Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «ЮгОберег» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 350032, х. Октябрьский ул. Подсолнечная, д. 44) к ФИО1 (г. Краснодар) о взыскании убытков,

при участии в судебном заседании:

от истца: до перерыва - ФИО2 (доверенность от 01.06.2019),

от ответчиков: до перерыва - ФИО1 (паспорт), после перерыва - ФИО3 (доверенность от 28.02.2018),

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «ЮгОберег» (далее – истец, ООО «Югоберег») обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) о взыскании убытков в размере 12 956 011 рублей 29 копеек, в том числе:

- 8 278 991 руб., рыночной стоимости безвозмездно переданного ИП ФИО4 топлива в количестве 218 500,686 литров;

- 2 701 761,16 руб., начисленных вследствие невозвращения ФИО1 в ООО «ЮгОберег» подотчетных денежных средств;

- 297 345 руб., начисленных вследствие ненадлежащей эксплуатации ФИО1 транспортного средства марки «Honda Ассогd», в результате чего осуществлен негарантийный ремонт транспортного средства;

- 497 500 руб., начисленных вследствие перевода ФИО1 денежных средств ООО «ЮгОберег» на собственный лицевой счет с расчетного счета № <***> через интернет-банк;

- 1 180 414,13 руб., начисленных вследствие доначисления Обществу НДС в сумме 893 788 руб. в связи с реализацией ООО «ЮгОберег» горюче-смазочных материалов в адрес ИП ФИО4; суммы пени, начисленной на данную сумму налога, в размере 123 828,93 руб.; привлечения к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ за неуплату налога на добавленную стоимость в виде штрафа в размере 162 797,20 руб. (с учетом уточнений первоначально заявленных требований, принятых определением Арбитражного суда Краснодарского края от 22.11.2017 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исковые требования предъявлены на основании статьи 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и мотивированы тем, что вследствие ненадлежащего исполнения ответчиком функций единоличного исполнительного органа, обществу были причинены убытки в заявленном размере в связи с утратой безвозмездно переданного имущества общества, привлечения общества к налоговой ответственности, завладения ответчиком денежными средствами общества, переданными подотчет и находящимися на счетах ООО «Югоберег», а также в результате повреждения имущества общества вследствие ненадлежащей эксплуатации транспортного средства.

ФИО1 в отзывах и дополнениях к ним иск не признал, указав на пропуск обществом срока исковой давности. Дополнительно указал, что реализация топлива ИП ФИО4 была обусловлена необходимостью выработки максимальной скидки по топливным картам. При наличии у ИП ФИО4 задолженности за переданное топливо ООО «Югоберег» не лишено права требовать ее оплаты в рамках самостоятельного иска. Привлечение общества к налоговой ответственности обусловлено неправомерными действиями последующего руководства ООО «Югоберег», в связи с чем возможные убытки истца не могут быть возложены на ФИО1 Задолженность ФИО1 по подотчетным средствам была погашена зачетом встречного обязательства общества по возврату ответчику заемных денежных средств. Перечисление денежных средств с расчетного счета общества на счета ФИО1 обусловлены заемными обязательствами общества перед ответчиком. Оснований полагать, что транспортное средство марки «Honda Ассогd» было повреждено в период и исключительно вследствие ненадлежащей эксплуатации его ФИО1 не имеется.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.03.2018 исковые требования частично удовлетворены, с ФИО1 в пользу ООО «ЮгОберег» взыскано 12062223 рубля 29 копеек убытков, а также 65388 рублей 79 копеек судебных расходов по уплате государственной пошлины. Кроме того, в доход федерального бюджета с ФИО1 взыскано 16334 рубля 40 копеек государственной пошлины по иску, с ООО взыскано 1210 рублей 60 копеек государственной пошлины по иску.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2018 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.03.2018 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо – Кавказского округа от 01.11.2018 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.03.2018, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2018 отменены в части взыскания с ФИО1 в пользу ООО «ЮгОберег» 9 073 836 рублей убытков, из которых 8 278 991 рубль - рыночная стоимость топлива в объеме 218 500,686 литров; 297 345 рублей - стоимость ремонта транспортного средства марки «Honda Accord»; 497 500 рублей - сумма, переведенная ФИО1 с расчетного счета общества на собственный лицевой счет, а также в части распределения судебных расходов (взыскания с ФИО1 и ООО «ЮгОберег» в доход федерального бюджета государственной пошлины по иску), дело в указанной части направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

Определением суда от 25.02.2019 производство по делу №А32-6647/2017 приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по делу №А32-25330/2016.

Определением суда от 31.10.2019 производство по делу №А32-6647/2017 возобновлено.

Определением суда от 12.12.2019 суд принял к рассмотрению уточненные исковые требования, согласно которых ООО «Югоберег» просит взыскать с ФИО1 убытки в размере 2 280 584 (Два миллиона двести восемьдесят тысяч пятьсот восемьдесят четыре) руб. 28 коп., в том числе:

- 1 983 239,28 руб., соответствующих стоимости дизельного топлива в количестве 43 867,27 литров;

- 297 345 руб., начисленных вследствие ненадлежащей эксплуатации ФИО1 транспортного средства марки «Honda Accord», в результате чего осуществлен ремонт транспортного средства.

- в части требования о взыскании 497 500 руб., начисленных вследствие перевода ФИО1 денежных средств ООО «ЮгОберег» на собственный лицевой счет с расчетного счета № <***> через интернет-банк, обществом заявлен отказ от иска.

Определением суда от 09.06.2020 на стадии рассмотрения заявления ответчика о фальсификации, из числа доказательств исключен протокол заседания инвентаризационной комиссии № 01 от 05.03.2015 (приказ общества от 25.05.2015 № 2-ИНВ).

Представитель истца в судебном заседании настаивала на удовлетворении иска. Поддержала заявление об отказе от исковых требований в части взыскания с ответчика 497 500 рублей, начисленных вследствие перевода ФИО1 денежных средств ООО «ЮгОберег» на собственный лицевой счет с расчетного счета № <***> через интернет-банк.

Рассмотрев заявление ООО «ЮгОберег» о частичном отказе от исковых требований в размере 497 500 рублей, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 2 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде любой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в суде соответствующей инстанции, отказаться от иска полностью или частично.

Согласно части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не принимает отказ истца от иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц.

Пунктом 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что отказ истца от иска и принятие отказа арбитражным судом является основанием для прекращения производства по делу.

Поскольку частичный отказ от иска заявлен лицом, уполномоченным на совершение таких действий на основании доверенности от имени истца, не противоречит нормам действующего законодательства и не нарушает права других лиц, арбитражный суд принимает частичный отказ ООО «ЮгОберег» от иска в части требований о взыскании с ФИО1 497 500 рублей. В связи с этим производство по делу в указанной части подлежит прекращению на основании пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчик против удовлетворения исковых требований возражал.

В судебном заседании объявлялся перерыв до 11 час. 00 мин. 14.10.2020.

После перерыва судебное заседание продолжено в присутствии представителя ответчика, который поддержал ранее заявленную правовую позицию..

Исследовав материалы дела, выслушав представителей участвующих в деле лиц, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности все представленные в дело доказательства, арбитражный суд первой инстанции считает, что заявленные ООО «Югоберег» исковые требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «ЮгОберег» было зарегистрировано в качестве юридического лица при его создании 12.12.2012 с присвоением ОГРН <***> (т.1 л.д.113).

С момента создания ООО «ЮгОберег» единственным участником общества и его единоличным исполнительным органом являлся ФИО1

Решением единственного участника ООО «ЮгОберег» ФИО1 №2 от 29.07.2014 ФИО5 был принят в состав участников общества с увеличением уставного капитала до 20000 рублей.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ от 21.02.2017 ФИО1 и ФИО5 являются участниками ООО «ЮгОберег» с долей участия по 50% у каждого.

После ознакомления с состоянием дел ООО «ЮгОберег» новый участник общества ФИО5 обратился ко второму участнику общества, исполняющему функции единоличного исполнительного органа ООО «ЮгОберег», ФИО1 с претензиями относительно целесообразности совершения ответчиком отдельных хозяйственных операций общества, послуживших основанием затяжного корпоративного конфликта в обществе.

Существование в ООО «ЮгОберег» корпоративного конфликта подтверждается судебными актами по делам №А32-9521/2015, №А32-9451/2015, №А32-22300/2015, №А32-13311/2015, №А32-42146/2015, №А32-14635/2016, №А32-20570/2015, А32-44515/2016.

Согласно письму ООО «АФ «Берегиня» от 09.12.2014 и объяснениями подсудимого ФИО1, зафиксированным в протоколе судебного заседания по уголовному делу от 02.06.2017, для проведения аудиторской проверки деятельности ООО «ЮгОберег» за 2013 год и 9 месяцев 2014 года ФИО1 передал аудиторам первичную документацию общества

31 декабря 2014 года в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Постановлением Прикубанского районного суда г. Краснодара от 04.02.2015 ФИО1 временно отстранен от должности директора ООО «ЮгОберег», на период его отстранения исполнение обязанностей директора временно возложено на ФИО5

Согласно постановлению Прикубанского районного суда от 09.02.2015. в порядке разъяснения судебного акта суд разъяснил, что вышеназванное постановление от 04 февраля 2015 года подлежит немедленному исполнению.

На основании приказа №1 от 05.02.2015 ФИО5 приступил к исполнению обязанностей директора ООО «ЮгОберег». Приказом №2 от 05.02.2015 ФИО5 утвердил оттиск новой печати общества, поскольку прежняя печать на предприятии отсутствовала и лицу, исполняющему обязанности единоличного исполнительного органа не передана.

Кроме того, во исполнение указанного судебного акта, 05.02.2015 в Инспекцию ФНС России № 4 по г. Краснодару (вх. №849А) подано о заявление по форме Р14001 о внесении изменений в сведения о юридическом лице, не связанных с изменением в учредительные документы.

Инспекцией ФНС России №4 по г. Краснодару на основании представленного пакета документов 12.02.2015 внесена запись за государственным регистрационным номером 2152311058854 о лице, имеющем право действовать без доверенности от имени юридического лица - директоре общества ФИО5.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.02.2016 № Ф08-10224/2015 по делу №А32-9451/2015 решение Инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по городу Краснодару от 12.02.2015 № 849А признано недействительным в части неполного указания в Едином государственном реестре юридических лиц сведений о лице действующем без доверенности от имени общества с ограниченной ответственностью «ЮгОберег». Инспекция Федеральной налоговой службы № 4 по городу Краснодару обязана устранить допущенное нарушение путем внесения в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о ФИО5 как о лице исполняющем обязанности директора общества с ограниченной ответственностью «ЮгОберег».

Постановлением Прикубанского районного суда г. Краснодара от 15.04.2015 ФИО1 временно отстранен от должности директора ООО «ЮгОберег», на период его отстранения исполнение обязанностей директора временно возложено на ФИО5

На основании приказа №5 от 15.04.2015 ФИО5 приступил к исполнению обязанностей директора ООО «ЮгОберег» согласно постановлению Прикубанского районного суда г. Краснодара от 15.04.2015.

В ходе проведения финансово-экономического анализа деятельности ООО «Югоберег» за период руководства ФИО1 его деятельностью с 2014-2015 годы обществом установлены факты выбытия значительного объема имущества и денежных средств в виде безвозмездной передаче третьим лицам дизельного топлива, перечисления денежных средств на счета ответчика и выдачи денежных средств под отчет, а также привлечения общества к налоговой ответственности по сделкам, совершенным ФИО1

Полагая, что ФИО1 недобросовестно и неразумно исполнял обязанности единоличного исполнительного органа, в результате чего обществу были причинены указанные в иске убытки, ООО «Югоберег» обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.

В силу пункта 4 статьи 32 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества или единоличным исполнительным органом общества и коллегиальным исполнительным органом общества. Исполнительные органы общества подотчетны общему собранию участников общества и совету директоров (наблюдательному совету) общества.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 40 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки.

Согласно части 3 статьи 53 Гражданского кодекса РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску (ст. 53.1 ГК РФ).

В силу требований статьи 44 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 «Об обществах с ограниченной ответственностью», члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При этом не несут ответственности члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, голосовавшие против решения, которое повлекло причинение обществу убытков, или не принимавшие участия в голосовании.

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В силу пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Из статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Так, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом.

Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

По правилам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Таким образом, для рассмотрения требования о взыскании убытков необходимо наличие совокупности обстоятельств, являющихся основанием для возложения на ответчика ответственности в виде возмещения заявленных истцом убытков.

В соответствии с положениями статей 273 и 274 Трудового кодекса Российской Федерации руководитель организации является работником, состоявшим с возглавляемой им организацией в трудовых отношениях и выполняющим согласно заключенному трудовому договору специфическую трудовую функцию - реализацию компетенции данной организации в процессе ее текущей деятельности.

Из анализа указанных норм права следует, что директор является исполнительным органом управления общества, реализующим от имени данного юридического лица гражданские права и обязанности, и, действуя в интересах организации, директор не вправе выходить за пределы предоставленной ему компетенции.

При этом компетенция директора общества по осуществлению руководства текущей деятельностью общества определяется Федеральным законом «Об обществах с ограниченной ответственностью», иными правовыми актами Российской Федерации и договором, заключаемым с обществом.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.03.2005 № 3-П, правовой статус руководителя организации (права, обязанности, ответственность) значительно отличается от статуса иных работников, что обусловлено спецификой его трудовой деятельности, местом и ролью в управлении организацией.

С учетом толкования правовых норм, приведенном в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Таким образом, основной характеристикой противоправности действий единоличного исполнительного органа, как основания для привлечения к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, является неразумность и недобросовестность его действий, повлекших за собой убытки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица (абзац 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»).

В пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснил, что члены органов управления юридическим лицом, обязаны действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, ФИО1 исполнял функции единоличного исполнительного органа ООО «Югоберег» в период с 12.12.2012 по февраль 2015 года.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Преюдициальное значение имеют лишь такие не вызывающие сомнения фактические обстоятельства, которые ранее были предметом доказывания по уголовному делу и подтверждены вступившим в законную силу приговором.

По смыслу приведенных норм лица, участвующие в ранее рассмотренном арбитражном деле, либо уголовном деле, лишаются возможности в новом деле доказывать установленные обстоятельства, признаваемые положениями статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации преюдициальными, поскольку такое право ими уже использовано.

Постановлением Арбитражного суда Северо – Кавказского округа от 01.11.2018 решение Арбитражного суда Краснодарского края от 12.03.2018, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2018 оставлено без изменения в части взыскания с ФИО1 в пользу ООО «ЮгОберег» убытков в сумме 123 828 рублей 93 копеек пени и 162 797 рублей 20 копеек штрафа по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, 2 701 761 рубля 16 копеек подотчетных денежных средств. При этом, решение в части взыскания с ФИО1 в пользу ООО «ЮгОберег» 9 073 836 рублей убытков, из которых 8 278 991 рубль - рыночная стоимость топлива в объеме 218 500,686 литров; 297 345 рублей - стоимость ремонта транспортного средства марки «Honda Accord»; 497 500 рублей - сумма, переведенная ФИО1 с расчетного счета общества на собственный лицевой счет отменен, дело направлено на новое рассмотрение.

Суд рассмотрел требование истца о взыскании с ответчика 297 345 рублей стоимости ремонта транспортного средства марки «Honda Accord».

Согласно материалам дела и сторонами не оспаривается, ООО «Югоберег» приобрело на основании договора лизинга №2013/9024 от 10.10.2013 транспортное средство HondaAccord 2013 года выпуска VIN 1HGCR2680DA703777.

На основании служебной записки начальника транспортного отделе ООО «Югоберег» данное транспортное средство было передано в пользование ФИО1

Общество полагает, что поскольку транспортное средство Honda Accord было передано в пользование ФИО1, он несет ответственность за ненадлежащую эксплуатацию транспортного средства.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В обоснование заявленных требований истец представил заказ-наряд от 05.10.2015 № 0992 МС, ответ официального дилера Honda ООО «Авто Профи» и платежные поручения от 19.08.2015 № 757, от 09.09.2015 № 881 и 883, от 06.10.2015 № 1019 и от 25.11.2015 № 1281. Вместе с тем указанные документы не являются достаточными доказательствами, подтверждающими наличие дефектов, причинно-следственной связи и выполнение спорных работ по ремонту двигателя на сумму 297 345 рублей. Согласно письму официального дилера Honda ООО «Авто Профи» транспортное средство Honda Accord 2013 года выпуска VIN 1HGCR2680DA703777 получило повреждения двигателя (задир шатунных вкладышей, перегрев шатунов, задиры шейки коленвала) вследствие маслянного голодания, обусловленного нарушением регламента технического обслуживания (просрочка замены масла в двигателе 3,5 месяца) (т. 1 л.д. 28).

Однако дефектный акт, подтверждающий выявление комиссией недостатков, либо иные относимые и допустимые доказательства, подтверждающие наличие перечисленных дефектов, в материалах дела не представлены.

Кроме того, согласно заказу-наряду от 05.10.2015 № 0992МС выполнены следующие работы на сумму 102 045 рублей: замена масляного насоса, промывка масляной системы, замена масла, компьютерная диагностика. При этом в отношении названных работ и иных необходимых работ, непосредственно связанных с устранением тех дефектов, на которые ссылается истец (задир шатунных вкладышей, перегрев шатунов, задиры шейки коленвала), соответствующие доказательства, подтверждающие их выполнение (наряды и акты выполненных работ), не представлены.

Определение суда от 23.01.2020 истцу предложено представить доказательства наличия дефектов автомобиля Honda Accord, причинно-следственной связи выполнение спорных работ по ремонту двигателя автомобиля Honda Accord на сумму 297 345 рублей с действиями/бездействием ответчика; доказательства того, что сама по себе просрочка технического обслуживания, в частности, по замене масла на 3,5 месяца не могла привести к таким повреждениям; сведения об иных условиях эксплуатации транспортного средства, необходимых для возникновения названных дефектов и установления причинно-следственной связи, в том числе пробег автомобиля к моменту поломки, режим эксплуатации, история гарантийного ремонта и выявленные заводские дефекты.

Истребованные судом доказательства представлены не были.

При этом, истцом в письменном виде подтверждено об отсутствии у общества иных документов, подтверждающие убытки общества, возникшие вследствие ремонта спорного транспортного средства на сумму 297 345 рублей, кроме ранее представленных суду (т. 17 л.д. 78).

Судом также учитываются пояснения свидетеля ФИО6, данные в судебном заседании от 30.01.2020, согласно которым эксплуатация спорного автомобиля осуществлялась как ответчиком, так и начальником транспортного отдела ФИО7.

По общему правилу, в функциональное распределение обязанностей, в обязанности начальника транспортного отдела входит обязанность за соблюдением надлежащего состояния транспортного средства, проведении текущего и капитального ремонта.

Сторонами не оспаривается наличие в штатном расписании общества должности начальника транспортного отдела.

Доказательства того, что при этом именно на ответчике лежала обязанность по обеспечению содержания транспортного средства в надлежащем состоянии, в материалы дела не представлена.

С учетом изложенного, исковые требования о взыскании убытков в размере 297 345 рублей не подлежат удовлетворению.

Судом рассмотрены требования истца о взыскании убытков в размере 1 983 239,28 руб., соответствующих стоимости дизельного топлива в количестве 43 867,27 литров и установлено следующее.

Как следует из материалов дела, Инспекция Федеральной налоговой службы №4 по г. Краснодару провела выездную налоговую проверку ООО «Югоберег» по вопросу правильности исчисления налогов и сборов, в том числе налога на добавленную стоимость и налога на прибыль, по результатам которой составила акт от 20.02.2016 № 20-42/4 и вынесла решение от 31.05.2016 № 17-42/19 о привлечении общества к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым обществу начислены 8 520 907 рублей НДС, 1 209 455 рублей 01 копейка пеней, 1 688 221 рубль штрафа, 26 200 рублей пеней за несвоевременную уплату НДФЛ, 374 077 рублей штрафа, уменьшен убыток за 2014 год на 617 181 рубль.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю от 20.07.2016 № 22-12-723 апелляционная жалоба общества оставлена без удовлетворения, решение инспекции от 31.05.2016 №17-42/19 - без изменения.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.11.2016 по делу №А32-27385/2016 с привлечением ФИО1 в качестве третьего лица, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 16.02.2017, постановлением суда кассационной инстанции от 13.06.2017, признано недействительным решение инспекции от 31.05.2016 № 17-42/19 в части начисления 7 627 119 рублей НДС, соответствующих сумм пеней и налоговых санкций, уменьшения убытка по налогу на прибыль в сумме 617 181 рублей, как не соответствующие нормам Налогового кодекса Российской Федерации. В удовлетворении остальной части заявления отказано.

Судебные инстанции по делу №А32-27385/2016, руководствуясь статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 146, пунктом 2 статьи 153, статьями 163, 166, 167, 173, пунктом 1 статьи 246, пунктом 1 статьи 247, статьей 248, пунктами 1 и 2 статьи 249, пунктом 1 статьи 268, пунктами 1 и 3 статьи 271, пунктом 1 статьи 274 Налогового кодекса Российской Федерации, оценили относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и сделали вывод о подтверждении материалами дела реализации обществом в адрес предпринимателя ФИО4 ГСМ на 5 859 273 рублей и правомерности начисления обществу в связи с этим 893 788 рублей НДС за 3, 4 кварталы 2013 года и 2014 год.

При этом, судебными актами по делу №А32-27385/2016 было установлено, что между ООО «Югоберег» (покупатель) и ООО «Магистраль-Карт» (поставщик) заключен договор на поставку ГСМ от 19.07.2013 № 61-2-22979 с использованием микропроцессорных карт системы «Магистраль-Процессинг». Для целей реализации условий данного договора ООО «Магистраль-Карт» выдало в пользование общества микропроцессорные карты №№ 02574176-25-02574176-56 и №№02574176-62-02574176-69.

Налоговой проверкой установлено, что общество, в лице руководителя ФИО1, передало микропроцессорные карты системы «Магистраль-Процессинг» за №№ 257417637, 257417638, 257417639, 257417640, 257417641, 257417656 в пользование ИП ФИО4 для ведения финансово-хозяйственной деятельности, не связанной с деятельностью общества, без заключения письменного договора и составления каких-либо первичных бухгалтерских документов.

Из протокола допроса свидетеля ФИО4 от 27.11.2015 №20-39/65 следует, что в период с декабря 2012 года по 31.12.2014 он осуществлял деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, которая заключалась в оказании услуг по перевозке грузов. Общество ему знакомо, так как ФИО1 при встрече сообщил ему, что открыл общество для осуществления деятельности, связанной с перевозкой грузов. Примерно с августа 2013 года ФИО1 предложил ему участвовать в покупке дизельного топлива по топливным картам "Магистраль-Карт" на различных АЗС для получения скидки на ГСМ, так как ее можно получить при приобретении определенного объема ГСМ. Также ФИО1 предложил заключить договор между обществом - предпринимателем ФИО4 - "Магистраль-Карт" для приобретения топлива, однако данный договор не оформлен. Также из показаний предпринимателя ФИО4, следует, что он договорился с ФИО1 о получении топливных карт "Магистраль-карт" и заправке по ним принадлежащих ему транспортных средств в течение месяца, после чего первого числа следующего месяца проводится сверка между ним и ФИО1 При совпадении данных ФИО4 обязан рассчитаться за использованное топливо в течение десяти дней и передать ФИО1 кассовые чеки с АЗС. ФИО1 передал ему топливные карты примерно в августе 2013 года в количестве пяти карт, а позже (в сентябре - октябре 2013 года) выдал шестую топливную карту. Все топливные карты находились в запечатанных конвертах с паролями к ним, данные топливные карты ранее никем не использовались. Примерно с середины 2014 года, по мере продажи грузовых автомобилей, ФИО4 стал передавать топливные карты ФИО1 лично, последнюю топливную карту он передал ФИО1 в декабре 2014 года. Рассчитался ФИО4 с ФИО1 за использование топлива, как наличными денежными средствами, так и путем перечисления со своего личного карт-счета на личный карточный счет ФИО1 Никакие документы при передаче наличных денежных средств не составлялись. ФИО4 использовал топливо по картам "Магистраль-Карт" на 5 954 тыс. рублей, которые уплатил ФИО1 Услуги для общества и ФИО1 предприниматель никогда не оказывал, в том числе, используя свои транспортные средства, которые заправлял по топливным картам, полученным от ФИО1

В ходе допроса свидетель ФИО1 (протокол от 21.01.2016 № 20-39/3) пояснил, что в конце осени 2013 года передал топливные карты ООО «Магистраль-Карт» ФИО4 для заправки транспортных средств, принадлежащих последнему (арендованных им). ФИО1, как директор общества, и ФИО4 заключили предварительный устный договор о взаиморасчетах, который намеревались заключить в письменной форме. Полученные от ФИО4 денежные средства ФИО1 брал в счет погашения займа, предоставленного им обществу, а большую часть из денежных средств потратил на представительские расходы. При реализации ГСМ и расчетах за топливо никакие документы не оформлялись и не подписывались.

На основании изложенного, судебными актами по делу №А32-27385/2016 установлено, что из первичных документов бухгалтерского учета (в том числе акта сверки взаимных расчетов с ООО «Магистраль-Карт», счетов-фактур, товарных накладных, ОСВ по счету б/у 10, 20, 60) следует, что общество приняло отпущенные ООО «Магистраль-Карт» ИП ФИО4 ГСМ к учету (оприходовало) и оплатило их. В связи с приобретением ГСМ общество предъявило к вычету НДС. Реализованные предпринимателю ФИО4 ГСМ числятся на остатках у общества и не списаны ввиду отсутствия первичных документов бухгалтерского учета для списания.

Поскольку в рамках дела №А32-27385/2016 общество документально не опровергло установленные инспекцией обстоятельства реализации именно обществом в лице директора ФИО1 ГСМ (посредством приобретения и оплаты отпущенных предпринимателю ФИО4 ГСМ), не доказало, что ГСМ выбыло из владения общества в результате хищения, в соответствии с пунктом 1 статьи 146 Кодекса операции по реализации ГСМ являются объектом налогообложения по НДС.

Исходя из установленных по делу №А32-27385/2016 обстоятельств, судебные инстанции пришли к выводу о том, что действия директора общества ФИО8 при передаче топливных карт ИП ФИО4 и дальнейшее использование предпринимателем топлива для заправки принадлежащих ему автомобилей являются для ООО «ЮгОберег» реализацией ГСМ, в связи с чем правомерно признали обоснованным начисление обществу 893 788 рублей НДС, соответствующих сумм пени, начисленной на данную сумму налога, в размере 123828 рублей 93 копеек и штрафа по пункту 1 статьи 122 НК РФ за неуплату налога на добавленную стоимость в размере 162 797 рублей 20 копеек.

В дальнейшем, приговором Прикубанского районного суда г. Краснодара от 06.07.2017 по делу №1-8/2017, с учетом его изменения апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 19.12.2017, ФИО1 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 УК РФ, которое выразилось в том, что ответчик, будучи директором общества вопреки законным интересам ООО «Югоберег» достиг с ИП ФИО4 договоренности о предоставлении ИП ФИО4 топлива с использованием микропроцессорных карт системы «Магистраль-Процессинг», оплаченного ООО «Югоберег» для осуществления ИП ФИО4 предпринимательской деятельности, а в свою очередь ФИО4 оплатил полученное топливо в полном объеме передав ФИО1 денежные средства в оговоренные сроки на общую сумму 5950359,65 руб. (страница 55 приговора), путем передачи наличными денежными средствами лично ФИО1 и безналичных перечислений на счет ФИО1, которые в кассу ООО «Югоберег» не вносились, при этом указанные денежные средства ФИО1 от себя предоставлял ООО «Югоберег» в качестве займов под проценты. Периоды предоставления указанных займов совпадал с периодами оплаты ИП ФИО4 за использование полученного от ФИО1 топлива по топливным картам (т.10 л.д.79-161).

Таким образом, вступившими в законную силу судебными актами по делу №А32-27385/2016, а также по уголовному делу №1-8/2017 Прикубанского районного суда г. Краснодара установлены преюдициальные для сторон настоящего дела обстоятельства совершения ФИО1 от имени общества сделок по реализации в пользу ИП ФИО4 оплаченного ООО «Югоберег» топлива на общую сумму 5950359,65 руб., денежные средства в уплату которого были получены лично ФИО1 и обществу не переданы.

Установленная вступившими в законную силу судебными актами по делу №А32-27385/2016, а также по уголовному делу №1-8/2017 Прикубанского районного суда г. Краснодара стоимость топлива, переданного ИП ФИО4 – 5950359,65 рублей, соответствует объему топлива – 218500,68 литров, оплаченного обществом по микропроцессорным картам.

Согласно представленным в дело отчетам ООО «Магистраль-Карт» об оборотах по микропроцессорным картам системы «Магистраль - Процессинг», выданным ООО «Югоберег», информации по бухгалтерскому счету ООО «Югоберег» «10.3 топливо», письменной информации аудитора ООО «Аудиторская фирма Берегиня» от 09.12.2014 к руководству аудируемого лица и представителям его собственника по результатам проведенного аудита бухгалтерской отчетности ООО «ЮгОберег» за период с 01.01.2013 по 30.09.2014, которые являлись также предметом оценки в деле №А32-27385/2016 и уголовном деле №1-8/2017, недостача оплаченного общества топлива вследствие его передачи ИП ФИО4 без получения оплаты составила 218 500,686 литров, что составляет сумму в размере: 5 950 359,65 рублей (без учета скидки, полученной от продажи).

При этом, в рамках дела № А32-25330/2016 установлено, что с учетом зачисления на счет ООО «ЮгОберег» скидки от поставщика топлива по картам, использованным ФИО4 реализовано ГСМ на сумму 5 762 903 руб., а не на 5 950 359 руб. 65 коп.

Следовательно, объем утраченного ООО «Югоберег» топлива в размере 218 500,686 литров также являлся предметом исследования судебных актов по делу №А32-27385/2016, а также по уголовному делу №1-8/2017 Прикубанского районного суда г. Краснодара, в связи с чем признается судом преюдициально установленным для сторон обстоятельством, не подлежащим доказыванию вновь при разрешении настоящего спора.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 № 30-П разъяснил, что действующие во всех видах судопроизводства общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств, к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами.

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать соответствующие обстоятельства, но и невозможность их опровержения, переоценки путем предоставления новых, ранее не исследованных доказательств.

Преюдицией является установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. Она распространяется на содержащуюся в судебном акте, вступившем в законную силу, констатацию тех или иных обстоятельств, которые входили в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу. Факты, которые входили в предмет доказывания, были исследованы и затем отражены судебным актом, приобретают качества достоверности и незыблемости, пока акт не отменен или не изменен путем надлежащей процедуры.

Свойством преюдиции обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения, когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 15.04.2011 по делу № АЗЗ-13220/2010, Постановление ФАС Центрального округа от 26.11.2010 по делу №А68-12641/09).

Обязательным является любой судебный акт, который имеет свойство преюдициальности до тех пор, пока он не будет отменен в установленном законом порядке. Соответственно, обязательной силой обладают все установленные таким судебным актом факты, которые впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела, т.е. являются преюдициальными (Постановление Президиума ВАС РФ от 20.11.2012 № 2013/12 с учетом позиции Конституционного Суда Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 № 30-П).

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 N 30-П также указал, что признание преюдициального значения судебного решения, направленное на обеспечение стабильности и общеобязательности этого решения и исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если имеют значение для его разрешения.

Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В качестве единственного способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Именно возможность преодоления в таких случаях законной силы судебного акта посредством его пересмотра в предусмотренных законом процедурах обеспечивает искомый баланс общеобязательной юридической силы судебного решения и возможности проверки его законности и обоснованности.

Между тем, доказательства пересмотра вступивших в законную силу судебных актов по делу №А32-27385/2016, а также по уголовному делу №1-8/2017 Прикубанского районного суда г. Краснодара в процессуальном порядке в материалы дела не представлены, судебные акты по данным делам вступили в законную силу.

Таким образом, имеющими преюдициальное значение для участвующих в настоящем деле лиц судебными актами по делу №А32-27385/2016, а также по уголовному делу №1-8/2017 Прикубанского районного суда г. Краснодара установлен объем утраченного ООО «Югоберег» топлива в размере 218 500,686 литров вследствие его передачи ФИО1 от имени общества ИП ФИО4 с получением оплаты лично ФИО1 без передачи денежных средств обществу, в связи с чем признается судом преюдициально установленным для сторон обстоятельством, не подлежащим доказыванию вновь при разрешении настоящего спора.

В пунктах 12, 13, 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).При разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Наличие убытков предполагает определенное уменьшение имущественной сферы потерпевшего, на восстановление которой направлены правила статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Указанный в названной статье принцип полного возмещения вреда, а также состав подлежащих возмещению убытков обеспечивают восстановление имущественной сферы потерпевшего в том виде, который она имела до правонарушения.

Вместе с тем по общему правилу исключается как неполное возмещение понесенных убытков, так и обогащение потерпевшего за счет причинителя вреда.

В частности, не могут быть включены в состав убытков расходы, хотя и понесенные потерпевшим в результате правонарушения, но компенсируемые ему в полном объеме за счет иных источников.

В противном случае создавались бы основания для неоднократного получения потерпевшим одних и тех же сумм возмещения и, соответственно, извлечения им имущественной выгоды, что противоречит целям института возмещения вреда.

При этом бремя доказывания наличия убытков и их состава возлагается на потерпевшего, обращающегося за защитой своего права. Следовательно, именно он должен доказать, что предъявленные ему суммы налога на добавленную стоимость не были и не могут быть приняты к вычету, то есть представляют собой его некомпенсируемые потери (убытки).

Тот факт, что налоговые вычеты предусмотрены нормами налогового, а не гражданского законодательства, не препятствует их признанию в качестве особого механизма компенсации расходов хозяйствующего субъекта.

Указанная правовая позиция приведена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2013 № 2852/13 по делу № А56-4550/2012.

Уменьшение имущественной сферы общества вследствие спорных операций ФИО1 с топливом фактически подтверждено судебными актами по делу №А32-27385/2016, а также по уголовному делу №1-8/2017 Прикубанского районного суда г. Краснодара и заключается, по мнению общества в безвозмездном выбытии оплаченного обществом топлива в объеме 218500,686 литров.

Согласно доводу ответчика, обязательств ФИО1 по возмещению обществу стоимости 218500,686 литров дизельного топлива прекращены посредством зачета встречных требований к обществу о возврате займа.

ФИО1 в адрес общества было направлено заявление от 28.03.2016 о частичном зачете задолженности общества перед ФИО1 по договорам займа от 26.04.2013 (3 000 000 руб.), от 14.10.2013 (500 000 руб.), от 12.11.2013 (2 500 000 руб.), от 25.04.2014 (2 320 000 руб.), от 29.04.2014 (40 000 руб.), от 21.01.2014 (1 535 000 13 А32-25330/2016 руб.), от 16.12.2013 (40 500 руб.), от 13.12.2013 (50 000 руб.), от 14.02.2014 (250 632 руб. 95 коп.), от 14.02.2014 (85 000 руб.), от 30.01.2014 (35 000 руб.), от 18.02.2014 (600 000 руб.), от 20.02.2014 (10 000 руб.), от 21.02.2014 (130 000 руб.) в счет погашения обязательства ФИО1 перед обществом по оплате стоимости дизельного топлива в общей сумме 5 950 359 руб. 65 коп.

Статьей 410 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

По смыслу названной нормы права и, исходя из сложившейся арбитражной практики, для зачета важна предметная однородность встречных требований: денежные требования могут быть зачтены против денежных требований, требование о передаче вещей определенного рода и качества может быть зачтено против требования о передаче такого же количества вещей того же рода и качества и т.д.

Правовая природа требований (задолженность, штрафные санкции, убытки, неосновательное обогащение и т.д.) для решения вопроса о возможности проведения зачета встречных требований значения не имеет. Однородность требований не исключается различием оснований их возникновения (пункт 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 N 65 "Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований").

Таким образом, действующее законодательство не содержит запрета на проведение зачета договорного денежного требования против внедоговорного, поскольку однородными являются требования, обязывающие к предоставлению однородных предметов (в данном случае денег).

Условия прекращения обязательств зачетом и случаи его недопустимости определены в статьях 410 и 412 Гражданского кодекса Российской Федерации. Основанием для признания заявления о зачете как односторонней сделки недействительным может являться нарушение запретов, ограничивающих проведение зачета или несоблюдение условий, характеризующих зачитываемые требования (отсутствие встречности, однородности, ненаступление срока исполнения).

Бесспорность зачитываемых требований и отсутствие возражений сторон относительно как наличия, так и размера требований не определены Гражданским кодексом Российской Федерации в качестве условий зачета. Следовательно, наличие спора в отношении одного из зачитываемых требований не препятствует заявлению о зачете при условии, что по обязательству, на прекращение которого направлено зачитываемое требование, на момент заявления о зачете не возбуждено производство в суде (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2017 N 305-ЭС17- 6654 по делу N А40-112506/2016).

Подача заявления о зачете является выражением воли стороны односторонней сделки на прекращение встречных обязательств и одновременно исполнением требования закона, установленного к процедуре зачета (статьи 154, 156, 410 ГК РФ). Дата такого заявления не влияет на момент прекращения обязательства, который определяется моментом наступления срока исполнения того обязательства, срок которого наступил позднее (пункт 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 N 65 "Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом однородных требований").

При указанных обстоятельствах ФИО1 был вправе осуществить зачет взаимных требований по заявлению от 28.03.2016. При этом, фактически, по данным ООО «Магистраль-карт» (с учетом зачисления на счет общества «ЮгОберег» скидки от поставщика топлива по картам, использованным ФИО4) реализовано ГСМ на сумму 5 762 903 руб., а не на 5 950 359 руб. 65 коп.

Данное обстоятельство установлено судебными актами, вступившими в законную силу, в рамках дела № А32-25330/2016.

Между тем, истец полагает, что ответчик не в полном объем возместил рыночную стоимость дизельного топлива, установленной отчетом № 008ИП от 11.12.2019 «Об оценке рыночной стоимости одного литра дизельного топлива», подготовленным ИП ФИО9 (т.16 л.д. 6-67).

Согласно отчету № 008ИП от 11.12.2019, рыночная стоимость одного литра дизельного топлива по состоянию на 28.03.2016 составляет 33 рубля, по состоянию на 11.12.2019 – 45 рублей 21 копейка.

Истцом произведен следующий расчет:

1.5 762 903 руб./33 руб.= 175633,42 литров.

2.218500,686 литров - 175 633,42 литров = 43 867,27 литров.

По мнению истца, ответчик обязан возместить убытки из расчет рыночной стоимости дизельного топлива по состоянию на 28.03.2019 в количестве 43 867,27 литров, что составляет 1 983 239 рублей 28 копеек (45,21 руб. * 43867,27 л.).

Между тем, суд не может согласится с доводами истца в данной части исковых требований ввиду следующего.

19 июня 2013 года между ООО «ЮгОберег» (покупатель) и ООО «Магистраль-Карт» (поставщик) заключен договор №01-8-22979, по условиям которого поставщик обязуется передать покупателю карты, товары и оказать услуги, а покупатель принять и оплатит карты, товары и услуги (п. 2.1) (т. 1 л.д. 143-157).

Согласно пункту 1.2. договора, лимитированная карта (далее по тексту - Карта или Лимитированная карта) - микропроцессорная карта системы «Магистраль - Процессинг», содержащая информацию об установленных лимитах и количестве денежных средств, в пределах которых Покупатель может получить Товары / Услуги. Номера Карт указываются в реестре операций по картам. По Лимитированной Карте Покупатель вправе получить Товары / Услуги в пределах количества денежных средств на Субсчете с учетом установленных лимитов. При полном использовании денежных средств, занесенных на Субсчет, Поставщик вправе приостановить возможность получения Товара / Услуг.

Согласно пункту 1.3. договора, товары – горюче-смазочные материалы (бензин, дизельное топливо, газ), а также сопутствующие товары.

Согласно пункту 1.4. договора, услуги - мойка транспортного средства, предоставление стояночных мест для транспортных средств, проживание в гостинице, сауна/ душ, кафе.

Пунктом 2.4. договора предусмотрено, что право собственности на Карту переходит к Покупателю с момента подписания Сторонами акта приема-передачи. Право собственности на Товары переходит от Поставщика к Покупателю при получении Покупателем Товаров на ТО в момент слива Товара в бак транспортного средства или иную соответствующую емкость.

Цена за отчётный месяц товаров/услуг является средней и определяется на основании общей стоимости и общего количества полученных за отчетный период товаров/услуг (п. 7.1. договора).

Согласно условиям данного договора, в распоряжении компании ООО «ЮгОберег» были предоставлены микропроцессорные карты для возможности заправки автомобильного транспорта на АЗС. в диапазоне с №№ 02574176-25 по 02574176-56 и с №№ 02574176-62 по 02574176-69.

Право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества (абзац первый пункта 2 статьи 218 ГК РФ).

Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1 статьи 223 ГК РФ).

Передачей признается вручение вещи приобретателю. Вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя или указанного им лица (пункт 1 статьи 224 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 458 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара.

Данные условия договора рассматривают предоплаченную карту как средство платежа за товар, а не сам товар (топливо).

Таким образом, договор №01-8-22979 от 19.06.2013 предусмотрено выдача топливных карт, на балансе которого учитывается количество топлива в денежном эквиваленте (денежный лимит для оплаты товаров на АЗМ сети, входящей в программу).

Обстоятельство того, что общество фактически оплатило товар за ФИО4 также подтверждается судебными актами, вынесенным по делу № А32-27385/2016.

Следовательно, убытки за дизельное топливо обществом могут быть взысканы в денежном выражении только по тем ценам, которые существовали на момент выборки товара (топлива), поскольку общество в результате действий ФИО1 утратило предоплаченный аванс карты в денежном эквиваленте, а не товар в виде топлива.

Между тем, в рамках дела № А32-25330/2016 установлен факт произведения ФИО1 зачета в счет погашения задолженности, возникшей из реализации дизельного топлива ФИО4.

С учетом изложенного, исковые требования о взыскании убытков в размере 1 983 239 рублей 28 копеек не подлежат удовлетворению.

При рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции ФИО1 было заявлено о пропуске обществом срока исковой давности.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации установлен общий срок исковой давности в три года.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в пункте 15 постановления, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение.

В абзаце втором пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Как следует из материалов дела, в ООО «Югоберег» отсутствует контролирующий общество участник, поскольку уставный капитал общества распределен в равных долях между ответчиком ФИО1 и вторым участником ФИО5

При этом, именно участник общества ФИО1 в спорный период исполнял обязанности единоличного исполнительного органа и совершил вышеописанные действия, которые привели к причинению обществу убытков.

Смена единоличного исполнительного органа ООО «Югоберег» с ответчика ФИО1 на ФИО5 имела место в феврале 2015 года.

Иск по настоящему делу подан в арбитражный суд 22.02.2017, то есть в пределах общего трехлетнего срока исковой давности, предусмотренного статьей 196 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В данной ситуации, основания для удовлетворения заявления ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности отсутствуют.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При цене иска в размере 6162759 рублей 57 копеек, государственная пошлина составляет 53814 рублей.

Истцом оплачена государственная пошлина в размере 70 235 рублей, что подтверждается платежным поручением № 131 от 31.10.2016.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит возврату в случае ее уплаты в большем размере, чем это предусмотрено главой 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации.

Исходя из изложенного возврату ООО «ЮгОберег» из федерального бюджета подлежит излишне уплаченная сумма государственной пошлины в размере 16 421 рубль.

Расходы общества по уплате государственной пошлины относятся на сторон пропорционально удовлетворенным исковым требованиям (48,49%).

С ответчика в пользу истца надлежит взыскать 26094 рублей 11 копеек расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение в суде первой инстанции.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы и (или) кассационной жалобы на решения и (или) постановления арбитражного суда, а также на определения суда об отказе в принятии искового заявления (заявления) или заявления о выдаче судебного приказа, о прекращении производства по делу, об оставлении искового заявления без рассмотрения, по делу об оспаривании решений третейского суда, о выдаче исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда, об отказе в выдаче исполнительных листов - 50 процентов размера государственной пошлины, подлежащей уплате при подаче искового заявления неимущественного характера.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации неимущественное требование оплачивается госпошлиной в размере 6000 рублей.

Таким образом, размер государственной пошлины за рассмотрение апелляционной и кассационных жалоб составляет по 3 000 рублей.

При подаче апелляционной жалобы, ответчику была предоставлена отсрочка оплаты государственной пошлины.

При подаче кассационной жалобы ответчиком оплачена государственная пошлина в размере 3000 рублей, что подтверждается квитанцией от 03.09.2018.

Расходы ответчика по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы также относятся на сторон пропорционально удовлетворенным исковым требованиям (48,49%).

С истца в пользу ответчика надлежит взыскать 1454 рублей 70 копеек за рассмотрение кассационной жалобы.

Кроме того, со сторон в доход федерального бюджета следует довзыскать 3000 рублей государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции пропорционально удовлетворенным исковым требованиям (48,49%), а именно: с ООО «ЮгОберег» 1545 рублей 30 копеек, с ФИО1 1454 рубля 70 копеек.

Для упрощенного расчета по государственной пошлине между сторонами по делу и федеральным бюджетом, судом произвел зачет судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Руководствуясь ст.ст. 65, 71, 82, 110, 123, 148, 150, 156, 158, 163, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

Принять отказ общества с ограниченной ответственностью «ЮгОберег» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 350032, х. Октябрьский ул. Подсолнечная, д. 44) от исковых требований в части взыскания суммы 497 500 рублей с ФИО1 (г. Краснодар) по делу №А32-6647/2017.

Производство по делу в части взыскания суммы в размере 497 500 рублей прекратить на основании пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В удовлетворении исковых требований общества с ограниченной ответственностью «ЮгОберег» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 350032, х. Октябрьский ул. Подсолнечная, д. 44) отказать.

Взыскать с ФИО1 (г. Краснодар) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ЮгОберег» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 350032, х. Октябрьский ул. Подсолнечная, д. 44) 16850 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЮгОберег» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 350032, х. Октябрьский ул. Подсолнечная, д. 44) в пользу ФИО1 (г. Краснодар) в 2280 рублей расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЮгОберег» (ОГРН <***>, ИНН <***>, 350032, х. Октябрьский ул. Подсолнечная, д. 44) в доход федерального бюджета 13726 рублей государственной пошлины.

Взыскать с ФИО1 (г. Краснодар)в доход федерального бюджета 4332 рублей государственной пошлины

Решение может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение месяца со дня его принятия, в арбитражный суд кассационной инстанции - в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Р.А. Решетников