Гражданский кодекс часть 1

Иск заявлен, с учетом принятого судом 23.01.2018 г. ходатайства в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о взыскании убытков в размере 3 428 280 руб.

Определением суда от 15.12.2016 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требовании относительно предмета спора, привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Техпроект».

В судебном заседании истец поддержал заявленные исковые требования по доводам, изложенным в исковом заявлении. Пояснил, что в результате заключения ответчиком соглашения №3770 от 14.01.2016 о замене лица в обязательствах из договора лизинга №3770/180315-МКБ от 18.03.2015, обществу был причинен ущерб в размере 3 511 420 руб., который определен путем сложения суммы задатка по договору лизинга, комиссии и лизинговых платежей.

Ответчик в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по доводам отзыва и дополнительных пояснений, пояснил, что уплаченные обществом платежи по соответствующему договору лизинга по своей правовой природе не могут являться убытками общества. Также ответчик полагает, что основанием для отказа в удовлетворении иска свидетельствует то, что вступившим в законную силу решением Бабушкинского районного суда г Москвы от 17.10.2017 по делу №2-3104/2017 были удовлетворены исковые требования ООО «СтройГрад» к ФИО4 об истребовании из чужого незаконного владения автомобиля «Тойота Ленд Крузер 200» 2015 года выпуска, VIN <***>. Третье лицо ООО «Техпроект» выступило на стороне ответчика.

Суд, рассмотрев исковые требования, исследовав и оценив, по правилам ст. 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ответчик осуществлял функции единоличного исполнительного органа «СтройГрад» в период с 21.10.2014 по 23.12.2015, что подтверждается представленными в материалы дела протоколом №14-Р внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «СтройГрад» от 31.08.2014, протоколом внеочередного общего собрания участников ООО «СтройГрад» от 23.12.2015 и не оспаривается лицами, участвующими в деле.

18.03.2015 между ООО «МКБ-лизинг» и ООО «СтройГрад» был заключен договор лизинга №3770/180315-МКБ, согласно условия которого, лизингодатель (ООО «МКБ-лизинг» путем инвестирования средств обязуется в соответствии с заявкой лизингополучателя (ООО «СтройГрад») приобрести у поставщика в собственность имущество, указанное в п. 1.2 договора, и предоставить лизингополучателю, а лизингополучатель обязуется принять его за плату во временное владение и пользование на срок и на условиях, предусмотренных договором, с последующим переходом права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю в порядке, предусмотренном договором. Из п. 1.2 данного договора следует, что в качестве предмета лизинга сторонами согласовано следующее транспортное средство – ТОYOTA LANDCRUISER 200, VIN - <***> (приложение №1 к договору). Данное обстоятельство подтверждается предоставленным в материалы дела экземпляром указанного договора.

18.03.2015 между ООО «Центр Люберцы» и ООО «МКБ-Лизинг» был заключен договор №3770/МКБ в соответствии с условиям которого, ООО «МКБ-Лизинг» было приобретено транспортное средство – ТОYOTA LANDCRUISER 200 (VIN - <***>) и передано по акту приема-передачи предмета лизинга от 24.03.2015 ООО «СтройГрад». Данные обстоятельства подтверждаются предоставленным в материалы дела экземпляром договора и актом приема-передачи предмета лизинга.

Судом установлено, что ООО «СтройГрад» во исполнение условий договора лизинга №3770/180315-МКБ от 18.03.2015 перечислило ООО «МКБ-лизинг» денежные средства в размер 43 100 руб. на основании платежного поручения №342 от 20.03.2015 за организацию сделки по договору финансового лизинга №3770/180315-МКБ от 18.03.2015, в размере 2 150 690 руб. на основании платежного поручения №343 от 20.03.2015 в качестве задатка по условиям названного договора, в размере 1 111 041 руб. на основании платежных поручений №473 от 24.04.2015, №582 от 18.05.2015, №728 от 18.06.2015, №826 от 20.07.2015, №998 от 11.08.2015, №1136 от 14.09.2015, №1276 от 14.10.2015, №1410 от 18.11.2015, №1562 от 22.12.2015 в качестве ежемесячных лизинговых платежей по условиям указанного договора. Данные обстоятельства подтверждаются предоставленными в материалы дела платежными поручениями и не оспариваются лицами, участвующими в деле.

Судом при рассмотрении настоящего дела также установлено, что 14.01.2016 между ООО «МКБ-Лизинг», ООО «СтройГрад», в лице генерального директора ФИО1, ООО «Техпроект» было заключено соглашение №3770 о замене лица в обязательствах из договора лизинга №3770/180315-МКБ от 18.03.2015, предметом которого является замена лизингополучателя во всех обязательствах, вытекающих из договора лизинга №3770/180315-МКБ от 18.03.2015, а также всех приложений, дополнений, изменений и иных соглашений к нему, независимо от того, является лизингополучатель кредитором или должником в конкретном обязательстве. С даты подписания соглашения все права и обязанности лизингополучателя (ООО «СтройГрад»), которые существуют этот момент или могут возникнуть в будущем при исполнении договора лизинга или в связи с ним, переходят к Обществу (ООО «Техпроект») (п. 1.2 договора).

Из п. 1.4.1 данного соглашения следует, что по состоянию на дату его заключения лизингополучатель (ООО «СтройГрад») уплатил лизингодателю задаток в размере 2 150 690 руб., комиссию в размере 43 100 руб., лизинговые платежи на общую сумму в размере 1 670 358 руб. 60 коп.

Обстоятельства заключения данного соглашения и его условий подтверждаются предоставленным в материалы дела экземпляром соответствующего соглашения и не оспариваются лицами, участвующими в деле.

Судом установлено, что после исполнения данного соглашения и передаче спорного транспортного средства во владение и пользование ООО «Техпроект», ФИО1 продолжил пользоваться данным транспортным средством, что подтверждается предоставленной в материалы дела доверенностью ООО «Техпроект» №26/01-2016 (том 1 л.д. 67) и не оспаривается ответчиком.

Согласно п. 1 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В силу п. 5 ст. 44 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» участник общества вправе обратиться в суд с иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом общества.

Ответственность единоличного исполнительного органа является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Согласно ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из содержания указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, наличие состава правонарушения, включающего факт виновного нарушения органом или должностным лицом возложенных на него обязанностей (совершения незаконных действий или бездействия, издания незаконного акта), наличие у заявителя убытков и их размер, а также наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими у заявителя убытками. Юридическое значение имеет только прямая (непосредственная) причинная связь между противоправным поведением директора и убытками общества. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий ответственности исключает применение указанной меры ответственности.

Таким образом, истец, требуя возмещения убытков, должен доказать наличие всех указанных элементов ответственности в их совокупности. Кроме того, в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. Данный вывод суда соответствует разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Принимая во внимание названные выше законодательные положения, регламентирующие ответственность единоличного исполнительного органа, а также фактические обстоятельства, установленные судом при рассмотрении настоящего дела и свидетельствующие об отсутствии экономической целесообразности для ООО «СтройГрад» от заключения ФИО1 14.01.2016 (т.е. после освобождения его от должности генерального директора ООО «СтройГрад») соглашения №3770 о замене лица в обязательствах из договора лизинга №3770/180315-МКБ от 18.03.2015, в результате которого, ООО «СтройГрад» безвозмездно утратило возможность права выкупа используемого им транспортного средства, в то время как на момент заключения данного соглашения обществом уже были уплачены денежные средства в размере 3 864 148 руб. 60 коп. (данный размер не превышает размер убытков отыскиваемых по настоящему делу), суд приходит к выводу о наличии необходимых правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика убытков в размере 3 428 280 руб.

Делая вывод об отсутствии необходимо встречного предоставления для ООО «СтройГрад» от заключения соответствующего соглашения о замене лица в обязательствах из договора лизинга, суд исходит из того, что договор №11.12.2015/ДЦ от 11.12.2015 уступки прав по договору на выполнение работ по уборке помещений и прилегающей территории №15 от 16.07.2011, заключенный между ООО «ИННОВАЦИЯ КЛИНИНГ» и ООО «ТЕХПРОЕКТ» (именно данный договор, по мнению ответчика, обуславливал необходимость заключения указанного выше соглашения о замене лица в обязательствах из договора лизинга) 13.11.2017 был расторгнут, что подтверждается предоставленным в материалы дела соглашением №02/2017.

Кроме того, делая вывод об отсутствии для ООО «СтройГрад» экономической выгоды от заключения спорного соглашения о замене лица в обязательствах из договора лизинга, суд также исходит из того, что ответчиком, вопреки положениям ст. 65 АПК РФ, не предоставлено в материалы дела относимых, допустимых и достоверных доказательств, свидетельствующих о целесообразности подобных действий с его стороны уже после освобождения его от должности генерального директора общества. В частности, в качестве подобных обстоятельств, например, могло бо свидетельствовать обращение ООО «Техпроект»» в суд с требованием о признании ООО «СтройГрад» банкротом и др. Вместе с тем, судом при рассмотрении настоящего дела не установлено подобных обстоятельств. Напротив, из имеющихся в материалах дела документов, суд делает вывод о том, что ООО «Техпроект»» на момент заключения спорного соглашения даже не была инициирована процедура по взысканию задолженности с ООО «СтройГрад» в судебном порядке, в то время как, договор №11.12.2015 был заключен 11.12.2015, в последующем, в отсутствие каких-либо претензий и требований со стороны ООО «Техпроект», уже 23.12.2015, был заключен договор №1/3770/180315-МКБ между ООО «СтройГрад» и ООО «Техпроект», который и послужил основание для заключения спорного соглашения о замене лица в обязательствах из договора лизинга.

В отсутствие в материалах дела каких-либо доказательств свидетельствующих об экономической целесообразности для ООО «СтройГрад» от заключения соответствующего соглашения о замене лица в обязательствах из договора лизинга, в ситуации, когда при рассмотрении настоящего дела установлено, что ФИО1 после заключения названного соглашения и освобождения его от должности генерального директора ООО «СтройГрад» продолжил пользоваться данным транспортным средством, которое перешло во владение и пользование ООО «Техпроект», суд приходит к выводу, что при принятии решения о заключении данного соглашения ответчик руководствовался, исключительно, своими личными интересами, а не интересами общества.

Более того, само поведение ответчика по заключении спорного соглашения, в ситуации, когда на момент его заключения он уже не являлся генеральным директором общества, не может быть признано судом добросовестным, поскольку модель добросовестного поведения лица, которое было освобождено от должности генерального директора общества законом предписана следующая – это сдача дел и должности. Законодатель не возлагает на лиц, полномочия которых прекращены в должности генерального директора, какие-либо дополнительные требования по совершению сделок от имени общества. Об упречности поведения ответчика свидетельствует и то, что в результате судебной ревизии названного соглашения о замене лица в обязательствах из договора лизинга, данное соглашение была признано судом недействительным (решение Арбитражного суда г. Москвы от 28.04.2017 по делу № А40-37815/16-182-318). Выводы, сделанные судом в названном судебном акте, свидетельствуют о том, что ответчик не мог не знать о допущенных с его стороны нарушениях (отсутствие полномочий действовать от имени общества без доверенности), которые в результате привели к признанию ее недействительной.

О неразумном поведении ответчика при заключении соглашения о замене лица в обязательствах из договора лизинга, свидетельствует и то, что им не были учтены платежные поручения №1552 от 17.12.2015 (том 2 л.д. 40), №1628 от 22.12.2015 (том 2 л.д. 41), согласно которым, со стороны ООО «СтройГрад» перед ООО «ИННОВАЦИЯ КЛИНИНГ» в счет оплаты по договору №15 от 16.07.2011 за оказанные услуги в ноябре 2015 г. были оплачены денежные средства в размере 2 415 286 руб., что применительно к условиям договора, заключенного между ООО «СтройГрад» и ООО «Инновация КЛИНИНГ» №15 от 16.07.2015 могло свидетельствовать о задолженности ООО «СтройГрад» в размере не более 1 120 000 руб., а не в размере 2 600 000 руб. как это было оговорено по условиям указанного выше договора, заключенного межу ООО «СтройГрад» и ООО «Техпроект».

Более того, об отсутствии у ООО «СтройГрад» необходимости отказа от исполнения договора лизинга, посредствам заключения соглашения о замене лица в обязательствах из договора лизинга, свидетельствует и то, что до момента его заключения, ООО «СтройГрад» добросовестно исполняло обязанности по его условиям, о чем свидетельствуют предоставленные в материалы дела платежные поручения о ежемесячной, своевременной оплате лизинговых платежей.

При данных обстоятельствах, в результате заключения сделки от имени ООО «СтройГрад» ФИО1, Общество утратило возможность выкупа спорного транспортного средства, в то время как на момент заключения соглашения со стороны Общества была уплачена значительная часть ежемесячны лизинговых платежей, что свидетельствует о желании Общества выкупить спорное транспортное средство в собственность. Иная фактическая оценка данным обстоятельствам, ставит по сомнения сам факт необходимости заключения договора лизинга, в котором прямо было прописано о переходе права собственности к ООО «СтройГрад на спорное транспортное средство (п. 11 договора лизинга №3770/180315-МКБ от 18.03.2015). Вместе с тем, надлежащее исполнение ООО «СтройГрад» условий спорного договора свидетельствует о желании Общества выкупить данное транспортное средство.

В рассматриваемом деле, в результате заключения ФИО1 соглашения о замене лица в обязательствах из договора лизинга, Общество лишилось права его выкупа, в подобной ситуации, те платежи, которые общество осуществило в счет оплаты договора лизинга фактически утрачивают экономический смысл для общества, что свидетельствует о том, что в результате состоявшейся замены лица в обязательствах из договора лизинга, без соответствующего встречного предоставления, общество и понесло убытки в размере 3 428 280 руб. Признавая обоснованным требования истца в данной части, суд также учитывает правовую позицию, сформированную в п. 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», согласно которому, размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности. Суд считает, что подлежащие взысканию с ответчика убытки, причиненные обществу, в результате заключения им соглашения о замене лица в обязательствах из договора лизинга, в размере 3 428 280 руб., являются справедливыми и соразмерными ответственности ФИО5, учитывая, что на момент заключения названного соглашения общество уже понесло расходы, связанные с исполнением договора лизинга в размере 3 864 148 руб. 60 коп.

При этом, суд соглашается с правой квалификацией природы лизинговых платежей, но учитывает, что в рассматриваемом деле убытки отыскиваются не по причине совершения тех или иных платежей в пользу лизингодателя, а по причине совершения ответчиком сделки, в результате которой, ранее совершенные обществом платежи перестали отвечать интересам общества, а общество в результате данной сделки не получило какого-либо равнозначного предоставления, уступив права выкупа по условиям договора лизинга в отношении названного транспортного средства, уплатив при этом по договору лизинга денежную сумму в размере 3 864 148 руб. 60 коп.

Не может служить основанием для освобождение ответчика от обязанности возместить причиненный обществу убыток в размере 3 428 280 руб. и то обстоятельство, что вступившим в законную силу решением Бабушкинского районного суда г Москвы от 17.10.2017 по делу №2-3104/2017 были удовлетворены исковые требования ООО «СтройГрад» к ФИО4 об истребовании из чужого незаконного владения автомобиля «Тойота Ленд Крузер 200» 2015 года выпуска, VIN <***>, поскольку в материалы дела не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств, подтверждающих факт исполнения данного судебного акта, и как следствие, восстановление нарушенных прав общества в результате утраты прав по выкупу транспортного средства. Данный вывод суда соответствует правовой позиции, сформированной в п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» согласно которому, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в том числе путем взыскания убытков с непосредственного причинителя вреда (например, работника или контрагента), в удовлетворении требования к директору о возмещении убытков должно быть отказано.

Также суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленного истцом ходатайства о фальсификации доказательств - договора №1/3770/180315-МКБ от 23.12.2015, договора №11.112.2015/ДЦ от 11.12.2015 уступки прав по договору на выполнение работ по уборке помещений и прилегающей территории №15 от 16.07.2011.

В связи с заявленным истцом ходатайством о фальсификации данного решения, судом, в качестве способа проверки, изложенных в данном ходатайстве обстоятельств, была назначена экспертиза по определению соответствия даты подписания Договора №11.12.2015/ДЦ от 11.12.2015 и Договора №1/3770/180315-МКБ от 23.12.2015 датам, указанным в реквизитах документов; по установлению на одном или на разных печатных устройствах выполнены тексты на первом и втором листах договора №11.12.2015/ДЦ от 11.12.2015 и Договора №1/3770/180315-МКБ от 23.12.2015; по установлению подвергались ли документы какому-либо воздействию (химическому, физическому, тепловому и т.д.).

По результатам проведения экспертизы в материалы дела поступило эксперта от 25.05.2017 №1838/07-3, выполненное экспертом Российского федерального центра судебной экспертизы при Министерстве Юстиции Российской Федерации ФИО6, а также экспертное заключение от 15.11.2017 №1839/07-3, выполненной экспертами указанной организации ФИО7, ФИО8, согласно которым, были сделаны следующие выводы:

- Установить на одном или разных печатающих устройствах были выполнены тексты на первом и втором листах договора №11.12.2015/ДЦ от 11.12.2015 и Договора №1/3770/180315-МКБ от 23.12.2015 не предоставляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения.

- Установить, соответствую ли даты подписания Договора №11.12.2015/ДЦ от 11.12.2015 и Договора №1/3770/180315-МКБ от 23.12.2015 датам, указанным в документах датам, не предоставляется возможным по причинам, изложенным в исследовательской части заключения. Документы химическому, механическому, интенсивному термическому, световому воздействию не подвергались.

Принимая во внимание данные экспертные заключения, а также положения ст. 161 АПК РФ, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленного истцом ходатайства о фальсификации доказательства, в связи с тем, что в результате проведенной судом проверки, судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о нарушении формы данного доказательства.

Согласно требованиям ст. 71 АПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика в соответствии со статьями 110,112 АПК РФ.

С учетом изложенного, руководствуясь ст.ст. 4, 9, 65, 67, 71, 102, 110, 121, 123, 156, 163, 167-170, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с ФИО1 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «СтройГрад» убытки в размере 3 428 280 (три миллиона четыреста двадцать восемь тысяч двести восемьдесят) рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 40 141 (сорок тысяч сто сорок один) рубль.

Возвратить Обществу с ограниченной ответственностью «СтройГрад» из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 326 (три тысячи триста двадцать шесть) рублей, уплаченную по платежному поручению №1351 от 31.10.2016.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Судья И. В. Худобко