Р Е Ш Е Н И Е
Именем Российской Федерации
г. Москва Дело № А40-186241/20-92-1312
30 апреля 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 05 апреля 2021 года
Полный текст решения изготовлен 30 апреля 2021 года
Арбитражный суд в составе судьи Уточкина И.Н.
При ведении протокола судебного заседания секретарем Куровой А.О.
Рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ПАО «Газпром», ООО «Газпром инвест»
к ФАС России
третье лицо: ФИО1
о признании незаконными решение и предписание от 21.09.2020 №223ФЗ-751/2020,
при участии :
от заявителей:
ПАО «Газпром» - ФИО2 паспорт, дов. № 01/04/04-531д от 14.10.2020г., диплом;
ООО «Газпром инвест» - ФИО2 паспорт, дов. № 01/8251 от 19.10.2020г., диплом;
от ответчика: ФИО3 дов. № ИА/42/33/19 от 21.05.2019г., диплом;
третье лицо: ФИО1 - не явился, извещен;
УСТАНОВИЛ:
ПАО «Газпром», ООО «Газпром инвест» (далее – заявитель,Банк) обратились в арбитражный суд заявлением к ФАС России (далее – ответчик, антимонопольный орган) о признании незаконными решение и предписание от 21.09.2020 №223ФЗ-751/2020.
Представители заявителей поддержали заявленные требования по мотивам, изложенным в заявлении, пояснениях.
Ответчик возражал против удовлетворения заявленных требований по мотивам, изложенным в отзыве, указав, что принятые решение и предписание являются законными и обоснованными, вынесены в полном соответствии с требованиями законодательства и не нарушают прав и законных интересов заявителей.
В судебном заседании представитель третьего лица возражал против удовлетворения требований.
Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства, арбитражный суд признал заявление подлежащим удовлетворению ввиду нижеследующего.
В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.
Как следует из материалов дела, в ФАС России поступила жалоба ФИО1 на действия (бездействие) Заказчика при проведении конкурса в электронной форме на право заключения договора на поставку блоков мембранных для объекта строительства «Обустройство Чаяндинского НГКМ» для нужд ООО «Газпром инвест» (извещение № 32009480383).
По результатам рассмотрения указанной жалобы ФАС России принято решение от 21.09.2020 №223ФЗ-751/2020 (далее - Решение), которым Жалоба признана обоснованной, в действиях заказчика выявлены нарушения части 1 статьи 2, ч. 15 ст. 3.2, пунктов 9.13,14 части 10 статьи 4 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее - Закон о закупках).
Предписанием от 21.09.2020 №223ФЗ-751/2020, вынесенными на основании указанного решения, ФАС России обязала заявителя устранить нарушения.
Не согласившись с оспариваемыми решением и предписанием, заявитель обратился в арбитражный суд с настоящими требованиями.
Судом проверено и установлено соблюдение срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.
Согласно ч. 2 ст. 18.1 ФЗ «О защите конкуренции» (действия (бездействие) организатора торгов, оператора электронной площадки, конкурсной или аукционной комиссии могут быть обжалованы в антимонопольный орган:
- лицами, подавшими заявки на участие в торгах,
- а в случае, если такое обжалование связано с нарушением установленного нормативными правовыми актами порядка размещения информации о проведении торгов, порядка подачи заявок на участие в торгах, также иным лицом (заявителем), права или законные интересы которого могут быть ущемлены или нарушены в результате нарушения порядка организации и проведения торгов.
Таким образом, законом право на обращение в антимонопольный орган не предоставлено любому лицу, законодателем ограничен перечень лиц, которые вправе обратится с жалобой.
Право на обращение в антимонопольный орган лиц, не подавших заявки на участие, возникает исключительно при одновременном соблюдении следующих условий:
- согласно жалобе допущены нарушения установленного нормативными правовыми актами порядка размещения информации о проведении торгов, порядка подачи заявок на участие в торгах;
- непосредственно этими нарушениями могут быть ущемлены или нарушены права, законные интересы заявителя жалобы.
Таким образом, возможность обращения с жалобой лица, не подавшего заявку на участие в закупке, по конкретной закупке определяется наличием реального (а не мнимого) нарушения или действительной угрозы правам или законным интересам заинтересованного лица, которые могут быть ущемлены или нарушены в результате несоблюдения порядка организации и проведения закупки.
В связи с этим жалоба такого лица должна содержать фактическое обоснование возникновения у него права обратиться в ФАС России с жалобой за защитой конкретных нарушенных прав, поскольку круг таких лиц законодателем ограничен в названной норме.
Однако жалоба ФИО1 не содержит соответствующего обоснования и доводов, каким образом его права и законные интересы могут быть ущемлены в результате данной закупки.
Согласно позиции Судебной коллегии Верховного Суда РФ, изложенной в определениях от 27.02.2020 № 307-ЭС19-21226, от 18.11.2019 № 307-ЭС19-12629, от 21.02.2020 № 303-ЭС19-20549 механизм защиты прав участников закупки в административном порядке путем рассмотрения их жалоб контрольным органом в сфере закупок должен применяться в случаях действительных, а не мнимых нарушений прав и законных интересов участников закупки.
Между тем, ФИО1 не подавал заявку на участие в закупке, не выражал заинтересованность в участии в закупке, не подавал запрос на разъяснение документации или намерение принять участие в закупке.
Обращаясь с жалобой в антимонопольный орган, данное лицо не приводило доводы и не представляло доказательства, подтверждающие реальность своих намерений, способность выполнения поставки, являющейся объектом закупки, а также свидетельствующие о соответствии иным критериям документации о закупке.
В такой ситуации отсутствуют основания полагать, что данное лицо не стало победителем закупки вследствие угрозы применения к нему спорных условий и, соответственно, о нарушении прав и законных интересов этого лица положениями документации о закупке, в том числе о постановке данного лица в неравное положение в сравнении с иными участниками закупки и ограничении доступа к участию в закупке.
Суд обращает внимание, что ФИО1 систематически подает жалобы в ФАС России на закупки по совершено разным несмежным сферам хозяйственной деятельности, охватить выполнение которых данный гражданин не в состоянии.
Суды по указанным выше делам, в рамках которых заказчики обжаловали решения антимонопольного органа, принятых по жалобам ФИО1, поддерживают правовую позицию о том, что у ФИО1 отсутствовали основания для государственной (административной) защиты прав, а соответственно у ФАС России отсутствовали основания для принятия жалобы к рассмотрению по существу и признанию её обоснованной.
Так, Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 06.10.2016 по делу № А40-240556/2015 относительно подачи жалобы ФИО1 отметил следующее: «Возможность обращения с жалобой лица, не подавшего заявку на участие в торгах, по данному конкретному делу определяется наличием реального (а не мнимого) нарушения или действительной угрозы правам или законным интересам заинтересованного лица, которые могут быть ущемлены или нарушены в результате несоблюдения порядка организации и проведения торгов.
В связи с этим жалоба такого лица должна содержать фактическое обоснование возникновения у него права обратиться в органы ФАС России с такой жалобой за защитой конкретных нарушенных прав, поскольку круг таких лиц законодателем ограничен в названной норме.
Таким образом, вопреки доводам антимонопольного органа о наличии у него полномочий по рассмотрению жалобы ФИО1, не являющегося участником спорной закупки, суды правильно указали, что с учетом положений Закона о закупках ФИО1 участником рассматриваемой закупки не являлся. Проверка доводов поданной им жалобы была возможна лишь при условии подачи указанным лицом заявки на участие в конкурсе, что не было учтено антимонопольным органом при принятии оспариваемых решения и предписания.».
Аналогичные выводы о незаконности принятия жалобы ФИО1 и вынесения по ней решения ФАС России изложены в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 15.12.2016 по делу № А40-211249/2015.
Указанное свидетельствует, что подача жалоб ФИО1 не имеет целью защитить или восстановить свои права. Ни по одной из указанных обжалованных им закупок, в том числе по настоящему делу, данное лицо не принимало и не принимает участие.
Согласно позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 20.02.2014 № 382-0, если обращение гражданина в государственные органы и органы местного самоуправления не имеет никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то имеет место злоупотребление правом. Аналогично в определении Верховного Суда РФ от 15.04.2014 № 18-КГ14-13 указано на недопустимость злоупотребления правом при обращении в государственные органы.
Таким образом, рамках ч. 2 ст. 18.1 ФЗ «О защите конкуренции» антимонопольный орган обязан установить имеет ли место действительное ущемление или угроза нарушения прав и законных интересов заявителя жалобы в результате нарушения порядка организации и проведения торгов, или подача жалобы не направлена на защиту собственных прав и имеет место злоупотребление правом.
В данном случае обращение физического лица ФИО1 является злоупотреблением правом.
Учитывая, что из доводов жалобы ФИО1 не следует, что его права были нарушены или могли быть ущемлены при проведении закупки, жалоба была принята ФАС России к рассмотрению и признана частично обоснованной с нарушением федерального закона (ч. 2 ст. 18.1 Закона о защите конкуренции), что является самостоятельным основанием для признания недействительным решения ФАС России.
Антимонопольный орган указывает, что предоставление информации о цепочке собственников, включая конечных бенефициаров, не влияет на исполнение обязательств по договору, а также не является подтверждением надлежащего исполнения обязательств по договору, заключаемому по результатам закупки. На основании этого делается вывод, что п. 3.2.1, 3.2.4 Документации о закупке нарушают п. 2 ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 2 Закона о закупках. С указанной позицией нельзя согласиться ввиду следующего.
Как отметила ФАС России в разработанном ею Стандарте осуществления закупочной деятельности отдельных видов юридических лиц «одной из целей регулирования Закона о закупках является предотвращение коррупции и других злоупотреблений».
Основополагающим нормативным правовым актом в сфере борьбы с коррупцией является Федеральный закон № 273-ФЗ «О противодействии коррупции» от 25.12.2008. Статьей 13.3 данного закона на все организации возложена обязанность по разработке и принятию мер по предупреждению и противодействию коррупции, в том числе по предотвращению и урегулированию конфликта интересов.
Согласно позиции Минэкономразвития России, изложенной в письмах от 20.05.2015 № Д28и-1432, от 29.01.2016 № Д28и-270, заказчик вправе предусмотреть в документации о закупке требование о предоставлении информации о конечных бенефициарах (выгодоприобретателях) с соответствующим документальным подтверждением указанных сведений.
Кроме того, данное требование было установлено в соответствии с поручением председателя Правительства РФ ФИО4 от 28.12.2011 № ВП-П13-9308, которое принято в целях обеспечения прозрачности финансово-хозяйственной деятельности, в том числе исключения случаев конфликта интересов и иных злоупотреблений, связанных с занимаемой должностью. Буквальное толкование поручения указывает на необходимость раскрытия информации о собственниках, включая бенефициаров (в том числе, конечных), в отношении абсолютно всех потенциальных контрагентов компании. Указанным поручением предписано в качестве необходимого условия заключения договоров предусмотреть раскрытие потенциальными контрагентами цепочки собственников.
Таким образом, указанные условия не нарушают принципы равноправия, справедливости, отсутствия дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки.
Также антимонопольный орган указывает, что представление информации о цепочке собственников (бенефициаров) в случае, когда участником закупки является акционерное общество, акции которого торгуются на открытом рынке, является невозможным в силу непредсказуемого характера изменений состава держателей акций.
Однако заявитель жалобы не является акционерным обществом. Закон не предусматривает возможность обращения в антимонопольный орган за защитой прав других лиц.
В свою очередь, в силу ч. 10, ч. 13 ст. 3 Закона о закупках условия закупки подлежат оценке антимонопольным органом только с точки зрения реального нарушения прав конкретного лица - заявителя жалобы.
Однако наличие нарушения прав и законных интересов данного лица в решении не установлено, отсутствовало такое обоснование и в жалобе.
В жалобе ФИО1 не приводит доводов о наличии у него непреодолимых препятствий в выполнении данного условия. Являясь физическим лицом, в случае выбора его победителем, ФИО1 должен был бы указать только самого себя, что свидетельствует об отсутствии препятствий в выполнении данного условия.
Антимонопольный орган, делая вывод об ограничении конкуренции в результате установления указанного условия, не приводит доказательств в обоснование своей позиции, тогда как в действительности данное требование применяется к лицу, с которым заключается договор по итогам закупки, в связи с чем не может ограничивать число участников закупки.
Не установлено доказательств невозможности для заявителя жалобы предоставления указанных сведений, тем самым обжалуя условие о предоставлении информации о цепочке собственников (бенефициаров), лицо злоупотребляет своим правом на подачу жалобы. Указанное свидетельствует, что у него отсутствовали препятствия для участия в закупке.
Вместе с тем, акционерное общество не лишено возможности получить соответствующие сведения (в виде выписки из реестра акционеров) на определенную дату у лица, осуществляющего ведение реестра его акционеров (регистратора). Следовательно, вопреки выводам антимонопольного органа, такое требование является для акционерного общества исполнимым. При этом из буквального прочтения закупочной документации не следует, что участник закупки должен в составе заявки предоставлять информацию, в том числе о бывших участниках общества.
При этом п. 1, 3 ст. 6.1 ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» на юридические лица возложена обязанность располагать информацией о своих бенефициарных владельцах и принимать обоснованные и доступные в сложившихся обстоятельствах меры по установлению в отношении своих бенефициарных владельцев соответствующих сведений. В силу указанной нормы юридическое лицо обязано регулярно обновлять информацию о своих бенефициарных владельцах и документально фиксировать полученную информацию. Нарушение юридическим лицом обязанностей по установлению и представлению информации о своих бенефициарных владельцах влечет привлечение к административной ответственности, предусмотренной ст. 14.25.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Таким образом, вывод антимонопольного органа о незаконности условия о предоставлении цепочки собственников (бенефициаров) подлежит отклонению.
Довод заявителя о законности условия по цепочке собственников (бенефициаров) подтверждена многочисленной судебной практикой, в частности, постановление Арбитражного суда Московского округа от 11.08.2020 по делу № А40-190345/19, постановление Арбитражного суда Московского округа от 18.02.2020 по делу № А40-201293/2018, постановление Арбитражного суда Московского округа от 10.09.2019 по делу № А40-294178/2018.
В отношении довода о применении механизма банковского сопровождения договора суд считает необходимым указать следующее.
ФАС России указывает, что условие о применении механизма банковского сопровождения договора банком, выбранным заявителем, противоречит п. 2 ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 2 Закона о закупках. С данным выводом нельзя согласиться ввиду следующего.
Ранее данное условие было предметом рассмотрения ФАС России по жалобе ФИО1. Решением ФАС России от 23.06.2020 № 223ФЗ-479/20 жалоба на данное условие признана необоснованной, указанное положение признано антимонопольным органом установленным в целях контроля за целевым расходованием и эффективностью расходования денежных средств.
Законность применения данного условия была неоднократно подтверждена в судебном порядке по спорам, в том числе между ПАО «Газпром» и ФАС России: постановлением Арбитражного суда Московского округа от 24.03.2020 по делу № А41-58187/19; постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.06.2019 по делу № А40-201764/2018-139-2159; постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2019 по делу № А40-260862/18, оставленным в силе постановлением Арбитражного суда Московского округа от 23.10.2019 и др.
Выводы антимонопольного органа подлежат отклонению на основании следующего.
Применение механизма банковского сопровождения договоров, заключаемых по результатам закупок, тем банком, который выбран именно заказчиком, широко распространено в практике.
К примеру, п. 5 Правил осуществления банковского сопровождения контрактов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 20.09.2014 № 963, при проведении закупок по ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» привлечение банка в целях банковского сопровождения контракта и соответственно его выбор может осуществляется в отношении сопровождаемого контракта заказчиком.
В частности, п. 7 указанного постановления Правительства РФ закреплено, что условия сопровождаемого контракта, предусматривающего привлечение заказчиком банка в целях проведения мониторинга расчетов в рамках исполнения контракта, включают обязанность поставщика заключить с банком, определенным заказчиком, договор банковского сопровождения контракта и обязанность поставщика осуществлять расчеты, связанные с исполнением обязательств по сопровождаемому контракту на отдельном счете, открытом в банке, осуществляющем банковское сопровождение контракта.
Применительно к Закону о закупках заказчики наделяются большими правами в отличие от государственных и муниципальных заказчиков при определении условий исполнения договора и порядка его банковского сопровождения, и в этом случае Закон о закупках также не ограничивает заказчика в праве самостоятельного определения банка осуществляющего сопровождение договора, в котором необходимо поставщику открыть отдельный счет со специальным режимом. Запрет на реализацию такого права заказчиком, организатором при проведении закупок по Закону о закупках нормативные правовые акты не содержат. В свою очередь, как только сопровождаемый договор полностью исполнен победителем, последний имеет возможность перевести денежные средства со специального счета в АО «Газпромбанк» на счет в любом банке.
Довод ФАС России о том, что Законом о закупках не регламентировано банковское сопровождение договора не свидетельствует о незаконности данного условия, поскольку определение условий договора и порядка его исполнения отнесено законом к исключительной компетенции заказчика. Закон о закупках не регулирует условия исполнения договоров. Согласно ч. 2 ст. 3 Закона о закупках порядок осуществления закупок определяется заказчиками самостоятельно в Положении о закупках.
Так, согласно позиции Верховного Суда РФ от 31.07.2017 по делу № А40-3315/2016: «В частности, порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупок) и условия их применения устанавливаются заказчиками самостоятельно путем принятия Положения о закупке, предусматривающего проведение закупки как в форме конкурса и аукциона, так и иными способами. Таким образом, заказчикам предоставлено право сформировать свою систему закупок в зависимости от особенностей осуществления деятельности».
В соответствии с Положением о закупках в качестве организации, осуществляющей банковское сопровождение заключаемых договоров по результатам закупки, определен АО «Газпромбанк», в котором также открыты и соответствующие счета для расчетов у заказчиков. Наличие у участника счета в другом банке препятствует возможности такого сопровождения и контроля целевого расходования денежных средств в рамках исполнения сопровождаемого договора, а также доведение соответствующей информации по результатам банковского сопровождения до сведения заказчика.
Обусловлено включение данного условия следующим.
Как неоднократно указывал Верховный Суд РФ по данной категории споров цели и задачи Закона о закупках, направлены в первую очередь на выявление в результате закупочных процедур лица, исполнение контракта, которым в наибольшей степени будет отвечать целям эффективного использования источников финансирования, удовлетворения потребности заказчиков в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности.
Так, согласно ч. 1 ст. 1 Закона о закупках среди целей его регулирования закреплены эффективное использование денежных средств, предотвращение коррупции и других злоупотреблений. Аналогично согласно п. 3 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках заказчики при проведении закупки руководствуются целевым и экономически эффективным расходованием денежных средств на приобретение товаров, работ, услуг.
Согласно п. 3.3.1 Документации о закупке во исполнение названных принципов, в целях реализации положений законодательства о налогах и сборах, а также в целях контроля за целевым использованием денежных средств и обоснованностью осуществления расходов по договору, заключаемому по итогам закупки, применяется механизм банковского сопровождения договора АО «Газпромбанк».
Целью данного сопровождения является осуществление банком комплекса мер, позволяющих обеспечить контроль целевого расходования денежных средств в рамках исполнения сопровождаемого договора с использованием отдельных счетов, открываемых в банке, в том числе мониторинг расчетов и контроль заявок на перевод в соответствии со специальным режимом работы отдельных счетов, соблюдение условий договора на поставку, а также доведение результатов банковского сопровождения до сведения заказчика. Банк контролирует: наличие участников исполнения/реализации сопровождаемого договора в реестре контрагентов; соответствие вида (объема, стоимости) поставляемого товара, иных затрат условиям сопровождаемого договора, соответствие предоставленных исполнителями обосновывающих документов и распоряжений на перевод условиям сопровождаемого договора, а также условиям соответствующих договоров (контрактов), на основании которых инициируются распоряжения на перевод; соответствие переводов обосновывающим документам, в том числе условиям договоров (контрактов), при исполнении обязательств по которым инициируются заявки на перевод. В результате банковского сопровождения заказчик оперативно получает информацию о ходе расчетов и имеет возможность вовремя принимать управленческие решения, также это позволяет направлять денежные средства именно на тот объект, для которого они и были предусмотрены, исключив платежи на другие цели, появляется возможность эффективно расходовать денежные средства за счет информирования о реальной рыночной стоимости услуг.
Довод, что для осуществления взаиморасчетов могут использоваться счета в иных банках, включенных Министерством финансов РФ в перечень банков, отвечающих требованиям ст. 74.1 Налогового кодекса РФ для принятия банковских гарантий в целях налогообложения, подлежит отклонению.
В соответствии с ч. 2, 3 ст. 74.1 Налогового кодекса РФ указанный в ней перечень банков установлен применительно к случаям предоставления банковской гарантии в целях налогообложения, когда банк (гарант) обязывается перед налоговыми органами исполнить в полном объеме обязанность налогоплательщика по уплате налога, если последний не уплатит в установленный срок причитающиеся суммы налога, и соответствующих пеней в соответствии с условиями даваемого гарантом обязательства уплатить денежную сумму по представленному налоговым органом в письменной форме или электронной форме по телекоммуникационным каналам связи требованию об уплате этой суммы.
Вместе с тем предусмотренные законом обязанности по применению положений ч. 3 ст. 74.1 Налогового кодекса Российской Федерации (банки из перечня Министерства финансов РФ) при осуществлении механизма банковского сопровождения юридическими лицами, указанными в ч. 2 ст. 1 Закона о закупках, отсутствуют.
Заказчик и организатор по настоящей закупке не являются государственными и муниципальными заказчиками, закупка не проводилась в порядке ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ). Порядок проведения закупок по федеральным законам № 223-ФЗ и № 44-ФЗ не является одинаковым. Учитывая изложенное, у заявителя отсутствует установленная законом обязанность использовать услуги банков, перечень которых установлен для целей ст. 74.1 Налогового кодекса Российской Федерации.
Вместе с тем, законодательно установленное ограничение перечня банков, чьи банковские гарантии предоставляются в целях налогообложения, при проведении закупок государственными и муниципальными заказчиками, также свидетельствует о повышенных рисках при осуществлении операций по счету в любом банке.
Так, анализ перечня банков Министерства финансов РФ, на который ссылается антимонопольный орган, показал, что Банком России были отозваны лицензии у целого ряда кредитных организаций из этого перечня. К примеру, в рамках дела № А40-130673/16 (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.12.2016) было установлено, что лицензии были отозваны у 166 банков, значительную часть которых составляют банки из списка, утвержденного Министерством финансов.
Отзыв лицензии приведет к невозможности осуществления банковского сопровождения договора, поэтому удовлетворение потребностей заказчика, снижение рисков требует от организатора повышенного внимания и самостоятельный отбор финансовой организации, осуществляющей банковское сопровождение исполнения договоров.
При этом антимонопольным органом не учтено, что Документацией о закупке не установлено требование к участникам закупки при подаче заявки открыть счет в соответствующем банке. Наличие договора банковского счета не входит в перечень документов, которые обязан представить претендент для допуска к участию в закупке.
Также факт отсутствия или наличия договора банковского счета не влияет на количество баллов, начисляемых участнику при сопоставлении его заявки с заявками других участников. Таким образом, данное условие не влияет на равные условия доступа к закупочной процедуре и на конкуренцию между участниками при определении победителя.
Соответственно возможность участия в закупке, доступ к закупке, круг участников закупки, и возможность участника стать ее победителем не поставлены в зависимость от того заключил ли участник на момент подачи заявки договор банковского счета или нет.
При рассмотрении аналогичного дела, в котором антимонопольный орган также настаивал на банках из перечня по ст. 74.1 НК РФ, Верховным Судом РФ в определении от 31.07.2017 по делу № А40-3315/2016 было подчеркнуто: «Между тем из оспариваемого решения ФАС России не следует вывод антимонопольного органа о том, что сформированные в Документации требования к участникам закупки были включены в рассматриваемое Положение в интересах определенного хозяйствующего субъекта. Признавая нарушением действующего законодательства включение в Документацию требования о представлении участником закупки банковской гарантии, выданной банком, включенным заказчиком в соответствующий перечень, антимонопольный орган не установил фактов необоснованного отказа в выдаче указанных банковских гарантий либо иного препятствия участникам закупки в их получении».
В рамках настоящего дела, антимонопольный орган также доказательств наличия препятствий в открытии счета в банке, отобранном организатором закупки, не представил, как и то, что включение данного условия было осуществлено специально для того, чтобы обеспечить победу в запросе предложений конкретному хозяйствующему субъекту (постановление Президиума ВАС России от 28.12.2010 № 11017/10, определения Верховного Суда РФ от 20.07.2017 по делу № А40-60408/2016, от 31.07.2017 по делу № А40-3315/2016).
Кроме того, учитывая, что п. 3.4.2 Документации о закупке не устанавливает требований к участникам закупки, а определяет порядок исполнения уже заключенного договора, когда победитель уже определен, данное обстоятельство исключает нарушение п. 2 ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 2 Закона о закупках, поскольку нарушение указанных норм может касаться ограничений только в отношении требований, предъявляемых непосредственно к участникам закупочной процедуры, а не к условиям исполнения договора (п. 7 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.05.2018)).
Таким образом, рассматриваемое положение представляет собой условие о порядке исполнения договора, не является требованием к участникам закупки и не противоречит Закону о закупках.
В отношении довода о праве организатора запросить разъяснения поданной заявки суд считает необходимым указать следующее.
Согласно п. 1.7.9 Документации о закупке организатор (ПАО «Газпром») вправе запросить у участника разъяснения положений поданной им заявки, письменное согласие на исправление очевидных арифметических и грамматических ошибок в заявке участника, а также провести обсуждение с участником отдельных положений их заявок, в том числе при наличии в них неточностей, противоречивых и иных сведений, требующих проверки и уточнения (при необходимости).
По мнению антимонопольного органа, возможность участия в закупке с учетом данного положения документации зависит от волеизъявления заказчика, поскольку применение заказчиком права запрашивать дополнительно информацию может применяться не в равной степени к участникам закупки, что ограничивает количество участников. Указанное квалифицированно как нарушение п. 2 ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 2 Закона о закупках. Данные выводы ФАС России подлежат отклонению на основании следующего.
Из решения следует, что антимонопольный орган отрицает наличие в принципе как такового права на запрос разъяснений. Однако такое право подтверждается Законом о закупках. Часть 7 ст. 3.3 Закона о закупках регламентирует порядок действий электронной площадки при поступлении запроса о разъяснении поданной заявки. Аналогичное право закреплено, например, в п. 14 постановления Правительства РФ от 15.05.2014 № 450 «Об утверждении Правил организации и проведения торгов (конкурсов, аукционов) на право заключения договора пользования рыбоводным участком», в п.1 ст.29 Ф3«О концессионных соглашениях» от 21.07.2005 № 115-ФЗ, ФЗ «О государственно-частном партнерстве, муниципально-частном партнерстве в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» от 13.07.2015 №224-ФЗ.
Запрет на реализацию данного права Закон о закупках не содержит.
Документация о закупки устанавливает взаимные и разумные права участника и организатора: так пункту 2.2.1 Документации о закупке о праве участника запросить разъяснение положений Документации о закупке при ее непонятности для него соответствует право организатора, предусмотренное п. 1.7.9 Документации о закупке, в аналогичной ситуации запросить разъяснение содержания заявки.
Является необоснованным и не имеющим под собой никаких оснований довод ФАС России о том, что запрос разъяснений поданной заявки может повлечь ограничение количества участников, т.к. по мнению ФАС России, данное положение может применяться не в равной мере ко всем участникам закупки.
Решение не доказывает, что было произвольное ограничение количества участников или злоупотребление данным условием или неравное его применение к участникам со стороны заявителя, что исключает нарушение Закона о закупках.
Установление в Документации о закупке условия о разъяснении заявки имеет цель не ограничение количества участников, а направлено на выявление действительной воли участника, которую он имел в виду при подаче заявки и которое в виду нечеткости, двусмысленности формулировок и т.п. причин не позволяет организатору достоверно установить однозначно изначальное волеизъявление участника. Отсутствие такого права препятствует реализации определяющей цели ст.1 Закона о закупках - удовлетворения потребности заказчика в соответствующих товарах в виду невозможности доподлинно установить соответствует/не соответствует заявка участника и предлагаемые товары Документации о закупке и потребностям заказчика или нет.
К примеру, отсутствие разъяснения содержания заявки, когда коммерческое предложение содержит расхождения между суммами, выраженными словами и цифрами, лишает возможности определить, какую в действительности стоимость предлагает участник, не превышает ли она максимальную цену закупки, а также препятствует осуществить корректное начисление баллов и сопоставление с другими заявками участников, приводит к невозможности без дополнительных разъяснений почерпнуть необходимую информацию.
Предоставление разъяснений дает возможность корректно сопоставить содержание заявки без изменения ее сущности на предмет соответствия участника и предлагаемых им товаров требованиям Документации о закупке и осуществить по ней корректное начисление баллов.
Такое условие не приводит к ограничению количества участников, а наоборот, позволяет организатору необоснованно не отклонять участника, т.е. устранить сомнения организатора в правильности толкования им содержания заявки, не изменяя её существо.
Отсутствие возможности запросить у участников разъяснение содержания заявки создает риски, что в результате неправильного толкования организатором сведений заявки в качестве победителя будет определено лицо, которое предложило, например, товары, не соответствующие потребности заказчика, в чем последний не заинтересован. Или, наоборот, неправильное толкование содержания заявки и отсутствие у организатора права запросить разъяснения, может привести к отклонению заявки, условия которой соответствовали требованиям Документации о закупке.
Вопреки выводам антимонопольного органа, к ограничению количества участников ведет не право на запрос на разъяснение заявки, а лишение такого права, поскольку организатор будет вынужден отклонять заявки участников, содержащие описки, и другие данные, требующие устранения сомнений организатора в правильности толкования содержания, устранимые без необходимости изменения заявки.
Законность данного типового условия подтверждена по результатам оспаривания ПАО «Газпром» ранее принятых решений ФАС России: постановлением Арбитражного суда Московского округа от 27.04.2017 по делу № А40-156377/2016; постановлением Арбитражного суда Московского округа от 30.05.2017 по делу № А40-156125/2016; постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26.09.2017 по делу № А40-156375/2016; постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26.09.2017 по делу № А40-193746/2016; постановлением Арбитражного суда Московского округа от 11.09.2017 по делу № А40-169249/2016; постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.03.2017 по делу № А40-198788/2016; постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2017 по делу № А40-190676/2016; постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01.06.2017 по делу № А40-128386/2016; постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.06.2017 по делу № А40-198795/16; постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2017 по делу № А40-34100/17; решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.04.2017 по делу № А40-917/17, оставленным в силе постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2017; вступившими в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 26.04.2017 по делу № А40-13215/2017; решением Арбитражного суда г. Москвы от 12.07.2017 по делу № А40-40095/17; решением Арбитражного суда г. Москвы от 09.08.2017 по делу № А40-77564/2017; решением Арбитражного суда г. Москвы от 25.08.2017 по делу № А40-77713/2017; решением Арбитражного суда г. Москвы от 21.07.2017 по делу № А40-217358/2016; решением Арбитражного суда г. Москвыот 27.09.2017 по делу № А40-110059/17; решением Арбитражного суда г. Москвы от 27.09.2017 по делу № А40-108094/2017.
По другим заказчикам: постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.02.2020 по делу № А40-201293/2018, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.07.2019 по делу № А40-181267/2018, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 14.06.2019 по делу № А40-206615/18 и др.
Вопреки позиции ФАС России, положения п. 2.5.15, 1.6.4 Документации о закупке не свидетельствуют, что завершение закупки без заключения договора согласно им носит произвольный безосновательный характер.
В отзыве ФАС России указывает, что применительно к указанным условиям Документации о закупке «следует согласиться с выводом антимонопольного органа о наличии в действиях заявителя нарушения п. 2 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках». Однако нарушение указанной нормы не вменялось оспариваемым решением, что исключает её вменение на стадии судебного обжалования, поскольку суд ограничен проверкой содержания принятого ненормативного акта, и не может подменять компетенцию антимонопольного органа. Действия заявителя квалифицированы исключительно как нарушение ч. 15 ст. 3.2 Закона о закупках, что доказано не было.
Приведенные доводы в отзыве ФАС России свидетельствует о подмене ею оснований заявленных требований ПАО «Газпром». Положения п. 2.5.15, 1.6.4 Документации о закупке не регулируют вопросы проведения повторных закупок, как и случаи подачи только одной заявки на закупку, подобные доводы не заявлялись обществом. Закупка не признавалась несостоявшейся, как и включение данных условий со стороны ПАО «Газпром» не было мотивировано возможностью признания закупки на основании данных условий несостоявшейся применительно к случаям подачи только одной заявки.
Вопреки позиции ФАС России, положения п. 2.5.15, 1.6.4 Документации о закупке не свидетельствуют, что завершение закупки без заключения договора согласно им носит произвольный безосновательный характер.
Согласно п. 2.5.15, 1.6.4 Документации о закупке заказчик может завершить процедуру конкурентного отбора полностью или в части отдельных лотов без заключения договора при наличии следующих оснований:
-в случае установления факта предоставления участником, признанного победителем, недостоверных сведений о соответствии участника, а также предлагаемых им товаров требованиям Документации;
- принятие препятствующего заключению договора решения антимонопольного органа или суда;
- в связи с отсутствием одобрения заключения договора со стороны органов управления Заказчика в случаях, когда оно необходимо в соответствии с законодательством Российской Федерации для заключения договора, либо в связи с существенным изменением обстоятельств, из которых Заказчик исходил при объявлении конкурентного отбора, в том числе существенного изменения рыночной конъюнктуры, повлекшей изменение цен на товары.
Антимонопольный орган полагает, что в любом случае при таких обстоятельствах должен быть заключен договор. Однако с данным выводом нельзя согласиться на основании следующего.
Согласно письму ФАС России от 24.12.2012 № ИА/44025/12 «О направлении разъяснений по вопросам применения Федерального закона «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» «В положении о закупке могут содержаться положения о возможности и правомерности включения в положение, извещение, документацию о закупке тех или иных условий, при которых заказчик имеет право, а в некоторых случаях и обязан отказаться от заключения договора. В данном случае уместно провести аналогию с Законом о размещении заказов (ч. 3 ст. 9 Закона о размещении заказов), согласно которому заказчик обязан отказаться от заключения договора, например, в случае установления недостоверности сведений, содержащихся в документах, представленных участником закупки, установления факта проведения ликвидации участника и т.д.».
Закон о закупках носит рамочный характер. Так, согласно позиции Верховного Суда РФ от 31.07.2017 по делу № А40-3315/2016: «В частности, порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупок) и условия их применения устанавливаются заказчиками самостоятельно путем принятия Положения о закупке, предусматривающего проведение закупки как в форме конкурса и аукциона, так и иными способами. Таким образом, заказчикам предоставлено право сформировать свою систему закупок в зависимости от особенностей осуществления деятельности».
Таким образом, законодатель предоставляет заказчику закупки право по своему усмотрению, с учетом целей закупки и экономических интересов заказчика, определять способы проведения закупки, а также порядок заключения договоров по итогам закупок и основания для завершения процедуры закупки.
Основания завершения процедуры закупки п. 1.6.4 Документации о закупке не являются произвольными и соответствуют закону.
К числу обстоятельств, препятствующих заключению договора, следует отнести отсутствие одобрения заключения договора со стороны органов управления заказчика в случаях, когда оно необходимо в соответствии с законодательством Российской Федерации для заключения договора. В данном случае подлежат учету специальные нормы законодательства о совершении крупных сделок и с заинтересованностью, предписывающие соблюдение требований по одобрению сделки, несоблюдение которых влечет признание сделки недействительной. Часть 15 ст. 3.2 Закона о закупках, вопреки позиции ФАС России, наоборот, подтверждает, что отсутствие одобрения заключения договора со стороны органов управления заказчика является обстоятельством, исключающим возможность заключения договора. Согласно ч. 15 ст. 3.2 Закона о закупках в случае необходимости одобрения органом управления заказчика в соответствии с законодательством Российской Федерации договор не должен быть заключен до получения указанного одобрения. Правильность позиции заявителя также подтверждается решением ФАС России от 27.04.2018 № 223ФЗ-314/18, решением Санкт-Петербургского УФАС России от 19.07.2016 по жалобе № Т02-437/16, решением Московского УФАС России от 05.11.2015 по делу № 1-00-1848/77-15: «В ходе заседания Комиссии установила, что Заказчиком в адрес Минкомсвязи России было направлено сообщение о согласовании крупной сделки от 27.10.2015 N 1.2.3.1.1-15/16986. При этом по состоянию на день подачи жалобы и ее рассмотрения Заказчиком одобрение не получено. Таким образом, Заказчик не вправе заключить договор по итогам Аукциона до тех пор, пока не получит согласование от Минкомсвязи России. Из чего также следует, что у Заказчика отсутствовала возможность заключить договор по результатам Закупки и соответственного опубликовать сведения о нем на Официальном сайте».
Согласно Письму ФАС России от 24.04.2020 № ИА/3 5242/20 существенное изменение обстоятельств путем отзыва выделенных средств на закупку также следует относить к допустимым случаям завершения закупки без заключения договора «в указанном случае производство по делу об административном правонарушении в соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 24.5 КоАП не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению в связи с отсутствием состава административного правонарушения».
Также антимонопольный орган не оспаривает доводы заявителя о наличии препятствий в завершении закупки с заключением договора по ее итогам в случае вынесения решения антимонопольного органа или суда.
Согласно ч. 19 ст. 18.1 ФЗ «О защите конкуренции» закупка может быть завершена без заключения договора в случае принятия жалобы к рассмотрению организатор торгов, которому в порядке, установленном ч. 11 данной статьи, направлено уведомление, не вправе заключать договор до принятия антимонопольным органом решения по жалобе. Договор, заключенный с нарушением требования, установленного настоящим пунктом, является ничтожным. Принятие судом или антимонопольным органом решения об отмене результатов закупки также влечет завершение закупки без заключения договора.
Вопреки выводу ФАС России ссылка её на п. 15 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.05.2018), наоборот, подтверждает позицию заявителя. Так согласно выводам Президиума Верховного Суда РФ наличие акта реагирования антимонопольного органа на жалобу препятствует завершению закупки и заключению договора, в противном случае заключение договора в такой ситуации влечет его ничтожность.
Ссылка на постановление 9ААС по делу № А40-139159/2019 и решение АСМ по делу № А40-227649/18 подлежат отклонению, как не имеющие схожих обстоятельств. Предметом проверки судов не являлись рассматриваемые в настоящем деле основания завершения закупки, как следует из актов, предметом разбирательства был немотивированный отказ от заключения договора по результатам конкурса в связи с подачей единственной заявки.
Доказательств злоупотребления этим условием с целью устранить определенного участника, нарушения прав заявителя жалобы, решением не установлено.
При этом вопреки выводу ФАС России, законодатель установил закрытый перечень торгов п. 1 ч. 3.1 ст. 3 Закона о закупках, к числу которых не отнесена рассматриваемая закупка: конкурс (открытый конкурс, конкурс в электронной форме, закрытый конкурс), аукцион (открытый аукцион, аукцион в электронной форме, закрытый аукцион), запрос котировок (запрос котировок в электронной форме, закрытый запрос котировок), запрос предложений (запрос предложений в электронной форме, закрытый запрос предложений)
При этом п. 2 ч. 3.1 ст. 3 Закона о закупках законодатель наделили правом проводить закупки иными способами, установленными положением о закупке и соответствующими требованиям части 3 настоящей статьи.
Часть 15 ст. 3.2 Закона о закупках не устанавливает обязанность заключения договора, а устанавливает сроки ранее и позднее которых договор не может быть заключен: договор по результатам конкурентной закупки заключается не ранее чем через десять дней и не позднее чем через двадцать дней с даты размещения в единой информационной системе итогового протокола, составленного по результатам конкурентной закупки.
Суды исходят из позиции, что организатор не может быть лишен права на отказ от проведения торгов вне зависимости от момента такого отказа в связи с тем, что обязательство, для которого торги были инициированы, может оказаться ничтожным (решение Арбитражного суда Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 01.08.2019 № А56-4853/2019, постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2019 № А56-4854/2019).
Указанная позиция мотивирована следующим.
Положениями ст. 448 Гражданского кодекса РФ предусмотрена возможность отказа организатора торгов от проведения торгов в установленные для совершения этих действий сроки; в случае совершения организатором торгов таких действий за пределами установленного срока, законом предусмотрена обязанность организатора торгов возместить участникам торгов понесенный ущерб. Так, организатор торгов вправе отказаться от проведения аукциона в любое время, но не позднее чем за три дня до наступления даты его проведения, а от проведения конкурса - не позднее чем за тридцать дней до проведения конкурса. В соответствии с абзацем вторым п. 3 ст. 448 Гражданского кодекса РФ в случаях, когда организатор торгов отказался от их проведения с нарушением установленных сроков, он обязан возместить участникам понесенный ими реальный ущерб. Таким образом, согласно действующему гражданскому законодательству организатор открытых торгов вправе отказаться от их проведения. Право на участие в аукционе не может нарушать закрепленное в законе правомочие организатора открытых торгов на отказ от его проведения. Обратное (запрет на отказ от договора) противоречило бы принципам гражданского права, таким как свобода договора и вступление в гражданские правоотношения исключительно по собственной воле субъектов. Субъекты гражданского права приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе (ст. 1 Гражданского кодекса РФ). Так, надлежащим правовым последствием отказа организатора торгов от их проведения будет являться возникновение у организатора обязанности по возмещению участником убытков. А не понуждение организатора к совершению каких-либо действий, направленных на вступление в договорные правоотношения, интереса в которых он уже не имеет (что явственно следует из его отказа от проведения тендера).
Так же право на завершение закупки без заключения договора подтверждается: постановлением 11 ААС от 22.09.2016 по делу №А72-3506/16, постановлением 9 ААС от 29.01.2019 по делу №09АП-67150/18, постановлением АСМО от 15.12.2016 по делу №А41-21786/16, определением ВС РФ от 10.08.2015 по делу №310-ЭС 15-5426, постановлением Федерального арбитражного суда Поволожского округа от 26.06.2014 по делу №А65-25638/13, постановлением АС Уральского округа от 06.03.2020 по делу № Ф09-9340/19, постановлением 9 ААС от 12.12.2019 по делу №09АП-71457/19, постановлением 13ААС от 13.12.2019 по делу №13АП-28414/19, постановлением 17ААС от 04.08.2017 по делу №17АП-9509/2017-ГК, постановлением 18ААС от 12.12.2019 по делу №18АП-16429/19, постановление 21ААС от 06.06.2018 по делу №А83-8837/17, постановлением АСМО от 14.04.2016 по делу №А40-107302/15, решением ФАС России от 27.04.2018 № 223ФЗ-314/18, решение ФАС России от 27.04.2018 № 223ФЗ-313/18, решением Санкт-Петербургского УФ АС от 25.05.2016 № Т02-301/16.
Довод указанный антимонопольным органом в отзыве о наличии права на поставку.
Разделом 4.4 Документации о закупке установлено, что если участник является официальным дилером/дистрибьютором, в подтверждения этого для последующего начисления баллов представляются копии дилерских/дистрибьюторских соглашений (п. 4.4.7 раздела 4 Документации).
Данное условие признано нарушающим п. 9 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках, что мотивировано следующим: участник закупки может не являться производителем товара или не иметь дилерские отношения с производителем товара по предмету закупки, при этом ранее осуществлять поставки иных товаров надлежащим образом в соответствии с требованиями договора поставки. Кроме того, в отсутствие обязанности производителя/дилера/поставщика товара как-либо реагировать на соответствующие запросы участников закупки о представлении подтверждающих документов о том, что участник обладает правом поставки оборудования, а также учитывая сроки подачи заявок на участие в Конкурентном отборе, возможность участников закупки подать заявку на участие в Конкурентном отборе в соответствии с вышеуказанными требованиями Документации всецело зависит от волеизъявления третьих лиц производителя/дилера/поставщика, его официального представителя, что ограничивает возможность участия в Конкурентном отборе.
Вопреки выводу антимонопольного органа, Документация не устанавливает как условие участия в закупке подтверждение права поставки товара.
Перечень обязательных квалификационных требований к участникам закупки установлен п. 1.4.1 -1.4.2.6 Документации о закупке. К их числу не относится наличие какого-либо статуса или документов, на которые ссылается антимонопольный орган.
Указанное положение документации не является квалификационным требованиям к участникам закупки, что исключает наличие нарушения данной нормы. Указанная норма устанавливает лишь обязанность опубликовать перечень требований к участникам закупки, запрет на установления каких-либо требований или закрытого перечня требований она не содержит. Согласно позиции Верховного Суда РФ от 31.07.2017 по делу № А40-3315/2016: «Закон о закупках не содержит конкретных правил и критериев относительно требований, устанавливаемых заказчиком к участникам закупки. В частности, порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупок) и условия их применения устанавливаются заказчиками самостоятельно путем принятия Положения о закупке, предусматривающего проведение закупки как в форме конкурса и аукциона, так и иными способами. Таким образом, заказчикам предоставлено право сформировать свою систему закупок в зависимости от особенностей осуществления деятельности, установив при необходимости дополнительные требования к участникам закупки».
Вопреки доводам ФАС России, возможность принять участие в закупке не поставлена в зависимость от волеизъявления третьих лиц. В силу п. 1.4.6 Документации о закупке исчерпывающий перечень оснований для отклонения заявки установлен Разделом 1 Приложения 3 «Методика анализа и оценки заявок участников». Согласно указанному разделу не представление документов, на которые ссылается ФАС России, не является обстоятельством, исключающим возможность принять участие в закупке, не влечет отклонение заявки, а соответственно это не ограничивает конкуренцию и доступ к выполнению предмета закупки.
Не являясь условием допуска к участию, данные документы учитывается организатором только в рамках оценочной стадии, позволяя получить дополнительные баллы.
В данном случае законодатель предоставляет право организатору закупки самостоятельно определить как состав критериев оценки, так и содержание указанных критериев, в том числе предмет и количественные показатели оценки по соответствующему критерию.
Кроме того, среди целей Закона о закупках в ч. 1 ст. 1 закреплены:
- создание условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей юридических лиц, указанных в ч. 2 настоящей статьи, в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности;
- эффективное использование денежных средств.
Представление указанных документов направлено на подтверждение наличия реальной возможности поставить предлагаемый им товар, что позволяет оценивать степень надежности претендента применительно к его возможности выполнить поставку, а также способность претендента своевременно удовлетворить потребность заказчика, что соответствует целям, закрепленным в ч.1 ст. 1 Закона о закупках.
В противном случае участие в закупке недобросовестного лица, у которого отсутствует возможность поставить товар приведет к срыву срока поставки, расторжению договора, срыву собственно производственного процесса, необходимости повторно осуществлять закупку и в конечном счете приведет к неэффективному использованию денежных средств, выделенных заказчиком на ее проведение.
При этом, в данной закупке может принять участие любое лицо, как производители, дилеры/дистрибьютеры, так и другие лица, не обладающие указанным статусом. Оспариваемое решения антимонопольного органа в этой части противоречит правовой позиции, отраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.07.2017 по делу № А40-3315/2016: цели и задачи Закона о закупках направлены в первую очередь на выявление в результате закупочных процедур лица, исполнение контракта которым в наибольшей степени будет отвечать целям эффективного использования источников финансирования, удовлетворения потребности заказчиков в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности. При оценке документации необходимо учитывать заинтересованность заказчика в рациональном расходовании средств и достижении максимального результата.
Данное условие является элементом проверки благонадежности контрагента, чего требует от участников гражданского оборота законодательство и практика его применения.
Как подчеркнул Верховный Суд РФ, то или иное условие документации о закупке может рассматриваться как нарушающее закон, если антимонопольный орган докажет, что это условие включено в документацию специально для того, чтобы обеспечить победу в аукционе конкретному хозяйствующему субъекту. В данном случае ФАС России подобных доказательств не представила.
Довод антимонопольного органа, что в отсутствие обязанности производителя, изготовителя реагировать на обращения участников закупки на соответствующие запросы, возможность участников сформировать заявочные материалы в соответствии с вышеуказанными требованиями Документации зависит от волеизъявления третьего лица - производителя, изготовителя закупаемого товара, не свидетельствует, что данные обстоятельства ставят участников в неравные, несправедливые и дискриминационные условия, а также создают условия для необоснованного ограничения конкуренции между участниками.
Очевидно, что производители и владельцы товара не зависят от действий третьих лиц, поскольку представляют собственные документы. Официальные дилеры и дистрибьютеры на этапе участия в закупках также не зависят от действий третьих лиц, поскольку либо обладают соответствующими договорами, являясь официальными дилерами, либо в отсутствии таких документов ими не являются.
Участник, не являющийся производителем товара, всегда связан действиями третьих лиц независимо от того, включено ли такое условие в Документацию о закупке.
Антимонопольный орган не учитывает, что исполнение договора по результатам закупки остальными лицами, в случае признания их победителями точно также будет зависеть от действий третьих лиц. В частности, не забронировав товар у производителя, последний может продать необходимый ассортимент, что сделает невозможным и исполнение договора победителем. Таким образом, указанный вывод антимонопольного органа не свидетельствует о нарушении закона. Антимонопольным органом не представлены доказательства того, что включение данного условия направлено не на гарантированное и своевременное поступление товара для обеспечения непрерывности и эффективности процесса деятельности заказчика, а имело целью ограничить конкуренцию.
Законность осуществления закупок на данном условии подтверждена при оспаривании ПАО «Газпром» ранее вынесенных решений ФАС России следующими судебными актами: постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.10.2016 по делу № А40-220477/15-94-1840, оставленным без изменения определением Верховного Суда РФ от 17.02.2017; постановлением Арбитражного суда Московского округа от 25.01.2017 по делу № А40-234672/15, определением Верховного Суда РФ от 17.02.2017 от 26.05.2017; постановлением Арбитражного суда Московского округа от 07.05.2017 по делу№А40-56194/2016; и др.
Аналогичные выводы по данному условию по другим заказчикам изложены в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 11.10.2016 по делу № А40-180170/2015-2-1248, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 06.10.2016 по делу № А40-240556/2015, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 15.12.2016 по делу № А40-211249/15, постановлении Арбитражного суда Московского округа от 08.02.2017 по делу № А40-3 0023/16, постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2016 по делу № А40-47233/2016, решении Арбитражного суда г. Москвы от 26.10.2016 по делу № А40-132737/2016, решении ФАС России от 04.06.2015 по делу № 223-105/15, решении У ФАС по Санкт-Петербургу от 15.05.2015 по жалобе № Т02-257/15, решении УФ АС по Санкт-Петербургу от 09.06.2015 по жалобе № Т02-243/15, решении У ФАС по Санкт-Петербургу от 19.05.2015 по жалобе № Т02-207/15, решении УФ АС по Санкт-Петербургу от 18.04.2013 № 10/5445, постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 11.12.2015 по делу № А53-7212/2015, постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.11.2014 по делу № А75-3424/2014, постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 08.12.2014 по делу № А65-8455/2014.
Позиция антимонопольного органа по установленному критерию балльной оценки опыта также необоснованна в связи со следующим.
Методикой анализа и оценки участников предусмотрен критерий оценки «Опыт участника», рассчитываемый по формуле:
где: Д - договор в составе Заявки (1 балл);Дэп - договор, заключенный компаниями Группы Газпром по результатам электронных закупок, проведенных Организатором посредством ЭП (1 балл); О - отзыв к договору, представленному в составе Заявки (1 балл). При этом если сумма слагаемых > 10, то В принимается равной 10.
Оценка производится с учетом следующих требований: «1. Количество представленных в Заявке Участника договоров. Требования к представляемым договорам: исполнен на момент подачи Заявки; заключен не ранее, чем за три года до размещения Извещения в ЕИС; сумма договора по предмету закупки должна быть > 20 % НМЦ предмета закупки. 2. Количество договоров, заключенных компаниями Группы Газпром по результатам электронных закупок, проведенных Организатором посредством ЭП. Требования к договорам: заключен не ранее, чем за три года до размещения Извещения в ЕИС; сумма договора по предмету закупки должна быть > 20 % НМЦ предмета закупки. 3. Количество отзывов от Заказчика (Покупателя) к договорам, представленным в составе Заявки.
Антимонопольный орган указал на отсутствие объективности указанного порядка оценки, поскольку участнику закупки, представившему договоры, заключенные с компаниями группы Газпром, присваивается 1 балл, при этом участнику, представившему договоры, заключенные с иными лицами, присваивается 0.5 балла, что, по мнению ФАС России, не позволяет заказчику выявить лучшие условия исполнения договора. Указанный довод отсутствовал в жалобе.
Как следует из решения указанное условие признано нарушающим п. 13, 14 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках.
В соответствии с п. 13, 14 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках в Документации о закупке должны быть указаны критерии оценки и сопоставления заявок на участие в закупке; порядок оценки и сопоставления заявок на участие в закупке.
Таким образом, нарушение этих норм должно выражаться в отсутствии в документации о закупке критериев или порядка оценки заявок, осуществлении оценки по критериям, которые заранее не были доведены до сведения участников (п. 5 Обзор судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.05.2018)). Таких обстоятельств установлено в оспариваемом решении не было. Критерий и порядок его оценки опубликован в составе Документации о закупке и в равной степени известен был всем претендентам.
ФАС России посчитала, что п. 13, 14 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках были нарушены не потому, что в документации о закупке отсутствуют порядок оценки заявок, а потому, что установленный заявителем порядок оценки заявок, по мнению ФАС России, не позволяют Заказчику выявить лучшие условия исполнения договора. В свою очередь, несогласие ФАС России с выбранными заказчиками критериями оценки не приравнивается к их отсутствию.
Кроме того, выводы ФАС России противоречит правовой позиции Верховного Суда РФ.
Документацией о закупке не установлено обязательное требование к участникам закупки при подаче заявки представить договоры с Группой компаний Газпром. Наличие договоров с Группой компаний Газпром не входит в перечень документов, которые обязан представить претендент для допуска к участию в закупке. Раздел № 1 Приложения № 3 Методики оценки и сопоставления заявок участников, устанавливающий исчерпывающий перечень оснований для отклонения заявки и отказа в допуске к участию, не содержит такого основания отклонения заявки как не предоставление договоров с Группой компаний Газпром, отсутствие соответствующего опыта.
Соответственно возможность участия в закупке, доступ к закупке, круг участников закупки не поставлены в зависимость от представления указанных документов. Соответственно количество участников ограничено не было.
ФАС России не учитывая, что рассматриваемое условие не является критерием допуска, а лишь позволяет получить дополнительные баллы, тем самым делает выводы, противоречащие определениям Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.11.2019 № 307-ЭС19-12629, от 27.02.2020 № 307-ЭС19-21226. Так, согласно изложенной в них правовой позиции, не подлежит признанию незаконными положения закупочной документации, если они не являлись обязательным условием для участия, не могли служить основанием для отклонения заявки участника, а выступают лишь одним из критериев оценки участника, в то время как к участию в закупке могло быть допущено любое лицо, независимо от наличия соответствующего документа. Следовательно, как таковое отсутствие у организации таких документов на дату опубликования извещения о закупке, не могло служить основанием для вывода о неправомерном включении такого условия в закупочную документацию, поскольку при установлении порядка оценки по нестоимостным критериям заказчик не обязан применять в качестве показателей оценки именно те показатели, которыми обладает конкретный потенциальный участник закупки.
При этом участники, не имеющие опыта работы с компаниями Группы Газпром, имеют возможность представить договоры с иными контрагентами, приложив к ним отзывы, тем самым получив одинаковое количество баллов, как при представлении договора с компаниями Группы Газпром.
Антимонопольный орган не доказал, что ФИО1 может представить в том же количестве договоры с иными контрагентами, не входящими в Группу Газпром, которые могли бы вместо этого оцениваться при начислении баллов.
Антимонопольным органом не доказано, что именно данное условие не позволило стать ФИО1 победителем или в результате его были созданы преимущественные условия конкретному лицу и представление данных договоров предопределяет исход закупки.
Кроме того, согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 02.10.2017 № 309-КГ17-7502, является недопустимым вмешательство кого-либо в процесс закупки по мотивам, связанным с оценкой целесообразности ее условий и порядка проведения, что не было учтено антимонопольным органом при оценке условий настоящей закупки.
По критериям оценки «Статус участника», «Наличие документально подтвержденных гарантий поставок» необходимо отметить следующее.
Методикой анализа и оценки заявок установлен критерий оценки «Статус участника». Оценивается он в следующем порядке:
10 баллов - производитель РФ. 7 баллов - производитель-нерезидент. 3 балла -официальный представитель производителя, официальный дистрибьютор или официальный дилер. 0 баллов - поставщик.
Также Методикой анализа и оценки заявок установлен критерий оценки «наличие документально подтвержденных гарантий поставок», баллы начисляются следующим образом:
В = 10 * (Na / Ni), где: Ni - цена Заявки Участника (руб. без НДС); Nа - объем продукции, по который Участник представил дилерские или дистрибьюторские договоры, либо письма с гарантией отгрузки товара в адрес Заказчика от предприятия-изготовителя (или официальных дилеров/дистрибьюторов с подтверждением дилерства/дистрибьюторства), либо документы подтверждающие наличие товара в фактическом владении, либо является производителем данного товара (руб. без НДС).
Указанные критерии признаны антимонопольным органом нарушающими п. 13, 14 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках, что мотивировано тем, что документацией не установлен перечень документов, представляемый участником закупки для присвоения баллов по вышеуказанным критериям, а также ограничением возможности поставщика получить баллы по указанным критериям. Вопреки выводам антимонопольного органа, п. 4.4.7 Документации о закупке предусмотрено, что официальные дилеры/дистрибьютеры представляют копии дилерских/дистрибьютерских соглашений, для поставщиков, не являющихся дилером/дистрибьютером либо производителем - гарантии отгрузки товара (форма 6), согласно п. 5.2 Документации о закупке участники представляют технико-коммерческое предложение (приложение к форме 1), в котором отражают информацию о соответствующем статусе: поставщик, производитель с указанием места нахождения и ИНН, дилер/дистрибьютер производителя закупаемого товара.
ФАС России не учитывая, что рассматриваемое условие не является критерием допуска, а лишь позволяет получить дополнительные баллы, тем самым делает выводы, противоречащие определениям Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 18.11.2019 № 307-ЭС19-12629, от 27.02.2020 № 307-ЭС19-21226. Так, согласно изложенной в них правовой позиции, не подлежит признанию незаконными положения закупочной документации, если они не являлись обязательным условием для участия, не могли служить основанием для отклонения заявки участника, а выступают лишь одним из критериев оценки участника, в то время как к участию в закупке могло быть допущено любое лицо, независимо от наличия соответствующего документа. Следовательно, как таковое отсутствие у организации таких документов на дату опубликования извещения о закупке, не могло служить основанием для вывода о неправомерном включении такого условия в закупочную документацию, поскольку при установлении порядка оценки по нестоимостным критериям заказчик не обязан применять в качестве показателей оценки именно те показатели, которыми обладает конкретный потенциальный участник закупки.
Оспариваемое решение антимонопольного органа в этой части противоречит правовой позиции, отраженной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 31.07.2017 по делу № А40-3315/2016: цели и задачи Закона о закупках направлены в первую очередь на выявление в результате закупочных процедур лица, исполнение контракта которым в наибольшей степени будет отвечать целям эффективного использования источников финансирования, удовлетворения потребности заказчиков в товарах, работах, услугах с необходимыми показателями цены, качества и надежности. При оценке документации необходимо учитывать заинтересованность заказчика в рациональном расходовании средств и достижении максимального результата.
Данное условие является элементом проверки благонадежности контрагента, чего требует от участников гражданского оборота законодательство и практика его применения.
Данное условие согласуется с позицией Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 21.08.2014 по делу № А05-10778/2013: «субъекты предпринимательской деятельности по условиям делового оборота при выборе контрагентов должны оценивать не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала и соответствующего опыта). Следовательно, проверка лишь правоспособности контрагентов не свидетельствует о том, что общество, будучи заинтересованным в надлежащем исполнении контрагентом договоров субподряда, проявило должную степень осмотрительности и осторожности при выборе контрагента».
Антимонопольным органом не представлены доказательства того, что включение данного условия направлено не на гарантированное и своевременное поступление товара для обеспечения непрерывности и эффективности процесса деятельности заказчика, а имело целью ограничить конкуренцию.
При таких обстоятельствах суд пришел к выводу о несоответствии оспариваемых решения и предписания от 21.09.2020 №223ФЗ-751/2020 требованиям действующего законодательства и нарушении им прав и законных интересов заявителя.
В соответствии с ч. 2 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.
Согласно пункту 3 части 4 статьи 201 АПК РФ, в резолютивной части решения суда должно быть указано на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.
В качестве способа восстановления нарушенного права заявителя в силу пункта 3 части 4 статьи 201 АПК РФ исходя из заявленных заявителей требований суд полагает необходимым обязать ФАС России устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ПАО «Сбербанк России» в течение 30-ти дней с даты вступления решения суда в законную силу.
В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.
Освобождение государственных органов от уплаты государственной пошлины на основании подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации не влечет за собой освобождение от исполнения обязанности по возмещению судебных расходов, понесенных стороной, в пользу которой принято решение, в соответствии со статьей 110 Кодекса. Данная позиция соответствует разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах» (абзац третий пункта 21).
Руководствуясь ст.ст. 16, 29, 64-68, 75, 110, 123, 156, 167-170, 198-201 АПК, суд
РЕШИЛ:
Проверив на соответствие действующему законодательству Российской Федерации, признать недействительными решение и предписание Федеральной антимонопольной службы от 21.09.2020 №223ФЗ-751/2020.
Обязать Федеральную антимонопольную службу устранить нарушение прав и законных интересов ПАО «Газпром», ООО «Газпром инвест» в установленном порядке в течение месяца с даты вступления в законную силу решения.
Взыскать с Федеральной антимонопольной службы в пользу ПАО «Газпром» расходы по оплате госпошлины в размере 3000 руб. (три тысячи рублей).
Взыскать с Федеральной антимонопольной службы в пользу ООО «Газпром инвест»расходы по оплате госпошлины в размере 3000 руб. (три тысячи рублей).
Решение может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд.
Судья: Уточкин И.Н.