Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по заявлению Акционерного общества «Руст Россия», зарегистрированного 27.03.2003 г. с присвоенным идентификационным номером налогоплательщика: 7705492717 и расположенного по адресу: Енисейская ул., д. 1, стр. 1, <...>

к Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 3, зарегистрированной 23.12.2004 г. с присвоенным идентификационным номером налогоплательщика: 7702246311 и расположенного по адресу: ФИО1 ул., д. 66, стр. 1, <...>

о признании частично недействительным Решения №18-14/3/98 от 17.03.2015 г.

при участии:

от заявителя: ФИО2 (дов. № 320-2017/РР от 20.01.2017 г.);

от заинтересованного лица: ФИО3 (дов. № 01-17/011 от 25.01.2017 г.), ФИО4 (дов. № 01-17/007 от 25.01.2017).

УСТАНОВИЛ:

Акционерное общество «Руст Россия» (далее также — заявитель, общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с требованием к Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 3 (далее также — заинтересованное лицо, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным Решения №18-14/3/98 от 17.03.2015 г. в части доначисления суммы налога на прибыль в размере 31 848 484,00 р., начисления пени в размере 5 613 104,00 р., штрафа в размере 6 112 092,00 р., а также уменьшения убытка по налогу на прибыль организаций за 2011 г. на сумму 37 967 412,00 р., в связи с отказом в признании правомерным включения в состав расходов на оплату труда выплат сотрудникам при увольнении.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27 мая 2016 года заявление удовлетворено полностью; признано недействительным решение МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 3 от 17.03.2015 N 18-14/3/98 в части доначисления налога на прибыль организаций в размере 31.848.484 р., начисления пени в размере 5.613.104 р. и штрафа в размере 6.112.092 р., а также уменьшения убытка по налогу на прибыль организаций за 2011 год на сумму 37.967.412 р.

Не согласившись с решением суда первой инстанции заинтересованное лицо подало апелляционную жалобу в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 07 сентября 2016 года решение Арбитражного суда города Москвы от 27 мая 2016 года отменено, в удовлетворении заявления АО «Руст Россия» отказано полностью.

Не согласившись с решением суда первой инстанции заявитель подал кассационную жалобу в Арбитражный суд Московского округа.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20 декабря 2016 года, Решение Арбитражного суда города Москвы от 27 мая 2016 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 07 сентября 2016 года по делу отменены, а дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении заявитель подержал заявленное требование с учётом изменения предмета заявленного требования, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ и просит Признать недействительным решение № 18-14/3/98 от 17.03.2015 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части доначисления суммы налога на прибыль в размере 25 309 955,47 р., начисления пени в размере 5 004 410,95 р., штрафа в размере 5 061 991,09 р. а также уменьшения убытка по налогу на прибыль организаций за 2011 г. на сумму 27 126 150,25 р., в связи с отказом в признании правомерным включения в состав расходов на оплату труда выплат работникам при увольнении по соглашению сторон в размерах, кратных до 5 окладов/средних заработков.

Заявитель поддержал заявленное требование по доводам заявления в суд и письменных пояснений.

Заинтересованное лицо возразило против удовлетворения заявленного требования по мотивам отзыва и письменных пояснений.

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив, имеющиеся в деле документы, в том числе с учётом указаний данных судом кассационной инстанции, суд пришел к выводу об удовлетворении заявленного требования по следующим основаниям.

Так, из материалов дела следует, что МИ ФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 3 проведена выездная налоговая проверка АО «Руст Россия» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2011 по 31.12.2012.

По результатам проверки инспекцией вынесено решение №18-14/3/98 от 17.03.2015, которое было частично отменено, в результате апелляционного обжалования, решением ФНС России от 01 июля 2015 г. № СА-4-9/11500.

В соответствии с Решением инспекции (с учетом Решения ФНС России) заявителю: доначислена сумма налога на прибыль в размере 31 848 484 р.; привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 122 НК РФ, за неуплату или неполную уплату сумм налога в виде штрафа в размере 7 062 271 р.; начислены пени за просрочку исполнения обязанности по уплате налога в размере 5 613 104 р.; предложено уплатить вышеуказанные суммы налога, штрафа и пени, и внести необходимые исправления в документы бухгалтерского и налогового учета; уменьшены убытки по налогу на прибыль организаций за 2011 г. на сумму 37 967 412 р.

Не согласившись с решениями инспекции, налогоплательщик обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании ненормативного акта недействительным в указной части.

Суд пришёл к выводу об удовлетворении заявленного требования по следующим основаниям.

Так, в ходе выездной налоговой проверки Инспекцией установлено, что общество включило в состав расходов на оплату труда суммы произведенных выплат (компенсаций) по соглашению сторон при увольнении работников в 2011 году в размере 37 967 412 р., в 2012 году — 70 442 073,30 р.

Спорные выплаты были произведены при увольнении по соглашению сторон 455 работникам (в том числе в 2010 г. — 240 работникам, 2011 году — 60 работникам, в 2012 году — 155 работникам), а также в 2008 г. выплата была произведена генеральному директору ФИО5., который был уволен не по соглашению сторон, а по ст. 278 ТК РФ.

Из материалов дела видно, что увольнение 377 из 455 работников было связано с сокращением численности и штата в отдельных структурных подразделениях заявителя для сокращения расходов на оплату труда в тех структурных подразделениях, в которых, по мнению Общества, содержание определенных штатных единиц или должностей являлось неэффективным/перестало быть эффективным и не приносило результата для целей получения прибыли. То есть целью общества было не сокращение общей численности работников, а увольнение работников, занимающих определенные должности в отдельных структурных подразделениях (которые были не нужны ему для дальнейшего ведения хозяйственной деятельности), и последующее исключение данных должностей из штата Общества (т.е. оптимизация штата).

Заявителем в материалы дела представлены для подтверждения достижения цели - сократить определенные должности в отдельных структурных подразделениях, штатные расписания общества на 2009, 2010, 2011, 2012 и 2013 годы, которые охватывают периоды до начала увольнения работников и после увольнения работников, а также приказы о внесении изменений в штатные расписания, которые производились указанные периоды. Из указанных документов видно, что после увольнения работников штатные единицы (а в некоторых случаях и целые подразделения, в которых работали работники) были выведены из штатного расписания.

При определении оспариваемого размера выплат указанным работникам при увольнении, общество сопоставляло их с расходами, которые оно могло бы понести в случае увольнения данных работников по основанию, предусмотренному ч. 2 ст. 81 Трудового кодекса РФ (сокращение численности или штата), поскольку процедура увольнения работников, предусмотренная ст.ст. 179, 180, применяется ко всем случаям увольнения работников в связи с сокращением, даже если производится сокращение одного работника в конкретном структурном подразделении, и независимо от одновременного увеличения/изменения численности/штата работников в других структурных подразделениях.

Размер выплат работникам при увольнении по соглашению сторон, в отношении которых Общество оспаривает Решение Инспекции, составляет от 0,5 до 5 окладов.

Следует учитывать, что если бы общество увольняло этих работников по процедуре сокращения штата, то выплаты составили бы до 5 окладов/средних заработка, поскольку в соответствии со ст. 178 ТК РФ при расторжении трудовых договоров в связи с сокращением численности или штата организации: с момента уведомления работника до даты увольнения в течение 2-х месяцев работникам выплачивается заработная плата; а в случае увольнения работника по сокращению до истечения двухмесячного срока предупреждения об увольнении по сокращению, в соответствии со ст. 180 ТК РФ работнику выплачивается компенсация в размере среднего заработка работника, исчисленного пропорционально времени, оставшемуся до истечения срока предупреждения об увольнении; при увольнении выплачивается выходное пособие в размере среднего заработка, за второй и третий месяц трудоустройства после увольнения за работниками сохраняется право на получение среднего месячного заработка.

То есть спорные размеры выплат работникам либо значительно меньше, либо сопоставимы с обычными размерами выплат, на которые в соответствии с Трудовым кодексом РФ вправе были бы рассчитывать работники при увольнении по сокращению.

Суд также принимает довод заявителя о том, что, увольняя работников по соглашению сторон, Общество исключило свои риски, связанные с оспариванием работниками увольнения и возможным восстановлением их на работе.

Таким образом, экономическая обоснованность выплат работникам до 5-ти окладов заключалась в следующем.

Общество фиксировало выплаты работникам, связанные с увольнением (на уровне меньшем, чем это предусмотрено Трудовым кодексом РФ, или на сопоставимом уровне, не превышающем размеры выплат по ТК РФ);

Общество исключало возможные расходы, связанные с оспариванием работниками увольнения и возможным восстановлением их на работе (судебные расходы, командировочные расходы для участия представителей общества в судебных заседаниях вне региона нахождения, оплата компенсации за время вынужденного прогула и процентов за нарушение срока выплаты заработной платы в случае восстановления работника на работе, выплата работнику компенсации за причинение морального вреда и т.п.).

То есть оспариваемые выплаты были направлены не на личное обеспечение работников на период после их увольнения, а на минимизацию расходов, связанных с увольнением работников по причине необходимости сокращения численности и/или штата в отдельных структурных подразделениях организации.

Помимо увольнения работников в связи с сокращением, увольнение еще 1 работника в 2010 г. (Директора по развитию продаж ФИО6) было связано с необходимостью оптимизации расходов на оплату труда по данной должности. Общество предполагало уменьшить размер оплаты труда по данной должности. При отсутствии оснований, предусмотренных ст. 74 ТК РФ для изменения этого существенного условия трудового договора, а также при отсутствии добровольного согласия работника на такое изменение, выплата работнику при увольнении по соглашению сторон, по сути, являлась платой за согласие работника на расторжение трудового договора.

Экономическая обоснованность выплаты, произведенной обществом, заключается в следующем: работник увольнялся добровольно по соглашению сторон, что исключало риски общества, связанные с оспариванием работником увольнения и его восстановления на работе; у общества сохранилась возможность принять на указанную должность, но с меньшим размером оплаты труда, нового работника (такой возможности не было бы при сокращении); Общество получило экономию на зарплате (расчет приведен в настоящем пункте ниже): в результате увольнения директора по развитию продаж ФИО6 и приема на указанную должность другого работника с меньшим окладом экономия Общества на расходах по зарплате по данной должности только за период с 01.09.2010 по 31.12.2012 составила 1 960 000 руб. То есть сумма экономии превышает размер выплаты работнику при увольнении.

Так, заявителем представлен расчет экономии от уменьшения размера оплаты труда за период с 01.09.2010 (со следующего дня после даты увольнения работника) до 31.12.2011, из которого видно, что выплата при увольнении директора по развитию продаж ФИО6 в размере 1 500 000 рублей была экономически оправдана для общества

Кроме того, в 2012 году по соглашению сторон также был уволен генеральный директор Общества К.Радикати. Причиной увольнения работника явилось решение Совета директоров Общества. Однако, в целях исключения рисков судебных споров, связанных с увольнением генерального директора, и сохранения/поддержания деловой репутации Общества как работодателя, с работником была достигнута договоренность об увольнении по соглашению сторон (а не по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 278 ТК РФ) на условиях, предусмотренных соглашением сторон (соглашение от 30.03.2012 г. о прекращении трудовых отношений приложено к настоящим пояснениям). В соответствии сданным соглашением Общество обязалось произвести работнику выплату 10 903 656 руб. Однако, в целях исчисления налоговой базы по налогу на прибыль Общество включило в расходы на оплату труда не всю сумму выплаты, а только сумму, равную 3-м окладам генерального директора, на которую работник вправе был рассчитывать и которую Общество обязано было бы выплатить в соответствии со ст. 279 ТК РФ при увольнении по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 278 ТК РФ.

Выплата, произведенная обществом генеральному директору при увольнении по соглашению сторон и включенная в расходы на оплату труда, являлась по сути платой за добровольное согласие работника на расторжение трудового договора на условиях, удовлетворяющих интересам общества. При этом экономическая обоснованность выплаты при увольнении по соглашению сторон заключается в следующем: были исключены риски судебных споров, связанных с увольнением генерального директора, и соответствующих судебных расходов, а также отсутствие судебных и иных споров при увольнении руководителя Общества позволило сохранить/поддержать деловую репутацию как работодателя.

Размер выплаты, включенной налогоплательщиком в расходы на оплату труда, не превышает обычного размера выплаты, на которую в соответствии с Трудовым кодексом РФ вправе был бы рассчитывать руководитель общества при увольнении по основанию, предусмотренному п. 2 ст. 278 ТК РФ (в связи с принятием уполномоченным органом юридического лица решения о прекращении трудового договора).

Таким образом, выплата генеральному директору при увольнении по соглашению сторон в размере 3-х окладов (5 451 828 рублей) является экономически обоснованной и соответствующей требованиям ст. 252 НК РФ.

Также в 2008 году был уволен генеральный директор общества ФИО5 в связи с принятием уполномоченным органом решения о прекращении трудового договора с ним (по п. 2 ст. 278 ТК РФ), то есть основанием увольнения работника было не соглашение сторон (основание увольнения указано в приказе №873-к от 09.10.2008 г., т. 3 л.д. 56). Общество включило в расходы на оплату труда для целей налога на прибыль не всю сумму, выплаченную работнику при увольнении, а только сумму в размере 1 265 526,60 р., что составляет 2,4 оклада работника. Данная выплата была включена в расходы не на основании соглашения сторон, а в соответствии с законодательством - на основании прямого указания ст. 279 ТК РФ. То есть данная выплата прямо предусмотрена законодательством. Решение инспекции не содержит обоснования признания данной выплаты неправомерной и исключения её из расходов Общества на оплату труда.

Также из материалов дела видно, что увольнение еще 76-и работников, выплаты в отношении которых оспаривает заявитель, было связано с необходимостью замены неэффективных работников. Общество не могло их уволить по процедуре сокращения, поскольку на указанные штатные единицы планировалось принять новых работников. Поэтому, как указывает заявитель, он был вынужден договариваться с работниками об увольнении по соглашению сторон и выплаты, которые были произведены этим работникам при увольнении, являлись платой за согласие работников на расторжение трудового договора.

Экономическая обоснованность выплат указанным работникам (с целью их увольнения и последующей замены другими работниками) заключается в следующем:

- работники увольнялись добровольно по соглашению сторон, что исключало риски работодателя, связанные с оспариванием работниками увольнения и их восстановления на работе;

- у общества сохранилась возможность принять на указанные должности новых, более эффективных работников (такой возможности не было бы при сокращении);

- заменяя указанных работников, общество, как оно указало, преследовало цель повысить эффективность расходов общества на оплату труда (при том же уровне заработной платы, Общество принимало на работу более эффективных работников, поскольку, как указал заявитель, прежние работники относились к работе формально, не проявляли должной заинтересованности в результате своей работы).

Таким образом, выплаты указанным работникам являются экономически обоснованными для Общества и соответствуют требованиям ст. 252 НК РФ.

Также согласно позиции Верховного суда РФ, изложенной в Определениях № 305-КГ16-5939 от 23.09.2016, № 305-КГ16-18369 от 27.03.2017, для признания экономически оправданными расходами производимые налогоплательщиком выплаты работникам при расторжении трудовых договоров по соглашению сторон, достаточно установить достижение цели - фактическое увольнение конкретного работника, а также соблюдение баланса интересов работника и работодателя, при котором выплаты направлены на разрешение возможной конфликтной ситуации при увольнении и не служат исключительно цели личного обогащения увольняемого работника. Факты увольнения вышеуказанных работников подтверждаются приказами об их увольнении, имеющимися в материалы дела (т. 4, т. 14 л.д. 1 - 102). Доказательств того, что трудовые отношения с работниками фактически не были прекращены, а также что выплаты при увольнении служат исключительно цели личного обогащения увольняемых работников, инспекцией в материалы дела не представлено.

Таким образом, следует вывод, что все оспариваемые обществом размеры выплат были определены не произвольно, а на основании тех выплат, на которые вправе были рассчитывать работники в соответствии с Трудовым кодексом (размеры этих выплат были определены Обществом как максимальные). Все оспариваемые выплаты ибо меньше, либо не превышают размеры выплат, предусмотренные законодательством (сопоставимы с ними).

Верховный Суд РФ, в указанных судебных актах также отметил, что лишь при значительном размере таких выплат, их явной несопоставимости обычному размеру выходного пособия, на которое в соответствии со статьей 178 Трудового кодекса вправе рассчитывать увольняемый работник, длительности его трудового стажа и внесенному им трудовому вкладу, а также иным обстоятельствам, характеризующим трудовую деятельность работника, на налогоплательщике в соответствии с пунктом 1 статьи 54, пунктом 1 статьи 252 Налогового кодекса и частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лежит бремя раскрытия доказательств, обосновывающих природу произведенных выплат и их экономическую оправданность». При этом суд признал выплаты при увольнении по соглашению сторон в размере от одного до пяти среднемесячных заработков Сопоставимыми с расходами работодателя, производимыми в связи с ликвидацией организации либо сокращением численности или штата работников организации, принимая во внимание необходимость соблюдения процедуры, установленной статьей 180 Трудового кодекса.

В настоящем случае, общество оспаривает решение инспекции в отношении выплат работникам при увольнении по соглашению сторон в размере, не превышающем 5 окладов по каждому работнику.

Размер оспариваемых выплат также сопоставим с размером выплат, предусмотренных Трудовым кодексом РФ.

Верховный Суд РФ в указанных выше судебных актах указал, что налоговый орган вправе поставить под сомнение экономическую оправданность расходов по выплате при наличии доказательств, свидетельствующих об отсутствии у налогоплательщика деловой экономической цели при увольнении работника по основанию, отличному от предусмотренного статьей 178 Трудового кодекса.

Инспекцией в настоящем случае, не представлено доказательств, свидетельствующих об отсутствии у общества деловой экономической цели при увольнении работников.

С учетом представленных в дело доказательств и установленных выше обстоятельств, послуживших причиной для увольнений работников, а также тот факт, что заявитель при новом рассмотрении оспаривает решение в отношении выплат работникам при увольнении по соглашению сторон в размере, не превышающем 5 окладов по каждому работнику, следует вывод, что инспекцией с учётом бремени доказывания, предусмотренного ст. 200 АПК РФ, не опровергнута экономическую оправданность расходов общества по оспариваемым выплатам работникам.

Возражения инспекции, изложенные в отзыве и пояснениях к нему подлежат отклонению, поскольку на основании п. 25 статьи 255 НК РФ допускается учет в целях налогообложения других видов расходов, произведенных в пользу работника, предусмотренных трудовым договором и (или) коллективным договором; статьей 255 НК РФ установлен открытый перечень расходов на оплату труда работников, учитываемых в целях налогообложения, при условии, что эти выплаты производятся в рамках трудовых и связанных с ними отношений;

При этом само по себе то обстоятельство, что спорные выплаты были произведены во исполнение дополнительных соглашений к трудовым договорам и соглашений о расторжении трудовых договоров, не исключает возможности признания таких расходов в целях налогообложения на основании ст. 255 НК РФ.

Суд отмечает, что увольнение работника является завершающим этапом его вовлечения в деятельность налогоплательщика, в связи с чем, вывод о несоответствии расходов, производимых при увольнении работников, требованиям п. 1 ст. 252 НК РФ не может следовать из того факта, что работник в дальнейшем не сможет приносить доход организации результатом своего труда.

Таким образом, заявленное требование подлежит удовлетворению судом, как обоснованное и документально подтвержденное.

В соответствии с п.п. 1 п. 1 ст. 333.27 НК РФ, государственные органы, органы местного самоуправления и иные органы, обратившиеся в арбитражный суд в предусмотренных законом случаях в защиту государственных и (или) общественных интересов, освобождаются от уплаты государственной пошлины. Однако, названная статья, гл.д. 25.3 НК РФ и ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую НК РФ и некоторые другие законодательные акты РФ, а так же о признании утратившими силу отдельных законодательных актов РФ» от 02.11.2004 г. № 127-ФЗ, не содержат положений, предусматривающих освобождение от уплаты государственной пошлины государственных органов, органов местного самоуправления и иных органов, выступающих в суде в качестве ответчиков.

На основании изложенных обстоятельств и в соответствии с пп. 2, п. 5 Информационного письма Президиума ВАС РФ № 117 от 13.03.2007 г. «Об отдельных вопросах практики применения главы 25.3 НК РФ», расходы по госпошлине распределяются между сторонами в соответствии со ст. 110 АПК РФ и подлежат взысканию с заинтересованного лица в пользу заявителя в полном объеме.

С учетом изложенного и руководствуясь статьями 137, 138 Налогового кодекса Российской Федерации и статьями 110, 167-170, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным, как не соответствующим Налоговому кодексу Российской Федерации, принятые в отношении Акционерного общества «Руст Россия», Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 3 Решение № 18-14/3/98 от 17.03.2015 г. в части доначисления суммы налога на прибыль в размере 25 309 955,47 р., начисления пени в размере 5 004 410,95 р., штрафа в размере 5 061 991,09 р. а также уменьшения убытка по налогу на прибыль организаций за 2011 г. на сумму 27 126 150,25 р., в связи с отказом в признании правомерным включения в состав расходов на оплату труда выплат работникам при увольнении по соглашению сторон в размерах, кратных до 5 окладов/средних заработков.

Взыскать с Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 3 в пользу Акционерного общества «Руст Россия» 3 000,00 р. расходов по государственной пошлине.

Решение может быть обжаловано в течении месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд, через Арбитражный суд города Москвы.

Судья: Л.А. Шевелёва