Гражданский кодекс часть 1

дело по заявлению Акционерного коммерческого банка «РОСБАНК» (открытое акционерное общество) в лице Операционного офиса «Магаданский» Дальневосточного филиала Акционерного коммерческого банка «РОСБАНК» (открытое акционерное общество)

(ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Магаданской области (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании недействительным предписания № 215 от 30.09.2011 о прекращении нарушений прав потребителей,

с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО1,

от заявителя – О.В. Мусько, юрисконсульт, доверенность № 330 от 20.12.2011;

от ответчика – ФИО2 начальник отдела, доверенность от 31.10.2011 № 10/5008;

от третьего лица – ФИО1

УСТАНОВИЛ:

Заявитель, Акционерный коммерческий банк «РОСБАНК» (открытое акционерное общество) в лице Операционного офиса «Магаданский» Дальневосточного филиала ОАО АКБ «РОСБАНК», 19.01.2012 обратился в Арбитражный суд Магаданской области с заявлением № 65-03-65-02-04/3851 от 16.01.2012 о признании недействительным и отмене пунктов 1, 3, 4, 7-12 предписания Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Магаданской области (далее - Управление) № 215 от 30.09.2011 о прекращении нарушений прав потребителей.

В соответствии с оспариваемым ненормативным правовым актом, заявителю предписано в срок до 14.11.2011 восстановить, нарушенные права потребителя ФИО1, допущенные Банком при заключении кредитного договора от 13.09.2008.

Заявитель с вынесенным предписанием не согласен, полагает, что указанным ненормативным правовым актом на ОАО АКБ «РОСБАНК» незаконно возложена обязанность по внесению изменений в типовые формы договоров, разработанные Банком.

Представитель Управления в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований по основаниям, изложенным в письменном отзыве и в дополнениях к нему. В частности указывает, что обжалуемое предписание соответствует действующему законодательству, не нарушает гражданские права и охраняемые законом интересы заявителя, выводы, содержащиеся в нем, подтверждаются судебной практикой.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО1, в судебном заседании поддержал в полном объёме позицию административного органа. В материалы дела приобщено письменное мнение по существу заявленных Банком требований.

Представители сторон в судебном заседании также ссылались на результаты рассмотрения Магаданским областным судом апелляционной жалобы на решение Магаданского городского суда Магаданской области от 13.12.2011 по делу № 2-5094/11 по исковому заявлению ФИО1 к ОАО АКБ «Росбанк».

Установив фактические обстоятельства дела, выслушав представителей сторон, оценив совокупность представленных в деле письменных доказательств, с учётом норм материального и процессуального права, суд установил, что заявленные требования не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьёй 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ), граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействий), если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение, действие (бездействие) не соответствует закону или иному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Пунктом 4 статьи 200 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с положениями пункта 5 статьи 200 АПК РФ, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, совершения оспариваемых действий (бездействий), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, оспариваемых действий (бездействий) возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействия).

Из материалов дела следует, что в Управление Роспотребнадзора по Магаданской области обратился потребитель ФИО1 с заявлением о нарушении Банком прав потребителя при заключении и иcполнении условий кредитного договора № 470008JAFR00430000C5, заключённого 13.09.2008, в части включения в кредитный договор условий, ущемляющих права потребителей по сравнению с условиями, установленными федеральными законами, и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей.

По результатам рассмотрения жалобы потребителя ФИО1 Управлением установлено нарушение Банком норм законодательства о защите прав потребителей: статей 315, 388, 421, 422, 450, 452, 810, 819, 857, 782 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ); статей 16, 17, 28, 32, 37 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 № 2300-1 (далее Закон О защите прав потребителей); статей 5, 26, 30 Федерального закона «О банках и банковской деятельности» от 02.12.1990 № 395-1 (далее – Закон О банках).

Пункт 1 обжалуемого предписания указывает на несоответствие законодательству о защите прав потребителей условия кредитного договора (памятка заёмщика), устанавливающего комиссию за оформление кредита в размере 1 200 руб. Ответчик в обжалуемом предписании указал на то, что в соответствии с положениями статьи 809, части 1 статьи 819 ГК РФ заёмщик обязан платить проценты за пользование заёмными денежными. Поскольку оформление кредита не является самостоятельной банковской услугой, взимание Банком комиссии за оформление кредита, является условием, ущемляющим права потребителя.

Заявитель не согласился с выводами Управления, указав на то, что в силу положений частей 1 и 4 статьи 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключение договора, условия которого определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Статьёй 30 Закона О банках предусмотрено, что в расчёт полной стоимости кредита должны включаться платежи заёмщика - физического лица по кредиту, связанные с заключением кредитного договора.

При заключении кредитного договора клиент принял на себя обязательство уплатить комиссию за выдачу кредита путём зачисления денежных средств на счёт в размере и в срок, указанный в информационном графике платежей. Заёмщик, ознакомившись с условиями предоставления кредита до подписания кредитного договора, вправе был отказаться от его заключения либо обратиться в Банк до заключения кредитного договора с предложением о выдаче ему кредита на иных условиях.

Суд не может признать позицию заявителя обоснованной, поскольку, как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 23.02.1999 № 4-П, гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечёт необходимость ограничить свободу договора для другой стороны.

В соответствии со статьёй 422 ГК РФ, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

По смыслу статьи 428 ГК РФ договор, заключённый между кредитной организацией и заёмщиком-гражданином, следует квалифицировать как договор присоединения, следовательно, заёмщик обладает всеми правами стороны, присоединившейся к договору.

В рассматриваемых условиях кредитного договора (памятка заёмщика) на заёмщика возложено обязательство по уплате комиссии за оформление кредита, при том, что действия Банка по оформлению кредита, не являются самостоятельной банковской услугой. Указанный вид комиссии нормами ГК РФ, другими федеральными законами и нормативными правовыми актами не предусмотрен

Согласно части 1 статьи 16 Закона О защите прав потребителей условия договора, ущемляющие права потребителей по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Следовательно, вывод Управления о том, что включение в типовой договор условий об уплате клиентом банка комиссии за оформление кредита являются злоупотреблением свободой договора в форме навязывания потребителю несправедливых ущемляющих его права условий, обуславливающих получение и оплату другой самостоятельной услуги в нарушении статьи 16 Закона О защите прав потребителей, является правомерным.

Указанный вывод также подтверждается сложившейся судебной практикой, в частности постановлениями Шестого арбитражного апелляционного суда (далее ШААС) от 25.01.2012 № 06АП-6053/2011, от 21.09.2011 № 06АП-3638/2011.

Пункт 3 оспариваемого предписания указывает на несоответствие законодательству о защите прав потребителей условия кредитного договора (памятка заёмщика, пункт 2.1 кредитного договора), устанавливающего взимание Банком комиссии за ведения личного банковского счета в размере 15 руб., которая взимается с потребителя ежемесячно.

Управление указало на то, что согласно пунктам 2.1.2 Положения ЦБ РФ от 31.08.1998 № 54-П «О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)» (далее - Положение № 54-П) и положениями глав 39, 42 и 45 ГК РФ, предоставление кредита физическому лицу не может быть поставлено в зависимость от открытия расчётного или иного счета заёмщику, и не может влечь автоматического заключения договора банковского счета. Согласно положению статьи 30 закона О банках открытие банковского счета является правом, а не обязанностью граждан.

Заявитель не согласился с позицией Управления, указав на то, что личный банковский счёт открыт ФИО1 25.08.2008 в Магаданском филиале ОАО АКБ «РОСБАНК» до заключения кредитного договора на основании его заявления. Указанный счёт впоследствии был указан ФИО1 в кредитном договоре для осуществления расчётов по предоставлению и оплате кредита, в связи с чем, было внесено условие пункта 2.1 кредитного договора, согласно которому Заёмщику предоставляется кредит в безналичной форме путём перечисления денежных средств на уже открытый ему личный банковский счёт.

Взимание платежа за услуги ведения личного банковского счета осуществляется не в рамках кредитного договора, а в рамках заключённого договора личного банковского счета, в связи с чем, по мнению Банка, включение оспариваемого условия не противоречит действующему законодательству и не ущемляет права потребителя.

ФИО1 в судебном заседании указал на то, что личный банковский счёт был им открыт в связи с обязательным условием Банка в пункте 2.1 кредитного договора о предоставлении кредита только в безналичной форме путём перечисления всей суммы кредита на счёт.

Суд признает обоснованной позицию ответчика, поскольку в силу положений части 1 статьи 861 ГК РФ расчёты с участием граждан, не связанные с осуществлением ими предпринимательской деятельности, могут производиться наличными деньгами без ограничения суммы или в безналичном порядке.

В соответствии со статьёй 30 Закона О банках открытие банковского счета является правом, а не обязанностью граждан. Согласно пункту 2.1.2 Положения № 54-П предоставление (размещение) банком денежных средств физическим лицам осуществляется - в безналичном порядке путём зачисления денежных средств на банковский счёт клиента - заёмщика физического лица либо наличными денежными средствами через кассу банка.

Однако, в рассматриваемом кредитном договоре, который заключён по типовой форме, утверждённой Банком, в нарушение указанных норм, не предусмотрены наличные расчёты заёмщиков (потребителей) по кредитам.

Более того, в памятке плательщика к кредитному договору установлена сумма комиссии за ведения личного банковского счета, то есть плата за услугу, которая оказывается в рамках другого договора.

Указанный вывод также подтверждается сложившейся судебной практикой, в частности постановлением ШААС от 20.03.2012 №06АП-521/2012.

Из вышеуказанного следует, что пункт 3 оспариваемого предписания Управления является правомерным и обоснованным.

Пункт 4 оспариваемого предписания указывает на несоответствие законодательству о защите прав потребителей условия пункта 3.3.13, устанавливающего право Банка самостоятельно в одностороннем порядке, изменить очерёдность погашения заёмщиком требований кредитного договора и установить произвольную очерёдность погашения вне зависимости от очерёдности, установленной договором, и вне зависимости от назначения платежа, указанной заёмщиком.

Управление указало на то, что в силу пункта 1 статьи 819 ГК РФ, по кредитному договору банк или иная кредитная организация обязуются предоставить денежные средства заёмщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заёмщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на неё. Согласно части 1 статьи 450 ГК РФ изменение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором. Порядок изменения и расторжения договора установлен в статье 452 ГК РФ.

В силу статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Из приведённых норм, по мнению ответчика, следует, что право банка на односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее изменение условий по кредитному договору, заключённому с гражданином, не являющимся индивидуальным предпринимателем, должно быть прямо предусмотрено в законе.

ГК РФ, Закон О защите прав потребителей, иные федеральные законы не предусматривают право банка на одностороннее изменение очерёдности погашения задолженности клиента, право досрочного истребования кредита, право внесения иных изменений в договор, в случаях, не предусмотренных законом, по кредитным договорам, заключённым с гражданами-потребителями.

Кроме того, согласно статье 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме, соответственно соглашение об изменении условий кредитного договора должно быть заключено в той же форме, что и кредитный договор.

Заявитель с выводами Управления не согласился, указав на то, что договорное условие пункта 3.3.13 кредитного договора применяется в соответствии с Информационным письмом Президиума ВАС РФ от 20.10.2010 № 141 "О некоторых вопросах применения положений статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно которому соглашение, предусматривающее, что при исполнении должником денежного обязательства не в полном объёме, требования об уплате неустойки, процентов, предусмотренных статьёй 395 ГК РФ, или иные связанные с нарушением обязательства требования погашаются ранее требований, названных в статье 319 ГК РФ, противоречит смыслу данной статьи и является ничтожным (статья 168 ГК РФ).

Согласно статье 319 ГК РФ сумма произведённого платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по получению исполнения, затем - проценты, а в оставшейся части - основную сумму долга.

Статья 310 ГК РФ предусматривает, что односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее изменение его условий не допускается, за исключением случаев предусмотренных законом.

Статья 29 Закона О банках указывает на возможность изменения условий договора в случаях, предусмотренных договором. Указанной нормой установлен исчерпывающий перечень условий кредитного договора, которые не подлежат изменению банком в одностороннем порядке, запрет на изменение Банком в одностороннем порядке очередности погашения задолженности по кредиту, в указанный перечень не входит.

Кроме того, в статье 450 ГК РФ прямо указано, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами или договором. В случае одностороннего отказа полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или изменённым.

Указанные доводы Банка признаются судом ошибочными по следующим основаниям.

Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в пункте 4 Постановления № 4-П от 23.02.1999 в качестве способов ограничения конституционной свободы договора на основании федерального закона предусмотрены, в частности, институт публичного договора, а также институт договора присоединения.

В результате граждане, как сторона в таких договорах лишены возможности влиять на его содержание, что является ограничением свободы договора и как таковое требует соблюдения принципа соразмерности, в силу которого гражданин, как экономически слабая сторона в этих правоотношениях нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора и для другой стороны.

Конституционный Суд Российской Федерации также указал, что при этом возможность отказаться от заключения такого договора, внешне свидетельствующая о признании свободы договора, не может считаться достаточной для ее реального обеспечения гражданам, и гражданин вынужден соглашаться на фактически диктуемые ему условия.

Частью 1 статьи 450 ГК РФ определено, что изменение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. Порядок изменения и расторжения договора установлен в статье 452 ГК РФ.

В силу положений статьи 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Из вышеизложенного следует, что Управление пришло к правильному выводу о том, что право банка на односторонний отказ от исполнения обязательств и одностороннее изменение условий по кредитному договору, заключённому гражданином, не являющимся индивидуальным предпринимателем, должно быть прямо предусмотрено в законе.

Суд также учитывает, что такое изменение очерёдности погашения требований существенно ухудшает положение заёмщика по сравнению с очерёдностью, установленной статьёй 319 ГК РФ.

В пункте 6 Постановления № 4-П Конституционный Суд РФ также отметил, что в соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции РФ только федеральным законом, а не договором могут определяться условия, ухудшающие условия договоров с участием граждан.

По указанным основаниям суд признает обоснованным вывод ответчика о незаконности включения в типовые Условия кредитных договоров условия о предоставлении Банку возможности в одностороннем порядке изменить очерёдность погашения задолженности без предварительного согласия заёмщика.

Кроме того, ответчиком обоснованно приняты во внимание положения статьи 820 ГК РФ, согласно которой кредитный договор должен быть заключён в письменной форме, а соответственно, соглашение об изменении условий кредитного договора может быть заключено в той же форме, что и кредитный договор.

В пункте 7 оспариваемого предписания Управление пришло к выводу о неправомерности условия кредитного договора о страховании жизни и потери трудоспособности (пункт 4.1.7 кредитного договора).

В качестве обоснования своей позиции по данному пункту, Управлением указано, что исходя из положений главы 42, 48 ГК РФ, страхование является самостоятельной услугой по отношению к кредитованию. Согласно пункту 1 статьи 935 ГК РФ, законом на указанных в нем лиц, может быть возложена обязанность страховать жизнь, здоровье или имущество других определённых в законе лиц на случай причинения вреда их жизни, здоровью или имуществу; риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц или нарушения договоров с другими лицами. В силу пункта 4 статьи 935 ГК РФ, когда обязанность страхования не вытекает из закона, а основана на договоре, в том числе обязанность страхования имущества - на договоре с владельцем имущества, такое страхование не является обязательным.

Из текста договора следует, что при заключении кредитного договора потребителю не было разъяснено о том, что условие о страховании жизни и потери трудоспособности является добровольными и у потребителя есть право отказаться от данного условия. При заключении банком кредитного договора с заёмщиком-гражданином, последний был фактически лишён возможности влиять на содержание договора.

Федеральный закон от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» требований о необходимости заключения договора страхования жизни и здоровья не содержит. Согласно пункту 2 статьи 16 Закона О защите прав потребителей, запрещается обуславливать предоставление одних услуг обязательным предоставлением других услуг.

Заявитель с выводами ответчика в указанном пункте предписания не согласился, указав на то, что условие о страховании жизни и потери трудоспособности заёмщика (абз.2 п. 4.1.7 Кредитного договора) направлено на обеспечение возвратности кредита.

В соответствии с принципом свободы договора, закреплённым в статье 421 ГК РФ, стороны определяют условия договора по своему усмотрению, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

При оформлении кредитного договора клиент согласился с условием страхования жизни и потери трудоспособности заёмщика, вследствие чего Банком данное условие было включено в кредитный договор. ФИО1 подтвердил своё согласие осуществить добровольное страхование жизни и здоровья и выразил согласие об уплате страховой премии.

ФИО1 в судебном заседании указал на то, что при заключении договора Банком не было разъяснено о том, что условие о страховании жизни и потери трудоспособности является добровольными, напротив это было одним из обязательных условия заключения кредитного договора.

Судом признана обоснованной позиция ответчика, поскольку в силу положений пункта 4 статьи 935 ГК РФ, когда обязанность страхования не вытекает из закона, а основана на договоре, в том числе обязанность страхования имущества - на договоре с владельцем имущества, такое страхование не является обязательным.

Доводы банка о том, что ФИО1 согласился на предложенное условие кредитного договора и потому с учётом положений статьи 421 ГК РФ, его права как потребителя не нарушались, суд находит несостоятельными, поскольку в судебном заседании установлено и, не отрицается представителем Банка, что указанное условие договора изначально было заложено в типовой договор. Исходя из текста договора и пояснений ФИО1, у потребителя не было возможности выбора согласовать именно данное условие договора или отказаться от его согласования, не утратив при этом возможность получить кредит.

В связи с чем не состоятельна ссылка Банка на выводы пункта 8 информационного письма № 146 от 13.09.2011 Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации, поскольку из указанного разъяснения следует, что включение в кредитный договор с заёмщиком-гражданином условия о страховании его жизни и здоровья не нарушает прав потребителей, только в случае если заёмщик имел возможность заключить с банком кредитный договор и без названного условия. У ФИО1 при заключении рассматриваемого кредитного договора с Банком такой возможности не имелось.

Следовательно, вывод Управления в пункте 7 оспариваемого предписания о нарушении указанным условием договора прав потребителя, является законным и обоснованным.

Данный вывод соответствует выводам Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, отражённым в Обзоре судебной практики (Информационное письмо от 13.09.2011 № 146).

В пункте 8 оспариваемого предписания Управление пришло к выводу о неправомерности условия кредитного договора об уведомлении банков, в которых открыты счета заёмщика о своём согласии на бесспорное списание средств (пункты 4.1, 4.1.17 кредитного договора).

В обоснование своего вывода Управление указало на то, что нормы ГК РФ устанавливают права и обязанности по конкретному договору. Согласно статье 425 ГК РФ, договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Наличие иных счетов, в том числе в иных кредитных учреждениях, означает наличие самостоятельных соответствующих договоров, предполагающих при их заключении самостоятельные цели и имеющих свой круг прав и обязанностей. По каждому договору предусмотрено его автономное исполнение.

Включение в исследуемый договор спорного условия фактически означает ограничение права потребителя, в том числе, свободно распоряжаться своим имуществом - денежными средствами, уже имеющимися либо поступившими на его счета, открытые в рамках иных договоров, не связанных с обязательством по заключённому кредитному договору.

Заявитель не согласился с выводами ответчика, указав, что действия Банка по бесспорному списанию денежных средств со счета гражданина - заёмщика, открытого в Банке или иной кредитной организации, регулируются действующими актами Банка России, и не нарушают статью 857 ГК РФ, права потребителей (заёмщиков) и действующего законодательства Российской Федерации.

Положением пункта 4.1.17 кредитного договора предусмотрена лишь обязанность Заёмщика письменно уведомить банки о своём согласии на бесспорное списание средств при наличии счетов, а также в случае открытия новых счетов. Данное условие договора, по мнению заявителя, не порождает самостоятельные обязательства заёмщика, а потому, не нарушает требования положений статьи 857 ГК РФ.

Суд считает ошибочной правовую позицию заявителя по данному пункту обжалуемого постановления ответчика в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Нормы ГК РФ устанавливают права и обязанности по конкретному договору. Согласно статье 425 ГК РФ, договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Следовательно, правовые последствия неисполнения либо ненадлежащего исполнения обязательств по одному договору не могут сами по себе изменять права и обязанности сторон по иным договорам, не вытекающие или не связанные с данным договором. Нарушение обязательств по конкретному договору не может являться основанием для возникновения гражданско-правовой ответственности в рамках иных договоров в силу общих требований, закреплённых нормами главы 25 ГК РФ.

Включение в типовые Условия кредитных договоров спорного условия фактически означает ограничение прав потребителя, в том числе, свободно распоряжаться своим имуществом – денежными средствами, уже имеющимися либо поступившими на его счета, открытые в рамках иных договоров, не связанных с обязательством по заключённому кредитному договору.

Иное толкование данных норм лишает правового значения заключение между Банком и клиентом второго и последующих договоров, с установлением прав и обязанностей сторон и иных условий в каждом из них.

Рассматриваемое условие также является типовым, заранее определённым, а значит, потребитель, как сторона в договоре лишена возможности влиять на его содержание.

Таким образом, выводы Управления в пункте 8 оспариваемого предписания признаны судом правомерными и обоснованными.

Указанный вывод также подтверждается сложившейся судебной практикой, в частности постановлениями ШААС от 07.12.2010 № 06АП-5220/2010, от 27.09.2011 года № 06АП-3856/2011, от 28.10.2010 года № 06АП-4614/2010.

В пункте 9 оспариваемого предписания Управление пришло к выводу о неправомерности условия кредитного договора об уплате заёмщиком штрафа в
размере 1% от суммы кредита за отказ заёмщика от получения кредита (пункты 4.2, 4.2.4 кредитного договора).

В обоснование своей позиции Управление указало на то, что исходя из положений пункта 1 статьи 782 ГК РФ и статьи 32 Закона О защите прав потребителей, за гражданином-потребителем закреплено право на отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесённых им расходов.

Как следует из буквального толкования спорного условия кредитного договора, в случае отказа потребителя от исполнения договора, исполнителем для него установлена конкретно выраженное процентное соотношение имущественной ответственности, а именно 1% от суммы предоставленного кредита, а не возмещение фактически понесённых расходов банка, как установлено указанной выше нормой.

В обоснование своей позиции Управление также ссылается на разъяснения пункта 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 146.

Заявитель не согласился с позицией ответчика, указав на то, что односторонний отказ заказчика от исполнения договора возмездного оказания услуг в силу положения пункта 1 статьи 782 ГК РФ, не прекращает обязательства заказчика оплатить исполнителю необходимые расходы, которые он понёс в счёт ещё не оказанных до момента одностороннего отказа заказчика от исполнения договора услуг. Расходы Банка определены в размере 1% от суммы предоставляемого кредита. Таким образом, по мнению заявителя, данное условие соответствует нормам действующего законодательства

Доводы Банка по данному условию кредитного договора не могут быть приняты судом во внимание, поскольку исходя из положения пункта 1 статьи 782 ГК РФ и статьи 32 Закона О защите прав потребителей, за гражданином-потребителем закреплено право на отказ от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю не штрафа, установленного исполнителем, а фактически понесённых исполнителем расходов, если таковы будут иметься.

Установление иных последствий отказа от получения кредита в договоре с заёмщиком-гражданином является незаконным и существенно нарушает его права как потребителя.

Вывод о том, что установление в кредитном договоре штрафа за отказ заёмщика от получения кредита противоречит законодательству о защите прав потребителей, также содержится в пункте 10 Информационного письма ВАС РФ от 13.09.2011 № 146.

В пункте 10 оспариваемого предписания Управление пришло к выводу о неправомерности условия кредитного договора об уплате неустойки в виде пени в размере 0,1% за каждый день просрочки, но не более 3% от суммы кредита, за нарушение кредитором срока предоставления кредита (п. 5.4 кредитного договора).

В обоснование своей позиции Управление указало на то, что ответственность за нарушение установленных сроков исполнения обязательств установлена пунктом 5 статьи 28 Закона О защите прав потребителей, в силу которого исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере 3 % оказания услуги.

Вместе с тем, как следует из спорного условия кредитного договора, Банк ограничил установленный законом размер неустойки (пени) за нарушение установленных сроков, что является условием, ущемляющим права потребителя.

По мнению Банка, указанные значения пределов размера неустойки не противоречат и не выходят за рамки положения пункта 5 статьи 28 Закона О защите прав потребителей. В связи с чем, данное условие соответствует действующему законодательству и не ущемляет права потребителя.

Судом не могут быть приняты во внимание доводы банка по пункту 10 предписания по следующим основаниям.

В силу положения пункта 1 статьи 330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определённая законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 ГК РФ, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Согласно пункту 1 статьи 400 ГК РФ, соглашение об ограничении размера ответственности должника по договору присоединения или иному договору, в котором кредитором является гражданин, выступающий в качестве потребителя, ничтожно, если размер ответственности для данного вида обязательств или за данное нарушение определён законом и если соглашение заключено до наступления обстоятельств, влекущих ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

Ответственность за нарушение установленных сроков исполнения обязательств установлена пунктом 5 статьи 28 Закона О защите прав потребителей, в силу которого исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере 3 % оказания услуги.

Установленное Банком условие об определении неустойки в виде пени в размере 0,1% за каждый день просрочки, не соответствует закону - положению пункта 5 статьи 28 Закона О защите прав потребителей и существенно нарушает право потребителя.

В пункте 11 оспариваемого предписания Управление пришло к выводу о неправомерности условия кредитного договора о рассмотрении разногласий по договору в судебном порядке в судебных инстанциях города Магадана (пункт 6.4 кредитного договора).

По мнению Управления, указанное условие кредитного договора лишает потребителя права на выбор подсудности по своему усмотрению, что не соответствует пункту 2 статьи 17 Закона О защите прав потребителей.

Заявитель не согласился с выводом Управления, указав на то, что согласно статье 32 ГПК РФ стороны могут по соглашению между собой изменить территориальную подсудность для данного дела до принятия его судом к своему производству. Поскольку договор является выражением согласованной воли договаривающихся сторон (статья 154 ГК РФ), то заключение, какого бы то ни было соглашения, свидетельствует о добровольном (необязательном), совершаемом по собственному желанию, действии.

Таким образом, по мнению заявителя, если между гражданином и кредитной организацией было достигнуто соглашение о подсудности рассмотрения споров, вытекающих из договора, то иск кредитной организации к гражданину, согласно статье 32 ГПК РФ подлежит рассмотрению судом, определённым условиями заключённого между ними соглашения.

Суд признает выводы Банка по данному пункту оспариваемого предписания ошибочными по следующим основаниям.

Положения пункта 2 статьи 17 Закона О защите прав потребителей предоставляют потребителю возможность самостоятельно определить суд, в котором будет рассматриваться его требование к контрагенту, в первую очередь исходя из критерия удобства участия самого потребителя в судебном разбирательстве.

При этом законодатель не установил процессуальных правил для рассмотрения споров, в которых потребитель является ответчиком. Поскольку по общему правилу иск предъявляется в суд по месту нахождения ответчика (статьи 28 ГК РФ), дела с участием потребителей рассматриваются в суде общей юрисдикции по месту жительства потребителя. Поскольку место жительства гражданина-потребителя со временем может измениться, указанное условие будет также нарушать его права и в случае, когда он будет выступать в качестве ответчика.

Указанные гарантии, предоставляемые потребителю-гражданину законом, не могут быть изменены или отменены договором, в связи с чем, выводы Управления, в оспариваемом пункте предписания о нарушении в условии пункта 6.4 кредитного договора прав потребителя, являются правомерными и обоснованными.

Указанная позиция также подтверждается выводами в пункте 7 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.09.2011 № 146.

В пункте 12 оспариваемого предписания Управление пришло к выводу о неправомерности условия кредитного договора о согласии заёмщика на предоставление кредитором информации третьим лицам, привлекаемым им для взыскания задолженности по кредиту (п. 6.9 кредитного договора).

В обоснование своей позиции Управление указало на то, что в силу положений частей 1, 3, 4 статьи 9 Федерального закона «О персональных данных» от 27.07.2006 № 152-ФЗ (далее - Закон О персональных данных) согласие на обработку персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным. Согласие на обработку персональных данных может быть дано субъектом персональных данных или его представителем в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме, если иное не установлено федеральным законом.

Обязанность предоставить доказательство получения согласия субъекта персональных данных на обработку его персональных данных или доказательство наличия оснований, указанных в пунктах 2-11 части 1 статьи 6, части 2 статьи 10 и части 2 статьи 11 настоящего Федерального закона, возлагается на оператора (часть 3 статьи 9). В случаях, предусмотренных федеральным законом, обработка персональных данных осуществляется только с согласия в письменной форме субъекта персональных данных. Равнозначным содержащему собственноручную подпись субъекта персональных данных согласию в письменной форме на бумажном носителе признается согласие в форме электронного документа, подписанного в соответствии с федеральным законом электронной подписью.

Пункт 6.9 кредитного договора, по мнению ответчика, не является конкретным, так как не содержит всех условий, определённых статьёй 9 Закона О персональных данных, не содержит информирование о возможности отказа потребителя от предоставления сведений третьим лицам, и что, при этом, кредитный договор будет заключён.

Поскольку данный пункт сформулирован Банком безальтернативно, то , по мнению ответчика, нарушается право потребителя на своевременное предоставление необходимой и достоверной информации об услуге, что определено статьёй 10 Закона О защите прав потребителей.

По мнению заявителя, выводы Управления необоснованны, поскольку условия абзаца 2 пункта 6.9 кредитного договора предусматривают согласие заёмщика на предоставление третьим лицам информации и документов, удостоверяющих права требования и относящихся к ним, что корреспондируется с положениями пункта 2 статьи 385 ГК РФ, согласно которым кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования.

При этом Банк как кредитор, на основании статьи 382 ГК РФ, имеет право передать право (требование), принадлежащее ему на основании обязательства, другому лицу по сделке (уступка требования) и для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласия должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Суд признает обоснованной позицию ответчика, поскольку Управление не оспаривает право Банка передать право (требование), принадлежащее ему на основании обязательства, другому лицу по сделке (уступка требования) и для перехода к другому лицу прав кредитора, без согласия должника, а указывает на обязательное требование Закона о персональных данных получить согласие потребителя на предоставление персональных данных о себе третьим лицам.

Поскольку рассматриваемое условие кредитного договора действительно сформулировано Банком безальтернативно, ответчик обоснованно пришёл к выводу о нарушении данным условием прав потребителя.

Кроме того, исходя из буквального прочтения пункта 6.9 кредитного договора, следует, что помимо информации о должнике, сумме долга и залоге, Банк при уступке права требования третьему лицу передаёт также информацию о номерах всех счетов заёмщика, открытых у кредитора, и операциях по ним, что не является информацией, удостоверяющей право требования.

На основании изложенного, оспариваемые пункты предписания Управления № 215 от 30.09.2011 о прекращении нарушений прав потребителей признаются судом правомерными и обоснованными, а соответственно, заявленные требования Банка о признании предписания Управления частично недействительным, удовлетворению не подлежат.

Иные доводы, представленные сторонами в обоснование своих правовых позиций, уточняют их основные доводы и возражения, признаются судом не имеющими существенного правового значения при рассмотрении данного дела.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

1. В удовлетворении заявленных требований Акционерному коммерческому банку «РОСБАНК» (открытое акционерное общество) в лице Операционного офиса «Магаданский» Дальневосточного филиала Акционерного коммерческого банка «РОСБАНК» (открытое акционерное общество) отказать.

2. Решение подлежит немедленному исполнению.

3. Решение может быть обжаловано в Шестой арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Магаданской области.

Судья Е.А. Адаркина