 следует, что свидетель являлся генеральным директором ООО «Агрокомплекс «Борисовский». Указанное лицо обладало правом подписи и лично подписывало все документы; налоговую и бухгалтерскую отчетность составляла бухгалтер ФИО12 Со слов свидетеля основные средства у организации отсутствовали; имелись арендованные складские помещения и близлежащие элеваторы для хранения сельхозпродукции; транспортные средства также арендовались (у физических лиц, индивидуальных предпринимателей и организаций), оплата за которые производилась безналичным путем. Кроме того, ФИО11 сообщил, что являлся уполномоченным представителем и подписантом налоговой и бухгалтерской           отчетности других организаций – основных поставщиков ООО «Агрокомплекс «Борисовский»: ООО «Лантана», ООО «Агробизнес», ООО «Агроперспектива», ООО «Стин», ООО «Селес», ООО «Веста» и других. Стоимость услуг вознаграждения не обговаривались, передача документации и отчетности в налоговые органы осуществлялись безвозмездно. Компьютер, по которому осуществляется передача отчетов, установлен в офисе ООО «Агрокомплекс «Борисовский», доступ к которому имел ФИО11 и бухгалтер. Отчетность за организации и индивидуальных предпринимателей, в которых ФИО11 не являлся сотрудником или руководителем, направлялась на основании доверенностей.

Таким образом, установленные обстоятельства свидетельствуют о взаимосвязи ряда организаций и согласованности их действий для формирования фиктивного документооборота с целью искусственного наращивания НДС и минимизации налогового бремени, понесенного при осуществлении деятельности, и необоснованного завышения налоговых вычетов по НДС.

По результатам анализа выписок банков о движении денежных средств установлено, что, при значительной сумме поступлений операции, сопутствующие реальной финансово-хозяйственной деятельности (арендные и коммунальные платежи, выплаты заработной платы, налогов и др.) не производились. Основные контрагенты ООО «Агрокомплекс «Борисовский» (ООО «Глобал ЛЛК», ООО «Агроном», ООО «Бриз») аффилированы с ним, имеют признаки фирм-«однодневок». Кроме того, установлено, что перечисления носили транзитный характер – денежные средства, поступавшие на расчетный счет в качестве оплаты «за сельскохозяйственную продукцию», перечислялись в адрес сельхозтоваропроизводителей, применяющих специальный налоговый режим в виде ЕСХН, то есть не являющихся плательщиками НДС. Также установлено, что поступавшие денежные средства обналичивались путем снятия наличных денежных средств, а также посредством перевода на банковские карты с назначением платежа «выдачи на закупку сельхозпродукции».

Кроме того, инспекцией установлено, что в отношении руководителя ООО «Агрокомплекс «Борисовский» ФИО11 возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных пунктами «а, б» части 2 статьи 199 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Так, согласно постановлению от 19.08.2016 о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству в отношении должностных лиц ООО «Агрокомплекс «Борисовский» (а именно: в отношении ФИО11) по признакам преступлений, предусмотренных пунктами «а, б» части 2 статьи 199 УК РФ, частью 5 статьи 33 УК РФ установлено, что в период с 01.01.2015 по 30.09.2015 директор ООО «Зерно Кубани», ФИО13, действуя группой лиц по предварительному сговору с лицом, фактически выполнявшим функции руководителя ООО «Зерно Кубани» наряду с ФИО13 - ФИО11, при пособничестве ФИО14 и иных, неустановленных лиц, содействовавших совершению преступления предоставлением информации, средств совершения преступления, путем включения заведомо ложных сведений в налоговые декларации по НДС за 1 – 3 кварталы 2015 года о суммах налога, подлежащего уплате, занизив их, в нарушение статей 143, 146, 153, 154, 163, 164, 166 - 169, 171 - 174 Кодекса, уклонились от неуплаты налогов с указанной организации в особо крупном размере.

С учетом изложенных обстоятельств, инспекция сделала вывод, что расчеты              ООО «Агрокомплекс «Борисовский» носили транзитный характер, полученные денежные средства обналичивались, что, в свою очередь, указывает на формальное вовлечение в цепочку расчетов спорного контрагента, не осуществлявшего реальную деятельность в рамках поставки сельхозпродукции в адрес общества.

Разрешая вопрос о проявлении обществом должной степени осмотрительности при выборе контрагента, инспекция запросила у общества документальное подтверждение указанного факта. В ответ обществом представлены сведения из ЕГРЮЛ, учредительные и уставные документы ООО «Агрокомплекс «Борисовский», договор аренды нежилого помещения (офиса), бухгалтерская отчетность за 2012 год, налоговая декларация по НДС за 1 квартал 2013 года. Вместе с тем, инспекцией установлено, что у общества отсутствовала информация об исполнении контрагентом своих налоговых обязательств, о наличии необходимого опыта и подтвержденной деловой репутации.

Представленные обществом сведения о наличии у контрагента арендованных транспортных средств и складских помещений опровергнуты анализом банковских выписок по расчетным счетам ООО «Агрокомплекс «Борисовский», из которых следует, что в проверяемый период у контрагента отсутствовали расходы на ведение хозяйственной деятельности, отсутствуют платежи за коммунальные услуги, аренду зданий, помещений, транспортных средств, складских и других платежей, свидетельствующих об осуществлении реальной хозяйственной деятельности. Выплата заработной платы также не осуществлялась.

Изложенные обстоятельства, а именно: высокая доля налоговых вычетов по цепочке контрагентов, юридический адрес поставщика, указанный в качестве пункта погрузки в большинстве ТТН, отсутствие необходимых условий для осуществления хозяйственной деятельности, расходов на ее ведение, отсутствие собственных денежных средств и транзитный характер денежных операций с последующим обналичиванием денежных средств, участие в цепочке взаимозависимых лиц – участников группы налогоплательщиков осуществляющих деятельность в сфере зернового бизнеса и зарегистрированных по одинаковым адресам массовой регистрации, привлечение в качестве первичных поставщиков сельскохозяйственных производителей, применяющих специальный налоговый режим, в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о направленности деятельности ООО «Агрокомплекс «Борисовский» по поставке сельхозпродукции на создание формальных условий для применения налоговых вычетов по НДС выгодоприобретателями, в том числе обществом.

В отношении спорных сделок с контрагентом и индивидуальным предпринимателем ФИО5 (сумма заявленных вычетов – 7 733 128 рублей) суд установил следующее.

В подтверждение вычетов за период 3-4 кварталы 2014 года и 1, 3 кварталы 2015 года по взаимоотношениям заявителя и ИП ФИО5 общество представило договоры купли-продажи (с приложениями и дополнительными соглашениями) от 19.08.2014 № КРК-00038/565, от 25.08.2014 № КРК-00053/568, от 09.09.2014 № КРК-00094/579,  от 15.09.2014 № КРК-00116/590, от 19.09.2014 № КРК-00149/604, от 30.09.2014 № КРК-00189/772, от 08.10.2014 № КРК-00223/775, от 31.10.2014 № КРК-00281/784, от 12.02.2015 № КРК-00019/143, от 20.02.2015 № КРК-00032/145 на приобретение подсолнечника урожая 2014 года, от 09.09.2015 № КРК-00065/493, от 08.09.2015 № КРК-00078/495,от 16.09.2015 № КРК-00111/624 на приобретение подсолнечника урожая 2015 года, счета-фактуры, товарные и товарно-транспортные накладные (отраслевая форма СП-31) на приобретение товара по указанным договорам, копии свидетельств о государственной регистрации транспортных средств и водительских удостоверений, оборотно-сальдовые ведомости по бухгалтерскому счету 19, карточки бухгалтерского счета 60 за соответствующие налоговые периоды.

Согласно перечисленным договорам купли-продажи, ИП ФИО5 (продавец) обязался поставить подсолнечник на склад общества (покупателя), доставка товара осуществлялась силами и за счет продавца (пункты 2.2, 2.4 договоров). Со стороны общества договоры купли-продажи подписаны ФИО6, заявившим, что не знаком с ФИО5 (протокол допроса от 10.04.2017 № 505 ВП 1).

В отношении деятельности контрагента инспекция установила, что ФИО5 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 03.09.2007, 07.12.2016 на основании собственного решения прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя. Адрес регистрации: 353600, Краснодарский край, Староминской район, ст. Староминская, ул. Базарная, 28. Основной вид деятельности – оптовая торговля зерном. Согласно сведениям о среднесписочной численности и справки о доходах по форме 2-НДФЛ ИП ФИО5 в 2014 году составляла 1 человек, в 2015 году - сведения не представлены. В собственности числились грузовые транспортные средства в количестве 5 единиц; недвижимое имущество, земельные участки, контрольно-кассовая техника за ИП ФИО5 не зарегистрированы.

При этом из допросов предпринимателя следует, что численность ИП ФИО5 составляла 1 человек; имущество, транспортные средства в собственности отсутствовали; ИП ФИО5 применял общую систему налогообложения, отчетность в налоговый орган представлялась лично предпринимателем. Адрес регистрации: 353600, Краснодарский край, Староминской район, ст. Староминская, ул. Базарная, 28. Основных поставщиков ФИО5 назвать затруднился, поиск поставщиков осуществлялся по интернету, договоры заключались по месту регистрации. На вопросы, связанные с хранением продукции, транспортировкой, дальнейшей реализацией свидетель не ответил (протоколы допросов от 29.05.2015 № 871, от 16.05.2016 № 000494).

Из анализа налоговой отчетности ИП ФИО5 следует, что при значительных оборотах денежных средств по расчетным счетам налоговые декларации по НДС за налоговые периоды 2014 и 2015 года представлены с минимальными суммами налога к уплате в бюджет (удельный вес налоговых вычетов составил около 99,5 %).

По результатам анализа выписок банков о движении денежных средств установлено, что перечисления носили транзитный характер: денежные средства, поступавшие на счет в качестве оплаты «за сельскохозяйственную продукцию», перечислялись в адрес сельхозтоваропроизводителей, применяющих специальный налоговый режим в виде ЕСХН, то есть не являющихся плательщиками НДС. Также установлено, что поступавшие денежные средства обналичивались путем перечисления на банковскую карту ФИО5 в общей сумме 572 млн. рублей (с 2013 года по 2015 год).

Кроме того, установлено, что в отношении ФИО5 согласно постановлениям от 28.12.2016, от 30.12.2016 и от 18.10.2017 возбуждены уголовные дела по признакам преступлений, предусмотренных частью 4 статьи 159 УК РФ. Так, в рамках уголовных производств установлено, что ФИО5 участвовал в создании схемы получения необоснованной налоговой выгоды с целью хищения бюджетных средств, возмещаемых в соответствии с налоговым законодательством в качестве компенсации излишне уплаченных им поставщикам сумм НДС. В частности, в 2014 году для достижения преступной цели ФИО5 и лица, участвовавшие в создании схемы получения необоснованной налоговой выгоды, группой лиц по предварительному сговору, достоверно зная об отсутствии у ИП ФИО5 необходимых условий для достижения соответствующей экономической деятельности, заключили договор поставки. ФИО5, фактически приобретая сельхозпродукцию у сельхозпроизводителей, осуществлял поставку товара на склад ООО «ЗТКТ», сформировал фиктивный документооборот по сделкам с налогоплательщиками ИП ФИО15 ИНН<***> и                                   ИП ФИО16 ИНН<***> на транзитные и фиктивные операции, исключительно с целью обоснования применения налогового вычета и получения необоснованной налоговой выгоды по цепочке покупателей путем многократного перечисления денежных средств по искусственно созданной цепочке поставщиков товара и услуг, состоящих из фирм-«однодневок» и «транзитеров», применяющих общую систему налогообложения, но не уплачивающих НДС в бюджет в надлежащем объеме. Указанные факты свидетельствуют о недобросовестности, а также о наличии взаимосвязи между звеньями в «цепочке» взаимоотношений ИП ФИО5 - ИП ФИО16 -                 ИП ФИО15

Таким образом, анализ движения денежных средств по расчетным счетам в банках позволяет сделать вывод о том, что расчеты ИП ФИО5 носили транзитный характер, но и прямо свидетельствует об их обналичивании, что, в свою очередь, указывает на формальное вовлечение в цепочку расчетов спорного контрагента, действительной целью которого, в частности, в рамках поставки сельхозпродукции в адрес общества, являлось обеспечение условий для применения заявителем налоговых вычетов по НДС.

Кроме того, из представленных в материалы дела товарно-транспортных накладных следует, что пунктами погрузки реализованной обществу продукции являются различные географически удаленные районы Краснодарского края, при этом грузоотправителем, заказчиком и организацией-владельцем автотранспорта является               ИП ФИО5 Фактически ИП ФИО5 ни на праве собственности, ни на праве аренды не владеет складскими помещениями, предназначенными для хранения с/х продукции, соответственно, не может в силу реальности финансово-хозяйственных операций выступать в качестве грузоотправителя продукции, следовательно, в графе «Грузоотправитель» ИП ФИО5 указано в нарушение порядка заполнения ТТН.

Разрешая вопрос о проявлении обществом должной степени осмотрительности при выборе контрагента, инспекция запросила у общества документальное подтверждение указанного факта. В ответ обществом представлены документы, в том числе сведения из ЕГРИП, договор аренды нежилого помещения, налоговые декларации по НДС за 3 и 4 квартал 2013 года. Вместе с тем, инспекцией установлено, что у общества отсутствовала информация об исполнении контрагентом своих налоговых обязательств, о наличии необходимого опыта и подтвержденной деловой репутации. В проверяемый период у                ИП ФИО5 отсутствовали расходы на ведение хозяйственной деятельности, отсутствуют платежи за коммунальные услуги, аренду зданий, помещений, транспортных средств, складских и других платежей, свидетельствующих об осуществлении реальной хозяйственной деятельности.

Аналогичные обстоятельства установлены арбитражными судами в делах
№ А53-36344/2016, № А32-40285/2016, № А53-10980/2017, № А53-10932/2017,
№ А53-7577/2017, № А53-32464/2016, № А53-15705/2016, № А53-35392/2016, в которых оценивалась реальность хозяйственных операций с участием ИП ФИО5

Изложенные обстоятельства, а именно: высокая доля налоговых вычетов по цепочке контрагентов, отсутствие необходимых условий для осуществления хозяйственной деятельности, расходов на ее ведение, отсутствие собственных денежных средств и транзитный характер денежных операций с последующим обналичиванием денежных средств, привлечение в качестве первичных поставщиков сельскохозяйственных производителей, применяющих специальный налоговый режим, в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о направленности деятельности ИП ФИО5 по поставке сельхозпродукции на создание формальных условий для применения налоговых вычетов по НДС выгодоприобретателями, в том числе обществом.

В отношении спорных сделок с контрагентом ООО «Зерновые технологии» (сумма заявленных вычетов – 8 844 381 рубль) суд установил следующее.

В подтверждение вычетов за периоды 4 квартал 2014 года и 1 квартал 2015 года по взаимоотношениям с ООО «Зерновые технологии» общество представил договор купли-продажи от 15.12.2014 № КРА-00035/993 подсолнечника урожая 2014 года, счета-фактуры, товарные и товарно-транспортные накладные (отраслевая форма СП-31) на приобретение товара по указанным договорам, копии свидетельств о государственной регистрации транспортных средств и водительских удостоверений, оборотно-сальдовые ведомости по бухгалтерскому счету 19, карточки бухгалтерского счета 60 за соответствующие налоговые периоды.

Согласно договору купли-продажи, ООО «Зерновые технологии» (продавец) обязалось поставить подсолнечник на склад общества (покупателя), доставка товара осуществлялась силами и за счет покупателя (пункт 2.5 договора).

В ходе встречной проверки контрагента общества инспекция установила,                    ООО «Зерновые технологии» зарегистрировано 07.10.2011 по адресу <...> А. Уставный капитал составлял 10 000 рублей.

Основной вид деятельности – оптовая торговля зерном (код ОКВЭД -51.21.1). Учредителем и руководителем в период взаимоотношений с обществом (с 10.09.2014 по 05.05.2015) являлся ФИО17 Численность ООО «Зерновые технологии» в 2014 году составляла 8 человек, в 2015 году – 17 человек. Недвижимое имущество, земельные участки, основные и транспортные средства, контрольно-кассовая техника за ООО «Зерновые технологии» не зарегистрированы.

Со стороны ООО «Зерновые технологии» договор подписан ФИО17, который при допросе не смог подтвердить фактическое участие в финансово-хозяйственной деятельности, не обладал информацией о применяемой системе налогообложения, численности работников, наличии материально технической базы для осуществлении деятельности, о взаимоотношениях, в частности, с ООО «Новь» (поставщик) и ОАО «МЖК «Краснодарский» (покупатель).

Из анализа налоговой отчетности ООО «Зерновые технологии» следует, что при значительных оборотах денежных средств по расчетным счетам, налоговые декларации по НДС за налоговые периоды 2014 и 1 квартал 2015 года представлены с минимальными суммами налога к уплате в бюджет (удельный вес налоговых вычетов составил около                 99,9 %).

По результатам анализа выписок банков о движении денежных средств установлено, что, при значительной сумме поступлений операции, сопутствующие реальной финансово-хозяйственной деятельности (арендные и коммунальные платежи, выплаты заработной платы, налогов и др.) не производились. Кроме того, установлено, что перечисления носили транзитный характер – денежные средства, поступавшие на расчетный счет в качестве оплаты «за сельскохозяйственную продукцию», перечислялись в адрес сельхозтоваропроизводителей, применяющих специальный налоговый режим в виде ЕСХН, то есть не являющихся плательщиками НДС. Также установлено, что поступавшие денежные средства обналичивались путем снятия наличных денежных средств, а также посредством перевода на банковские карты с назначением платежа «выдачи на закупку сельхозпродукции». Таким образом, анализ движения денежных средств по расчетным счетам в банках позволяет сделать вывод о том, что расчеты                 ООО «Зерновые технологии» носили транзитный характер, но и прямо свидетельствует об их обналичивании, что, в свою очередь, указывает на формальное вовлечение в цепочку расчетов спорного контрагента.

Разрешая вопрос о проявлении обществом должной степени осмотрительности при выборе контрагента, инспекция запросила у общества документальное подтверждение указанного факта. В ответ обществом представлены документы, в том числе договор аренды нежилого помещения, бухгалтерский баланс за 2013 год,  налоговые декларации по НДС за 3 квартал 2013 года, устав ООО «Зерновые технологии». Вместе с тем, инспекцией установлено, что у общества отсутствовала информация об исполнении контрагентом своих налоговых обязательств, о наличии необходимого опыта и подтвержденной деловой репутации. В проверяемый период у ООО «Зерновые технологии» отсутствовали расходы на ведение хозяйственной деятельности, отсутствуют платежи за коммунальные услуги, аренду зданий, помещений, транспортных средств, складских и других платежей, свидетельствующих об осуществлении реальной хозяйственной деятельности.

Кроме того, инспекцией установлено, что приобретенный обществом товар был реализован по цепочке ООО «Зерновые технологии» - ООО «Новь» - ООО «Маяк-Агро» - ООО «Победа» (сельхозпроизводитель), либо ООО «Зерновые технологии» -                       ООО «Арбалет».

Исходя из содержания товарно-транспортных накладных, представленных по сделкам ООО «Победа» (продавец) и ООО «Маяк-Агро» (расположено в г. Новоалександровске Ставропольского края), поставка товара осуществлялась экспедиторами ИП ФИО18 непосредственно в город Краснодар в количествах, аналогичных массе продукции, отправленной ООО «Зерновые технологии» в адрес общества.

Кроме того, в рамках договора транспортной экспедиции от 01.12.2014 № МЖК, общество (Клиент) направляло заявки ИП ФИО18 (Экспедитор) на организацию перевозки грузов. Материалами проверки установлено, что доставка груза по взаимоотношениям с ООО «Зерновые технологии» осуществлялась ИП ФИО18 от места погрузки: «с. Ладовская балка ток 1» (адрес сельхозпроизводителя ООО «Победа») до адреса: «<...>». Согласно протоколу допроса ИП ФИО18 от 06.04.2017 № 500 ВП 1, предпринимателю ООО «Зерновые технологии» неизвестно, доставка продукции фактически осуществлялась от сельхозпроизводителя, расположенного по адресу: Ставропольский край, Красногвардейский район, с. Ладовская балка, ток 1.

Изложенные обстоятельства, а именно: высокая доля налоговых вычетов по цепочке контрагентов, отсутствие необходимых условий для осуществления хозяйственной деятельности, расходов на ее ведение, отсутствие собственных денежных средств и транзитный характер денежных операций с последующим обналичиванием денежных средств, привлечение в качестве первичных поставщиков сельскохозяйственных производителей, применяющих специальный налоговый режим, в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о направленности деятельности по поставке сельхозпродукции на создание формальных условий для применения налоговых вычетов по НДС выгодоприобретателями, в том числе обществом.

Согласно пункту 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой выгоды» о необоснованности налоговой выгоды может свидетельствовать отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств.

Представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют о том, что все спорные хозяйственные операции не могли реально выполняться заявленными организациями-контрагентами, а также их поставщиками по все цепочке, так как у всех отсутствуют необходимые условия для экономической деятельности (трудовых, производственных, транспортных ресурсов); подтверждают наличие у общества сведений о допускаемых поставщиками нарушениях, в том числе исходя из отбора производителей сельхозпродукции в зависимости от применяемой системы налогообложения; подкреплены отсутствием пояснений о деловом критерии при выборе поставщиков при заключении сделки, и опровергают доводы общества о проявлении им должной степени осмотрительности в  выборе контрагентов по сделкам.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что инспекция представила достаточные доказательства того, что все указанные организации-контрагенты включены в цепочку поставщиков формально, в целях сокрытия приобретения сельхозпродукции у производителей.

Довод заявителя о том, что специфика осуществляемой контрагентами общества деятельности не требует с необходимостью наличия таких ресурсов, как производственные и складские помещения, управленческий и технический персонал, транспортные средства и т.п., а так же о том, что перечисленные контрагенты являлись посредниками в движении товара от сельхозпроизводителей к обществу, не опровергает вывод налоговой инспекции о том, что фактически поставщиками сельхозпродукции могли быть сельхозпроизводители или иные лица, а перечисленные контрагенты заявлены в качестве поставщиков исключительно в целях создания формального документооборота для возмещения обществом НДС по оформленным от его имени счетам-фактурам.

Доводы общества о том, что для целей подтверждения права на применение налоговых вычетов последовательность движения товара от производителя к налогоплательщику не имеет правового значения, как и сама по себе недобросовестность контрагентов второго и последующих звеньев не влечет автоматического признания налоговой выгоды необоснованной, правомерны. Сами по себе факты «неблагонадежности» делового партнера, неуплата им НДС в бюджет не могут являться доказательствами недобросовестности налогоплательщика-заявителя, если рассматривать их в отдельности.

Вместе с тем, заключая сделки с ООО «Дельтроник», ООО «Агрокомплекс «Борисовский», ИП ФИО5 и ООО «Зерновые технологии», общество должно было исходить из того, что гражданско-правовая сделка влечет для него и налоговые последствия. Избрав в качестве партнеров указанные организации, предпринимателя, вступая с ними в правоотношения, заявитель был свободен в выборе и поэтому должен был проявить такую степень заботливости и осмотрительности, которая позволит ему рассчитывать на надлежащее поведение контрагентов в сфере налоговых правоотношений.

Предпринимательская деятельность в силу статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации осуществляется на свой риск, поэтому лицо должно проявить достаточную осмотрительность и проверить правоспособность контрагента. Неблагоприятные последствия недостаточной осмотрительности ложатся на лицо, заключившее такие сделки, и не должны приводить к необоснованным выплатам из федерального бюджета.

По рассматриваемому делу суд считает, что налогоплательщик не проявил должной осмотрительности при выборе контрагентов.

Согласно правовой позиции ВАС РФ, изложенной в постановлении Президиума от 25.05.2010 № 15658/09, налогоплательщик в обоснование доводов о проявлении им должной осмотрительности вправе приводить доводы в обоснование выбора контрагента, имея в виду, что по условиям делового оборота  при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента,  а также риск неисполнения обязательств и предоставления обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта.

В материалах дела имеются сведения о запросе обществом документов при заключении договоров с ООО «Дельтроник», ООО «Агрокомплекс «Борисовский», ИП ФИО5 и ООО «Зерновые технологии». Однако, учитывая результаты налоговой проверки, надлежащую оценку производственных, имущественных и кадровых возможностей поставщиков заявитель не произвел. Вместе с тем, осторожность и осмотрительность не может заключаться только в формальной проверке наличия государственной регистрации юридического лица и истребовании учредительных документов.

При избрании в качестве поставщиков контрагентов, исключительно имеющих признаки «фирмы-однодневки» (уклоняющихся от налогового контроля, не имеющих необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности (персонал, основные средства, производственные активы, складские помещения, транспортные средства) воля общества была устремлена на получение положительного результата от совершения сделок в виде получения налоговой выгоды.

При этом представление контрагентами в рамках встречной проверки документов по взаимоотношениям с обществом само по себе не свидетельствует о действительности хозяйственных операций.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений. В определенных случаях такая обязанность может быть прямо предусмотрена нормами Налогового кодекса Российской Федерации.

Исходя из правовой позиции, изложенной в пункте 3 Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2005 № 93-О название статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации «Порядок применения налоговых вычетов», так и буквальный смысл абзаца второго ее пункта 1 позволяют сделать однозначный вывод: обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Таким образом, налогоплательщики обязаны предпринять все меры, установленные законодательством, для предоставления достоверных первичных бухгалтерских документов, на основании которых происходит исчисление и уплата налогов.

Действительно, нормы законодательства о налогах и сборах Российской Федерации прямо не возлагают на налогоплательщика обязанности по проверке правоспособности контрагентов по договорам и не связывают ответственность налогоплательщика с фактами непредставления его контрагентами бухгалтерской и налоговой отчетности в налоговые органы по месту постановки на учет, неуплаты ими налогов, невозможности проведения встречной проверки контрагентов.

Однако предъявляемые в целях уменьшения подлежащего уплате налога на добавленную стоимость документы в своей совокупности должны с достоверностью подтверждать реальность произведенной операции.

Суд считает, что лица, действующие исходя из соблюдения принципа разумного предпринимательского риска, с надлежащей степенью осмотрительности и в соответствии с обычаями делового оборота не осуществившие проверку правоспособности юридических лиц и полномочий представителей данных юридических лиц, не удостоверившиеся в достоверности представленных ими или составленных с их участием первичных бухгалтерских документов, служащих основанием для применения вычетов по НДС, в силу абзаца 3 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации несут риск наступления неблагоприятных последствий, вызванных ненадлежащим исполнением данных действий.

Представленные заявителем документы в подтверждение взаимоотношений с контрагентами в совокупности с представленными налоговым органом документами содержат противоречивые сведения и не свидетельствуют о реальности совершенных операций.

В данном случае суд исходит из того, что обществом не представлены доказательства, позволяющие установить обстоятельства транспортировки спорных товаров указанными в ТТН лицами по заявленным маршрутам. При этом ссылки заявителя на товарно-транспортные накладные судом отклонены как несостоятельные, поскольку, в рассматриваемом случае, эти документы отражают, но не подтверждают конкретные спорные операции.

Довод общества о фактическом получении им товара и использовании его в дальнейшей хозяйственной деятельности, также подлежит отклонению. Налоговое законодательство, в частности положения статья 173 Налогового кодекса Российской Федерации находятся во взаимосвязи со статьями 171 и 172 Кодекса и предполагают возможность возмещения НДС из бюджета при наличии реального осуществления хозяйственных операций и связывают право на применение налоговых вычетов и возмещение НДС из бюджета с осуществлением конкретных хозяйственных операций по приобретению товаров, работ, услуг у конкретных поставщиков, по которым указанная сумма налога заявляется налогоплательщиком, в связи с чем, заявитель в силу требований Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязан доказать правомерность своих требований – в данном случае реальных фактов и обстоятельств приобретения товаров именно у заявленных организаций-поставщиков.

Общество в нарушение вышеназванных норм не подтвердило первичными документами хозяйственные операции, с которыми связывает право на налоговый вычет, а именно приобретение конкретных товаров у организаций с ООО «Дельтроник», ООО «Агрокомплекс «Борисовский», ИП ФИО5 и ООО «Зерновые технологии». При этом, вопреки доводам заявителя, нарушения выражены не в отдельных недостатках представленных документов, а в том, что заявитель не подтвердил первичными документами хозяйственные операции, с которыми связывает свое право на вычет. Налоговым органом доказано, что сведения, содержащиеся в представленных документах, недостоверны и (или) противоречивы.

Согласно пункту 45 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» при исследовании и оценке представленной налоговым органом доказательственной базы по налоговым делам судам надлежит исходить из того, что материалы, полученные в результате осуществления оперативно-розыскных мероприятий, могут использоваться налоговыми органами в числе других доказательств при рассмотрении материалов налоговой проверки (пункт 4 статьи 101 НК РФ) или при осуществлении производства по делу о предусмотренных НК РФ налоговых правонарушениях (пункт 7 статьи 101.4), если соответствующие мероприятия проведены и материалы оформлены согласно требованиям, установленным Федеральным законом от 12.08.1995 №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

В соответствии с правовой позицией, изложенной, в частности, в принятом в обеспечение единообразия применения закона постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2005 №10048/05, право налоговых органов истребовать у налогоплательщика дополнительные сведения, получать объяснения и документы, подтверждающие правильность исчисления налогов, проводить встречные проверки представлено налоговым органам статьями 88, 93 Налогового кодекса Российской Федерации. В частности, если налоговым органом представлены доказательства того, что в действительности хозяйственные операции производителями (поставщиками) продукции не осуществлялись и налоги в бюджет ими не уплачивались, в систему поставок взаиморасчетов вовлечены юридические лица, зарегистрированные по подложным или утерянным документам или несуществующим адресам, либо схема взаимодействия производителя, поставщика продукции и покупателя указывает на недобросовестность участников хозяйственных операций, суд не должен ограничиваться проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов требованиям, а должен оценить все доказательства по делу в совокупности и во взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.

Оценивая в совокупности установленные налоговым органом обстоятельства, суд приходит к выводу, что спорные хозяйственные операции по поставке товаров не могли быть выполнены именно с ООО «Дельтроник», ООО «Агрокомплекс «Борисовский», ИП ФИО5 и ООО «Зерновые технологии», указанными в первичных документах, в связи с чем вычеты по НДС не могут быть приняты в целях налогообложения.

Доказательств наличия обстоятельств, позволяющих суду при рассмотрении настоящего дела оценить деятельность перечисленных контрагентов во взаимоотношениях с заявителем иным образом, в материалы дела не представлено.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.10.1998 № 24-П изложена правовая позиция, согласно которой в сфере налоговых отношений (по смыслу пункта 7 статьи 3 НК РФ) действует презумпция добросовестности налогоплательщиков, поэтому нормы налогового законодательства, предоставляющие права либо гарантии добросовестным налогоплательщикам, не могут быть распространены на недобросовестных.

При таких обстоятельствах суд полагает, что инспекция в силу статей 65, 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказала законность принятых ненормативных актов, в связи с чем в удовлетворении требований общества по указанным эпизодам надлежит отказать.

По доначисленному обществу за проверенный период налогу на прибыль суд установил следующее.

Решением от 11.12.2017 № 14-17/161 в части, утвержденной решением Управления ФНС России по Краснодарскому краю от 27.03.2018 № 24-12-378 обществу доначислено 767 364 рубля налога на прибыль за 2013 год, 452 458 рублей за 2014 год. Сумма штрафных санкций за 2013 год составила 69 063 рубля, за 2014 год – 40 721 рубль, сумма пени – 262 068 рублей. Доначисление налога связано с непринятием расходов в виде сумм амортизационных отчислений в отношении объектов Рушально-веечное отделение МЭЗа (инв. № 2117), Заводоуправление (инв. № 2128) и Цех фасовки масла в здании ГГЗ (инв. № 3846).

В соответствии со статьей 247 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком, при этом прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с настоящей главой.

Пунктом 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в целях настоящей главы налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 Кодекса).

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями делового оборота, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В соответствии со статьей 253 Налогового кодекса Российской Федерации прямые расходы отчетного (налогового) периода, связанные с производством и реализацией, включают в себя суммы начисленной амортизации.

На основании пункта 1 статьи 256 Налогового кодекса Российской Федерации амортизируемым имуществом в целях главы 25 Кодекса признаются имущество, результаты интеллектуальной деятельности и иные объекты интеллектуальной собственности, которые находятся у налогоплательщика на праве собственности (если иное не предусмотрено главой 25 Кодекса), используются им для извлечения дохода и стоимость которых погашается путем начисления амортизации. Амортизируемым имуществом признается имущество со сроком полезного использования более 12 месяцев и первоначальной стоимостью более 40 000 рублей.

Согласно пункту 1 статьи 258 Налогового кодекса Российской Федерации амортизируемое имущество распределяется по амортизационным группам в соответствии со сроками его полезного использования. Сроком полезного использования признается период, в течение которого объект основных средств или объект нематериальных активов служит для выполнения целей деятельности налогоплательщика. Срок полезного использования определяется налогоплательщиком самостоятельно на дату ввода в эксплуатацию данного объекта амортизируемого имущества в соответствии с положениями статьи 258 Кодекса и с учетом Классификации основных средств, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 № 1.

Изменение срока полезного использования объекта после начала его амортизации не допускается, за исключением случаев, предусмотренных абзацем 2 пункта 1 статьи 258 Налогового кодекса Российской Федерации. Налогоплательщик вправе увеличить срок полезного использования объекта основных средств после даты ввода его в эксплуатацию в случае, если после реконструкции, модернизации или технического перевооружения такого объекта увеличился срок его полезного использования. При этом увеличение срока полезного использования основных средств может быть осуществлено в пределах сроков, установленных для той амортизационной группы, в которую ранее было включено такое основное средство.

В соответствии с пунктом 2 статьи 257 Налогового кодекса Российской Федерации первоначальная стоимость основных средств изменяется в случаях достройки, дооборудования, реконструкции, модернизации, технического перевооружения, частичной ликвидации соответствующих объектов и по иным аналогичным основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 322 Налогового кодекса Российской Федерации по основным средствам, введенным в эксплуатацию до вступления в силу главы 25 Кодекса, полезный срок их использования устанавливается налогоплательщиком самостоятельно по состоянию на 1 января 2002 года с учетом классификации основных средств, определяемых Правительством Российской Федерации, и сроков полезного использования по амортизационным группам, установленным статьей 258 Кодекса.

Согласно доводам заявителя, балансовая стоимость объектов инв. № 2117 и № 2128, введенных в эксплуатацию до 01.01.2002, по состоянию на 01.01.2006 была полностью списана, с 2006 по 2008 год амортизация по указанным объектам не начислялась. В период с 2009 по 2011 год общество провело модернизацию и увеличило срок полезного использования объектов на 67 месяцев (инв. № 2117) и 63 месяца (инв. № 2128.

Из материалов дела следует, что в ходе проверки инспекции в отношении объекта основных средств «Рушально-веечное отделение МЭЗа, лит.Э, площадь 1013,3кв.м.» с инв. № 2117 представлена карточка учета основного средства ОС-6, в которой указано:

- дата ввода в эксплуатацию – 01.01.1936;

- срок полезного использования – 67 месяцев;

- амортизационная группа – 4 (от 5 до 7 лет);

- первоначальная балансовая стоимость – 1 347 728,61 руб.

Материалами дела подтверждается, и сторонами не оспаривается, что указанный объект в силу Классификации основных средств, утвержденной постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 № 1, относится к 10-й амортизационной группе, и указание в карточке ОС-6 группы 4 произведено ошибочно.

Из представленной в материалы дела оборотно-сальдовой по счетам 01 и 02 за 2006 год следует, что на 01.01.2006 первоначальная балансовая стоимость объекта списана в виде амортизационных отчислений полностью, первоначально установленный срок полезного использования истек до указанной даты. В период с 2006 год по 2008 год амортизация по данному объекту не начислялась, и соответствующие суммы на расходы не относились.

Также сторонами не отрицается, что в период с 2009 по 2011 годы общество провело модернизацию объекта № 2117 на сумму 1 567 063,93 рублей. Факт модернизации и ее стоимость подтверждается представленными в материалы дела доказательствами, в том числе карточкой счета 01 за 2009 и 2011 годы, актами от 18.05.2009 № 78, от 30.11.2009 № 179, от 23.12.2009 № 200, от 19.09.2011 № 74, промежуточными актами на проведение проектно-изыскательских работы, карточкой счета 60 по ООО «Колос проект», карточкой сч 08.3.

Вопреки выводам, сделанным в обжалованном решении налоговой инспекции, срок полезного использования обществом не снижен до, а увеличен на 67 месяцев, что не противоречило пункту 1 статьи 258 Налогового кодекса Российской Федерации и соответствовало сроку, установленному для его группы (10-я амортизационная группа – срок полезного использования свыше 30 лет включительно).

Таким образом, доводы общества о технической ошибке в расчетах ежемесячных амортизационных отчислений до 2012 года исходя из первоначально установленного срока полезного использования 1200 месяцев вместо установленного по итогам проведения модернизации (67 месяцев) подтверждаются материалами дела и документально не опровергнуты.

С учетом изложенного перерасчет суммы ежемесячной амортизации до 43 504,37 руб. с учётом оставшегося периода нового срока полезного использования, определённого по итогам проведения модернизации объекта, произведен обществом правомерно. Расчет величины амортизационных отчислений, отнесенных на расходы в спорные периоды, проверен судом арифметически и признан правильным. Налоговой инспекцией доводы об ошибочности расчета не заявлены, завышение сумм амортизационных отчислений в проверяемых налоговых периодах не подтверждено.

В отношении объекта основных средств «Заводоуправление, лит. Ц под/Ц, площадь 2027,9кв.м.» с инв. № 2128 предоставлена карточка учета основного средства ОС-6, из содержания которой следует:

- дата ввода в эксплуатацию – 01.01.1936;

- срок полезного использования – 63 месяца;

- амортизационная группа – 10 (свыше 30 лет);

- первоначальная балансовая стоимость – 1 486 809,77 рублей.

Из представленной в материалы дела оборотно-сальдовой по счетам 01 и 02 за 2006 год следует, что на 01.01.2006 первоначальная балансовая стоимость объекта списана в виде амортизационных отчислений полностью, первоначально установленный срок полезного использования истек до указанной даты. В период с 2006 год по 2008 год амортизация по данному объекту не начислялась, и соответствующие суммы на расходы не относились.

Также сторонами не отрицается, что в период с 2009 по 2011 годы общество провело модернизацию объекта № 2128 на сумму 29 618,04 рублей и 397 000 рублей, что подтверждается, в том числе, актами от 15.12.2009 № 188, от 17.11.2011 № 101, договорами от 08.08.2011 № 54 и от 17.08.2011 № 70, техническими актами и справками от 17.11.2011, карточками счетов 08.3 и 60 и документально инспекцией не опровергнуто.

При этом, вопреки выводам, сделанным в обжалованном решении налоговой инспекции, срок полезного использования не снижен до, а увеличен на 63 месяца, что не противоречило пункту 1 статьи 258 Налогового кодекса Российской Федерации и соответствовало сроку, установленному для его группы (10-я амортизационная группа - срок полезного использования свыше 30 лет включительно).

Таким образом, доводы общества о технической ошибке в расчетах ежемесячных амортизационных отчислений до 2012 года исходя из первоначально установленного срока полезного использования 3000 месяцев вместо установленного по итогам проведения модернизации (63 месяца) подтверждаются материалами дела и документально не опровергнуты.

С учетом изложенного перерасчет суммы ежемесячной амортизации до 30 458 руб., с учётом оставшегося периода нового срока полезного использования, определённого по итогам проведения модернизации объекта, произведен обществом правомерно. Расчет величины амортизационных отчислений, отнесенных на расходы в спорные периоды, проверен судом арифметически и признан правильным. Налоговой инспекцией доводы об ошибочности расчета не заявлены, завышение сумм амортизационных отчислений в проверяемых налоговых периодах не подтверждено.

Из положений Налогового кодекса Российской Федерации не следует, что реконструкция (модернизация) основного средства неизбежно влечет увеличение срока его полезного использования, также не установлен минимальный предел для такого увеличения.

Кроме того, увеличение срока полезного использования не установлено в НК РФ в качестве обязанности налогоплательщика.

Налоговым законодательством Российской Федерации предусмотрено право налогоплательщика на увеличение срока полезного использования объекта после реконструкции (модернизации), а не его обязанность по восстановлению ранее установленного срока полезного использования.

Согласно пункту 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сборов).

При установлении порядка начисления амортизации по модернизированному, имеющему 100% износ, объекту, общество воспользовалось установленным Кодексом правом на установление срока его эксплуатации исходя из его возможности приносить экономическую выгоду в производстве в пределах амортизационной группы, к которому объект был отнесен при первоначальной постановке на учет. Начисление амортизации в указанном порядке соответствует основным принципам учета такого имущества, когда списание стоимости основных средств на затраты осуществляется посредством начисления амортизации в течение периода использования этого объекта, а срок использования определяется налогоплательщиком самостоятельно.

При этом, установив, что спорный объект введен в эксплуатацию до 01.01.2002 и был полностью самортизирован, а также то обстоятельство, что Налоговый кодекс Российской Федерации не регулирует порядок определения срока полезного использования основных средств, чья остаточная стоимость на момент окончания работ по модернизации имела нулевую остаточную стоимость, общество установило для данного объекта новый срок полезного использования с учетом того обстоятельства, что модернизация спорного объекта не повлекла создания нового основного средства с измененными характеристиками.

Указанное обстоятельство позволяет прийти к выводу о том, что примененный обществом способ определения срока полезного использования и определения соответствующей нормы амортизации не противоречит положениям главы 25 Налогового кодекса Российской Федерации (аналогичная правовая позиция содержится в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.08.2016 по делу № А32-35378/2015, постановлении ФАС Поволжского округа от 12.02.2013 № А12-8247/2012, постановлении ФАС Московского округа от 03.06.2009 № А40-58242/08-20-265).

Таким образом, вывод налогового органа о завышении обществом расходов на амортизационные отчисления объектов инв. № 2117 и № 2128 является необоснованным и противоречащим положениям налогового законодательства.

В отношении объекта основных средств с инв. № 3846 «Цех фасовки масла в здании ГГЗ лит.К, под/К, площадь 906,5кв.м.» в ходе проверки представлена карточка учета основного средства ОС-6, из которой следует, что:

-           дата ввода в эксплуатацию - 01.12.2003;

-           срок полезного использования - 29 месяцев;

-           амортизационная группа - 10 (свыше 30 лет);

-           первоначальная балансовая стоимость – 7 684 179,72 руб.

С учетом указанных сведений инспекция сделала вывод, что налогоплательщиком изначально неправомерно установлен срок полезного использования в 29 месяцев, не соответствующий 10 амортизационной группе (свыше 30 лет), в результате чего обществом неправомерно отнесены амортизационные расходы в сумме 1 667 655,76 рублей.

Согласно доводам общества, дата ввода объекта в эксплуатацию (01.12.2003) определена в карточке учета неверно. Фактически объект построен и начал использоваться в 1914 году. Максимальный срок полезного использования для объекта 10-й группы (100 лет, или 1200 месяцев) должен был истечь в 2014 году. Поскольку у общества не сохранилось сведений о начислении амортизации и отнесении ее на расходы в отношении указанного объекта до 2003 года, заявитель при начислении амортизации исходил из того, что такие отчисления не производились.

Доказательства отнесения на расходы амортизационных платежей в отношении объекта № 3846 до 2003 года в материалы дела не предоставлены, налоговой инспекцией документально не подтверждены. Между тем, обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия органами, осуществляющими публичные полномочия, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Расчет величины амортизационных отчислений, отнесенных на расходы в спорные периоды, проверен судом арифметически и признан правильным с учетом отсутствия в материалах дела доказательств начисления амортизационных платежей до 01.12.2003. Налоговой инспекцией доводы об ошибочности расчета не заявлены, завышение сумм амортизационных отчислений в проверяемых налоговых периодах не подтверждено.

Таким образом, вывод налогового органа о завышении обществом расходов на амортизационные отчисления в отношении объекта основных средств с инв. № 3846 является необоснованным и противоречащим положениям главы 25 и статьи 322 Налогового кодекса Российской Федерации.

В части доводов общества о непоследовательности позиции инспекции в отношении объектов инв. № 2159 и № 2445, по которым на стадии вынесения решения налоговый орган принял доводы заявителя, но после апелляционного обжалования доначислил суммы налога на прибыль в отсутствие указаний об этом в акте вышестоящего налогового органа, суд установил следующее.

Общество, не согласившись с актом выездной налоговой проверки от 18.08.2017 № 14-16/60, направило инспекции возражения (вх. от 25.09.2017 № 58419), в которых, в том числе, заявило несогласие с выводами проверяющих о непринятии расходов за 2014 год в отношении объектов инв. № 2159 а/м КАМАЗ и № 2445 ЗИЛ. Возражения рассмотрены и приняты в указанной части в полном объеме (стр. 535 – 536 и 547 – 548 решения).

Таким образом, в решение от 11.12.2017 № 14-17/161 включены необжалованные обществом суммы: по объекту с инв. № 2159 за 2013 год – 45 346,32 руб., 2014 год – 45 346,32 руб., по объекту с инв. № 2445 за 2013 год – 16 942,20 руб., за 2014 год – 58 027,90 руб. Доводы о неправомерности начисления указанных сумм обществом в рамках настоящего дела не заявлены.

Довод общества о невозможности изменения налоговым органом своего решения подлежит отклонению, поскольку закон не запрещает налоговому органу принимать мотивированное решение об отмене или изменении своего ранее принятого ошибочно решения (аналогичная позиция содержится в постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 19.05.2017 № Ф01-1615/2017 по делу № А11-7072/2016).

Судебные расходы по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возлагаются на инспекцию.

На основании вышеизложенного, руководствуясь названными нормативными актами, статьями 167-170, 176, 198-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Ходатайство заявителя об истребовании судом в налоговом органе дополнительных доказательств по делу отклонить.

Заявленные требования удовлетворить частично.

Признать решение Инспекции Федеральной налоговой службы России № 2 по городу Краснодару, г. Краснодар от 11.12.2017 № 14-17/161 о привлечении ОАО «МЖК «Краснодарский», г. Краснодар (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ответственности за совершение налогового правонарушения недействительным в части доначисления налога на прибыль организаций, соответствующих пени и штрафов относительно выводов о завышении расходов на суммы амортизационных отчислений по объектам основных средств с инвентарными номерами 2117, 2128 и 3846, как несоответствующее Налоговому кодексу Российской Федерации.

В удовлетворении заявленных требований в остальной части отказать.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы России № 2 по городу Краснодару, г. Краснодар в пользу ОАО «МЖК «Краснодарский», г. Краснодар                      (ИНН <***>, ОГРН <***>) 3 000 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня его принятия в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья                                                                                                             И.А. Погорелов