Гражданский кодекс часть 1

ГУПЭП «Маркоммунэнерго» в лице филиала «Волжские тепловые сети» обратилось в арбитражный суд с заявлением к Отделу государственного пожарного надзора г. Волжска ГУ МЧС России по Республике Марий Эл (в дальнейшем по тексту - Отдел государственного пожарного надзора г. Волжска) об оспаривании постановления №124 от 01.07.2005 о наложении административного взыскания за нарушение требований в области пожарной безопасности.

В обоснование своих требований, заявитель ссылался на то, что в нарушение ст.2.1. КоАП РФ в оспариваемом постановлении в качестве лица, привлекаемого к административной ответственности, указан филиал, а не юридическое лицо; отсутствовала вина организации в совершении административного правонарушения, поскольку в ходе проводимых ранее проверок нарушения в области пожарной безопасности, указанные в оспариваемом постановлении, инспекторами госпожнадзора не выявлялись, вследствие неплатежеспособности у организации отсутствовала финансовая возможность обеспечить установление системы оповещения о пожаре в здании, пожарной сигнализации в теплице, «распашных» решеток в помещениях первого этажа; в нормативных правовых актах других отраслей законодательства имеются требования об обязательном наличии глухих решеток в помещениях, в которых находятся товарно-материальные ценности, помещениях касс; при производстве по делу об административном правонарушении административным органом были допущены существенные нарушения положений КоАП РФ: в нарушение ч.1, 2 ст.28.5 КоАП РФ протокол об административном правонарушении был составлен спустя шесть дней после обнаружения правонарушения, в нарушение ч.3, 4, 6 ст.28.2 КоАП РФ директору филиала при составлении протокола не разъяснены права, не предоставлена возможность ознакомления с протоколом и представления замечаний и возражений на протокол, не вручена копия протокола, в нарушение ч.3 ст.25.4 КоАП РФ директор филиала надлежаще не извещен о месте и времени рассмотрения дела об административном правонарушении, заявителю органом пожарного надзора не была предоставлена возможность воспользоваться правами, предусмотренными ч.1 ст.25.1 КоАП РФ, нарушено положение ч.1 ст.1.6. КоАП РФ о привлечении к административной ответственности исключительно по основаниям и в порядке, установленным законом (л.д.8-11, 34-37).

Кроме того, заявитель ссылался на отсутствие в его действиях состава административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.20.4. КоАП РФ, поскольку административное здание филиала было спроектировано и построено в 1988 г., проект здания не предусматривал установки оповещателя о пожаре и «распашных» решеток. В соответствии с п.56 «Инструкции по организации и осуществлению государственного пожарного надзора в РФ», утвержденной приказом МЧС РФ от 17.03.2003 г. №132, на существующие здания и сооружения, запроектированные и построенные в соответствии с нормативными документами, действовавшими на период проектирования и строительства, требования новых нормативных документов не распространяются, за исключением случаев, когда дальнейшая эксплуатация таких зданий и сооружений приводит к недопустимому риску для жизни и здоровья людей. Поэтому, по мнению заявителя, на него не распространяются положения п.п.16, 40 ППБ 01-03, НПБ 104-03. Наличие в административном здании филиала автоматической пожарной сигнализации, по мнению заявителя, освобождает его от необходимости иметь систему оповещения людей о пожаре, наличие в помещениях теплицы «мокрых» процессов освобождает от необходимости иметь в теплице автоматическую пожарную сигнализацию (л.д.83, 84).

С учетом указанных доводов, заявитель просил признать незаконным и полностью отменить постановления Главного государственного инспектора г. Волжска по пожарному надзору №124 от 01.07.2005 о наложении административного взыскания за нарушение требований в области пожарной безопасности, в соответствии с которым ГУПЭП РМЭ «Маркоммунэнерго» в лице филиала «Волжские тепловые сети» привлечено к административной ответственности по ч.1 ст.20.4 КоАП РФ в виде штрафа в размере 10000 руб. (л.д.34-37).

В судебном заседании заявитель поддержал заявленные требования.

Ответчик, Отдел государственного пожарного надзора г. Волжска в отзыве, дополнении к отзыву на заявление и в судебном заседании возражал против требований заявителя.

По мнению ответчика, оспариваемое заявителем постановление полностью соответствует требованиям действующего законодательства, основания, по которым заявитель просит признать незаконным и отменить постановление административного органа, не могут быть приняты во внимание. Ссылка заявителя на то, что в ходе проводимых ранее проверок нарушения в области пожарной безопасности, указанные в оспариваемом постановлении, инспекторами госпожнадзора не выявлялись, безосновательна, поскольку предыдущая проверка и предписание №45 от 19-25 марта 2002 г. (л.д.18, 19) по ее итогам относятся к 2002 г., а положения ППБ 01-03, НПБ 110-03, НПБ 104-03 нарушение которых вменяется заявителю, были приняты и вступили в силу в 2003. Заявителем не были предприняты меры по согласованию с органами государственного пожарного надзора компенсирующих мероприятий для обеспечения надлежащего противопожарного режима с учетом финансовых проблем организации, поэтому обстоятельства, исключающие ее вину, отсутствуют. Протокол об административном правонарушении был составлен в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ст.4.5. КоАП РФ, в присутствии директора филиала ФИО3 При составлении протокола ФИО3 были разъяснены его права и обязанности, объявлены время и адрес, где будет рассматриваться дело об административном правонарушении. ФИО3 от ознакомления с протоколом и его подписания отказался, о чем на протоколе сделана отметка. Факт составления протокола в присутствии директора филиала и его отказа от подписания протокола удостоверен подписями в протоколе двух свидетелей ФИО4 и ФИО5 В теплице помимо помещения для растений имелось несколько бытовых помещений, в которых отсутствовали «мокрые» процессы, и которые подлежали оборудованию автоматической пожарной сигнализацией. В соответствии с п.4, 10 «Правил пожарной безопасности в РФ (ППБ 01-03)», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №313, руководители организаций на своих объектах должны иметь систему пожарной безопасности, направленную на предотвращение воздействия на людей опасных факторов пожара, в том числе их вторичных проявлений, обеспечивать своевременное выполнение требований пожарной безопасности, предписаний, постановлений и иных законных требований государственных инспекторов по пожарному надзору. Требуемый уровень обеспечения пожарной безопасности людей с помощью указанной системы должен быть обеспечен выполнением требований нормативных документов по пожарной безопасности или обоснован и составлять не менее 0,999999 предотвращения воздействия опасных факторов в год в расчете на каждого человека, а допустимый уровень пожарной опасности для людей быть не более 1Е (-6) воздействия опасных факторов пожара, превышающих предельно допустимые значения, в год в расчете на одного человека. Отсутствие расчетов обеспечения пожарной безопасности и наличие всего четырех аварийных выходов на первом этаже административного здания филиала, по мнению ответчика, не позволяют судить об отсутствии недопустимого риска для жизни и здоровья людей и применять к заявителю п.56 «Инструкции по организации и осуществлению государственного пожарного надзора в РФ», утвержденной приказом МЧС РФ от 17.03.2003 г. №132 (л.д.85-88, 123,124).

С учетом указанных обстоятельств, Отдел государственного пожарного надзора г. Волжска просил отказать в удовлетворении требования о признании незаконным и отмене полностью постановления Главного государственного инспектора г. Волжска по пожарному надзору №124 от 01.07.2005 о наложении административного взыскания за нарушение требований в области пожарной безопасности (л.д.85-87).

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения заявителя, лица, привлекаемого к административной ответственности, арбитражный суд считает необоснованным и не подлежащим удовлетворению требование ГУПЭП «Маркоммунэнерго» в лице филиала «Волжские тепловые сети» об оспаривании постановления Главного государственного инспектора г. Волжска по пожарному надзору №124 от 01.07.2005 о наложении административного взыскания за нарушение требований в области пожарной безопасности, по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что Государственное унитарное производственное энергетическое предприятие РМЭ «Маркоммунэнерго» зарегистрировано Государственной регистрационной палатой РМЭ в качестве юридического лица 05.07.2001, внесено в Единый государственный реестр юридических лиц 08.08.2002, основной государственный регистрационный номер 1021200752462 (л.д.40-48).

По месту нахождения филиала «Волжские тепловые сети» ГУПЭП «Маркоммунэнерго» состоит на налоговом учете в налоговом органе г. Волжска (л.д.50).

Руководителем филиала «Волжские тепловые сети» является ФИО3, который действует на основании доверенности ГУПЭП «Маркоммунэнерго» от 25.01.2005 №105, предоставляющей ему право распоряжаться денежными средствами, находящимися на счетах филиала во всех кредитных учреждениях, заключать договоры, совершать иные сделки, подписывать финансовые документы, связанные с деятельностью филиала, вести от имени организации гражданские дела во всех судебных органах со всеми правами, предоставленными законом истцу и ответчику, в том числе правами, предусмотренными ч.2 ст.62 АПК РФ (л.д.13,14, 39).

22.06.2005 начальником Отдела государственного пожарного надзора г. Волжска ФИО2 в соответствии со ст.7 Федерального закона от 08.08.2001 №134-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при проведении государственного контроля (надзора)», ст.6 Федерального закона от 21.12.1994 №69-ФЗ «О пожарной безопасности» вынесено распоряжение №148 о проведении инспектором по пожарному надзору ФИО6 в период с 22.06.2005 по 21.07.2005 планового пожарно-технического обследования Волжских тепловых сетей (л.д.25).

Во исполнение названного распоряжения ФИО6 с 22.06.2005 по 21.07.2005 совместно с представителем заявителя, инженером по охране труда ФИО7 проведено плановое пожарно-техническое обследование территории, зданий и помещений ГУПЭП «Маркоммунэнерго» филиала «Волжские тепловые сети», по итогам которого акт №140 от 22.07.2005 (л.д.59-62).

При проведении мероприятия по контролю выявлены следующие нарушения и отклонения от норм пожарной безопасности:

- в нарушение п.16 «Правил пожарной безопасности в РФ (ППБ 01-03)», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №313, «Норм пожарной безопасности «Системы оповещения людей при пожарах в зданиях и сооружениях (НПБ 104-03)», утвержденных приказом МЧС России от 20.06.2003 №323, в помещениях филиала отсутствует система оповещения людей о пожаре;

- в нарушение п.40 «Правил пожарной безопасности в РФ (ППБ 01-03)», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №313, на окнах помещений на первом этаже установлены глухие решетки;

- в нарушение п.4 «Норм пожарной безопасности «Перечень зданий, сооружений, помещений и оборудования, подлежащих защите автоматическими установками пожаротушения и автоматической пожарной сигнализацией (НПБ 110-03)», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №315, в помещениях теплицы отсутствует пожарная сигнализация.

22.07.2005 инспектором ФИО6 вынесено предписание №132 директору филиала «Волжские тепловые сети» ГУПЭП «Маркоммунэнерго» ФИО3 об устранении выявленных нарушений (л.д.63-65).

В соответствии с требованиями п.53, 58 «Инструкции по организации и осуществлению государственного пожарного надзора в РФ», утвержденной приказом МЧС России от 17.03.2003 №132 (зарегистрирована в Минюсте РФ 30.04.2003 №4477) акт и предписание направлены заявителю посредством почтовой связи с уведомлением о вручении, о чем в акте и предписании сделана соответствующая отметка (л.д.62, 65).

28.06.2005 в присутствии директора филиала ФИО3 инспектором ФИО6 в отношении ГУПЭП «Маркоммунэнерго» филиала «Волжские тепловые сети» составлен протокол №124 об административном правонарушении в области пожарной безопасности, предусмотренном ч.1 ст.20.4. КоАП РФ (л.д.26, 27). В основу протокола об административном правонарушении положены те же нарушения правил и норм пожарной безопасности, которые указаны в акте №140 от 22.07.2005. Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным лицом, удовлетворяющим требованиям ч.4 ст.28.3. КоАП РФ, «Положения о государственном пожарном надзоре», утвержденного постановлением Правительства РФ от 21.12.2004 №820. Форма и содержание протокола не противоречат правилам статьи 28.2 КоАП РФ.

01.07.2005 в присутствии директора филиала ФИО3 главным государственным инспектором г. Волжска по пожарному надзору ФИО2 вынесено постановление №124 от 01.07.2005 о наложении административного взыскания за нарушение требований в области пожарной безопасности, в соответствии с которым ГУПЭП РМЭ «Маркоммунэнерго» в лице филиала «Волжские тепловые сети» привлечено к административной ответственности по ч.1 ст.20.4 КоАП РФ в виде штрафа в размере 10000 руб. (л.д.28). Копия постановления получена директором филиала ФИО3 01.07.2005, о чем в постановлении сделана соответствующая отметка.

По мнению заявителя, административным органом при осуществлении производства по делу об административном правонарушении допущены существенные нарушения требований КоАП РФ.

Так, по мнению заявителя, в нарушение ст.2.1. КоАП РФ в оспариваемом постановлении в качестве лица, привлекаемого к административной ответственности, указан филиал, а не юридическое лицо.

В судебном заседании представитель заявителя пояснил, что вывод о составлении протокола и вынесении постановления в отношении филиала, а не юридического лица, сделан заявителем в связи с указанием ответчиком в протоколе и постановлении в графе «Полное наименование юридического лица» слов «ГУПЭП «Маркоммунэнерго» филиал «Волжские тепловые сети», в графе «Юридический адрес» адреса местонахождения филиала (протокол судебного заседания от 03.08.2005 - л.д.67-70).

Вместе с тем, из содержания протокола и постановления ясно следует, что они составлены в отношении юридического лица.

Первый абзац протокола (л.д.26, 27) изложен следующим образом:

«Я, инспектор Республики Марий Эл по пожарному надзору, младший лейтенант вн. службы ФИО6, руководствуясь ст.23.34., 28.2., ч.1 ст.28.3., 28.5. КоАП РФ, составил настоящий протокол о том, что юридическое лицо », и далее изложены сведения о правонарушителе, в том числе графы, на содержание которых ссылается заявитель.

Первый абзац постановления (л.д.28) изложен следующим образом:

«Я, Главный государственный инспектор г. Волжска по пожарному надзору подполковник внутренней службы ФИО2 рассмотрел протокол об административном правонарушении №124 от 28.06.2005 г. и материалы на юридическое лицо », и далее изложены сведения о правонарушителе, в том числе графы, на содержание которых ссылается заявитель.

Более того, в резолютивной части своего заявления сам заявитель указывает, что к административной ответственности в виде штрафа в размере 10000 руб. привлечен заявитель – ГУПЭП РМЭ «Маркоммунэнерго» в лице филиала «Волжские тепловые сети» (л.д.34-37). То есть правовые последствия применения административного взыскания по оспариваемому постановлению заявитель связывает именно с юридическим лицом.

По утверждению заявителя, в нарушение ч.3, 4, 6 ст.28.2 КоАП РФ директору филиала при составлении протокола не разъяснены права, не предоставлена возможность ознакомления с протоколом и представления замечаний и возражений на протокол, не вручена копия протокола, в нарушение ч.3 ст.25.4 КоАП РФ директор филиала надлежаще не извещен о месте и времени рассмотрения дела об административном правонарушении, заявителю органом пожарного надзора не была предоставлена возможность воспользоваться правами, предусмотренными ч.1 ст.25.1 КоАП РФ, нарушено положение ч.1 ст.1.6. КоАП РФ о привлечении к административной ответственности исключительно по основаниям и в порядке, установленным законом.

Указанные доводы отклоняются арбитражным судом по следующим основаниям.

Согласно объяснениям директора филиала ФИО3, данным на судебном заседании (протокол судебного заседания от 03.08.2005 - л.д.67-70) и изложенным в виде дополнения к заявлению (л.д.56, 57) протокол об административных правонарушениях фактически составлялся двое суток. 27.06.2005 к нему в служебный кабинет пришел инспектор ФИО6, производивший проверку, и предложил подписать протокол об административном правонарушении. ФИО3 читать и подписывать протокол не стал. 28.06.2005 инспектор ФИО6 привел двух свидетелей, которые подтвердили факт отказа директора филиала от подписания протокола.

В пункте 3 дополнения к заявлению (л.д.56, 57) ФИО3 признает тот факт, что он отказался от подписания протокола , и мотивирует это тем, что протокол был составлен с нарушением порядка его составления (спустя неделю после обнаружения факта отсутствия сигнализации и наличия решеток на окнах в бухгалтерии), протокол составлялся в течение двух суток – начало в 15 час.45 мин. 27.06., окончание – 28.06.2005, при составлении протокола инспектор не объявил состав правонарушения, не разъяснил право на ознакомление с протоколом, право пользоваться помощью защитника, право представлять доказательства, исключающие вину в совершенном правонарушении.

Вместе с тем состав и существо правонарушения, права и обязанности, лица привлекаемого к административной ответственности, время и место рассмотрения дела об административном правонарушении изложены в самом протоколе, и директор филиала мог получить данные сведения, ознакомившись с содержанием протокола. Как следует из материалов дела, протокол об административном правонарушении составлялся в служебном кабинете ФИО3 в административном здании «Волжские тепловые сети», то есть директор филиала мог привлечь к участию в производстве по делу об административном правонарушении работников филиала, в том числе юриста.

Согласно показаниям свидетеля ФИО4, присутствовавшего при составлении протокола об административном правонарушении и засвидетельствовавшего своей подписью содержание протокола, протокол составлялся инспектором ФИО6 в кабинете директора филиала в присутствии ФИО3 Инспектор попросил у директора филиала документ, удостоверяющий личность, тот его дать отказался. После этого инспектор заполнил бланк протокола и вслух зачитал его содержание, в том числе содержание статей КоАП РФ, предусматривающих права. Затем ФИО6 предложил ФИО3 самому ознакомиться с протоколом и подписать его. ФИО3 от подписания протокола и дачи объяснений отказался. Также он отказался от получения копии протокола. После этого инспектор ФИО6 попросил ФИО4 засвидетельствовать своей подписью факт отказа от подписания протокола. ФИО4 расписался в протоколе, и вместе с инспектором ФИО6 вышел из кабинета ФИО3

ФИО4 показал, что при составлении протокола инспектором ФИО6 объявлялось директору филиала ФИО3, что для рассмотрения дела об административном правонарушении ему необходимо подойти 01.07.2005 в Отдел государственного пожарного надзора г. Волжска по адресу: ул.Транспортная, д.8, каб.21. Называлось также время, когда следует явиться, которое свидетель точно вспомнить не может (л.д.130-132).

В судебном заседании заявитель просил не принимать показания свидетеля ФИО4 в качестве доказательства, поскольку в настоящее время свидетель работает в Пожарной части №1 г. Волжска, ранее был знаком с инспектором ФИО6, непосредственно при проверке не присутствовал и не видел какие нарушения были допущены (протокол судебного заседания от 07.09.2005 – л.д.126-129).

В соответствии с ст.71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Арбитражный суд, оценив показания свидетеля ФИО4 в совокупности с другими доказательствами находит, что они подтверждаются материалами дела, в том числе содержанием протокола №124 от 28.06.2005, содержащего отметку о том, что законный представитель заявителя от объяснений и подписи отказался (л.д.26,27), дополнением к заявлению, подписанным ФИО3, в котором директор филиала признает, что оказался от подписания протокола (л.д.56,57), а также тем обстоятельством, что 01.07.2005 директор филиала ФИО3 присутствовал при вынесении оспариваемого постановления и получил его копию.

В дополнении к заявлению (л.д.56,57) директор филиала ФИО3 указывает, что при вынесении постановления главный государственный инспектор г. Волжска по пожарному надзору ФИО2 зачитал ему содержание протокола. То есть, ФИО3 был осведомлен о содержании протокола, своих правах, дате, времени и месте рассмотрения дела об административном правонарушении.

Административный орган предпринял все зависящие от него меры, чтобы обеспечить заявителю его права, предусмотренные КоАП РФ.

Заявитель полагает, что в его действиях отсутствует состав административного правонарушения, поскольку административное здание филиала было спроектировано и построено в 1988 г., проект здания не предусматривал установки оповещателя о пожаре и «распашных» решеток. В соответствии с п.56 «Инструкции по организации и осуществлению государственного пожарного надзора в РФ», утвержденной приказом МЧС РФ от 17.03.2003 г. №132, на существующие здания и сооружения, запроектированные и построенные в соответствии с нормативными документами, действовавшими на период проектирования и строительства, требования новых нормативных документов не распространяются, за исключением случаев, когда дальнейшая эксплуатация таких зданий и сооружений приводит к недопустимому риску для жизни и здоровья людей. Поэтому, по мнению заявителя, на него не распространяются положения п.п.16, 40 ППБ 01-03, п.4 НПБ 110-03. Наличие в административном здании филиала автоматической пожарной сигнализации, по мнению заявителя, освобождает его от необходимости иметь систему оповещения людей о пожаре, наличие в помещениях теплицы «мокрых» процессов освобождает от необходимости иметь в теплице автоматическую пожарную сигнализацию (л.д.83, 84).

В соответствии с п.56 «Инструкции по организации и осуществлению государственного пожарного надзора в РФ», утвержденной приказом МЧС России от 17.03.2003 №132, на существующие здания и сооружения, запроектированные и построенные в соответствии с нормативными документами, действовавшими на период проектирования и строительства, требования новых нормативных документов не распространяются, за исключением случаев, когда дальнейшая эксплуатация таких зданий и сооружений приводит к недопустимому риску для жизни и здоровья людей.

В подтверждение отсутствия недопустимого риска для жизни и здоровья людей, при эксплуатации административного здания «Волжские тепловые сети», которое согласно выкопировке из плана главного корпуса (л.д.98,99) спроектировано в 1988 г., и не предусматривает системы оповещения людей о пожаре и «распашных» решеток на окнах первого этажа, заявитель ссылается на наличие на первом этаже четырех аварийных выходов (выкопировка из плана главного корпуса - л.д.99) и наличие «распашных» решеток на отдельных окнах первого этажа.

Арбитражный суд отклоняет данные доводы заявителя по следующим основаниям.

В силу п. 4 «Правил пожарной безопасности в РФ (ППБ 01-03)», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №313, руководители организаций и индивидуальные предприниматели на своих объектах должны иметь систему пожарной безопасности, направленную на предотвращение воздействия на людей опасных факторов пожара, в том числе их вторичных проявлений. Требуемый уровень обеспечения пожарной безопасности людей с помощью указанной системы должен быть обеспечен выполнением требований нормативных документов по пожарной безопасности или обоснован и составлять не менее 0,999999 предотвращения воздействия опасных факторов в год в расчете на каждого человека, а допустимый уровень пожарной опасности для людей быть не более 1Е (-6) воздействия опасных факторов пожара, превышающих предельно допустимые значения, в год в расчете на одного человека. Обоснования выполняются по утвержденным в установленном порядке методикам.

Арбитражный суд находит обоснованным довод ответчика о том, что заявитель, в случае если он допускает отступления от нормативных документов по пожарной безопасности, должен обосновать уровень обеспечения пожарной безопасности в установленном порядке.

Обстоятельства, на которые ссылается заявитель арбитражный суд не признает таким обоснованием, а также обстоятельствами, исключающими недопустимый риск для жизни и здоровья людей.

В соответствии с п.6.19. СНиП 21-01-97 «Пожарная безопасность зданий и сооружений», утвержденных постановлением Минстроя РФ от 13.02.1997 г. №18-7 (введены в действие с 01.01.1998 г.) выходы, не отвечающие требованиям, предъявляемым к эвакуационным выходам, могут рассматриваться как аварийные и предусматриваться для повышения безопасности людей при пожаре. Аварийные выходы не учитываются при эвакуации в случае пожара.

Таким образом, то обстоятельство, что у заявителя на первом этаже административного здания оборудованы четыре аварийных выхода, не свидетельствует о достаточном уровне обеспечения пожарной безопасности.

В подтверждение факта наличия на отдельных окнах первого этажа «распашных» решеток заявителем представлены фотографии первого этажа административного здания филиала «Волжские тепловые сети» (№7-12–л.д.120-122).

Однако, согласно пояснениям заявителя в связи с представлением указанных фотографий в качестве доказательства, данным в судебном заседании, фотографии были сделаны 05.09.2005, на них запечатлены три окна с распахнутыми «распашными» решетками (протокол судебного заседания от 07.09.2005 – л.д.126-129).

В дополнении к заявлению, обосновывая то обстоятельство, что в соответствии с п.40 «Правил пожарной безопасности в РФ (ППБ 01-03)», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №313, обязанность иметь глухие решетки предусмотрена только для случаев, когда такие решетки устанавливаются после издания ППБ 01-03, заявитель признал, что глухие решетки у него были, но были установлены непосредственно с окончанием строительства здания (л.д.83,84).

В соответствии с ч.1 ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд считает, что заявителем не доказано наличие у него на момент проверки «распашных» решеток на окнах первого этажа, не опровергнуты выводы акта и протокола о том, что на указанных окнах установлены глухие решетки.

Кроме того, арбитражный суд находит обоснованным довод ответчика о том, что заявитель в момент проведения проверки и составления протокола об административном правонарушении не воспользовался своим правом заявить возражения по данному основанию. Представитель заявителя – инженер по охране труда ФИО7, участвовавшая в проведении пожарно-технического обследования территории, зданий и помещений ГУПЭП «Маркоммунэнерго» филиала «Волжские тепловые сети» замечаний и возражений по выявленным в ходе проверки нарушениям не высказала.

По утверждению заявителя, требования п.40 «Правил пожарной безопасности в РФ», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №313, о запрещении устанавливать глухие решетки на окнах и приямках у окон подвалов, вступает в противоречие с нормативными правовыми актами других отраслей законодательства, которые, напротив, предусматривают наличие таких решеток: «Порядок ведения кассовых операций», утвержденный ЦБ РФ 22.09.1993 №40, «Инженерно-техническая укрепленность. Технические средства охраны. Требования и нормативы. Проектирование по защите от преступных посягательств (РД78.36.003-2002)», утвержденное министром внутренних дел РФ 06.11.2002.(л.д.100).

Вместе с тем, согласно п.3.5.3. приложения №3 к «Порядку ведения кассовых операций в РФ», утвержденного письмом ЦБ РФ от 04.10.1993 №18, в помещениях, где все окна оборудуются решетками, одна из них делается раздвижной с навесным замком. В соответствии с п.5.7.4. РД 78.003-2002 (л.д.100) если все оконные проемы помещения оборудуются решетками, одна из них делается открывающейся (распашной, раздвижной). Решетка должна запираться с внутренней стороны помещения на замок соответствующего класса защиты или на иное устройство, обеспечивающее надежное запирание решетки и эвакуацию людей из помещения в экстремальных ситуациях.

Таким образом, нормативные правовые акты, на которые ссылается заявитель, не противоречат положениям п.40 «Правил пожарной безопасности в РФ», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №313, и предусматривают необходимость наличия «распашных» решеток на окнах помещений первого этажа.

По утверждению заявителя, наличие в административном здании филиала «Волжские тепловые сети» автоматической пожарной сигнализации освобождает его от обязанности оборудовать систему оповещения людей о пожаре.

Арбитражный суд считает данный довод неосновательным. Обязанность по оборудованию системы оповещения людей о пожаре предусмотрена п.5.1 «Норм пожарной безопасности «Системы оповещения людей при пожарах в зданиях и сооружениях (НПБ 104-03)», утвержденных приказом МЧС России от 20.06.2003 №323. Обязанность по оборудованию автоматической пожарной сигнализации предусмотрена п.4 «Норм пожарной безопасности «Перечень зданий, сооружений, помещений и оборудования, подлежащих защите автоматическими установками пожаротушения и автоматической пожарной сигнализации (НПБ 110-03)», утвержденными приказом МЧС России от 18.06.2003 №315.

То есть это две совершенно разные обязанности по соблюдению норм пожарной безопасности, и наличие автоматической пожарной сигнализации не освобождает заявителя от необходимости иметь удовлетворяющую требованиям НПБ 104-03 систему оповещения людей при пожарах.

Вместе с тем, арбитражный суд считает заслуживающим внимания довод заявителя о недоказанности административным органом нарушения, связанного с отсутствием в помещении теплицы автоматической пожарной сигнализации.

В соответствии с п.4 «Норм пожарной безопасности «Перечень зданий, сооружений, помещений и оборудования, подлежащих защите автоматическими установками пожаротушения и автоматической пожарной сигнализации (НПБ 110-03)», утвержденными приказом МЧС России от 18.06.2003 №315, в зданиях и сооружениях следует защищать соответствующими автоматическими установками все помещения независимо от площади, кроме помещений с мокрыми процессами (душевые, санузлы, охлаждаемые камеры, помещения мойки и т.п.).

Заявитель утверждает, что теплица используется им для выращивания сельскохозяйственных культур, и ее использование связано с «мокрыми» процессами (поливом растений). В подтверждение данного факта представил фотографии теплицы (№1-6–л.д.117-119), сделанные 05.09.2005 (протокол судебного заседания от 07.09.2005 – л.д.126-129).

Ответчик соответствие действительности данных, изображенных на фотографиях не оспаривает (протокол судебного заседания от 07.09.2005 – л.д.126-129), свои возражения основывает на том, что помимо изображенных на фотографиях помещений, в которых используется вода для полива овощей, в теплице имеются несколько бытовых помещений, в которых нет «мокрых» процессов и должна быть оборудована автоматическая пожарная сигнализация (отзыв на дополнение к заявлению – л.д.123,124).

Однако в п.3 описательной части акта №140 от 22.07.2005 при описании теплицы какие-либо бытовые помещения, помимо основного, не упоминаются (л.д.59-62).

В соответствии с ч.4 ст.210 АПК РФ по делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение.

В акте №140 от 22.07.2005 (л.д.59-62) и протоколе об административных правонарушениях (л.д.26, 27) выводов о наличии или отсутствии в теплице «мокрых» процессов не содержится, данный вопрос в ходе проверки административным органом не исследовался.

При таких обстоятельствах арбитражный суд считает недоказанным нарушение п.4 «Норм пожарной безопасности «Перечень зданий, сооружений, помещений и оборудования, подлежащих защите автоматическими установками пожаротушения и автоматической пожарной сигнализацией (НПБ 110-03)», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №315, выразившееся в отсутствии в помещениях теплицы пожарной сигнализации.

Нарушение п.16 «Правил пожарной безопасности в РФ (ППБ 01-03)», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №313, «Норм пожарной безопасности «Системы оповещения людей при пожарах в зданиях и сооружениях (НПБ 104-03)», утвержденных приказом МЧС России от 20.06.2003 №323, выразившееся в отсутствии в помещениях филиала системы оповещения людей о пожаре, нарушение п.40 «Правил пожарной безопасности в РФ (ППБ 01-03)», утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 №313, выразившееся в установлении на окнах помещений первого этажа глухих решеток, арбитражный суд считает установленными и подтвержденными материалами дела.

В соответствии со ст.20 Федерального закона от 21.12.1994 №69-ФЗ «О пожарной безопасности» нормативное правовое регулирование в области пожарной безопасности представляет собой принятие органами государственной власти нормативных правовых актов по пожарной безопасности. К нормативным документам по пожарной безопасности относятся стандарты, нормы и правила пожарной безопасности, инструкции и иные документы, содержащие требования пожарной безопасности.

Руководители организаций обязаны соблюдать требования пожарной безопасности, а также выполнять предписания, постановления и иные законные требования должностных лиц пожарной охраны (ст.37 Закона).

Согласно ч.1 ст.20.4 КоАП РФ нарушение требований пожарной безопасности, установленных стандартами, нормами и правилами, за исключением случаев, предусмотренных статьями 8.32, 11.16 Кодекса, влечет предупреждение или наложение административного штрафа на юридических лиц – от ста до двухсот минимальных размеров оплаты труда.

Согласно статье 2.1. КоАП РФ административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В силу ч.2 ст.2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению.

В нарушение указанных выше пожарных норм и правил, ГУПЭП «Маркоммунэнерго» в лице филиала «Волжские тепловые сети» не обеспечено соблюдение требований пожарной безопасности, объективных обстоятельств, препятствующих выполнению заявителем своих обязанностей по соблюдению действующего законодательства в ходе рассмотрения дела не установлено.

Таким образом, заявитель правомерно привлечен к административной ответственности по ч.1 ст.20.4 КоАП РФ за совершение указанных правонарушений, вина в совершении правонарушения в действиях юридического лица доказана.

Каждого из установленных и подтвержденных материалами дела нарушений достаточно для квалификации по ч.1 ст. 20.4 КоАП РФ.

Таким образом, арбитражным судом признается установленным и доказанным совершение обществом правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.20.4 КоАП РФ и выражающегося в нарушении требований пожарной безопасности, установленных стандартами, нормами и правилами.

Административным органом при назначении наказания учтен характер и степень общественной опасности правонарушения и назначено наказание в виде минимального размера штрафа, установленного санкцией ч.1 ст.20.4 КоАП РФ. Оснований для применения наказания в виде санкции меньшего размера, а также применения малозначительности, с учетом количества и тяжести допущенных нарушений, а также занятой заявителем позиции по делу, заключающейся в том, что пожарные нормы и правила, установленные ППБ 01-03, НПБ 104-03, на него не распространяются, арбитражным судом не установлено. Мера ответственности в виде административного штрафа в размере 100 МРОТ (10000 руб.), примененная административным органом, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного административного правонарушения.

Таким образом, административный орган правильно признал ГУПЭП «Маркоммунэнерго» в лице филиала «Волжские тепловые сети» виновным в совершении административного правонарушения по ч.1 ст.20.4 КоАП РФ, состав которого подтверждается фактическими обстоятельствами дела, протоколом, составленным в соответствии с требованиями административного законодательства, актом по результатам мероприятий по контролю, иными доказательствами, представленными арбитражному суду.

Изложенное позволяет заключить, что постановление от 01.07.2005 г. №124 о наложении административного взыскания за нарушение требований в области пожарной безопасности о привлечении ГУПЭП «Маркоммунэнерго» в лице филиала «Волжские тепловые сети» к административной ответственности по ч.1 ст.20.4 КоАП РФ вынесено в соответствии с законом.

На основании п. 3 ст. 211 АПК РФ в случае, если при рассмотрении заявления об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности арбитражный суд установит, что решение административного органа о привлечении к административной ответственности является законным и обоснованным, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требований заявителя. Следовательно, арбитражный суд отклоняет незаконное требование коммерческой организации.

Государственная пошлина по настоящему делу взысканию не подлежит, так как согласно ч.4 ст.208 АПК РФ заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается.

Резолютивная часть решения по делу объявлена 07.09.2005 г. Решение в полном объеме изготовлено 09.09.2005 г., что в соответствии с частью 2 статьи 176 АПК РФ считается датой его принятия.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.167-170, 211 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Отказать полностью в удовлетворении требования заявителя, ГУПЭП «Маркоммунэнерго» в лице филиала «Волжские тепловые сети» о признании незаконным и об отмене полностью постановления Отдела государственного пожарного надзора г. Волжска №124 от 01.07.2005 г. о привлечении к административной ответственности по части 1 статьи 20.4 КоАП РФ и о наложении административного наказания в виде штрафа в сумме 10000 руб.

Решение может быть обжаловано в течение десяти дней со дня его принятия в арбитражный суд апелляционной инстанции.

Судья/Ю.А. Вопиловский/