Гражданский кодекс часть 1

акционерного общества «РУСАЛ САЯНОГОРСКИЙ АЛЮМИНИЕВЫЙ ЗАВОД» (655603, ХАКАСИЯ РЕСПУБЛИКА, ГОРОД САЯНОГОРСК, ТЕРРИТОРИЯ ПРОМПЛОЩАДКА, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 12.08.2002, ИНН: <***>)

к ответчикам

публичному акционерному обществу «ЮНИПРО» (628406, ХАНТЫ-МАНСИЙСКИЙ АВТОНОМНЫЙ ОКРУГ - ЮГРА АВТОНОМНЫЙ ОКРУГ, <...>, СООРУЖЕНИЕ 34, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 04.03.2005, ИНН: <***>)

акционерному обществу «СИСТЕМНЫЙ ОПЕРАТОР ЕДИНОЙ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ» (109074, МОСКВА ГОРОД, ПРОЕЗД КИТАЙГОРОДСКИЙ, 7, СТР.3, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 09.09.2002, ИНН: <***>)

акционерному обществу «АДМИНИСТРАТОР ТОРГОВОЙ СИСТЕМЫ ОПТОВОГО РЫНКА ЭЛЕКТРОЭНЕРГИИ» (123610 МОСКВА ГОРОД НАБЕРЕЖНАЯ КРАСНОПРЕСНЕНСКАЯ 12 ПОДЬЕЗД 7 ЭТАЖ 8, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 13.12.2007, ИНН: <***>)

ассоциации «НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ПАРТНЕРСТВО СОВЕТ РЫНКА ПО ОРГАНИЗАЦИИ ЭФФЕКТИВНОЙ СИСТЕМЫ ОПТОВОЙ И РОЗНИЧНОЙ ТОРГОВЛИ ЭЛЕКТРИЧЕСКОЙ ЭНЕРГИЕЙ И МОЩНОСТЬЮ» (123610 МОСКВА ГОРОД НАБЕРЕЖНАЯ КРАСНОПРЕСНЕНСКАЯ 12 ПОДЪЕЗД 7 ЭТАЖ 7-8, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 30.10.2002, ИНН: <***>)

о расторжении договора от 31.12.2010 № DPMC-S-20000537-OGKOMPIV-RUSALSAZ-0117-AD-01C-10, взыскании 91 022 079 руб. 87 коп.

третьи лица:

МИНИСТЕРСТВО ЭНЕРГЕТИКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ (109074 МОСКВА ГОРОД ПРОЕЗД КИТАЙГОРОДСКИЙ 7, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 24.06.2008, ИНН: <***>)

ФЕДЕРАЛЬНАЯ СЛУЖБА ПО ЭКОЛОГИЧЕСКОМУ, ТЕХНОЛОГИЧЕСКОМУ И АТОМНОМУ НАДЗОРУ (109147 МОСКВА ГОРОД УЛИЦА ТАГАНСКАЯ ДОМ 34 СТРОЕН 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.08.2004, ИНН: <***>)

в заседании приняли участие представители:

от истца – ФИО1 (дов-ть от 03.12.2018), ФИО2 (дов-ть от 14.02.2019 № РГМ-ДВ-19-0086), ФИО3 (дов-ть от 14.02.2019 № РГМ-ДВ-0084),

от ответчика ПАО «ЮНИПРО» – ФИО4 (дов-ть от 14.02.2019 №44), ФИО5 (дов-ть от 14.02.2019 №44), ФИО6 (дов-ть от 28.03.2018 № 68), ФИО7 (дов-ть от 23.07.2016 №316), ФИО8 (дов-ть от 28.03.2018 №68), ФИО9 (дов-ть от 14.02.2019 №44),

от ответчика АО «СО ЕЭС» –ФИО10 (доав-ть от 05.02.2016 № 01-8), ФИО11 (дов-ть от 16.09.2016 № 01-83),

от ответчика АО «АТС» – ФИО12 (дов-ть от 29.12.2018 № 01-07/18-119), ФИО13 (дов-ть от 29.12.2018 № 01-07/18-118)

от ответчика ассоциации «НП Совет рынка» - ФИО14 (дов-ть от 29.12.2018 № ср-07/18-223), ФИО15 (дов-ть от 29.12.2018 № ср-17/18-178),

от третьего лица Минэнерго России – ФИО16 (дов-ть от 01.02.2018 № А71-985/03),

от третьего лица Ростехнадзор – не явился, извещен

установил:

В Арбитражный суд г. Москвы обратилось АО «РУСАЛ Саяногорск» с иском к ответчикам ПАО «Юнипро», АО «СО ЕЭС», АО «АТС», ассоциации «НП Совет рынка», о расторжении договора о предоставлении мощности, взыскании 91 022 079 руб. 87 коп. неосновательного обогащения.

Истец сообщает, что в результате аварии на объекте генерации, принадлежащем ответчику ПАО «Юнипро», повлекшей утрату большей части оборудования, ответчик лишен возможности исполнять обязательства по договору, в связи с чем оснований для получения спорной денежной суммы, выплаченной истцом в исполнение договора, у ответчика не имелось.

Ответчики с требованиями не согласились, представили отзывы.

Ответчик ПАО «Юнипро» указывает, что проводит восстановительные работы, спорный договор отнесен правилами оптового рынка электрической энергии и мощности (далее также ОРЭМ) к существенным условиям договора о присоединении, интерес истца заключается в наличии на рынке определенного совокупного объема мощности, а не объема мощности конкретного производителя, оплата мощности осуществляется покупателем с целью получения электрической энергии, таким образом, по мнению ответчика, права истца ремонтом объекта генерации ответчика не нарушаются, ответчик не допускал существенных нарушений условий договора.

Ответчик АО «АТС» указал, что правовые основы организации ОРЭМ не предусматривают возможности отказа от участия в организованной системе договоров; спорный договор обеспечивает исполнение генерирующими компаниями своих инвестиционных обязательств по строительству новых и модернизации существующих генерирующих объектов, с возможностью в течение установленного срока получить компенсацию произведенных затрат в виде платы за поставленную мощность; нахождение объекта генерации в ремонте допустимо в силу нормативного регулирования, и свидетельствует о выполнении поставщиком своих обязательств по договору; поставка мощности происходит и в период нахождения объекта генерации в ремонте; авария не повлекла для истца таких последствий и ущерба, что он лишился того, на что вправе был рассчитывать при заключении договора; построив объект генерации и введя его в эксплуатацию, ПАО «Юнипро» выполнило основную обязанность по договору, ремонт оборудования свидетельствует о факте поставки мощности, которая оплачивается в течение определенного периода, но в меньшем размере.

Остальные ответчики и третье лицо Минэнерго России возражали по схожим основаниям, ссылаясь на нормативное регулирование организации ОРЭМ и поставки мощности и отсутствие нарушений прав и законных интересов истца.

Ответчик «НП Совет рынка» указал также, что договоры о предоставлении мощности призваны обеспечить права инвесторов, кредиторов и акционеров и создать приток инвестиций, путем создания благоприятных условий для строительства и эксплуатации новых мощностей, расторжение договора нарушит принципы, заложенные в принятый Правительством РФ механизм финансирования строительства новой генерации.

Изучив доводы и доказательства, суд установил следующее.

Истец является участником ОРЭМ на основании договора о присоединении к торговой системе оптового рынка (далее – договор о присоединении) от 31.03.2008 № 113-ДП/08.

Ответчик ПАО «Юнипро» является участником ОРЭМ на основании договора о присоединении от 31.03.2008 № 024-ДП/08, а также является субъектом электроэнергетики, осуществляющим деятельность по производству и продаже электрической энергии.

Между истцом (покупатель), ответчиком ПАО «Юнипро» (продавец), а также АО «СО ЕЭС», АО «АТС» и ассоциацией «НП Совет рынка» заключен договор от 31.12.2010 № DPMC-S-20000537-OGKOMPIV-RUSALSAZ-0117-AD-01C-10 (далее также – спорный договор), предметом которого является обязательство поставщика по поставке мощности и обязательство покупателя принимать и оплачивать мощность (п. 2.1).

Стороны договорились, что понятие «мощность» используется ими в том смысле и значении, как это определено в Правилах оптового рынка, при этом индивидуализации мощности как товара для цели ее поставки осуществляется путем признания продавцом обязательства по поставке мощности, произведенной только с использованием генерирующего оборудования, приведенного в приложении № 1 к договору (п. 1.5).

Объектом генерации является энергоблок № 3 Березовской ГРЭС установленной мощностью 800 МВт.

Период поставки мощности составляет 10 лет (п. 3.3, 3.4, 17.2), датой начала поставки является 01 ноября 2014 г., завершение периода поставки 31 октября 2024 г. Фактически объект генерации введен в эксплуатацию 22 сентября 2015 г.

1 февраля 2016 г. в котельном отделении электростанции произошло возгорание, в результате которого оборудованию и зданию причинен существенный ущерб, зафиксированный в Справке о характере повреждений конструкций и оборудования энергоблока № 3 «Березовской ГРЭС» филиала ПАО «Юнипро» - приложении № 2 к письму Ростехнадзора от 13.04.2017 № 00-07-04/631, а также в Акте расследования причин аварии комиссией Ростехнадзора от 25.04.2018 № 001.

В частности, в документах указаны повреждения строительных конструкций: деформации и разрушения несущих колонн, наклон или отсутствие подхребтовых балок, погибы хребтовых балок, деформации несущих элементов конструкций покрытия; а также повреждения оборудования, включая обрушения металлоконструкций основных меток котла.

Такие же повреждения зафиксированы в результате осмотра строительных конструкций специалистами ЗАО «Институт «Проектстальконструкция», которые установили отклонение котла энергоблока от проектного положения и пришли к выводам, что состояние конструкций энергоблока № 3, котла, площадок обслуживания и газоходов стабильное, требуется демонтаж кровли, частичная разборка верхней части конструкций котла, демонтаж кровли, замена колонн, балок, площадок.

В результате термического перегрева, пережога, деформаций и др. повреждений вследствие пожара поврежден паровой котел, повреждено или уничтожено котельно-вспомогательное оборудование, в т.ч. каркас, обмуровка котла и газоходы, пароводяная арматура, поверхности нагрева котла, трубопроводы и коллекторы, топочные устройства котла и топливопроводы, контрольные и управляющие устройства котельно-вспомогательного оборудования, арматура газомазутопроводов, управляющие устройства котла, оборудование топливоподачи и система пылеприготовления, трубопроводы общестанционные в т.ч. мазутопровод (Акт расследования причин № 001, раздел 4 Сведения о поврежденном или отказавшем тепломеханическо оборудовании) . Объем повреждений тепломеханического оборудования по результатам дефектации составил 11 335,57 т.

Согласно пояснительной записке ПАО «Юнипро» (исх. от 10.08.2017 № 20-1205), ссылка на которую содержится в решении ФАС России от 08.02.2018 по делу № 1-10-79/00-21-17 о нарушении антимонопольного законодательства, котел П-67 блока № 3 Энергоблока подвергся частичному списанию в размере 44,12% его стоимости.

Расследование причин аварии, произошедшей 1 февраля 2016 г., завершено 25 апреля 2018 г., сроки расследования продлевались приказами Енисейского управления Ростехнадзора по причине отсутствия доступа к очагу возгорания из-за наличия угрозы обрушения конструкций технологического оборудования и металлического корпуса здания котельного цеха.

Установив совокупность таких обстоятельств, как частичное списание оборудования без постановки на учет аналогичного списанному, и выплата полного страхового возмещения, комиссия ФАС России пришла к выводу о наличии признаков отсутствия основного энергетического оборудования энергоблока № 3.

Несмотря на наличие существенных повреждений, ПАО «Юнипро» не заявило системному оператору о необходимости проведения аттестации оборудования, в период с февраля по апрель 2016 г. подавало диспетчерские заявки с содержанием работ: «Выяснение и устранение причин аварийного отключения» со сроками 08.02.2016 – 29.02.2016, 01.03.2016 – 31.03.2016, 01.04.2016 – 30.04.2016, сообщая системному оператору (АО «СО ЕЭС ОДУ Сибири», что проведение и завершение ремонтно-восстановительных работ планируется до конца 2016 г. (исх. ПАО «Юнипро» от 17.02.2016 № 25-655).

Заявки согласовывались системным оператором без замечаний.

С 1 мая 2016 г. по 30 апреля 2017 г. ПАО «Юнипро» подало, а системный оператор согласовал без замечаний 12 диспетчерских заявок с формулировкой содержания работ «Проведение аварийно-восстановительного ремонта», каждая из которых предусматривала месячный срок ремонта.

Также ПАО «Юнипро» предприняло попытки согласования вывода объекта в плановый капитальный ремонт с корректировкой месячного графика ремонта (исх. от 09.02.2016 № 25-253), однако Минэнерго России сообщило, что АО «СО ЕЭС» должны согласовывать с ПАО «Юнипро» только внеплановый аварийный ремонт энергоблока № 3 (исх. от 07.04.2016 № ЧА-3638/10). АО «СО ЕЭС» также отказало в удовлетворении заявки ПАО «Юнипро» о включении капитального ремонта объекта в годовой график ремонтов, предусматривающий вывод объекта в капитальный ремонт в период с 05.07.2017 по 31.12.2017 (исх. АО «СО ЕЭС» от 25.05.2016).

Как указано в решении ФАС России, в случае согласования АО «СО ЕЭС» вывода оборудования в плановый ремонт, полученная ПАО «Юнипро» от потребителей оплата мощности составила бы около 7 млрд. руб. за 180 дней.

ФАС России пришла к выводу о недобросовестности действий ПАО «Юнипро», направленных на вывод оборудования в плановый ремонт и тем самым увеличение платежей за мощность. Располагая сведениями о признаках отсутствия основного энергетического оборудования и фактической неработоспособности энергоблока, ПАО «Юнипро» не уведомило АО «СО ЕЭС» об изменениях параметров генерирующего оборудования, а системный оператор не инициировал процедуру проведения тестирования оборудования для целей аттестации.

В свою очередь, АО «СО ЕЭС» в течение 9 месяцев рассчитывало предельный объем мощности генерирующего оборудования в соответствии с п. 54 Правил ОРЭМ, что привело к переплате для потребителей по договорам о предоставлении мощности (далее также ДПМ), заключенным с ПАО «Юнипро», более 950 млн. руб.

Комиссия ФАС России признала в указанных действиях ПАО «Юнипро», выразившихся в подаче заявки на вывод оборудования, поврежденного в результате аварии и не способного осуществлять поставку мощности и выработку энергии, в плановый ремонт; в направлении недостоверных сведений в адрес АО «СО ЕЭС» относительно сроков восстановления работоспособности генерирующего оборудования, нарушения ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции, что привело (могло привести) к ущемлению интересов потребителей электрической энергии (мощности) ОРЭМ (п. 3 решения).

В дальнейшем в ходе судебного разбирательства по заявлению АО «СО ЕЭС» и ПАО «Юнипро» о признании указанного решения незаконным, ФАС России заключила мировое соглашение, в котором признало, что оснований для вывода об утрате оборудования не имелось, а ПАО «Юнипро» было вправе получать оплату за мощность до момента проведения внеочередной аттестации генерирующего оборудования.

Требования о необходимости подтверждения мощности генерирующего оборудования энергоблока направлено системным оператором 29 июля 2016 г., с 1 ноября 2016 г. по причине не проведения тестирования предельная величина поставки была определена равной нулю.

В период с 01.02.2016 по 31.10.2016 ПАО «Юнипро» получило от истца плату за мощность в размере 91 022 079,87 руб., что подтверждается счетами-уведомлениями АО «ЦФР». Акты приема-передачи мощности за указанный период истцом не подписывались, направлялись мотивированные отказы от подписания в связи с отсутствием фактической поставки по причине аварии, оплата производилась путем автоматического списания денежных средств с торгового счета в порядке пп. 20.12 – 20.12 Регламента финансовых расчетов на ОРЭМ.

В связи с неисполнением ответчиком обязательств по спорному договору в течение длительного времени, истец направил требования о расторжении договора и возврате неосновательного обогащения. Ответчики оставили требования без удовлетворения.

Истец просит расторгнуть спорный договор и взыскать неосновательное обогащение.

Суд признает исковые требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Стороны настоящего спора являются участниками гражданского оборота, в связи с чем спорные отношения регулируются общими положениями обязательственного права, в т.ч. об исполнении и прекращении обязательств, а также специальными нормами, регулирующими отношения участников ОРЭМ, основные из которых содержатся в Федеральном законе от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» (далее также – Закон об электроэнергетике) и Правилах оптового рынка электрической энергии и мощности, утв. постановлением Правительства РФ от 27.12.2010 № 1172 (далее также – Правила).

ОРЭМ - сфера обращения особых товаров - электрической энергии и мощности в рамках Единой энергетической системы России с участием крупных производителей и крупных покупателей электрической энергии и мощности, а также иных лиц, получивших статус субъекта оптового рынка и действующих на основе правил оптового рынка.

Субъекты оптового рынка - юридические лица, получившие право участвовать в отношениях, связанных с обращением электрической энергии и (или) мощности на оптовом рынке.

На оптовом рынке действует организованная система договоров между субъектами оптового рынка, определяющая основные условия деятельности соответствующих субъектов на оптовом рынке, условия продажи электрической энергии и мощности, оказания услуг. Перечень, система и порядок заключения обязательных для участников оптового рынка договоров определяются правилами оптового рынка (п. 1 ст. 32 Закона об электроэнергетике).

К указанной системе договоров относится в т.ч. договор поставки мощности, заключение которого является обязательным для покупателей электрической энергии - субъектов оптового рынка (абз. 2 п. 1 ст. 32 Закона об электроэнергетике).

Функционирование коммерческой инфраструктуры оптового рынка обеспечивают следующие организации: совет рынка; коммерческий оператор оптового рынка; иные организации, на которые в соответствии с договором о присоединении к торговой системе оптового рынка советом рынка возложены функции обеспечения коммерческой инфраструктуры.

Присоединение к ОРЭМ происходит по решению наблюдательного совета рынка путем включения в реестр субъектов оптового рынка и заключения договора о присоединении к торговой системе оптового рынка.

Стороны настоящего спора относятся к субъектам ОРЭМ, включены в реестр, с ними заключены договоры о присоединении к торговой системе

Существенным условием договора о присоединении к торговой системе являются виды договоров, заключаемых на оптовом рынке для обеспечения купли-продажи электрической энергии и (или) мощности.

Одним из таких договоров является договор купли-продажи (поставки) мощности (пп. 3 п. 40 Правил, п. 12.1 договора о присоединении).

Как указано в п. 42 Правил, под мощностью понимается особый товар, продажа которого влечет возникновение у участника оптового рынка обязательства по поддержанию принадлежащего ему на праве собственности или на ином законном основании генерирующего оборудования в состоянии готовности к выработке электрической энергии, в том числе путем проведения необходимых для этого ремонтов генерирующего оборудования, и возникновение соответствующего указанному обязательству у иных участников оптового рынка права требовать его надлежащего исполнения в соответствии с условиями заключенных договоров купли-продажи (поставки) мощности.

Форма договора предоставления мощности разработана НП «Совет рынка» на основании п. 41 Правил.

Договор купли-продажи (поставки) мощности предусматривает условия, касающиеся сроков начала продажи мощности каждого из указанных в таком договоре генерирующих объектов, технические характеристики (параметры) генерирующего оборудования.

Договоры заключаются между покупателями, организациями коммерческой и технологической инфраструктуры оптового рынка и генерирующими компаниями оптового рынка, созданными на основании решений Правительства Российской Федерации, в отношении генерирующих объектов, перечень которых определяется Правительством Российской Федерации (пп. 10 п. 4 Правил). Перечень генерирующих объектов, с использованием которых осуществляется поставка по ДПМ, и их параметры, утверждены распоряжением Правительства РФ от 11.08.2010 № 1334-р.

Способы определения объема и цены поставки мощности установлены в п. 124 Правил: объем покупки соответствует части объема мощности каждого генерирующего объекта в соответствующем месяце по указанным договорам в указанной ценовой зоне, пропорциональной разности объема фактического пикового потребления и объема пикового потребления, обеспечиваемого покупкой мощности по регулируемым договорам.

Предельный срок поставки мощности по ДПМ установлен в п. 119 Правил: период поставки мощности генерирующего объекта по договорам о предоставлении мощности заканчивается по истечении 120 месяцев с даты начала исполнения обязательств по поставке мощности.

Таким образом, существующая на ОРЭМ модель торговли мощностью предполагает обязанность всех покупателей электрической энергии в определенной ценовой зоне заключать ДПМ со всеми собственниками генерирующих объектов, включенных в утвержденный перечень. При этом покупатель электроэнергии может в конечном счете и не приобретать электроэнергию, произведенную тем поставщиком, с которым заключен ДПМ.

Как указывают ответчики, торговля мощностью призвана обеспечить инвестирование собственниками генерирующих компаний, созданных в результате реформирования РАО ЕЭС, в строительство (реконструкцию) объектов генерации, необходимых для стабильного функционирования единой энергетической системы, обеспечивая возврат капитальных и эксплуатационных затрат.

Суд соглашается с данной формулировкой правовой природы ДПМ, содержащейся в приложении к отзыву ответчика ассоциации «НП Совет рынка», так как спорный договор по своей правовой природе к договорам купли-продажи (поставки) не относится.

Электрическая мощность является физической величиной, характеризующей способность оборудования создавать, передавать, потреблять или преобразовывать определенное количество электрической энергии в единицу времени.

Мощность не обладает свойствами товара, в т.ч. «особого» товара, и не относится к объектам гражданских прав, не обладает свойствами оборотоспособности, не может отчуждаться от одного лица к другому и в силу физических свойств не может передаваться от одного объекта к другому.

Договор предоставления мощности не является договором поставки, в т.ч. и в виде составной части смешанного договора.

Мощность является характеристикой физических свойств объекта, но не является его принадлежностью или составной частью. Свойства окружающего мира описываются физическими законами, а не создаются нормативным регулированием.

Правовая природа договора поставки мощности заключается в компенсации всеми покупателями электрической энергии на оптовом рынке капитальных (инвестиционных) затрат и эксплуатационных расходов собственникам генерирующих установок в течение определенного периода.

С помощью механизма торговли мощностью реализуется решение задачи создания благоприятных условий инвесторам, кредиторам и акционерам генерирующих компаний, для строительства и эксплуатации новых мощностей путем перераспределения затрат на создание и эксплуатацию с собственников генерирующего оборудования, в т.ч. за счет доходов от использования оборудования по прямому назначению для создания и продажи электроэнергии или привлечения заемных средств, на потребителей энергии путем прямого возмещения в виде платы по ДПМ, и дальнейшего перераспределения в виде заложенной в цене товаров и услуг себестоимости производства.

По мнению ответчиков, механизм торговли мощностью предполагает обязательство всех производителей обеспечивать совокупный объем мощности на рынке, и обязательства покупателей оплачивать соответствующие их доле расходы на поддержание генерирующего оборудования в состоянии готовности к выработке в границах ценовой зоны, в связи с чем рынок мощности имеет смысл, если каждый покупатель несет свою часть расходов на содержание совокупного объема генерирующих мощностей.

Вместе с тем, как указывают сами ответчики, отношения между участниками ОРЭМ регулируются гражданско-правовыми договорами.

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. К обязательствам, возникшим из договора, применяются общие положения об обязательствах (ст. 307 – 419 ГК РФ), если иное не предусмотрено правилами главы 27 ГК РФ и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ (п. 1, 3 ст. 420 ГК РФ).

Договор не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (п. 3 ст. 308 ГК РФ).

Таким образом, спорный договор, заключенный между истцом и ответчиками, создает обязательства только для его сторон.

По условиям спорного договора и п. 42 Правил, истец принял обязательство производить оплату в порядке, предусмотренном договором, договором о присоединении и регламентами оптового рынка, а ответчик ПАО «Юнипро» – обязательство по поддержанию генерирующего оборудования в состоянии готовности к выработке электрической энергии, в том числе путем проведения необходимых для этого ремонтов генерирующего оборудования.

Таким образом, по смыслу п. 3 ст. 308 ГК РФ, обязательство ПАО «Юнипро» по спорному договору относятся именно к указанной стороне договора и именно в отношении оборудования, приведенного в приложении к договору – энергоблоку № 3 Березовоской ГРЭС, а не в отношении совокупности производителей электрической энергии и генерирующих мощностей на ОРЭМ.

В целях поставки на оптовом рынке мощности в объеме, равном предельному объему поставки мощности, определенному по итогам аттестации, участники оптового рынка обязаны поддерживать генерирующее оборудование в состоянии готовности к выработке электрической энергии (п. 47 Правил).

При невыполнении указанных требований объем мощности, поставленный на оптовый рынок, определяется в соответствии с пунктом 51 Правил.

Генерирующее оборудование признается готовым к выработке электрической энергии, если: системным оператором подтверждено, что обеспечена возможность использования генерирующего оборудования, что в отношении генерирующего оборудования участником оптового рынка выполнены технические требования к системе связи, участником оптового рынка обеспечена работа генерирующего оборудования в соответствии с заданным системным оператором технологическим режимом работы генерирующих объектов (п. 48 Правил).

Оборудование объектов электроэнергетики, принятых в эксплуатацию, может находиться в одном из четырех эксплуатационных состояний: работа, резерв, ремонт, консервация (п. 48 Правил оперативно-диспетчерского управления в электроэнергетике, утв. постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 854 в ред. от 11.08.2014, действующей в спорный период).

При этом вывод объектов электроэнергетики в ремонт и из эксплуатации регламентирован в Правилах вывода объектов электроэнергетики в ремонт и из эксплуатации, утв. постановлением Правительства РФ от 26.07.2007 N 484, которыми определяются условия и порядок временной остановки работы объектов электроэнергетики, осуществляемой в целях проведения комплекса технических мероприятий, направленных на поддержание или восстановление исправного состояния указанных объектов.

Согласно Правилам, ремонт электрооборудования осуществляется на основании годовых и месячных графиков, разрабатываемых и утверждаемых субъектом оперативно-диспетчерского управления на основании результатов рассмотрения предложений о выводе в ремонт объектов диспетчеризации, поданных в уполномоченные диспетчерские центры.

Таким образом, законодательно регламентирован порядок вывода объектов в текущий, плановый, внеплановый, аварийный и капитальный виды ремонта.

Ремонт, вызванный необходимостью устранения причин аварии, произошедшей на энергоблоке Березовской ГРЭС, не относится к плановым видам ремонта.

Аварийный ремонт проводится в случае необходимости проведения аварийно-восстановительных работ, предотвращения аварийных ситуаций на генерирующих установках и других негативных последствий, способных привести к нарушению пределов их безопасной эксплуатации. Указанный вид ремонта проводится на основании внеплановых диспетчерских заявок, при возникновении в процессе эксплуатации оборудования причин, которые невозможно было предвидеть на этапе формирования сводного месячного графика ремонта.

Как установлено в решении ФАС России, в период с февраля по апрель 2016 г. ПАО «Юнипро» подало системному оператору три диспетчерские заявки с содержанием работ: «Выяснение и устранение причин аварийного отключения», а с мая 2016 г. по апрель 2017 г. включительно еще 12 диспетчерских заявок с формулировкой содержания работ «Проведение аварийно-восстановительного ремонта», каждая из которых предусматривала месячный срок ремонта, и предприняло попытки согласования вывода объекта в плановый капитальный ремонт с корректировкой месячного графика ремонта.

Из письма Минэнерго России от 07.04.2016 № ЧА-3638/10 следует, что заявки на внеплановый ремонт со сроком проведения до завершения аварийно-восстановительных работ, не подавались.

Так как в результате аварии объект генерации утратил способность вырабатывать электроэнергию, восстановление работоспособности оборудования потребовало проведения аварийно-восстановительных работ, связанных с частичным демонтажем строительных конструкций, замены элементов котла и уничтоженного технологического оборудования, поименованного в акте расследования, расходы на которые сопоставимы со стоимостью строительства объекта, возможность исполнять обязательства по спорному договору, а именно поддерживать генерирующее оборудование в состоянии готовности к выработке электрической энергии, ответчиком утрачена.

Вышеперечисленные аварийно-восстановительные работы не относятся к видам ремонта, определяющим одно из эксплуатационных состояний оборудования.

При существенном нарушении договора другой стороной договор может быть расторгнут по решению суда по требованию одной из сторон. При этом существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора (п. 2 ст. 450 ГК РФ).

Неисполнение обязательств по договору является существенным нарушением его условий и основанием для расторжения договора.

Возражение ответчиков о том, что работоспособность оборудования конкретного поставщика не имеет ценности для покупателя на ОРЭМ, так как обязанность поддерживать генерирующее оборудование в состоянии готовности к выработке электроэнергии исполняется одновременно всеми производителями в пользу всех покупателей, а обязанность поставщика считается исполненной после ввода оборудования в эксплуатацию, и ДПМ не содержит требований по сохранению объекта в первоначально введенном в эксплуатацию виде, суд отклоняет.

Так как участники ОРЭМ признают, что их отношения регулируются гражданско-правовыми договорами, неисполнение обязательства стороной двухстороннего договора (двухстороннего в части обязательств оплаты и встречного предоставления) не может не признаваться существенным нарушением его условий. В противном случае, договор, обязательства исполнителя по которому не влияют на обязательства заказчика, в частности, на обязательство оплачивать исполнение, или не является гражданско-правовым, так как не регулируется гражданским законодательством (ст. 2 ГК РФ), и передаваться или соответствующие положения договора подлежат оценки по правилам пар. 2 гл. 9 ГК РФ.

Как суд указал ранее, гражданско-правовой договор не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон. Субъекты электроэнергетики выбрали именно такой способ оформления отношений участников ОРЭМ, как двухсторонний договор, отношения сторон по которому регулируются общей частью обязательственного права. Правилами ОРЭМ (п. 42) установлено именно такое обязательство поставщика - поддержание генерирующего оборудования в состоянии готовности к выработке электрической энергии, которое в данном случае не исполняется.

При этом приостановление обязательства кредитора по оплате неполученного исполнения до возобновления исполнения обязательств должника по смыслу ст. 328 ГК РФ не влияет на право стороны, не получающей исполнения, требовать расторжения договора при существенном нарушении договора другой стороной.

Доводы о необходимости сохранения договора в целях обеспечения реализации установленных Правительством РФ целей обеспечения роста экономики суд отклоняет, так как указанные цели заключения договора не исключают обязанности по его исполнению всеми участниками.

Право стороны договора требовать его расторжения при существенном нарушении договора установлено гражданским кодексом, который не содержит запрета на расторжение договора, заключенного в обязательном порядке (ст. 445 ГК РФ).

Обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона (ст. 309 ГК РФ).

Исполнение обязательства поставщика по продаже (поставке) мощности и передача мощности поставщиком покупателю, а также исполнение покупателем обязательства по приему мощности от поставщика осуществляются в объеме, фактически поставленном данным поставщиком на оптовый рынок.

Факт поставки мощности поставщиком покупателю и принятия мощности покупателем от поставщика в течение расчетного периода, а также объем поставленной и подлежащей оплате мощности удостоверяются путем составления и подписания уполномоченными представителями поставщика и покупателя по итогам поставки мощности за истекший расчетный период акта приема-передачи мощности на основании полученного от системного оператора подтверждения объема мощности, фактически поставленной на оптовый рынок данным поставщиком. Порядок составления указанного акта, а также его форма устанавливаются договором о присоединении к торговой системе оптового рынка (п. 42 Правил).

Предельный объем поставки мощности на оптовый рынок в отношении генерирующего оборудования определяется по результатам аттестации этого генерирующего оборудования, осуществляемой системным оператором (п. 43 Правил).

В случае изменения установленной мощности генерирующего оборудования в случаях, указанных в п. 44 Правил, в т.ч. при невыполнении непрерывно в течение более 6 месяцев участником оптового рынка обязательств и в случае изменения установленной мощности генерирующего оборудования в результате действия обстоятельств непреодолимой силы предельный объем поставки мощности определяется на основании аттестации по результатам тестирования, проводимого системным оператором.

Основания инициирования Системным оператором процедуры тестирования генерирующего оборудования для целей аттестации установлены в приложении № 10.2 к договору о присоединении. В частности, одним из оснований является выявление фактического отсутствия основного энергетического оборудования по результатам осуществляемого АО «СО ЕЭС» мониторинга фактического эксплуатационного состояния генерирующего оборудования (пп. «в» п. 5.1 Регламента аттестации генерирующего оборудования).

При выявлении указанных обстоятельств (фактическое отсутствие основного энергетического оборудования) значение предельного объема мощности генерирующего оборудования, начиная с текущего месяца, устанавливается равным нулю (п. 6.4.1 Регламента аттестации генерирующего оборудования).

По роду своей деятельности Системный оператор располагал необходимой информацией о характере и масштабах аварии, в связи с чем имел основания для проверки обстоятельств наличия или отсутствия основного энергетического оборудования и инициирования процедуры его тестирования для целей аттестации.

Участники ОРЭМ обязаны предоставлять Системному оператору условно постоянные данные по генерирующему оборудованию, в т.ч. по его номинальной мощности (п. 2.1 Технических требований к генерирующему оборудованию).

Установленная (номинальная) мощность определяется как активная мощность, с которой электроустановка может работать неограниченное время, при номинальных основных параметрах (п. 11 Технических требований к генерирующему оборудованию).

Так как в результате аварии номинальная мощность энергоблока изменилась, ПАО «Юнипро» обязано было направить Системному оператору соответствующее уведомление об изменении параметров генерирующего оборудования (п. 3 Регламента определения объемов мощности – приложение № 13 к договору о присоединении).

В случае исполнения возложенных на него обязанностей по мониторингу фактического эксплуатационного состояния оборудования, Системный оператор должен был установить значение предельного объема мощности объекта генерации равным нулю начиная с февраля 2016 г., а не в октябре 2016 г.

Вместе с тем, на основании информации, содержащейся в письме ПАО «Юнипро» от 17.02.2016 № 25-655 о сроках проведения ремонтно-восстановительных работ до конца 2016 г., Системный оператор, несмотря на ее явную недостоверность, располагая сведениями о неработоспособности оборудования, имея представление об объемах и сроках мероприятий по его восстановлению, согласовывал заявки на проведение работ по выяснению и устранению причин аварийного отключения и проведение аварийно-восстановительного ремонта, каждая из которых предусматривала месячный срок ремонта.

Указанные действия привели к необоснованному получению платы по спорному договору, которая в период с февраля по октябрь 2016 г. составила 91 022 079,87 руб.

При этом состояние оборудование до аттестации, в результате которой начисление платежей по договору было прекращено, и после нее, не изменилось, в связи с чем довод ответчиков о том, что в спорный период объем фактически поставленной мощности оборудования превышал нулевое значение, не соответствует фактическим обстоятельствам.

В случае, когда до расторжения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (п. 4 ст. 453 ГК РФ).

Лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). Указанное правило подлежит применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (ст. 1102, 1103 ГК РФ).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое ссылается как на основание своих требований и возражений (ст. 65 АПК РФ).

Представленными доказательствами подтверждаются наличие существенного нарушения договора ответчиком ПАО «Юнипро» в виде его неисполнения и получение неосновательного обогащения в виде оплаты по договору без предоставления встречного исполнения.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, требования о расторжении договора и взыскании неосновательного обогащения суд удовлетворяет в полном объеме на основании ст. 8, 12, 307-309, 450, 453, 1102, 1103 ГК РФ.

Государственная пошлина согласно ст. 110 АПК РФ относится на ответчика.

Руководствуясь ст. 9, 65, 71, 75, 102, 110, 167-171 АПК РФ, суд

решил:

Иск акционерного общества «РУСАЛ САЯНОГОРСКИЙ АЛЮМИНИЕВЫЙ ЗАВОД» к ответчикам публичному акционерному обществу «ЮНИПРО», акционерному обществу «СИСТЕМНЫЙ ОПЕРАТОР ЕДИНОЙ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЙ СИСТЕМЫ», акционерному обществу «АДМИНИСТРАТОР ТОРГОВОЙ СИСТЕМЫ ОПТОВОГО РЫНКА ЭЛЕКТРОЭНЕРГИИ», ассоциации «НЕКОММЕРЧЕСКОЕ ПАРТНЕРСТВО СОВЕТ РЫНКА ПО ОРГАНИЗАЦИИ ЭФФЕКТИВНОЙ СИСТЕМЫ ОПТОВОЙ И РОЗНИЧНОЙ ТОРГОВЛИ ЭЛЕКТРИЧЕСКОЙ ЭНЕРГИЕЙ И МОЩНОСТЬЮ», о расторжении договора, взыскании 91 022 079 руб. 87 коп. удовлетворить.

Расторгнуть договор от 31.12.2010 № DPMC-S-20000537-OGKOMPIV-RUSALSAZ-0117-AD-01C-10.

Взыскать с публичного акционерного общества «ЮНИПРО» в пользу акционерного общества «РУСАЛ САЯНОГОРСКИЙ АЛЮМИНИЕВЫЙ ЗАВОД» 91 022 079 (девяносто один миллион двадцать две тысячи семьдесят девять) руб. 87 коп. неосновательного обогащения, а также взыскать 206 000 (двести шесть тысяч) руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в срок, не превышающий месяца со дня его принятия.

Судья Козлов В.Ф.